WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

HTU- Обмен CD и DVD дисками в Киеве В. И. АНДРЕЕВ “Деловая риторика” Москва—1995 Библиотечка журнала «Народное образование», № 5 В. И. АНДРЕЕВ Деловая риторика Практический курс делового общения

и ораторского мастерства Москва «Народное образование» 1995 Андреев В. И.

Деловая риторика. (Практический курс делового общения и ораторского мастерства). — М.: Народное образование, 1995. — 208 с. — (Библиотечка журнала «Народное образо вание» № 5, 1995 г.) Книга представляет собой попытку впервые создать целостный курс «Деловой ри торики», который был бы ориентирован на творческое саморазвитие личности.

Она насыщена тренинговыми упражнениями, творческими заданиями, тестами, деловыми играми.

Может быть полезна преподавателям, студентам, старшеклассникам, бизне сменам, всем, кто желает овладеть правилами делового общения и ораторского мастер ства.

2 Введение Возрождение России, ее ориентация на общечеловеческие ценности и соб ственные культурные традиции требует принципиально новых подходов к разра ботке культурологических курсов как в средней, так и в высшей школе. Среди предметов этого цикла повышенный интерес проявляется к курсу риторики (осно вам ораторского мастерства и делового общения). Положительная мотивация у учащейся молодежи и у педагогов к изучению риторики объясняется:

либерализацией и демократизацией общественной жизни, расширением прав и свобод, в том числе и свободы слова, публичного выступления;

осознанием роли и значения эффективности публичного выступления, де лового общения, полемического мастерства в самых различных видах человече ской деятельности (политической, деловой, научной, преподавательской);

всевозрастающим интересом человека к себе, своим возможностям в плане самоусовершенствования;

усилением роли и значения гуманитарного, культурологического знания в повышении эффективности и качества как среднего, так и высшего образования.

Перечень факторов возрастающего интереса к изучению современной ри торики (которую мы в дальнейшем будем называть «деловой риторикой») можно было бы продолжить. Однако осмысление даже перечисленных выше факторов позволяет констатировать одно явное противоречие. С одной стороны, имеются явные потребности у учащейся молодежи в овладении правилами делового об щения и ораторского мастерства, а с другой стороны, в списке книг по риторике мы не найдем книги, в которой было бы системно и целостно был бы изложен со временный курс «Деловой риторики», охватывающий все основные жанры дело вого общения, полемического и ораторского мастерства и который одновременно был бы насыщен тренинговыми упражнениями, деловыми играми, творческими заданиями и текстами. Поэтому автор, отдавая пальму первенства по разработке многих проблем и направлений речевой культуры делового общения другим, свою задачу видел в том, чтобы создать первый вариант целостного курса «Деловая риторика», который с точки зрения концепции обучения был бы ориентирован на творческое саморазвитие личности.

Насколько поставленная автором задача выполнена и выполнена ли она удачно, судить нашему взыскательному читателю, всем тем, кто будет на практи ке осваивать материал этой книги, будет стремиться усовершенствовать свои на выки в сфере речевой культуры делового общения и творческого саморазвития личности.

1. КОНЦЕПЦИЯ ТВОРЧЕСКОГО САМОРАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ В ОБУЧЕНИИ ДЕЛОВОЙ РИТОРИКЕ 1.1. ПРЕДМЕТ И ЗАДАЧИ КУРСА ДЕЛОВОЙ РИТОРИКИ Слово «риторика» каждый из нас воспринимает по-разному. У одних оно ассоциируется с желанием овладеть ораторским мастерством, у других «ритори ка», «оратор», «ораторское мастерство», «красноречие» — это слова одного си нонимического ряда, у третьих слово «риторика» выступает как синоним красно байства, пустословия, что характеризует способности с помощью речевых средств увести от истины, заговорить, закамуфлировать свои истинные намере ния и цели. (Действительно, если говорящий блестящий оратор, то он своими ри торическими способностями может воспользоваться и во благо и во вред.) Обратимся к научному толкованию понятия «риторика». Даже в отечествен ной литературе встречается довольно значительный разброс мнений в определе нии того, что такое риторика. Наиболее характерным является взгляд на риторику как на науку об убеждении, о формах и методах речевого воздействия на аудито рию. «Определим риторику, — писал Аристотель, — как способность находить P возможные способы убеждения относительно данного предмета»P. Вместе с тем в той же книге Аристотеля «Риторика» читаем: «Риторика — искусство, соответст вующее диалектике, так как обе они касаются таких предметов, знакомство с ко торыми может некоторым образом считаться общим достоянием всех и каждого и P которые не относятся к области какой-либо отдельной науки»P.

В одном из классических определении предмета риторики в учебнике по теории словесности (он включал в себя как часть и курс риторики, который велся в российских гимназиях в конце прошлою века), дается следующее определение:

«Предмет риторики есть речь. Речь есть устное или письменное, прозаическое или стихотворное выражение наших мыслей. Риторика показывает те условия и P правила, которые приличны всем родам устной и письменной речи»P.

Современная трактовка понятия «риторика», на наш взгляд, получила наи более верное отражение в работах В. И. Аннушкина, А. К. Авеличева и С. И. Гин дина. Так, В. И. Аннушкин пишет, что «риторика — это наука об убедительной и P оптимальной речи»P. А. К. Авеличев во вступительной статье в книге «Общая ри торика» дает такое определение: «Риторика — это наука о способах убеждения, разнообразных формах преимущественного языкового воздействия на аудиторию, оказываемого с учетом особенностей последней и в целях получения желаемого P эффекта»P.

Вместе с тем, как замечает С. И. Гиндин, «учитывая практику риторических исследований последних десятилетий, целесообразно, по-видимому, закрепить за термином «риторика» два смысла — узкий и широкий. С одной стороны, у нас по прежнему нет другого термина для названия комплексной науки, изучающей ора торское искусство. Оно — предмет «риторики» в узком понимании. С другой сто роны, объектом риторики могут быть любые разновидности речевой коммуника ции, но рассмотренные под углом зрения осуществления некоторого (для каждого жанра своего) заранее выбираем ого воздействия на получателя сообщения. Ина че говоря, риторика есть наука об условиях в формах эффективной коммуника P ции»P.

Действительно, в литературе по проблемам риторики существуют разные точки зрения на понятие «риторика» и понятие «красноречие», через которые очень часто определялась специфика риторики. (Заметим, что учебник по ритори ке, написанный М. В. Ломоносовым, назывался «Краткое руководство к красноре чию».) Согласно одной точке зрения, красноречивость — это природный дар. Так, О. А. Сычев в весьма прогрессивно написанной брошюре «Обучение риторике в эпоху компьютеров: введение в опыт США» отразил традиционно негативную точ ку зрения на возможности развития красноречия путем целенаправленного обуче ния: «Если обратиться к тому значению понятия «красноречие», — пишет он, — которое заложено в самой его словесной форме («красная речь»), то легко заме тить, что красноречивость — это природный дар, которым наделен в разной сте пени каждый человек. Такой дар можно определить как врожденную способность к P созданию более или менее «заразительной» для слушателя речи»P.

Не умаляя роли и значения природного дара говорить убежденно и красно речиво, можно констатировать, что, как и любая человеческая способность, «красноречивость» развивается и совершенствуется, о чем свидетельствует опыт обучения риторике во многих странах мира.

На многовековом историческом пути к разработке курсов риторики просле живаются и интегрируются два подхода. В рамках одного подхода риторика раз рабатывалась как наука. В этой связи в теории риторики отрабатывались нормы, принципы, приемы, правила ораторской речи. В рамках другого направления ри торика разрабатывалась как искусство, где ставки делалась на импровизацию, творчество, непрерывное саморазвитие ораторского мастерства, на искусство красноречия. Наряду с интеграцией в настоящее время достаточно четко просле живается и дифференциация научного знания в области риторики. Так, например, в книге «Общая риторика» встречаются такие понятия, как «традиционная ритори ка», «литературная риторика», «классическая риторика», «логика риторики», «эв P ристическая риторика»P.

В связи с дифференциацией, а также и интеграцией научного знания, с ре альными потребностями практики нам представляется правомерным выделить в относительно самостоятельную область науки и практики — деловую риторику. С учетом анализа самых различных трактовок понятая «риторика» применительно к «деловой риторике», мы считаем, что наиболее правильным будет следующее определение. Деловая риторика — это область человеческой культуры, вклю чающая в себя науку, искусство и живую человеческую практику об убедительной и эффективной речи в различных видах (жанрах) делового общения.

Деловая риторика включает в себя различные виды (жанры) делового об щения:

деловые беседы, ведение заседаний, публичные выступления, ведение дискуссий, споров, ведение переговоров, телефонные переговоры, деловую переписку, разрешение конфликтов.

Понятие «жанр» речевого общения мы заимствовали у М. М. Бахтина, кото рый, характеризуя это понятие, пишет: «Каждое отдельное высказывание, конеч но, индивидуально, но каждая сфера использования языка вырабатывает свои относительно устойчивые типы таких высказываний, которые мы и называем ре P чевыми жанрами»P.

Таким образом объектом исследования деловой риторики является речевая культура делового общения.

Предметом исследования деловой риторики как учебного предмета являет ся система закономерностей, принципов, правил, условий эффективного обучения с ориентацией на творческое саморазвитие личности с целью овладения речевой культурой делового общения.

Основные задачи деловой риторики как учебного предмета:

1. Изучение истории развития риторики (включая основы классической ри торики).

2. Обучение различным видам и жанрам делового общения с ориентацией на творческое саморазвитие личности учащегося (студента).

Нельзя не отметить, что деловая риторика не отделена «китайской стеной» от других наук и учебных предметов, особенно гуманитарного, культурологическо го цикла. Более того, в настоящее время достаточно отчетливо осознается, что риторика как область человеческой культуры вбирает в себя и синтезирует знания очень многих наук: философия (особенно ее раздел «диалектика»), этику, эстети ку, логику, лингвистику, психологию, педагогику, историю и др.

В 50-60-х годах в нашей стране был период, когда распространенным явля лось представление о риторике как о науке, которая должна ориентировать лишь на обучение приемам красноречия. В практике публичных выступлений тех лет было немало общих и громких фраз, которые имели порой красивую форму, но были малосодержательными, даже лживыми. А о преподавании курса «Деловая риторика»в средних и высших учебных заведениях в те годы приходилось лишь мечтать.

