WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

Беликов Александр Павлович Рим и эллинизм. Основные проблемы политических, экономических и культурных контактов.

Специальность 07.00.03 – Всеобщая история (История древнего мира) Диссертация на соискание учёной степени доктора исторических наук Научный консультант доктор исторических наук, профессор Кудрявцев А.А.

Ставрополь 2003 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ………………………………………………………………………3 ГЛАВА I. Военная фаза: первые этапы завоевания Римом восточного Средиземноморья………………………………………………………………………45 I.1. Иллирийские войны (229-33 гг. до н.э)……………………………………45 I.2. Рим и Филипп V. Проблемы начального этапа римского наступления на Балканах…………………………………………………………………………69 I.3. Завершение подчинения Македонии…………………………………….104 ГЛАВА II. Мирное подчинение: методы и суть римской дипломатии……120 II.1. Становление методов «двойной дипломатии»…………………………120 II.2. Завещание Аттала III и аннексия Пергама……………………………...125 II.3. Римская дипломатия против Селевкидов……………………………….152 II.4. Причины деградации римской дипломатии во второй половине II в. до н.э. ……………………………………………………………………………...175 ГЛАВА III. Проблема соотношения внутренних и внешних факторов римской политики…………………………………………….................................191 III.1. Проблема «торгового империализма»………………………………….191 III.2. Начальный этап провинциального устройства………………………...202 III.3. Римская провинция Азия и начало 1 Митридатовой войны………….227 ГЛАВА IV. Социально-классовые аспекты политики Рима на Востоке…..257 IV.1. Действия Рима против аристократических правительств Родоса и Ахейского союза……………………………………………………………….257 IV.2. Разграбление Эпира……………………………………………………..264 IV.3. Рим, Македония и Ахейский союз в 60-40 гг. II в. до н.э…………….273 IV.4. Полибий и его роль в римско-греческих отношениях………………..290 IV.5. Блоссий из Кум и восстание Аристоника……………………………..309 ГЛАВА V. Идеологические аспекты: филэллинизм и синтез культур. V.1. «Освобождение» Греции и филэллинизм…………………………….... V.2. Римляне и греки: некоторые аспекты взаимного восприятия………..340 ГЛАВА VI. Рим и Египет (273 – 30 гг. до н.э.)……………………………..367 VI.1. Рим и Египет (конец III - середина I в. до н.э.)……………………….367 VI.2. Октавиан, Антоний и Клеопатра: Запад против Востока……………378 ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………….402 СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ…………………………………………………..421 БИБЛИОГРАФИЯ…………………………………………………………… Введение Актуальность темы исследования обусловлена тем, что восточная политика Римской республики - сложная дискуссионная тема, весьма далёкая от своего окончательного решения и привлекающая всё новые и новые поколения исследователей, иногда подходящих к ней с диаметрально противоположных и даже взаимоисключающих позиций. Само богатство и многообразие концепций представляет собой несомненный научный интерес, хотя некоторые из них представляются нам недостаточно обоснованными. Важны несомненные выходы темы на самые животрепещущие проблемы современности: кто и почему является подлинным творцом политики государства, проблема моральной оценки действий политиков, причины и возможные пути преодоления этнической вражды, процессы культурного синтеза и порождённые ими противоречивые осложнения внутренней жизни общества. Главными объектами восточной политики Рима были греки и эллинистические государства, но само её начало связано совсем с другим этносом (карфагенянами), а её развитие столкнуло римлян с малоазийцами, евреями, армянами, парфянами. Безусловно определяющими всё-таки были контакты с миром эллинизма: политические, военные, экономические, культурные. Во всём богатстве и многообразии этих контактов и произошло становление римского мира, позже ставшего европейским. Поэтому дихотомия Рим-эллинизм является принципиально важной - на стыке двух миров рождался новый, похоронивший эллинизм, чтобы расцвести на его обломках. Всегда интересны моменты кризисные, даже «гибельные», так как они очень ярко показывают: ничто не гибнет бесследно, равно как и не рождается ничего на пустом месте. Проблема преемственности между Римом и эллинизмом остаётся принципиально важной, поскольку основу мировой цивилизации составили именно эти две составляющие.

Посему взаимоотношения римлян с другими народами мы будем рассматривать вскользь и именно в их связи с главной нашей темой. В некоторых случаях мы даём собственную реконструкцию событий, существенно отличающуюся от общепринятой. Но это будет не описание событий, а их анализ. теоретический характер, Работа будет иметь не фактологический, а поскольку описательность событий и явлений Мы не ставим значительно усложняет их ясный теоретический анализ.

перед собой цели дать последовательное связное изложение событийной стороны, поэтому иногда в рамках одной главы будут чисто композиционно объединены разные сюжеты. Отдельная глава посвящена Египту, с акцентом на последнем периоде римско-египетских отношений. Работа строится не по хронологическому или территориальному, а по проблемному принципу. Нельзя объять необъятное. Мы будем ставить и пытаться решать те проблемы, которые представляются нам наиболее важными, особо дискуссионными или слабее всего изученными. Всегда особую важность имеют первые шаги, во многом определяющие всё последующее развитие событий. А конец III и начало II в.1 имели исключительное значение для Рима и всемирной истории. 2 Пуническая война решила судьбу Средиземноморья, Рим стал мировой державой. Борьба с пунами влияла на всю политику Рима и рассматривать какие бы то ни было акции сената последней трети III в. в отрыве от неё было бы неверно. Данный период знаменателен и другими «судьбоносными» событиями: Иллирийскими войнами, 1 Македонской войной, ставшими самым началом проникновения Рима в восточное Средиземноморье. Они не избалованы чрезмерным вниманием исследователей, в чьих глазах грандиозность 2 Пунической войны несколько затмила эти, как казалось, менее драматические страницы истории. Наконец, в отечественной историографии до сих пор отсутствует единая обобщающая работа по ключевым проблемам всего периода Здесь и далее в тексте все даты, кроме специально оговоренных, - до н.э.

восточной политики Республики - от 1 Иллирийской войны до аннексии Египта в 30 г., хотя существует немало работ по отдельным её аспектам. Наш труд и представляет собой попытку восполнить этот пробел и, что представляется очень важным, дать дополнительный импульс к изучению поставленных проблем. Любопытная закономерность: многие книги имеют заголовок «Эллинизм и Рим…», но почти нет работ «Рим и эллинизм…», поэтому мы попытаемся взглянуть на проблемы этих взаимоотношений «с римской стороны», не теряя при этом объективности. Такая установка, в отличие от устоявшихся подходов, требует уделить особое внимание внутреннему состоянию Республики и её внутренней политике, которая во многом и определяла внешнеполитические действия правительства. Тема римской политики остаётся одной из актуальнейших, и можно согласиться с высказыванием Ю.Е. Журавлёва: «Не только потому, что во многом объясняет дальнейшую судьбу Средиземноморья, но и тем, что оказывается созвучной острым современным международным проблемам»2. При работе мы столкнулись с одной проблемой - многие теории, которые мы пытались доказывать ещё 20 лет назад, тогда воспринимались скептически (связь пунических войн с балканскими, нежелание Филиппа V воевать в Италии на стороне Ганнибала, отсутствие филэллинизма в политике Рима…). Сейчас же в зарубежной историографии все эти теории являются достаточно широко распространёнными и почти очевидными. Посему сноски на эти работы будут, но отдельно будет представлено изложение и наших собственных мыслей. Объект исследования: генезис глобальной римской внешней политики, её становление и развитие, для чего требуется вычленить основные этапы и показать их специфику, проследить связь между внешней политикой и внутренней, политикой и экономикой, выявить особенности Журавлёв Ю.Е. Некоторые аспекты восточной политики римской республики начала II в. до н.э. и западная историография // ИСКНЦВШ. 1975. № 3. С. 73.

«этнического менталитета» квиритов и показать, как он влиял на саму политику. Тема даёт материал для обобщений, выход на важнейшие вопросы: как и почему изменялась политика, как войны меняли Рим. В конечном счёте и на более широкий круг проблем: агрессия и гегемония, этническая нетерпимость и этноцентризм, взаимодействие народов и возможность «честной политики», принципы устроения государства, которые позволили полиэтничному Риму просуществовать рекордно долгое для «империй» время. Предметом взаимоотношений нашего Рима с изучения являются основные миром: проблемы эллинистическим политические (дипломатические и военные), экономические и культурные. А также проблема сходства и различий между римлянами и греками, синтеза и преемственности их культур, степени самостоятельности и оригинальности римской культуры. Хронологические рамки исследования определяются целью работы и охватывают период от первого официального контакта Рима с эллинистическим Египтом в 273 г. вплоть до аннексии царства Птолемеев в 30 г., что знаменовало собой окончание периода эллинизма. Основное внимание уделяется событиям, последующим за Иллирийскими войнами, поскольку предыдущие контакты Рима с эллинистическим миром были эпизодическими и менее значимыми. Внутренняя логика исследования вынуждала иногда обращаться к более ранним или более поздним периодам истории Италии и всего Средиземноморья в целом. Географические рамки исследования определяются целью работы и включают в себя территорию Италии и всего восточного Средиземноморья вплоть до реки Евфрат на востоке. Цели и задачи исследования. Исходя из актуальности и дискуссионного характера большинства поставленных нами проблем, целью исследования является проведение комплексного анализа всей совокупности контактов между двумя цивилизациями, начиная с первого зафиксированного в источниках официального соприкосновения в 273 г. и заканчивая датой, которая традиционно считается окончанием периода эллинизма. Данная цель предполагает постановку и решение следующих основных задач: 1) показать главные направления отечественной и зарубежной историографии по данной теме - от генезиса научного антиковедения до наших дней в динамике становления и развития основных концепций и идей;

2) 3) исследовать причины и цели внеиталийской экспансии Рима;

показать связь иллирийских войн с римско-карфагенским вынуждающим римский сенат обеспечивать свои противостоянием, стратегические интересы в других регионах Средиземноморья;

4) выявить специфику римской дипломатии по отношению к эллинистическим странам, проследить её совершенствование до уровня «глобальной политики» и проанализировать причины её явной деградации во второй половине II в.;

5) проанализировать степень состоятельности теории «торгового империализма», рассмотреть связь между внутренним состоянием римской державы и её внешней политикой, попытаться дать самостоятельное решение проблемы перехода к провинциальному устройству римского государства;

6) рассмотреть весь комплекс проблем, связанных с завещанием Аттала III, попытаться установить причины появления его «странного завещания»;

7) выяснить, на кого могли опираться на Востоке римские дипломаты при проведении своей изощрённой политики, кто и почему мог их поддерживать, каковы были реальные взаимоотношения римских нобилей с эллинистическими аристократами;

8) дать всестороннее рассмотрение концепции филэллинизма, особенностей взаимного восприятия римлян и греков, проследить причины их взаимного неприятия, становления синтеза и преемственности их культур;

9) выявить принципы, определяющие отношения Рима с птолемеевским Египтом, попытаться опровергнуть устоявшееся представление об их традиционной дружбе;

уделить особое внимание последнему периоду римско-египетских взаимоотношений, роли отдельных личностей и стоящих за ними систем в гибели последнего эллинистического царства;

в связи с этим охарактеризовать суть взаимоотношений Антония с Клеопатрой и определить, какую по сути политику проводил Антоний на востоке: самостоятельную или подчинённую Клеопатре, «антиримскую»;

Методологическая и теоретическая базы исследования. В основе нашего исследования лежит общенаучный метод структурного системного анализа, предполагающего рассмотрение явления во взаимосвязи и развитии в совокупности всех его составляющих существенных элементов. В данном случае – как изучение единого и неразделимого комплекса политической истории, всех государственных институтов, социальной структуры, разных направлений политики, идеологии, религии, культуры. А также принцип историзма как способ изучения явлений в процессе их возникновения и эволюции, в тесной связи с конкретными историческими условиями, что способствует выявлению качественного и количественного своеобразия явлений, общего и особенного. При таком методе научного анализа эллинистический мир предстаёт перед нами не хаотическим нагромождением стран и народов, а единой системой, подчинённой определённым законам развития. Столкновение Рима с Востоком было столкновением двух систем, в чём-то похожих, а в чём-то – диаметрально противоположных друг другу. Исследование конкретных исторических сюжетов осуществляется на основе историко«римскую» или критического метода, а также с помощью разработанных современным антиковедением методов изучения исторических источников, явлений и процессов. В отличие от подавляющего большинства антиковедческих исследований, мы будем широко применять междисциплинарный подход, опираясь прежде всего на последние достижения психологической науки – социальную психологию, этнопсихологию, гендерную психологию, психологию межличностных отношений3, позволяющие глубже вскрыть дополнительные аспекты нашей темы. А также на новое направление, сочетающее в себе методы исследования психологии, истории и философии и направленное на изучение мотивации поступков и принятия решений политическими лидерами4. Культурологический подход, наряду с недавно появившейся на стыке истории, культурологи, психологии и философии новой наукой алиенологией5 способен помочь выявить новые грани в проблеме этнического неприятия, не всегда объяснимого лишь социальноэкономическими и политическими причинами. Часто мы будем излагать собственные версии, существенно отличающиеся от общепринятого восприятия, но это всего лишь гипотезы и версии, отнюдь не претендующие на истину в последней инстанции. Мы будем стремиться к взвешенному изложению, избегая излишней категоричности, чтобы оставлять простор для существования и других взглядов. Источниковая база исследования. Тема достаточно хорошо обеспечена источниками, хотя и не все её периоды и проблемы. Источники можно разделить на три группы.

См.: Сорокин Б.Г. Пространство совместной идентичности // Я и Мы. История, психология, перспективы. Материалы междунар. конф. 3031 мая 2002 г. СПб., 2002. С. С. 34-36;

Завалишин П.Е. Этничность и образ «я» // Указ. соч. С. 300-302. 4 См.: Иванова В.В. Лидер в системе политических координат // Исторические персрналии: мотивировка и мотивации поступков / Ред. С.Н.Полторак. СПб., 2002. С. 22-25. 5 См.: Чужое: опыты преодоления. Очерки из истории культуры Средиземноморья / Ред Р.М.Шукуров. М., 1999.

1. Нарративные. Они являются наиболее информативными и полными. Наибольшую значимость имеет Полибий6: как очевидец и участник многих описываемых событий, следующий Фукидиду в принципах глубокого исследования явлений. Правда, он не всегда бывает объективен, особенно по отношению к врагам Ахайи этолийцам. Следует учитывать обстоятельства его биографии и тот факт, что он писал не только для греков, но и для римлян, поэтому ему приходилось соблюдать «политкорректность». Однако, несмотря на некоторые недостатки, это по-настоящему научный труд, основанный не только на личном опыте, но и на архивных материалах и воспоминаниях «ветеранов». Качество его работы не вызывало сомнений уже у его современников. Давно доказано, что «сугубый патриот» Ливий часто использовал его, предпочитая даже анналистам7. По оценке самого Ливия, Полибий - «автор, заслуживающий большого уважения» (Liv. XXX.45). Ещё в древности он пользовался огромным авторитетом. Для нашей темы особую важность представляет приведённый Полибием текст договора Филиппа V с Ганнибалом (VII.9), опровергающий утверждения анналистов о желании царя высадиться в Италии и воевать на стороне Карфагена до полного уничтожения римского государства. Чрезвычайно ценна его информация о предпосылках Ахейской войны (XXIII.14.6;

XXIV.10;

XXIV.12) и её ходе (XXXVIII.9-18;

XXXIX.1-6), позволяющая правильно понять и верно оценить саму войну и её характер. Тит Ливий8 (59-17 гг.), пожалуй, самый информативный и обстоятельный источник для огромного периода римской политики. Если бы сохранились все 142 книги его труда, неясных и спорных вопросов осталось бы намного меньше. Очень подробно излагаются сами события, ценно, что автор представляет чисто римский взгляд на них, помогая глубже понять саму римскую ментальность и поведенческие модели отношений с другими Polybius Historia / Ed. Ed. F.Hultsch. 4 Vol. Berolini, 1867-1872.

См.: Пирогов В. Исследования по римской истории, преимущественно в области третьей декады Ливия. СПб., 1878. С. 9.

Titus Livius Ab urbe condita / Erkl. W.Weissenborn. 10 Bd. Berlin, 1881-1908.

