WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СТАВРОПОЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

Белашов Иван Иванович ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ В СТРУКТУРЕ СОВРЕМЕННОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА

Специальность 23.00.02 - Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук

Научный консультант: доктор философских наук, профессор Н.П. Медведев Ставрополь – 2004 Введение …….…………………………………………………………………...3 Глава 1. Теоретико-методологические основы изучения геополитических интересов 1.1. Геополитический интерес: понятие и структура…………..……….…….14 1.2. Глобализация и регионализация в контексте геополитики……………...42 Глава 2. Современный политический процесс и структура геополитических интересов 2.1. Геополитический интерес как детерминанта современного политического процесса: международный аспект……………………………………………...66 2.2. Современный политический процесс и геополитические интересы России……………………………………………...……......................................98 2.3. Региональный политический процесс и геополитические интересы России на Северном Кавказе…………………...……………….……….…….126 Заключение ………………………………………………………...….………152 Библиографический список использованной литературы…...………… ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования. После распада мировой системы социализма и Советского Союза современные политические отношения характеризуются обострением борьбы различных центров силы, блоков, союзов, временных альянсов за сферы влияния. Геополитические интересы ведущих стран мира стали основной движущей силой современных политических процессов. Коренное изменение современного миропорядка и геополитической ситуации на планете после прекращения идеологического противостояния двух социальных систем происходит на фоне повсеместного усиления угроз безопасности и проявлений международного терроризма, что актуализирует необходимость обновления идейно-теоретических и методологических основ исследования геополитических интересов как важного фактора современного политического процесса. Политический процесс выстраивается в соответствии с геополитическими интересами, которые в современных условиях становятся важными факторами, детерминирующими характер отношений между государствами, связанных с проблем, поэтому остается особенно сквозь политического Актуальным процесса решением территориальных и ресурсных актуальным призму является рассмотрение интересов. самих геополитических теоретическое осмысление содержания геополитических интересов, лежащих в основе современного политического процесса, прояснение их роли, содержания и характеристики. Меняется характер геополитических интересов с преобразованием геополитической картины мира: происходит укрупнение субъектов политического процесса, выражающееся в создании союзов, альянсов, блоков, охватывающих целые группы стран в рамках различных регионов планеты. Геополитические отношения проявляются на разных уровнях: международном, региональном, государственном. Однако главным остается глобальный уровень, что актуализирует необходимость рассмотрения трансформации значения геополитических интересов в ходе глобализации современного политического процесса, рассмотрение регионализации как фактора глобального процесса с тем, чтобы выйти на решение самого насущного вопроса – прояснения сущности и механизмов реализации геополитических интересов современной России. Особую актуальность приобретает вопрос артикуляции геополитических интересов современной России, которые в современных условиях проявляются, прежде всего, в обеспечении безопасности государства, сохранении его места и роли на международной арене, достижении устойчивого развития по пути демократизации и общецивилизационного подъема. В сложившейся геополитической ситуации становится необходимым осознание гражданами коренных интересов российского государства, что может стать важным фактором в укреплении национальногосударственной безопасности. Потеряв былое влияние, Россия аппелирует к геополитике не только для защиты собственных интересов, но и для достижения справедливых международных отношений – это новый способ аргументации и защиты геополитических интересов российского государства. Это исследование должно помочь выработке государственной политики в области обеспечения безопасности. Разработка данной темы актуальна как для политической науки, так и для политической практики. Степень научной разработанности проблемы. Изучение геополитических интересов в политическом процессе в истории мировой научной мысли имеет давние традиции. Анализ политических процессов как взаимодействия различных интересов мы находим в трудах Анаксимандра, Гераклита Эфесского, Платона;

П.-Ж. Прудона, Т. Гоббса;

Н. Макиавелли, Эразма Роттердамского, Ж.-Ж. Руссо1, Д. Дидро, Ш. Монтескье, И. Фихте, Миронов Д.А., Куньщиков С.В. История политических учений. http://www.humanities.edu.ru/db/msg/ Г.В.Ф. Гегеля1. Роль социальных интересов в политическом процессе исследовали К. Маркс, Ф. Энгельс, В.И. Ленин2, Г.В. Плеханов3;

М. Вебер, Э. Дюркгейм, позднее - американский социолог К. Дейч и испанский философ Х. Ортега-и-Гассет4. Работы данных авторов дают возможность выявить внутренние источники движущих сил развития общества через различные интересы как важнейшую двигательную силу развития общества в целом. Одним из первых в истории мировой научной мысли вопрос о роли интересов в геополитике поставил классик геополитики, немецкий юрист и политолог Карл Шмитт5. Рассматривая геополитическое пространство, он особо выделил значение геополитических интересов как фактора, который закрепляет или же, наоборот, подрывает и разрушает специфическое и конкретное единое геополитическое пространство.Развитие этой идеи содержится в работе «Введение в геополитику» Ф. Моро-Дефаржа6, в которой раскрываются роль и значение геополитических интересов в процессе формирования геополитического сознания. Богатые традиции осмысления геополитических интересов и политического бытия России имеются в отечественной науке. Это труды известного путешественника и общественного деятеля П.П. Семенова-ТянШанского, крупнейших историков Н.М. Карамзина, В.О. Ключевского, С.М. Соловьева, представителей «евразийского направления» русской Монтескье Ш. Избранные произведения. – М., 1955. С. 97;

Гегель Г. Сочинения - М., 1935. - Т. VIII. С. 43;

Фихте И.Т. Собрание сочинений: В 2-х т. - СПб., 1993. - Т.2. С. 29;

Гегель Г.В.Ф. Философия права. Полн. собр. сочинений. – М., 1990. – Т.3. С. 72. 2 Ленин В.И. Полн. собр. соч. – М., 1972. – Т. 8. С. 82-83;

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. – М., 1968. – Т. 21 С. 93. 3 Миронов Д.А., Куньщиков С.В. История политических учений. http://www.humanities.edu.ru/db/msg/50913 4 Вебер М. Избранные произведения. - М., 1990;

Ортега-и-Гассет Х. Этюды об Испании. Киев, 1994;

Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. - М., 1993;

Дюркгейм Э. Самоубийство: социологический этюд. - М., 1944. 5 Шмитт К. Понятие политического //Вопросы социологии. - Т.1. - №1. - М., 1992;

Он же. Планетарная напряженность между Востоком и Западом //Элементы. 1997. - №8. 6 Моро-Дефарж Ф. Введение в геополитику. - М., 1996.

геополитической мысли1. Все это идейное богатство требует современного осмысления и также вписывается в контекст исследования. Серьезный анализ геополитических интересов в современном политическом процессе содержится в работах исследователей геополитики постсоветской России. Современная российская литература, посвященная различным аспектам геополитических интересов в политическом процессе, весьма разнообразна. В общетеоретическом плане проблемы геополитических интересов, их формирование рассматриваются в работах Т.А. Алексеевой, В.В. Желтова, В.В. Ильина и др., Б.Г. Капустина, А.А. Кара-Мурзы, С.Г. Кара-Мурзы, А.С. Панарина, И.К. Пантина, А.С. Рябова, А.В. Рубцова, А.И. Соловьева и др.2 Большое значение имеет разработка методологии анализа и оценки геополитической ситуации - методологии, представленной на разных уровнях исследования политической реальности: международном, региональном, государственном. Серьезный общественный резонанс вызвали современные российские геополитические теории и концепции, такие, как геополитическая концепция «остров Россия» В. Цымбурского, теория балансирующей равноудаленности Семенов-Тян-Шанский В.П. О могущественном территориальном владении применительно к России.— Рождение нации. - СПб., 1915. С. 83;

Карамзин Н.М. Древняя Русь. Киевская Русь. История Государства Российского. - Соч. в 12 т. - Т.I - II. - Гл. I, III. М., 1991. С.366;

Соловьев С.М. Об истории Древней России. - Кн. I. - Т. 1. М., 1992. С. 45;

Евразия: Исторические взгляды русских эмигрантов. - М., 1992;

Национальный вопрос. Константинополь и святая София. - М., 1994;

Общеевразийский национализм. История. Язык. Культура. - М., 1995;

Ильин И.А. Наши задачи: Книга для повседневного чтения. Волгоград, 1997. С. 72;

Савицкий П.Н. Континент Евразия. - М., 1997. С. 23;

Карсавин Л.П. Восток, Запад и русская идея: Соч. - М., 1993. С.268. 2 Алексеева Т.А., Капустин Б.Г., Пантин И.К. Перспективы интегративной идеологии (тез.) //Полис. - 1997, №3;

Алексеева Т.А. Нужна ли философия политике? - М., 2000. С.63;

Желтов В.В. и др. Политические идеологии. - Кемерово, 1996. С. 82;

Ильин В.В., Панарин А.С., Рябов А.В., Россия: опыт национально-государственной идеологии. - М., 1994. С.61;

Кара-Мурза А.А., Панарин А.С., Пантин И.К. Духовно-идеологическая ситуация в современной России: перспективы развития //Полис. - 1994. - №4;

Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. - М., 2000. С. 201. Он же. Советская цивилизация. - М., 2001;

Рубцов А.В. Наказание свободой (смысл и перспективы либеральных тенденций в современной России) //Полис. - 1995. - №6;

Соловьев А.И. Политическая идеология в механизмах российского модерна //Россия в условиях трансформации: Историкополитологический семинар: Материалы. - М., 2001. Вып. №13. С. 53.

К.Э. Сорокина, многофакторная модель анализа и оценки геополитической ситуации Н.П. Медведева, и другие1. Особое место в российской геополитической литературе занимают исследования, которые посвящены региональным аспектам геополитических интересов. Это работы В.А. Шаповалова, Ю.Г. Запрудского, В.М. Юрченко, В.Н. Коновалова2. Ряд важных теоретических и методологических идей содержат работы А.В. Авксентьева, В.А. Авксентьева, Г.С. Денисовой, Л.М. Дробижевой, В.А. Тишкова и других отечественных авторов, рассматривающих современные политические интересов3. При исследовании геополитических интересов в политическом процессе, а также их влияния на различные сферы жизни Северного Кавказа были Цымбурский В.Л. Остров Россия //Полис. - 1993. - №5;

Он же. Метаморфозы России: новые вызовы и старые искушения //Вестн. МГУ. - Сер. 12: Социально-политические исследования. - 1994. - №4;

Он же. Геополитика как мировидение и род занятий //Полис.1999.- №4;

Он же. Россия - Земля за Великим Лимитрофом: Цивилизация и ее геополитика. - М., 2000;

Рогов С. Контуры новой российской стратегии //Независимая газета. - Сценарии. -1998. - №3;

Сорокин К.Э. Геополитика современности и геостратегия России. - М., 1996;

Медведев Н.П. Системные основания многофакторной модели анализа и оценки геополитической //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр. Ставрополь, 2001. С.85. 2 Шаповалов В.А. Геополитика как идеология современности //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр. - Ставрополь, 2001. С.3;

Юрченко В.М. Политика как фактор региональной конфликтности. – Краснодар, 1997;

Глобализация и регионализм. М., 2001. С. 38. 3 Авксентьев А.В., Авксентьев В.А. Ислам на Северном Кавказе. - Ставрополь, 1984. С. 84;

Авксентьев А.В., Авксентьев В.А. Северный Кавказ в этнополитической картине мира. - Ставрополь, 1998. С. 22-26;

Авксентьев В.А. Итоги нациостроительства в России и новый образ гражданского единства россиян// Этнические проблемы современности. Ставрополь, 1998. - Вып. 3;

Авксентьев В.А. Теоретические аспекты этнических процессов на Северном Кавказе: Материалы науч. конф. «Этнические процессы накануне XXI века.». - Ставрополь, 1998;

Авксентьев В.А. Проблемы формирования нового образа неконфликтных этнических отношений в северокавказском регионе// Этнополитичеcкие проблемы современности. - Ставрополь, 1999. - Вып.5;

Авксентьев В.А. Проблемы этнопрофессионализма и этнические процессы на Северном Кавказе. Проблемы населения и рынков труда России и Кавказского региона. - Ставрополь, 1998;

Дробижева Л.М. Национальное самосознание: база формирования и социально-культурные стимулы развития //Советская этнография. - 1991. - №1;

Дробижева Л.М., Аклаев А.Р., Коротеева В.В., Солдатова Г.У. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90-х годов. - М., 1996;

Тишков В.А. Этничность, национализм и государство в посткоммунистическом обществе //Вопросы философии. - 1993. -№1-2.

процессы через призму социальных и национальных использованы работы П.В. Акинина, Н.Г. Айдемирова, В.С. Белозерова, В.И. Каширина, В.Ш. Нахушева, С.В. Передерия1. Анализ научной разработки темы исследования показывает, что в современном отечественном научном сообществе точки зрения на данную проблему только начинают складываться, развиваясь с начала 90-х гг. ХХ века от очерково-публицистического Проблема процесса интереса к профессиональным как фактора в углубленном исследованиям. политического геополитических по-прежнему интересов нуждается исследовании, так как современный мир динамично меняется в силу крушения двуполярного мира. Объектом исследования является современный политический процесс. Предметом исследования выступает содержание, особенности проявления геополитических интересов, их место в структуре современного политического процесса. Основной целью диссертационного исследования является анализ динамики геополитических интересов субъектов современных политических отношений в контексте различных измерений. Указанная цель конкретизировалась через постановку и решение ряда задач:

- на основе анализа отечественных и зарубежных политологических концепций уточнить природу и содержание геополитических интересов в политической жизни государства;

Акинин П.В. Экономические детерминанты безопасности России на Северном Кавказе //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр.- Ставрополь, 2001. С. 37;

Айдемиров Н.Г. Национальное самосознание и межэтнические отношения //Этнические процессы накануне XXI века. - Ставрополь, 1999. С.15;

Белозеров В.С. Демографические процессы и динамика расселения русских в республиках Северного Кавказа //Этнические проблемы современности. - Ставрополь, 2000.- Вып.6. С.39;

Он же. Геополитическое положение Северного Кавказа и этнодемографические процессы в регионе //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр. Ставрополь, 2001. С. 79;

Каширин В.И. Глобалистика и философия планетарного сознания. - Ставрополь, 1998;

Нахушев В.Ш. Власть и властные отношения в многонациональном регионе //Этнические проблемы современности. - Ставрополь, 1999. - Вып.5. С.104.