В настоящее время ситуация резко изменилась. И педагогами, и учащими ся, и студентами в лицеях, в колледжах, в вузах проявляется повышенный инте рес к изучению практически ориентированного курса «Деловая риторика». Дейст вительно, в условиях рыночной экономики роль и значение деловой риторики в жизнедеятельности начинающего бизнесмена трудно переоценить. Овладение ею и ее эффективное применение может сыграть немаловажное, а порой и решаю щее значение для роста престижа, конкурентоспособности и творческого по тенциала любого бизнесмена. Это знание можно сравнить лишь с профессио нальными знаниями и умениями. Риторические умения и способности порой ста новятся решающими в ситуациях спора, ведения переговоров, разрешения произ водственных конфликтов.

Не следует забывать, что начиная с Аристотеля синтезировано немало приемов и правил, порой изощренного речевого воздействия на аудиторию, кото рые делают классическую риторику базисной наукой многих современных направ лений в развитии красноречия, в том числе и деловой риторики.

Именно это обстоятельство побудило автора целую главу посвятить, исто рии развития риторики, которая представляет собой как бы эталон, классический образец ораторской речи и красноречия.

Возвращение риторики на авансцену в качестве современной учебной дис циплины в средних специальных заведениях, в высшей школе породило немало проблем. Во-первых, что изучать? Классическую риторику? Но ее основы изложе ны в учебниках риторики», которые изрядно устарели. К тому же классическая ри торика далека от повседневной практики, особенно делового общения, где рече вая коммуникация идет по своим специфическим принципам и правилам. Во вторых, как изучать? Изучать риторику (которая одновременно является и наукой, и искусством в обычном классическом варианте, где главная цель — «знать») не достаточно. Для современной деловой риторики главное — уметь и быть спо собным всякий раз творчески применить тот или иной риторический прием, метод с учетом реальной практической ситуации. Тем самым акцент перемещается с обучения на творческое саморазвитие личность в процессе овладения речевой культурой делового общения.

В рамках учебного курса «Деловая риторика» мы постепенно будем вводить и систематически использовать ряд понятий, содержание которых попытаемся, насколько это возможно, раскрыть и определить.

Одним из основных понятий курса «Деловая риторика» является понятие «оратор». По мнению лингвистов, в русском языке слово «оратор» начало упот ребляться с конца XVIII века. В «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля (1863-1866) «оратор — вития, речистый человек, краснослов, мастер говорить в людях, проповедник». В словаре современного литературного языка слово «оратор» характеризуется так:

1) лицо, профессионально снимающееся искусством красноречия;

2) лицо, произносящее речь;

3) глашатай чего-либо;

4) человек, обладающий даром речи.

Нетрудно заметить, что главными признаками, которые характерны для слова «оратор», являются искусство красноречия, дар красноречия, высокое мас терство речи, которые присущи лицу, произносящему речь.

В связи с этим в дальнейшем в понятие «оратор» мы будем вкладывать следующее содержание. Оратор — это личность, произносящая публично речь, владеющая искусством красноречия. В этом определении не раскрыва ется, является ли искусство красноречия рожденным даром или это достигается целенаправленным обучением и саморазвитием мастерства речи. Возможно, и то и другое. Нелишне заметить, что в любом случае оратор — это личность, так как настоящий оратор — это индивидуальность. Например, читая речи П. А. Столы пина, мы ощущаем личность большого масштаба, личность историческую. Оратор как личность с риторической точки зрения всегда характеризуется высоким уров нем мастерства красноречия. Вот почему часто используют эти понятия вместе:

ораторское мастерство.

1.2. ПРИНЦИПЫ И ПРАВИЛА ДЕЛОВОЙ РИТОРИКИ КАК УЧЕБНОГО ПРЕДМЕ ТА Для эффективного овладения практическим курсом «Деловая риторика» требуются новые подходы, новый стиль взаимоотношений учителя и ученика, ву зовского преподавателя и студента. А для этого, очевидно, нужны и новые прин ципы построения самого содержания курса «Деловая риторика», которые в даль нейшем стали бы принципами и правилами учебного предмета, процесса.

На каких же новых принципах и правилах мы строим предлагаемый читате лю практически ориентированный курс «Деловая риторика»?

Одним из ключевых был избран принцип творческого саморазвития лично сти в процессе овладения речевой культурой делового общения. С позиций этого принципа особый акцент делается на самообучении, на творческий подход учени ка (студента) к непрерывному саморазвитию своих способностей в различных ви дах и жанрах делового общения.

Принцип творческого саморазвития личности в овладении речевой культурой делового общения реализуется на основе следующих правил:

1. Проявляйте инициативу.

2. Все, что делаете, делайте творчески.

3. Развивайте свою индивидуальность, свой стиль делового общения.

4. Учитесь на лучших образцах.

5. Сочетайте (гармонизируйте) логическое и эвристическое, рациональное и эмоциональное.

6. Стремитесь к гармонии, простоте, красоте.

7. Осуществляйте саморазвитие через непрерывное самоусовершенство вание.

Поясним некоторые из сформулированных правил. Что значит проявлять инициативу? Это значит, что если вы что-то не поняли, если возник вопрос и са мостоятельно ответить на него не можете, то попытайтесь найти ответ у своих товарищей, учителей.

Развивать свою индивидуальность, свой стиль делового общения — это значит опираться на наиболее удачно применяемые способы, приемы делового общения, которые у вас срабатывают наилучшим образом. Например, среди ора торских приемов вам.лучше всего удается использовать приемы сопоставлений, обобщенных выводов, логических доказательств. Помните об этом и опирайтесь на эти приемы и способы.

Учиться на лучших образцах — это значит изучать особенности делового общения, ораторского и полемического мастерства тех, чьи способности, чей уро вень речевой культуры для вас представляет особый интерес. Например, вам по нравилось ораторское искусство какого-либо депутата, выступающего по телеви дению. Вы должны постараться понять, за счет каких ораторских приемов он дос тигает положительного эффекта в своих публичных выступлениях, спорах, дис куссиях.

Сочетать логическое и эвристическое в процессе делового общения — зна чит опираться не только на логику доказательств, но и на импровизацию, интуи цию, фантазию, т.е. на все то, что составляет эвристические основы вашего ин теллекта, ваших способностей.

Принцип самопознания — ориентация на рефлексивное мышление, осоз нанию своих сильных и слабых качеств, речевых, коммуникативных, ораторских способностей на базе применения тестов и других методик.

Принцип самопознания базируется на следующих правилах:

1. Опирайтесь на свои сильные качества, постоянно работая над устране нием недостатков.

2. В целях самопознания чаще используйте тесты, самоконтроль, самона блюдение, самоанализ.

3. Систематически анализируйте причины как успехов, так и просчетов.

Принцип приоритета практики, с позиций которого мы стремились вво дить в изучаемый спецкурс теории столько, сколько нужно, а практики столько, сколько возможно. При этом большое внимание уделяется тренинговым упражне ниям, ролевым и эвристическим играм, тестам, творческим заданиям.

Принцип приоритета практики реализуется через совокупность правил:

1. Не пренебрегайте теорией, но помните, что критерием истины является практика.

2. Доводите, насколько это возможно, все свои идеи, замыслы до практиче ской реализации.

Принцип сотворчества, суть его включается в том, что ученик и учитель, преподаватель и студент должны совместно и насколько это возможно творчески решать все возникающие передними задачи обучения.

Принцип сотворчества педагога и ученика (студента) реализуется на основе следующих правил:

1. Педагог должен постоянно работать над собой, заниматься саморазвити ем творческих способностей, речевой культуры.

2. Сотворчество требует доверительного, демократического, творческого стиля общения.

3. Педагог должен совместно с учащимися (студентами) искать резервы ка чества проведения занятий.

Принцип историзма, который хотя и не нов, но в рамках предлагаемого спецкурса особенностью его практической реализации будет показ читателю про шлого опыта, часто забытых идей и приемов классической риторики с позиции современного их осмысления и, главное, возможностей практического примене ния.

Принцип историзма реализуется через совокупность правил:

1. Изучайте историю, опыт прошлых поколений, чтобы не повторять их ошибок в будущем.

2. Не акцентируйте внимание только на негативных сторонах и ошибках прошлого, ищите рациональное.

3. Помните, что новое — это часто хорошо забытое старое.

В разработке предлагаемого курса были применены и другие принципы, но вышеперечисленные выполняют главную или, как принято сейчас говорить, сис темообразующую функцию.

В каждом из нас, заложен «ген» риторических способностей. Но мы обвиня ем школу и вуз, что этот «ген» так и не получил должного развития. Вместе с тем мы часто и не подозреваем, какие колоссальные, поистине неисчерпаемые воз можности в совершенствовании творческих способностей заложены в нас самих и как эффективно они могут проявиться при овладении ораторским мастерством, приемами и правилами делового общения.

2. ИЗ ИСТОРИИ РАЗВИТИЯ РИТОРИКИ 2.1. АНТИЧНЫЕ РИТОРИКИ Античные риторики были и остаются историческим фундаментом для со временной риторики. Они высказали, сформулировали так много общих принци пов, правил публичного выступления, ораторского мастерства, что до сего време ни их наследие остается базисным в разработке любого современного курса ри торики.

Уже Платон показал, что риторические приемы можно использовать в са мых различных целях: «...Очень часто талантливые ораторы вместо истины больше предпочитают правдоподобное слово... силою своего слова они застав ляют малое казаться большим, а большое малым... по любому поводу у них наго P тове то сжатые, то беспредельно большие речи»P.

Если мы хотим понять во всей своей смысловой содержательности принци пы и правила современной деловой риторики, то нам необходимо понять истоки науки и искусства убеждать, т.е. риторику античности.

Авторы античной теории и практики красноречия — Аристотель, Платон, Цицерон и другие, прежде всего известные как представители классической рито рики, заложили тот культурно-эстетический фундамент, который и ныне служит для нас источником простоты, гармонии и красоты. Приходится только поражать ся, насколько античные риторики глубоко и всесторонне вели поиски критериев истины и меры, симметрии и ритма, гармонии и красоты! Что вдохновляло и по буждало их? Лучше всего на этот вопрос ответил А. Ф. Лосев: «...о том, что пре краснее всего для искусства и эстетики античности, необходимо отметить только одно: прекраснее всего живое и одушевленное тело космоса, который организует ся универсальной безличной силой, но организуется ею в предельно обобщенном виде. Прекраснее всего космос видимого нами звездного неба и Земли, покоя щейся в центре, со всеми свойственными этому космосу правильными и вечными закономерностями, круговоротом вещества в природе, а вместе с тем и с таким P же круговоротом душ»P.

Родоначальники классической риторики Платон и Аристотель столь высоко ценили слово, что видели в науке и искусстве убеждать неиссякаемый источник мудрости и силы особенно для всестороннего развития юношества.

