WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ На правах рукописи ГОЛОВАНЬ ЛЮБОВЬ АЛЕКСЕЕВНА КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО УЧАСТИЯ ...»

-- [ Страница 2 ] --

во-вторых, вовлечение широких народных масс в управление государством должно быть постоянным, а само участие народных масс в общественных и государственных делах - решающим91 (курсив наш – Г.Л.). Изложенное вызывает вполне закономерный вопрос о том, считались ли тождественными понятия «власть» и «политическое участие». Исходя из высказываний по этому поводу авторитетных советских ученых, представляется, что не считались. Так, Кабышев В.Т. отмечает, что «между политикой и властью много общего, это близкие понятия, а… политика и власть народа – в высшей степени сопричастные, но не тождественные категории»92. Свою позицию по этому вопросу достаточно аргументировано высказали Гулиев В.Е. и Рудинский Ф.М., хотя они используют термин «политическое влияние», а не «политическое участие». По мнению авторов, «…политическая власть, как известно, - в отличие от политического влияния, регулирования, согласования и т.д. – обладает такими неотъемлемыми качествами, как публичность (общественный, общенародный характер), принудительность, суверенность, верховенство и независимость»93. И далее делают вывод: «не следует отождествлять две взаимосвязанные, но совсем не тождественные категории – «политическая власть» и «политическое влияние». Политическая власть в отличие от политического влияния включает принятие всеобщеобязательного политического решения, реализуемого, при необходимости, принудительно»94. С учетом изложенного, по нашему мнению, следует сделать вывод о том, что понятие «политическое участие» интегрирует в себе и смысл, вкладываемый в понятие «политическая власть», и смысл, который заложен в понятие «политическое влияние», поскольку принимаемые в результате осуществления политического Гулиев В.Е. Рудинский Ф.М.Демократия и достоинство личности. – М.: Наука, 1983. – с. 4. Кабышев В.Т. Прямое народовластие в советском государстве. – Саратов, Издательство Саратовского университета, 1974. - с. 22. 92 Кабышев В.Т. Народовластие развитого социализма: Конституционные вопросы. / Под ред. И.Е. Фарбера. Саратов, Издательство Саратовского университета, 1979, - с. 52. 93 Гулиев В.Е., Рудинский Ф.М. Социалистическая демократия и личные права. М., Юридическая литература. 1984. – с. 12. 94 Там же. – с. 21.

участия в различных формах решения могут иметь решающий характер, либо не обладать таким свойством. По-видимому, именно такими соображениями руководствовалась Варламова Н.В, различая два вида политического участия: 1) собственно участие в осуществлении власти (в управлении государственными и общественными делами);

2) политическое влияние95. Первый вид политического участия предполагает обязательное определенное реагирование со стороны государства на такое проявление активности, тогда как во втором случае подобное реагирование не обязательно. Поскольку данная точка зрения соответствует нашим представлениям о политическом участии, дальнейшее исследование будет осуществляться с ее учетом. Основу для определения понятия политического участия и широкого круга вопросов, связанных с его осуществлением, заложили в советский период А.И. Ковлер и В.В. Смирнов96, уделившие, наряду с разработкой самого понятия политического участия, типологизацией его форм, много внимания историческим этапам развития форм политического участия. Конечно, авторы в исследовании политического участия выражали общепринятые в советском праве взгляды, но ряд данных ими оценок и разработок не утратил своей объективности. Считая политическое участие одной из наиболее важных сторон реализации демократических норм политической жизни на практике, индикатором демократичности или недемократичности процесса политического властвования, своеобразного условия реализации других аспектов демократии, авторы подчеркивали, что оно (политическое участие) не может осуществляться без закрепления и наличия гарантий осуществления соответствующих политических прав и свобод. В качестве характеристик политического участия ими названы его добровольность, сознательность и массовость97. Соглашаясь с таким признаком, как сознательность (трудно даже представить осуществление политического участия неосознанно), в отношении См.: Варламова Н.В. Политическое участие в правовом государстве. /Правовое социалистическое государство: понятие, опыт, перспективы. Сборник научных трудов. – М., 1990. – с. 82. 96 Ковлер А.И., Смирнов В.В. Демократия и участие в политике: Критические очерки истории и теории. – М.: Издательство «Наука», 1986. – 192 с. 97 Указ. соч. – с. 7.

остальных хотелось бы отметить следующее. Так, массовость политического участия – это скорее желаемый результат, идеальный вариант, к которому нужно стремиться, показатель степени политического участия. Что касается добровольности, то таковым политическое участие может и не являться, если речь идет о политическом участии членов политических партий и организаций с жесткой централизацией и дисциплиной (в этом случае можно говорить о принудительном политическом участии). Для понимания политического участия не последнее значение имеет акцентирование авторами внимания на двух аспектах рассмотрения политического участия в советской литературе: политической активности личности и участии граждан в управлении98. На наш взгляд, обозначенные аспекты позволяют лучше понять сущность политического участия;

рассмотрение политического участия только в одном из аспектов не позволяет выделить все его сущностные характеристики, провести полное и всестороннее исследование. Учитывая изложенное, по мнению Ковлера А.И. и Смирнова В.В. политическое участие, понимаемое в широком смысле термина и рассматриваемое в широком историческом плане можно определить как «вовлеченность в той или иной форме членов общности (в качестве такой могут рассматриваться род, фратрия, племя, этническая группа, нация, государственно-организованное общество или какая-либо его часть) на индивидуальной классово-групповой пли иной основе в процесс политико-властных отношений внутри данной общности»99. Такое определение универсально, поскольку в достаточной степени раскрывает сущность политического участия, осуществляемого в рамках любой социальной общности на любом историческом этапе развития общества. Скорее всего, к этому и стремились авторы, подчеркивая при этом, что «участие можно квалифицировать политическим в том случае, когда личность, группа людей, слой, класс вовлекаются в политико-властные отношения, в процесс принятия решений и управления, носящих политический характер», а, также указывая, что «наиболее развитым типом политической общности является государственно-организованное 98 Там же. – с. 8. Там же.

общество»100.

Таким образом, следует признать очевидным факт, что в теоретическом плане политическое участие в советский период наиболее тщательно было разработано Ковлером А.И. и Смирновым В.В., которые хотя и вынуждены были учитывать господствующую идеологию, стремились подойти к определению политического участия предельно объективно. В целом же, обобщая существовавшие в советский период и отраженные в научных трудах взгляды представителей юридической науки, следует отметить следующее. Прежде всего, понятие «политическое участие» часто употреблялось в определении терминов «демократия», «народовластие», «народный суверенитет». Субъектом политического участия выступал советский народ как историческая общность (при этом участвовать в управлении делами общества и государства должен был как народ в целом, так и каждый его представитель). Поскольку взаимосвязь власти и политики не вызывала сомнений, предпринимались попытки выявления соотношения между категориями «политическая власть», «политическое влияние», «политическое участие». В качестве основных признаков политического участия назывались его массовость, постоянство, решающий характер, сознательность и добровольность. Были указаны основные аспекты рассмотрения политического участия, и, наконец, что самое главное, дана его дефиниция. Таким образом, переходя к анализу современных подходов к пониманию политического участия, представляется целесообразным исходить из намеченных советскими учеными векторов исследования. На современном этапе подходы к определению политического участия претерпели существенные изменения, что связано с провозглашением идеалов гражданского общества и правого государства. Как отмечает ряд авторов, «формирование гражданского общества, успешное строительство правового демократического государства возможно только при адекватном учете интересов всех имеющихся в обществе социальных слоев и групп»101. А это возможно только 100 Там же. – с. 12. Елчев В.А., Васецкий Н.А., Краснов Ю.К. Парламентаризм и народное представительство в России: история и современность. М., 2001. – с. 119.

при предоставлении реальной возможности гражданам для осуществления политического участия в различных формах. Итак, какие же идеи являются основополагающими в современной теории политического участия? Как и в советский период, большинство ученых на современном этапе сходятся во мнении, что демократический политический режим позволяет гражданам осуществлять политическое участие наиболее массово, разнообразно и, что самое главное, реально. Однако существенные изменения претерпели сами воззрения на демократию, что выразилось, прежде всего, в подходах к ее определению. По мнению А.И. Ковлера, демократия может быть определена как народовластие;

форма государства;

форма и принципы организации политических партий и общественных объединений;

политический режим;

политическое мировоззрение и политическая ценность;

политический процесс (процедура управления);

принцип международного права102. И каждое из определений имеет равнозначную с другими теоретическую ценность, давая представление о конкретном аспекте демократии. Из этого не следует, что политическое участие как необходимый элемент демократии утратило свою значимость. Дело в том, что в настоящее время акцентируется внимание на том, что наряду с правом на участие, граждане имеют также право на неучастие в управлении делами государства и общества. Одним из первых на указанное обстоятельство обратил внимание Марченко М.Н., отмечая, что «почти полностью упускают из поля зрения… право быть свободным от «всяких ассоциаций», право быть свободным от политических и иных речей и др. Такие права и свободы приобретают особый смысл и значение…в условиях усиленной политизации общества, повсеместного появления самых разношерстных, нередко создающихся ради самих себя ассоциаций, в условиях бесконечно произносимых на всех уровнях государственной и общественной жизни, в подавляющем большинстве своем пустых и бесплодных речей»103. На наш взгляд, безусловно, следует учитывать данное право, однако особо заострять на нем См.: Ковлер А.И. Кризис демократии?: Демократия на рубеже XXI века. /Отв. ред. Б.Н. Топорнин. – М., ИГП РАН, 1997, - с. 37. 103 Марченко М.Н. Политические теории и политическая практика в развитых капиталистических странах. – М.: Издательство МГУ, 1992.- с. 64-65.

внимание не следует. В условиях низкой политической активности граждан, которые не имеют поддержки от горизонтальных структур, то есть достаточно развитого гражданского общества, пропаганда права на неучастие в делах государства и общества не только не улучшит достаточно сложную и нестабильную общественно-политическую ситуацию, но и может отразиться на ней негативно. Неверным было бы предполагать, что осуществляемое в условиях демократического политического режима политическое участие свободно от всяческих недостатков. Так, Керимов А.Д. отмечает, что «демократия, вопреки обыденному представлению, не есть власть народа или власть большинства». «Демократия, – считает автор, - это определенная технология обретения и осуществления государственной власти меньшинством с помощью большинства, с опорой на большинство». «Во всех без исключения, в том числе и в самых демократических странах, власть принадлежит меньшинству», - продолжает далее А.Д. Керимов, в подтверждение чего приводит высказывания таких авторитетных ученых, как М. Вебер, Г. Лассвел, Г. Моска, которые констатируют бесспорный факт: «миром правит меньшинство;

и это касается всех сфер общественной жизнедеятельности, в том числе и тех, где есть иллюзия властвования большинства»104. Высказанная точка зрения отражает воззрения определенной части современных юристов и политологов, она часто подтверждается фактами объективной действительности, однако, на наш взгляд, автор не принимает во внимание возможности, которые дает гражданам политическое участие. Действительно, в современных условиях абсурдным было бы допустить даже мысль о том, что государственная власть может осуществляться всеми или большинством. Ее осуществляют немногие, но зато остальные граждане, при наличии действенных механизмов осуществления политического участия, имеют возможность влиять на формирование и функционирование государственной власти, тем самым, способствуя становлению гражданского общества. Поэтому, представляется, что рассматриваемое Керимовым А.Д. в качестве недостатка Керимов А.Д. Изъяны демократии и возможные пути их преодоления. // Право и политика. № 4, 2002. – с. 37-38.

демократии фактическое осуществление государственной власти меньшинством при эффективном политическом участии не будет иметь негативной окраски. Приведенные взгляды, безусловно, представляют интерес в рамках проводимого исследования, однако перейдем непосредственно к исследованию современных подходов к определению понятия политического участия. Анализ современной научной литературы, посвященной рассматриваемой проблематике, позволяет сделать вывод, что большинство авторов считают участие в политической жизни одной из важнейших сфер деятельности гражданского общества. При этом социальные институты гражданского общества (политические партии, общественные объединения, массовой органы местного и самоуправления, т.д.), обладая обеспечить негосударственные негосударственными средства видами информации власти, социальной стремятся демократический путь развития государства, развитие политического сознания и политической культуры, политической активности личности105. Именно поэтому современные авторы определяют сферу политического участия как особую сферу жизнедеятельности гражданского общества, в которой индивиды, организованные в соответствии со своими частными интересами, одновременно выступают как граждане, участвующие в формировании государственной власти106. В связи с изложенным, следует отметить, что среди ученых часто возникают дискуссии по поводу того, является ли властью осуществление политического участия, и если является, то какова ее природа? Как следует из приведенных выше воззрений Бобылева А.И., политическое участие осуществляется субъектами, обладающими «негосударственными видами социальной власти». Несколько иного мнения по этому поводу придерживается Затонский В.А., считая, что «участие активной личности, всего гражданского общества в осуществлении государственной власти – это не есть обладание властью, во всяком случае, если и признать такое участие властью, то эта власть явно не государственная (не политическая), хотя оно и разворачивается в политической жизни общества. Политическое участие есть Бобылев А.И. Государство и право в политической системе общества. //Право и политика. №10. 2002. – с. 14. 106 См.: Затонский В.А. Государство, политика, право, выборы: актуальные вопросы теории и практики демократии участия. // Право и политика. № 5. 2003. – с. 32.