- показать сущность геополитических интересов как движущей силы двух основных тенденций современного политического процесса глобализации и регионализации;

- рассмотреть современную геополитическую ситуацию в мире в аспекте противостояния интересов ведущих стран;

- выявить связь геополитических интересов с целями экспансии и обеспечения безопасности как двух полюсов геополитических отношений;

раскрыть основное содержание геополитических интересов современной России;

- определить значимость северо-кавказского региона в обеспечении геополитических интересов России, ее национальной безопасности и территориальной целостности. Теоретическую и методологическую основу диссертации составляет системный подход, дающий в возможность современном целостного рассмотрения процессе. геополитических интересов политическом Поставленные в диссертации цель и задачи достигаются при помощи сравнительного, структурно-функционального и других научных методов с опорой на общие и специальные политологические, социологические, социально-философские методы исследования. Геополитический аспект используемой доминирования методологии К. Шмитта, составляют: теория концепция политического геополитического формирования сознания Ф. Моро-Дефаржа, геополитическая концепция «остров Россия» В. Цымбурского, теория балансирующей равноудаленности К.Э. Сорокина, многофакторная модель анализа и оценки геополитической ситуации Н.П. Медведева, а также теоретические взгляды других зарубежных и отечественных авторов.

Научная следующим:

новизна диссертационного исследования определяется - проанализирована эволюция геополитического знания в аспекте возрастания значения и изменения роли геополитических интересов в современном политическом процессе;

- на основе структурно-функционального подхода раскрыто основное содержание геополитических интересов как системного образования;

- доказано, что современные геополитические интересы обусловливают характер двух диалектически взаимосвязанных тенденций развития современного политического процесса - глобализации и регионализации;

- выявлено, что геополитические интересы являются основной причиной геополитической экспансии различных стран и новых центров силы, проявлений государственного терроризма в разных регионах планеты;

- обосновано положение о том, что для большинства стран мирового сообщества в современных условиях основным содержанием геополитических интересов становится противодействие экспансионистским устремлениям ведущих стран, союзов, блоков и обеспечение собственной безопасности и суверенитета;

раскрыты изменения геополитических интересов Российской Федерации, происходящие под влиянием социальных трансформаций постсоветского периода, и показана новая роль России в процессе формирования цивилизованного мирового порядка. Основные положения, выносимые на защиту, можно резюмировать в следующих тезисах: 1. Всесторонний анализ места и роли геополитических интересов в современном политическом процессе показал, что приоритетным для большинства стран в их содержании является обеспечение национальногосударственной безопасности, политической стабильности и справедливых международных отношений при сохранении стремления отдельных стран к контролю над территориями и ресурсами, имеющими стратегическое значение. 2. Общей чертой геополитической конфронтации и консолидации на современном этапе развития является то, что в их основе лежит пересечение геополитических интересов как основных детерминант современного политического процесса. Социально-политическая конфронтация в мире сегодня проявляется преимущественно в форме противостояния различных центров силы, а консолидации – в образовании союзов, временных альянсов, блоков, создаваемых для достижения тактических и стратегических целей глобального характера. 3. Для обозначения группы интересов, связанных с целями термина факторами тенденции доминирования, гегемонии, экспансии, а также защиты от них и укрепления безопасности, «геополитические современного правомерным интересы», политического является процесса, как использование такими возрождение определяемого гегемонизма в мировой политике, возрастание противодействия регионов этой тенденции, распространение международного терроризма. 4. Глобализация как основная тенденция современного политического процесса сопровождается противоположной тенденцией – регионализацией. Эти две тенденции характеризуются диалектической взаимосвязью и единством, которые выражаются в различении геополитических интересов стран с разной ментальностью, уровнем развития и ролью в современном мире. Регион становится тем самым одним из ключевых субъектов современного миропорядка, нейтрализующим негативные последствия глобализации. Регионализация является существенным признаком современного глобального политического процесса. 5. В условиях новой геополитической ситуации современная Россия сохраняет возможности для реализации своих геополитических интересов на основе дальновидной политики. Для российского государства на данном этапе оптимальной является политика «равноудаленности» от новых и старых мировых лидеров, его интересам отвечает политика добрососедских отношений как с ближним, так и с дальним зарубежьем. Имеющийся социально-экономический и военно-политический потенциал позволяет России обеспечить себе достойное место в мире путем участия в деятельности международных организаций и усиления их влияния на выработку и принятие политических решений с учетом российских геополитических интересов. 6. В структуре геополитических интересов России Северный Кавказ занимает особое место. От степени контролируемости и предсказуемости ситуации в данном регионе зависит общегосударственная политическая стабильность, безопасность и устойчивое развитие российского общества. В связи с этим, без урегулирования геополитических проблем на Северном Кавказе и взвешенной целостности региональной политики и центра невозможно реализовать основной геополитический интерес российского государства – сохранение экономического социально-политического пространства России. Теоретическая и практическая значимость работы. Теоретическая значимость заключается в приращении нового знания о геополитических интересах в структуре современного политического процесса, определение геополитического интереса как основной детерминанты в процессе глобализации и регионализации мировых процессов. Материалы диссертационного исследования могут быть использованы политологами, социологами, философами, историками, специалистами других областей знания для дальнейшего процесса, углубленного и роли изучения российского современного государства в политического места современном мире. Результаты исследования, его выводы и рекомендации представляют несомненный интерес в и могут быть применены государственными структурами и общественными организациями в политической практике для повышения геополитической культуры населения, формирования научно обоснованных оценок происходящих в мире событий и процессов. Теоретические обобщения и выводы диссертации пригодны для использования в учебном процессе в высших учебных заведениях, при разработке специальных и вариативных курсов по политологии, геополитике, политической социологии. Апробация работы. Диссертация обсуждена на кафедре политологии и социологии Ставропольского государственного университета. Основные положения диссертации представлены на научных и научно-практических конференциях: Региональной научной конференции «Качество образования как социальная проблема» (март 2002г., Ставрополь);

Международной научно-практической конференции «Проблемы беженцев и вынужденных переселенцев на Северном Кавказе» (декабрь 2003г., Ставрополь);

48 и 49-й научно-методических конференциях преподавателей и студентов Ставропольского государственного университета «Университетская наука – региону» (апрель 2003г., апрель 2004 г., Ставрополь). Основные положения, сформулированные в исследовании, нашли свое отражение в 7 публикациях автора общим объемом около 6 п.л.

ГЛАВА 1. Теоретико-методологические основы исследования геополитических интересов 1.1. Геополитический интерес: понятие и структура В наступившем третьем тысячелетии современная цивилизация встретилась с усилением борьбы за сферы влияния различных социальных сил, блоков и союзов, этнических и конфессиональных движений. Это побуждает субъектов международных отношений использовать различные средства и способы деятельности, включая поиск и формулировку соответствующих социально-экономических, геополитических и идеологических концепций, посредствам которых артикулируются их интересы, в том числе и геополитические. В этой ситуации, чрезвычайно важно разобраться какую роль и значение имеют геополитические интересы в современном политическом процессе как в мире в целом, так и в России в частности. В научной литературе понятие геополитических интересов трактуется широко и многопланово. Оно используется при рассмотрении политических позиций государств, в оценке их места в системе международных отношений. Важный аспект исследования геополитических интересов видится в рассмотрении комплекса экономических, политических, военностратегических, ресурсных и других интересов, играющих важную роль в сохранении или изменении общемирового и регионального баланса сил, международной, национальной и региональной безопасности. Представления о том, что жизнь государства обусловлена геополитическими интересами, сформировались уже в глубокой древности. Первыми обратили внимание на этот фактор древнегреческие мыслители, что было обусловлено возникновением государства, расширением жизненного пространства, колонизацией Средиземноморья. Аристотель указывал на силовое превосходство промежуточной зоны, заселенной греками.

Содержание и влияние геополитических интересов на политическую жизнь государств отмечали и римские мыслители – Цицерон и, особенно, Страбон1. Следует отметить, что подобные взгляды не являются достижением только европейской цивилизации. Созвучные идеи можно обнаружить, например, у китайского мыслителя Сунн Ци еще в VI веке до н.э. Интересные и имеющие отношение к геополитике суждения высказывал Ибн-Хальдун (XVI век), который связывал между собой духовные силы человеческих объединений (социальных общностей, в современной терминологии), их способность или неспособность к сплочению и борьбе за завоевание и сохранение могущественной империи2. В Новое время изучением содержания геополитических интересов и их роли в политике государств специально занимался французский мыслитель Жан Боден. В работе «Шесть книг о государстве» различия и изменения в государственном устройстве он объяснял тремя причинами: Божественной Волей, человеческим произволом и влиянием природы3. После Бодена проблема влияния геополитических интересов на политику получила разработку в трудах Ш.Л. Монтескье и А.Р.Ж. Тюрго. Для них было характерно механистическое понимание человеческой деятельности как полностью обусловленной естественной средой4. В ХIХ веке вопросам взаимодействия политики и геополитических интересов значительное внимание уделяли И. Гердер, Г. Бокль, Г. Гегель, А. Гумбольдт. В сочинениях этих философов отстаивалась идея о влиянии природы на труд и стереотипы мышления (Бокль), на мораль человека (Гумбольдт). На рубеже XIX - XX веков взаимодействие политики и геополитических интересов активно рассматривалось в Германии. Немецкие мыслители Аристотель. Политика. - Соч. в 4-х томах. - Т.4. - Кн. вторая. - VII глава. - М., 1984. - С. 434-453. 2 Цыганков П.А. Геополитика: последнее прибежище разума? //Вопросы философии. 1994.- № 7-8. - С.60. 3 Цит. по: Черняк Е.Б., Тормасов Б.А. Ж. Боден. Историки и история. - Кн. 1. - М., 1997. С. 648-649. 4 Монтескье Ш. О духе законов. - М., 1999. - С. 352.

Александр фон Гумбольдт и Карл Риттер отстаивали идею тесной взаимосвязи человека, государства с природой. Риттер утверждал, что «существование человека целиком связано с землей – тысячами цепких корней, которые невозможно вырвать»1. В России подобные идеи распространяются в ХIХ – начале ХХ веков. С самого начала для русских мыслителей была характерна оригинальность взглядов. К. Бэр впервые отметил значение рек в истории общества2. Л.И. Мечников среди основных факторов влияющих на геополитические интересы выделял речные коммуникации, выход к морю, прибрежное или островное положение страны, наличие естественных препятствий (горы, болота, пустыни), пространственное положение страны в отношении государств-соседей и протяженность границ с каждым из них, народонаселение, его этническую структуру3. Значительный вклад в разработку отечественной геополитики внес и П.П. Семенов-Тян-Шанский. В работе «О могущественном территориальном владении применительно к России. Рождение нации» он дал достаточно емкую характеристику геополитического положения России, которую рассматривал как систему «от моря до моря». Семёнов-Тян-Шанский выделял три основных средиземных моря (Европейское, Китайское, Карибское), или три центра (нации), каждый из которых владеет одним из бассейнов. Интересен взгляд Семенова-Тян-Шанского на федеративное устройство. Он считал, что федерация гибельна для России, так как ведет к утрате государственного влияния на обширные территории. Колонизация России, по мнению русского ученого, имела, и будет иметь военномобилизационный аспект, так как и на западе, и на юге, и на востоке она граничит с развитыми и многонаселенными государствами4.

1 Цит. по: Гейден Г. Критика немецкой геополитики. – М., 1994. С.263. Мечников Л.И. Цивилизация и великие исторические реки. - М., 1924. С.10 3 Там же. 4 Семенов-Тян-Шанский В.П. О могущественном территориальном применительно к России. Рождение нации. - СПб., 1915.

владении Анализу влияния геополитических интересов на историю России много внимания уделяли крупнейшие историки Н.М. Карамзин, С.М. Соловьев, А.П. Щапов, В.О. Ключевский, Б.Н. Чичерин, при этом ученые выделяли такие факторы, влияющие на формирование и реализацию геополитических интересов России, как громадность территории, малая ее заселенность, угроза внешних нападений, суровая природа1. Особо следует отметить «евразийское направление» русской геополитической мысли, представленное группой ученых эмигрантов: Н.С. Трубецким, И.А. Ильиным, П.Н. Савицким, Г.В. Вернадским, Г.Ф. Фроловским, Л.П. Карсавиным2. Они отстаивали идею о России как об особом мире, на развитие которого оказал влияние материк Евразия. Увеличение значения геополитических интересов в политическом процессе в конце ХIХ – начале ХХ веков было обусловлено целым рядом факторов: формированием глобального рынка, уплотнением земного пространства и разделом мира. Крупнейшими представителями классической геополитики, раскрывающими природу и роль геополитических интересов, принято считать таких ученых, как Ф. Ратцель (антропогеография), Р. Челлен (система геонаук), Х. Маккиндер («Географическая ось истории», одна из первых глобальных геополитических концепций), А.Т. Мэхен (концепция морской силы»), К. Хаусхофер («Новый Евразийский Порядок»), Н. Спайкмен (имперская геостратегия)3.