Все то, о чем пойдет речь в этом параграфе, написано 2300 лет назад, но и сегодня приходится только поражаться и восхищаться глубиной и многопланово стью проблем, которые ставились и решались античными риториками. Для того чтобы читатель все это почувствовал и осознал, приведем наиболее характерные моменты из «Риторики» Аристотеля.

Аристотель (384-322 гг. до н. э.) РиторикаP P Книга первая Риторика — искусство, соответствующее диалектике, так как обе они каса ются таких предметов, знакомство с которыми может некоторым образом считать ся общим достоянием всех и каждого и которые не относятся к области какой либо отдельной науки. Вследствие этого люди некоторым образом причастны обоим искусствам, так как всем в известной мере приходится как разбирать, так и поддерживать какое-нибудь мнение, как оправдываться, так и обвинять. В этих случаях одни поступают случайно, другие действуют согласно со своими способ ностями, развитыми привычкою. Так как возможны оба эти пути, то, очевидно, можно возвести их в систему, поскольку мы можем рассматривать, вследствие чего достигают цели как те люди, которые руководятся привычкой, так и те, кото рые действуют случайно, а что подобное исследование есть дело искусства, с этим, вероятно, согласится каждый. До сих пор те, которые строили системы ри торики, выполнили лишь незначительную часть своей задачи, так как в этой об ласти только доказательства обладают признаками, свойственными ораторскому искусству, а все остальное не что иное, как аксессуары.

Так как очевидно, что правильный метод касается методов убеждения, а способ убеждения есть некоторого рода доказательство, ибо мы тогда всего бо лее в чем-нибудь убеждаемся, когда нам представляется, что что-либо доказано, риторическое же доказательство есть энтимема, и это, вообще говоря, есть са мый важный из способов убеждения, и так как очевидно, что энтимема есть неко торого рода силлогизм и что рассмотрение всякого рода силлогизмов относится к области диалектики — или в полном ее объеме или какой-нибудь ее части, то яс но, что тот, кто обладает наибольшей способностью понимать, из чего и как со ставляется силлогизм, тот может быть и наиболее способным к энтимемам, если он к знанию силлогизмов присоединит знание того, чего касаются энтимемы, и того, чем они отличаются от чисто логических силлогизмов, потому что с помощью одной и той же способности мы познаем истину и подобие истины. Вместе с тем люди от природы в достаточной мере способны к нахождению истины и по боль шей части находят ее;

вследствие этого находчивым в деле отыскания правдопо добного должен быть тот, кто так же находчив в деле отыскания самой истины.

Риторика полезна, потому что истина и справедливость по своей природе сильнее своих противоположностей, а если решения постановляются не должным образом, то истина и справедливость необходимо побеждаются своими противо положностями, что достойно порицания. Кроме того, если мы имеем даже самые точные знания, все-таки нелегко убеждать некоторых людей, говоря на основании этих знаний, потому что оценить речь, основанную на знании, есть дело образо вания, а здесь перед толпою это невозможно. Здесь мы непременно должны вес ти доказательства и рассуждения общедоступным путем, как мы говорили это и в «Топике» относительно обращения к толпе. Кроме того, необходимо доказывать противоположное, так же как и в силлогизмах, не для того, чтобы действительно доказывать и то и другое, потому что не должно доказывать что-нибудь дурное, но для того, чтобы знать, как это делается, а также, чтобы уметь опровергнуть, если кто-либо пользуется доказательствами несогласно с истиной.

Из остальных искусств ни одно не занимается выводами из противополож ных посылок;

только диалектика и риторика делают это, так как обе они в одина ковой степени имеют дело с противоположностями. Эти противоположности по своей природе не одинаковы, но всегда истина и то, что лучше по своей природе, более поддаются умозаключениям и, так сказать, обладают большей силой убеж дения.

Сверх того, если позорно не быть в состоянии помочь себе своим телом, то не может не быть позорным бессилие помочь себе словом, так как пользование словом более свойственно человеческой природе, чем пользование телом. Если же кто-либо скажет, что человек, несправедливо пользующийся подобной способ ностью слова, может сделать много вреда, то это замечание можно до некоторой степени одинаково отнести ко всем благам, исключая добродетели, и преимуще ственно к тем, которые наиболее полезны, как, например, к силе, здоровью, бо гатству... человек, пользуясь этими благами как следует, может принести много пользы, несправедливо же пользуясь ими, может сделать очень много вреда.

Итак, очевидно, что риторика не касается какого-нибудь отдельного класса предметов, но, как и диалектика, имеет отношение ко всем областям, а также, что она полезна и что дело ее — не убеждать, но в каждом данном случае находить способы убеждения;

то же можно заметить и относительно всех остальных ис кусств, ибо дело врачебного искусства, например, заключается не в том, чтобы делать всякого человека здоровым, но в том, чтобы, насколько во «можно, при близиться к этой цели, потому что вполне возможно хорошо лечить и таких лю дей, которые уже не могут выздороветь.

Кроме того, очевидно, что к области одного и того же искусства относится изучение как действительно убедительного, так и кажущегося убедительным, по добно тому, как к области диалектики относится изучение как действительного, так и кажущегося силлогизма: человек делается софистом не в силу какой-нибудь особенной способности, а в силу намерения, с которым он пользуется своим да рованием. Впрочем, здесь (в риторике) имя ритора будет даваться сообразно как со знанием так и с намерением (которое побуждает человека говорить). Там же (в логике) софистом называется человек по своим намерениям, а диалектиком — не по своим намерениям, а по своим способностям.

Итак, определим риторику как способность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета. Это не составляет задачи какого-нибудь другого искусства, потому что каждая другая наука может поучать и убеждать только относительно того, что принадлежит к ее области, как, например, врачебное искусство — относительно того, что способствует здоровью или ведет к болезни, геометрия — относительно возможных между величинами измерений, арифметика — относительно чисел;

точно так же и остальные искусства и науки;

риторика же, по-видимому, способна находить способы убеждения относительно каждого данного предмета, потому-то мы и говорим, что она не касается какого нибудь частного, определенного класса предметов.

Из способов убеждения одни бывают «нетехнические», другие же «техниче ские». «Нетехническими» я называю те способы убеждения, которые не нами изо бретены, но существовали раньше помимо нас;

сюда относятся: свидетели, пока зания, данные под пыткой, письменные договоры и т.п.;

«техническими» же я на зываю те, которые могут быть созданы нами с помощью метода и наших собст венных средств, так что первыми из доказательств нужно только пользоваться, вторые же нужно предварительно найти.

Что касается способов убеждения, доставляемых речью, то их три вида:

одни из них находятся в зависимости от характера говорящего, другие — от того или другого настроения слушателя, третьи — от самой речи. Эти последние за ключаются в действительном или кажущемся доказывании.

Доказательство достигается с помощью нравственного характера говоря щего в том случае, когда речь произносится так, что внушает доверие к человеку, ее произносящему, потому что вообще мы более и скорее верим людям хорошим, в тех случаях, где нет ничего ясного и где есть место колебанию, — и подавно;

и это должно быть не следствием ранее сложившегося убеждения, что говорящий обладает известными нравственными качествами, но следствием самой речи, так как несправедливо думать, как это делают некоторые из людей, занимающихся этим предметом, что в искусстве заключается и честность оратора, как будто она представляет собой, так сказать, самые веские доказательства.

Доказательство находится в зависимости от самих слушателей, когда по следние приходят в возбуждение под влиянием речи, потому что мы вносим раз личные решения под влиянием удовольствия и неудовольствия, любви или нена висти. Этих-то способов убеждения, повторяем, исключительно касаются нынеш ние теоретики словесного искусства. Каждого из этих способов в отдельности мы коснемся тогда, когда будем говорить о страстях.

Наконец, самая речь убеждает нас в том случае, когда оратор выводит дей ствительную или кажущуюся истину из доводов, которые оказываются в налично сти для каждого данного вопроса.

2.2. О ПЕРВОЙ РУССКОЙ «РИТОРИКЕ» Изучение истории развития риторической мысли в России особенно на эта пе появления первой русской «Риторики» весьма поучительно и важно во многих отношениях. Во-первых, познать истоки развития русских традиций в области ри торики — это обогатить свою речевую культуру, речевую эрудицию пониманием исконно русских речевых правил, которые являются нашим национальным дос тоянием. Во-вторых, знание прошлого — это всегда знание, которое позволяет осмыслить не только традиции, но и понять основные стратегии развития ритори ки, которые могут быть ей характерны в будущем.

Риторика как одна из словесных наук развивалась крайне неравномерно.

Особенно интенсивно она формировалась на переломных этапах нашей истории.

Специально предпринятое социально-филологическое исследование В. И. Ан нушкина показало, что, например, эпоха петровских преобразований вызывает к жизни серию блестящих руководств по ораторскому искусству — перечислим наи более популярные: «О силе риторичестей» Софрона Лихуда, основателя и препо давателя Славяно-греко-латинской академии, «Риторика» Михаила Усачева (ко нец XVII в.), «Наука проповедей» и «Книга сия философская» (краткая риторика) Андрея Белобоцкого (начало XVIII в.), «Риторическая рука» Стефана Яворского (1705 г.), переведенная с латинского языка Федором Поликарповым, «Книга все P красного златословия» грека Козьмы Афоноиверского (1710 г.) и многие другиеP.

Характерно, что книги по риторике, как правило, неоднократно переписыва лись, при этом каждый учитель разрабатывал свою программу, свой курс, который вновь переписывался. Поэтому в библиотеках Москвы, Петербурга, других горо дов в отделе редких книг можно найти не один вариант рукописных учебников од ного и того же автора. Однако характерно, что практически все рукописные книги по риторике наряду с проблемами «слова», проповеди, имели наставления «о добродетели», «о похвале философии», о том, что «изучение философии надо соединять с обучением красноречию».

Исследователи отмечают, что до 1747 года, т.е. до издания М. В. Ломоно совым учебника «Краткое руководство по красноречию», фундаментального науч ного труда по курсу риторики не было. Вместе с тем было бы неправильно считать вышеназванный учебник М. В. Ломоносова первой русской риторикой. Действи тельно, если мы обратимся к исследованиям по истории риторической мысли на Руси, то увидим, что начиная с XI века в рукописях активно используются такие слова, «ритория», «ритор», «витийство» (вития — оратор).

Перенос достижений античной риторики в средневековые риторические правила в Древней Руси имеет вполне обоснованные исторические корни. Греко латино-византийская культура, знания в области философии, диалектики и рито рики и других наук особенно активно перерабатывались христианскими оратора ми, «отцами церкви», которые особенно знали им цену.