политика, но не политическая (государственная) власть;

это участие в делах государства, которое должно стимулироваться государственной властью»107. Из данных определений можно сделать следующий вывод: по сравнению с советским периодом изменился подход к сфере политического участия – ранее в качестве таковой признавалось государство как социально-политическая общность;

теперь – гражданское общество. Кроме того, ученые не пришли к однозначному мнению о соотношении политического участия с категориями «политика», «политическая власть», «государственная власть». В целях выработки четкой позиции по этому вопросу остановимся на нем подробнее. Итак, прежде всего, каковы существующие взгляды на определение понятия «политика»? Следует отметить, что они отличаются разнообразием, поскольку сам термин «политика» неоднозначен. На это обстоятельство обращает внимание Р. Арон, при этом, указывая на два основных значения, в которых может пониматься слово «политика»: 1) как программа, метод действий или сами действия, осуществляемые человеком, или группой людей по отношению к какой-то одной проблеме или к совокупности проблем, стоящих перед сообществом;

2) как политика-область – совокупность, внутри которой борются личности или группы, имеющие свои цели, свои интересы, а то и свое мировоззрение108. На наш взгляд, термин «политическое участие» в большей степени соотносится с пониманием политики во втором ее значении. Однако полностью отождествлять их нельзя, поскольку иногда политика может выражаться и в сознательном «неучастии», тогда как термин «политическое участие» все же предполагает осуществление определенных действий. Таким образом, в определенном смысле политическое участие, конечно, является политикой, но можно ли согласиться, что оно не является властью? Обратимся снова к Р.Арону, который в этой связи отмечал, что «любое взаимодействие между людьми предполагает наличие власти;

так вот, сущность политики заключается в способе осуществления власти и в выборе правителей. Политика – главная характерная черта сообщества, ибо она определяет 107 Затонский В.А. Указ. соч. – с. 32-33. Арон Р. Демократия и тоталитаризм. М., «Текст», 1993. – с.21-22.

условия любого взаимодействия между людьми»109. Таким образом, политика и власть неразрывно связаны, поэтому осуществление политического участия - это в том числе и власть, когда речь идет именно об участии в осуществлении власти, а не о политическом влиянии, о чем нами уже указывалось выше. Поскольку воззрения отечественных ученых на власть как правовую категорию с советских времен претерпели существенные изменения, представляется необходимым уделить внимание вопросу сущности власти, осуществляемой в процессе политического участия. Несомненно, на наш взгляд, что эта власть является политической. И это действительно так, если рассматривать ее с точки зрения группы отечественных ученых-государствоведов, ярким представителем которой является Чиркин В.Е. По его мнению, «сложнейшей и, в общем, недостаточно выясненной проблемой… остается вопрос о политической и государственной власти, о соответствующих конституционных формулировках. В этих формулировках часто смешиваются понятия «политическая власть народа» как источник государственной власти и «государственная власть», осуществляемая органами государства. Всякая государственная власть – политическая, но не всякая политическая власть – государственная»110. Однако существуют и иные мнения. Например, Иванников И.А. отождествляет политическую власть и власть государственную111. Еще более категорично по этому вопросу высказался Любашиц В.Я., по мнению которого «с появлением государства власть отчуждается от общества и становится отличительным признаком любого государства, приобретая политический характер. …Природа политической власти кроется в том, что именно в государственных формах управления обществом власть получает свою относительную самостоятельность от иных видов общественной деятельности (выделяется из общества и становится над обществом)»112. Следовательно, получается, что политическая власть концентрируется в органах государства, становится несвойственным 109 обществу явлением.

Такое мнение было достаточно Арон Р. Указ. соч. – с.24. Чиркин В.Е. Реформа российской конституции: этапы и проблемы. //ОНС, №5, 2002 – с.57. 111 Иванников И.А. Понятие «власть». Соотношение понятий «политическая власть» и «государственная власть» //Северо-Кавказский юридический вестник. №1, 1999. – с. 45-57. 112 Любашиц В.Я. Государственная власть: понятие, особенности и виды. //Известия вузов. Серия «Правоведение». № 6, 2002. – с. 228.

распространенным среди представителей советской юридической науки113. На наш взгляд, с такой точкой зрения нельзя согласиться уже только в силу того, что конституционно закрепленный принцип народовластия, реализующийся в процессе осуществления гражданами своих политических прав, участия в управлении делами общества и государства говорит об обратном. Поэтому, представляется, что в процессе политического участия его субъектами осуществляется именно политическая власть, когда речь идет о таком аспекте политического участия как участие в управлении делами государства. В том случае, когда мы говорим о политическом участии как политической активности, правовой возможности активно участвовать в жизни общества, осуществляется политическое влияние. При этом и в том, и в другом случае находят свое выражение интересы разнообразных групп, представленных в сфере гражданского общества. Таким образом, можно говорить, что политическое участие – это и проведение политики в определенном смысле. Теперь хотелось бы подробнее остановиться на вопросе о субъекте политического участия. Анализируя вышеизложенные взгляды современных авторов, можно сделать вывод, что в качестве такового указываются «социальные институты гражданского общества», «индивиды, выступающие как граждане», «активная личность, все гражданское общество». Таким образом, и в этом случае делается акцент на гражданском обществе, его структурных элементах. И все же, на наш взгляд, необходима бльшая конкретика в этом вопросе. Прежде всего, необходимо отметить, что реальное гражданское общество предоставляет возможность для участия всего народа и каждого человека в государственном управлении114 (курсив наш – Г.Л.). Кроме того, поскольку политическое участие реализуется посредством осуществления политических прав и свобод, следует обратить внимание на то, что политические права, в отличие от экономических, социальных и культурных прав, направленных на осуществление личной 113 автономии, в большей мере носят неиндивидуалистический См., например: Манов Г.Н. Государство и политическая организация общества. М., «Наука», 1974. с. 8-9. Орлова О.В. Гражданское общество и личность: политико-правовые аспекты. М., Академический правовой университет, 2005. – с. 71.

характер115(курсив наш – Г.Л.). Таким образом, следует сделать вывод о том, что политическое участие чаще всего принимает коллективные формы. Однако при этом выражаются и интересы конкретной личности, поэтому необходимо отметить особую значимость политического участия для гармонизации индивидуальных и общественных интересов116. Возвращаясь к вопросу о том, кто же все-таки является субъектом политического участия, следует отметить, что наличие конституционного принципа народовластия и концепции народного суверенитета, а также традиций советского прошлого ставят вопрос о рассмотрении в качестве такового всего народа. Тем более что он (народ), определяемый как «все население данного государства, образующее единую социально-экономическую и политическую общность независимо от деления его на какие-либо национальные общности»117, несомненно, является коллективным субъектом. Вместе с тем, уже из самого определения очевидна неразрывная связь народа именно с государством, в то время как политическое участие является сферой жизнедеятельности гражданского общества. Кроме того, «ввиду абстрактности самого понятия, народ вообще никак не реализует свою власть, ибо это – конкретные действия, которые не может совершать абстрактная конструкция. …В конкретных правоотношениях по поводу непосредственного осуществления государственной власти участвуют конкретные граждане и их группы, которые таким образом и оказываются втянутыми в орбиту политических отношений»118. Указанные обстоятельства, следовательно, не позволяют рассматривать народ в качестве субъекта политического участия, но заставляют обратить внимание на категорию «граждане». Если обратиться к действующим в России конституционным нормам, закрепляющим политические права, можно убедиться, что в основном субъектом Там же. – с. 98. Проблемам соотношения индивидуальных и коллективных интересов в настоящее время уделяется большое внимание. См., например: Иванов В.П. Организационно-правовой механизм обеспечения государственных интересов Российской Федерации: Монография. – М., 2003. – с. 28-29;

Эбзеев Б.С. Диалектика индивидуального и коллективного в организации социума и ее отражение в Конституции (к методологии исследования) //Государство и права, №2, 2004. – с. 7-12;

Субочев В.В. Право и его роль в обеспечении диалектического единства личных, общественных и государственных интересов. //Право и политика, №12, 2003. – с. 4-11. 117 См.: Энциклопедический юридический словарь. / Под общ. ред. В.Е. Крутских. – 2-е изд. – М., ИНФРАМ, 1998. – с.186. 118 Нестеренко А.В. Демократия: проблема субъекта. //Общественные науки и современность. – 2002, № 4. – с. 51.

116 осуществления этих прав являются «граждане Российской Федерации». Только право на объединение, провозглашаемое ст. 30 Конституции РФ, является правом «каждого»119. Таким образом, на наш взгляд, субъектом политического участия являются граждане, но рассматриваемые не в смысле наличия у них гражданства какого-либо государства, а как «равноправные члены общества, осознающие личные интересы, соотнесенные с интересами общества и государства»120, разделяющие общность основных целей и средств их достижения. При этом граждане выступают не как автономные субъекты, а как личности, самоорганизованные в группы по какому-либо признаку для наиболее эффективного выражения своих политических интересов. На основании изложенного, можно сделать выводы о сущностных характеристиках политического участия граждан на современном этапе, к которым мы пришли, анализируя взгляды ученых-юристов, и дать его (политического участия) дефиницию. Прежде всего, политическое участие – один из важнейших аспектов современной демократии. широкие Именно в условиях для демократии предоставляются наиболее возможности осуществления политического участия (хотя, как уже отмечалось, политическое участие имеет место и в условиях других политических режимов);

истинно демократическое государство с эффективными механизмами политического участия – то к чему нужно стремиться. Кроме того, политическое участие – сфера жизнедеятельности гражданского общества. Осуществление политического участия – это, в зависимости от формы осуществления, и политическая власть, и политическое влияние, но в обоих случаях – это политика организованных в рамках общества групп по отношению к государству и его органам. Политическое участие реализуется посредством осуществления политических прав, которые в основном являются коллективными. В силу этого субъектом политического участия выступают граждане как члены гражданского общества и все правовые формы их самоорганизации.

См.: Конституция РФ. //Российская газета, № 237, 25.12.1993. Энциклопедический юридический словарь. / Под общ. ред. В.Е. Крутских. – 2-е изд. – М., ИНФРА-М, 1998. – с. 64. Гражданское общество.

120 Политическое участие граждан в осуществлении государственной власти является разновидностью политического участия как такового, диссертант отмечает, что оно, обладая присущими последнему сущностными характеристиками, имеет специфику, которая позволяет его дифференцировать. Такой особенностью является воздействие, оказываемое на органы государственной власти в процессе реализации политического участия граждан в осуществлении государственной власти – оно всегда является решающим, т.е. обязывающим государство в лице его органов к совершению определенных, законодательно регламентированных действий. Таким образом, резюмируя изложенное, на современном этапе можно дать следующее определение политического участия граждан в осуществлении государственной власти: Политическое участие - протекающий в разнообразных правовых формах процесс, опосредующий взаимосвязь гражданского общества и государства, в ходе которого граждане, реализуя принадлежащие им политические права, принимают участие в управлении делами государства, выражая свои интересы, становясь причастными к властным отношениям вызывая обязательное, законодательно определенное реагирование со стороны государства. Подводя итог, хотелось бы отметить следующее. Политическое участие граждан в осуществлении государственной власти, как явление политико-правовой действительности, как понятие нуждается в глубоком и всестороннем исследовании. Необходимость этого обусловлена той ролью, которое призвано сыграть политическое участие граждан в осуществлении государственной власти формировании истинно демократического государства с развитым гражданским обществом. Особого внимания в этой связи заслуживают вопросы классификации форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти и их конституционно-правовое регулирование в России на современном этапе. Именно об этом речь пойдет далее.

Логика проводимого нами исследования определяет задачи, которые необходимо, на наш взгляд, решить: во-первых, максимально четко определить перечень форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти, имеющих место на современном этапе;

во-вторых, на основании анализа существующих подходов к классификации, предложить собственную классификацию форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Решение этих задач, определяемых целью проводимого исследования, целесообразно осуществлять посредством использования метода перехода от общего к частному, т.е. сначала сделать вывод о перечне форм политического участия граждан и критериях их классификации, а затем перейти, непосредственно, к исследованию форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Прежде, чем говорить о конкретных формах политического участия граждан, их классификации, представляется необходимым пояснить, почему речь идет именно о «формах», а, к примеру, не об «институтах» политического участия граждан. Следует отметить, что существуют институты правовые, политические, социальные и др. С точки зрения права институт – группа правовых норм, регулирующих определенный вид общественных отношений в пределах отрасли права;

самостоятельное подразделение отрасли права121. Как отмечает Мальцев А.В., «институт права характеризуется единством и цельностью формального выражения составляющих его более или менее функционально однородных юридических норм… Каждый институт права имеет свойственные только ему понятия, термины, нормы-принципы, юридические конструкции, исходя из которых логически выводится все его цельное, завершенное содержание, закрепляются определенные приемы и средства правового воздействия на общественные отношения»122. Поскольку политическое участие граждан рассматривается нами с точки зрения права, то, естественно, речь идет о правовых формах его выражения. Правовые формы - это формы организации неправовых 121 Юридическая энциклопедия. /Отв. ред. Б.Н. Топорнин – М.: Юристъ, 2001. – с 387. Мальцев В.А. Право как нормативно-деятельностная система. //Журнал российского права. №4, 2002. – с. 102.

(экономической, социальной, политической и других) сфер жизни общества с помощью права, опосредующие и организующие неправовую материю123. В нашем случае правовые формы политического участия граждан выступает способом воздействия права на политическую сферу жизни общества. Что касается правовых институтов, то они являются не правовыми формами, а формами права124. Таким образом, на основании изложенного, можно сделать вывод о том, что применительно к политическому участию граждан логичнее говорить о его формах, а не об институтах. Конечно, некоторые формы политического участия граждан, как будет показано ниже, обладают признаками правовых институтов, но об институционализации других говорить не приходиться. Поэтому корректнее, на наш взгляд, все же употреблять понятие «формы политического участия граждан». Что касается подходов к определению перечня форм политического участия граждан, их классификации, следует отметить, что они менялись с развитием российского государства. Так, Г.Ф. Шершеневич говорит о «политических формах», в которых «может проявиться общественное мнение»125, по сути, подразумевая формы политического участия граждан. К их числу он отнес печать (органы политической печати), собрания, политические партии и выборы, а также референдум126. В тот период (начало 20 в.) указанные формы политического участия гражданбыли в центре внимания, поскольку активно обсуждались и разрабатывались вопросы народного представительства. В советский период, наряду с названными формами, формальное закрепление и во многом формальную реализацию получили иные формы политического участия граждан. В целом, можно отметить, что их перечень значительно расширился. Советскими учеными-юристами предпринимались попытки классификации форм политического участия граждан.