Карамзин Н.М. Древняя Русь. Киевская Русь. История Государства Российского. - Соч. в 12 т. - Т.I - II. - Гл. I, III. - М., 1991;

Соловьев С.М. Об истории Древней России. - Кн. I. - Т. 1. - М., 1992. С. 23;

Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций. - В 3-х кн. Кн. 1. - Лекции III - IV. - М.,1993;

Чичерин Б.Н. Воспоминания. - Ч. 1-4. - М., 1929-1934. 2 Евразия: Исторические взгляды русских эмигрантов. - М., 1992. С. 87;

Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. - М., 1999.С. 554;

Он же. Национальный вопрос. Константинополь и святая София. - М., 1994.;

Он же. Общеевразийский национализм. История. Язык. Культура. - М., 1995;

Ильин И.А. Наши задачи: Книга для повседневного чтения. Волгоград, 1997. С. 72;

Савицкий П.Н. Континент Евразия. - М., 1997;

Карсавин Л.П. Восток, Запад и русская идея. - Соч. - М., 1993. С.49. 3 Ратцель Ф. Народоведение. - СПб., 1900. С. 91;

Он же. Человечество как жизненное явление на земле. - М., 1901. С. 58;

Он же. Земля и жизнь. Сравнительное землеведение. Т.2. - СПб., 1906;

Kjellen R. Die Staat als Lebensform, 1916. С.22;

Mackinder H.J. Democratic Ideals Reality: a Study in the Politics of reconstruction. - L., N.Y., 1919. С. 19;

Маккиндер Х. Географическая ось истории // Элементы. Евразийское обозрение. - М., 1996. - №7;

Мэхэн А.Т. Влияние морской силы на Французскую революцию и империю (1793-1812). - М., Л., 1940. С. 102;

Он же. Влияние морской силы на историю (1660-1783). - М., Л., 1940. С. 170;

Хаусхофер К. О геополитике: работы разных лет. - М., 2001;

Spykman N.J. America’s Strategy in World Politics. - N.Y., 1942. С. 39.

Эти исследователи предложили рассматривать интересы государства как осознанную потребность в самосохранении, выживании, развитии и обеспечении безопасности. При этом, как они считали, безопасность государства выступает доминирующим геополитическим интересом в условиях противоборства соперничающих стран. В «Политической географии» Ф. Ратцель обосновал тезис о том, что государство представляет собой биологический организм, действующий в соответствии с биологическими законами. Одним из основных путей наращивания мощи этого организма, считал Ратцель, является территориальная экспансия, или расширение жизненного пространства (Lebensraum). Это «пространство» переходит из количественной материальной категории в новое качество, становясь «жизненной сферой», «жизненным пространством», некоей «геобиосферой». Борьба за жизненные пространства, по мнению Ратцеля, ведет к стремлению приобрести земли, т.е. к войне. Таким образом, данный геополитик придавал войне характер естественного закона. Эту же мысль развивает другой классик геополитики Р. Челлен. Он рассматривает государственный организм как наделенный «прежде всего инстинктом к самосохранению, тенденцией к росту, стремлением к власти». Он утверждал, что вся история человечества – это борьба за пространство, и делал вывод, что «великая держава, опираясь на свое военное могущество, выдвигает требования и простирает свое влияние далеко за пределы своих границ». «Великие державы являются экспансионистскими государствами», – заявлял он, делая вывод, что «пространство уже поделенного мира может быть лишь отвоевано одним государством у другого»1. «Борьба за существование» является, согласно Челлену, сущностью всякого организма, а война – конкретная форма проявления «борьбы за Цит. по Лавров С.Б. и др. Современная «радикальная география» Запада: корни, история, позиции // Известия АН СССР. Серия «География». – 1979. – №2. – С. 142.

существование» между государствами – является борьбой за пространство и подчиняется вечным законам природы1. Рассмотрение классического этапа развития геополитики как науки позволяет выделить некоторые закономерности развития геополитических интересов, которые позволяют определить геополитические интересы как одну из основных детерминант политического процесса: – контроль над пространством теряют те геополитические субъекты, которые не обладают необходимыми и достаточными возможностями для завоевания и удержания территории, не обеспечивают нужную безопасность;

– – потеря контроля над пространством одним геополитическим стабильность, устойчивость и безопасность геополитического субъектом всегда означает его приобретение другим;

субъекта достигается некоторым оптимумом подконтрольного пространства, так как чем шире пространство, тем труднее оно поддается управлению со стороны субъекта;

- иногда преимущества получает тот субъект, который контролирует ключевые (геостратегические) точки пространства, а сила или слабость геополитического субъекта производна от степени его самодостаточности и контроля над ключевыми точками. История подтвердила, что даже очень большая геополитическая мощь не позволяет контролировать бесконечно большие пространства, а все известные попытки установления мирового господства заканчивались крахом (А. Македонский, Чингисхан, Наполеон, Гитлер) в силу объективных пределов самодостаточности. Классическое понимание геополитических интересов как группы интересов, связанных с целями доминирования, гегемонии, экспансии, а также защиты от них и укрепления безопасности, нуждается в качественном реформировании, приближении ее к реалиям политического процесса конца Цит. по Лавров С.Б. и др. Современная «радикальная география» Запада: корни, история, позиции // Известия АН СССР. Серия «География». – 1979. – №2. – С. 142.

XX – начала XXI вв. Рассмотрение геополитики как "географии, подразумевающей политику" (Ж. Брюне) было правильным на начальных этапах ее существования. Оно проистекало из понимания сути государства как пространственно-географического многочисленные восприятие результаты различными организма. Впоследствии были и предприняты попытки более полно учесть, в частности, изменяющие природу антропогенной народами и деятельности их субъективное правителями окружающей действительности. Так, известный специалист К. Грей в середине 70-х годов назвал геополитику наукой о "взаимосвязи между физической средой в том виде, как она воспринимается, изменяется и используется людьми, и мировой политикой". Однако углубляющийся и разрыв между быстро меняющейся традиционной действительностью обнаружившейся косностью геополитики вызвал её внутренний кризис уже во второй половине 80-х годов - с наступлением времени "нового мышления", "перестройки", реанимацией идеи "Европы от Атлантики до Урала". Несмоделированный геополитиками распад мировой социалистической системы и самого СССР заставил усомниться в научности их знания, поскольку им "по штату" полагалось предвидеть или, по крайней мере, объяснить данные феномены. Оставаясь на позициях 70-х годов, сделать это они не могли, поскольку основные причины краха мировой социалистической системы оказались за пределами предмета их исследований. Не было у них и комплексной методики прогнозирования эволюции посткоммунистического мира в условиях резкого ослабления России. Геополитике недоставало и философского базиса, что отдельные ученые спешно восполняли тоже после мировых событий середины 80-х1. Если не считать отдельных и не слишком последовательных попыток более основательно пересмотреть устоявшиеся понятия, традиционная западная геополитика так и не ответила на брошенный ей новой реальностью Даниленко И.С. Геополитика и безопасность // Кентавр, 1994, №2, С. 39-47.

вызов, не смогла определить, что геополитические интересы стали одним из движущих факторов современного политического процесса. Сохранение геополитики чуть ли не в первозданном виде (это относится и к объекту изучения данной науки) неизбежно ведет к ограничению ее рефлексивной и практической полезности, маргинализации как "частной" отрасли знания, хотя в ней заложен огромный потенциал сознательного влияния на действительность. Воспрепятствовать вполне реальному "закату" традиционной геополитики способно расширение предмета ее исследований с тем, чтобы определить геополитические интересы как детерминанты современной и перспективной "многослойной" и многоуровневой глобальной политики в многомерном и многополярном мире, интегрировав слабо связанные сегодня между собой рассуждения о различных их аспектах. Исходя из такого определения, новая фундаментальная геополитика могла бы анализировать развитие событий с учетом геополитических интересов не только на глобальном, но и на региональном, субрегиональном и даже внутригосударственном разнонаправленных, отличающимися (в ключевых и районах планеты) уровнях. с Геополитика современности - это совокупность десятков, даже сотен одно- и параллельных пересекающихся процессов свойствами, отражающих взаимодействие интересов различных государств1. Конец ХХ века в России отмечен возросшим интересом политиков, средств массовой информации и общественных наук к проблеме периода геополитических интересов в политическом процессе. С конца перестройки постепенно исчезает традиция советского периода связывать геополитику «с противостоящими СССР политическими силами»2. В посткоммунистической дискуссии геополитика быстро обрела позитивные качества.

Вокруг книг: Глобальные перемены и геополитика на пороге XXI века // МЭМО 1999, №2, С. 116. 2 Разуваев В.В. Геополитика постсоветского пространства. - М., 1993. - С.3.

Первоначально обращение к геополитическим интересам предоставляло возможность политикам, экспертам и журналистам доказывать свою и реализм, в противовес эмоциональнодеидеологизированность идеологическим установкам своих оппонентов. При этом провозглашенные «реализм» и «геополитика» обретали самое разное содержание в зависимости от того, какой именно идеологии они противопоставлялись. Политологи демократического лагеря, выступая против мессианского глобализма СССР, призывали к «разработке критериев своего рода геополитической разумной достаточности для России», приравнивая эту достаточность к «обеспечению как минимум экономических интересов России в мире»1. В январе 1992 года, в первый месяц послесоюзного существования Российской Федерации, министр иностранных дел А.В. Козырев объявил: «Отойдя от мессианства, мы взяли курс на прагматизм, на место идеологии приходит геополитика, то есть нормальное видение естественных интересов»2. С другой стороны, публицисты патриотической оппозиции еще до развала СССР, критикуя «идеализм» «нового мышления» М.С. Горбачева, подчеркивали: «От того, что СССР станет называть себя демократией, отношение к нам соседей не изменится, ибо оно диктуется геополитикой, а не эмоциями»3. Чуть позже, с конца 1995 г., как констатирует Н.А. Косолапов, «в официальных документах высших эшелонов российской власти приживается формулировка «национальные и геополитические интересы России». Сравнивая использование геополитических понятий политиками различных идейных направлений, он же заключает: «На авансцену политического сознания вышла и уверенно заняла на ней доминирующее место не концепция и не теория, а именно идея геополитики...»4. Ученому вторит публицист - правый радикал А.Г. Дугин: «Геополитика - это мировоззрение, Кобринская И.Я. Внутриполитическая ситуация и приоритеты внешней политики России. - М., 1992. - С.28. 2 Российская газета. - 21.01.- 1992. 3 Лимонов Э. Ждут и живые и павшие //Советская Россия. - 15.01. -1991. 4 Косолапов Н.А. Геополитика как теория и диагноз (метаморфозы геополитики в России) //Бизнес и политика. - 1995. - №5. - С. 57.

и в этом качестве ее лучше сравнивать не с науками, но с системами наук. Она находится на том же уровне, что марксизм, либерализм и т.д., т.е. системы интерпретаций общества и истории, выделяющие в качестве основного принципа какой-то один важнейший критерий и сводящие к нему все остальные бесчисленные аспекты человека и природы»1. Сравнивая геополитику с марксизмом и либерализмом, К.Э. Сорокин в своей монографии «Геополитика современности и геостратегия России», классифицируя «мотивационные схемы», определяющие общее направление, содержание и темпы развития международных отношений, представляет геополитику как материалистическую альтернативу марксизму2. На рубеже тысячелетия президент Российской Федерации В.В. Путин определил геополитические интересы России как одну из опорных точек консолидации российского общества и назвал державность традиционной ценностью россиян: «Россия была и будет оставаться великой страной. Это обусловлено неотъемлемыми культурного характеристиками существования. ее геополитического, Они определяли экономического, умонастроения россиян и политику государства на протяжении всей истории России. Не могут не определять и сейчас. Но сегодня эти умонастроения должны наполниться новым содержанием. В современном мире державная мощь страны проявляется не столько в военной силе, сколько в способности быть лидером в создании и применении передовых технологий, обеспечении высокого благосостояния народа, в умении надежно охранять свою безопасность и отстаивать национальные интересы на международной арене»3. В.Л. Цымбурский, российский исследователь, работающий над геополитической проблематикой, подчеркивает, что под знаком идеи геополитики уже не просто проявляется политическая конъюнктура, а Дугин А.Г. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. Мыслить Пространством. - М., 1999. - С. 12. 2 Сорокин К.Э. Геополитика современности и геостратегия России.- М., 1996. - С. 3-5. 3 Путин В.В. Россия на рубеже тысячелетия //Российская газета. - 31.12. - 1999.

модифицируется изложение прошлого России в трудах историков и культурологов. В арсенал российской исторической науки входят в 1990-х годах труды евразийцев первой генерации, не только введших в наш язык слово «геополитика», но ставивших себе в заслугу «обоснование в русской науке геополитического подхода к русской истории»1. Конечно, политическом понимание процессе геополитических нуждается в интересов в современном качественном реформировании, пересмотре научных оснований для приближения ее к реальности мировой обстановки конца XX - начала XXI в. Поскольку оно развивалась западными учеными и обслуживала прежде всего западные интересы, бесспорно и то, что прикладное использование ее методов и достижений в нашей стране требует внесения "национально-цивилизационных" поправок. Но при соблюдении этих двух условий геополитика способна стать "системным обеспечением" внешне- и внутриполитической стратегий России, придать им ту гибкость, которая позволит оперировать при необходимости сразу несколькими продуманными вариантами. Кроме того, национальная идея все настойчивее претендует на бывшее место коммунистической идеологии, и геополитика может также оказаться рациональным ограничителем данной идеи, если она будет воспринята обществом в экстремистском варианте2. Геополитические интересы представляют собой сложную многоуровневое образование, которое формируется в русле объективных процессов как под прямым, так и опосредованным воздействием множества факторов. В их числе географические, природно-климатические, экономические, и иные военноусловия, демографические, политические, социально-политические, этнические, нравственно-этические культурные, национальные, религиозные традиции и т.д. В основе геополитических интересов находится личность как биосоциальная система, Цымбургский В.Л. Геополитика как мировидение и род занятий //Полис. - 1999. - №4. Гушер А. О характере внешнего вызова национальным интересам России. // Международная жизнь 1999, №1, С. 67.