Подтверждением тому является использование в «притчах» Василия Вели кого — христианского оратора IV в. н. э. — такого понятия, как «изобретение», ко торое используется применительно к ораторской речи для характеристики замыс ла и содержания речи.

«Риторика» в Древней Руси «возвышалась» как одна из главных наук, так как она «украшала словами и возвеличивала царей... и славя их, похвалами вен P чала»P.

В древнерусском сборнике пословиц, афоризмов XIV-XV веков под назва нием «Пчела» содержится много поучительных изречений, которые с полным ос нованием можно отнести к правилам мудрости и практической риторики того пе риода:

«Апостол рече: будь всяк человек скор на послушание, а ленив на глагола ние»;

«Негласное дело лучше, нежели слово несовершенное»;

«Удобное камень всуе пустити, нежели слово праздно»;

«Учитель нравом да покорит ученика, а не словом»;

«Уши свои не ко всем преклоняй словам, ибо злое слово злому делу на ставник есть»;

«Слово как благим житьем одевает душу образом... Ласточки тишину про поведуют весеннюю, а мудрые слова — беспечалие»;

«Именно слово человека то его знаменье, то же его град, то же его сала, то P же оружие, то же и стена»P.

Вот некоторые советы Василия Великого для обретения «смиреномудрия»:

«Да не будет у тебя софических прекрас в слове... речей горделивых и решитель ных, но во всем отсекай величавость. Будь добр с другом, кроток со слугою, не памято злобив на дерзких, человеколюбив к смиренным, утешай злосчастных, по сещай болезнующих, совершенно никого не презирай, приветствуй с приятностью, отвечай со светлым лицом, ко всем будь благосклонен, доступен, не пускайся в похвалы самому себе, не вынуждай и других говорить о тебе, прикрывай, сколько можно, свои преимущества, а в грехах сам себя обвиняй и не жди обличения от других. Не будь тяжел в выговорах, обличай не скоро и не со страстным движени ем, ибо это — признак высокомерия;

не осуждай за маловажное, как будто сам ты P строгий праведник»P.

Какой мудростью и нравственной силой веет от этих слов, которые и спустя много веков звучат как проповедь человеколюбия, как заповедь самовоспитания, саморазвития!

Одним из классических древнерусских сочинений, вобравших в себя рито рические знания, является «Сказание о семи свободных мудростях», в которые входили такие науки, как грамматика, риторика, диалектика, арифметика, геомет рия, астрономия, музыка. Ценность «Сказания» заключалась в том, что среди наук отдельная глава была посвящена риторике, а сам материал этого раздела в году вошел в первую русскую «Риторику». Первая русская «Риторика» призывая к изучению своей мудрости, гласила: «Видят меня многие, да не внимают обо мне.

Я же, как благой и мудрый друг, всех добротою люблю и всех в лепоту желания своего призываю. Но вы меня, честной науки, удаляетесь и навыкнути мне не же P лаете»P. Риторика упрекает нерадивых за то, что из-за незнания ее «учения» те создают речи не «по естеству, как лепо бывает» (лепота = красота), а риторика рассматривалась как учение об украшении всех видов речи: «Везде и всегда, ко P гда пишете или говорите, то все это мною совершаете и украшаете»P. Когда же пренебрегают знанием риторической мудрости, то это приводит к весьма плачев ным результатам: «Когда что в письменах или стихах, или в посланиях, или в ка ких-то беседах или разговорах без моего риторического пристроения создается, тогда и сами не можете уразуметь сказанного, поскольку презираете меня, свою мудрость — риторику, могущую вас слаще еще умаслить и краше червленицы ук расить и лучше злачных цветов и благовонных ароматов удивить ваш разум моим P учением»P.

Первая русская «Риторика», характеризуя себя необыкновенными, витиева тыми эпитетами, знакомит читателя с основами этико-практической мудрости:

«ибо я есть честна и велика, свободная мудрость» риторика нарицаюсь, то есть источник хитроречия (хитрость = искусство, умение, знание). А потому примите меня с любовными возжеланиями. Я же дамся вам с быстрым светлоречием, ибо я — мудрость сладкогласой речи, я — сладость дивного и стройною сказания, я — доброта неоскудеющего богатства, я — сокровище некраденного стяжательства, я — велеричие, не отягощающее слух, я — от людей вражду темную отгоню и вме сто нее светлую любовь в них вселю. Я лень отгоняю и брань попираю, благосты ню же ввожу и совет составляю, я лукавые слова посекаю и ложь обличаю, лесть P отсекаю, а целомудрие утверждаю. Я — светлая слава и умная сила»P.

Итак, русская риторика уже на этапе ее зарождения понималась как синте тическая наука и искусство речевой деятельности. Человек, в совершенстве вла деющей ею, становился источником мудрости и добрых дел, обладателем неос кудевающего богатства. Нетрудно наметить, что риторика Древней Руси как науч ное знание и практическое умение включала в себя и устную речь, и фольклор, и различные формы ораторских речей, и письмо, и различные виды литературного творчества, и многое другое. О чем можно судить и по следующей записи автора риторики XVII века: «Взыскавший меня не утрудится, а обретенный вскоре без печали будет. Ибо я младых обучаю и старых умудряю... Поскольку во все мысли порядок слова изливаю, что знали и умели во всех практических и духовных делах и на судах — по обычаям и законам государства, где кто родился, ясно рассказать и ко всякой речи светлости словесной прибавить, исполнить речь сладостью и P удивить всех слушателей расторопностью суждений...»P.

Мы полагаем, что знакомство читателя с приведенными размышлениями автора древнерусской риторики позволяет лишний раз проникнуться уважением и восхищением той мудростью и изяществом слога, которые говорят о высоком уровне речевой культуры того периода.

И тем не менее читатель вправе задать вопрос: «В каком же году появилась русская «Риторика»?» Специально предпринятое с этой целью историко филологическое исследование В. И. Аннушкина показало следующее: «К году относятся наиболее ранние списки первой русской «Риторики». Правда, это не значит, что «Риторика» была создана в этом году, но можно предположить, после Смутного времени, во втором десятилетии XVII века, когда появилась по требность в создании всего известного корпуса наук («художеств», «мудростей»), P на Руси появилась и эта «Риторика»P.

То, что по этой «Риторике» обучали на Руси более 70 лет и она была чрез вычайно популярным сочинением, доказывает как большое количество списков (36) известных в настоящее время, так и отсутствие других русских учебников ри торики вплоть до 90-х годов XVII века.

Записи писцов на страницах рукописей приводят к выводу о том, что «Рито рику» знали и изучали в Москве, Новгороде, Ярославле, Ниловой пустыне, Соло вецком монастыре и ряде других монастырей к северу от Москвы. В самом ран нем списке начальной редакции марта 1620 года на форзаце рукописного сборни ка записано имя владельца — дьякона московского Алексиевского девичьего мо настыря Артемия Спиридонова, который владел рукописью в 40-е годы. А в году «вдова Артемьевская, что на Тверской живет, продала рукопись черному по пу Ионе Дорофеевскому, который не преминул заклеить имя прежнею владельца, P исчезнувшего от исследователей более чем на 300 лет»P.

Древнерусский текст «Риторики» включает в себя две части — две книги риторики, написанные кратко в вопросах и ответах ради скорого и удобного нау чения. Книга первая «Об изобретении дел» содержит следующие разделы-главы:

I. Риторика, ритор, «воследования ритора».

II. Четыре рода речей.

III. Постановления дел:

1) начальные постановления (учение о силлогизме);

2) постановления судебного рода (части судебного процесса).

IV. Шесть частей (композиции) речи.

V. Общие места («места доказательств и опровержений»).

VI. Возбуждение страстей.

Кратко остановимся на содержании перечисленных разделов.

В разделе «Риторика», как и в любом учебнике, раскрывается сущность са мой науки: «Что есть риторика и что содержит учение ея? — Риторика есть яже (та, что) научает пути правою и жития полезного добрословия... сию науку назы вают сладкогласие и краснословие, поскольку она учит красиво и удобно говорить P и писать»P.

Следует наметить, что слова типа «краснословие», «благословие», «добро словие», «хитрословие» используются не только как слова-синонимы, но и рас крывают различные виды речевой деятельности, ее нравственные основы.

Риторика XVII века учила самым разным видам и жанрам речей, а ее глав ная задача была научить человека «рассуждать», строить композиционно пра вильно беседу, выражать «великие дела краткими словами», чтобы в речи при P сутствовали «светлость и снято словесное»P.

Первая книга, раскрывая «воследования ритора», формировала те пять традиционных требовании или частей, зная которые, оратор правильно строил свою речь: изобретение, расположение, выражение, память, произношение.

«Изобретение» применительно к речи характеризовалось как «способность по P мыслы рождать», излагать «все существо дела ясно и правдоподобно»P.

В процессе работы над текстом выступления ритор должен правильно рас положить изобретенное им содержание. «В расположении необходимо помнить о порядке, делении, числе, наименовании (частей разделенной вещи). Следующая задача ритора — соединение слов и выражений. Соединение слов есть приложе ние и подбор подходящих слов, выражений и притч (примеров) к изобретенному P содержанию речи»P. После этого ритор должен хорошо запомнить разработанное им содержание речи. Все это действие вписывается в четвертый этап — «восле дование ритора», т.е. напоминание: «Память есть совершенное и крепкое в разум P взятие содержания дела и слов»P.

Пятый этап «воследования ритора» — «гласомерное говорение», т.е. «гла са и тела мерное (ритмичное) и вежливое устроение, происходящее от достоинст P ва слов и содержания речи»P.

«Гласомерная речь бывает распространенной или краткой;

и в одних слу чаях она подобна тому, как скрываемое светом на середину вынесли и выявили;

в других же — речь разгорается, словно светловоздушное пламя от искры;

иная речь плывет, будто корабль по морю;

или — будто мед, услаждает и светлора P зумно просвещает;

и то расширяется, то сокращается и мысленно понимается»P.

В русской «Риторике» по античной традиции выделялось четыре рода ре чей: учебная, судебная, совещательная, показательная: «Учебный род (научаю щий) описывает способы и приемы обучения, чему также диалектика учит»;

«Род судебный описывает брани (споры) или спорные речи двух противников на суде»;

«Род совещательный учит радеть и советовать кому-либо в его делах, а также отговаривать от противного, чтобы чего недоброю и непригодного затем не по P следовало»;

«Род показательный содержит похваление делу или хулу»P.