Марченко М.Н. Формы права: проблемы понимания и значение. //Вестник Московского университета. Серия «Право». №1, 2002. – с. 12. 124 Там же. – с.12-14. 125 Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Выпуск первый. М., Издание Братьев Башмаковых, 1910. – с. 238. 126 Там же. – с. 238-239.

Так, Ковлер А.И. и Смирнов В.В. выделяли в качестве форм политического участия граждан участие в создании, реализации и охране законов, в судопроизводстве;

участие в выборах, избирательных и иных политических кампаниях;

участие в деятельности политических партий и других политических общественных организаций;

восприятие политической информации и ее распространение;

активное участие в формировании общественного мнения. Кроме того, они различал также индивидуальное и коллективное, добровольное и принудительное («мобилизационное»), активное и пассивное, традиционное и «альтернативное», революционное и «охранительное» политическое участие127. Таким образом, авторы, изначально определившись со спектром форм политического участия граждан, предложили несколько критериев их классификации. Некоторые критерии, как явствует из определенных на их основании видов форм политического участия, были продиктованы требованиями времени и в современных условиях утратили объективность (например, революционное и «охранительное» политическое участие). Другим критерием классификации руководствовался Гулиев В.Е. политического участия он различал участие консультативное по степени обязательности для государства требований (решений) субъектов (обсуждение проектов законов, внесение предложений в государственные органы), сорешающее (совместные решения государственных органов и общественных организаций, администрации предприятия и совета трудового коллектива) и решающее (референдум, выборы)128 (курсив наш – Г.Л.). Приведенная классификация в большей степени, чем предыдущая, конкретизирует формы политического участия граждан, а также свидетельствует о той определяющей роли, которое играло государство во всех сферах жизнедеятельности общества. Традиционной в советской научной литературе являлась классификация форм политического участия в зависимости от характера и степени участия граждан в управлении государственными и общественными делами. Руководствуясь этим См.: Ковлер А.И. Смирнов В.В. Демократия и участие в политике: Критические очерки истории и теории. – М.: Издательство «Наука», 1986. – с. 8. 128 Гулиев В.Е. Теоретические вопросы социалистического самоуправления. //Советское государство и право. 1986. № 2. с. 10.

критерием, выделяли две формы: представительную и прямую. Некоторые авторы в этой группе форм как особый способ участия в управлении выделяли и деятельность на профессиональных началах129. Однако это положение не получило сколько-нибудь широкого распространения в литературе, продолжающей различать лишь представительную и непосредственную формы участия130. Нельзя не заметить, что указанный критерий является общепринятым и наиболее распространенным при классификации институтов народовластия. Более того, институты непосредственной и представительной демократии по своему наименованию в основном совпадают с наименованиями форм политического участия граждан. Действительно, как отмечал Цвик М.В., «участие масс в управлении, юридическое закрепление и фактическое использование демократических прав и свобод в единстве с соответствующими обязанностями реализуется главным образом через институты демократии»131. Однако данный факт, на наш взгляд, еще не является основанием для утверждения об их тождественности. Во-первых, как отмечалось ранее, осуществление гражданами политического участия возможно не только при установлении демократического политического режима. В различной степени политическое участие имеет место и в условиях других политических режимов. Демократия лишь обеспечивает наиболее широкие возможности для осуществления политического участия. Поскольку Российская Федерация, согласно действующей конституции, есть демократическое государство, то вышеуказанное совпадение наименований является вполне закономерным. Во-вторых, некоторые формы политического участия, признаваемые отечественной юридической наукой, как уже отмечалось выше, неинституционализированы. На основании изложенного, представляется, что понятие «формы политического участия» шире понятия «институты народовластия». Последнее характеризует институциональное оформление тех форм политического участия граждан, в которых наиболее полно реализуется основополагающий конституционный принцип народовластия. Вместе с тем, См.: Варламова Н.В. Политическое участие в правовом государстве. /Правовое социалистическое государство: понятие, опыт, перспективы. Сборник научных трудов. – М., 1990. – с. 83. 130 Цвик М.В. Теория социалистической демократии (государственно-правовые аспекты). Киев, 1986. – с. 71. 131 Там же. – с. 72.

нельзя не учитывать то обстоятельство, что классификация институтов народовластия в большей степени разработана представителями отечественной юридической науки, чем классификация форм политического участия граждан. Поэтому представляется возможным и целесообразным в целях осуществления развернутой классификации форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти воспользоваться методологией и учесть критерии, используемые при классификации институтов народовластия. Возвращаясь непосредственно к классификации форм политического участия, хотелось бы отметить уже упоминавшуюся классификацию132, предложенную Н.В. Варламовой. Представляется, что она имеет первостепенное значение для понимания сущности политического участия граждан. Разделение форм политического участия на формы собственно участия (когда в результате с неизбежностью следуют определенные действия со стороны государства) и формы политического влияния (когда решающего воздействия не происходит) стало важным вкладом в теоретическую разработку данного вопроса (хотя, некоторые современные авторы, по-видимому, не знакомые с такой классификацией, используют понятие «формы политического влияния», подразумевая при этом «формы политического участия» в узком смысле, путаясь сами и вводя в заблуждение других133). В постсоветский период, на наш взгляд, достаточного внимания проблемам классификации форм политического участия учеными-юристами уделено не было. И все же анализ некоторых научных работ позволяет сделать некоторые выводы. Так, интересной, с нашей точки зрения, является позиция М.А. Краснова. Полагая, что нельзя считать любые формы участия граждан в управлении проявлением народного суверенитета, он делает вывод о том, что «выборы органов власти, референдум и т.п. не являются формами участия граждан в управлении государственными делами, а представляют собой реализацию именно народного 132 См. §1. См.: Зарицкий А.В. Место и роль политического принуждения в современной теории правового государства. //Государство и право. № 2, 2004. – с. 102.

суверенитета»134. Вместе с тем, на наш взгляд, автор слишком категоричен в своих заключениях. Несомненно, выборы и референдум – высшее выражение власти народа, проявление его суверенитета, но это вовсе не означает, что их следует исключить из числа форм политического участия граждан. На современном этапе вопросы классификации форм политического участия затрагивают в своих трудах ученые, занимающиеся исследованием проблем гражданского общества. Так, в одной из таких работ, под редакцией И.И. Кального, упоминается, что «политическое участие граждан может быть пассивным – голосование, информирование граждан чиновниками об общественных проблемах, контакты с бюрократами и т.д., и активным – участие в городских собраниях, референдумах, в выдвижении законодательных предложений, отзыв недостойных должностных лиц, самоуправление общин»135. Как видно, критерий классификации не отличается новизной (уже использовался в советский период), вместе с тем, выделены, наряду с традиционными (участие в выборах, референдумах) иные, ранее не упоминавшиеся формы политического участия (контакты с бюрократами, информирование граждан об общественных проблемах). В этой связи хотелось бы отметить, что, на наш взгляд, не следует слишком широко подходить к перечню форм политического участия граждан, необходимо указывать лишь те, которые действительно являются политическими, а также избегать ненужной детализации. Продолжая исследование современных подходов к классификации форм политического участия граждан, следует отметить, что, поскольку понятие политического участия и его форм учеными-юристами, в отличие от политологов, разработаны недостаточно, наблюдаются попытки осмысления политического участия и выработки подходов к классификации его форм представителям юридической науки в рамках политологии, но с позиций юриспруденции. Так, В.Д. Перевалов различает добровольное и принудительное политическое участие, при этом выделяя активную и пассивную формы добровольного политического участия. Кроме того, в качестве критерия классификации автор берет сферу Краснов М.А. Ответственность в системе народного представительства (методологические подходы). Изд. второе. М., 1995. – с.50. 135 Гражданское общество: истоки и современность. /Науч. ред. проф. И.И. Кальной. – Спб. 2000. – с. 134.

территориального распространения политического участия, и на основании этого делает вывод, что политическое участие может носить общенациональный (федеральный уровень), местный (уровень субъектов Федерации и муниципальных образований), локальный (в рамках организации, учреждения) характер. Также, по мнению В.Д. Перевалова, критериями разграничения форм политического участия могут быть его интенсивность и последовательность (по этому признаку выделяются постоянное, эпизодическое и разовое политическое участие), а также отношение к действующему следует законодательству ее (легальное и нелегальное политическое участие)136. Не в полной мере соглашаясь с данной автором классификацией, разносторонность, отметить и теоретическую значение к проработанность, для дальнейших форм логичность позитивное подходов исследований данной проблематики. Рассмотренное многообразие классификации политического участия, разнообразие критериев, положенных учеными в ее основу, свидетельствуют об актуальности исследуемого вопроса. Вместе с тем, нельзя не отметить, что фундаментально данная проблематика учеными-юристами не разрабатывалась, классификация форм политического участия осуществлялась фрагментарно, что не позволяет получить целостное представление о самих формах политического участия. Учитывая изложенное, представляется, что, проанализировав и обобщив предложенные различными авторами подходы у классификации форм политического участия, следует принимать во внимание и уже ранее отмечавшееся обстоятельство взаимосвязи осуществления гражданами своих политических прав с формами политического участия. А взаимосвязь эта, на наш взгляд, выражается в том, что конкретному политическому праву, как правило, корреспондируют одна или несколько форм политического участия граждан. Таким образом, на основании закрепленного законодательно спектра политических прав можно достаточно четко Политология. Учебник для Вузов. /Отв. ред. д.ю.н., проф., В.Д. Перевалов. М., изд. «Норма», 2002. – с. 148.

определиться с формами политического участия, а затем осуществить их классификацию. Что касается политических прав, то Конституцией РФ они четко не выделены в отдельную группу (да и прописаны довольно скупо), однако традиционно считается, что они сосредоточены в статьях 29-33 Конституции. В силу чего, к примеру, некоторые авторы делают вывод о том, что политические права и свободы включают: 1) право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов;

2) право на участие в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей;

3) право избирать и быть избранными в органы государственной власти местного самоуправления;

4) право на равный доступ к государственной службе;

5) право граждан участвовать в отправлении правосудия;

6) право обращений (петиций) лично, а также посредством направления индивидуальных и коллективных обращений в государственные органы и органы местного самоуправления;

7) свободы: слова, печати и информации, мирных собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций, пикетирования и публичных манифестаций137. Представляется, что поскольку в соответствии с Конституцией РФ право на участие в управлении делами государства как непосредственно, так и через представителей включает в себя право граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти местного самоуправления, право участвовать в референдуме, право на равный доступ к государственной службе, право граждан участвовать в отправлении правосудия (а также некоторые другие права, не прописанные в конституционных нормах), выделение их в приведенном перечне отдельно не совсем логично. Поэтому в дальнейшем мы будем исходить из приведенного перечня с учетом данного замечания. Итак, попытаемся выяснить, в каких формах политического участия граждан осуществляется каждое из указанных политических прав.

Россия на рубеже веков: укрепление государственности. /под ред. проф. А.Н. Соколова. Калининград, 2001. – с. 233.

Первое из названных политических прав, право на объединение, подразумевает осуществление политического участия посредством участия в создании и деятельности различных видов общественных объединений. Рассмотрим механизм осуществления политического участия в указанной форме более подробно. Прежде всего, следует рассмотреть вопрос о правовом статусе общественных объединений, их видах и роли в осуществлении политического участия. Так, Ищенко С.А. справедливо отмечает, что «общественные объединения не обладают государственно-властными полномочиями, но… имеют право участвовать в выработке решений органов государственной власти и органов местного самоуправления в порядке и объеме, предусмотренном законодательством;

представлять и защищать свои права и законные интересы своих членов, а также других участников (граждан);

выступать с инициативами по различным вопросам общественной жизни и вносить предложения в орган государственной власти»138. В этом и выражается осуществляемое гражданами, организованными в общественные организации, политическое участие. Следует отметить, что на современном этапе ситуация с общественными объединениями, по сравнению с советским периодом, претерпела существенные изменения. Так, любые формы участия общественности в деятельности государства в советский период носили формальный характер, деятельность общественных объединений жестко контролировалась неразрывно сросшимися друг с другом партийным и государственным аппаратом, осуществлялось монопольное привлечение к деятельности органов государственной власти только лишь представителей так называемых массовых (партийных, профсоюзных, комсомольских) общественных организаций;

иные общественные организации были слабы и зависимы от коммунистической партии – государства139. В современных условиях отсутствует тотальный контроль общественных организаций, созданы определенные законодательные гарантии свободы их деятельности. Между тем, имеется ряд негативных факторов, Ищенко С.А. Проблемы теории правового статуса общественных объединений. // Право и политика. № 4, 2004. – с. 16. 139 Гришковец А.А. Государственная служба и гражданское общество: правовые проблемы взаимодействия (практика России). // Государство и право. № 1, 2004. – с. 25.