социальная группа, общество, государство – они являются субъектами и в то же время объектами геополитических интересов1. Интерес (от лат. interest - имеет значение, важно) - реальная причина действий, событий, свершений, стоящая за непосредственными побуждениями - мотивами, помыслами, идеями и т. д. - участвующих в этих действиях индивидов, социальных групп, классов. Французские материалисты ХVIII в. Гельвеций, Гольбах, Дидро предпринимают, по выражению Г.В. Плеханова, первую попытку объяснить общественную жизнь с помощью интереса. Интересы людей противопоставляются ими как божественному предопределению, так и случайным обстоятельствам исторического процесса. В интересе они усматривают реальное основание нравственности, политики, обществ, строя в целом. «Если физический мир подчинен закону движения, то мир духовный не менее подчинен закону интереса. На земле интерес есть всесильный волшебник, изменяющий в глазах всех существ вид всякого предмета»2. Однако французские материалисты не вышли за рамки идеалистического понимания общественной жизни, поскольку социальный интерес рассматривался ими как простая сумма индивидуальных интересов. Сами же индивидуальные интересы они выводили из чувственной природы человека, остающейся в целом неизменной. Отсюда тезис Гельвеция о том, что голод и любовь правят миром. Важную роль в развитии теории интереса сыграл Г.В. Гегель, который, вслед за И. Кантом, подчёркивал несводимость интереса к грубой чувственности, к естественной природе человека. «Ближайшее рассмотрение истории убеждает нас в том, что действия людей вытекают из их потребностей, их страстей, их интересов... и лишь они См.: Медведев Н.П. Геополитические исследования в России конца XX века: общий обзор //Социально–экономическая и политическая сбалансированность региона в условиях развития местного самоуправления. - Ставрополь. 1999;

Он же. Системные основания построения модели анализа геополитической безопасности в Северокавказском регионе //Расселение, этнокультурная мозаика, геополитика и безопасность горных стран. Тез. междунар. науч. конф. 11–16 сентября 2001 года. - М. – Ставрополь, 2001. 2 Гельвеций К.А., Об уме, М., 1938, С. 34.

играют главную роль»1. Люди «добиваются удовлетворения своих интересов, но благодаря этому осуществляется еще и нечто дальнейшее, нечто такое, что скрыто содержится в них, но не сознавалось ими и не входило в их намерения»2. Интерес, по Гегелю, есть нечто большее, чем содержание намерения и сознания, и этот «остаток», проявляющийся в конечных результатах человеческих деяний, связан у него с «хитростью мирового разума», с абсолютной идеей, осуществляющей себя в истории через бесконечное многообразие потребностей и интересов. Марксизм сохраняет все положительные моменты в понимании интереса, полученные в истории общественной мысли, подчёркивая вместе с тем объективные основания социального интереса. «Экономические отношения каждого данного общества, - писал Ф. Энгельс, - проявляются, прежде всего, как интересы»3. Поскольку экономические отношения порождают разделение общества на классы, постольку классовые интересы оказываются наиболее существенными, глубокими, определяющими во всём многообразии национальных, групповых и индивидуальных интересов. Социальные интересы обусловлены экономическим положением тех или иных общественных групп;

вместе с тем они не сводятся к этому положению, поскольку не существуют помимо того или иного их выражения в виде настроений, взглядов, эмоциональных реакций, идеологии и т. п. В противоположность так называемому экономическому материализму, абсолютизирующему экономический интерес, марксизм-ленинизм исходит из того, что содержание коренных классовых интересов гораздо шире, нежели экономические потребности этого класса. В социальных интересах закрепляется отношение данного класса или социальной группы ко всей совокупности общественно-политических институтов, материальных и духовных ценностей.

1 Гегель, Соч., т. 8, М-Л., 1935, С. 20. Там же, С. 27. 3 Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 18, С. 271.

Один из наиболее существенных моментов материалистического понимания истории состоит в выявлении взаимозависимости между интересом и идеологией. «“Идея” неизменно посрамляла себя, как только она отделялась от “интереса”»1. В. И. Ленин писал, что «люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов»2. Есть и другие аспекты понимания интереса. Феноменологическое рассмотрение интереса позволяет узнать, что совершает интерес по отношению к чему-то или для чего-то. Интересует то, что возбуждает наше внимание, дает направление нашей готовности к достижениям, дает повод для нашей оценки. В функционально-психологическом аспекте интерес это эндогенный или экзогенный фактор, который позволяет функционировать душевным диспозициям и придает структурность индивидуальной структуре потребностей;

в генетическом аспекте интересы следует дифференцировать как связанные преимущественно с созреванием или с обучением. В структурно-психологическом аспекте интерес выступает как элемент, включенный в структуру личности3. Психологический подход к рассмотрению интересов раскрывает их через психическую сторону личности, показывает роль различных сторон сознания человека в процессе формирования и удовлетворения всевозможных интересов. Так, для западных психологов Н.В. English, A.Ch. English понятие интереса имеет следующие значения: установки внимания, направленность селективности внимания, чувство, что объект или событие представляет для субъекта значение, приятное чувство, сопровождающее деятельность, которая беспрепятственно достигает цели, чувство, без Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 2, С. 89. Ленин В.И.ПСС, т. 23, С. 47. 3 Тодт Э. Интересы. Эмпирические исследования одного мотивационного концепта. http://psi.webzone.ru/st/315110.htm.

2 которого не должно проходить обучение, стремление постоянно воспринимать признаки предмета1. Другие ученые, такие, как D.E. Super, J.O. Crites (1949, 1962), большое внимание уделяли адекватной теории генезиса интересов. При этом ими использовались такие понятия, как множественное обусловливание, принцип обратной связи, взаимодействие врожденных факторов и факторов среды. Адекватная теория должна иметь следующие составляющие: интересы есть результат взаимодействия врожденных (нервных и эндокринных) факторов с одной стороны и действий и социальных оценок с другой2. Немецкий психолог U. Lederle-Schenk (1972) локализует развитие интересов в рамках личностного развития, понимаемому по К. Левину: при активном взаимодействии индивида и окружающей среды достигается дифференциация интересов. При этом повышается уровень организации интересов, интересы становятся воспринимаемыми как общие и частные, достигается иерархическая централизация. С развитием интересов расширяется жизненный кругозор, увеличивается число степеней свободы, временная перспектива3. Изучение общественных отношений со стороны интересов представляет собой не только важное методологическое требование, но и имеет большое практическое значение. Оно дает возможность выявить внутренние источники движущих сил развития общества в целом. Поэтому всякий раз, когда требуется раскрыть не только сущность и характер общественных связей, но и логику поведения конкретных социальных субъектов, определить движущие силы исторического процесса, необходим анализ производственных и других видов общественных отношений с точки зрения интересов классов, наций и других социальных групп. Поскольку удовлетворения интересы отражают отношения они людей выражают по поводу сущность потребностей, постольку Тодт Э. Интересы. Эмпирические исследования одного мотивационного концепта. http://psi.webzone.ru/st/315110.htm 2 Там же 3 Там же общественных общественных отношений. отношений, Поэтому отношений невозможно между понять без характер анализа людьми заключенных в них интересов. При рассмотрении проблемы интересов можно выделить следующие основания. Первое - природа (источник) интереса. По этому основанию выделяются объективные и субъективные интересы. Дело в том, что объективные интересы как форма проявления общественных отношений осознаются людьми. Они могут быть осознанны полностью или частично, правильно или искаженно. Поэтому равным образом есть объективные интересы и есть их отражение в сознании людей, выступающих в качестве субъективных интересов. Всестороннее субъективными изучение взаимосвязи дает между объективными и интересами возможность проследить развитие субъективных интересов, поведение классов и других социальных групп при реализации тех или иных видов общественных отношений. Вторым основанием в субъекты, носители, общественные, классовые, рассмотрении интересов интересы выступают их делятся или на тех иных выразители интересов. Интересы национальные, социальных групп, коллективов, семейные, индивидуальные. То есть речь идет о социальных интересах. Рассматривая эту группу интересов, следует учитывать их взаимосвязь, взаимовлияние. Это проявляется в следующем. В классовом обществе доминирующими являются классовые интересы, которые определяют содержание интересов всех социальных общностей, интересов отдельных личностей. Во взаимоотношении классового и общественного интересов приоритет имеет интерес общественного развития. Отношение к общественным интересам служит для каждого класса мерилом оценки его прогрессивности или реакционности. При рассмотрении национальных интересов как проявления геополитических интересов возможны два подхода. Один из них связан с использованием понятия «национально-классовый интерес», которое исходит из наличия различных классов в каждой нации, самоутверждающихся как представители данной нации. Эти интересы существуют объективно, в связи с чем возникает проблема осознания каждым классом своих подлинных национально-классовых интересов. Другой подход к рассмотрению национальных интересов как национально-государственных интересов является доминирующим. Это вытекает из того, что нация выступает как определенная социальноструктурная целостность, которая обеспечивает ее развитие и стремление к национально-государственному самоопределению. Именно этот факт и выражается в национально-государственных интересах. Они выражают объективную направленность национального самоутверждения и поэтому являются наиболее важными в политическом процессе. Современная действительность и особенности мирового развития конца XX – начала XXI вв. настоятельно требуют уточнения и обновления понятия национальногосударственного интереса. Раньше речь в основном шла о национальных, позже - государственных интересах, и лишь в отдельных случаях - о наднациональных (в период образования военно-политических коалиций)1. Основу государственных интересов традиционно составляли физическое выживание и политическая независимость данной страны, сохранение в неприкосновенности ее территории и границ, а впоследствии еще и обеспечение безопасности и благосостояния граждан. Бесчисленные территориальные споры и войны с соседями (в Европе, Америке, на Дальнем и Ближнем Востоке), борьба за колонии и, как итог, постоянное изменение геополитических карт регионов и мира в целом наводят на мысль, что осуществление "географической" экспансии тоже относилось к базовым интересам государств прошлого (по крайней мере, крупных). Как основа этот набор государственных интересов, по-видимому, сохранится и в будущем, Куртов А., Халмухамедов А. С кем быть? Или кем быть?: Российская Федерация в геополитическом пространстве // Независимая газета, 1994, 22 ноября, С. 5.

несмотря на интеграционные процессы, сужающие государственный суверенитет. Может быть, с той поправкой, что экспансия теперь приобретает преимущественно экономический и культурный характер. Но этим не исчерпывается весь спектр интересов. Пожалуй, сейчас впервые появляется задача целенаправленного укрепления совокупной (геополитической) мощи государства. С учетом растущей роли экономики и развития интеграции крайне актуальными становятся также контроль за принятием важнейших решений на различных наднациональных уровнях (например, в рамках экономических альянсов с тем, чтобы они не противоречили государственным интересам), обеспечение доступа к источникам сырья и энергии, новым рынкам, защита важнейших ноу-хау, сохранение национально-культурной самобытности (прежде всего это относится к небольшим странам). Не менее актуальным является и рассмотрение способа реализации государственных интересов. Здесь первоначально (XVIII в.) преобладала концепция государственного расчета (raison d'etat), согласно которой "страна должна продвигать свои интересы, если необходимо, то силой, без учета требований морали и учета интересов других стран". Она фактически обосновывала претензии на доминирование в Европе и, следовательно, во всем мире. Позже, примерно с начала XIX в. и до первой мировой войны, в связи с развитием реальной многополярности (сначала в Европе, но к концу периода - и за ее пределами - США, Япония) геополитическое усиление государства мыслилось за счет получения частных преимуществ в Европе путем создания там благоприятного для себя многостороннего соотношения сил и захвата максимального числа неосвоенных заморских территорий. В эру холодной войны получился своеобразный симбиоз двух подходов: с одной стороны, Восток и Запад вроде бы стремились к тотальной победе друг над другом;

с другой - инстинкт самосохранения вынуждал их соблюдать какие-то правила игры, поэтому реальная борьба велась в основном за частичные преимущества, в первую очередь, на геополитической периферии.

В будущем государственные интересы, по-видимому, будут реализовываться через укрепление совокупной геополитической силы (мощи) государства, создание все новых коалиций, соперничество внутри них за лидерство (подобно трехстороннему "перетягиванию каната" в ЕС между Германией, Францией и Англией) и конкуренцию за дополнительные частные преимущества как непосредственно в отношениях между ведущими странами и коалициями государств, так и в ключевых районах мира (спор за дележ "советского наследства", ближневосточную нефть). Периферия же (например, Африка) теряет свое значение, в том числе и как основное место межгосударственных и межкоалиционных "разборок". Оборотной стороной проблемы выявления и классификации методов реализации государственных (национальных) интересов как проявления геополитических интересов всегда был вопрос о мотивации поведения государств, которым долго занималась западная политология. Сложилось две школы подходов к его решению. Первая - либеральная, утверждавшая примат субъективной "воли человека". Представители данной школы считают, что если существует первооснова человеческих конфликтов и поведения государств, то это не экономические чаяния, силы истории или результат баланса сил, а будничные надежды и тревоги человеческого ума. Вторая школа, школа реалистов, к которой, в данном случае, можно отнести и марксизм, и традиционную западную геополитику, видела движущие мотивы в работе материальных факторов факторов экономики (межгосударственные противоречия, классовая борьба на мировой арене), географических условий, вооруженной силы. Думается, что ни та, ни другая школа самостоятельно (тем более отдельные их направления) не могут претендовать на правильную трактовку (геополитических) мотиваций, особенно сегодня, в условиях многомерной мировой политики. Очевидно, разумен некий синтез выделяемых обеими школами мотивационных факторов - как объективных (материальных), так и субъективных. Разумеется, каждому государству и группе государств свойственен свой набор тех и других мотиваций. Требует уточнения и понимание мощи или могущества государства с учетом усиления роли геополитических интересов в современном политическом процессе. Ранее мощь государства определялась в первую очередь как мощь военная (первоначально - сухопутная или морская, затем были сделаны поправки на появление новых средств вооруженной борьбы, сначала воздушных средств нападения, затем ядерного оружия и т.д.) в сочетании с выгодами (или, наоборот, невыгодностью) географического положения. И тот, и другой фактор, в принципе, поддавались математическому "обсчету". Все остальные - природные, демографические и воспроизводимые - ресурсы государства рассматривались прежде всего в плане наращивания военной силы, максимизации выгод и возможностей компенсации недостатков месторасположения государства или их коалиций. Объяснялось это тем, что в прошлом геополитические конфликты возникали вокруг физического и военно-политического раздела и передела мира, отдельных его регионов (длившиеся веками войны европейских держав за спорные территории, борьба империалистических держав за захват и передел колоний, соперничество двух мировых систем - социализма и капитализма за расширение сфер влияния) и, соответственно, или принимали с форму вооруженной, военно-политической идеологической военными приготовлениями конфронтации. Поскольку в нынешних условиях основная схватка за сферы влияния, достигающая размаха борьбы за передел мира, ведется в первую очередь экономическими средствами, то экономическая мощь и комплекс обеспечивающих ее условий (сюда следует причислить и культурное проникновение, благоприятствующее экономическому, а главное - военную силу, применение или угроза использования которой может оказаться необходимым средством для разрешения экономических конфликтов, облегчения доступа к источникам сырья и энергии, защиты торгового судоходства и национальных инвестиций за рубежом и т.д.) становятся одними из важнейших, но отнюдь не единственными Разумеется, показателями геополитического влияния государства.