народами. Его труд написан для прославления Рима, он использовал чрезвычайно тенденциозных анналистов, критика источников у него почти отсутствует, поэтому работать с его текстом следует осторожно, сверяя со свидетельствами других авторов. Ливий стремится быть объективным, не опускаясь до явных фальсификаций, но он замалчивает или смягчает то, что могло бы бросить тень на величие Рима. Его зависимость от анналистов снижает качество его сочинения и степень достоверности, особенно в том, что касается «победных реляций»: численность убитых и пленённых врагов, потери римлян, роль союзников в сражениях. Это главные и наиболее информативные для нашей темы источники. Остальные расположим в порядке значимости. Важен труд галла Помпея Трога9 в 44 книгах, опиравшегося на утраченные сочинения врагов Рима, представлявших совсем другой взгляд на события, сохранившийся лишь в сокращённом изложении Юстина. Правда, Юстин сокращал его произвольно и заметно исказил первоначальный текст10, очевидно, выбрасывая и сглаживая то, что не вписывалось в русло проримского историописания. Однако текст иногда сохраняет антиримскую традицию с её резкой оценкой римской политики. Грек из Александрии Аппиан11 (138-161 гг. н.э.), несмотря на ошибки и неточности, часто даёт информацию, которой нет в других источниках12. Очевидно, он также использовал недошедшую до нас эллинистическую традицию, построения представляющую исторического альтернативную труда версию событий, не расположенную к римлянам13. Он родоначальник принципиально нового территориально-этнического, M.Iuniani Justini Epitoma Historiarum Philippicarum Pompei Trogi /Ed. F.Ruhl. Lipsiae, 1907.

Зельин К.К. Основные черты исторической концепции Помпея Трога // ВДИ. 1948. № 4. С. 209. См. также: Urban R. «Historiae Philippicae» bei Pompeius Trogus: Versuch einer Deutung // Historia. 1982. Bd. XXIV. HFT. 3. S. 82-96.

Appiani Historia Romana / Ed. L.Mendelssohn. 2 Vol. Lipsiae, 1879, 1905.

Краткий, но блестящий и не устаревший до сих пор обзор источников дал Б.Нибур. Английский перевод его книги: Niebuhr B.G. Lectures on the history of Rome. London, 1903. P. 4-50. 13 Об источниках Помпея Трога и Аппиана см.: Walbank F.W. Sources for the period // CAH. 2nd ed. Vol. VII. Part 1. The Hellenistic world. Cambridge, 1984. P. 6-8.

посвящённого событиям, связанным с отдельными странами или народами. Несмотря на некоторые недостатки, «в целом это серьёзный и интересный автор»14. Цицерон (106-43 гг.), как современник описываемых им событий, мог бы стать важнейшим источником, если бы не его предвзятость и эмоциональность, впрочем, вполне понятные. Поэтому особую ценность имеют не его речи15 или философские трактаты16, а его письма, являющиеся великолепным памятником эпохи и дающие большое количество разнородной, но интереснейшей информации17. Они представляют собой «непосредственный, живой отголосок событий»18. В них тоже заметно стремление оратора показать себя с самой лучшей стороны, но сама специфика эпистолярного жанра вынуждала его кратко и точно излагать события. Его творчество особенно важно для понимания внутренних процессов, происходящих в Риме, и их связи с внешней политикой. Мы всецело присоединяемся к лестной характеристике, данной Корнелием Непотом: «Кто прочтёт письма Цицерона к Аттику, тому не понадобится историческое повествование о тех временах. В них так подробно описаны политические страсти вождей, развращённость военачальников и перемены, происходившие в государстве, что всё становится ясным» (XXV.15). Плутарх19 (46-130 гг. н.э.) часто пишет о том, чему другие мало уделяют внимания: характер героев, их привычки, мелкие бытовые детали, которые позволяют очень много узнать о человеке. Информативность его биографий (особенно - Марка Антония и Красса) чрезвычайно высока, иногда ему удаётся воссоздать психологически объёмную характеристику личности. Главная трудность при работе с ним заключается в том, что далеко 14 Бокщанин А.Г. Источниковедение древнего Рима. М., 1981. С. 36. M.Tullius Cicero Orationes // M.Tullii Ciceronis scripta quae mansurent omnia / Rec. C.F.W.Muller. Vol. 1-10. Lipsiae: In Aed. B.G.Teubnert, 1904-1908. 16 M.Tullius Cicero Tractatus: De re publica. De legibus // Cicero. Staatstheoretische Schriften. Berlin, AkademieVerlag, 1974. 17 M.Tullius Cicero Epistulae / Rec. A.S.Wesenberg. Vol. 1-2. Lipsiae: In Aed. B.G.Teubnert, 1872. 18 Ардашев П. Переписка Цицерона как источник для Юлия Цезаря от начала столкновения последнего с сенатом до его смерти. М., 1890. С. 19.

Plutarchus Vitae Parallelae / Ed. C.Sintenis. 5 Vol. Lipsiae, 1889-1895.

не всегда можно чётко установить, где он приводит исторический факт, а где пересказывает «анекдот», которые античные люди любили не меньше наших современников. Классический пример - жемчужина, растворённая в уксусе, который Клеопатра выпила без малейшего ущерба для своего здоровья… Дион Кассий Коккейан (160-235 гг. н.э.)20 совершенно несправедливо считается автором «неосновным». Достоинства его работы бесспорны. Он один из последних авторов, решившихся на написание объёмистого исторического сочинения в 80 книгах, что во время его жизни (II-III вв. н.э.) было уже немодным и не пользовалось читательским спросом. Почтенный возраст, в каком он начал свой труд, огромный политический опыт, приобщённость к тайнам правления, явно хорошее образование и несомненные аналитические способности позволили Диону Кассию создать настоящее исследование. Даже немногие полностью сохранившиеся книги (XXXVI-CIV - о событиях 68-10 гг.) показывают мастерство грека. Действительно, он «не нуждается в апологии»21. У него была возможность использовать не только латинских, но и греческих авторов, многие из которых до нас не дошли. При всей лояльности к римской власти он иногда приводит сведения, отличающиеся от «типично квиритской» точки зрения. Особенно ценна его информация для последнего периода восточной политики Рима, по которому у нас не так много источников. Павсаний, написавший большую работу «Описание Эллады», строго говоря, не был географом, он даёт информацию и по историческим событиям, хотя для него это и не являлось главной задачей. Очень важна его информация об условиях содержания депортированных ахейских аристократов в Риме и ходе Ахейской войны (VII.X-XVI).Во многом благодаря только ему мы имеем хоть какие-то сведения о Греции после 146 г.

Dionis Cocceiani Cassii Historiarum Romanorum / Ed. U.P.Boissevain. 4 Vol. Berolini, 18951926.

Millar F. A Study of Cassius Dio. Oxford, 1964. P. 72.

Как доказал Ф.Мидоуз, Павсаний использовал труды современников описываемых им событий22, что придаёт его работе особую ценность. Страбон (64/63 г. – 23/24 г. н.э.), автор «Географии» в 17 книгах23, лично объездил почти всё Средиземноморье, поэтому его труд имеет особое значение. Данные, приводимые им, обычно заслуживают доверия, тем более, что он старался использовать авторов, происходивших из описываемых им регионов. Чисто географические сведения его труда много дают для понимания экономики и этнопсихологии стран и народов. Это один из очень немногих античных авторов, труд которого сохранился полностью. Остаётся лишь сожалеть, что вторая его большая работа - продолжение истории Полибия - погибла безвозвратно. Луций Анней Флор24 - яркий представитель новой генерации историков-эпитоматоров, вызванных к жизни изменившимися потребностями читателей. К концу республики «всё пространно изложенное, хотя и продолжало вызывать уважение бездной затраченного времени, уже порождало зевоту»25. Составленная Флором краткая история римских войн в двух книгах может быть охарактеризована как «тематический конспект». Как исследователь автор не впечатляет, но очень удобен при изучении военной истории. Труд его официозен, сомнения и размышления ему не свойственны, повторяя предшественников, он пишет: пленённый любовью к Клеопатре Антоний забыл родину… (XXXI.IV.11.1-3). Веллей Патеркул оставил краткую историю Рима в двух книгах26. Изложение конспективное, что не мешает автору приводить мелкие любопытные подробности и заниматься морализаторством. Для истории поздней республики огромное значение имеют сочинения Гая Саллюстия Криспа27 (87-34 гг). Современник и участник 22 См.: Meadows A.R. Pausanias and the historiography of Classical Sparta // CQ. 1995. Vol. XLV. № 1. P. 92-113. Strabo. Geographica // Strabons Geographica in 17 Buhern / Von W.Aly. Vol. 1-9. Bonn, 1968-1973. 24 Julius Lucius Anneus Florus. Epitome // Le Storie de G.Velleo Paterculo. Norino, 1969. 25 Немировский А.И. Предисловие // Малые римские историки. В.Патеркул. Римская история. А.Флор. Две книги римских войн. Луций Ампелий Памятная книжица. М., 1996. С. 6. 26 Velleus Paterculus. Historia romana // Velleus Paterculus quae supersunt ex Historiae Romanae libris duobus / rec. FR.Kritzius. Lipsiae, 1848.

многих драматических событий он писал о них не понаслышке. Благодаря общему настрою его трудов (осуждение нравственной порчи римлян) мы много узнаём о глубине морального кризиса, поразившего республику в последний век её существования. Гай Светоний Транквилл28 (70-140 гг. н.э.), живший в императорскую эпоху, проявлял свойственный этому периоду интерес уже не столько к героям, сколько к правителям. Традиционно считается, что как биографа его затмил Плутарх, и сравнение с ним не в пользу Светония29. Однако, как нам кажется, его биографии Цезаря и Октавиана выгодно отличаются от описаний Плутарха прежде всего своей документальностью, иногда автор приводит даже тексты документов. Серьёзный недостаток его главного труда «Жизнь двенадцати цезарей» заключается в хронологических сбоях, когда он нарушает последовательность событий ради каких-то любопытных подробностей. Евтропий, хотя и поздний автор (IV в. н.э.), но стилем очень близкий к анналистам. Он даёт лишь перечень событий, не всегда умея выделить в них главное, изложение их неглубокое. Так, уничтожение Коринфа он объясняет «обидами», причиненными римским послам (IV.III);

обвиняет Антония в том, что тот под влиянием Клеопатры желал царствовать в Риме и поднял междоусобную войну (VII.IV). Диодор библиотеки»30 авторов, Сицилийский «великий (90-21 гг.), автор не «Исторической замечающий Главное его компилятор», и иногда противоречий между частями своего текста, заимствованного у разных отличается многословием велеречивостью. достоинство - он сохранил для нас фрагменты многих утраченных историков предыдущего периода.

27 G.Sallustius Crispus. Historiae // G.Salluati Crispi quae supersunt. Vol. 2. Lipsiae, 1859. G.Suetonius Tranquillus. De vita XII caesarum / Rec. C.L.Roth. Lipsiae, 1886. 29 Подробнее см.: Гаспаров М.Л. Светоний и его книга // Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. М., 1988. С. 341-342. 30 Diodorus. Bibliotheca historica / Rec. F.Vogel. Vol. 1-5. Lipsiae, 1888-1906.

Корнелий Непот31, пожалуй, самый скучный и сухой автор, по определению А.Г. Бокщанина, «второстепенный историк»32. Присущие ему недостатки: неточности и даже фактические ошибки, необоснованные утверждения, поверхностные суждения. Он свято верил, что «римляне доблестью превзошли все народы» (XXIII,1), явно преувеличивал степень влияния Ганнибала на Филиппа V, Антиоха III и вифинского царя Прусия. В то же время он упоминает мелкие подробности событий, ускользнувшие от внимания других историков, а ряд его высказываний показывает, что он пытался проникнуть в психологию человеческих поступков («Нрав человека определяет его судьбу». XXVI.19), что вызывает уважение. Именно Непот придумал жанр сравнительных биографий, это подтверждает его интерес к личности33. Ряд важных данных для нашей темы сведений излагают Зонара, Валерий Максим, Авл Геллий, Луций Ампелий, Аврелий Виктор, Мемнон Гераклейский, Орозий34. Менее значительные авторы позволяют уточнять сведения наших основных источников. Источники дополняют друг друга, им можно устроить «перекрёстный допрос» и таким образом, выявив расхождения, попытаться приблизиться к установлению истины, хотя бы в фактической стороне проблем. 2. Эпиграфические источники, несмотря на свою краткость и порой фрагментарность, документальные. имеют Для особую нашей темы ценность, очень как свидетельства оказались полезны сенатусконсульты о правах отдельных греческих городов35, отдельные надписи36, свод делосских надписей37 и эпиграфический материал из Cornelius Nepos. Liber de excellentibus ducibus // Cornelius Nepos. Vitae. Lipsiae, 1871. Бокщанин А.Г. Указ. соч. С. 59. 33 См.: Geiger J. Cornelius Nepos and ancient political biography. Stuttgart;

Wiesbaden, 1985. P. 120-128. 34 Подробный анализ источников и биографий авторов см.: Giacchero M. Storiografia Romana Antica. Genova, 1973;

Grant M. Greek and Latin authors, 800 B.C. – A.D. 1000. A biographical dictionary. New York, 1980. 35 Riccobono S. Fontes iuris romani antejustiniani. Florentiae, 1968.

Dittenberger G. Sylloge Inscriptionum Graecarum. 3 Aufl. 4 Vol. Leipzig, 1915-1924.

Durrbach F. Chois d`inscriptions de Delos. Paris, 1921.

Пергама38, позволивший уточнить информацию письменных источников и подвергнуть критической проверке некоторые выводы историографии. 3. Археологические и нумизматические источники при всей сложности их интерпретации являются той материальной основой, без которой просто невозможно исследовать вопросы экономики и торговли. Они неоспоримо доказывают, что утверждения о гибели родосской торговли после 168 г. являются, мягко говоря, преувеличением. Анализ находок римских денариев на востоке свидетельствует о слабой роли римской монеты в торговом обороте вплоть до конца I в., что отнюдь не может быть случайностью. В поздней Республики монеты служили средством пропаганды, показательны сами легенды на монетах и знаменательные даты, в честь которых они были выпущены39. Историография. Зарубежная историография богаче отечественной, т.к. начала развиваться раньше и всегда обладала большими материальными и «контактными» возможностями. Западное антиковедение полицентрично, представлено большим разнообразием научных школ и направлений, оно тоже не свободно от идеологизаторства, но никогда (за исключением периода германского и итальянского фашизма) не подвергалось давлению со стороны государства. В то же время мы далеки от того, чтобы относиться к зарубежным работам с чрезмерным пиететом, что заметно проявляется в последнее десятилетие, и прекрасно видим как их достоинства, так и недостатки. Представляется, что развитие изучения нашей темы в зарубежном антиковедении можно разделить на четыре этапа, с довольно условными хронологическими границами, но со специфическими чертами, присущими каждому из них. 1. Период становления: до середины XIX в. Недостатки: некритическое отношение к источникам, напыщенность и многословие, Frankel M. Die Inschriften von Pergamon. Bd. 1-2. Berlin, 1890-1895.

См., напр.: Абрамзон М.Г. Римская армия и её лидер по данным нумизматики. Челябинск, 1994.

тенденция к созданию громоздких общих курсов истории Рима, малое количество специальных работ, посвящённых конкретным вопросам, пересказ фактов и почти полное отсутствие проблематики исследования. Первые труды европейских учёных являлись простым пересказом античных авторов40. Правда, это был необходимый этап развития, нужно было накопить материал, реконструировать сам ход событий и их хронологию. Одна из первых попыток теоретического осмысления римской агрессии была предпринята ещё Макиавелли. Он выделил три способа усиления могущества Рима. Это: 1) федерация в Италии;

2) приобретение зависимых союзников;

3) приобретение не союзников, а подданных, позже – перевод имеющихся союзников в статус подданных41. Он же указал, что для Республики война была источником обогащения, в то время как для других государств – скорее разорения42. Военные успехи Рима он объяснял особенностями его государственного устройства, в самом ведении войн подчёркивал «удивительное сочетание счастья, мужества и ума»43. Идеи, высказанные флорентийцем, оказали заметное влияние на последующее развитие историографии, в том или ином виде присутствуя даже в новейших исследованиях. Из наиболее значимых имён выделим Ш. Монтескьё, заслуги которого в изучении античности до сих пор недостаточно оценены. Его философская работа основана на источниках и сопровождается структурным анализом, качество которого неизмеримо превосходит присущие XVIII в. общие размышления. Характер войн и военной организации Рима автор выводит из особенностей его социально-политического устройства, трезво оценивает римскую политику, критически излагает материал источников. Он убедительно объясняет порчу нравов и общую деградацию римлян ролью богатства, успешными завоеваниями и неравенством в распределении земли.