препятствующих эффективному осуществлению политического участия в рамках общественных объединений. Политическое отчуждение, низкий уровень правосознания – лишь некоторые, но, на наш взгляд, важнейшие причины того, что немногим более половины россиян знают о существовании общественных организации, менее пяти процентов из них в таковых состоят, а негативно к работе в какой либо общественной организации относятся почти три четверти всех россиян.140 Наиболее активно политическое участие осуществляется посредством объединения и деятельности в рамках политических партий - особого вида общественных объединений. Это явствует из определяемых законодательно целей политической партии, которыми являются 1) участие граждан РФ в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли;

2) участие в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах;

3) представление интересов граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления141. Следует отметить, что возможность становления и развития политических партий в нашей стране появилась в связи с провозглашением и закреплением в Конституции РФ принципа политического плюрализма, основными чертами которого являются идеологическое многообразие;

запрет на установление какой-либо идеологии в качестве государственной или общеобязательной;

светский характер государства, в связи с чем, никакая религия не может выступать в качестве государственной или общеобязательной;

признание политического многообразия и многопартийности;

равенство всех общественных объединений перед законом142. Кроме того, правовое государство и гражданское общество предполагают всестороннюю поддержку развития, становления и организационного укрепления мощных политических См.: Зеленко Б.И. Политические партии и гражданское общество в РФ (Некоторые политико-правовые аспекты). // Право и политика. № 3, 2003. – с. 58. 141 См.: ФЗ «О политических партиях». //Собрание законодательства Российской Федерации, 2001, № 29, ст.2950, с.3. 142 Зотова З.М. Идеологическая идентификация политических партий современной России. // Право и политика. № 3, 2004. – с. 57.

партий143. Действительно, на сегодняшний день одним из наиболее актуальных вопросов, стоящим перед российским государством, является именно становление многопартийности, что связано с той особой ролью, которую политические партии играют в механизме политического участия. Как справедливо отмечает Дмитриев Ю.А., «…Россия, как и любая другая цивилизованная страна с социальнополитической точки зрения разделена на государство (политическое общество) и население (гражданское общество)…, однако есть некий институт, который соединяет эти две социальные системы и одновременно входит в каждую из них – это политические партии»144. Таким образом, способность политических партий взаимодействовать одновременно и непосредственно с государством гражданским обществом – та важнейшая особенность, благодаря которой этот вид общественных объединений имеет возможность оказывать влияние на политический процесс. Однако на современном этапе развития российского государства, ввиду неразвитости партийной системы, указанная возможность является пока во многом потенциальной. Этому причиной и выявленное еще в начале ХХ века Острогорским М.Я. и сохраняющееся по сей день противоречие между партией как группировкой свободных граждан, стремящихся достичь своих политических целей, и партией, как объединением политиков-профессионалов, борющихся за власть145. К сожалению, приходится констатировать, что, чаще всего, в современных условиях партии выступают именно в последнем из названных качеств, чему в немалой степени способствует «отсутствие четкого правового механизма формирования и деятельности партий в качестве легитимных органов политического представительства»146. Политические партии слабо поддерживаются обществом (по статистическим данным. реально в партийно-политической деятельности участвует немногим более одного процента взрослого населения страны147), поскольку лишены его доверия из-за лоббирования интересов бюрократических и Копыльцов В.Г. Избирательное законодательство: проблемы применения политическими партиями. // Право и политика. № 2, 2004. – с. 48. 144 Дмитриев Ю.А. Будет ли в России цивилизованная партийная система? //Право и политика. №4, 2001. – с. 137. 145 См.: Острогорский М.Я. Демократия и политические партии. М., РОССПЭН, 1997. – 639 с. 146 Зеленко Б.И. Указ. соч. – с. 42-43. 147 См.: Зотова З.М. Новые правовые условия участия партий в избирательном процессе РФ. // Право и политика. № 9, 2002. – с. 11.

олигархических структур. В сложившейся ситуации государство предпринимает различные меры законодательного характера148 для стимулирования эффективного развития политических партий, однако совокупность факторов, таких, как «сохраняющееся доминирование государственных структур во многих сферах общественной жизни, специфический характер политической системы, слабость российской экономики, региональный бонапартизм, и, как производное от этого, низкий уровень жизни и маргинализация значительной части населения страны»149 приводят к тому, что позитивные изменения в этой сфере происходят очень медленно. Однако, на наш взгляд, они неизбежны, поскольку являются одним из необходимых условий становления правового государства. Следует отметить, что политическое право на объединение, включает право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. Однако, на наш взгляд, участие в их создании и деятельности не является политическим, так как в соответствии с законодательством, это общественное объединение создается в целях представительства и защиты социально-трудовых прав и интересов граждан. Следующим в перечне политических прав следует право на участие в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей. Определиться с формами политического участия, которые подразумевает это право, не так просто, как кажется на первый взгляд, поскольку оно является комплексным, включая в себя ряд политических прав, который различными авторами представляется по-разному. Как верно отметил Колюшин Е.И., закрепление конституционного права на участие в управлении делами государства в самом общем виде «дает большие возможности как для наполнения его весьма широким содержанием, так и для выхолащивания этого содержания, превращения в декларацию»150. Весьма широким содержанием наполняет это право, применительно к его реализации в непосредственной форме, В.В. Пылин151. В рамках права на участие в управлении делами государства он объединяет 148 Об этом подробнее в главе 3. Там же. 150 Колюшин Е.И. Конституционное (государственное) право России. Курс лекций. М., издательство МГУ, 1999. – с. 141. 151 См.: Пылин В.В. Избирательное и референдумное право Российской Федерации. – СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2003. – с.42-43.

практически все политические права, дающие гражданам возможность осуществления политического участия непосредственно в той или иной форме. Позиция автора представляется спорной, но развернутую дискуссию по данному вопросу в рамках проводимого исследования проводить вряд ли целесообразно. На наш взгляд, участие в управлении делами государства, помимо права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти местного самоуправления, права участвовать в референдуме, права на равный доступ к государственной службе, права граждан участвовать в отправлении правосудия осуществляется также в процессе реализации права на участие в отзыве выборного лица или роспуске выборного органа (в том числе и посредством образования инициативной группы по данному вопросу). Кроме того, с учетом последних законодательных изменений, произошедших в ходе реформы местного самоуправления, можно, на наш взгляд, считать реализацией права на участие в управлении делами государства и некоторые формы осуществления политического участия на уровне местного самоуправления (сходы граждан, публичные слушания, правотворческая инициатива и др.). Безусловно, наиболее часто практикуемой, самой массовой ставшей, фактически, традиционной формой политического участия, является участие в выборах. Данная форма политического участия известна с древних времен. Выборные начала присутствовали еще в общественно-политической жизни Древней Руси. Вместе с тем, исторические особенности развития российского государства не позволили указанной форме политического участия динамично и позитивно развиваться в соответствии с заложенными традициями. При этом ценность выборов, а также реализующегося посредством участия в них избирательного права была в достаточной мере осознана еще на рубеже XIX-XX вв., и, по мнению С.А. Котляревского, состояла в одном драгоценном и незаменимом свойстве - «давать избираемым чувствовать, что за ними стоят не отдельные группы, которых выдвигает происхождение, имущество, или какаянибудь историческая случайность, но стоит весь народ – его право, его разум, его совесть, его воля»152.

На современном этапе также присутствует понимание института выборов для становления правового значимости, необходимости государства и развитого гражданского общества. Современные авторы говорят о выборах как «императивном институте народовластия»153, «залоге обеспечения конституционных прав граждан на достойную жизнь, самоопределение, участие в делах государства и многих других важнейших конституционных положений»154. Среди ученых-юристов последнее десятилетие не прекращаются оживленные дискуссии, посвященные проблематике участия граждан в выборах. Само понятие «выборы», ввиду его многоаспектности, определяется по-разному, в зависимости от вкладываемого в него смысла. Представляется, что в контексте проводимого исследования важна оценка выборов как постоянно возобновляемой деятельности, вовлекающей в себя с той или иной степени интенсивности множество субъектов, в процессе которой происходит превращение выборов в развитую обособленную сферу публичной жизни общества155. Участие граждан в выборах во многом способствует преодолению взаимного отчуждения общества и государства, создает условия для ведения ими конструктивного диалога. Кроме того, реализуемое в процессе осуществления политического участия в указанной форме избирательное право «обладает определенным потенциалом воздействия на сознание человека, формируя посредством общественного мнения навыки демократических традиций, воспитывая и организуя одновременно»156. На наш взгляд, те возможности, которые предоставляют выборы как форма политического участия для обеспечения эффективного взаимодействия общества и государства, граждан и власти используются не в полной мере. Обусловлено это совокупностью различных негативных факторов правового, политического и социально Котляревский. С.А. К вопросу об основах народного представительства. /Политические институты, избирательное право и процесс в трудах российских мыслителей XIX-XX вв. /Отв. ред. А.А. Вешняков. – М., Издательство «Весь мир», 2003. – с. 422. 153 Князев. С.Д. Предмет современного российского избирательного права. //Государство и право. №5, 2000. – с. 36. 154 Лысова Е.В. Свобода массовой информации и выборы в России: конфликт интересов. // Право и политика. №5, 2004. – с. 119. 155 Торшенко А.А., Трегубенков В.А. Понятие выборов в Российской Федерации. //Российский юридический журнал. № 2, 2001. – с. 42-43. 156 Навальный С.В. избирательное право: роль и место в системе права России. //Право и политика. № 12, 2003. – с. 23.

экономического характера. Их преодоление – стратегическая задача, в результате решения которой участие в выборах будет осуществляться на началах истинно демократических, позволяя «выработать навыки публичного, действительного и полноценного, а не мнимого и иллюзорного участия граждан и их объединений в формировании государственной власти, ответственной перед гражданами и контролируемой ими»157. Наряду с участием в выборах, важнейшей формой политического участия, в процессе осуществления которой народ выражает свою власть, является участие в референдуме. Вместе с тем, референдуму, как на практике, так и в теории, уделяется значительно меньше внимания, хотя, на наш взгляд, напрасно. Поскольку нами референдум рассматривается как форма политического участия, необходимо выяснить, в чем его политическое значение. В этом вопросе следует полностью согласиться с мнением В.В. Комаровой, по мнению которой «политическое значение института референдума состоит в том, что с его помощью граждане приобретают возможность эффективного воздействия на формирование политики государственных и иных органов власти, а последние, в свою очередь, — возможность сверять свои решения с мнением народа или отдельной его части»158. Однако следует отметить, что отношение к референдуму далеко неоднозначно. На это обстоятельство обращает внимание М.Н. Марченко. Провозглашая референдум общечеловеческой ценностью и, считая необходимым широкое использование в России зарубежного позитивного опыта специального законодательного закрепления и проведения референдумов в их различных вариантах и разновидностях, автор исследует причины негативного отношения к данной форме непосредственного политического участия159. На наш взгляд, основными причинами являются нежелание власти осуществлять управление при активном участии народа, несмотря на провозглашаемый принцип народовластия;

Веденеев Ю.А., Зайцев И.В. Политические институты, избирательное право и процесс в трудах российских мыслителей XIX-XX вв. (историографическое введение). / Политические институты, избирательное право и процесс в трудах российских мыслителей XIX-XX вв. /Отв. ред. А.А. Вешняков. – М., Издательство «Весь мир», 2003. – с. XIII. 158 Комарова В.В. Формы непосредственной демократии в России. Учебное пособие. М., Ось-89, 1998. – с. 30. 159 См.: Проблемы теории государства и права. / Под ред. М.Н. Марченко. М., «Юристъ», 2002. – с. 308-313.

несовершенство законодательной базы;

отсутствие у граждан опыта участия в референдумах, низкий уровень их политической и правовой культуры. Кроме того, некоторые ученые продолжают придерживаться мнения о приоритетности форм представительного участия граждан. Так, по мнению Р.М. Дзидзоева, наличие референдума как такового «скорее свидетельствует о недостатках современного представительства, нежели о преимуществах прямого народовластия», в связи с чем, он считает, что «в государстве, устроенном на разумных началах, в принципе нет места референдуму»160. С такой точкой зрения нельзя согласиться, поскольку, на наш взгляд, прямые и представительные формы политического участия граждан одинаково ценны и невзаимозаменяемы. Главная цель референдума – решить вопрос в интересах общества путем свободного волеизъявления на основе максимального, объективно возможного осознания его участниками всех достоинств и недостатков внесенного на голосование вопроса и его ожидаемых последствий161, и эта цель не может в полной мере быть достигнута представительством. Поэтому политическое участие должно основываться на оптимальном сочетании прямых и представительных его форм, развиваясь путем совершенствования каждой из них. Участие граждан в управлении делами государства через представителей происходит, как правило, путем формирования в результате выборов – представительного органа, которому народ делегирует свои полномочия по осуществлению государственной власти. Именно представительные органы парламент, законодательные собрания субъектов федерации, местные представительные органы административно-территориальных образований, имеют ввиду, когда говорят о представительной демократии162. Как отмечает А. Шайо, «парламент является органом (общего народного) представительства, отсюда особая легитимированность законодательного органа…»163. Действительно, в современных условиях весь народ не может, а зачастую и просто не желает Дзидзоев Р.М. Образование и развитие конституционного строя в России. Монография. Владикавказ, Издательство СОГУ, 1996. – с. 10-11. 161 Пылин В.В. Референдум: проблемы правового регулирования и практика реализации. //Известия Вузов. Серия «Правоведение», № 6, 2002. – с. 80. 162 Чиркин В.Е. Государствоведение. М., Юристъ, 1999. – с. 249. 163 Шайо А. Самоограничение власти (краткий курс конституционализма). – М., Юристъ, 2001. – с. 112.