Далее рассмотрим, что в русской «Риторике» понималось под «постановле нием дел»: «Что прежде всего подобает смелеть в каком-либо судебном деле или спорных речах двух соперников-ораторов? — Подобает смотреть постановление дела. Под «постановлением дела» понимается основное логическое построение речи — «силлогизм», понимаемый как предложение, содержащее всю сущность дела, к которому следует приводить все доказательства и сказанные слова». При этом «какова начальная посылка, таковыми же и подходящими к ней должны быть середина рассуждений и его окончание, не расходясь ни в чем. Если же есть рас хождение, то последующие рассуждения разрушают первые — такими речами P разрушается дело»P.

В спорной речи двух соперников особое значение придается силлогизму:

P «Силлогизмом называется окончательное и истинное объяснение дела»P.

С точки зрения риторических правил, особенно при построении судебной речи, рекомендовалось выделять следующие шесть частей:

«1. Предисловие. 2. Повествование. 3. Предложение. 4. Доказательство («укрепление»). 5. Опровержение («развязание»). 6. Заключение («доконча P ние»)»P.

В первой русской «Риторике» XVII века отдельная глава посвящалась «воз буждению сердца слушателей», где большое внимание уделялось эмоционально сти речи, описанию различных видов эмоциональной отзывчивости слушателей (любви, гнева, смелости, страха, надежды, зависти и др.).

Вторая книга русской «Риторики» называлась «Об украшении слова». Эта книга раскрывала правила речевого словоупотребления, формировала умение пользоваться различными фигурами и стилями речи. Большое внимание уделя лось умению использовать тропы, схемы (фигуры речи): «Что есть троп? Троп есть перемена или обращение слова от истинной свойственной ему природы к вещи подобной или ближней, например, Демосфен говорит: «Филипп, царь маке донский, величеством и высотой совершенных им дел опьянен был» — здесь нет P истинного значения пьянства»P.

В заключение этого параграфа, посвященной первой русской «Риторике», хотелось бы сказать, что даже самое общее знакомство с ее содержанием дает много пищи для размышления любому человеку, особенно тому, кто желает учиться риторике.

2.3. ОБРАЗЦЫ КЛАССИЧЕСКОЙ РИТОРИКИ М. В. Ломоносов Среди русских ученых, внесших рачительный вклад в развитие «Риторики», особое место по праву принадлежит М. В. Ломоносову. Ученый-энциклопедист совмещал в себе редкий дар теоретика, экспериментатора, педагога, оратора.

Постоянно заботясь о могуществе Российского государства, М. В. Ломоносов уде лял особое внимание проблемам образования и подготовки молодой научной смены.

В его оригинальных учебниках по естественным и математическим дисцип линам, русскому языку и риторике сложены теоретические и методические основы русской речевой культуры, ораторского искусства, что в немалой степени способ ствовало развитию у юношества красноречия, которое требует пяти следующих «средствий»: «первое — природных дарований, второе — науки, третье — подра жание авторов, четвертое — упражнения в сочинении, пятое — знания других на P ук»P.

Непременным источником самосовершенствования человека М. В. Ломоно сов считал природные дарования, а одним из важнейших принципов в системе обучения выдвигал принцип природосообразности. Он считал, что педагог в своей практической деятельности должен опираться на естественные, природные даро вания своих воспитанников. В «Кратком руководстве к красноречию» М. В. Ломо носов писал, что «чаще природное дарование без «науки, нежели наука без при P родного дарования к похвале и добродетели способствовали»P.

М. В. Ломоносов вместе с тем не умалял роли и значения воспитания и вос питателя в развитии личности, так как «молодых людей нежны нравы, во все стороны гибкие страсти и мягкие их воску подобные мысли добрым воспитанием P управляются»P.

Идеалом личности он видел человека-патриота, человека высокой нравст венности и общей культуры. Высоко оценивая в человеке общечеловеческие ка чества, М. В. Ломоносов особое внимание уделял развитию у юношества нравст венных начал, или, как он их часто называл, — «добродетели», к которым он от носил мудрость, благочестие, воздержание, чистоту, милость, благодарность, ве ликодушие, терпение, праводушие, незлобие, простосердечие, постоянство, тру долюбие, дружелюбие, послушание, уклонность, скромность.

Для нас и сегодня исключительный интерес представляют наставления юношеству по красноречию, которые изложены в его руководстве по ораторскому искусству («Риторика»). Новаторство М. В. Ломоносова в разработке «Риторики» заключалось в том, что она была написана не на латинском (как это было принято в то время), а на русском языке, а также в сочетании правил из античной риторики с использованием книжной речевой культуры и живого, разговорного русского языка.

Так, структурно «Риторика» М. В. Ломоносова была построена по принципу античных риторик: I часть — «Изобретение», II часть — «Об украшении», III часть — «Расположение», IV часть — «О произношении».

О речевой культуре и емкости сказанных мыслей самого М. В. Ломоносова можно судить, например, по «Краткому руководству к красноречию» 1748 года.

Из риторических сочинений М. В. ЛомоносоваP § 1. Красноречие есть искусство о всякой данной материи красно говорить и тем преклонять других к своему об оной мнению. Предложенная по сему искусст ву материя называется речь или слово.

§ 2. К приобретению оного требуется пять следующих средствий: первое — природные дарования, второе наука, третье — подражание авторов, четвертое — упражнение в сочинении, пятое — знание других наук.

§ 3. Природные дарования разделяются на душевные и телесные. Душев ные дарования, а особливо остроумие и память к получению сего искусства, столь необходимо нужны, как добрая земля к посеянию чистого семени, ибо как семя на неплодной земле, так и учение в худой голове тщетно есть и бесполезно. И для того Аполлоний Алабенденский, славный в древних временах красноречия учи тель, по свидетельству Цицеронову, тех, которые от родителей своих к нему в училище присылались, в самом начале учения природную остроту прилежно рас сматривал и которых приметил к тому быть неспособных назад отсылал, чтобы они напрасными трудами себя не изнуряли. Телесные дарования, громкий и при ятный голос, долгий дух и крепкая грудь в красноречии, а особливо в произноше нии слова упражняющимся очень надобны;

также дородство и осанковатый вид приличны, ежели слово пред народом говорить должно.

§ 4. Наука состоит в познании нужных правил, которые показывают подлин ный путь к красноречию. Они должны быть: первое — кратки, чтобы не отяготить памяти многим изусть учением, а особливо тем, чему легче можно с примеров научиться, нежели по правилам;

второе — порядочны, для того, чтобы они были вразумительны и тем к научению способственны;

третье — удовольствованы примерами, которые бы показывали самую оных силу для яснейшего их понятия и для способнейшего своих примеров против оных сочинений. Мы будем стараться, чтобы в настоящем нашем предприятии поступить по сим требованиям.

§ 5. Изучению правил следует подражание авторов, в красной речи слав ных, которое учащимся едва не больше нужно, нежели сами лучшие правила.

Всяк знает, что и в художествах того миновать нельзя, например: кто учится живо пиству, тот старается всегда иметь у себя лучшие рисунки и картины славных мастеров и, к ним применяясь, достигнуть совершенства в том художестве. Крас норечие, коль много превышает прочие искусства, толь больше требует и подра жания знатных авторов.

§ 7. Материя риторическая есть все, о чем говорить можно, т.е. все извест ные вещи в свете, откуда явствует, что ежели кто имеет большее познание на стоящих и прешедших вещей, т.е. чем искуснее в науках, у того больше есть изо билие материи к красноречию. Итак, учащиеся оному великое будут иметь в сво ем искусстве вспоможение, ежели они обучены по последней мере истории и нра воучению...

§ 94. Хотя доводы и довольны бывают к удостоверению о справедливости предлагаемыя материи, однако сочинитель слова должен сверх того слушателей учинить страстными к оной. Самые лучшие доказательства иногда столько силы не имеют, чтобы упрямого преклонить на свою сторону, когда другое мнение в уме его вскоренилось. Мало есть таких людей, которые могут поступать по рассужде нию, преодолев свои склонности. Итак, что пособит ритору, хотя он свое мнение и основательно докажет, ежели не употребит способов к возбуждению страстей на свою сторону или не утолит противных.

§ 95. А чтобы сие с добрым успехом производить в дело, то надлежит об стоятельно знать нравы человеческие, должно самым искусством чрез рачитель ное наблюдение и философское остроумие высмотреть, от каких представлений и идей каждая страсть возбуждается, и изведать чрез нравоучение всю глубину сер дец человеческих. Из сих источников почерпнул Демосфен всю свою силу к возбу ждению страстей, ибо он немалое время у Платона учился философии, а особливо нравоучению, также и Цицерон оттуда же имел чрезвычайную свою власть над сердцами слушателей, которой и самые жестокие нравы не могли про тивиться. Для сего предлагаются здесь правила к возбуждению страстей, которые по большей части из учения о душе и из нравоучительной философии происхо дят.

§ 96. Страстию называется сильная чувственная охота или неохота, соеди ненная с необыкновенным движением крови и жизненных духов, причем всегда бывает услаждение или скука. В возбуждении и утолении страстей, во-первых, три вещи наблюдать должно: 1) состояние самого ритора, 2) состояние слушателей, 3) самое к возбуждению служащее действие и сила красноречия.

§ 97. Что до состояния самого ритора надлежит, то способствует к возбуж дению и утолению страстей: 1) когда слушатели знают, что он добросердечный и совестный человек, а не легкомысленный ласкатель и лукавец;

2) ежели его на род любит за его заслуги;

3) ежели он сам туже страсть имеет, которую в слуша телях возбудить хочет, а не притворно их страстями учинить намерен, ибо он то гда не токмо словом, но и видом и движением действовать будет;

4) ежели он знатен породой или чином;

5) с важностью знатного чина и породы купно немало помогает старость, которой честь и повелительство некоторым образом дает сама натура. Довольно было Августу к внезапному усмирению замешательства, учи нившегося между знатными молодыми дворянами, сказать: «Слушайте, молодые люди, старика, которого во младости старики слушали».

Н. В. Гоголь Из статьи «О преподавании всеобщей истории»P Слог профессора должен быть увлекательный, огненный. Он должен в вы сочайшей степени овладеть вниманием слушателей. Если хоть один из них может предаться во время лекции посторонним мыслям, то вся вина падает на профес сора: он не умел быть так внимателен, чтобы покорить своей воле даже мысли слушателей. Нельзя вообразить, не испытавши, какое вредное влияние происхо дит оттого, если слог профессора вял, сух и не имеет той живости, которая не да ет мыслям ни на секунду рассыпаться. Тогда не спасет его самая ученость — ею не будут слушать;

тогда никакие истины не произведут на слушателей влияния, потому что их возраст есть возраст энтузиазма и сильных потрясении;

тогда про исходит то, что самые ложные мысли, слышимые ими стороною, но выраженные блестящим и привлекательным языком, мгновенно увлекут их и дадут им совер шенно ложное направление...