См.: Ralegh W. The history of the world. London, 1560 (last ed.: London, 1971). Никколо Макиавелли. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия // Никколо Макиавелли. Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия. О военном искусстве. М., 1996. С. 234-237. 42 Указ. соч. С. 239-240. 43 Указ. соч. С. 226-227. 44 Montesquieu C. Considerations sur la causes de la grandeur de Romains et leur decadence. Paris, 1734.

41 На наш взгляд, им верно оценена деятельность Филиппа V, вынужденного подчиняться Риму и отмечена тяга царя к мелким захватам. «Исторические знания Монтескьё огромны, историческое чутьё изумительно» - нам нечего добавить к этой характеристике А.Г. Вульфиуса45. Работа и сейчас не утратила значения, и во многом Ш. Монтескьё опередил науку своего времени, например, многотомный труд Ш. Роллена46, излишне доверявшего источникам. В то же время Ш. Роллен в другом своём многотомнике одним из первых указал на различные варианты договора Филиппа V с Ганнибалом у Полибия и Ливия47. Касаясь этого договора, А. Фергюсон пришёл к парадоксальному выводу, что он был заключён в пользу Деметрия Фаросского48. Отсюда идёт очень живучая традиция, чрезмерно преувеличивающая влияние Деметрия на царя. Заметно выпадает из своей эпохи и книга Герена49: объективные оценки событий, римская политика характеризуется без малейшей идеализации, которая была так свойственна всему XIX в. Не случайно и вполне оправданно «долгое время эта работа считалась одним из лучших руководств по древней истории»50. Следующий этап - первые тома «Истории Рима» Т. Моммзена51, ставшие важной вехой в развитии романистики. Находясь на рубеже выделенных нами 1 и 2 периодов, они одновременно стали и шагом вперёд, и шагом назад. По методам исследования они принадлежат уже к новой эпохе: научная критика источников, проблемный характер изложения, анализ событий, оригинальные выводы, много новых идей. Правда, далеко не все выводы бесспорны, так, нельзя падение Македонии объяснять лишь Вульфиус А.Г. Монтескьё историк и политик // Из далёкого и близкого прошлого: Сб. этюдов по всеобщей истории. М., 1923. С. 144. 46 Рус. перевод: Ролен Ш. Римская история от основания города до битвы при Акциуме. Т. 16. СПб., 17391749. 47 Рус. перевод: Ролен Ш. Древняя история об египтянах, о карфагенянах и других народах. Т. 8. СПб., 1761. С. 68. 48 Ferguson A. The history of the progress and termination of the Roman Republic. Vol. 1. London, 1783. P. 139. 49 Рус. перевод: Герен Руководство к познанию древней политической истории. М., 1836. 50 Шофман А.С. Изучение античной истории в Казанском университете. Казань, 1956. С. 7. 51 Mommsen T. Romische Geschichte. 2 Bd. Berlin, 1854-1855.

особенностями характера Персея52. Вместе с тем, а это и есть шаг назад, автор своим авторитетом надолго закрепил в науке главный недостаток первого периода: идеализацию римлян и их политики. Сам несомненный талант немецкого учёного, соединённый с его полемической страстностью и язвительностью по отношению к оппонентам явился причиной того, что в историографии стал чуть ли не аксиомой постулат - сенат был не агрессором, а миротворцем. Т. Моммзену принадлежит идея «защитного империализма», оказавшая колоссальное влияние на историографию. 2. Период зрелости: примерно до середины XX в. Однако примерно тогда же появились работы, полемизирующие с таким подходом, а также свойственными Т.Моммзену модернизаторскими тенденциями. Они более академичны, изложение взвешенное, авторы стараются быть предельно объективными и не допускать в научные построения личные симпатии и антипатии, чем так «грешили» труды Т. Моммзена. Это и есть один из критериев (более зрелые работы, избавившиеся от детской восторженности и юношеской жестокость пылкости), и коварство позволивших римлян, нам начать на второй период приблизительно с 1860 гг. Например, характерна книга В. Ине, осуждавшего указывавшего тенденциозность источников и необходимость критического к ним отношения53. Его труд создан в противовес Моммзену, к которому автор проявляет антипатию, для него нет героев, и он осуждает жестокость римского характера54. На наш взгляд, В. Ине впадает в другую крайность, априори постулируя эту пресловутую жестокость как неотъемлемую черту ментальности квиритов. Ф. Шлоссер и Г. Вебер издали обширные всемирные истории55, написанные без идеализации Рима, с позиций трезвого академического скептицизма. Реалистическими взглядами отличается и обстоятельная работа Г. Герцберга, сомневающегося в намерении Филиппа V начать решительную войну с 52 См.: Raditsa L. Bella Macedonica // ANRW. Bd. 1. Berlin;

New York, 1972. P. 579. Ihne W. Rmische Geschichte. 2 Aulf. Bd. I. Leipzig, 1893. Первое издание вышло еще в 1868 г. 54 См.: Историография античной истории / Ред. В.И.Кузищин. М., 1980. С. 107. 55 Рус. перевод: Шлоссер Ф. Всемирная история. Т. 3. СПб., 1862;

Вебер Г. Всеобщая история. Т. 3. М., 1892.

Римом и отмечавшего, что величайшая заслуга римлян - это создание единой «национальной державы»56. Интересен труд К. Нича57, выражавшего сомнение в желании Филиппа V воевать в Италии, но не развившего эту мысль. Автор обращался к вопросу, почему сенат так долго отказывался от приобретения провинций. По его мнению, это шло от желания сохранить крестьянское хозяйство и не отвлекать граждан на гарнизонную службу. Эта позиция стала общепринятой в историографии, хотя, на наш взгляд, она даёт очень неполное объяснение столь сложной проблемы (см. главу 3). В этой связи нельзя не упомянуть вышедший ранее труд В. Дюруи. Важен его тезис о том, что сенат, завоевав мир, не знал, как им управлять58. Вероятно, именно В. Дюруи является родоначальником популярной и сейчас теории, объясняющей длительность перехода к провинциям косностью политического мышления римлян. Кроме пресловутой косности он не касается ни конкретно-политических, ни социально-экономических мере неубедительна. Ценным вкладом в историографию стала работа «историкапсихолога»59 Г. Ферреро60. Она наиболее полно воплотила в жизнь второй принцип, по которому мы выделили период «зрелости»: интерес к психологическому миру творцов истории, стремление вскрыть самые глубинные мотивы поступков человека. Это позволило итальянскому учёному дать прекрасный анализ внутриполитической жизни Рима, показать роль завоеваний в падении нравов квиритов. Отношениям Рима с Грецией специально посвящена монография Г. Колена. Причиной агрессии на Балканы автор считает самих греков, вызвавших её своими раздорами, настаивает на мягком характере политики сената, cенаторов 56 аспектов, поэтому его концепция по меньшей довольно произвольно делит на либералов, жёстких Рус. перевод: Герцберг Г. История Рима. СПб., 1881. С.324, 379. Nitzsch K. Geschichte der Romischen Republic. 2 Bd. Leipzig, 1884-1885. 58 Duruy V. Histoire romaine. Paris, 1850. См. также: Историография античной истории. С. 115. 59 Сергеев В.С. Рабовладельческие общества. Л., 1924. С. 27. 60 Ferrero G. Grandezza e Decadenza di Roma. Vol. 1. Rome, 1904.

либералов и сторонников подавления61. Большим минусом книги является то, что Г. Колен обошёл концептуальный вопрос, была ли Греция свободной после 146 г. до н.э.62 Вероятно, именно потому, что ответ на такой вопрос разрушил бы все его построения о благостной роли Рима на Балканах. Это и есть главный недостаток второго периода - в нём господствовала идея «защитного империализма». Следуя Моммзену, многие авторы были склонны объяснять римскую историю в терминах XIX века63. защищал себя и свободу союзников исследователь внешнюю политику М. Олло создал теорию превентивных войн64. Согласно Т. Франку, во всех войнах Рим. Неудивительно, что американский Рима считал «идеалистической», изменение курса связывал всего лишь с возросшим практицизмом. Медлительность перехода к провинциальному устройству Т.Франк объяснял затянувшимися экспериментами с протекторатом66. Однако отметим и становление новых тенденций - отрицая наличие обдуманного империализма в Риме, М.Ростовцев в то же время подчёркивает несентиментальный характер римской политики67, что стало явным шагом вперёд. Для понимания специфики римской экономики огромное значение имеют 1 и 4 тома капитального труда под общей редакцией Т. Франка68 и ряд специальных Ростовцев69. Следует остановиться на работе Р.Сайма, применившего новый тогда просопографический метод70, основоположником которого можно считать М.Гельцера71.

61 монографий авторитетных зарубежных учёных.

Монументальную работу об экономике и торговле эллинизма издал М.

Его конечный вывод:

политическая борьба в Риме Colin G. Rome et la Greec de 200 a 146 au J.C. Paris, 1905. P. 665. Op. cit. P. 642. 63 Sherwin-White A.N. Violence in Roman Politics // JRS. 1959. Vol. XLVI. Parts I-II. P. 1. 64 Holleaux M. Rome, et la Grece et les monarchies hellenistiques. Paris, 1920. 65 Frank T. Roman imperialism. 2nd ed. New York, 1929. (Первое издание вышло ещё в 1914 г.) 66 Frank T. A history of Rome. New York, 1928. P. 148,164. 67 Rostovtzeff M. A history of the ancient world. Vol. 2. Oxford, 1927. P. 70,72. 68 ESAR. Vol. 1. Baltimore, 1933;

Vol. 4. Baltimore, 1938. 69 Rostovtzeff N. SEHHW. 3 Vol. Oxford, 1941. 70 Syme R. Roman revolution. Oxford, 1933. 71 Gelzer M. Die Nobilitat der romischen republic. Leipzig;

Berlin, 1912.

определялась группировались не спором партий или политических с ними программ, а столкновением интересов самых влиятельных фамилий, вокруг которых приверженцы, связанные чисто личными отношениями. И во многом это верно. Дальнейшее развитие метода связано с именами Ф.Мюнцера, Д.Брискоу и других учёных. Просопография интересна и полезна, позволяет получить новые частные факты и уточнить уже установленные, но, на наш взгляд, она является вспомогательным методом и не должна претендовать на глобальные выводы и слишком широкие обобщения. Игнорируя всю сложность переплетения личных мотивов лидеров с конкретной исторической ситуацией, сторонники метода всю социально-политическую борьбу зачастую сводят к столкновениям внутри нобилитета, преувеличивая роль вождей. Это так же неубедительно, как и позиция В. Тарна, среди факторов, определяющих исторический процесс, решающую роль отводящего идеологическому72. Для своего времени заметным явлением стало издание многотомной «Кембриджской древней истории»73. Однако она впитала в себя не только достижения, но и недостатки периода, в частности, концепцию «оборонительного империализма». Ряд утверждений не выдерживает никакой критики. Например, мнение М.Олло, что подлинными творцами 2 Македонской войны были Пергам и Родос, а Рим, думая, что защищает свои интересы, служил интересам этих стран74. В итоге она довольно быстро морально устарела, что и привело к новому изданию, которому, похоже, суждена долгая жизнь, т.к. оно избавилось от многих минусов предыдущего. 3. Аналитический период: до начала 90 гг. XX в. Для него характерны: 1) возросший интерес к социально-экономическим вопросам, что мы отчасти склонны объяснять желанием западных историков «дать отпор» социологизаторским схемам советских античников, а также распространявшемуся в европейском антиковедении влиянию марксизма;

2) 72 Рус. перевод: Тарн В. Эллинистическая цивилизация. М.;

Л., 1949. The Cambridge Ancient History. Vol. VIII. Rome and the Mediterranean 218-133 B.C. Cambridge, 1930;

Vol. IX. The Roman Republic 133-44 B.C. Cambridge, 1932. 74 Holleaux M. Rome and Antiochus // CAH. Vol. VIII. P. 240.

критический пересмотр концепций предшествующего периода;

3) более высокая степень аналитичности;

4) обобщение накопленного материала, создание академических многотомных историй античности;

5) всесторонность и точность исследовательских методов75. На наш взгляд, всё это отразилось в новом издании «Кембриджской древней истории»76. Важным событием стал выход в свет книги Э. Бэдиана77. Ему принадлежит выработка концепции иностранной клиентелы. Осознание её неэффективности привело к прямому управлению завоёванными территориями, но главным фактором Э.Бэдиан считает лишь малую эффективность прежней системы. Важен вывод автора об отсутствии у сената заранее обдуманного плана завоевания Средиземноморья. Признавая наличие римских интересов на Востоке, он в то же время верит и в миролюбие сената. Совместными усилиями западных антиковедов был осуществлён фундаментальный труд «Подъём и упадок римского мира»78, сохранивший научную значимость и сейчас. Отметим интересную книгу Б.Форте79, на наш взгляд, незаслуженно раскритикованную М. Кроуфордом за «банальное заключение»80 о том, что греки не любили римлян, помыкавших ими. Свой вклад в биографический жанр внёс Г. Бенгтсон, но, подобно многим предшественникам, он искусно обошёл дискуссионный вопрос об италийских амбициях Филиппа V81, якобы действительно имевших место в планах македонского царя. Длительную дискуссию вызвала неординарная работа У. Харриса, детально исследовавшего римский империализм периода республики82. Книга богата фактическим материалом, содержит новые мысли, опровергает Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1994. С. 271. CAH. 2nd ed. Vol. VII. Part 1. The Hellenistic world. Cambridge, 1984;

Vol. VIII. Rome and the Mediterranean to 133 B.C. Cambridge, 1989. 77 Badian E. Foreign clientella. Oxford, 1958. 78 Aufstieg und Niedergang der Romischen Welt. Erster Band. Berlin, New York, 1972. 79 Forte B. Rome and Romans as Greeks saw them. Roma, 1972. 80 См. его рецензию: JRS. 1975. Vol. 65. P. 194 – «книга, которая не должна была бы быть принята для публикации». 81 См. рус. перевод: Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. М., 1982. С. 264. 82 Harris W. War and imperialism in republican Rome. 327-70 B.C. Oxford, 1979.

76 многие устоявшиеся представления. Однако автор почти всё сводит только к жажде славы и добычи, преувеличивает агрессивность римского народа, не затрагивает причин перехода к провинциям, не даёт чёткого решения проблемы аннексии. В проблеме римского империализма учёные разделились на «романистов» и «эллинистов», первые (М. Олло) настаивали на неагрессивности Рима, вторые (Ф. Уолбэнк) проводили мысль об оборонительной позиции эллинистических государств83. Оба мнения, на наш взгляд, являются крайностями. И хотя восточной агрессии Рима уделили внимание столь авторитетные учёные, как «патриарх антиковедения» А. Тойнби, Э. Бэдиан, П. Бенеке, В. Эренберг, Н. Хэммонд, Г. Делл и многие другие, некоторые их выводы представляются нам недостаточно обоснованными. Отметим ещё две важные, на наш взгляд, кроме сложнейшей проблемы датировки работы. Р.Эррингтон84 Этолии в 1 вступления Македонскую войну затронул некоторые другие острые аспекты, обычно избегаемые более осторожными исследователями. И. Гарлан одним из немногих указал, что причиной Иллирийских войн были не коммерческие а стратегические интересы Рима;

что отношение сената к этолийцам определялось прежде всего той ролью, которую они играли или пытались играть в жизни Греции85. Очень основательную, но вполне традиционную работу по истории эллинизма издал Х.Крайссиг86. Из принципиально важных отметим работу Ф. Уолбэнка87, одного из самых глубоких антиковедов мира. Дав общий очерк покорения Римом востока, он достаточно подробно описал традиционную для эллинистических правителей политику «освобождения» подданных своих врагов, в результате которого «освобождённые» лишь меняли хозяев. Большое количество высококлассных исследований по самой широкой Жигунин В.Д. Международные отношения эллинистических государств в 280-220 гг. до н.э. Казань, 1980. С. 9. 84 Errington R.M. The dawn of Empire. Rome`s Rise to World Power. Ithaca;

New York, 1973. 85 Garlan I. War in the Ancient World. A Social history. London, 1975. P. 34-35. 86 Kreissig H. Geschichte des Hellenismus. Westberlin, 1984. 87 Walbank F.W. The Hellenistic World. 2nd ed. New Jersey, 1981.