участвовать в управлении делами государства непосредственно. Поэтому подразумевается, что парламент должен выражать «волю народа», «всеобщую волю». Однако такая его способность, учитывая опыт практической деятельности парламента, ставится некоторыми авторами под сомнение. Так, либеральные мыслители XIX века склонялись к мысли, что парламент – это не орган народной воли, а форум, пригодный для политического обмена мнениями, «шикарный клуб для джентльменов», говоря словами А. Шайо. С этой точки зрения преимущество парламентской системы виделось именно в парламентском процессе принятия решений, а не в том, что таким образом в решениях могут принимать участие лица, которых касаются эти решения, пусть даже путем представительства164. Следует отметить, что на современном этапе большинство претендентов на депутатское кресло так и представляют себе парламент, быстро забывая об интересах избирателей в случае своего избрания. Более того, сами избиратели часто воспринимают депутатов не как своих представителей, а как недоступных простым гражданам обладателей власти. Указанные обстоятельства не остались незамеченными представителями современной юридической науки, также заставляя их сомневаться в выражении парламентом всеобщей воли. Так, по мнению А.Д. Керимова, всеобщая воля «вырабатывается далеко не по всем общественно значимым проблемам и при нормальном течении исторического процесса она отнюдь не очевидна», поэтому парламент «в первую очередь вырабатывает и выражает, главным образом путем принятия законов, собственную волю, которая с большим основанием, чем какая бы то ни было другая воля… может быть признана совпадающей с народной… и (или) отвечающей интересам населения страны»165. Таким образом, несмотря на имеющиеся недостатки функционирования и наличия сомнений в выражении парламентом всеобщей воли, необходимо приложить максимум усилий, чтобы указанный орган стал эффективной, реальной формой политического участия, хотя и представительного.

164 Там же. – с. 117-119. Керимов А.Д. Выражает ли парламент всеобщую волю? //Право и политика. №6, 2003. – с. 7-8.

На современном этапе в России в результате законодательных инициатив Президента РФ возник новый орган народного представительства – Общественная палата РФ. Она не является государственным органом, и ее правовой статус определен в законе довольно расплывчато. Поэтому на вопрос о том, насколько реальным будет влияние Общественной палаты на органы государственной власти, появится возможность ответить только после того, как она в полном составе приступит к осуществлению своих полномочий. Следует отметить, что по сей день среди ученых-юристов продолжаются дискуссии по поводу необходимости осуществления гражданами политического участия в форме отзыва депутата представительного органа. На современном этапе представители юридической науки пытаются найти ответ на вопрос, совместим ли императивный мандат с провозглашаемыми демократическими принципами? Отвечая на этот вопрос, на основе анализа мнений авторитетных ученых и правоприменительной практики, В.В. Пылин высказывается в пользу предоставления избирателям собственного права по отзыву выборных лиц и близкого к нему права роспуска выборных органов. При этом автор подчеркивает, что эти формы политического участия должны осуществляться в исключительных случаях, «когда исчерпаны иные средства обеспечения деятельности депутата или выборного должностного лица или выборного органа», и что для их успешного осуществления мало признания и законодательных гарантий, необходим высокий уровень политической и правовой культуры граждан, их готовность к участию в общественной деятельности166. Соглашаясь в целом с мнением Пылина В.В., следует отметить, что, безусловно, высокий уровень правосознания граждан оказывает непосредственное влияние на осуществление ими политического участия в любой из форм, однако, на наш взгляд, имеется и обратная зависимость – расширение возможностей политического участия путем законодательного закрепления новых его форм должно стимулировать политическую активность граждан.

Пылин В.В. Императивный или свободный мандат адекватен народовластию? //Право и политика. №8, 2001. – с. 32.

Практически, все перечисленные формы участия в управлении делами государства присутствуют на местном (муниципальном) уровне. Однако, как уже отмечалось выше, здесь имеются и специфические формы политического участия (публичные слушания, сходы граждан, опрос граждан). Такова наша точка зрения, хотя вопрос является спорным, поскольку некоторыми авторами ставится под сомнение принадлежность органов местного самоуправления к сфере политики. Все зависит от теории самоуправления, которой придерживается тот или иной ученый. И все же, по нашему мнению, применительно к российским условиям правомерен вывод, сделанный коллективом авторитетных отечественных ученых о том, что «самоуправление… предполагает лишь присутствие некоторых общих рамок деятельности органов, управляющих данным сообществом, и оно вовсе не исключает возможности принятия творческих решений, то есть формирования политики на местном уровне»167. Таким образом, на наш взгляд, участие в местных выборах, местном референдуме, публичных слушаниях, опросе, правотворческой инициативе и т.д. представляет собой именно формы политического участия. И их роль нельзя недооценивать, поскольку самоуправление в городах и поселках, демократия именно на местах издавна считается основой гражданственности и народовластия168, по мере своего становления и развития местное самоуправление становится репродуцентом территориально-личностных интересов, формируемых на локальном уровне, в процессе становления и взаимодействия гражданского общества и демократического правового государства169. Расширение законодателем возможностей осуществления политического участия граждан на местном уровне является позитивным шагом, однако, насколько эффективно оно будет реализовываться – покажет практика. В комплекс прав, объединяемых в рамках права на участие в управлении делами государства, входят, как отмечалось, также право граждан участвовать в Политико-правовые ценности: история и современность. Колл. авторов: В.Г. Графский, В.Д. Дождев, Н.Н. Ефремова и др. /Отв. ред. В.С. Нерсесянц. М., Эдиториал УРСС, 2000 - с. 219. 168 Местное самоуправление – основа гражданственности и народовластия. Выступления Президента Российской Федерации В.В. Путина на сессии Конгресса муниципальных образований. Москва, 11 ноября 2003 года. //Журнал российского права. № 12, 2003. – с. 3. 169 Баймуратов М.А. Публичная самоуправленческая (муниципальная) власть и гражданское общество: проблемы взаимосвязи и взаимозависимости. //Право и политика. №3, 2004. – с. 85.

отправлении правосудия и право равного доступа к государственной службе. В каких же конкретных формах реализуются эти права? Что касается права на участие в отправлении правосудия, то граждане РФ в процессе его реализации могут участвовать в избрании мировых судей;

осуществлять правосудие в качестве присяжных и арбитражных заседателей. Однако, на наш взгляд, вопрос о том, можно ли указанные формы участия считать политическими, носит спорный характер. Еще в начале 20 века высказывалось мнение о том, что «прикосновение к политике всегда и везде низводило суд с той высоты, на которой он должен стоять, и не может оно пройти безнаказанно для русских судов»170. На современном этапе также высказывается мнение о том, что суды должны быть «вне» политики, это отмечает Н.В. Исаков, считая, однако, что это не представляется возможным. Конституционный суд, к примеру, является составной частью государственной власти и в качестве таковой осуществляет ее политику171. Значимость судов в осуществлении политического участия подчеркивает Хованская А.В., констатируя, что «доктриной политического участия выражена презумпция права граждан оказывать влияние на собственную жизнь политическими методами. Фактически, высшие суды РФ могли бы способствовать воссозданию единого принципа народовластия, логично объединив весь имеющийся институт политических прав и свобод»172. На наш взгляд, Хованской А.В. несколько преувеличена роль судов в указанной сфере, к тому же она, как и Исаков Н.В., говорит о «высших судах», в то время как участие граждан в рассматриваемой сфере осуществляется на более низком уровне. Кроме того, присяжные участвуют только в рассмотрении уголовных дел, да и то не во всех случаях. Участие арбитражных заседателей осуществляется также не всегда. Избрание же мировых судей на должность не является реализацией избирательного права граждан, на что указывает Д.Б. Сергеев, отмечая, что «граждане, участвуя в том, что законодатель называет выборами Журнал Государственного Совета с суждениями по проекту временных правил об обществах и союзах. /Роговин Л.М. Законы об обществах, союзах и собраниях. СПб., изд. кн. маг. И.И. Зубкова под фирмою «Законоведение», 1912. – с. 84-85. 171 Исаков Н.В. Правовая политика: теоретические подходы к исследованию. //Право и политика. №5, 2003. – с. 20. 172 Хованская А.В. Суды в динамической правовой системе: потенциал самоуправления общества. //Известия вузов. «Правоведение». № 1, 2004. – с. 189.

мирового судьи, на самом деле участвуют в процедуре согласования с ними кандидатуры мирового судьи», а сама «процедура избрания населением мирового судьи по своей сути допускает возможность отхода от принципа альтернативности выборов…173». В то же время, при реализации политического права на участие в отправлении правосудия в рассматриваемых формах, граждане осуществляют, наряду с судьями, судебную власть (это четко установлено законодательными нормами). Поэтому, хотя и с некоторой долей сомнения, участие в избрании мировых судей и осуществление правосудия в качестве присяжных и арбитражных заседателей следует отнести к формам политического участия граждан. Что касается права на равный доступ к государственной службе, то, на наш взгляд, при его реализации политическое участие не осуществляется. Участие в конкурсе на замещение государственной должности скорее осуществляется гражданами в сугубо личных интересах и не преследует политических целей. Становясь государственным служащим, гражданин становится частью государственного механизма в лице государственных органов. Государственная служба является профессиональной служебной деятельностью граждан в целях обеспечения исполнения полномочий государственных органов и их должностных лиц. Таким образом, в данном случае о политическом участии граждан речи не идет. Перспективным в плане развития политического участия является совершенствование механизма осуществления права обращений (петиций) лично, а также посредством направления индивидуальных и коллективных обращений в государственные органы и органы местного самоуправления. Реализовать это право граждане могут в форме предложения органам власти проектов нормативноправовых актов в рамках народной законодательной и правотворческой инициативы;

писем депутатам и органам представительной власти с обращениями;

обращений к депутатам и органам исполнительной власти на собраниях и сходах, встречах и приемах;

обращения в контрольные и правоохранительные органы и т.д. Если обращение от гражданина или группы граждан направляется в письменной Сергеев Д.Б. Предмет российского избирательного права: научные дискуссии и их влияние на правоприменительную деятельность. //Право и политика. № 10, 2003. – с. 7.

форме, то в соответствие с действующим законодательством должностное лицо органа государственной власти или органа местного самоуправления обязано в установленный срок его рассмотреть. Суть обращения может быть самой разнообразной. Зачастую на практике должностное лицо не решает вопрос по существу, а переадресовывает в нижестоящий орган. В большинстве случаев при помощи обращения гражданин ставит цель удовлетворения своих личных, частных интересов. Таким образом, следует отметить, что политическое участие, осуществляемое в процессе реализации права граждан на обращение, не всегда приносит обратившемуся желаемый результат, поскольку решающая роль все-таки остается за государственным органом. Воздействие, оказываемое на орган государственной власти в этом случае невелико, однако доступность этой формы политического участия и не слишком сложная процедура осуществления делают ее массовой. Хотя, на наш взгляд, потенциал такой формы политического участия, как народная законодательная инициатива, не до конца осознан как самими гражданами, так и органами власти. Важнейшей, на наш взгляд, формой политического участия является участие в митингах, собраниях, демонстрациях, шествиях и пикетирования. Цель перечисленных мероприятий – обсуждение проблем, касающихся политики органов государственной власти, решений органов и должностных лиц местного самоуправления или протест против них, стремление сделать свою позицию достоянием общественности, попытаться повлиять на соответствующие органы и должностных лиц в каком-либо вопросе174. Как показывает практика последних лет, чаще всего митинги и подобные им акции проводятся в ответ на непопулярные экономические меры (недавний пример – монетизация льгот). Кроме того, вследствие низкой политической активности граждан появился опыт привлечения маргинальных слоев населения к участию в митингах заинтересованными политическими силами посредством материального вознаграждения. В этом случае искажается сама идея подобных мероприятий как способа выражения народной Нудненко Л.А. Теоретические основы права граждан РФ на проведение собраний, митингов, шествий и пикетирования. // Журнал российского права. № 12, 2000. – с. 69.

воли. Кроме того, осуществление гражданами политического участия в рассматриваемых формах не предполагают каких-либо обязательных действий со стороны органов государственной власти или их должностных лиц. Тем не менее, несмотря на указанные негативные обстоятельства, собрание граждан в ходе митинга, демонстрации «образует определенный, хотя и временный коллектив»175. Это в какой-то мере помогает преодолеть складывающуюся в последнее время отрицательную тенденцию крайнего индивидуализма, явившуюся следствием замены отношений опеки и попечительства, которые связывали граждан с государством, абсолютной независимостью и суверенитетом индивидов176. Некоторый оптимизм в плане совершенствования механизма осуществления политического участия граждан в форме участия в митингах, шествиях и т.п. внушают предпринятые законодателем шаги для их правового регулирования в общегосударственном масштабе. Таким образом, нами были рассмотрены конституционно закрепляемые политические права и вытекающие из их осуществления основные формы политического участия граждан. При этом стало очевидным, что не всем политическим правам корреспондируют формы политического участия граждан. Что же касается форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти, то, следуя логике исследования, к их числу, безусловно, относится участие граждан в выборах и референдумах, участие в законодательной инициативе, участие в отзыве депутатов, участие, осуществляемое в представительной форме, а также участие граждан в осуществлении правосудия. Остальные формы политического участия граждан не обязывают органы государственной власти к совершению определенных, законодательно регламентированных действий. Также следует отметить, что поскольку предметом исследования в нашей работе является именно конституционное законодательство о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти, Чиркин В.Е. Индивид и общество: коллективные конституционные права. Эссе. //Право и политика. № 4, 2001. – с. 93. 176 Керимов Д.А. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права). – М., Аванта+, 2000. – с. 463.