Рассказ профессора должен делаться по временам возвышен, должен сы пать и возбуждать высокие мысли, но вместе с тем должен быть прост и понятен для всякого. Истинно высокое одето величественною простотою: где величие, там и простота. Он не должен довольствоваться тем, что его некоторые понимают: его должны понимать все. Чтобы делаться доступнее, он не должен быть скуп на сравнения. Как часто понятное еще больше проясняется сравнением! И поэтому эти сравнения он должен всегда брать из предметов, самых знакомых слушате лям. Тогда идеальное и отвлеченное становится понятным. Он не должен гово рить слишком много, потому что этим утомляется внимание слушателей и потому что многосложность и большое обилие предметов не дадут возможности удер жать всего в мыслях.

В. Г. Белинский Из рецензии на «Общую риторику» Н. КошанскогоP Риторика получила свое начало у древних. Социализм и республиканская форма правления древних обществ сделали красноречие самым важным и необ ходимым искусством, ибо оно отворяло двери к власти и начальствованию. Уди вительно ли, что все и каждый хотели быть ораторами, хотели иметь влияние на толпу посредством искусства красно говорить? Поэтому изучали речи великих ораторов, анализировали их и дошли до открытия тропов и фигур, до источников изобретения;

стали искать общих законов в частных случаях. Оратор сильно всколебал толпу могучим чувством, выраженным в фигуре вопрошения — и вот могучее чувство отбросили в сторону, а фигуру вопрошения приняли к сведению;

эффектная-де фигура, и на ней как можно чаще надобно выезжать — всегда вы везет. Это напоминает басню о глупом мужике или глупой обезьянке, которая, увидев, что ученый, принимаясь за чтение, всегда надевал на нос очки, тоже дос тала себе очки и книгу и с досады, что ей не читается, разбила очки. Но люди бы вают иногда глупее обезьян. Из наблюдений и анализа над речами великих ора торов они составили сбор каких-то произвольных правил и назвали этот сбор ри торикой. Явились риторы, которые к ораторам относились, как диалектики и со фисты относились к философам, и начали обучать людей искусству красноречия;

завелись школы, но из них выходили все-таки не ораторы, а риторы. Какая разни ца между оратором и ритором? Такая же, как между философом и софистом, ме жду присяжным судьей... и адвокатом: философ в диалектике видит средство дойти до знания истины;

софист в диалектике видит средство остаться победите лем в споре;

для философа истина — цель, диалектика — средство, для софиста и истина и ложь — средство, диалектика — цель;

присяжный судья видит свою цель в оправдании невинного, в осуждении виновного;

адвокат видит свою цель в оправдании своего клиента, прав он или виноват — все равно. Оратор убеждает толпу в мысли, великость которой измеряется его одушевлением, его страстью, его пафосом и, следовательно, жаром, блеском, силой, красотой его слова;

рито ру нет нужды до мысли, в которой он хочет убедить толпу: ритор — человек ма ленький, и мысль его может быть подленькой, даже у него может не быть вовсе никакой мысли, а только гаденькая цель — и лишь бы ему удалось ее достигнуть, а до прочего ему нет дела. И там, где оратор берет вдохновением, бурей стра стей, громом и молнией слова, — там ритор хочет взять тропами и фигурами, об щими местами, выточенными фразами, округленными периодами. Но в древности риторика еще имела какой-нибудь смысл. Когда в какой-нибудь республике пере водились на время великие люди, тогда народом управляли крикуны и краснобаи, т.е. риторы. А много ли людей, которые для такой цели не стали бы учиться рито рике? Но скажите. Бога ради, зачем нужна риторика в новом мире? Зачем она да же в Англии и во Франции? Ведь Питт и Фоке были не только ораторы, но и госу дарственные люди? Ведь в наше время, когда вся общественная машина так мно госложна, так искусственна, даже и великий по таланту оратор недалеко уйдет, если в то же время он не будет государственным человеком. И каким образом ри торика сделает кого-нибудь красноречивым в Англии и во Франции и кто из анг лийских и французских парламентских ораторов образовался в риторике? Разве риторика дает кому-нибудь смелость говорить перед многочисленным собрани ем? Разве она дает присутствие духа, способность не теряться при возражениях, умение отразить возражение, снова обратиться к прерванной нити речи, находчи вость, талант всемогущего слова «кстати»? Приведем известный пример их древ него мира. Демосфен говорил о Филиппе, а ветреные афиняне толковали между собой о новостях дня;

раздраженный оратор начинает им рассказывать пустую побасенку — и афиняне слушают его внимательно. «Боги! — воскликнул великий оратор. — Достоин вашего покровительства народ, который не хочет слушать, когда ему говорят об опасности, угрожающей его отечеству, и внимательно слу шает глупую сказку!» Разумеется, эта неожиданная выходка устыдила и образу мила народ. Скажите: какая риторика научит такой находчивости? Ведь подобная находчивость — вдохновение! Вздумай кто-нибудь повторить эту выходку — тол па расхохочется, потому что толпа не любит людей, которые велики или находчи вы задним числом.

Какая риторика даст человеку бурный огонь одушевления, страсть, пафос?

Нам возразят: конечно, не даст, но разовьет эти счастливые дары природы. Не правда! Их может развить практика, трибуна, а не риторика. Гений полководца нуждается в хороших книгах о военном искусстве, но развивается он на полях брани. И чем бы могла риторика развить гении оратора: неужели тропами, мета форами и фигурами? Но что такое тропы, метафоры и фигуры, если выражение страсти — не произведение вдохновения? Истинный оратор употребляет тропы и фигуры, не думая о них. То энергическое выражение, которым он всколебал тол пу, иногда срывается с его уст нечаянно, и он сам не предвидел, будучи отделен от него только двумя словами предшествовавшей фразы. Ученикам задают пи сать тропы и фигуры: не значит ли это задать им работу быть вдохновенными, страстными? Это напоминает соловья в когтях у кошки, которая заставляет его петь. Да чего не бывает на белом свете! В старину, в семинариях, в классе по эзии, задавали ученикам описывать в стихах разные на тщательные предметы...

Итак, какую же пользу может приносить риторика? Не только риторики, да же теории красноречия (как науки красноречия) не может быть. Красноречие есть искусство, не целое и полное, как поэзия: в красноречии есть цель, всегда практи ческая, всегда определяемая временем и обстоятельствами. Поэзия входит в красноречие как элемент, является в нем не целью, а средством. Часто самые увлекательные, самые патетические места ораторской речи вдруг сменяются ста тистическими цифрами, сухими рассуждениями, потому что толпа убеждается не одной красотой живой изустной речи, но вместе с тем и делом и фактами. Один оратор могущественно властвует над толпой силою своего бурного вдохновения;

другой — вкрадчивой грацией изложения;

третий — преимущественно иронией, насмешкой, остроумием;

четвертый — последовательностью и ясностью изложе ния и т.д. Каждый из них говорит, соображаясь с предметом своей речи, с харак тером слушающей его толпы, с обстоятельствами настоящей минуты. Если б Де мосфен вдруг воскрес теперь и заговорил в английской нижней палате самым чистым английским языком, английские джентльмены и Джон Буль ошикали бы его;

а наши современные ораторы плохо были бы приняты в Древней Греции и Риме. Мало того, французский оратор в Англии, английский во Франции не имели бы успеха, хотя бы они каждый в своем отечестве привыкли владычествовать над толпой силой своего слова. И потому, если вы хотите людям, которые не готовят ся быть ораторами, дать понятие о том, что такое красноречие, а людям, которые хотят быть ораторами дать средство к изучению красноречия, то не пишите рито рики, а переберите речи известных ораторов всех народов и всех веков, снабдите их подробной биографией каждого оратора, необходимыми историческими при мечаниями, ивы окажете этой книгой великую услугу и ораторам и не ораторам.

А. П. Чехов Хорошая новостьP В Московском университете с конца прошлого года преподается студентам декламация, т.е. искусство говорить красиво и выразительно. Нельзя не порадо ваться этому прекрасному нововведению. Мы, русские люди, любим поговорить н послушать, но ораторское искусство у нас в совершенном загоне. В земских и дворянских собраниях, ученых заседаниях, на парадных обедах и ужинах мы за стенчиво молчим или же говорим вяло, беззвучно, тускло, «уткнув брады», не зная, куда девать руки;

нам говорят слово, а мы в ответ — десять, потому что не умеем говорить коротко и незнакомы с той грацией речи, когда при наименьшей затрате сил достигается известный эффект — немного (по количеству), но многое (по содержанию). У нас много присяжных поверенных прокуроров, профессоров, проповедников, в которых по существу их профессий должно бы предполагать ораторскую жилку, у нас много учреждений, которые называются «говорильны ми», потому что в них по обязанностям службы много и долго говорят, но у нас совсем нет людей, умеющих выражать свои мысли ясно, коротко и просто. В обе их столицах насчитывается всего-навсего настоящих ораторов пять-шесть, а о провинциальных златоустах что-то не слыхать. На кафедрах у нас сидят заики и шептуны, которых можно слушать и понимать, только приспособившись к ним, на литературных вечерах дозволяется читать даже очень плохо, так как публика давно уже привыкла к этому, и когда читает свои стихи какой-нибудь поэт, то она не слушает, а только смотрит. Ходит анекдот про некоего капитана, который будто бы, когда его товарища опускали в могилу, собирался прочесть длинную речь, но выговорил: «Будь здоров!», крякнул и больше ничего не сказал.

Нечто подобное рассказывают про почтенного В. В. Стасова, который не сколько лет назад в клубе художников, желая прочесть лекцию, минут пять изо бражал из себя молчаливую смущенную статую, постоял на эстраде, помялся, да с тем и ушел, не сказав ни одного слова. А сколько анекдотов можно было бы рассказать про адвокатов, вызывавших своим косноязычием смех даже у подсу димого, про жрецов науки, которые «изводили» своих слушателей и в конце кон цов возбуждали к науке полное отвращение. Мы люди бесстрастные, скучные, в наших жилах давно уже запеклась кровь от скуки. Мы не гоняемся за наслажде ниями и не ищем их и нас поэтому нисколько не тревожит, что мы, равнодушные к ораторскому искусству, лишаем себя одного из высших и благороднейших насла ждений, доступных человеку. Но если не хочется наслаждаться, то по крайней мере не мешало бы вспомнить, что во все времена богатство языка и ораторское искусство шли рядом. В обществе, где презирается истинное красноречие, царят риторика, ханжество слова или пошлое краснобайство. И в древности и в новей шее время ораторство было одним из сильнейших рычагов культуры. Немыслимо, чтобы проповедник новой религии не был в то же время и увлекательным орато ром. Все лучшие государственные люди в эпоху процветания государств, лучшие философы, поэты, реформаторы были в то же время и лучшими ораторами.