вооруженная сила способна помогать и достижению неэкономических целей, и даже играть - в условиях, например, острого кризиса - самостоятельную роль. Поэтому сейчас геополитическая мощь страны - это комплексный показатель взаимодействующих в системе факторов, одним из которых является структура и направленность геополитических интересов государства. Другими словами, это величина не абсолютная, измеряемая какими-либо единицами, а относительная, т.е. проявляющаяся в процессе интеракций государств в международных отношениях и оцениваемая по их результатам. Наконец, комплексность данного показателя означает, что до определенной степени элементы мощи государства взаимозаменяемы (что немаловажно для России)1. С точки зрения диссертанта, одно из главных и характерных проявлений геополитического интереса - это экспансия. По сути дела большинство, если не все работы по геополитике вращаются вокруг экспансии того или иного вида или, наоборот, вынужденной "контракции" (от contraction - сжатие), хотя само явление - и особенно его нынешнее содержание и формы - недостаточно подвергалось серьезному рассмотрению. Традиционно под экспансией в геополитике, да и не только в ней, понимались прежде всего территориальные приобретения и установление военно-политических сфер влияния, а также деятельность в данном направлении (политика экспансии). Нельзя сказать, что такая экспансия сошла на нет, поскольку территория по-прежнему является выгодным долгосрочным приобретением как "жизненное пространство", носитель сырьевых, энергетических материалов и людских ресурсов, военностратегический и экономический (вспомним войну за Фолкленды с их 200мильной рыболовной зоной и близостью к богатой полезными ископаемыми Скворцов А.С., Клокотов Н.П., Турко Н.И. Использование геополитических факторов в интересах решения задач национально-государственной безопасности. // Военная жизнь, 1995, №2, С. 15-24.

Антарктиде) плацдарм, пространство для размещения промышленных мощностей или технических отходов, сельскохозяйственные угодья. Сегодня в мире имеется с немало реальных статуса и потенциальных конфликтов, каналов вокруг квалифицируемых как пограничные и территориальные споры, ряд иных проблем определением проливах, территорий, напряжение проливов, интересов (одностороннее изменение Турцией толкования соглашений 1936 г. о черноморских возникающее богатств Антарктиды, откуда, несмотря на имеющиеся соглашения, исподволь вытесняется Россия), отвечающих традиционному пониманию экспансии. Правда, они носят сейчас "мягкий характер", что в немалой степени объясняется невыгодным на сегодняшний день соотношением: а) возможных приобретений с учетом сопротивления обороняющейся стороны и мирового сообщества;

б) рисков, связанных с характером современных вооружений и все более широким их распространением по планете;

в) кратко- и среднесрочных социально-экономических перегрузок, ложащихся на территориально расширившееся государство. В будущем по мере развития ресурсного кризиса (истощение сырьевых запасов, сокращение плодородия почв, рост населения, усиление экологических претензий государств друг к другу и т. д.), т. е. значительного повышения стоимости "приза за успешную агрессию" (вплоть до обеспечения выживаемости собственного государства), вероятно возвращение в мировую политику жесткого варианта территориальной экспансии. Но сегодня экспансия имеет и другие измерения: информационное, культурно-цивилизационное, религиозное и этнорелигиозное, политическое (сюда следует отнести и целенаправленное политическое давление вплоть до международных санкций;

изоляции) и особенно экономическое (во всех его видах - финансовом, товарном, технологическом и т.д.), которое и является стержнем современной экспансии. Понимаемая широко, она сильно отличается от своей узкотерриториальной разновидности. Во-первых, если территориальная экспансия имела, как правило, ступенчатый (пространственное расширение США в XIX в.) и нередко однонаправленный характер (знаменитое правило Бисмарка: не воевать на два фронта), то сегодня экспансия - это непрерывный многолинейный процесс, нацеленный на множество объектов и потому порождающий в результате столкновения интересов целый комплекс разноплановых конфликтов. Во-вторых, сегодня "мирная" экспансия осуществляется многими государствами и их группировками в отношении друг друга одновременно, поэтому можно говорить об их "взаимопроникновении" или, иными словами, образовании комплекса взаимозависимостей и противоречий. В-третьих, ранее экспансию вовне осуществляла в основном одна держава или недолговечный (НАТО, пожалуй, исключение) союз государств. Ныне сосуществуют постоянная внешняя экспансия устоявшихся и новых экономических и экономикополитических группировок, а также экспансия вовне и внутри таких группировок самых мощных экспансия их участников. В-четвертых, сопровождается внутрикоалиционная периодически "добровольными" взаимными уступками сторон, хотя их общий баланс, конечно, благоприятствует сильнейшей из них1. Итак, важной составляющей национально-государственных интересов являются геополитические интересы. Конечно, было бы неправильно считать геополитическими абсолютно все политические интересы, которые имеют место в отношениях между субъектами этих интересов. Поскольку доминирование имеет всегда в качестве объекта некоторую территорию (пространство), то правомерным является использование термина «геополитические интересы» для обозначения группы интересов, связанных с целями доминирования, гегемонии, экспансии, а также защиты от них и укрепления безопасности. То есть геополитический характер носят интересы, связанные, с одной стороны, с экспансией, а с другой - с целями обеспечения безопасности.

Колосов В.А. Российская геополитика: традиционные концепции и современные вызовы // ОНС, 1996, №3, С. 86-94.

Стремление защититься от экспансии имеет положительный знак и как бы не нуждается в оправдании, в то время как попытки экспансии оцениваются отрицательно и нуждаются в дополнительной идеологической поддержке. Как уже говорилось, геополитические интересы сами детерминируются системой факторов, среди которых определяющее место занимают интересы субъектов геополитических отношений (личность, социальная группа, общество, государство, народ). Эти интересы представляют сложную многоуровневую динамическую систему. В рамках этой системы могут быть выделены два уровня. Это группа фундаментальных, долговременных интересов, которые практически не меняются или меняются чрезвычайно медленно. Другая группа – это интересы ситуативного характера. Их предметом являются цели, которые формируются в результате достигнутого согласия или компромисса, или, напротив, обозначившегося противостояния, противоборства. В реальной политике место этих двух групп интересов определяется конкретными условиями и зависит от соотношения сил, наличия возможностей для проведения собственных фундаментальных интересов. Данная двухуровневая структура интересов реализуется в сферах финансов и экономики, внешней и внутренней политики, в военной, информационной, духовно–культурной и экологической сферах. Будучи элементами целостной структуры геополитических интересов, все перечисленные системы могут быть классифицированы как внутренние. Наряду с ними существует целый ряд систем более высокого порядка, которые являются по отношению к системе геополитических интересов внешними. Это, прежде всего, геополитический регион – система, включающая весь спектр взаимоотношений народов и государств определенного района земного шара;

мировое сообщество – глобальная система, объединяющая все государства, все народы нашей планеты;

природа – система, охватывающая среду обитания человечества.

Внутренние системы (подсистемы) Внешние системы Личность Социальная группа Геополитические Общество Государство Народ интересы Региональное сообщество Мировое сообщество Природа (среда обитания человечества) Рис. 1. Основные взаимосвязи системы геополитических интересов и субъектов геополитических отношений Решающую роль в формировании, функционировании, обеспечении эффективности системы геополитических интересов играет, с одной стороны, адекватное материальному и духовному потенциалу народа осознание национальных ценностей, идей и целей, с другой – их закрепление в политической, социально-экономической организации общества, государственном и культурном строительстве, в практической политике. Национальные ценности, интересы и цели – триада первоисточников, основных движущих сил системы геополитических интересов, определяющая ее содержание, характер, конфигурацию, направленность. Конечно же, следует иметь в виду ценностные характеристики всех проявлений геополитической активности как выражения геополитических интересов. Геополитическая активность оценивается мировым сообществом, как правило, отрицательно. И, напротив, стремление защититься от экспансии, противодействовать агрессии оценивается положительно. Один и тот же геополитический субъект может проявлять геополитическую активность, приобретающую в разное время как положительный, так и отрицательный характер. Здесь геополитический интерес выступает не только в своей пространственной, но и во временной составляющей. Так, геополитическая активность Советского Союза в годы его возвышения рассматривалась как экспансия, затрагивающая интересы сложившейся системы международной безопасности. После же распада Советского Союза и социалистического лагеря возникла новая геополитическая ситуация, и стремление России обеспечить собственную безопасность приобрело положительную окраску. Геополитические интересы различных субъектов могут как различаться, так и в чем-то совпадать. Это обстоятельство обуславливает различие двух видов действий субъектов: в направлении противодействия и в направлении сотрудничества. Соотношение этих двух векторов деятельности и определяет конкретную геополитическую ситуацию, а в применении ко всему миру – геополитическую картину мира. С интересами как внешним фактором связан другой фактор детерминации геополитической ситуации – это наличие многочисленных угроз безопасности разнообразных субъектов геополитических отношений – угроз действительных, реальных, угроз потенциальных и даже мнимых. (Последняя категория (мнимые угрозы) касается случаев, когда агрессивные устремления пытаются прикрыть аргументами о «зонах жизненных интересов», «жизненном пространстве» и.т.п.). Противостояние между ведущими державами мира, по мнению автора, переместилось из сферы идеологии в сферу геополитики. Это означает, что проблема обеспечения безопасности не исчезла, а приобрела новые характеристики. Новизна ситуации состоит в том, что значительно активнее в политической сфере начинает применяться геополитическая аргументация. По существу, геополитика становится новой идеологией, тем «камнем преткновения», который мешает утвердить бесконфликтный мир1.

Медведев Н.П. Системные основания многофакторной модели анализа и оценки геополитической //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр. - Ставрополь, 2001. - С. 85.

Профессор В.А. Шаповалов выделяет в структуре геополитики, отражающей геополитические интересы, три компонента: геополитическую практику, геополитическую идеологию и геополитическую науку1. Отношения между этими тремя сторонами геополитики имеют достаточно сложный характер. В статье «Геополитика как идеология современности» указанный автор подчеркивает усиливающуюся связь между геополитикой и политической идеологией. Идеология есть неотъемлемая часть общественного сознания, в которой получают теоретическое выражение многообразные интересы и ценности различных субъектов социальной жизни: социальных групп, общностей, классов, наций, государств. Особенностью нашего времени стало то, что появились новые формы идеологии, отражающие интересы союзов государств, блоков, альянсов, создаваемых для достижения фундаментальных целей доминирования, экспансии, господства;

целей, вызванных к жизни процессами глобализации, интеграции, регионализации. Столкновение интересов и ценностей ведет к идеологическому противостоянию, идеологической конфронтации. В этой связи идеология выступает формой выражения и реализации конфронтационных отношений. Геополитическое значение этого факта состоит в том, что двуполярность мира, основанная на классовой идеологии, уступила место однополярности. Однако планетарная дихотомия, двуполярность мира, не исчезла. Более того, наблюдаются тенденции к ее усилению. Основное противоречие эпохи (как это называлось в советской науке) перемещается в сферу отношений между государствами, различающимися уровнем развития и географическим положением. Национальный, государственный интерес, ранее концентрирующийся в сфере политических отношений, переместился в сферу экономического противостояния, в основе которого лежит территориальный, собственно геополитический интерес.

Шаповалов В.А. Геополитика как идеология современности. //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр. - Ставрополь, 2001. С. 8.

Однако отказ от политической идеологии лишь обнажил более глубокие основания глобального противостояния геополитические основания. Идеология и идеологическое противостояние приобрели открыто геополитический характер. Мир неотвратимо вступил в эру острого геополитического противостояния, которое нуждается в идеологическом оправдании, в новой идеологии1. Ключевыми понятиям новой идеологии становятся «геополитический интерес», угрозы», «геополитическое «жизненное противостояние», устремления», «безопасность», «стремление к доминированию», «геополитические пространство», «геополитические «стратегическая стабильность» и т.п. Для оправдания и обоснования новой идеологии создаются специальные концепции, имеющие весьма привлекательные названия, но нацеленные на использование идей и ценностей, выгодных сегодня государствам «золотого миллиарда». К ним относятся концепции общечеловеческих ценностей, глобализации, модернизации, мондиализма, в какой-то мере культура мира и ненасилия. Несомненно, каждая из выражаемых в этих концепциях идей имеет некоторое объективное содержание, но совсем иное дело - тот политический смысл и то реальное наполнение, которое придается этим понятиям заинтересованными силами. Таким образом, анализ отечественной и зарубежной научных традиций исследования геополитических интересов в современном политическом процессе позволяет определить, что понятие геополитических интересов трактуется широко и многопланово. На основании анализа нам удалось сделать вывод, что геополитические интересы - это те интересы, которые связаны с целями доминирования, господства либо в мире в целом, либо в крупных регионах мира, а также интересы, связанные с противодействием попыткам утвердить собственное доминирование за счет принижения или ослабления другой стороны. Они в основном Шаповалов В.А. Геополитика как идеология современности. //Проблемы геополитики и Северный Кавказ: Сб. науч. тр. - Ставрополь, 2001. С. 3.