законодательное регулирование участия граждан в осуществлении правосудия далее рассматриваться не будет. Учитывая изложенное, перейдем к классификации форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти. На наш взгляд, в качестве критериев классификации современных форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти должны выступать, во-первых, те из них, которые уже использовались ранее представителями юридической науки и не утратили на сегодняшний день своей актуальности. Кроме того, попытаемся предложить новые критерии. В этом случае классификация форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти на современном этапе будет достаточно полной и всесторонней. Во многом традиционной стала классификация форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти по способу осуществления на непосредственные формы (участие в выборах, референдумах) и представительные формы (осуществление политического участия через выборных представителей, из которых формируется законодательный (представительный) орган). По уровню осуществления формы политического участия граждан в осуществлении государственной власти можно классифицировать на осуществляемые на федеральном уровне и уровне субъектов Федерации. При этом некоторые формы политического участия присутствуют на всех уровнях (участие в выборах, референдумах), другие характерны только для одного из уровней (участие в отзыве). Среди критериев классификации форм политического участия, используемых учеными-юристами, значимыми, на наш взгляд, являются такие, как его интенсивность и последовательность, а также отношение к действующему законодательству. По первому из признаков, по нашему мнению, формы политического участия можно классифицировать на регулярные (участие в выборах) и иррегулярные (участие в референдуме). Поскольку в рамках проводимого исследования рассматриваются только правовые формы политического участия, то, пользуясь предложенным критерием, на наш взгляд, формы политического участия можно классифицировать на прямо предусмотренные Конституцией (участие в выборах, референдумах) и выводимые из ее положений, но регламентированные иными нормативно-правовыми актами (например, участие в отзыве депутата). Кроме того, в основу классификации форм политического участия граждан может быть положено их соотношение между собой. В этой связи формы политического участия, с нашей точки зрения, являются самостоятельными (участие в выборах, участие в митинге, участие в референдуме), либо производными от некоторых из них (например, участвовать в отзыве депутата возможно только после того, как он приобретет этот статус в результате осуществления гражданами политического участия в форме участия в выборах). С классификацией форм политического участия на индивидуальные и коллективные, активные и пассивные формы, часто встречающейся в литературе, в принципе, можно согласиться, но с определенными оговорками. Прежде всего, политическое участие осуществляется гражданами в различных формах в процессе реализации политических прав, которые, в основном, являются коллективными. Поэтому подавляющее большинство форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти также являются коллективными. Далее, политическое участие всегда связывалось с политической активностью граждан, поэтому, на наш взгляд, любые формы политического участия в осуществлении государственной власти будут активными. По-видимому, авторы, все же использующие этот критерий классификации, считают активными те формы политического участия, в основе осуществления которых лежит собственная инициатива группы граждан (законодательная инициатива, участие в инициативной группе по проведению референдума и т.п.), а пассивными – те формы политического участия граждан в осуществлении государственной власти, реализация которых не обусловлена инициативой граждан (участие в выборах). Подводя итог, хотелось бы отметить, что в приведенной классификации, возможно, и не отражены все возможные критерии классификации форм политического участия граждан, однако, рассмотрены те из них, которые, по нашему мнению, имеют определяющее значение и помогают формированию целостного представления о системе политического участия граждан в осуществлении государственной власти, сложившейся на современном этапе.

Глава 2. Становление и тенденции развития современного конституционного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти 2.1. Становление современного конституционного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти В последнее десятилетие произошло кардинальное обновление всего отечественного законодательства. Это вызвано коренными переменами общественнополитической жизни в России, произошедшими на рубеже ХХ – ХХI вв. Задача создания правового механизма, отвечающего новым условиям, обусловила адекватное обновление права. Вместе с тем, в последнее время наблюдается стремление к тотальному, сплошному законодательному регулированию177. Следствием этого является увеличение количества законов, как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации. Указанная тенденция развития характерна в полной мере и для конституционного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти. На наш взгляд, оно нуждается в детальном исследовании и научном осмыслении, так как недостатки современной законодательной практики способны привести в недалеком будущем к существенной рассогласованности законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти, его отставанию от требований времени, снижению его действенности и авторитета. Становление современного конституционного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти имело исторические предпосылки. На наш взгляд, практика правового регулирования политического участия граждан в осуществлении государственной власти, сложившаяся в дореволюционный и советский период, в той или иной степени была востребована в процессе формирования современного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти. В этой связи, прежде, чем характеризовать особенности становления Каким быть законам ХХI века? (по материалам научно-теоретической конференции, посвященной 75летию ИЗ и СП). Выступление Тихомирова Ю.А. // Журнал российского права, 2001, № 3. – с. 20.

конституционного законодательства о формах политического участия граждан в постсоветский период, хотелось бы остановиться на предпосылках его формирования. Начнем с дореволюционного периода. Известно, что политическое участие членов общества в осуществлении власти имело место еще в догосударственный период. Византийский историк VI в. Прокопий из Кессарии писал, что «…славяне и анты не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии)…»178. Известный ученый современности В.В. Еремян отмечает, что «предполагалось участие всех лично свободных граждан (отвечающих ряду требований, прежде всего гражданско-правового характера) в городском, сельском или вечевом собрании и выборах органов исполнительной – прежде всего княжеской, но иногда, как в Новгороде, и епископской – власти»179. Приведенные примеры свидетельствуют, что политическое участие в осуществлении власти, причем в непосредственной форме, осуществлялось появилось с древнейших позднее. времен. По Однако нашему законодательное мнению, генезис регулирование порядка осуществления политического участия в различных его проявлениях гораздо законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти происходил в условиях становления российской государственности. Именно в этот период, в 1497 году, был принят Судебник Ивана III, который, в отличие от принимаемых ранее актов, являлся законом общегосударственного характера. Хотя Судебник 1497 года, как следует из его названия, содержит преимущественно нормы о преступлении, наказании, судопроизводстве, в некоторых его нормах можно заметить попытки регламентации политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Так, статья 38 (в изданиях) Судебника, говорит о необходимости присутствия представителей местного мира при осуществлении судов на местах: «а бояром или детем боярским, имуть судити, а на суде у них бытии дворскому, и старосте и лутчим людем. А без дворского, и без старосты, и без лутчих людей суда Прокопий Кессарийский. Война с готами. Книга VII, 14, 22. /Цит. по: Ковлер А.И. Кризис демократии? Демократия на рубеже ХХI века. /Отв. ред. Б.Н. Топорнин. – М., ИГП РАН, 1997. – с.51. 179 Еремян. В.В. Государственный строй Древней Руси как сочетание полисной демократии и княжеской власти. //Право и политика. №2, 2004. – с. 86-87.

наместником и волостелем не судити»180. То есть суды местной администрации наместников, волостелей и их тиунов, как комментирует Алексеев Ю.Г., «происходили с участием коллегии «добрых людей», в состав которой по-прежнему входили сотские, старосты, дворские, но в основном, по-видимому, рядовые члены «мира»181. При этом необходимо отметить, что указанная статья Судебника не являлась нововведением, она лишь закрепляла обычай в качестве общеобязательного института, получившего санкцию государственной власти. Анализируя дальнейшее развития законодательства о политическом участии граждан в осуществлении государственной власти, следует отметить, что особого многообразия форм в нем не закреплялось: в основном развивались выборные начала, в зачаточной форме – законодательная инициатива и представительная форма политического участия в осуществлении государственной власти. Так, с введением местного самоуправления появились губных и земских грамотах (возникли в 1530 г., а с 1539 стали издаваться почти ежегодно по всей территории России182) предписывалось общинам избирать из своей среды грамотных и способных людей для занятия должностей губных и земских старост и целовальников, исполнявших как уголовно-полицейские, так и хозяйственные функции. Данное обстоятельство свидетельствует о попытках законодательного закрепления принципа выборности органов местного самоуправления. Принцип выборности, хотя и не закреплялся законодательно, воплощался на сомом высоком уровне. Так, Беляев И.Д. отмечает, что «Михаил Федорович Романов был выбран в русские цари собором всей Русской земли, в котором участвовали и подавали голоса как выборные служилые люди, так и выборные от городов;

голос общества снова занял свое место в общем деле государства не только в выборе царя, но и в поддержании выбора»183. Кроме того, в качестве примера, наглядно показывающего признание важности власти общественной, Беляев И.Д. приводит издание Михаилом Федоровичем указа, которым предполагалось предоставить обществу Хрестоматия по истории государства и права СССР. Дооктябрьский период. /Под ред. Титова Ю.П., Чистякова О.И. – М., Юрид. лит., 1990. – с. 49. 181 Алексеев Ю.Г. Судебник Ивана III. Традиция и реформа. Монография. СПб., 2001 – с. 302. 182 Развитие русского права в XV- первой половине XVIII в. / Отв. ред. В.С. Нерсесянц. - М., Наука, 1986. – с. 19. 183 Беляев И.Д. История русского законодательства. СПб., Издательство «Лань», 1999. – с.490.

полное самоуправление184. В нем городам и волостям предписывалось выбрать из своей среды судей и правителей, и чтобы везде были отменены государевы наместники и воеводы и приказные люди. Но подобная инициатива государя не имела успеха;

указ не был исполнен повсеместно. Что касается законодательной инициативы, то с ней зачастую выступали приказы (каждый по своему ведомству), хотя допускалась также частная инициатива лиц и сословных групп, а также членов земских Соборов185. Следовательно, в данном случае можно говорить о наличии зачаточной формы осуществления политического участия путем народной законодательной инициативы. Как прообраз законодательной инициативы можно рассматривать челобитные. В Соборном уложении довольно часто встречаются положения об обращении с челобитной. Упоминаются следующие виды челобитных: заручная, изветная, исковая, ложная (затейная), мировая, неподписная, отсрочная, подписная, полюбовная, ставочная. Статья 20 главы Х «О суде» Соборного уложения, содержит нормы, регламентирующие подачу челобитной: запрещалась подача челобитной непосредственно государю, до обращения с ней в соответствующий приказ – «а не бив челом в приказе, ни о каких делах государю никому челобитен не подавать»186. Хотя Беляев И.Д., говорит о том, что «в целом Уложении нет ни одной статьи, которой бы юридически обеспечивалось значение общества в делах государственных»187 и даже отменено участие общества в судебных делах, на наш взгляд, законодательное закрепление права на подачу челобитных имело большое значение для становления законодательства о формах политического участия граждан. Следует отметить, что подача коллективных челобитных была довольно распространенной формой участия в делах государства. Как в этой связи отмечал Кизеветтер А.А., «мирские челобитья являлись в Московском государстве как в XVI, так и в XVII самым распространенным способом оглашения общественных нужд и желаний». Тем более что, во-первых, «правом подачи таких челобитных См.: Беляев И.Д. Указ соч. – с. 492. Развитие русского права в XV- первой половине XVIII в. / Отв. ред. В.С. Нерсесянц. - М., Наука, 1986. – с.33. 186 См.: Соборное уложение 1649 г. Текст. Комментарии. /Руководитель авт. коллектива Маньков А.Г. Ленинград, издательство «Наука», 1987. – с.33. 187 Беляев И.Д. Указ соч. – с. 493.

185 пользовались все классы общества до крепостных крестьян включительно», вовторых, «с одинаковой свободой авторы челобитий касались и мелких местных нужд, и общегосударственных вопросов первостепенной важности»188. В качестве примера можно привести общую челобитную всех служилых людей об отмене урочных лет для вывоза беглых крестьян, а также общую челобитную от всех торговых людей, подданную в 1646 году с просьбой о защите русских торговцев от англичан и других иностранцев, отнимавших у них торг. В рассматриваемый период, как уже отмечалось, политическое участие граждан осуществлялось и в представительной форме. «Боярская дума и земский собор, - пишет И. Малиновский, - формы народного представительства (правда, весьма несовершенного)»189. Наиболее полно начала народного представительства воплощал земский Собор, который являлся преемственным институтом от церковных соборов и вечевых собраний, военных сходок предшествующего времени. Его созыв не регламентировался каким-либо законодательным актом, а был вызван возникшей необходимостью. Созыв собора был вопросом факта, а не установленного права. Не будучи правом, участие в соборе было скорее долгом, обязанностью190. Между тем, для нашего исследования интерес представляют акты, определявшие процедуру созыва Собора. Выборная часть земского собора созывалась путем рассылки в провинции на имя воевод грамот, в которых обычно указывалось число вызываемых, срок прибытия их в Москву и в редких случаях – цель созыва. Имущественный ценз для избираемых не полагался – в призывных грамотах предписывалось выбирать «лучших, средних и молодчих» людей, а в нравственном плане – «крепких, разумных, добрых, постоятельных», которым «государевы и земские дела за обычай»191. Предписание о выборах делалось от имени государя на имя местного городского начальника: воеводы или губного старосты. По получении предписания ему предписывалось собрать всяких чинов Кизеветтер А.А. Из истории законодательства в России XVII-XIX века. Издание «Донская Речь». Ростов н-Д., 1904. – с. 8-9. 189 Малиновский И. Лекции по истории русского права. Ростов-на-Дону. «Единение», 1918. – с. 58. 190 Развитие русского права в XV- первой половине XVIII в. / Отв. ред. В.С. Нерсесянц. - М., Наука, 1986. – с. 101-102. 191 Владимирский–Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Издание 7-е. Пг-Киев, Изд. Н.Я. Оглоблина, 1915. – с. 181.

людей в церковь, прочитать царскую грамоту и затем велеть им произвести выборы по чинам, т.е. каждый чин должен выбрать представителя из своей среды192. Избрание оформлялось письменным актом избрания, составляемым избирателями. Таким образом, хотя выборы представителей на земские соборы не были урегулированы в законодательном акте общего характера, попытки их регламентации в призывных грамотах были прогрессивным явлением того времени. Огромное значение имели обращения земских Соборов. Как отмечает Владимирский-Буданов М.Ф., «право петиций принадлежало в Московском государстве и отдельным лицам, и классам, но только петиции соборные могли иметь значение непререкаемого голоса всей земли. …В дальнейших последствиях право соборных петиций является правом законодательной инициативы (представления проектов закона) и правом контроля над деятельностью правительственных органов»193. Установление в России абсолютизма не способствовало развитию законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Только в период правления Екатерины II появились акты, закрепляющих дворянское и городское самоуправление и тем самым создающие предпосылки к осуществлению политического участия граждан – «Учреждение о губерниях» 1775 г., «Жалованная грамота дворянству» 1785 г., «Городовое положение» 1785 г. Таким образом, «сверху», путем внедрения выборного начала в систему организации власти на местах, были сформированы сословные местные общества. Из них только дворяне получили возможность влиять на управление государством и обществом. В соответствии с Положением о губернских и уездных земских учреждениях, земские учреждения (уездное земское собрание, уездная земская управа и пр.) формировались также (как и органы дворянского и городского самоуправления) путем выборов их членов. Позднее, в результате проведения реформ 60-70 гг. ХIХ века, право на осуществление самоуправления получили казачье и крестьянское сословия. Выборные начала составляли основу для Сергеевич В. Лекции и исследования по древней истории русского права. Третье издание. СПб., 1903. – с. 180. 193 Владимирский–Буданов М.Ф. Указ. соч. – с. 184.