«Цветами» красноречия был усыпан путь ко всякой карьере, и искусство говорить считалось обязательным. Быть может, и мы когда-нибудь дождемся, что наши юристы, профессора и вообще должностные лица, обязанные по службе говорить не только учено, но и вразумительно и красиво, не станут оправдываться тем, что они «не умеют» говорить. В сущности ведь для интеллигентного человека дурно говорить должно бы считаться таким же неприличием, как не уметь читать и пи сать, и в деле образования и воспитания обучение красноречию следовало бы считать неизбежным.

2.4. ОБРАЗЦЫ ДЕЛОВОЙ РИТОРИКИ П. А. Столыпин Мы предлагаем читателю своеобразную мини-хрестоматию образцов деловой риторики одного из известнейших российских политических деятелей реформаторов П. А. Столыпина.

Личность и реформы его в истории России общеизвестны. Столыпин политик, кроме всего прочего, был блестящим оратором, действуя в условиях многопартийной России, проявил себя как принципиальный человек. Свиде тельством тому являются его речи перед Государственной думой, особенно по аграрным вопросам.

Когда читаешь речи Столыпина, поражаешься манере оратора говорить просто и вместе с тем содержательно, четко и ясно, без прикрас, где не за что зацепиться, все без сучка и задоринки, где в самом стиле изложения чув ствуется пульс времени и историческая, патриотическая по своей сути лич ность самого оратора...

Личность, с нашей точки зрения, вообще более всего проявляется в сти ле речи. Личность, кроме того, прослеживается и по масштабу задач, проблем, которые она ставит перед собой и перед аудиторией. Нельзя не обратить внимание читателя на то, что каждая отдельная фраза П. А. Столыпина ско рее проста, чем оригинальна, в его суждениях нет ничего вычурного и надуман ного. И возможно, поэтому его речь убедительна, а его предложения глобаль ны.

Фрагменты из выступлений на заседаниях второй Государственной думыP P Господа члены Государственной думы! Прислушиваясь к прениям по зе мельному вопросу и знакомясь с ними из стенографических, отчетов, я пришел к убеждению, что необходимо ныне же, до окончания прений сделать заявление как по возбуждающемуся тут вопросу, так и о предложениях самого правительства.

Я, господа, не думаю представлять вам полной аграрной программы прави тельства: это предполагалось сделать поддержащим компетентным ведомством в аграрной комиссии. Сегодня я только узнал, что в аграрной комиссии, в которую не приглашены члены правительства и не выслушиваются даже те данные и ма териалы, которыми правительство располагает, принимают принципиальные ре шения. Тем более, я считаю необходимым высказаться только в пределах тех во просов, которые тут подымались и обсуждались. Я исхожу из того положения, что все лица, заинтересованные в этом деле самым искренним образом, желают его разрешения. Я думаю, что крестьяне не могут не желать разрешения того вопро са, который для них является самим близким и самым больным;

я думаю, что и землевладельцы не могут не желать иметь своими соседями людей спокойных и довольных, вместо голодающих и погромщиков;

я думаю, что и все русские люди, жаждущие успокоения своей страны, желают скорейшего разрешения агарного вопроса, острота которого, несомненно, хотя бы отчасти, питает смуту.

Я поэтому обойду все те оскорбления и обвинения, которые раздавались здесь против правительства. Я не буду останавливаться и на тех нападках, кото рые имели характер агитационного напора на власть: я не буду останавливаться и на провозглашавшихся здесь началах, классовой мести со стороны бывших кре постных крестьян к дворянам, а постараюсь отнестись совершенно беспристраст но, даже более того, бесстрастно к данному вопросу. Постараюсь вникнуть в су щество высказывавшихся мнений, памятуя, что мнения, несогласные со взгляда ми правительства, не могут почитаться последним за крамолу. Правительству тем более, мне кажется, подобает высказываться в общих чертах, что из бывших здесь прении, из бывшего предварительною обсуждения вопроса ясно, как мало шансов дать аграрной комиссии определенные задания, очерченный строгими рамками наказ.

Переходя к предложениям разных партии, я прежде всею должен остано виться на предложении партии левых, ораторами которых выступили здесь преж де всею гг. Караваев, Церетели, Волк, Карачевский и другие. Я не буду оспари вать тех весьма спорных, по мне, цифр, которые здесь представлялись ими. Я охотно соглашусь и с нарисованной ими картиной оскудения земледельческой России. Встревоженное этим правительство уже начало принимать ряд мер для поднятия земледельческого класса. Я должен указать только на то, что тот спо соб, который здесь предложен, тот путь, который здесь намечен, поведет к пол ному перевороту во всех существующих гражданских правоотношениях;

он ведет к тому, что подчиняет интересам одного, хотя и многочисленного, класса интере сы всех других слоев населения. Он ведет, господа, к социальной революции. Это сознается, мне кажется, и теми ораторами, которые тут говорили. Один из них приглашал государственную власть возвыситься в этом случае над правом и за являл, что вся задача настоящего момента заключается именно в том, чтобы раз рушить государственность с ее помещичьей бюрократической основой и на раз валинах государственности создать государственность современную, на новых культурных началах. Согласно этому учению государственная необходимость должна возвыситься над правом не для того, чтобы вернуть государственность на путь права, а для того, чтобы уничтожить в самом корне именно существующую государственность, существующий в настоящее время государственный строй.

Словом, признание национализации земли, при условии вознаграждения за отчу жденную землю или без него, поведет к тому социальному перевороту, к такому перемещению всех ценностей, к такому изменению всех социальных, правовых и гражданских отношений, какого еще не видела история. Но это, конечно, не довод против предложения левых партий, если это предложение будет признано спаси тельным. Предположим же на время, что государство признает это за благо, что оно перешагнет через разорение целого, как бы там ни говорили, многочисленно го образованного класса землевладельцев, что оно примирится с разрушением редких культурных очагов на местах. Что же из этого выйдет? Что был бы по крайней мере этим способом разрешен, хотя бы с материальной стороны, зе мельный вопрос? Дал или нет возможность устроить крестьян у себя на местах?

На это ответ могут дать цифры, а цифры, господа, таковы: если бы не толь ко частновладельческую, но даже всю землю без малейшего исключения, даже землю, находящуюся в настоящее время под городами, отдать в распоряжение крестьян, владеющих ныне надельною землею, то в то время, как в Вологодской губернии пришлось бы всего вместе, с имеющимися ныне по 147 десятин на двор, а Олонецкой по 185 десятин, в Архангельской даже по 1009 десятин, в 14 губер ниях недостало бы и по 15 десятин, а в Полтавской пришлось бы.тишь по 9 деся тин, в Подольской всего 8 десятин...

...Из этого ясно, господа, что путем отчуждения, разделения частновла дельческих земель земельный вопрос не решается. Это равносильно наложению пластыря на засоренную рану. Но кроме упомянутых материальных результатов, что даст этот способ стране, что даст он с нравственной стороны? Та картина, ко торая наблюдается теперь в наших сельских обществах, та необходимость под чиняться всем одному способу ведения хозяйства, необходимость постоянного передела, невозможность для хозяина и инициативой применить к временно на ходящейся в его пользовании земле свою склонность к определенной отрасли хозяйства, все это распространится на всю Россию. Все были бы сравнены, земля стала бы общей, как вода и воздух. Но к воде и к воздуху не прикасается рука че ловеческая, не улучшает их рабочий труд;

иначе на улучшенные воздух и воду несомненно была бы наложена плата на них, установлено было бы право собст венности. Я полагаю, что земля, которая распределилась бы между гражданами, отчуждалась бы у одних и предоставлялась бы другим местным социал демократическим присутственным местом, что эта земля получила бы скоро те же свойства, как и вода и воздух. Ею стали бы пользоваться, но улучшать ее, прила гать к ней свой труд с тем, чтобы результаты этого труда перешли к другому лицу, — этого никто не стал бы делать. Вообще, стимул к труду, та пружина, которая заставляет людей трудиться, была бы сломлена. Каждый гражданин, а между ни ми всегда были и будут тунеядцы, будет знать, что он имеет право заявить о же лании получить землю, приложить свой труд к земле, затем, когда занятие это ему надоест, бросить ее и пойти опять бродить по белу свету. Все будет сравне но, но приравнять всех можно только к низшему уровню. Нельзя человека лениво го приравнять к трудолюбивому, нельзя человека тупоумного приравнять к трудо способному.

Вследствие этого культурный уровень страны понизится. Добрый хозяин, хозяин и изобретатель, самою силою вещей будет лишен возможности приложить своп знания к земле. Надо думать, что при таких условиях совершился бы новый переворот, и человек даровитый, сильный, способный силою восстановил бы свое право на собственность, на результаты своих трудов. Ведь, господа, собствен ность имела всегда своим основанием силу, за которую стояло и нравственное право. Ведь и раздача земли при Екатерине Великой оправдывалась необходи мостью заселения громадных пространств. И тут была государственная мысль.

Точно также право способного, право даровитого создало и право собственности на Западе. Неужели же нам возобновлять этот опыт и переживать новое воссоз дание права собственности на уравненных и разрозненных полях России? А эта перекроенная и уравненная Россия что, стала бы она и более могущественной и богатой? Ведь богатство народов создает и могущество страны. Путем же пере деления всей земли государство в своем целом не приобретает ни одного лишне го колоса хлеба. Уничтожены, конечно, будут культурные хозяйства. Временно будут увеличены крестьянские наделы, по при росте населения они скоро обра тятся в пыль, и эта распыленная земля будет высылать в города массы обни щавшего пролетариата. Но положим, что эта картина неверна, что краски тут сгу щены, кто же. однако, будет возражать против того, что такое потрясение, такой громадный социальный переворот не отразится, может быть, на самой целостно сти России. Ведь тут, господа, предлагают разрушение существующей государст венности, предлагают нам, среди других сильных и крепких народов, превратить Россию в развалины для того, чтобы на них развалинах строить новое, неведомое нам отечество...