тематике опубликовал плодовитый учёный Э.Грюен. Он очень много сделал для изучения этнопсихологических аспектов отношений Рима с соседями, мы будем часто ссылаться на его работы. Наиболее важный его труд «Эллинистический мир и подъём Рима» является поистине вершиной антиковедческих востоке88, исследований. иностранной Однако общая в установка Греции89, автора, наличие последовательно отрицающего использование сенатом италийского опыта на систему клиентелы неравноправных договоров90 и римского арбитража91 является ошибочной. Его теоретические построения не всегда выдерживают проверки фактами, и порой он противоречит сам себе, приводя конкретные примеры из источников92. 4. Современный период: с начала 90 гг. XX в. Начало периода определено нами довольно условно по следующим критериям. 1. Развитие контактов благодаря электронной почте. Улучшение доступа к информации благодаря Internet. 2. Увеличение роли ранее «периферийных» центров антиковедения. Растущий международный авторитет финских, испанских, голландских, чешских, польских, хорватских античников, в меньшей степени - отечественных. 3. Распад СССР, начало и становление «примирения» отечественного антиковедения с западным. Нам всегда претило определение «буржуазная наука», ибо наука едина, и делить её таким образом… Уничижительные оценки зарубежной историографии - пережиток «холодной войны» и «противостояния двух миров». Критиковать нужно конкретные построения автора, а не его государственную принадлежность или причастность к другой идеологии. На рубеже 3 и 4 периодов в решении некоторых частных вопросов англоязычная историография превосходила отечественную (оценка политики Филиппа V, соотношение национального и социального в антиримской 88 Gruen E.S. The Hellenistic World and the Coming of Rome. Berceley, Los Angelos, 1984. Vol. 1. P. 52, 157. Gruen E.S. Op. cit. Vol. 1. P. 54, 76, 159, 162, 168, 184, 185, 199;

Vol. 2. P. 722. 90 Op. cit. Vol. 1. P. 52. 91 Ibid. P. 99, 119. 92 Ibid. P. 14, 17, 158, 164-165, 169, 172, 191.

борьбе греков, роль Рима в восточных событиях, «торговый империализм»). Проблемы борьбы Рима за Балканы наиболее полно освещены в современной англоязычной историографии. Но в постановке общетеоретических проблем наша наука не уступала Западу, т.к. опиралась на материалистическое понимание истории и традиционно лучше владела теорией (следствие «насильственного» изучения философии в наших вузах). Сейчас наблюдается выравнивание: мы приняли многие их выводы, вместо общих работ стали чаще писать узкоконкретные;

они - создают обобщающие монографии, где количества и качества теоретизирования стало больше (Э. Грюен). Общая черта: чаще проявляется комплексный подход, античность берут во взаимосвязи социальных и политических аспектов, экономики, культуры, ментальности, этнои социопсихологии. Новые поколения, более прагматичные, более искушённые в политике и познавшие истинную цену широковещательных заявлений официальной пропаганды, более критично, трезво и реалистически оценивают характер римской «свободы эллинов», филэллинизма, роль классовых и «национальных» факторов во внешней политике. Правда, западной наметилась другая как тревожная в тенденция: восприятие и историографии истины последней инстанции неоправданный пиетет по отношению к ней.

Ещё на одно прискорбное обстоятельство обратил внимание С.С. Казаров - пренебрежительное отношение к старой литературе. Основанная на блестящем знании классических языков, отличающаяся глубочайшим источниковедческим анализом, она не утратила и долго ещё не утратит своего значения93. Добавим, «старая» - отнюдь не всегда «устаревшая», по основательности и глубине проникновения в суть проблем она порой превосходит довольно поверхностные исследования, главное достоинство которых заключается в том, что они - «новейшие». Нельзя отсекать себя от достижений Казаров С.С. Царь Пирр: античная историческая традиция и современная историография. Ростов-на-Дону, 2002. С. 5-6.

предшественников, нарушая принципы научной преемственности и элементарные нормы этики научного исследования.

Многие идеи, выдаваемые за «новации», были сформулированы ещё в XIX в., однако ссылки на их настоящих творцов иногда отсутствуют - автор либо их не знает, либо хочет показать значимость «собственных» выводов. Если одну и ту же мысль излагают учёные прошлого и авторы сегодняшних дней, стало дурной традицией давать сноску лишь на современную историографию, демонстрируя свою «продвинутость» и неуважение к «замшелым авторам». Знание истории становления является идей, принципов условием развития для мира мировой серьёзного и его историографии обязательным исследования, и это свойственно лучшим работам современности. Исследование эволюции эллинистического взаимоотношений с Римом написал П. Грин. Его оценки взвешены, а выводы по-настоящему современны, хотя порой он допускает бездоказательные утверждения. Констатируя, что римляне с удовольствием проявляли ксенофобию по отношению к грекам, он полагает, что саму ксенофобию квириты у них же и позаимствовали. А его оценка римско-еврейского договора 161 г. представляется нам недостаточно убедительной94. Отметим обстоятельную и очень современную работу А.Линтотта95. Сложному положению Греции между Македонией и Римом посвятил монографию П. Олива96. Испанская историография отметилась основательным Очень исследованием Л. Баллестерос Пастора о Митридате Евпаторе97.

обстоятельную работу по истории Греции издал Д. Мусти, и хотя из 914 страниц текста интересующему нас периоду отведено меньше ста страниц, в них содержится немало интересных мыслей98. Отметим книгу М. фон Альбрехта, по-новому взглянувшего на старый спор о том, кто был выше: Гомер или Вергилий, и «защитившего» римлянина. Выступая против Green P. Alexander to Actium. The historical evolution of the Hellenistic age. Berkeley;

Los Angelos, 1993. P. 319, 441. 95 Lintott A. Imperium Romanum. Politics and administration. London;

New York, 1993. 96 Oliva P. Recko mezi Makedonii a Rimem. Praha, 1995. 97 Ballesteros Pastor L. Mitridates Eupator, rey del Ponto. Granada, 1996. 98 Musti D. Storia greca. Linee di sviluppo dall`eta micenea all`eta romana. Roma;

Bari, 1997.

традиционных нападок на римскую культуру, автор отмечает, что Рим был не только посредником греческого влияния, но и создал свой собственный мир образов, практическую жизненную философию, право и систему государственного устройства, ставшую основой большинства европейских государств99. На волне гендерной истории очень современную и необычайно психологическую книгу о Клеопатре издала И. Фрэн100. Глубиной анализа её работа, пожалуй, превосходит всё до сих пор написанное о знаменитой царице. Финский исследователь А. Лямпела подвёл итог изучению римскоегипетских отношений в очень добротной монографии, действительно представляющей собой последнее слово науки101. Подкупают краткость и чёткость изложения, самостоятельность автора и его критическое отношение к авторитетам, даже таким, как Э. Грюен. А. Лямпела использовал практически всю важнейшую литературу по своей теме, включая и работы на русском языке, что пока мало характерно для наших западных коллег. К сожалению, работа, как и у Э.Грюена, обрывается 80 г. I в., оставив без внимания самые драматические страницы римско-египетских отношений. Даже краткий перечень новейших работ показывает неослабевающий интерес к римско-эллинистическим отношениям. Сейчас к таким исследованиям подключились представители стран, ранее не являвшихся признанными центрами антиковедения, - Чехии, Испании, Финляндии. Тем более отечественной науке не следует оставаться в стороне. Объективно обстоятельства сложились так, что отечественное антиковедение развивалось под сильным влиянием немецкой научной школы. Германское антиковедение с XVIII века занимало лидирующие позиции в мировой науке102, лишь в середине XIX века оно было потеснено Albrecht M. von. Rom: Spiegel Europas: Texte und Themen. Heidelberg, 1998. S. 653-654. Французское издание 1998 г. оказалось нам недоступно, и мы с удовольствием прочли эту книгу в прекрасном переводе Т.А.Баскаковой: Фрэн И. Клеопатра, или неподражаемая. М., 2001. 101 Lampela A. Rome and the Ptolemies of Egypt. The Developments of their Political Relations 273-80 B.C. Helsinki, 1998. 102 См.: Возникновение германского антиковедения, XVIII - первая половина XIX в. /Ред. В.Д.Жигунин. Казань, 1991.

100 французским, а с начала XX века - английским, вернее, англоязычным, ныне доминирующим. Формирующаяся ранняя русская романистика унаследовала как положительные качества При немецкой этом, в науки (методичность, нашей основательность, опора на источники), так и отрицательные (пересказ источников, многословие). силу особенностей ментальности, работы XVIII первой половины XIX века отнюдь не отличались немецкой педантичностью и скрупулёзностью, допускали неточности и даже фактические ошибки, были не свободны от налёта некоторой наивности и даже полёта фантазии в трактовке событий. Дореволюционная российская историография уделяла основное внимание Элладе, в меньшей степени - царскому и императорскому Риму. Проблематика римской Республики разрабатывалась достаточно слабо - в условиях непрерывно усиливающейся монархии и монархической идеи само обращение к реалиям республиканского устройства общества имело почти крамольный характер, и не то чтобы преследовалось, но, скажем так, не приветствовалось. Наконец, чисто психологически историкам были ближе и понятнее монархические эпохи римской государственности. В развитие нашей темы следует выделить несколько существенно отличающихся друг от друга этапов. 1. Начальный: примерно до 70 гг. XIX в. В этот период труды русских историков имели преимущественно общий характер и сводились к пересказу источников и выводов немецких авторов103. Многие работы были написаны либо дилетантами, увлеченными античной историей, либо «всеобщими историками неопределенного профиля»104, удовлетворяющими потребность общества в отечественных учебниках и книгах по истории Рима. Качество таких работ было недостаточно высоким, особо оригинальных мыслей они не содержали. Следует отметить некоторые недостатки этой литературы, поскольку они являлись выражением определённых тенденций, и – п.ч. эти тенденции Гераков Г. Краткая всеобщая история до РХ. СПб., 1806;

Дьячков С. История римской республики. М., 1827;

Богоявленский М. История Рима. СПб., 1855. 104 Фролов Э.Д. Русская наука об античности (историографические очерки). СПб., 1999. С. 143.

до сих пор сказываются даже в новейшей литературе. Так, Н.Тимаев, дав весьма поверхностную характеристику Атталу III, обвинял римлян в стремлении к «всемирному владычеству», одновременно утверждая, что они «щадили самолюбие греков»105. И.Кайданов идеализировал личность Филиппа V106. Н.Зуев преувеличивал влияние «бесстыжей» Клеопатры на Цезаря и Антония, неверно оценивал их поступки107. Этот же недостаток свойственен и очень серьёзному исследованию Н.М.Благовещенского108. Краткий очерк римско-греческих отношений дал В.Г.Васильевский109. Специальных работ по интересующей нас теме в первый период не создано. Можно отметить лишь небольшую, в 20 страниц, книжку «студента словесных наук» И.А.Решетникова, первого, кто на русском языке написал о культурной преемственности между греками и римлянами и попытался, хотя и слишком дилетантски, рассмотреть эту проблему. Вместе с тем отметим два очень важных суждения автора, которые лет на 50 опередили не только отечественную, но и мировую науку: римляне заимствовали то, «что сходно было с образом мнения их и правления»110 и - «ученики скоро ничем не уступали учителям»111. На фоне господствовавших в историографии XIX в. уничижительных оценок римской культуры по сравнению её с греческой это высказывание студента Решетникова многого стоит! Очень бегло коснулся этой проблемы в своей общей статье и М.М.Лунин, напыщенно и несколько категорично отметивший, что Рим - вместилище и проводник древних цивилизаций112. Ту же мысль в своих «кандидатских рассуждениях», довольно глубоких для того времени, проводит Г.Л.Комаровский, вероятно, он первым в нашей литературе отметил великую роль войны в слаборазвитой Тимаев Н. Всемирная история: Книга для чтения русскому юношеству. Ч. 1. История древнего мира. СПб., 1860. С. 266, 363, 369. 106 Кайданов И. Руководство к познанию всеобщей политической истории. Ч. 1. Древняя история. СПб., 1837. С.102. 107 Зуев Н. Руководство к познанию всеобщей истории. Древняя история. СПб., 1848. С.147, 243… 108 Благовещенский Н.М. Гораций и его время. СПб., 1864. 109 Васильевский В.Г. Политическая реформа и социальное движение в Древней Греции в период её упадка. СПб., 1869. 110 Решетников И.А. Опыт рассуждения о том, что именно римляне переняли от греков и этрусков, и каким образом заимствования от сих народов обратили в свою пользу. М., 1817. С. 9. 111 Указ. соч. С. 14, 17. 112 Лунин М.М. Несколько слов о римской истории // Московитянин. 1841. Ч. V. № 10. С. 405-424.

римской экономике, проанализировал структуру импорта и экспорта, осудил безудержный грабёж провинций113. 2. Прогрессирование и расцвет: до 1917 г. В пореформенной России в связи с экономическим образования и культурным подъёмом, развитием для университетского появилось больше возможностей профессиональных занятий римской историей. Развивалась сеть библиотек, пополнялись их фонды, доступнее стала иностранная и переводная литература по античности. Магистры за счёт государства проводили специализацию в крупнейших зарубежных университетах, получили доступ в библиотеки и музеи европейских столиц. В стране появились специалисты по римской истории. Русское антиковедение развивалось в самой тесной связи с европейской наукой и концентрировалось изучения новых источников, а Москва главным образом в университетах114. При этом Санкт-Петербург стал преимущественно центром социально-экономической истории115, что во многом определило последующее развитие антиковедения в нашей стране. Ряд работ этого периода имеют косвенное отношение к нашей теме, например, трёхтомник И.В.Нетушила о римских государственных древностях116, недостатком которого является то, что автор рассматривал сами государственные древности в отрыве от социальных отношений. Фундаментальное исследование М.И.Ростовцева117 В.И.Герье империи», важно для понимания экономической жизни провинций и отношения провинциалов к Риму. Работа интересна выводами о негативных для Рима последствиях много внимания уделившие внутриполитической борьбе завоеваний118. Заметным явлением стали «Очерки истории римской Комаровский Г.Л. Очерки Рима в финансовом и экономическом отношениях. М., 1869. С. 7, 52, 79-109, 138. 114 Историография античной истории / Ред. В.И. Кузищин. М., 1980. С. 172. 115 См.: Летяев В.А. Российская историография об античном Риме (2 половина XIX –начало XX в.): Автореф. дис. … канд. ист. наук. Казань, 1989. С. 10. 116 Нетушил И.В. Очерк римских государственных древностей. 3 Т. Харьков, 1894-1902. 117 Ростовцев М.И. История государственного откупа в Римской империи (от Августа до Диоклетиана). СПб., 1899. 118 Герье В.И. Основы римской истории. М., 1903.

позднереспубликанского преобразований119. конкретных моментов Рима и в общих чертах Рима120.

необходимости Пожалуй, это С.А.Жебелёв много сделал для уточнения нескольких балканской политики единственные специальные работы периода, посвящённые непосредственно интересующей нас теме. 3. Упадок: примерно до конца 50 гг. XX в. После октябрьского переворота антиковедение, как и всё в стране, оказалось в упадке. По точному определению Э.Д. Фролова, катастрофический обрыв 1917 г. стал трагедией для нашей античной науки121. эмигрировали (Ф.Ф.Зелинский, М.И.Ростовцев Часть крупных учёных и другие), некоторые погибли, другие были отстранены от преподавания или вынуждены были в своей работе следовать идеологическим установкам партии и правительства. Организованной травле подверглись Жебелёв и Бузескул, из-за тяжёлых условий жизни преждевременно умерли Латышев и Никитский122. Нарушилась преемственность поколений в науке. Подготовке специалистов был нанесён огромный ущерб, историки лишились возможности широко контактировать со своими зарубежными коллегами. В истории утвердился схематизм и социологизаторство. Когда в 1934 г. было вновь введено преподавание гражданской истории в вузах, потребовались специалисты, поэтому пришлось восстанавливать их подготовку. Для развития науки это был сложный период, но следует отметить и некоторые положительные моменты: материалистическое понимание исторических процессов, внимание к социально-экономическим аспектам. Уже первый советский учебник по истории Рима подробно рассматривал внутреннюю жизнь республики123. В разработке некоторых частных вопросов много сделали С.А. Жебелёв, А.И. Тюменев. Двухтомник Виппер Р.Ю. Очерки истории римской империи. М., 1908. Жебелёв С.А. Первый год 2 Македонской войны // ЖМНП. 1894. Ноябрь. С. 104-125;

он же. Из истории Афин. 229-31 гг. до Р.Х. СПб., 1898. 121 Фролов Э.Д. Указ. соч. С. 3-4. 122 Фролов Э.Д. Русское антиковедение в новейшее время: главные вехи развития - оценка настоящего состояния - взгляд в будущее // Исторические записки / Ред. Б.В.Ананьич. Т. 3 (121). М., 2000. С. 10. 123 Сергеев В.С. История древнего Рима. М.;

Л., 1925.