формирования органов казачьего (Положение об общественном самоуправлении станиц казачьих войск от 1 июня 1891 г.) и крестьянского (Положения о сельском состоянии 1876, 1890, 1891 гг., «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости») самоуправления. Изложенное позволяет сделать вывод о том, что выборы, как важнейшая форма политического участия граждан в осуществлении государственной власти, в рассматриваемый период не носили общегосударственного характера, хотя при этом играли решающую роль при формировании на основе цензового представительства сословных органов местного самоуправления, из которых лишь дворянские имели возможность для участия в управлении делами общества и государства. В частности, им принадлежало право законодательной инициативы по некоторым вопросам (в плане попечения о сословных «пользах» и «нуждах»);

также проявлять инициативу могли некоторые представители верхов буржуазии (в форме записок, докладов на «высочайшее имя»)194. Таким образом, изменения, произошедшие в стране в результате реформ 6070-х гг. ХIХ века способствовали зарождению в России элементов гражданского общества и складыванию правового самосознания. Участие в выборах значительной части населения страны способствовало его приобщению к общественной деятельности, участию в местном управлении. Земские и городские выборы, деятельность гласных - все это в немалой степени подготовило население России к последующему участию в думских выборах195. К началу ХIХ либерально настроенные государственные деятели, разумно оценивая внутриполитическую обстановку, стали выступать с предложениями о принятии конституции. Первый из конституционных проектов был подготовлен М.М. Сперанским еще в 1809 г., наиболее детально разработанным был проект Н.Н. Новосильцева под названием «Уставная грамота Российской империи» (1820 г.).

Ерошкин Н.П. Законодательный механизм России периода буржуазных реформ 60-70 гг. ХIХ в. / Государственные учреждения и общественные организации СССР. История и современность. Межвузовский сборник статей. /Отв. ред. Ерошкин Н.П. М., МГИАИ, 1985. – с.89. 195 Очерки по истории выборов и избирательного права: Учебное пособие./под ред. Ю.А. Веденеева, Н.А. Богодаровой. - Калуга-Москва: Калужский областной фонд возрождения историко-культурных и духовных традиций «Символ», при участии ИД «Калуга», 1997. – с. 274.

Были предложены и другие конституционные проекты196, обсуждение продолжалось почти до середины 1882 г. Однако, после долгих колебаний, император сделал выбор в пользу реакции и контрреформ. И все же конституционные проекты данного периода сыграли свою роль в развитии законодательства о политическом участии граждан в осуществлении государственной власти, став базовым моделями для разработки Основных государственных законов Российской империи в редакции 1906 г. К началу ХХ в., виду очевидного кризиса самодержавия, создание выборного представительного органа стало насущной необходимостью. Естественно, его формирование было невозможно без принятия соответствующих законодательных актов, регламентирующих процедуру проведения выборов. Как отмечает Л. Катц, «впервые об избирательном праве было сказано в манифесте 18 февраля 1905 года, в котором возвещалось введение в России народного представительства»197. Первый избирательный закон, изданный 6 августа 1905 года, должен был определить порядок выборов депутатов в так называемую «Булыгинскую» законосовещательную Думу, однако порядок, предусмотренный законом, так и остался на бумаге. Следующим шагом стало издание Манифеста 17 октября 1905 года, который предусматривал создание Думы с законодательной компетенцией. В связи с этим было осуществлено изменение избирательного законодательства, направленное на привлечение к участию в выборах тех слоев населения, которые ранее были лишены избирательного права. Таким образом, изменения 11 декабря 1905 года, хотя еще далекие от всеобщего избирательного права, вместе с указами о порядке выборов на окраинах, сформировали второй по счету избирательный закон, на основании которого была избрана 1-ая и 2-ая Государственные Думы. По своему содержанию этот закон был либеральнее предыдущего, хотя название осталось прежним. Как известно, основы государственного строя, система органов государства, порядок их формирования определяются в Конституции. Манифест 17 октября См.: Кудинов О.А. Правительственные проекты Конституций Российской империи ХIХ в. //Государство и право. 2004. №4. – с. 73-79. 197 Катц Л. Наше избирательное право. Издание В.М. Саблина. М., 1912. – с. 12.

1905 г. в силу своего декларативного характера не являлся Конституцией, между тем была очевидна необходимость конституционного закрепления основ государственного строя. Это было осуществлено путем разработки и принятия Основных государственных законов редакции от 23 апреля 1906 года. Они представляли собой новый нормативно-правовой комплекс, состоящий из 11 глав и 124 статей, которые охватывали своим действием основополагающие институты государственной власти и прерогативы высших органов. Отдельные главы были посвящены Государственному Совету, Государственной Думе, Совету Министров. В отличие от Основных законов издания 1832-1892 годов (Свода Законов Российской империи) здесь четко были прописаны конституционные права и обязанности российских подданных198. После роспуска второй Думы 3 июня 1907 года было введено в действие «Положение о выборах в Государственную Думу. Издание 1907 года», которое как отметил О.И. Чистяков, «…резко завинтило гайки»199, т.к. содержало ряд более консервативных норм по сравнению с действовавшим до этого избирательным законом. Кроме того, «с точки зрения государственного права Положение о выборах 3-го июня издано в порядке ст. 87 Основных законов, т.е. в порядке чрезвычайного указа с резким нарушением Основных законов: Положение о выборах юридически есть указ, не получивший силы закона, и поэтому обычное наименование Положения о выборах законом, а не указом, носит только политический, а отнюдь не научно-юридический характер»200 - такую правовую оценку рассматриваемому нормативному акту дал Л. Катц. Однако, именно по системе, установленной Положением, были избраны III и IV Государственные Думы. Несмотря на то, что развитие избирательного законодательства многократно расширило возможности осуществления политического участия граждан в осуществлении государственной власти, огромное их количество по-прежнему не Смыкалин А.С. Этапы конституционного строительства в дореволюционной России. //Государство и право. № 3. 2004. – с. 80. 199 Государственный строй Российской империи накануне крушения: сборник законодательных актов. /Составитель О.И. Чистяков, Г.А. Кутьина. М., Изд. МГУ, 1995. – с. 11. 200 Катц Л. Указ. соч. – с. 14.

было допущено к выборам, а если и было, то неимущие слои населения находились в неравном положении с имущими. Так, в первом избирательном законе (6 августа 1905 года) предусматривалось довольно широкое представительство крестьянства, в котором тогда видели опору монархии, в то время как рабочие были лишены представительства вовсе. Это право рабочие получили только с принятием закона 11 декабря 1905 года. Однако Положением о выборах 3 июня 1907 года, рабочие были существенно ограничены в избирательных правах, как и нерусское население, наряду с крестьянством. Что касается правового статуса Государственной Думы, то он определялся в законе, носившем название Учреждение Государственной Думы. В этом законодательном акте, подписанном царем 20 февраля 1906 года и действовавшем до конца существования Думы, достаточно подробно закреплялся статус данного органа, статус его членов, внутренняя структура, предметы ведения и внутренний распорядок. Кроме того, в данном документе нашло отражение одно из важнейших начал представительства того времени, заключающееся в том, что «как бы и кем бы ни был избран данный представитель, он считается не представителем своих избирателей, а всего государства. Практически это начало выражалось в запрещении так называемых обязательных инструкций (mandats imperatifs)»201. Таким образом, члены Государственной Думы, согласно ст. 1 Учреждения государственной Думы, были «не обязаны отчетом перед своими избирателями». Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что к этому времени заметно изменились функции Государственного Совета: из законосовещательного органа он становится верхней палатой представительного органа с законодательными функциями. В новом качестве он был образован в соответствии с актом по «Учреждению Государственного Совета», подписанном императором 23 апреля 1906 г. Что касается формирования Государственного Совета, то одна из его равных частей избиралась посредством косвенных выборов, другая – назначалась императором.

Григорьев В. Избирательное право и организация выборов. (В связи с положением о выборах в Государственную Думу и с приложением текста узаконений 6 августа 1905 г.). СПб, «Центральная» ТипоЛит. М.Я. Минкова. 1905. – с. 9-10.

Следствием издания Манифеста 17 октября 1905 года стало и развитие законодательства об обществах, союзах и собраниях. Одними из наиболее важных актов стали изданные 4 марта 1906 года временные правила об обществах и союзах, а также изданные в это же время временные правила о собраниях. По сравнению с ранее действовавшим законодательством принятые Временные правила об обществах и союзах носили прогрессивный характер в плане расширения политического участия населения. Однако, следует отметить, что для некоторых категорий лиц существовали ограничения в осуществлении права на участие в деятельности обществ и союзов. Так, не допускались к образованию обществ и участию в них несовершеннолетние, а также учащиеся в низших и средних учебных заведениях. Особенно строгие ограничения действовали в отношении военнослужащих: им запрещалось не только входить в состав и принимать участие в каких бы то ни было союзах, группах, организациях и т.п., преследующих политические цели, но также и присутствовать на различных собраниях, обсуждать политические вопросы, участвовать в противоправной агитации, принимать участие или присутствовать на любого рода сходках и манифестациях (Приложение II к ст. 1181 Устава о предупреждении и пресечении преступлений). Определенные ограничения для участия в обществах и союзах устанавливались и для некоторых других категорий лиц202. Таким образом, очевидно, что довольно значительная часть населения была лишена права участвовать в обществах и союзах или ограничена в нем. В то же время, законодатель не установил подобного ограничения для женщин, исходя из того, что хотя политических прав женщины не имеют, тем не менее, неправильно устранять их от всякого участия в общественной жизни страны, тем более лицам женского пола не прегражден доступ на публичные собрания, устраиваемые по вопросам государственным, общественным или экономическим203. Что касается уже упомянутого права на участие в собраниях, то его реализация регламентируется Временными правилами о собраниях, См.: Роговин Л.М. Законы об обществах, союзах и собраниях. СПб, изд. кн. маг. И.И. Зубкова под фирмою «Законоведение», 1912 – с. 9-16. 203 См.: Журнал Государственного Совета с суждениями по проекту временных правил об обществах и союзах. /В кн.: Роговин Л.М. Законы об обществах, союзах и собраниях. СПб, изд. кн. маг. И.И. Зубкова под фирмою «Законоведение», 1912. – с.91-92.

установленных Именным Высочайшим Указом 4 марта 1906 г., который позднее составил приложение к статье 1151 (по Прод.) Устава о предупреждении и пресечении преступлений. Согласно Временным правилам, на собрания не допускались вооруженные лица, учащиеся низших и средних учебных заведений без разрешения учебного начальства и малолетние. Об ограничении указанного права по отношению к военнослужащим было указано ранее. Следует отметить, что особо регламентировалась подготовка собрания избирателей и выборщиков к выборам в Государственную Думу (ст. 76-82 Положения о выборах в Государственную Думу издания 1907г.). На основании изложенного, можно сделать вывод о том, что с 1905 года процесс развития законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти значительно ускорился. Однако, как оказалось, преобразования осуществлялись все-таки недостаточно быстро и часто носили характер полумер. Чем не преминули воспользоваться радикально настроенные общественно-политические силы. Итогом Февральской революции стало создание Временного правительства, провозгласившего в декларации 2 марта 1917 г. созыв Учредительного собрания. До созыва Учредительного собрания коренным образом менять структуру органов государственной власти Временное правительство, по-видимому, не считало нужным. Хотя 21 мая 1917 г. были изданы «Временные правила о производстве выборов губернских и уездных земских гласных», постановление «О волостном земском управлении», и «Наказ о производстве выборов строя волостных земских гласных». разработка Для оформления конституционного осуществлялась основополагающих законопроектов. Так, 25 марта 1917 г. было создано Особое совещание для подготовки проекта положения о выборах, в состав которого вошли видные ученыеправоведы и общественно-политические деятели. Таким образом, 20 июня 1917 года было издано постановление об утверждении разд. I Положения о выборах в Учредительное собрание. В проекте этого документа достаточно подробно рассматривались субъекты избирательного права (гл. II «Об избирательном праве»);

понижался на пять лет возрастной ценз204. Кроме того, «Особой комиссией» «Юридического совещания» осуществлялась разработка Основных возглавляемой президентом, избранным Учредительным законов и (Конституции России). Согласно проекту Россия должна была стать республикой, собранием, двухпалатным парламентом. Однако Октябрьская революция 1917 г., последующий роспуск большевиками Учредительного собрания положили конец начавшимся в России демократическим преобразованиям. Резюмируя изложенное, следует отметить, что в рассмотренный период политическое участие граждан в осуществлении государственной власти слабо регламентировалось законодательно, хотя имело место на практике (за исключением периода абсолютизма). Первоначально (с момента принятия Судебника 1497 года и до принятия Соборного Уложения 1649 года) объяснялось это тем, что право на участие проистекало не из закона, а из обычая. Поэтому законодательное закрепление каких-либо форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти не считалось необходимым. Позже, в период установления абсолютизма в России, причины были уже иные: власть монарха неограниченна, законы издаются от его имени, общество практически не участвует в делах государства ни формально, ни реально. Политическое участие в форме выборов осуществляется лишь на местном уровне. И только с издание Манифеста 17 октября 1905 г. законодательство о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти приобрело качественно новый характер. Главное место было отведено представительной форме политического участия граждан – созданию выборного представительного органа с законодательной функцией. Появились специальные законы, довольно детально регламентирующие осуществление конкретных форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Конечно, эти законы были далеки от совершенства, право участвовать в делах государства получили не все и не в равной мере, и, в то же время, нельзя не отметить их позитивного значения. В целом, законодательство о формах политического участия, разработанное в конце См.: Смыкалин А.С. Указ. соч. – с. 80.