используются для обозначения политических позиций государств, оценки их места в системе международных отношений, исходя из исследования комплекса экономических, политических, военно-стратегических, ресурсных и других вопросов, играющих важную роль в сохранении или изменении общемирового геополитических увеличение и регионального интересов в баланса сил. При рассмотрении процессе от современном влияющих политическом на ее необходимо реагировать на меняющуюся геополитическую реальность и диапазона факторов, развитие: доминирования роли глобализации и усиления значения регионализации, которые значительно влияют на характер и состояние политических процессов в современном мире. 1.2. Глобализация и регионализация в контексте геополитики Новый уровень социальной и политической организации мира проявляется на фоне возрастания уровня взаимодействия и взаимозависимости между государствами и обществами, составляющими международное сообщество;

устойчивой тенденции к интегрированию структур, выполняющих международные функции. Кроме этого, политическая, экономическая и общественная активность приобретает всемирный масштаб, а современная политика разворачивается на фоне мира «проникнутого и пересекаемого потоком товаров и капитала, передвижением людей, коммуникацией через авиационный транспорт и космические спутники». Все это поддерживает как традиционные пространства, так и интенсивно генерирует новые - геоэкономическое, геоэкополитическое, геоинформационное и т.п. Появление, с одной стороны,- это формирование пространств, трансграничных по своей сути, а с другой - увеличение количества акторов на мировой арене и изменение их характера поставило мир на новый уровень его социальной и политической организации, которая получила название «глобализация». Глобализация - это процесс, в ходе которого большая часть социальной активности фактор в – приобретает теряет и мировой характер, или в котором географический незначительным свою важность поддержании становится установлении основной трансграничных мировое экономических, политических или социокультурных отношений. Глобализация Культурная процесс, приведет характеризующий к появлению развитие, в который охватывает все сферы жизни современного общества. глобализация глобальной сверхкультуры уже в ближайшие 10–15 лет. Контуры такой сверхкультуры, по оценке западных культурологов, можно видеть уже сегодня – это синтез традиционных культурных традиций (классической европейской, массовой американской, латиноамериканской, дальневосточной, мусульманской и индийской) в сочетании в с новыми формами (сетевая культура;

киберкультура). Общей основой этого синтеза будет культура мира. Существенной а) б) в) мировом государств развитии является территориальная в Латинской глобализация, которая будет развиваться по следующим направлениям: укрепление традиционного типа Америке, Юго-Восточной Азии, странах бывшего СССР;

строительство союзов и объединений государств в Европе, появление континентальных территориальных структур – Северной Америке, исламском мире;

Североамериканской, Южноамериканской, Европейской, Дальневосточной (Тихоокеанской) и Исламской;

г) укрупнение континентальных территориальных структур до трех (Американская, Европейско-Исламская и Дальневосточная) или даже двух (Атлантическая и Тихоокеанская). Образование единой цивилизации, при которой отсутствовало бы деление на национальные государства или иные территориальные образования, является делом более отдаленного будущего. Представляется, что такая ситуация станет возможной только на этапе, когда этнические и культурные различия будут стерты в достаточной мере, а для этого процесса потребуется не менее 200–250 лет. На этом фоне будет развиваться процесс вытеснения традиционных государств сверхкорпорациями. В ближайшие 10–15 лет следует ожидать появления частных компаний, обладающих следующими признаками суверенных государств: – экстерриториальность;

– наличие собственных легитимных вооруженных сил;

– участие в международных организациях, предусматривающих членство только для суверенных субъектов. Наиболее значимой для мирового сообщества является экономическая глобализация, которая к настоящему времени имеет наиболее прорисованные черты, которые в основном сохранятся и в будущем: а) б) в) г) сеть. Современный мир находится на этапе становления информационнокоммуникационной а) б) в) глобализации. Основными направлениями информационно-коммуникационной глобализации станут: развитие глобальных космических коммуникационных систем;

развитие создание персональных глобальных процессами и систем систем домашним связи и глобального бизнесом, на базе ведущая роль больших компаний;

функционирование глобальных «виртуальных» рынков – финансового, валютного, фондового;

создание и деятельность глобальных торгово-экономических перевод всех национальных и международных финансовых и объединений и союзов;

валютных транзакций, а также страховых и торговых услуг в глобальную позиционирования;

управления хозяйством производственными информационно-коммуникационных комплексов;

г) компьютеризация и роботизация все большего числа процессов жизнедеятельности человечества. Наиболее болезненными для современного мира являются процессы этнической глобализации. В области этнической глобализации процессы глобализации управления уже к 2020–2025 гг. создадут ситуацию, когда производство основных видов товаров и услуг сможет объективно удовлетворять не только страны «золотого миллиарда», а гораздо большее число людей (от 2 до 3 миллиардов). Логическим завершением всех ассимиляционных процессов в этнической сфере должно стать появление в течение 200–250 лет единого «планетарного» этноса (по мнению диссертанта, весьма сомнительная точка зрения). Ключевым фактором, влияющим на глобализационные процессы, является деятельность Мирового правительства (Мировое правительство – это идеи мондиализма, разработанные западными учеными Бильдербергского клуба Трилатераля во второй половине XX века). Известный политолог А. Игнатов так оценивает эту деятельность: «Не вдаваясь в душераздирающие подробности, рисуемые нам многочисленными теориями заговора, следует признать, что эта надгосударственная структура вполне эффективно исполняет роль штаба «Нового мирового порядка»1. С А. Игнатовым солидарен известный философ и социолог А. Зиновьев, назвавший эту новую организацию мира «Мировым сверхобществом». США суть метрополия этого сверхобщества. Зиновьев утверждает победу западной цивилизации и ее экспансионистский (с точки зрения геополитики) характер. При этом атлантисты (Хантингтон) предполагают, что однополряность будет относительной – выигравший Запад будет постоянно улаживать межцивилизационные конфликты со всем миром, Игнатов А. Стратегия «глобализационного лидерства» для России // Независимая газета.

– 2000. – 7 сентября. – С. 8.

а мондиалисты (Фукуяма, Аттали) видят беспроблемную доминанту Запада над всей планетой как нечто уже случившееся. Однако современный политический процесс дает основание считать, что в сегодняшнем мире также развиваются процессы антиглобализма, влияние которых определяет облик и безопасность современного мира. В процессы антиглобализма активно включен и исламский «Ренессанс», который входит в столкновение с западным миром, поднимая культурные слои Востока. Влияние антиглобализма активно и широко распространяется на большинство стран третьего мира, акции антиглобалистов потрясают и ведущие мировые державы. Все это дает основания утверждать, что современную картину мира будут определять тенденции развития глобализма и становление процессов антиглобализма. Ведущими политического конкретные глобализационными процесса можно детерминантами гегемонистские развития: позволяет современного устремления и считать ее западной цивилизации в отношении Евразии, формализованные в четкие и программы унификации модернизации вестернизации. Современный политический процесс исследователям прогнозировать четыре возможных геополитических сценария будущего, определяющих развитие мира. Первый определяется всемогуществом Соединенных Штатов, продлеваемым в наступающем веке на несколько десятилетий. Второй сценарий исходит из появления у Соединенных Штатов глобально значимых геополитических конкурентов в лице поднимающегося Китая или Европейского союза, что переводит однополюсный мир в биполярный. В качестве третьего сценария предстает схема многополярного мира, в котором собственные зоны влияния имеют такие страны, как КНР, Германия, Россия, Индия. Каждый из этих сценариев предполагает свои механизмы объединяет реализации их одно: геополитических приоритет интересов государств. Но силового компонента обеспечения геополитических интересов в современном политическом процессе.

Апологеты однополюсной гегемонии призывают американскую элиту воспользоваться редчайшим и бесценным историческим шансом. Они отвергают всякую критику «единоначалия», заявляя, что со времен Геродота однополярность в мире приносила не только печали, но и порядок, своего рода справедливость, сдерживание разрушительных сил. Однополярность, по их мнению, гарантирует мир от неожиданных взрывов насилия, регламентирует прогресс, обеспечивает стабильность и безопасность мира. Структура однополюсного мира покоится на «трех китах»: наиболее эффективный экономический организм, основанный на организационных, технических и идеологических инновациях, совершенстве индустриальной организации, доминировании в мировой валютной системе, главенствующих позициях в торговле, обладании самыми мощными ТНК, массированной экономической и гуманитарной помощи другим странам;

привлекательное в культурном отношении общество, открытое к внешнему окружению, представляющее собой комбинацию компетентного лидерства, общественной жертвенности и привлекательности идеологии;

господство в формировании информационных потоков, положение законодателя международных норм и правил, защитника гражданских прав, всемирного университета, центра мировой науки, привлекающего молодое и энергичное население;

силовые возможности глобального масштаба на основе больших и квалифицированных вооруженных сил, укрепленных широкими и мощными союзами как структур обеспечения международной безопасности1. Человечество сейчас переживает очень сложный период: глобализация, повышение роли общечеловеческих задач и одновременно кульминация мира национальных государств и начало преодоления планетарного порядка этого типа, национальная самоидентификация многих «отставших» народов. В этих условиях небывалую важность приобретает проблема соотношения и согласования общечеловеческих и национальных интересов. Кстати, она Уткин А.И. Геоструктура XXI века // Независимая газета. – 2003. – 1 сентября.

оказалась трудной и для «нового политического мышления». США посвоему «решают» эту проблему, фактически отождествляя свои интересы с общечеловеческими. По сути, США вступили в XXI век с амбициями и повесткой дня – преобразовать мир по своему подобию и, если нужно, силой, – сравнимыми по масштабам с помыслами Советской России в октябре 1917 года и Советского Союза после победы над гитлеризмом. Победа в «холодной» войне позволила США уже не считаться с поверженным противником. Впервые сложилась ситуация, когда стало возможно одной стране организовать мир по своему образу и подобию, исходя из своих геополитических интересов. Специфическая особенность этой геополитической стратегии заключается в том, что в отличие от всех предыдущих мировых катаклизмов, когда новое мироустройство являлось следствием разгрома противника, в 90-е годы началась война не с конкретным противником, а изначально против существующего мирового порядка. Поскольку на различных этапах войны выбирался разный противник (это, безусловно, блестящая находка американских стратегов), то образ единой геостратегической операции по установлению нового мирового порядка размывался частными деталями отдельных боёв с всякими «нехорошими» государствами (Ирак, Иран, Югославия). Понятно, что чем «хуже» было государство и его правитель, тем лучше они вписывались в американскую геостратегию. Стратегия деятельности руководства Америки по установлению нового мирового порядка и реализации своих геополитических интересов включала следующие положения в соответствии с Концепцией национальной безопасности США XXI века. 1. Разрушение правовых и институциональных основ существующего мироустройства путём демонстрации беспомощности мирового сообщества в разрешении глобальных и региональных проблем.

2. Формирование и развитие институтов альтернативного (американского) управления мировыми процессами, демонстрирующими свою эффективность в разрешении существующих проблем. 3. Перемещение центра управления мировыми делами из существующих международных институтов в США и подконтрольные органы (в том числе и в НАТО). С приходом к власти в республиканской администрации Бушамладшего Вашингтон четко расставил акценты установления однополюсного мира во главе с США. Госсекретарь Колин Пауэлл и советник по национальной безопасности Кондолиза Райс считают, что символы внешнюю «республиканского видения мира» однозначно определили политику, которая «… будет базироваться на твердой почве национальных интересов, а не на интересах некого иллюзорного международного сообщества»1. В статье доктора Кондолизы Райс «Во имя национальных интересов. Жизнь после холодной войны» раскрыт сценарий обеспечения национальной и международной безопасности, исходя из геополитических интересов США. «… Прежде всего, американские вооруженные силы должны быть в состоянии решительно противостоять любой возникающей военной угрозе в Азиатско-Тихоокеанском регионе, на Ближнем Востоке, в Персидском заливе и в Европе, то есть в тех регионах, где на карту поставлены интересы не только США, но и наших ключевых союзников»2. Таким образом, «однополярный мир» во главе с США позволит обеспечить безопасность мирового сообщества исходя из национальных геополитических интересов Вашингтона. Однако не следует недооценивать препятствия на пути США к гегемонии. С одной стороны, интервенционистский опыт Америки (от Вьетнама, Сомали, Афганистана до Ирака) породил противодействие внутри Косырев Д. Вашингтон меняет внешнеполитическую доктрину // Независимая газета. – 2000. – 19 декабря. – С. 6. 2 Там же.

США. Американская публика не привыкла (и не желает) подвергать себя риску и идти на непредвиденные сложности. В бюджете страны внутренние расходы остаются несопоставимо масштабнее трат на внешнеполитическую и внешнеэкономическую деятельность. И это устойчивая тенденция. С другой стороны, иностранные государства будут стремиться не позволить Америке при всех атрибутах ее величия посягать на свой суверенитет. Международное сообщество интуитивно противостоит гегемонизму. Униженность в иерархии не может приветствоваться гордыми странами, чей генетический код исторического самосознания не позволяет опуститься до уровня управляемой геополитической величины, что и показали реакции многих стран Европы, особенно таких, как Германия и Франция, на войну в Ираке. Не столь просто (если вообще возможно) Вашингтону полностью перевести в русло желаемой для себя политики Китай, Россию, чье прошлое и национальное самосознание препятствуют унизительной зависимости от любой державы. По оценкам автора, у ряда суверенных стран есть шанс вырваться из орбиты единственной сверхдержавы, что означает превращение однополюсной системы в биполярный мир. Не Север – Юг и не Восток – Запад, очевидно, явятся политической дихотомией будущего. Двумя реальными претендентами на роль независимых полюсов являются объединенная Европа и Китай. Затратив годы усилий и миллиарды долларов на борьбу с китайской революцией и правительством в Пекине, Вашингтон видит прямую угрозу своим интересам в том, что эта в недавнем прошлом беднейшая полузависимая страна превращается в гиганта, идущего в ХХI век с потенциалом развития, могущим поставить под вопрос способность Вашингтона удержать мировое первенство, в эффективного конкурента и опасного вероятного противника. В геополитическом плане конфликтный потенциал США и Китая реализуется в геостратегических интересах и планах, политических и военных мероприятиях, военном строительстве, научных и конструкторских разработках в области вооружений и военной техники, в создании соответствующих мощностей ВПК, коротко говоря, в подготовке обеих сторон к вероятному вооружённому столкновению с противником, которого до поры до времени предпочитают не афишировать. Советник нынешнего президента США Д. Буша-младшего по вопросам национальной безопасности Кондолиза Райс подчеркивает, что «…Китай не приемлет ведущей роли Соединенных Штатов в Азиатско-тихоокеанском регионе. Значит, КНР не стремится к поддержанию статус-кво, а, напротив, хочет изменить соотношение сил в Азии в свою пользу. Уже одно это заставляет считать Китай нашим стратегическим соперником»1. Вряд ли кто-либо возьмётся предсказать, во что может вылиться нынешняя напряжённость в отношениях между Вашингтоном и Пекином: возобновится ли холодная война и гонка вооружений или уже существующая в начальной фазе несовместимость геополитических интересов в АТР приведёт к вооружённому противостоянию? Ответа на этот вопрос нет, но, по вполне понятным причинам, стороны готовятся к худшему. США после окончания холодной войны сохраняют в АТР все основные структурные элементы стратегии «выдвинутых рубежей», которые теперь предназначены исключительно для сдерживания Китая. Это и военно-политические союзы с Японией и Южной Кореей, и весь комплект военных баз, и группировка войск обычного назначения (100 тыс. человек), вынесенная к берегам Евразии, и военно-воздушные, военно-морские силы, а также силы стратегического назначения. Особенно чувствительным элементом этой структуры для Китая является Тайвань, сепаратное существование которого обеспечивается и гарантируется Вашингтоном. Значение этого крупного острова и прилегающих к нему более мелких островов для развёртывания Косырев Д. Вашингтон меняет внешнеполитическую доктрину // Независимая газета. – 2000. – 19 декабря. – С. 6.