120 В.С. Сергеева осветил многие недостаточно разработанные или спорные вопросы. В частности, важен вывод, что всадническое сословие II в. до н.э., интересны окончательно сложилось не ранее конца исследования юридического положения провинциалов124. Краткий, но ёмкий обзор римской политики дал А.Г. Бокщанин125, правда, не со всеми его выводами мы можем согласиться, особенно с категорическим утверждением о желании Филиппа V воевать в Италии. Традиционно, вслед за Тюменевым, в нашей науке преувеличивались политическая роль и значение всадников, что заметно и в кандидатской диссертации А.И.Немировского126. Труд С.И. Ковалёва, лучший, на наш взгляд, из появившихся до сих пор отечественных учебников по Риму, кратко осветил многие сложнейшие вопросы, в том числе восточную политику Республики127. А.Б. Ранович показал римскую агрессию с точки зрения эллинистических государств128. Это первый в отечественной историографии труд, достаточно подробно рассматривающий восточную экспансию Рима, однако общие выводы автора устарели и далеко не со всеми его утверждениями можно согласиться. 40-50 гг. прошли под знаком изучения прежде всего экономических и социально-экономических отсутствие свободы отношений129. дискуссий, К сожалению, развитию историографии препятствовали идеологические мотивы, диктат сверху, чрезмерное абсолютизирование материальных, социальных факторов130 и классовой борьбы131, нападки на «романоцентризм»132. Всё это в значительной степени обедняло нашу науку.

Сергеев В.С. Очерки по истории древнего Рима. Т. 1. М., 1938. С. 130, 123. Бокщанин А.Г. История международных отношений в древнем мире. М., 1948. 126 Немировский А.И. Всадническое сословие в период кризиса и падения римской республики: Автореф. дис … канд. ист. наук. М., 1950. С. 4-7. 127 Ковалёв С.И.. История Рима. Л., 1948. 128 Ранович А.Б. Эллинизм и его историческая роль. М.;

Л., 1950. 129 Самохина Г.С. Советская историография эллинизма (основные этапы развития) // Изучение и преподавание истории в высшей школе. Петрозаводск, 1985. С. 44. 130 См.: Мурыгина Н.Ф. Сопротивление фракийских племён римской агрессии и восстание Андриска // ВДИ. 1957. № 2. С. 70, 77, 84. 131 См.: Мишулин А.В. Античная история Греции и Рима. М., 1944;

он же. История древнего Рима. М., 1946. 132 См.: Тарков П.Н. Рец. на книгу : Уолбэнк Ф. Филипп V Македонский // ВДИ. 1947. № 4. С. 100-101;

Он же. Греко-эллинский мир и Рим на рубеже III-II вв. до н.э.: Дис … д-ра ист. наук. М., 1947. С. 136;

он же. К истории международных отношений в античном мире // ВДИ. 1950. № 2. С. 35: См. также: безымянную рец. на доктор. дис. П.Н.Таркова // ВДИ. 1947. № 4. С. 136.

125 Некоторые пережитки этого периода не изжиты до сих пор, сказываясь даже в новейших работах. 4. Позднесоветский период: до начала 90 гг. XX в. После смерти Сталина и особенно с начала 60-х гг. появились более благоприятные условия для научного творчества, выше стало качество работ, освободившихся от некоторых идеологических догм, но темы, связанные с римской республикой не пользовалась особой популярностью. Римскоселевкидские отношения очень подробно изложены в монографии А.Г. Бокщанина133. Нам представляется ошибочным мнение автора, что Македонию и Вифинию вступить в союз с Римом вынудила агрессивность Антиоха134. Проблему Иллирийских войн затронул известный львовский исследователь Докторская римско-карфагенских диссертация Л.Д. отношений И.И. всецело Вейцковский135. принадлежит Саникидзе предыдущему периоду, со всеми его недостатками, не отличаясь ни одним из его достоинств;

она не стала заметным вкладом в историографию и устарела едва ли не в день защиты. Важны для темы труды С.Л. Утченко, касающиеся проблемы взаимного влияния внутренней и внешней политики137. Двухтомник А.С. Шофмана очень подробно проанализировал римскомакедонские отношения и вскользь, взаимодействие Рима с другими странами Восточного Средиземноморья138. Статья Е.М. Штаерман «Эволюция идеи свободы в древнем Риме» позволила с новой стороны взглянуть на проблему филэллинизма и его понимания самими римлянами139. В этот период появилось несколько интересных кандидатских диссертаций. Очень спорными являются некоторые положения А.М. Малеванного, 133 впервые в советской историографии специально Бокщанин А.Г. Парфия и Рим. Т. 1. М., 1960. Указ. соч. С. 214. 135 Вейцкiвський I. I. Зовнiшня полiтiка крайiн Захiдного Середземномор'я в 264-219 рр. до н.е. Львiв, 1959;

он же. Западное Средиземноморье в III столетии до н.э.: Автореф. дис … д-ра ист. наук. Львов, 1960. 136 Саникидзе Л.Д. Восточный вопрос в истории римской республики (200-60 гг. до н.э.): Автореф. дис… дра ист. наук. Тбилиси, 1965. 137 Утченко С.Л. Кризис и падение Римской республики. М., 1965;

он же. Цицерон и его время. М., 1975;

он же. Юлий Цезарь. М., 1975. 138 Шофман А.С. История античной Македонии. Т. 1. Казань, 1960;

Т. 2. Казань, 1963. 139 Штаерман Е.М. Эволюция идеи свободы в древнем Риме // ВДИ. 1972. № 2. С. 41-59.

исследовавшего взаимоотношения Рима и Иллирии140. Выходы на внешнюю политику имеет работа О.И. Ханкевич о внутренней политике Республики141. Н.Н. Трухина опровергла некоторые устоявшиеся положения просопографических штудий, дала глубокий анализ политической жизни Рима142. Мы будем часто обращаться к её работам, сочетающим в себе немецкую скрупулёзность с английским «глобализмом» и французским изяществом изложения. Возможно, единственное, с чем трудно согласиться в её выводах, - это признание Катона главной силой, приведшей к падению Сципиона. египетских В.В. Юрьева посвятила свою работу последнему этапу римскоотношений143. Международную политику эпохи раннего эллинизма глубоко исследовал В.Д. Жигунин144. Однако мнение автора, что ещё в 70-40 гг. III в. Рим стремился вмешиваться в дела эллинистических государств145, а с 220 нам г. начал бороться за централизацию Интересны Средиземноморья146 представляется необоснованным.

диссертации и статьи Ю.Е. Журавлёва147 и В.И. Перовой148, хотя далеко не все их выводы бесспорны. Следует отметить прекрасную главу В.М. Смирина в «Истории Европы»149 и достаточно спорную, с неточностями и устаревшими взглядами главу А.И.Павловской там же150. На конец периода приходится начало Малеванный А.М. Иллирийцы и их борьба против экспансии рабовладельческих государств: Автореф. дис… канд. ист. наук. Воронеж, 1969. 141 Ханкевич О.И. Роль народных трибунов и собраний плебса в общественно-политической жизни Римской республики II в. до н.э.(до Гракхов): Автореф. дис… канд. ист. наук. Минск, 1978;

142 Трухина Н.Н. Борьба внутри римского нобилитета в конце III - начале II в. до н.э.: Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 1974;

она же. Политика и политики «золотого века» римской республики. М., 1986. 143 Юрьева В.В. Взаимоотношения Рима и Египта в первой половине I в. до н.э.: Автореф. дис… канд. ист. наук. М.. 1975. 144 Жигунин В.Д Международные отношения эллинистических государств в 280-220 гг. до н.э. Казань, 1980;

он же. Международная политика эллинистических государств (280-220 гг. до н.э.): Автореф. дис… д-ра ист. наук. М., 1989. 145 Жигунин В.Д Международная политика… С. 6 146 Указ. соч. С. 5. 147 Журавлёв Ю.Е. Лозунг борьбы за свободу греков в римской политике 99 гг. II в. до н.э. // Проблемы всемирной истории. М., 1974;

он же. Некоторые аспекты восточной политики римской республики начала II в. до н.э. и западная историография // ИСКНЦВШ. 1975. № 3;

он же. Взаимоотношения Рима с державой Селевкидов (200-160 гг. до н.э.): Автореф. дис…канд. ист. наук. М., 1982. 148 Перова В.И. Социально-политическая борьба в Греции в период экспансии Рима (210-146 гг. до н.э.): Автореф. дис… канд. ист. наук. Л., 1983. 149 Смирин В.М. Римская республика III-I вв. до н.э. // История Европы. Т. 1. М., 1988. С. 446-492. 150 Павловская А.И. Греция и Македония в эпоху эллинизма // История Европы. Т. 1. С. 389-445.

научного творчества целого ряда очень интересных исследователей, наиболее полно раскрывшихся уже в 90-х гг. XX в. Пергаму, Малой Азии и Риму посвящены аналитические статьи О.Ю. Климова151. С начала 80-х гг. очень плодотворно над историографией римско-эллинистических отношений работает В.И.Кащеев, попутно исследуя и некоторые конкретные вопросы152. Г.С. Самохина издала несколько интересных статей, имеющих непосредственное отношение к рассматриваемой теме153. 5. Современный период: 1992 - 2003 гг. Критерии совпадают с теми, что отмечены для зарубежной историографии. Дополнительной характерной чертой современного периода стало усиление новых центров антиковедения (Саратов, Казань, Нижний Новгород, Самара), что обогащает нашу науку. Интересна кандидатская диссертация А.В.Куликова, уделившего основное внимание взаимосвязи внешних и внутренних факторов в развитии восточной политики Республики. Автор констатирует, что между сенаторами и всадниками не было противоречий в проведении политики на Востоке и оба сословия получали экономическую выгоду от эксплуатации провинций154. Вывод, безусловно, верный, но отметим, что такая ситуация сложилась именно после Гракхов, для предыдущего периода характерна была борьба всадников за равные права на эксплуатацию провинций.

Климов О.Ю 1) О роли Пергамского царства в Сирийской войне (192-188 гг. до н.э.) // Античная гражданская община. М., 1986;

2) Сирийская война 192-188 гг. до н.э. в античной исторической традиции // Проблемы истории и историографии. Античность. Средние века. Уфа, 1990;

3) Мирный договор между Римом и Сирийским царством 188 г. до н.э. в античной исторической традиции // Проблемы археологии Урала и историографии античности: Тезисы научной конференции. Уфа, 1990. 152 Кащеев В.И. 1) Некоторые концепции «римского империализма» в англо-американской историографии новейшего времени // Вопросы отечественной, зарубежной историографии, литературоведения и языкознания. Казань, 1981;

2) Первая римско-македонская война в интерпретации английских и американских антиковедов // Античный мир и археология. Саратов, 1986. Вып. 6;

3) Лозунг освобождения греков в межгосударственных отношениях Восточного Средиземноморья (III-II вв. до н.э.) // Античный мир и археология. Саратов, 1990. Вып. 7;

4) Договор Филиппа V и Антиоха III в интерпретации античных и современных авторов // Античный мир и археология. Саратов, 1990. Вып. 8;

5) Полибий и внешняя политика Рима в конце III - первой половине II вв. до н.э. // Из истории социально-этических и политикоправовых идей. Саратов, 1990;

6) Посредничество и арбитраж во взаимоотношениях эллинистических государств и Рима // Из истории античного общества. Нижний Новгород, 1991. 153 Самохина Г.С. Причины Второй Македонской войны (к историографии вопроса) // Проблемы историографии всеобщей истории. Петрозаводск, 1991;

она же. Иллирийские войны (о принципах римской политики на Балканах в конце III в. до н.э.) // Античность и средние века: Полис, империя, этнос. Нижний Новгород, 1991. 154 Куликов А.В. Восточная политика Рима от Гракхов до Цезаря (133-44 гг. до н.э.). Автореф. дисс. … канд. ист. наук. М., 1992. С. 13.

Продолжая исследовать римско-греческие отношения, Г.С. Самохина сконцентрировала своё внимание на изучении личности и творчества Полибия155. Для уточнения характера и сути восстания Аристоника много сделал О.Ю.Климов156, после издания его монографии и защиты докторской диссертации157 тему Пергамского царства можно считать надолго «закрытой», хотя его позиция по поводу завещания Аттала III нам представляется небесспорной. В.И. Кащеев исследовал проблему римского империализма в зарубежной историографии и историографию взаимоотношений Рима с эллинистическим миром158. Главным предметом его конкретных исследований являются важные, но чисто формальные аспекты международных отношений. После издания монографий Е.А. Молева159 и С.Ю. Сапрыкина160 историю взаимоотношений Рима с Понтийским царством в целом можно считать изученной более чем основательно, дальнейшее изучение способно лишь уточнять какие-то частные моменты. В этом плане интересно работают К.Л. Гуленков161 и Е.В. Смыков162.

Самохина Г.С. Полибий: эпоха, судьба, труд. СПб., 1995. В 1997 г. она защитила в Москве докторскую диссертацию по той же теме. 156 Климов О.Ю. К оценке восстания Аристоника в Пергаме // Античный мир: Проблемы истории и культуры. СПБ., 1998. 157 Климов О.Ю. Царство Пергам: очерк социально-политической истории. Мурманск, 1998;

он же. Пергамское царство: проблемы истории и государственного устройства. СПб., 2001. 158 Кащеев В.И. Эллинистический мир и Рим: Война, мир и дипломатия в 220-146 годах до н.э. М., 1993;

он же. Из истории межгосударственных отношений в эпоху эллинизма: Два очерка. М., 1997;

он же. Эллинистический мир и Рим: война, дипломатия и международное право в 220-146 годах до н.э.: Автореф. дис… д-ра ист. наук. Саратов, 1997. 159 Молев Е.А. Властитель Понта. Нижний Новгород, 1995. Здесь же следует упомянуть и другую прекрасную книгу того же автора, хотя она и была издана в предыдущий период. См.: Молев Е.А. Митридат Евпатор. Создание Черноморской державы. Саратов, 1976. 160 Сапрыкин С.Ю. Понтийское царство: Автореф. дис… д-ра ист. наук. М., 1992;

он же. Понтийское царство. М., 1996. Отметим также диссертацию Е.В.Смыкова, специально рассмотревшего широкий круг проблем римско-понтийских взаимоотношений. См.: Смыков Е.В. Рим и Митридат Евпатор: война, политика, идеология: Автореф. дис… канд. ист. наук. Саратов, 1996. 161 Гуленков К.Л. Митридатовы войны в освещении Аппиана // Античность: эпоха и люди. Казань, 2000. 6976;

Гуленков К.Л., Короленков А.В. Союз Митридата и Сертория // Античность: общество и идеи. Казань, 2001. С. 63-70;

Гуленков К.Л. Ориенталистическое и эллинистическое в семье Митридата Евпатора // Там же. С. 71-83;

он же. Вторая Митридатова война и её последствия // Studia historica. М., 2001. С. 73-93. 162 Смыков Е.В. Парфянский поход Марка Антония // Проблемы отечественной и всеобщей истории. Саратов, 1987. С. 111-120;

он же. Рим и Митридат Евпатор: война, политика, идеология: Автореф. дис… канд. ист. наук. Саратов, 1996;

он же. Рим и Парфия: первые контакты (К вопросу о договорах Суллы и Лукулла с парфянами) // Международные отношения и дипломатия в античности. Ч. 1. Казань, 2000. С. 317 Внешняя политика Антиоха Митиной, но ряд её обоснованными, например III была подробно рассмотрена С.И. следует признать недостаточно положений тезис о том, что оппозиция Птолемеям со стороны Агтигонидов и Селевкидов вызвана господством Египта «на морских путях всего Восточного Средиземноморья», и мнение, что Македония и Селевкиды не соединились против Рима, т.к. ошибочно оценили его присутствие на востоке «как временное»163. Такие взгляды, видимо, являются некоторым упрощением. Диссертация А.С. Бурова содержит устаревшие и подвергнутые в современной историографии сомнению оценки торговых интересов Рима как причины Иллирийских войн164. Общий вывод столь автора «Серия для римско-иллирийских Македонии войн нейтрализовала актуальную иллирийскую опасность»165 - нам представляется необоснованным. Автору следовало задуматься, почему тогда появление римлян в Иллирии сделало македонян злейшими врагами Рима. Несколько полезных работ опубликовала Т.А. Бобровникова, однако в её интереснейшей монографии о Сципионе Африканском166 содержится явная идеализация римской политики. Интересны работы О.Л. Габелко, посвящённые истории Вифинского царства и имеющие выход на римско-вифинские отношения167. Книга А.В. Постернак интересна анализом греко-римской культуры и рассмотрением уровня романизации провинций, чему обычно уделялось не так много внимания в нашей литературе. Одну из причин слабой романизации Греции автор справедливо видит в том, что греки плохо поддавались римскому 332;

он же. Рим и Парфия: путь к договору (Гней Помпей и парфяне) // Античность: общество и идеи. Казань, 2001. С. 118-129. 163 Митина С.И. Внешняя политика Антиоха III: Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 1994. С. 9, 15. 164 Буров А.С Вооруженные силы и военная политика Македонии (70-20 гг. III в. до н.э.): Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 1996. С.21. 165 Там же. 166 Бобровникова Т.А. Сципион Африканский. М., 1998. 167 Габелко О.Л. Мемнон об истории Вифинского царства // Античный вестник. Вып. 2. Омск, 1995;

он же. История Вифинского царства в зеркале историографии // Античный мир и его судьбы в последующие века. М., 1996;

он же. Вифинское царство в системе эллинистических государств: Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 1998;

он же. Последствия Апамейского мира: Рим и Первая Вифинская война // Межгосударственные отношения и дипломатия в античности. Казань, 2000.