рассматриваемого периода, отличалось высоким уровнем юридической техники, поскольку к его созданию привлекались наиболее видные и авторитетные ученыегосударствоведы. Рассмотренный опыт правового регулирования политического участия граждан в осуществлении государственной власти во многом стал основой формирования современного конституционного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Несколько иную роль сыграл советский период. Опыт конституционноправового регулирования политического участия граждан в осуществлении государственной власти на этом историческом этапе в постсоветский период стал восприниматься крайне негативно, что выразилось в стремлении отойти от него как можно дальше. Вместе с тем, нельзя не отметить, что именно в советский период впервые были законодательно регламентированы некоторые формы политического участия граждан в осуществлении государственной власти. В советский период Россия, объединив ряд республик в составе СССР, стала государством, аналогов которому мировое сообщество еще не знало. Впоследствии ряд авторов выделили правовую систему, сложившуюся в СССР и ряде стран социалистического лагеря, как самостоятельный тип правовой системы. Соответственно, и законодательство этого периода, в том числе и законодательство о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти, имело специфические особенности. Начало развитию конституционного законодательства о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти было положено 10 января 1918 г. в Таврическом дворце на III Всероссийском Съезде Советов рабочих и солдатских депутатов, когда был принят ряд «важнейших конституционных актов, в которых нашли свое отражение характерные черты нового общественного и государственного строя…»205. Этими актами, ставшими предпосылкой принятия Конституции нового государства – Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, были «Декларация прав Городецкий Е.Н. Рождение советского государства. 1917-1918 гг. М., «Наука», 1987. – с. 307.

трудящегося и эксплуатируемого народа» и постановление «О федеральных учреждениях Российской республики» Конституция РСФСР 1918 г., в содержание которой практически полностью вошли указанные выше акты, устанавливала, что «власть должна принадлежать целиком и исключительно трудящимся массам и их полномочному представительству – Совету рабочих, солдатских и крестьянских депутатов» (гл. 4, ст. 7)206. Так называемым «эксплуататорам», согласно Конституции, не было места ни в одном из органов власти. Таким образом, казалось бы, предоставлялись широкие возможности для осуществления политического участия в осуществлении государственной власти как непосредственно, так и в представительной форме, однако классовый подход лишал этого права тех, кто не подпадал под понятие «трудящиеся массы». Конституция предполагала осуществление государственной власти путем формирования на выборной основе системы Советов различных уровней, начиная с сельских и городских, верховная власть закреплялась за Всероссийским Съездом Советов. В части политических прав, без фиксирования и гарантии которых невозможно осуществление политического участия, Конституция 1918 г. провозглашала свободу выражения мнений (ст. 14), свободу устроения собраний, митингов и шествий (ст. 15), свободу союзов и оказание содействия рабочим и крестьянам для их объединения в организации (ст. 16). Кроме того, согласно Конституции все политические права предоставлялись и иностранцам, проживающим на территории России и принадлежащим к рабочему классу (ст. 20). Отдельный раздел Конституции под названием «Активное и пассивное избирательное право» был посвящен избирательной системе – закреплялись ее принципы, категории лиц, обладавшие избирательными правами и их лишенные, наиболее важные организационные моменты производства выборов. Глава 15 указанного раздела в общих чертах регламентировала проверку и отмену выборов, отзыв депутатов. В целях расширения участия граждан в выборах провозглашалось право избирать и быть избранным в советы вне зависимости от пола, См.: Хрестоматия по истории отечественного государства и права. Учебное пособие. М.: Издательство МГУ, 1994. – с. 19.

национальности, оседлости, вероисповедания. Устанавливался довольно низкий – 18 лет – возраст для реализации как активного, так и пассивного избирательного права. Кроме того, возрастная норма могла быть понижена местными советами с утверждения центральной власти. При всем этом определяющим критерием для допуска того или иного лица к участию в выборах являлась его принадлежность к той или иной социальной группе. Избирательными правами обладали представители социальных групп, которые можно объединить общим понятием «трудящиеся», причем не только граждане РСФСР, но и иностранцы. В соответствии со ст. 65 Конституции избирательных прав лишались лица, прибегающие к наемному труду с целью извлечения прибыли, живущие на нетрудовые доходы, частные торговцы, торговые и коммерческие посредники, некоторые другие категории населения. Таким образом, очевидно, что от участия в выборах отстранялась значительная часть населения. Данное обстоятельство не позволяет считать избирательное право того периода всеобщим. Если рассматривать сложившуюся избирательную систему исходя из основополагающих принципов современного избирательного права, то следует отметить, что такие принципы, как равное, прямое избирательное право при тайном голосовании также большей частью не соблюдались. Прежде всего, посредством прямых выборов избирались только городские и сельские Советы. Советы более высокого уровня формировались из избираемых на соответствующих съездах Советов делегатов на основе принципов представительства и делегирования. Что касается принципа равенства осуществления избирательных прав, то, следует отметить, что оно нарушалось установленным Конституцией преимуществом городских Советов, которые имели более высокую норму представительства, чем губернские съезды Советов. Кроме того, действовало, хотя и не закрепленное конституционно, правило, дающее возможность рабочим для участия в выборах не только по территориальным избирательным округам, но и в своих партийных и профсоюзных организациях. Это обеспечивало их количественное преимущество в избираемых представительных органах.

Голосование могло осуществляться как тайно, так и открыто, на практике применялись обе формы, что естественно, исключало реализацию в полной мере принципа тайного голосования. ВЦИК РСФСР, действуя в соответствии со ст.70 Конституции, согласно которой подробный порядок проведения выборов определялся местными Советами в соответствии с инструкцией ВЦИК РСФСР, принимал декреты, которыми утверждались инструкции о проведении выборов;

при этом декреты носили разовый характер207. Таким образом, характеризуя систему законодательства, сложившуюся в этот период, следует отметить, что наряду с нормами Конституции (Основного закона), имевшими высшую юридическую силу, законодательное регулирование осуществлялось посредством издаваемых уполномоченными органами обращений, декретов, постановлений, деклараций. Все они являлись законодательными актами, принимаемыми по конкретному вопросу;

четкое разграничение между ними провести затруднительно. Наиболее распространенной формой был декрет. Так, институт отзыва депутатов, существовавший в это время наряду с выборами, первоначально нашел свое закрепление в Декрете ВЦИК «О праве отзыва делегатов» 4 декабря 1917 г. В указанном Декрете, исходя из закрепленного механизма его осуществления, можно сделать вывод, что отзыв отождествлялся с перевыборами, проведенными по инициативе не менее половины избирателей соответствующего округа. Позднее Конституция РСФСР 1918 г. в специальной главе XV «О проверке и отмене выборов и об отзыве депутатов», ст. 78 установила право избирателей во всякое время отозвать из Совета депутата и провести новые выборы в соответствии с общим положением. Заслуживает внимания и имевший место институт наказов, который впервые появился в 1918 г. в докладе о земле на II Всероссийском съезде Советов. В дальнейшем вплоть до избирательной реформы 1936 г. наказы привносились в самый низший представительный орган, а затем в случае признания наказа как объективного, он направлялся либо в исполком Совета для его реализации, либо в вышестоящий Совет, если наказ касался компетенции Иванченко А.В. Избирательные комиссии в Российской Федерации: история, теория, практика. (Монографическое исследование) М.: Издательство «Весь Мир», 1996. – с. 26.

вышестоящего Совета208. Таким образом, на данном этапе наказы можно рассматривать как специфическую форму политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Немаловажная роль отводилась общественным организациям как коллективным субъектам политического участия в осуществлении государственной власти, взаимодействие с которыми осуществлялось под непосредственным руководством партийных организаций209. В целях более четкой регламентации отношений между общественными организациями и государственными органами было издано постановление ВЦИК И СНК РСФСР от 3 августа 1922 г. «О порядке утверждения и регистрации обществ и союзов, не преследующих цели извлечения прибыли и порядке надзора за ними»210. Основные формы взаимодействия и сотрудничества государственных учреждений и общественных организаций предусматривали: 1) привлечение представителей общественных организаций при формировании государственных государственных органов в органов;

2) включение органов представителей общественных состав руководящих организаций;

3) поручение или передача общественным организациям временно или постоянно некоторых функций государственных органов;

4) содействие и помощь (финансовая, материальная и иная) со стороны государства общественным организациям211. Зачастую взаимоотношения государства и общественных организаций закреплялись не в законодательных или нормативных актах, а в иных документах, в частности, ведомственных соглашениях. Возникновение СССР 30 декабря 1922 г. на основе заключенного между четырьмя республиками (одна из которых была РСФСР) договора обусловило необходимость создания «союзного» законодательства. Прежде всего, была принята Конституция СССР 1924 г, утвержденная Постановлением II Съезда Данилов И.С. Развитие депутатского мандата в России. /Проблемы государственного строительства и права. Сборник статей под ред. Г.В. Мальцева. М., 2001. – с. 139-140. 209 Соболев В.С. Советы и общественные организации в условиях диктатуры пролетариата. (По материалам Верхнего Поволжья первых лет Советской власти). /Государственные учреждения и общественные организации СССР. История и современность. Сборник статей. М., 1985. – с. 61. 210 СУ РСФСР. 1922. № 49. ст.622. 211 Коржихина Т.П. К вопросу о взаимоотношениях государства и общественных организаций СССР в условиях государства диктатуры пролетариата. /Государственные учреждения и общественные организации СССР. История и современность. Сборник статей. М., 1985. – с. 55.

Советов Союза Советских Социалистических Республик 31 января 1924 г212. Однако ее положения в основном включили в себя Декларацию об образовании Союза Советских Социалистических Республик (раздел 1 Конституции) и Договор об образовании Союза Советских Социалистических Республик (раздел 2 Конституции). К числу норм, имеющих отношение к осуществлению политического участия, в Конституции СССР 1924 можно отнести лишь положения ст. 8-15, определяющие на основе принципов делегирования и представительства порядок формирования верховных органов власти СССР. В Конституции не определялось, в чьем ведении (СССР или республик) находится законодательство о формах политического участия граждан в осуществлении государственной власти, поэтому логично предположить, что оно находилось в ведении Союзных республик, конституции которых, в целом, соответствовали Конституции СССР, но в ряде норм, не противоречащих ей, старались учитывать специфику конкретной республики. Так, Конституция РСФСР 1925 года, утвержденной Постановлением XII Всероссийского Съезда Советов от 11.05.1925 «Об утверждении текста Конституции (Основного закона) РСФСР»213 в основном, воспроизводила положения о политическом участии граждан в осуществлении государственной власти Конституции РСФСР 1918 года. Однако наметилась тенденция сужения полномочий местных Советов в организации и проведении выборов. Так, уже не предусматривалась возможность местных советов с утверждения центральной власти понижать установленную конституционно возрастную норму реализации активного и пассивного избирательного права. В некоторой степени были расширены полномочия избирательных комиссий. Теперь, согласно Конституции, только члены избирательной комиссии подписывали протокол о ходе и результате выборов (ранее – также и представитель Совета), избирательные комиссии осуществляли и проверку правильности выборов в советы. Однако, несмотря на отмеченные тенденции, окончательно система избирательных комиссий во главе с 212 Вестник ЦИК, СНК и СТО СССР. 1924. №2. Ст. 24. СУ РСФСР. 1925. № 30. Ст. 218.

Центральной избирательной комиссией сложилась лишь в 1930 году, на основании утвержденной Президиумом ЦИК СССР Инструкции о выборах в Советы214. Казалось бы, логичным было в развитие конституционных норм об осуществлении различных форм политического участия граждан в осуществлении государственной власти принять соответствующие законодательные акты. Однако законодательство так и продолжало развиваться бессистемно, путем принятия нормативных актов по отдельным вопросам политического участия граждан в осуществлении государственной власти. Взять, к примеру, выборы. Фундаментального закона, который бы полно и всесторонне урегулировал их проведение, издано не было. При возникновении спорных вопросов, обнаружении недостатков и пробелов в правовом регулировании принималось очередное постановление. Приведем несколько примеров. Развивая конституционные положения о возможности отмены выборов, 16.01.1925 г. было принято Постановление Президиума ЦИК СССР «О перевыборах в советы»215. Одновременно с указанным постановлением Президиум ЦИК СССР издал Постановление «Об инструкции о перевыборах в Советы»216. Данным Постановлением ЦИК Союзных республик предлагалась инструкция о перевыборах городских и сельских советов и о созыве волостных (районных), уездных (окружных) и губернских (волостных) съездов советов. Инструкция регламентировала достаточно большой спектр вопросов, связанных с проведением выборов (определялся правовой статус избирательных комиссий, их виды, порядок формирования, обязанности;

устанавливался порядок составления списков лиц, лишенных избирательного права;

предусматривалась возможность и процедура обжалования гражданами лишения их избирательного права, давались разъяснения по поводу категорий лиц, лишенных избирательного права (разд. III, IV)).Сама процедура проведения выборов устанавливалась в разделе V Инструкции, определялсяпорядок голосования, оформления результатов выборов, рассмотрения жалоб. Заключительный раздел устанавливал процедурные моменты созыва 214 Собрание законов и распоряжений от 18 октября 1930 года. № 50. Ст. 524. СЗ СССР. 1925. №6. Ст.54. 216 СЗ СССР. 1925. № 6. Ст. 55.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.