вооружённых сил и базирования авиации и ВМС в непосредственной близости от КНР очевидно. Для Китая, учитывая его планы модернизации, рассчитанные на всю первую половину следующего столетия, преждевременное обострение конфликта с США могло бы обернуться катастрофой, способной отбросить развитие страны на исходные позиции. Но в Вашингтоне, очевидно, пришли к выводу о бесперспективности войны с Китаем, по крайней мере, до 2030 года, – таков результат проведённого военным ведомством США моделирования большой войны ХХI в., в котором в качестве противника американских вооружённых сил была взята армия Китая. По тем или иным причинам, возможно, ввиду неясности перспектив развития России, США не проявляет склонности пересекать роковую черту в отношениях с КНР, демонстрируя удивительную уступчивость перед твёрдой позицией Пекина по поводу тех или иных попыток Вашингтона оказать на него давление. По-видимому, на китайском направлении в США ищут другую стратегию, используя особенности расположения Китая на континенте. Об этом в данное время более всего свидетельствует дипломатическая активность США в соседних с Китаем странах: в 1996-1997 годах Вашингтон обновил содержание военного союза с Японией, добившись расширения её функций и, в частности, распространения ответственности ВМС японских сил самообороны на Тайваньский пролив, а также взаимодействия сил самообороны с НАТО;

отказался от намерения сократить свой 37-тысячный военный контингент в Южной Корее, подтвердив не ограниченное сроком военное присутствие в этой части полуострова;

изменил политику у южных границ Китая, где стала фактом нормализация отношений с Вьетнамом на фоне ослабления его связей с Россией и постоянной настороженности по отношению к Китаю. Эти шаги американской дипломатии можно понять как желание найти каналы влияния на соседние с КНР страны, чей геополитический потенциал при определённых условиях может быть обращён против КНР подобно тому, как в 70-е годы предполагалось направить геополитический потенциал Китая против Советского Союза. Есть все основания отнести к такого рода мерам то внимание, которое Вашингтон оказывает Казахстану, а также давний интерес США к Монголии. Геополитическое значение этих граничащих с Китаем государств очевидно: и то, и другое имеет этнические, культурно-исторические, конфессиональные связи с приграничными провинциями Китая. На территории СиньцзянУйгурского автономного района КНР проживает многочисленное население этнических казахов, а также дунган (одно из национальных меньшинств Казахстана, исповедующее ислам), сосредоточенное в соответствующих национальных автономных уездах. До образования КНР синьцзянские казахи были носителями антикитайских настроений и неоднократно участвовали в вооружённых выступлениях против провинциальных гоминьдановских властей. Что касается Монголии, то она граничит с автономным районом КНР Внутренней Монголией. Оба региона связаны общей историей, этническими корнями, языком, культурой, вероисповеданием. Монголия длительное время находилась под властью маньчжурско-цинской династии и при той или иной степени автономии входила (формально до 1946 г.) в состав Китая. У народа Монголии существуют также исторические, эмоционально окрашенные конфессиональные связи с Тибетом как центром ламаизма. Напомним, что Тибет – автономный район КНР – составляет чувствительную проблему в отношениях Пекина с Вашингтоном и Дели. Всё это делает Казахстан и Монголию настроениях заманчивой отдельных частью групп «большой населения игры» КНР, на сепаратистских на проживающих национальных окраинах республики (беспокойство китайского руководства по этому поводу нашло отражение в материалах ХV съезда Компартии Китая)1.

Занегин Б.Н. США и Китай: конфликтный потенциал // США и Канада: экономика, политика, культура. – 1999. – №3–4. - С. 54.

Геополитические интересы США имеют многоплановый характер и ставят своей целью вычленить Китай как одно из главных или даже главное направление стратегии Вашингтона в Восточном полушарии. В США давно культивируется идея о переносе центра тяжести американской политики и стратегии в Азиатско-Тихоокеанский регион. Однако именно в АТР набирает силу Китай – геополитический соперник, конкурент, вероятный противник, уже сейчас способный поставить под вопрос претензии Вашингтона на гегемонию в этой части мира. Другой потенциально противоположный США полюс – это ЕС. Берлин, Париж и Лондон потеряли ранг мировых центров за счет возникновения североамериканского гиганта. Страны с грандиозной историей всегда с трудом переносят уход в историческую тень. Превращение США в единственную сверхдержаву заставило страны ЕС задуматься над своей ролью в будущем – младшего помощника Соединенных Штатов или равноправного партнера? Они ищут пути восстановления своей значимости за счет активизации собственной стратегии и за счет политического объединения. Формы противодействия гегемонии уже сформировались: это создание Европейского союза и единой европейской валюты. Реализуя свои геополитические интересы, Европа должна создать противовес доминированию Соединенных Штатов в многополюсном мире. Совокупная экономическая мощь Западной Европы приближается к американским показателям – 19,8 процента общемирового валового продукта (США – 20,4 процента). Европейский союз осуществляет безостановочную торговую экспансию, заключив соглашения об ассоциации с 80 странами. Однако для автономного от США плавания ЕС должен обрести необходимую прочность. Евро призван стать полновесным конкурентом доллара и эта задача уже выполнена. На рыночном пространстве 15-ти членов ЕС выделятся компании – чемпионы европейской эффективности;

выборы в Европарламент создадут единое политическое поле;

совместные выпуски газет, общие телеканалы и пр. сформируют единое экономическое пространство;

коллективное производство оружия ослабит зависимость от американцев. Западноевропейский союз (ЗЕС) уже претендует на роль фундамента сепаратной западноевропейской военной системы и обеспечения геополитической региональной безопасности. В 1999 году Франция поддержала инициативу Германии о превращении Западноевропейского союза в военное крыло Европейского союза. Примечательна растущая идейно-политическая гомогенность: во всех трех странах–лидерах Союза господствует левая половина политического спектра (социалисты – во Франции, социал-демократы – в Германии, лейбористы – в Британии) – весьма отличный от американского политический ландшафт. Так формируется геополитический центр, самостоятельный выход которого на мировую арену сразу превратил бы современную однополюсную систему в биполярный мир. Фаза почти неестественного по мощи подъема одного из субъектов мировой политики не может длиться бесконечно. Перенапряжение, внутреннего сверхмобилизация экономических ресурсов, ослабление лидерства, рискованные авантюры на международной арене в результате возвратят мир к многополюсной модели. Америке с все возрастающей силой будет противостоять недовольная их действиями коалиция... По прогнозам, после пика напряжения Соединенные Штаты и их главные оппоненты возвратятся к более традиционной системе баланса сил. Многополярность придет в ходе противостояния геополитических интересов между ЕС и Россией, между Китаем, Индией и Японией. Такие мастера геополитики, как Г. Киссинджер, призывают заранее готовиться к многополярности как естественному состоянию. Государства, претендующие на свой геополитический полюс, не откажутся от усилий по выходу из-под крыла любого опекуна – таков урок новейшей истории. Вот один из геополитических сценариев будущего: «Политическая структура многополюсного или полицентричного мира будет состоять из автономных центров, имеющих собственный арсенал ядерного оружия и космические системы, обладающих собственной, отчетливо выраженной культурой… Каждый из центров обзаведется собственной сферой влияния. Это будет вариант, близкий к классическому типу баланса сил»1. Главный развивающийся в этом направлении геополитический процесс – становление трех блоков: Европейский Союз, Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА) и восточно-азиатская группировка государств. Возможно инициирование перемен и иными центрами. «В очень неотдаленном будущем, скажем, в течение ближайших 10–20 лет, – пишет американский исследователь К. Уолтс, – три политические силы могут вырасти до статуса великой державы – Германия или Западноевропейское государство, Япония и Китай»2. Как считает этот автор, более всего формированию многополюсного мира будет содействовать распространение ядерного оружия (освобождающего от необходимости в дорогостоящих и с трудом создаваемых армиях и флотах). Способность гарантированного ответного ядерного удара как бы упростила уравнение глобального могущества. Еще одно важное соображение: отход на второй план обычных вооружений понижает необходимость в блокировании государств. Великий упроститель – ядерное оружие – заново даст крупным государствам шанс возвращения к статусу мировых центров, основанным на балансе сил. Защитившись от угрозы своему существованию, великие державы обратятся к экономическому росту, технологическому обновлению, к расширению сферы влияния среди менее мощных соседей. «Азия, Европа и обе Америки возникнут как региональные экономические блоки во главе, соответственно, с Японией, Германией и Соединенными Штатами. Остальной мир во все возрастающей степени будет зависеть от этих трех ключевых регионов в плане технологического развития». Относительно России у футурологов есть Уткин А.И. Американская стратегия для XXI века // США и Канада: экономика, политика, культура. – 1999. – №7. – С. 7. 2 Уткин А.И. Геоструктура XXI века // Независимая газета. – 2000. – 01 сентября.

немалые сомнения, ее еще остающиеся военные возможности не подкреплены стабильной экономической системой. К. Уолтс предвидит замещение российского влияния в Восточной Европе германским. Россия, считает он, сблизится с Германией и Японией, а США покинут Европу (поскольку НАТО потеряла смысл своего существования). По оценкам ряда теоретиков столкновение геополитических интересов будет реализовываться как столкновение цивилизаций. С. Хантингтон считает, что «…основным источником конфликтов будет уже не идеология и не экономика. Важнейшие границы, разделяющие человечество, и преобладающие источники конфликтов будут определяться культурой. Нация– государство останется главным действующим лицом в международных делах, но наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям. Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. Линии разлома между цивилизациями – это и есть линии будущих фронтов»1. По мнению Хантингтона, «…облик мира будет в значительной мере формироваться в ходе взаимодействия семи-восьми крупных цивилизаций. К ним относятся западная, конфуцианская, японская, исламская, индуистская, православно-славянская, латиноамериканская и, возможно, африканская цивилизации. Самые значительные конфликты будущего развернутся вдоль линий разлома между цивилизациями. Почему? Во-первых, различия между цивилизациями не просто реальны - они наиболее существенны. Цивилизации несхожи по своей истории, языку, культуре, традициям и, что самое важное, религии. Во-вторых, мир становится более тесным. Взаимодействие между народами разных цивилизаций усиливается. Это ведет к росту цивилизационного самосознания, к углублению понимания различий между цивилизациями и общности в рамках цивилизации.

Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Полис. – 1994. – №1. – С. 35.

В-третьих, процессы экономической модернизации и социальных изменений во всем мире размывают традиционную идентификацию людей с местом жительства, одновременно ослабевает и роль нации–государства как источника идентификации. Образовавшиеся в результате лакуны по большей части заполняются религией, нередко в форме фундаменталистских движений. Возрождение религии, или, говоря словами Ж. Кепеля, «реванш Бога», создает основу для идентификации и сопричастности с общностью, выходящей за рамки национальных границ – для объединения цивилизаций. В-четвертых, рост цивилизационного самосознания диктуется раздвоением роли Запада. С одной стороны, Запад находится на вершине своего могущества, а с другой, и возможно как раз поэтому, среди незападных цивилизаций происходит возврат к собственным корням. В-пятых, культурные особенности и различия менее подвержены изменениям, чем экономические и политические, и вследствие этого их сложнее разрешить либо свести к компромиссу. И, наконец, усиливается экономический регионализм. По мнению диссертанта, Хантингтон предлагает атлантическую модель безопасности, дабы не допустить столкновения цивилизаций1. Однако эта концепция имеет целью не допустить соединения геополитических центров противостояния Западу в единый союз и носит ярко выраженный проатлантический характер. Как считает этот известный западный геополитик, геополитические интересы Запада требуют: 1) более тесно сотрудничать, обеспечить единство между США и Европой;

2) интегрировать в Западную цивилизацию те общества в Восточной Европе и Латинской Америке, чьи культуры близки к западной;

3) предотвратить перерастание локальных конфликтов между цивилизациями в глобальные войны;

Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Полис. – 1994. – №1. – С. 35.

4) ограничить военную экспансию конфуцианских и исламских государств;

5) приостановить свертывание западной военной мощи и обеспечить военное превосходство на Дальнем Востоке и в Юго-Западной Азии;

6) использовать трудности и конфликты во взаимоотношениях исламских и конфуцианских государств;

7) поддерживать группы, ориентирующиеся на западные ценности и интересы в других цивилизациях;

8) усилить международные институты, отражающие западные интересы и ценности и узаконивающие их, и обеспечить вовлечение незападных государств в эти институты1. Анализ геополитических устремлений основных мировых держав, проведенный диссертантом, показывает, что агрессивные притязания практически не присущи православному миру, но зато свойственны остальным нашим соседям: западному миру - в виде экспансии НАТО на Восток, расширения американских «зон жизненных интересов» и т. п.;

исламскому – в виде программ восстановления Османской империи, Персидской империи, образования единого панисламского государства;

конфуцианско-буддистскому – через возвращение «исконно китайских земель»;

японскому – в форме притязаний на Южные Курилы. Развитие современного политического процесса свидетельствует о генезисе региона как одного из ключевых компонентов политического и общественного устройства современного миропорядка. Вообще, в мире в целом прослеживается повышение значимости региона как элемента горизонтального структурирования общества. Происходящее по всему миру снижение роли национальных государств в организации экономических и социально-политических процессов определяет необходимость нового оформления социальной жизни. В Европе это идеология объединенной Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Полис. – 1994. – №1. – С. 37.