влиянию и относились к римлянам враждебно. Однако сложно согласиться с другим выводом автора, для новейшей работы являющийся явным анахронизмом - творческая деятельность римлян «принесла незначительные плоды»168. Из новейших диссертаций отметим работу В.О. Никишина, исследовавшего практически не изученный в нашей литературе вопрос о римском «шовинизме» и подробно остановившегося на проблеме взаимного восприятия греков и римлян169. Ему же принадлежит ряд интересных статей170, опубликованных в последние годы. Сложно дать исчерпывающе полный анализ перечисленных работ или отметить все без исключения публикации, посвящённые нашей теме, поэтому мы ограничились самыми важными, на наш взгляд, исследованиями. Более конкретное рассмотрение будет представлено уже по ходу изложения. В целом можно сказать, что несмотря на обилие литературы, многие вопросы разработаны недостаточно или остаются спорными. Хорошо изучены римско-балканские отношения, взаимоотношения Рима с Пергамом и Понтом, хуже - контакты Рима с Селевкидами и Птолемеями. Недостаточно исследованы в нашей литературе проблемы дипломатических и военных отношений Рима с Иудеей, совсем плохо - роль экономических и этнопсихологических факторов в восточной политике Республики. Не уделено достаточного внимания важным, на наш взгляд, эпирским событиям 167 г., отчётливо показывающим перерождение римской идеологии. До сих пор в нашей науке отсутствуют обобщающие работы по всему периоду Постернак А.В. История Древней Греции и Древнего Рима. В конспективном изложении. М., 1999. С. 154, 94. 169 Никишин В.О. Чужеземцы в произведениях Цицерона, Цезаря и Саллюстия (к вопросу о сущности римского «шовинизма в I в. до н.э.): Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 2000.

Никишин В.О. 1) «Национальный вопрос» в произведениях Тацита // Древний Восток и античный мир: Труды кафедры истории древнего мира исторического факультета МГУ. Вып. 4. М., 2001;

2) Эллины, римляне и варвары: эволюция понятий в эпоху римского владычества // Ставропольский альманах общества интеллектуальной истории. Вып. 2. Ставрополь, 2002;

3) Варвары и варварство в трудах Тацита: германцы, галлы и британцы // Древний Восток и античный мир: Труды кафедры истории древнего мира исторического факультета МГУ. Вып. 5. М., 2002;

4) Эволюция противопоставления эллинства и варварства в эпоху эллинизма // Труды I межвузовской конференции молодых учёных памяти профессора В.Ф.Семёнова 13 апреля 2002 г. (история древнего мира). М., 2002.

30 гг., т.е. от первых шагов Рима на востоке (Иллирийские войны) и до аннексии Египта Октавианом, что знаменовало собой окончание эпохи эллинизма. Подводя итог, следует заключить, что тема римского проникновения на восток остаётся одной из наиболее интересных, исчерпана и ждёт новых исследователей и новых работ. Научная новизна диссертации состоит в следующем. 1. Сделан вывод о непосредственной связи иллирийских войн Рима с римско-карфагенским противостоянием. Близившаяся война с Карфагеном вынуждала сенат обеспечивать свои стратегические интересы в окружающих Италию морях, покорять галлов, угрожающих северу полуострова, и совершить экспедицию в Иллирию, сделавшей неизбежной, в свою очередь, римско-македонскую вражду. 2. На основе тщательного анализа источников, особенно – двух взаимоисключающих версий Полибия и Тита Ливия даётся собственная трактовка союза Македонии с Карфагеном, опровергается устоявшееся в историографии мнение о желании Филиппа V воевать в Италии на стороне Ганнибала. 3. Даётся новая трактовка причин и обстоятельств начала 3 Македонской войны, развязанной по инициативе Рима не потому, что Персей своими опасными действиями вынудил римлян вмешаться, а вызванной желанием сената «окончательно решить» македонскую проблему. 4. Раcсмотрен весь комплекс проблем, связанных с завещанием Аттала III. Сделан вывод, что царь завещал Риму всё царство, включая объявленной свободной инициировано римлянами;

столицу;

само завещание, вероятно, было актуальных и перспективных тем современного антиковедения. Она никогда не будет 5. Выдвинута собственная концепция причин отказа от политики иностранной клиентелы и перехода к провинциальному устройству римской Республики. 6. Впервые предпринята попытка установить этническую принадлежность жертв «эфесской резни» 88 г. Сделан вывод, что римляне составляли ничтожно малый процент погибших, а основная часть убитых – это рабы квиритов, италийцы, вольноотпущенники и малоазийцы, получившие римское гражданство. 7. Предложен тезис о ментальной несовместимости римлян и греков как одной из причин их взаимного неприятия. Сложность проблемы заключается в том, что в идеологии (полис) и культуре (её явное превосходство и во многом – приемлемость для Рима) для квиритов эллины были единственно возможными культурными партнёрами в Средиземноморье. Однако римляне никогда не были лишь подражателями чужих достижений, созданная ими единая средиземноморская цивилизация в конечном счёте превзошла и дипломатию, и культуру, и экономику эллинизма. 8. Предлагается в научный оборот новый термин «двойная дипломатия» для обозначения столь изощрённых и продуманных действий сената, когда любое ответное действие и даже полное бездействие противной стороны при любом исходе шло на пользу одному только Риму. Примеры: «забота» о свободе греков Малой Азии в дипломатической полемике с Антиохом III;

требование об уничтожении флота и боевых слонов Селевкидского царства;

обеспечение нейтралитета Египта во время завоевания Средиземноморья;

непомерные контрибуции, обогащающие Рим и ослабляющие побеждённого врага, либо вынуждающие его униженно просить о пролонгации выплат или занимать деньги в долг у самого же римского правительства, либо – повышать налоги и грабить храмы в собственной стране, что приводило к экономическому упадку и восстаниям.

Практическая значимость результатов исследования заключается в том, что они могут широко использоваться для дальнейшего изучения поставленных проблем, а также в учебном процессе в курсах истории древнего мира и международных отношений, при разработке разнообразных общих и специальных курсов, посвящённым вопросам государственности, политической контактов. Исследованные автором диссертации принципы и методы римской дипломатии, некоторые развивающейся острейшие в условиях сложнейшего переплетения и интересов многих стран и народов проблемы Особого межэтнических отношений. имеют несомненный выход на международных в этом внимания отношении истории, идеологии, межкультурных и межэтнических современных заслуживают практика безусловного соблюдения «национальных интересов» римским сенатом, его гибкость и осмотрительность, сочетающаяся с решительностью в критические моменты, меры по укреплению внутреннего единства державы, поистине отеческая забота о благе каждого гражданина, неназойливая политика цивилизации и ассимиляции варваров, через несколько поколений по мироощущению ставших настоящими римлянами. Апробация археологии и работы. Диссертация истории обсуждена на совместном факультета заседании кафедр истории древнего мира и средних веков, а также региональной исторического Ставропольского государственного университета. По теме и материалам диссертации опубликована монография, многочисленные статьи и тезисы докладов и сообщений (см. список опубликованных работ). Результаты научных исследований используются в курсах лекций «История древнего мира» и «Римское частное право» на историческом, юридическом и экономическом факультетах Ставропольского государственного университета, спецкурсе «Быт, обычаи и нравы древних римлян и греков» на историческом факультете СГУ, лекционном курсе «Сравнительная история мировых цивилизаций» на первом курсе магистратуры.

Основные положения диссертации были представлены автором на следующих международных, всероссийских и региональных конференциях: 1. 2. В Петрозаводске: «Проблемы истории и историографии зарубежных стран». Межвузовская научная конференция. ПГУ. 1990. В Актюбинске: «1 Региональная конференция молодых ученых». АПИ, 1990. «2 Региональная научная конференция молодых ученых». АПИ, 1991. «Батыс Казакстан жас галымдаранын 4-гылыми конференциясы». АПИ, 1993. 3. В Ставрополе: «Циклы природы и общества». 3 Международная конференция. Ставрополь, СУ, 1995. 2 конференции профессорскопреподавательского состава Ставропольского университета. СУ, 1996. «Циклы природы и общества». 4 междун. конф. СУ, 1996. «Проблемы повседневности в истории: образ жизни, сознание и методология изучения». СГУ, 2001. «Актуальные проблемы исторической науки». 44 научнометодическая конференция «Университетская наука – региону». СГУ, 2001. 4. 5. 6. 7. В Пятигорске: «Мир на Северном Кавказе через языки, В Новочеркасске: Научно-техническая конференция памяти В В Саратове: Москве: «Античный мир и на варварская рубеже периферия». тысячелетий: образование, культуру». 1 Международный конгресс. ПГЛУ, 1996. А.Ф.Лосева «Цивилизация и человек: проблемы развития». 5-7 мая 1999 Всероссийская конференция РАА и СГУ. 22-24 ноября 2000 г. «Антиковедение междисциплинарные исследования и новые методики». Международная конференция ИВИ РАН и РАА, 29-30 июня 2000 г. «ХII Сергеевские чтения». Всероссийская научная конференция. МГУ, 29-31 января 2001 г. «Античная религия и христианство». Всероссийская научная конференция РАА, 23-243 июня 2003 г. 8. В Нижнем Новгороде: «VII чтения памяти профессора Н.П. Соколова». ННГУ, 2000 г.

9.

В Тюмени:

«Историческая наука в на пороге и третьего праве».

тысячелетия». Всероссийская конференция. 27-28 апреля 2000г 10. В Межвузовская Краснодаре: конференция «Собственность Кубанского истории социально-экономического института. «Гуманитарное образование в современном ВУЗе: традиции и новации». Региональная научно-практическая конференция. КГУ, 25 октября 2002 г. 11. В Санкт-Петербурге: «Античное общество-4. Власть и общество в античности. Международная научная конференция». СПбГУ, 5-7 марта 2001 г. «Жебелевские чтения – III». Всероссийская научная конференция. СПбГУ, 29-31 октября 2001 г. «Жебелёвские чтения-IV». Международная конференция. СПбГУ, 30 октября - 1 ноября 2002 г. «Исторические персоналии: мотивировка и мотивации поступков». Всероссийская научная конференция. 16-17 декабря 2002 г. 12. В Ростове-на-Дону: «Теоретические проблемы исторической науки». IV Сказкинские чтения. Международная научная конференция. РГУ, 20-21 мая 1999 г. ;

Х Международная научная конференция «Международные отношения в бассейне Черного моря в древности и средние века». РГПУ, 29 мая- 3 июня 2001 г. Международные отношения в бассейне Чёрного моря в древности и средние века. XI международная научная конференция (31 мая-5 июня 2003 г.). 13. В Казани: «Античность в современном измерении». Всероссийская научная конференция, посвященная 35-летию научного кружка «Античный понедельник». 14-16 ноября 2001 г. 14. В Армавире: Международная научная конференция «Проблемы повседневности в истории: образ жизни, сознание и методология изучения». Армавир, 14 ноября 2002.

Глава I. Военная фаза: первые этапы завоевания Римом восточного Средиземноморья I.2. Иллирийские войны 229-33 гг. В 1 Пунической войне Рим еще только выходил на широкую политическую арену171. Сенат имел ограниченные цели (захват Сицилии), что являлось прямым продолжением южно-италийской агрессии. Роль дипломатии в войне была ничтожна, военные действия велись на сравнительно небольшой территории. Война стала, в сущности, схваткой изза Сицилии (Polyb. I.13.2;

Liv. XXI.41). Вероятно, тогда же зарождается идея о непобедимости и избранности римлян. Но простой люд от победы почти ничего не получил, раздел земли на «Галльском поле» был каплей в море. Нужны были новые земли, следовательно, – новые войны. В этом кроются истоки «римского империализма». Кроме земельного дефицита, сказывалась бедность римского государства, при слабо развитой аграрной экономике реально пополнять казну можно лишь за счет добычи и контрибуций. Войны консолидировали общину. Они порождались осознанием собственной силы, многовековой психологической привычкой к войне как средству общения с соседями. Римская агрессивность не была в чем-то особой или патологической. Она типична для аграрного полиса. Экспансия, однако, не была «результатом разложения полиса»172, напротив – она стала его причиной. Римский империализм хорошо объясним, поэтому мнение У. Харриса о его темных и иррациональных корнях173, как и утверждения о врожденной воинственности и кровожадности римлян174, отдают мистикой и едва ли могут быть признаны научными.

171 Егоров А.Б. Рим на грани эпох. Л., 1985. С. 25. Машкин Н.А. Основные проблемы истории древнего Рима. М., 1947. С. 10. 173 Harris W. War and imperialism in republican Rome. 327-70 B.C. Oxford, 1979. P. 53. 174 Павлович В.А. История Греции и Рима. СПб., 1873. С. 171;

Кеннингем В. Западная цивилизация с экономической точки зрения. М., 1902. С. 142;

Андреев Н. Древний Рим. Пг., 1921. С. 101-102.

Степень агрессивности Рима ещё в середине III в. была достаточно скромной. Когда Карфаген, охваченный после 1 Пунической войны восстанием наемников и ливийцев, был близок к гибели (Polyb. I.6), сенат не воспользовался его бедственным положением. Напротив, вёл себя предельно корректно и даже дружески175. Восставшим на Сардинии наемникам было отказано в помощи, как и просившейся в римское подданство Утике (Polyb. I.83). Возможно, сыграла свою роль традиционная римская честность, Кроме того, пунийцы должны были еще качество, конечно, не «генетическое», а благоприобретённое в условиях простого крестьянского быта. десять лет выплачивать контрибуцию, и незачем было губить их государство. Видимо, главной причиной была именно еще недостаточная агрессивность Рима, а следовательно, отсутствие установки на уничтожение Карфагена. В 240 г. сенат не «поддержал восставших»176, напротив, помог пунам: запретил италикам торговать с восставшими, вернул пленных, разрешил закупать хлеб и вербовать воинов в Италии (App. Sicil. II.3). Ф. Уолбэнк, на наш взгляд, справедливо подверг сомнению последнее утверждение Аппиана177. Фраза автора, что римляне даже отправили послов в Африку, пытаясь прекратить войну (ibid.), и вовсе фантастична – римские посольства вмешивались только в тех случаях, когда хотя бы одна из воюющих сторон была в союзе с Римом. Когда восстание было подавлено, одолела старая ненависть, и в 238 г.178 Рим «вопреки праву» (Polyb. III.28) занял Сардинию, «желая иметь Тирренское море под своим контролем»179. В ответ на возмущение карфагенских послов сенат объявил войну. Воевать Карфаген не мог, поэтому купил мир отказом от острова и выплатой 1200 талантов (Polyb. I.88.12). Одновременно римляне захватили и Корсику, хотя она не была упомянута в договоре180. Тем самым Рим получил господство в западном 175 Caven B. The Punic Wars. New York, 1980. P. 70. Вейцковский И.И. Западное Средиземноморье в III столетии до н.э.: Автореф. дис… д-ра ист. наук. Львов, 1960. С. 28. 177 Walbank F.W. A historical Commentary on Polybius. Vol. 1. Oxford, 1957. P. 146. 178 Или в 237 г. – см.: Walbank F.W. Opus cit. P. 150. 179 Grimal P. Hellenism and the Rise of Rome. London, 1968. P. 150. 180 Frank T. Rome after the conquest of Sicily // CAH. Vol. VII. Cambridge, 1928. P. 804.

море181. Рим действовал с позиций грубой силы. Причины, на наш взгляд, хорошо объяснил С.Дайсон. Рим с самого начала был обществом границ и очень заботился об их укреплении, Сардиния находится всего в 230 км. от Италии и стратегически важна. Однако нерешительность, проявленная сенатом в вопросе об аннексии острова показывает, что это решение далось ему нелегко182. Это тоже подтверждает ещё явно недостаточную степень агрессивности Рима, направленной за пределы Италии. С целью подготовки новой войны Баркиды в 237 г. начали завоевание Испании. Римские политики оказались не настолько предусмотрительными, чтобы помешать этому. Они не имели никаких интересов в Испании (Dio Cass.XII.48). Ближе, на севере Италии, появилась более очевидная угроза: готовился поход галлов на Рим. Решительное вмешательство в испанские дела могло привести к войне, но, несомненно, она протекала бы для римлян более успешно, чем это случилось впоследствии. Только после разгрома галлов в 231 г. в Испанию прибыло римское посольство, но не с целью остановить завоевания, а с требованием дать разъяснения183. Ответ Гамилькара, что цель войны – добыть денег для контрибуции, как ни странно, удовлетворил послов. Когда большая часть Испании была покорена, сенат всерьез встревожился. «Отцы» поняли, что их беспечность позволила врагу усилиться, и пытались поправить прошлое (Polyb. II.13.3). Новое посольство 226 г. заключило договор о том, что границей Карфагена в Испании будет Ибер. Такая уступчивость объясняется тем, что близилась очередная война с галлами, раздражать пунийцев было неразумно – они быстро усиливались, теперь с ними приходилось считаться. Стало очевидно: новая война неизбежна и ее начало лишь вопрос времени (Polyb. II.36). С тревогой наблюдая за успехами врага, сенат деятельно укреплял государство. Он уже не мог проводить политику, не учитывая ситуацию на 181 См.: Штолль Г.В. Герои Рима в войне и мире. СПб., 1896. С. 218;

Dyson S.L. The Creating of the Roman Frontier. Princetov, 1985. P. 7, 239,246. 183 Ковалев С.И. История Рима. Л., 1988. С. 204.

востоке, севере и западе184. Как отмечает Полибий, частые войны с италийскими галлами ранее сковывали инициативу по отношению к Карфагену (II.13.5;

II.22.9) и могли помешать в будущем. Именно необходимость расправиться с ними до начала ожидаемой войны и привела к широкомасштабным операциям на севере. Эту связь отмечает и Полибий, сообщив об установлении границы по Иберу, он тут же добавляет – немедленно после этого была начата война с галлами (II.13.7). Покорив их в 222 г. и выведя колонии в долину По, Рим, как казалось, обезопасил себя с севера, присоединив война. Причины войны источники трактуют неоднозначно. Все авторы видят их в пиратстве иллирийцев, но Ливий (Per. 20), Полибий (II.18.12), Аппиан (Illyr. II.7) и Евтропий (III.I) добавляют убийство посла;

Флор, выражая крайне тенденциозную римскую версию, «убивает» обоих послов (XXI.II)185. Полибий полагает, что другой причиной было усиление пиратского государства (II.2.4), что нам представляется абсолютно несущественным. Дион Кассий указывает на союзные обязательства перед Иссой (fr. 49), что может быть верным лишь отчасти, поскольку римляне осуществляли исполнение своих обязательств только в том случае, если это было выгодно исключительно им самим. Это вообще один из главных принципов римской дипломатии186. Более существенно другое наблюдение Диона Кассия и следующего за ним Зонары – римляне хотели наказать ардиэев, которые мешали их плаванию из Брундизия (Dio Cass. fr. 49.2;

Zon. VIII.19). Некоторые исследователи, ссылаясь на Аппиана, пишут, что сенат главным Сицилию с юга, Корсику и Сардинию – с запада. Обеспечить тыл на востоке еще раньше и должна была 1 Иллирийская Kramer F.R. Massilian Diplomace before the Second Punic War //AJPh. 1948. Vol. LXIX. № 1. P. 16. Вслед за ним Ева Санфорд «убивает» двух римских послов и видит в этом «двойном убийстве» главную причину войны: Sanford E.M. The Mediterranian World in Ancient times. New York, 1938. P. 340. 186 В связи с этим странными выглядят выводы Х.Вендера, что и 2 Пуническую войну Рим начал, чтобы отомстить за уничтожение союзного Сагунта – Wender H. The rise and fall of the Ancient Worlds. New York, 1976. P. 181.

образом тревожило расширение пиратского царства187, однако это утверждение, приписываемое ими Аппиану, не находит подтверждения в тексте самого автора. По версии, приводимой только Аппианом, в состав римского посольства к Тевте входил представитель Иссы Клеемпор (Illyr. II.7). В 230 г. пираты осадили Иссу, которая недавно стала союзником Рима (App. Illyr. VIII)188, после чего к Тевте и прибыли римские послы.

Общепринятая версия Полибия-Ливия о результатах этого посольства слишком драматична, чтобы быть достоверной. Из неё следует, что причиной войны были «бестактность»189 Луция Корункания и надменность Тевты190, спровоцировавшей войну191, – нам такой подход представляется несколько наивным. Полибий, очевидно, использовал тенденциозного Фабия Пиктора, чем и объясняется не свойственная ахейцу излишняя драматичность изложения. Фабий считал, что эту войну (как, впрочем, и все другие – А.Б.) римляне начали, не имея корыстных целей и не вмешиваясь в чужие дела192.

Существенно отличается вариант Аппиана, основанный на источниках, «которые мы не можем идентифицировать»193, но можно предположить, что они были скорее греческими, чем римскими. По просьбе Иссы римляне отправили посольство к Агрону194, чтобы узнать его требования к Иссе195. Ещё до прибытия к царю послы подверглись случайному нападению пиратов, убивших Луция и Клеемпора, за это римляне начали войну (App. Illyr. II.7). Текст Аппиана изобилует фактическими ошибками: Агрон уже умер, Корунканиев было двое (см.:

Вейцкiвськiй I.I. Зовнiшня полiтiка крайiн Захiдного Середземномор'я 264-219 рр. до н.е. Львiв, 1959. С.34;

Малеванный А.М. Иллирийцы и их борьба против экспансии рабовладельческих государств: Автореф. дис… канд. ист. наук. Воронеж, 1969. С. 16;

он же. Из истории борьбы народностей Балканского полуострова против Рима // Норция. Вып. 1. Воронеж, 1971. С. 43. 188 Сомнительно, что Исса тогда уже была в союзе с Римом: См.: Низе Б. Указ. соч. С. 121. Прим. 2;

Walbank F.W. A historical commentary… P. 159. 189 Oost S.I. Roman policy in Epirus and Acarnania. Dallas, 1954. P. 11. 190 Holleaux M. The Romana in Illyria // CAH. Vol. VII. Oxford, 1928. P. 833. 191 Holleaux M. Rome and Macedon: the romans against Philip // CAH. Vol. VIII. Camdridge, 1930. P. 239. 192 См.: Малёванный А.М. Иллирийцы… С. 4. 193 Errington R.M. Rome and Greece to 205 B.C. // CAH. 2nd ed. Vol. VIII. Rome and the Mediterranean to 133 B.C. Cambridge, 1989. P. 87. 194 Т.Моммзен пишет, что послов принял Агрон (Моммзен Т. История Рима. Т. 1. М., 1936. С.519), но он умер еще в 232 г. (Polyb. II.4.6) или даже в 231 г. (См.: Дройзен И.Г. История эллинизма. Т. 3. М., 1893. С. 249;

Ковалев С.И. Указ. соч. С. 209). 195 Мнение, что Исса не была невинной жертвой и царь имел основания для законных требований к ней (Вейцкiвськiй I.I. Зовнiшня полiтiка… С.35), абсолютно беспочвенно.

Polyb. II.4.6), иллирийцы хотели захватить Иссу и не было смысла узнавать их «требования». Далее Аппиан пишет, что ещё в 229 г. римляне подозревали Деметрия Фаросского в неверности, 2 Иллирийскуцю войну относит к 220 г., утверждает, что римляне убили Деметрия (Illyr. II.8). Наконец, вопреки тексту Аппиана, римляне не знали практики совместных посольств. С другой стороны, рассказ Ливия об убийстве посла имеет более фантастические детали, чем у Аппиана196, следовательно, едва ли заслуживает доверия, как исходящий от анналистов. Аппиан явно сохранил следы традиции, не отраженной в анналах, очевидно, – эллинской. Для реконструкции событий, несомненно, нужно использовать обе версии. Основанием для посольства были ограбление италийских торговцев в Фенике (Polyb. II.8.2), участившиеся жалобы на разбой (Polyb. II.8.3) и просьбы Иссы о помощи (App. Illyr. II.7). Посольство было чисто римским, иссии его лишь сопровождали. Луций погиб ещё до прибытия в Иллирию, вины Тевты в этом нет, следовательно, отпадает одно из обоснований войны. Обычай требовал отправить послов с требованием возместить убытки, но они получали строгие инструкции197 и не могли допускать никакой собственной инициативы в ходе переговоров. Поведение посольства показывает, что Рим не желал сохранения мира, очевидно, сенатом война уже была решена. Тевта едва ли хотела войны, её ответ, что она не может запретить пиратство, не был «наглостью», как пишет Полибий (II.8.13). Напротив, он был максимально мягким198. Она действительно не могла контролировать «неофициальное» пиратство199, которое являлось естественным порождением социально-экономических отношений того времени200 и было лишь одним из Walbank F.W. A historical Commentary… P. 159. Бокщанин А.Г. История международных отношений и дипломатии в древнем мире. М., 1948. С. 51. 198 Badian E. Notes on Roman Policy in Illyria // Badian E. Studies in Greek and Roman history. Oxford, 1964. P. 4;

. Errington R.M. The dawn of Empire. Rome’s Rise to World Power. Ithaca;

New-York, 1973. P. 37. 199 Walbank F.W. A historical Commentary… P. 37. См. также: Трофимова М.К. Пиратство в Восточном Средиземноморье в III в. до н.э. (к изучению источников форм зависимости в эллинистический период) // Зельин К.К., Трофимова М.К. Формы зависимости в Восточном Средиземноморье в эллинистический период. М., 1969. C. 231. 200 Трофимова М.К. Формы международных экономических связей в раннеэллинистический период: Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 1964. С.20.

многих занятий иллирийцев201. Внутреннюю непрочность государства показало восстание части племен против Тевты (см.: Polyb. II.6.4;

II.8.5). Правда, сильного отпора от ослабевшей Греции пираты не получали. Ближайшими соседями иллирийцев были дарданы, старые враги македонян. Вражда дардан и иллирийцев до какой-то степени сближала последних с Македонией. Деметрий II заплатил деньги Агрону за оказание помощи Медиону (Polyb. II.2.4-5), видимо, они не стали союзниками, и это было разовое сотрудничество. Но в любом случае оно показывает заинтересованность Деметрия в помощи иллирийцев, если он был даже готов покупать её за деньги202. Как полагает И.Дройзен, царь не собирался защищать полисы от иллирийцев. Напротив, каждый раз, когда Македонии грозила опасность с севера, побуждал их нападать на Грецию, чтобы отвлечь греков203. Мнение А.М.Малеванного о стабильной иллирийско-македонской вражде204 не вполне XL.42). Тевта, правившая после смерти Агрона (Polyb. II.4.6), повела еще более широкую экспансию. «Велико было смущение и страх, наведенные иллирийцами на прибрежных греков» (Polyb. II.6.7). Эпир и Акарнания вынуждены были заключить союз с Тевтой (Polyb. II.6.9). Осажденной пиратами Коркире пытались помочь Ахайя и Этолия, но их небольшой флот был разбит (Polyb. II.6.8). До Агрона пиратство имело целью добыть пропитание205, при нём превратилось в «государственную индустрию»206. Но подтверждается источниками. Некоторые вожди Иллирии позже активно помогали Македонии в ее борьбе с Римом (См.: Liv.

См.: Трофимова М.К. Формы международных… С. 22-26;

Малёванный А.М. Иллирийцы… С.13;

он же. Из истории борьбы… С. 38-41;

Holleaux M. The Romans in Illyria. P. 826;

Dell H.D. The Origin and Nature of Illyrian Piracy // Historia. 1967. Bd. XVI. H. 3. P. 358. 202 Ср.:Gruen E.S. The Hellenistic World and the Coming of Rome. Berceley, Los Angelos, 1984.Vol. II. P.366. Not. 38. 203 Дройзен И.Г. Указ. соч. С. 258. 204 Малёванный А.М. Иллирийцы… С.13, 16. 205 Dell H.J. The Origin and Nature... P. 357. 206 Cary M. A history of Rome. London, 1960. P. 196.

существовало ещё и «частное пиратство»207, не подвластное Тевте. Более того, её усилия запретить пиратство могли стоить ей короны208. Весной 229 г. римский флот с двумя консулами подошел к Коркире, захваченной пиратами (Polyb. II.11.3). Наместник царицы Деметрий Фаросский сдался, уже занятому острову консулы «предложили» отдаться под покровительство Рима. Поставленные перед фактом и надеявшиеся на защиту от пиратов греки не упрямились (Polyb. II.11.5). Война закончилась быстро. Царица выпросила мир, обязуясь платить дань и прекратить пиратство (государственное! – А.Б.), ей оставили часть бывших владений (Polyb. II.12.3). Тевта просила прощения за убийство посла, произошедшее не при ней (App. Illyr.II.7). ардиэи оказали Война, однако, не была «лёгкой прогулкой»209, сопротивление (Polyb. II.11.13), вероятно, упорное происходили и партизанские действия против римлян210. В результате войны ардиэйское государство фактически было уничтожено. В историографии доминирует мнение, что причиной войны было пиратство211. Упоминаются еще нападения пиратов на Рим и его союзников212. Пиратство беспокоило южноиталийские города213, главной причиной войны был ущерб, причиняемый италийской торговле214, в Pajakowski W. Ilirowie. Poznan, 1981. S. 289. Holleaux M. The Romans in Illyria. P. 832. 209 Opus cit. P. 834. 210 Малёванный А.М. Иллирийцы… С.16. 211 Роллен Ш. Древняя история. Т. 7. СПб., 1760. С. 315;

Дьячков С. История римской республики. М., 1827. С. 50;

Васильевский В.Г. Политическая реформа и социальное движение в Греции в период её упадка. СПб., 1869. С. 203;

Дройзен И.Г. Указ. соч. С. 250;

Вегнер В. Рим. Т. 1. СПб., 1902. С. 336;

Нич К. История римской республики. М., 1908. С. 167;

Павловская А.И. Греция и Македония в эпоху эллинизма // История Европы. Т. 1. М., 1988. С. 425;

Буров А.С. Вооруженные силы и военная политика Македонии (70-20-гг. III в. до н.э.): Автореф. дис … канд. ист. наук. М., 1996. С.21;

Ferguson A. The history of the progress and termination of the Roman Republic. Vol. 1. London, 1783. P. 139;

Smith P. History of the Ancient World. Vol. 2. London, 1873. P. 419;

Niebuhr B.G. Lectures on the history of Rome. London, 1903. P. 361;

Havell H.L. Republican Rome. London, 1914. P. 189;

Ormerod H.A. Piracy in the Ancient World. Liverpool, 1924. P. 169;

Homo L. Primitive Italy. London, 1926. P. 254;

Frank T. The Roman imperialism. New York, 1929. P. 116;

Engers M. Die Worgeschichte der makedonischen Kriege Roms // Mnemosyne. 1938. Vol. 6. S. 122;

Holleaux M. Romans in Illyria. P. 824;

Toynbee A.J. Hannibal’s Legacy. Vol. 2. London, 1965. P.364;

Dell H.J. Antigonus III and Rome // CPh. 1967. Vol. XLII. № 2. P. 94;

Walbank F.W. The Hellenistic World. New Jersey, 1981. P. 230;

Grant M. The Ancient Mediterranean. New York, 1988. P. 262. 212 Boak A.E.R., Sinnigen W.G. A History of Rome to A.D. 565. New York, 1965. P. 127;

Badian E. Notes on Roman Policy in Illyria. P. 2. 213 Starr C.G. A History of Ancient World. Oxford, 1965. P. 482. 214 Ковалев С.И. Указ. соч. С. 210;

Gruen E.S. The Hellenistic World and the Coming of Rome. Vol. 1. Berceley, 1984. P. 309;

Storia di Roma / Ed. G.Einaudi. Vol. 2. Torini, 1990. P. 66.

частности, торговле Брундизия215.

Мнение Р.