Европы как союза регионов, а не союза государств. В США это идеология глобализации и "большой деревни", в которой заметную роль играют не только национальные Это (в смысле государственные), наличие общего а региональные действия особенности1. подтверждает поля геополитических и региональных закономерностей. Идея о соотношении геополитики и регионализма достаточно широко рассматриваются в современной российской политологии. Так, К.Э. Аксенов считает, что: "Комплекс экономических, социально-классовых, этноконфессиональных, социально-психологических, коммуникативных и других условий..., а также его "внешнее" положение (соседство, протяженность, изолированность) неизбежно формируют специфический местный политический интерес. При функционировании любого общества интересы "местной" социальной среды являются самостоятельным значимым фактором политического давления"2. Местный политический интерес иногда становится дополнительным геополитическим первичных фактором. и Но он часто Все спровоцирован это позволяет развитием в среде условий: экономических, других. социальных, демографических, природно-климатических геополитических факторов развития регионов выделить как вышеуказанные первичные значимые факторы развития регионов, так и вторичные. При всей изменчивости Прослеживается геополитических важная характеристик всегда остаются величина территориальные причины, что предопределяет "географию" региона. геополитическая закономерность территории влияет на темпы развития. Изменить описанные геополитические реальности очень часто человек не в силах. По зрения.

вопросу Владимир целесообразности Каганский расширения что регионализации и сохранения полномочий центральной власти существуют различные точки отмечает, регионализация будет Шаповалов В.А. Регион и регионоведеческие исследования. Социальный конфликт: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. Вып. 16. Региональная конфликтология;

Ставрополь. – Москва – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2000. - С. 3-11. 2 Аксенов К.Э. Пространство и политика. Концептуальные подходы к изучению особой предметной области (преприкт научного доклада). СПб.: Петрополис, 1993. – С.18.

продолжаться, охватывая как новые уровни иерархии, так и территории, где пока слабо проявляется. Картина, создаваемая ею, станет усложняться за счет многовариантной не только интерференции хотя процессов в ней разных являются уровней и взаимодействия многих разных регионов и квазирегионов. Это перспектива России, события резонатором геополитической перестройки всей Северной Евразии (от Югославии до Китая) и общемировых процессов1. Все это требует научно обоснованной, взвешенной региональной политики. Исследование показывает, что цели и задачи региональной политики (равно как и ее формы и методы) различных государств могут не совпадать и варьируются в весьма широких пределах. Вместе с тем, существуют общие, генерализованные цели, присущие региональной политике практически всех без исключения стран, ее реализующих. Это, прежде всего:

- создание и упрочнение единого экономического пространства, и обеспечение экономических, социальных, правовых и организационных основ государственности (федерализма в полиэтничных, федеративных государствах);

- относительное выравнивание условий социально-экономического развития регионов;

приоритетное максимальное развитие регионов, имеющих в особо т.ч. важное стратегическое значение для государства;

использование природных, ресурсных, особенностей регионов;

- предотвращение загрязнения окружающей среды, экологизация регионального природопользования, комплексная экологическая защита регионов и др. Коганский В. "Советское пространство: концепция, деструкция, трансформация //общественные науки и современность - 1995 - N3 - С.31-38. 15. Россия: Центр и регионы. Вып. 9 под общ. ред Иванова В.Н. – М.: РИЦ ИСПИ РАН., 2002. - С. 3-26 2 Коганский В. "Советское пространство: концепция, деструкция, трансформация //общественные науки и современность - 1995 - N3 – С.31-38.

Основные направления региональной политики западноевропейских государств преимущественно связываются с судьбой так называемых проблемных регионов, депрессивных старопромышленных, слаборазвитых (аграрно-индустриальных и с экстремальными природными условиями), чрезмерной концентрацией населения и хозяйства и кризисных территорий в пределах крупнейших агломераций и т.п. Определение соотношения целей региональной политики во многом политически обусловлено. В западной литературе подробно описана проблема выбора «экономическая эффективность или социальная справедливость». Решение этой проблемы определяет скорее политическая идеология, господствующая в тот или иной период времени, чем научные исследования. Опираясь на исследования, проведенные проф. Д. Юиллом, можно выделить целый ряд основных политических принципов, которые должны быть положены в основу региональной политики в современном политическом процессе. Во-первых, важно, чтобы политика имела надежную законодательную основу. Если не принять такой подход, целесообразность предпринимаемых действий почти неизбежно будет ставиться под сомнение и даже дискредитироваться, а сама региональная политика потеряет широкую поддержку, которая является необходимой предпосылкой ее успеха. Более того, общепризнано, что основные законодательные нормы должны дополняться более подробными рабочими директивами. Таким образом, создаются рамки для принятия и обоснования политических решений. Во-вторых, проведение региональной политики должно быть долгосрочным. Хотя политика часто рассматривается как способ решения неотложных проблем, ее основной целью является решение долгосрочных структурных задач. Одним из основополагающих принципов региональной 15. Россия: Центр и регионы. Вып. 9 под общ. ред Иванова В.Н. – М.: РИЦ ИСПИ РАН., 2002. - С. 3- политики является то, что целесообразнее оказывать помощь регионам, претерпевающим структурные изменения, чем субсидировать пострадавшие отрасли экономики или производства. Аналогичным образом политический акцент делается на поддержку инвестиций, а не на продолжительное субсидирование. Третьим принципом является рыночная ориентация региональной политики. Цель - помощь в создании таких условий, при которых рыночные отношения могли бы наиболее эффективно развиваться. Вследствие этого инициативы региональной политики направлены на усовершенствование структуры рыночных отношений и не входят в противоречие с ними. Целью является не просто создание рабочих мест, а создание надежных и привлекательных возможностей получения работы. Это направление политики, например, поддерживается Директоратом по политике рыночных отношений в странах решение наиболее ЕС (ЕС Competition Policy Directorate – DGIV). проблем, стремится сделать так, чтобы Директорат отметил существующие субсидии и, направляя усилия на острых деятельность в рамках региональной политики не входила в противоречие с рыночными отношениями. С другой стороны, существует небольшой ряд исключений из правила рыночной ориентации. Они относятся в первую очередь к таким случаям, где проведение региональной политики имеет внеэкономическую мотивацию. Четвертым обоснованного В аспектом критерия для региональной выбора политики что является также ее пространственная направленность. Это, в свою очередь, требует четкого и района, является отводится политическим аспектом1. современных место. условиях региональной проблеме к значительное Прослеживается тенденция превращению Коганский В. "Советское пространство: концепция, деструкция, трансформация //общественные науки и современность - 1995 - N3 - С.31-38. 15. Россия: Центр и регионы. Вып. 9 под общ. ред Иванова В.Н. – М.: РИЦ ИСПИ РАН., 2002. - С. 3- регионализма в фактор глобальных процессов. С уверенностью можно сказать, что и в дальнейшем будут происходить геополитические изменения, в мире будут меняться границы и рубежи, союзники и конфигурации союзов. Особую актуальность приобретают способность и готовность оперативно реагировать на внешние вызовы. На основании вышеизложенного можно сделать следующие выводы: 1) процессе анализ позволяет отечественной выделить и зарубежной научных (в традиций основу исследования геополитических интересов в современном политическом несколько направлений классификации положен принцип проблемного исследования геополитических интересов в современном политическом процессе): а) в современной литературе понятие геополитических интересов трактуется широко и многопланово. Оно используется для обозначения политических позиций государств, оценки их места в системе международных отношений. Важный аспект рассмотрения геополитических интересов видится в исследовании комплекса экономических, политических, военностратегических, ресурсных и других вопросов, играющих важную роль в сохранении или изменении общемирового и регионального баланса сил, международной, национальной и региональной безопасности;

б) впервые Ф. Ратцель, Р. Челлен, А. Мэхен, Х. Макиндер, К. Хаусхофер – наиболее видные геополитики-классики, предложили рассматривать интересы государства как осознанную его потребность в самосохранении, выживании, развитии и обеспечении безопасности;

в) рассматривая содержание геополитических интересов, можно сказать, что наиболее важными в политическом процессе являются национально-государственные интересы. Современная действительность и особенности мирового развития конца XX – начала XXI вв. настоятельно требуют уточнения и обновления понятия национальногосударственного интереса;

г) с точки зрения автора, одно из главных и характерных проявлений геополитических интересов в политическом процессе именно для геополитики - это экспансия, поэтому правомерным является использование термина «геополитические интересы» для обозначения группы интересов, связанных с целями доминирования, гегемонии, экспансии, а также защиты от них и укрепления безопасности;

2) глобализация - это процесс, в ходе которого большая часть социальной активности фактор в приобретает теряет и мировой характер, или в котором географический незначительным свою важность поддержании становится установлении трансграничных экономических, политических или социокультурных отношений;

3) ведущими глобализационными детерминантами современного политического процесса можно считать геополитическую экспансию наиболее развитых стран мира. Социально-политическая конфронтация в мире сегодня проявляется преимущественно в области геополитического противостояния различных центров силы, таких как США, Китай, Япония и возникающих новых центров силы: Евросоюза и стран АзиатскоТихоокеанского региона;

4) развитие современного политического процесса свидетельствует о генезисе региона как одного из ключевых компонентов политического и общественного устройства современного миропорядка. Вообще, в мире в целом прослеживается повышение значимости региона как элемента горизонтального определен структурирования общества. Местный политический социальных, интерес становится дополнительным геополитическим фактором, если он развитием экономических, политических, демографических, природно-климатических и других условий.

Глава 2. Современный политический процесс и структура геополитических интересов 2.1. Геополитический интерес как детерминанта современного политического процесса: международный аспект Одним из главных и наиболее характерных проявлений геополитических интересов в современном геополитическом процессе является экспансия. Большинство работ по геополитике вращается вокруг экспансии того или иного вида, хотя само явление - и особенно его нынешнее содержание и формы недостаточно является группы подвергалось понимание связанных серьезному с целями рассмотрению. интересов как доминирования, Правомерным выражения геополитических интересов, гегемонии, экспансии, а также защиты от них и укрепления безопасности. До крушения мировой системы социализма и развала Советского Союза биполярная геополитическая и идеологическая структура мира была не только полувековым фактором стабильности, но и являлась оптимальной моделью расстановки геополитических сил вообще и обеспечения международной безопасности. Изменение геополитической картины мира после распада СССР и краха мировой системы социализма потребовало пересмотра геополитических концепций. На мировой арене осталась только одна сверхдержава, один основной центр силы со своими геополитическими интересами, - это США. Можно выделить несколько основных направлений в теоретической геополитике США, раскрывающих суть геополитических интересов американского государства в новых условиях: неоатлантизм, мондиализм, концепции полицентризма, консервативная геополитика. Основные представители неоатлантизма в современной американской геополитике, среди которых особо выделяется С. Хантингтон, предрекают в перспективе образование новых евразийских блоков, направленных против Запада.

Они также не исключают возможности появления новых геополитических зон противостояния западной цивилизации за пределами Евразии, что существенно повлияет на обеспечение международной безопасности как основы геополитических интересов в современном мире. Основные положения своей концепции С. Хантингтон изложил в статье «Столкновение цивилизаций»1. Западная Он утверждает, модель что видимая является геополитическая победа атлантизма (распад СССР) не затрагивает глубинных цивилизационных процессов. развития безальтернативной лишь временно. Кроме геополитических интересов западной цивилизации можно предвидеть потенциальную геополитическую фиксацию интересов еще семи цивилизаций: славяно-православной, индуистской, конфуцианской (китайской), японской, исламской, латиноамериканской, африканской. По мнению Хантингтона, вектор их развития будет ориентирован в другом от Запада направлении. Поэтому Запад вновь окажется в положении противостояния. Источники конфликтов станут определяться культурой. Наиболее значимые глобальные конфликты будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям. Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. В центр внимания выдвигается проблема взаимодействия между западной и незападными цивилизациями. Поэтому атлантисты должны всемерно укреплять стратегические позиции западной цивилизации, готовиться к противостоянию, сдерживать антиатлантистские тенденции. Хантингтон дает практические рекомендации Западу по обеспечению геополитических интересов: развивать тесное сотрудничество в рамках собственной цивилизации;

интегрировать в западную цивилизацию близкие в культурном отношении общества Восточной Европы и Латинской Америки;

обеспечить более тесные взаимоотношения с Японией и Россией;

предотвращать перерастание локальных конфликтов между цивилизациями в Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? //Полис. - 1994. - № 1.

глобальные войны;

ограничивать военную экспансию конфуцианских и исламских государств;

поддерживать группы, ориентирующиеся на западные системы ценностей в других цивилизациях. В качестве наиболее вероятных противников Запада Хантингтон указывает Китай и ряд исламских государств – Иран, Ирак, Ливию и др.1 Своей концепцией «столкновения цивилизаций» Хантингтон по существу предложил новую парадигму для теоретического исследования и прогнозирования мирового порядка с учетом новых геополитических интересов. Мондиализм (или доктрина «нового мирового порядка») – это особое направление в геополитике, выражающее геополитические интересы Запада, отстаивающее идею установления единого «мирового правительства» под стратегическим доминированием западной цивилизации. Мондиалистские идеи имеют глубокие корни в европейской общественно-политической мысли. Популярны эти идеи были и в среде умеренных европейских социалистов. С конца ХIХ века создаются мондиалистские организации. В значительной степени на их основе были созданы такие международные организации, как Лига Наций, ООН, ЮНЕСКО. В ХХ веке центр мондиализма перемещается в США. В 1921 году там была открыта первая из трех основных мондиалистских организаций – Совет по международным отношениям, объединявшая крупных американских политиков и бизнесменов. В 1954 году был образован Бильдербергский клуб, который объединял американских и европейских аналитиков, политиков и финансистов. В 1973 году активистами Бильдербергского клуба была образована третья мондиалистская структура – Трехсторонняя комиссия (Trilateral). Штаб-квартиры расположены в США, Европе, Японии. Цель этой организации заключается в объединении трех важнейших геополитических пространств, занимающих лидирующее положение в экономике и научно Huntington C.C., Carlson, Fred A. The Geographic Basis of Society. - N.Y. 1993.- Р. 121.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.