Эррингтона, что дополнительной причиной войны являлись подозрительность сената к сильным соседям и его желание делать сильных соседей слабее216, нам представляется необоснованным, это наблюдение было бы справедливым не для 20-х гг. III в., а для событий, последовавших 30 лет спустя. Особняком стоят две группы мнений. 1. Угроза морским коммуникациям влияние218 и получить контроль над обоими берегами Адриатики219. Медлительность, с какой Рим вступил в войну, породила миф о нежелании воевать вообще, о долготерпении римлян, втянутых в войну против воли и не стремящихся к захватам на Балканах220, единственной их целью было искоренить пиратство221. Но в таком случае, почему, подавив пиратов, Рим закрепился на Балканах? А.М.Малеванный, напротив, усматривает причину войны исключительно в агрессивности Рима, ардиэи, как он полагает, занимались не разбоем, а возглавили борьбу с римской агрессией222. В таком случае придется признать, что они начали эту «борьбу» задолго до того, как проявились агрессивные поползновения сената по отношению к Иллирии. Обобщая, он приходит к выводу, что завоевание Балкан Римом вызывалось опасностью со стороны Эпира (?! – А.Б.), желанием обезопасить север Италии от вторжений альпийских и варварских племен (?), стремлением (с середины II в.) получить связь со своими провинциями Македонией и Грецией, коммерческой деятельностью италийских купцов на Адриатике 223. в Адриатике217. 2. Рим уничтожил пиратство, чтобы приобрести в этом регионе Charlesworth M.P. Trade-routes and commerce of the Roman Empire. Cambridge, 1926. P. 114. Errington R.M. Rome and Greece to 205 B.C. // CAH. Vol. VIII. Cambridge, 1989. P. 88. 217 Grimal P. Opus cit. P. 338;

Charlesworth M.P. Opus cit. P. 114.;

Ранович А.Б. Эллинизм и его историческая роль. М.;

Л., 1950. С. 127. 218 Stobart J.C. The Grandeur that was Rome. New York, 1962. P. 44. 219 Walbank F.W. Philip V of Macedon. Cambridge, 1940. P. 12. 220 Моммзен Т. Указ. соч. С. 210. 221 Frank T. Roman imperialism. P. 116. 222 Малеванный А.М. Иллирийцы… С. 6. 223 Малеванный А.М. Иллирийцы… С.16. Таким образом, получается, что сначала у римлян появились провинции на Балканах, а потом возникла необходимость завоевания Балкан! – А.Б.

Неубедительны мнения, что причины войны – это захват пиратами Коркиры, «важного пункта на морском пути из Италии на восток»224, имеющего стратегическое значение225, иллирийская экспансия столкнулась с римскими интересами226, а главная причина – подозрительность сената к сильному соседу227. Сила Иллирии здесь явно преувеличивается, в Коркире Рим не был заинтересован, её падение никак не влияло на сенат или торговлю. Двигавшийся к Коркире римский флот еще даже не знал о её захвате (Polyb. II.11.2). Такие оценки причин войны едва ли состоятельны. Официальные мотивы: месть за разбой и убийство посла – только благовидный предлог. Причины появления римлян на Балканах более сложны и нуждаются в комплексном рассмотрении. Римские интересы рост «пиратского» царства никак не затрагивал. На жалобы ограбленных купцов «отцы» не реагировали, они, как и италийская торговля, сенат не заботили. Разумеется, правительство не могло начисто игнорировать их интересы, но потребности торговли отнюдь не имели приоритета в римской политике. Сенат не видел оснований проливать кровь римлян ради каких-то торговцев, «многие из которых принадлежали к покоренным Римом народам»228. «В прежние времена римляне оставляли без внимания жалобы на иллирийцев» (Polyb. II.8.3) - эта фраза чрезвычайно важна для правильного понимания дальнейших событий. Если теперь сенат снизошел к жалобам, значит, появилось какое-то важное обстоятельство, отсутствующее раньше. Им было, несомненно, близившееся столкновение с Карфагеном. Война с ним планировалась, как связанная с крупными морскими операциями – переброской войск в Испанию, Сицилию, Африку229. Роль морских коммуникаций для снабжения войск неизмеримо возрастала. Интерес сената к Адриатике начал проявляться ещё раньше, не случайно в 246 г. на 224 225 226 227 228 История древнего Рима / Ред. А.Г.Бокщанин. М., 1971. С. 106. Снисаренко А.Б. Властелины античных морей. М., 1986. С.136. Dell H.J. The Origin and Nature… P. 358. Errington R.M. The dawn of Empire. P. 34. Swain J.W. The Ancient World. New York, 1950. P. 131. Salmon E.T. The strategy of the Second Punic War // Greece and Rome. 1960. Vol. VII. № 2. P. 141-142.

побережье была основана латинская колония Брундизий, вскоре ставшая главным восточным портом Италии. Брундизий, безусловно, был основан, «чтобы закрыть Адриатику для карфагенского плавания»230. Кроме того, важно было обеспечить тыл со стороны Иллирии и устранить помехи морской торговле, значение которой в военное время всегда возрастает. Усиление пиратства, принявшего более организованный характер, мешало контактам с соседями через Адриатику, что особенно недопустимо накануне решающей схватки с Карфагеном, которая и стала главной причиной иллирийской экспедиции. Это вытекает из общей установки Полибия – «Антиохова война зародилась из Филипповой, Филиппова – из Ганнибаловой, Ганнибалова – из Сицилийской…» (III.32). В эту преемственность вписывается и Иллирийская война, которую нельзя рассматривать изолированно – «история по частям дает очень мало для точного уразумения целого» (I.4.10). Достичь его можно лишь соединением всех частей (I.4.11;

VII.4.9-11), обращая внимание на предыдущие события (III.31.11). Исследователи, считающие главной причиной пиратство, игнорируют важный факт: как ранее, так и впоследствии сенат не обращал никакого внимания ни на потребности купечества, ни на морское пиратство, мешавшее торговле. Как справедливо отметил Т. Франк, Рим настолько пренебрегал торговыми интересами, что, заключая договоры с Набисом (197 г.) и критянами (189 г.), разбойничавшими на морях, даже не пытался очистить от них море231. Позже пиратство расцвело настолько, что сенат вынужден был вмешаться только тогда, когда оно блокировало поставки хлеба в Рим (особые полномочия Помпея). Нет оснований говорить и об альтруистическом желании римлян помочь грекам. Скорее Рим заботился о возвышении своего престижа в 230 Grant M. History of Rome. London, 1978. P. 113-114. Frank T. Rome and the Italy of the republic // ESAR / Ed. T.Frank. Vol. 1. Baltimore, 1933. P. 202.

Греции. Наконец, Риму нужны были хорошие морские базы в Адриатике, которых не было в Италии, что признает, кстати, и сам Т. Моммзен232. Нельзя было оставить без помощи Иссу. Первому союзнику на Балканах233 надо было показать, что он не ошибся в выборе покровителя. Только так можно было сохранить прежних союзников и получить новых, что было особенно важно на Балканах, где Рим делал первые шаги. Римляне хотели оказать услугу Иссе, чтобы показать свою дружбу (Dio Cass. fr. 49). Войны научили сенат ценить союзы, а лучшее средство сохранить союзников – это помогать тем из них, кто попал в беду (Liv. XXI.52 ). Возможно, до 230 г. Исса действительно не была в союзе с Римом, но самим фактом обращения за помощью перешла под его покровительство. Захват Сицилии стимулировал торговую деятельность и интерес к морским границам, Рим начал обращать внимание на обеспечение безопасности своего восточного побережья234. Серия акций Рима (захват Сардинии и Корсики, разгром галлов, Истрийская война 222-221 гг.235) имела целью установить господство в италийских морях. Иллирия имела важное стратегическое значение236, и после 229 г. Рим стал хозяином Адриатики237. Осторожность и неспешность римлян вполне понятны, вторжение на Балканы могло вызвать совершенно ненужные сейчас осложнения с Антигонидами. Вся сложность заключалась не в сопротивлении иллирийцев, а в возможных международных осложнениях 238. Поэтому для удара выбрали единственно возможный момент – Деметрий II умер, его сын Филипп был еще мал и страна оказалась в сложном положении (Just. XXVIII.3.14)239. Впрочем, из текста Полибия можно понять, что начало 1 Иллирийской войны и смерть Деметрия произошли всего лишь примерно в одно и то же время Моммзен Т. Указ. соч. С.521. Вейцковский И.И. Внешняя политика… С. 99. 234 Егоров А.Б. Указ. соч. С. 26. 235 Упоминается: Liv. XXI,16;

Eutrop. III,7,1;

Oros. IV,13;

Zon, VIII,20. Ряд исследователей отрицали её достоверность, но их мнение убедительно опровергнуто Х.Деллом (Dell H.J. Demetrios of Pharos and the Istrian War // Historia. 1970. Bd. XIX. H. 1. P. 30-38). 236 Hammond N.G.L. Illyris, Rome and Macedon in 229-205 B.C. // JHS. 1968. Vol. LVIII. Pt. I-II. P. 20. 237 Holleaux M. The Romans in Illyria. P. 837. 238 Homo L. Opus cit. P. 251. 239 См.: Fine J.V.A. The Background of the Social War of 220-217 B.C. // AJPh. 1940. Vol. XLI. № 2. P. 130.

233 (II.44.2). Но в любом случае очевидно, что сенат владел информацией о событиях в Македонии и вокруг неё. Рим не оккупировал Иллирию – это могло насторожить греков. Была установлена узкая полоса протектората, соприкоснувшегося с территорией Македонии240. Часть земель отдали Деметрию Фаросскому, ожидая найти в нем верного союзника. Римляне закрепились в городах на побережье, получив базу для дальнейших действий. Эти города, формально deditii241, имели тот же статус, что и взятые штурмом242, это обрекало их на полное бесправие. Фактически они остались автономными, «свободными» (App. Illyr. II.8) от Рима, но только во внутренних делах243. Полибий называет их подданными римлян (III.16.3), так же рассматривали их сами римляне (см.: App. Illyr. II.7). Города поставляли вспомогательные войска (Polyb. II.12.2), их положение соответствовало статусу римских союзников, но правильнее определить его как протекторат. Греки не могли защититься от пиратов самостоятельно. Поэтому протекторат не ощущался болезненным ограничением независимости244. Римских «наместников»245 в городах не было. Имелись лишь постоянные коменданты гарнизонов Иссы, Коркиры246 и, возможно, Эпидамна247. Иллирийские племена были обложены данью (Liv. XXII.33). Рим стал патроном слабых, зависимых государств-клиентов, его обязанности могли трактоваться очень гибко248. Обычно римляне вели себя на завоеванных территориях куда жёстче, но сейчас неопределенность их положения на Балканах вынуждала быть дипломатичнее. Римские посольства, прибыв в Этолию и Ахайю, объяснив причины появления римлян на полуострове, зачитали условия мира с Тевтой (Polyb.

240 См.: Tarn W.W. The Greek Leagues and Macedon // CAH. Vol. VII. P. 763. Larsen J.A.O. Was Greece free between 196 and 146 B.C. // CPh. 1935. Vol. XXX. № 3. P. 198;

Walbank F.W. A Historical Commentary… P. 161. 242 Oost S.I. Opus cit. P. 13. 243 Ibid. 244 Toynbee A. Hannibal’s Legacy. Vol. 1. P. 441. 245 Степанов С.Л. Лекции по римской истории. СПб., 1892. С. 384. 246 См.: Герцберг Г.Ф. История Рима. М., 1881. С. 207. 247 Household H.W. Roman Republic and Empire. Vol. 1. London, 1936. P. 119;

Ср.: Liv. XXIV,40. 248 Boak A.E.R., Sinnigen W.G. Opus cit. P. 110.

II.12.4 ), обезопасившего море, что вызвало восторг греков. Это был тонкий дипломатический ход, Рим появился в Греции не агрессором, а освободителем. Уже после 1 пунической войны часть греческого мира знала Рим как сильную державу, способную защитить друзей249, а сейчас его авторитет резко возрос. Нельзя согласиться, что все закончилось лишь «обменом любезностями»250. Были заложены основы дружеских, хотя и недолгих, греко-римских отношений, имеющих основанием «общую неприязнь к Македонии»251. Коринфяне даже допустили римлян к Истмийским играм (Polyb. II.12.7), тем самым признав их членами эллинского мира252, правда, чисто формально. Исополития, дарованная римлянам Афинами, упоминается только Зонарой (VIII.19) и отрицается большинством ученых253. Сенат не случайно направил первые посольства именно в Этолию и Ахайю, самые сильные союзы, враждебные Македонии. Вероятно, он рассчитывал найти в них опору против македонян. Союзы, в свою очередь, могли надеяться с помощью Рима вытеснить царя из Греции, что отвечало и римским интересам. Вопреки мнению Ф. Уолбэнка254, посольства имели ярко выраженный антимакедонский характер255. Последующие посольства в Афины, только в 229 г. освободившиеся от власти Антигонидов, и в Коринф – метрополию Аполлонии и Эпидамна имели ту же цель: заручиться поддержкой греков, противостоящих Македонии. Греция к III в. ослабела, походы Александра, переселения на восток, усобицы, нашествие галлов 280 г. привели к убыли населения. Беды усугублялись вторжениями македонян, пиратством, неурожаями, снижением уровня жизни и политической нестабильностью. Наряду с кризисом полиса усилилась автаркия. Прежние центры пришли в упадок, поднялись бывшие Forte B. Rome and the Romans, as the Greeks saw them. Rome, 1972. P. 12. Cary M. Opus cit. P. 196. 251 Вебер Г. Всеобщая история. Т. 3. М., 1892. С. 448. 252 Scullard H.H. A history of the Roman world. London, 1961. P. 175;

Levi M.A. L`ellenismo e l`ascesa di Roma. Torino, 1969. P. 249. 253 См.: Toynbee A.J. Hannibal’s Legacy. Vol. 2. P. 439. 254 См.: Walbank F.W. A historical Commentary… P. 166. 255 Здесь мы совершенно согласны с В.Пайаковским – см.: Pajakowski W. Opus cit. S. 199.

250 окраины, за века накопившие сил. Федерализм не имел перспектив в Греции, поскольку носил узкорегиональный характер. Эллада оказалась в тупике, из которого сама не могла выбраться. Ни один союз не имел достаточно сил, чтобы объединить всю Грецию, да и не ставил перед собой таких целей. Р.Фласерьер явно переоценивает мощь Этолии, полагая, что она не уступала Македонии256, как показали последующие события, этолийцы не могли на равных сражаться с Антигонидами. Упорно борясь с Македонией, Этолия, однако, влияния в Греции не имела. Её войны разоряли страну, непрерывно грабившие Элладу этолийцы (Polyb. IV.16.4) после одного похода в Лаконику увели в рабство 50000 человек (Plut. Cleom. XVIII.7). Ахейский союз враждовал с Этолией, что мешало как ахейцам, так и этолийцам успешно бороться с македонянами. Завоевания Александра меньше всего дали самой Македонии. Часто подвергаясь набегам варваров, она теряла позиции на Балканах, когда появились римляне – опасные конкуренты. Слишком многие греки, враждебные царям, готовы были поддержать против них кого угодно. Так был завязан узел римско-македонской вражды257. Яблоком раздора стала не только Иллирия, но и влияние в Греции: римляне, быстро сориентировавшись, стремились установить дружбу с эллинами. Мнение ряда ученых, что появление римлян не угрожало Македонии258 и не тревожило царей259, никогда не владевших Иллирией260 и не имеющих там интересов261, нам представляется не совсем оправданным. Многие считают, что Антигон Досон не был враждебен Риму262. Парадоксальны выводы Х. Делла: Рим не сделал Иллирию провинцией, значит, не имел экспансионистских намерений, а ослабевшую Македонию римляне не Flaceliere R. Les aitoliens a Delphies. Paris, 1937. P. 256. Соколов Ф.Ф. Третье столетие до Р.Х. // Труды Ф.Ф.Соколова. СПб., 1910. С.256. 258 Gruen E.S. The Hellenistic World… Vol. 2. P. 367. 259 Dell H.J. Antigonus III… P. 102;

Павловская И.Е. Указ. соч. С. 425. 260 Dell H.J. Antigonus III… P. 99. 261 Walbank F.W. Philip V of Macedon. P. 13;

Самохина Г.С. Панэллинская идея в политике Македонии конца III в. до н.э. // Социальная структура и политическая организация античного общества. Л., 1982. С. 106-107. 262 Dell H.J. Antigonus III… P. 100;

Walbank F.W. Macedon and the Greek leagues // CAH. 2nd ed. Vol. VII. Cambridge, 1984. P. 469.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.