Противникам государственности хотелось бы избрать путь радикализма, путь освобождения от исторического прошлого России, освобождения от культур ных традиций. Им нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия!

А. Ф. Кони Среди блестящих ораторов—русских юристов второй половины XIX века чаще всего выделяют А. Ф. Кони, публичные выступления которого не только потрясали своей убедительностью, красноречием слушателей того времени, но и сегодня его наставления-рекомендации по ораторскому мастерству зву чат весьма актуально.

Чтобы в совершенстве овладеть приемами публичного выступления, по мнению А. Ф. Кони, нужно знать предмет, о котором говоришь. в точности и подробности, выясняя себе вполне его положительные и отрицательные свой ства;

нужно знать свой родной язык и уметь пользоваться его гибкостью и богатством, своеобразными оборотами, причем, конечно, к этому знанию от носится и знакомство с сокровищами родной литературы;

нужно быть искрен P немP.

А. Ф. Кони высоко ценил устное слово, публичное выступление и даже считал, что «изустное слово плодотворнее письменного». Он придавал исклю чительно большое значение ораторскому мастерству, особенно в процессе ведения судебных заседаний. «Лучшие из наших судебных ораторов, — писал А.

Ф. Кони, — поняли, что в стремлении к истине всегда самые глубокие мысли сливаются с простейшим словом. Слово — одно из величайших орудий челове ка. Бессильное само по себе, оно становится могучим и неотразимым, сказан ное умело, искренне и вовремя. Оно способно увлекать за собой самого говоря P щего и ослеплять его и окружающих своим блеском»P.

Из «Советов лекторам»P P Чтобы лекция имела успех, надо: 1) завоевать внимание слушателей и 2) удержать внимание до конца речи. Привлечь внимание слушателей — первый ответственный момент в речи лектора, самое трудное дело. Внимание всех вооб ще (ребенка, невежды, интеллигента и даже ученого) возбуждается простым, интересным (интересующим) и близким к тому, что, наверно, переживал и испы тал каждый. Значит, первые слова лектора должны быть чрезвычайно просты, доступны, понятны и интересны (должны привлечь, зацепить внимание). Этих зацепляющих «крючков» — вступлений может быть очень много: что-нибудь из жизни, что-нибудь неожиданное, какой-нибудь парадокс, какая-нибудь странность, как будто не идущая к месту, ни к делу (но на самом деле связанная со всей ре чью), неожиданный и неглупый вопрос и т.п. Большинство людей занято пустой болтовней или легкими мыслями. Своротить их внимание в свою сторону всегда можно.

Чтобы открыть (найти) такое начало, надо думать, взвесить всю речь и со образить, какое из указанных выше начал и однородных с ними, здесь не поме ченных, может подходить и быть в тесной связи хоть какой-нибудь стороной с ре чью. Эта работа целиком творческая...

Вторая задача лектора —удержать внимание аудитории. Раз внимание воз буждено вступлением, надо хранить его, иначе перестанут слушать, начнется дви жение и, наконец, появится та «смесь» тягостных признаков равнодушия к словам лектора, которая убивает всякое желание продолжать речь.

Удержать и даже увеличить внимание можно:

1) краткостью, 2) быстрым движением речи, 3) краткими освежающими отступлениями.

Краткость речи состоит не только в краткости времени, в течение которого она произносится. Лекция может идти целый час и все-таки быть краткой;

она же при десяти минутах может казаться длинной, утомительной.

Краткость — отсутствие всего лишнего, не относящегося к содержанию, всего того водянистого и засоряющего, чем обычно грешат речи. Надо избегать лишнего: оно расхолаживает и ведет к потере внимания слушателей. Чтобы из мрамора сделать лицо, надо удалить из него все то, что не есть лицо (мнение А.

П. Чехова). Так и лектор ни под каким видом не должен допускать в своей речи ничего из того, что разжигает речь, что делает ее «предлинновенной», что нару шает второе требование — быстрое движение речи вперед. Речь должна быть экономной, упругой. Нельзя рассуждать так: ничего, я оставлю это слово, это предложение, этот образ, хотя они и не особенно-то важны. Все неважное — вы брасывать, тогда и получится краткость, о которой тот же Чехов сказал: «Крат кость — сестра таланта». Нужно делать так, чтобы слов было относительно не много, а мыслей, чувств, эмоций — много.

Дейл Карнеги Мы не ошибемся, если скажем, что американского ученого Дейла Карнеги можно с полным основанием назвать классиком современной деловой риторики.

Его ораторское мастерство и искусство делового общения, его книги «Как об рести спокойствие и жить полноценной жизнью», «Как обрести уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично» и др. снискали ему всемирную сла ву.

Практические советы-наставления Дейла Карнеги по различным жанрам и ситуациям делового общения и ораторского мастерства не потеряли свою свежесть и актуальность и сегодня, хотя написаны более пятидесяти лет назад. Книги Дейла Карнеги мы советуем вам прочитать с карандашом в руках и сделать своими настольными книгами-советниками, так как в них более чем в других книгах вы найдете для себя немало лаконичных правил-советов как поступать, как действовать в той или иной ситуации делового общения, спо ра, переговоров, публичного выступления.

Далее мы предлагаем фрагмент из книги Дейла Карнеги «Как обрести P уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично»P.

Как развить смелость и уверенность в себе С 1912 года свыше пятисот мужчин и женщин были слушателями курсов ораторского искусства, где применялся мой метод. Многие из них в письменной форме объяснили, почему они стали изучать этот предмет и чего они рассчиты вали достичь в результате занятий. Разумеется, каждый высказывается по своему, но главное стремление авторов этих писем, основная потребность, испы тываемая большинством, поразительно совпадают. «Когда мне приходится вста вать и начинать говорить, — пишет один из моих корреспондентов, — я чувствую себя таким скованным, так волнуюсь, что не в состоянии ясно мыслить, не могу сосредоточиться, забываю, что я имел в виду сказать. Я хочу приобрести уверен ность в себе, спокойствие и способность мыслить, выступая перед аудиторией. Я хочу научиться располагать свои мысли в логическом порядке, ясно и убедитель но высказываться перед группой или аудиторией в деловой сфере или в клубе».

Тысячи высказываний носят почти такой же характер.

Приведу конкретный пример. Несколько лет назад один джентльмен, кото рого я назову здесь мистером Д. У. Джентом, стал слушателем моего курса ора торского искусства в Филадельфии. Вскоре после начала занятий он пригласил меня позавтракать с ним в клубе промышленников. Это был уже немолодой чело век, который всегда вел активный образ жизни: возглавлял свое предприятие, иг рал ведущую роль в жизни религиозной общины, а также занимался обществен ной деятельностью. Когда мы сидели за столом в тот день, он наклонился ко мне и сказал:

— Мне неоднократно предлагали выступать на различных собраниях, но я никак не мог этого сделать: я начинаю так волноваться, в голове делается совер шенно пусто, и поэтому я всю жизнь уклонялся от публичных выступлений. Но те перь, когда я стал председателем совета попечителей колледжа, я должен пред седательствовать на его заседаниях, и мне просто необходимо что-то говорить...

Как вы думаете, я смогу научиться выступать в моем возрасте?

— Сможете ли вы, мистер Джент?—ответил я. — В этом нет никаких сомне ний. Я знаю, что вы сможете, и знаю, что вы научитесь, если только будете прак тиковаться и следовать моим указаниям и рекомендациям.

Ему хотелось верить мне, но перспектива казалась ему слишком радужной, слишком оптимистичной.

— Боюсь, вы говорите так из одной лишь любезности, — ответил он. — Вы только пытаетесь ободрить меня.

После того как он закончил учебный курс, мы на некоторое время потеряли связь, а позднее встретились и снова позавтракали вместе в клубе промышленни ков. Мы сидели в том же углу, за тем же столом, что и в прошлый раз. Я напомнил ему о нашем разговоре и спросил, действительно ли я проявил чрезмерный опти мизм. Он вынул из кармана записную книжку в красном переплете и показал мне список предстоящих публичных выступлений и даты, на которые они были назна чены.

— Способность выступать, удовольствие, которое я при этом испытываю, дополнительная польза, которую я могу приносить обществу, — все это входит в число самых радостных явлении в моей жизни...

Выработка уверенности в себе, смелости, способности говорить спокойно и ясно, выступая перед аудиторией, не представляет и десятой доли той трудности, которую воображает себе большинство людей. Это вовсе не талант, дарованный провидением лишь отдельным выдающимся личностям. Это нечто вроде умения играть в гольф. Любой человек может развить свои скрытые способности, если у него будет достаточно сильное желание.

Разве есть хоть малейшее основание для того, чтобы вы, стоя перед ауди торией, были не в состоянии мыслить так же хорошо, как мыслите сидя? Вы, ко нечно, знаете, что таких основании нет. В сущности, обращаясь к группе людей, вы должны были бы мыслить лучше. Присутствие слушателей должно возбуждать вас, вызывать у вас подъем. Очень многие ораторы скажут вам, что присутствие аудитории является стимулом, вызывает вдохновение, заставляет их мозг рабо тать яснее, интенсивнее. В такие моменты мысли, факты, идеи, которые, каза лось, даже не приходили им в голову, «вдруг откуда-то налетают», как говаривал проповедник Генри Уорд Бичер, и остается только хватать их и высказывать. Так же должно быть с вами. И по всей вероятности, так и будет, если вы станете на стойчиво тренироваться.

Во всяком случае вы можете быть абсолютно убеждены в том, что работа и практика избавят вас от страха перед аудиторией и принесут вам уверенность в себе и неизменную смелость.

Не воображайте, что ваш случай необычайно трудный. Даже те, кто со вре менем становился самым красноречивым представителем своего поколения, в начале своей карьеры страдали таким безотчетным страхом и застенчивостью.

Закаленный в боях ветеран, политический деятель Уильям Дженнингс Брайан признавался, что во время первых выступлений у него тряслись поджилки.

Когда Марк Твен впервые поднялся на кафедру, чтобы прочитать лекцию, он почувствовал, словно рот у него набит ватой, а пульс такой, как будто он уча ствует в каком-нибудь состязании на кубок.

Генерал Грант взял Виксберг и привел к победе одну из величайших армий, созданных с мире к тому времени, некогда он попытался выступить перед публи кой, то, по его собственным словам, у него возникло нечто, весьма похожее на динамическую атаксию.

Жан Жорес, самый выдающийся французский политический оратор своего поколения, в течение года заседал в палате депутатов, не произнося ни слова, пока наконец не собрался с мужеством, чтобы произнести свою первую речь. «Ко гда я впервые попытался выступить перед аудиторией, — признавался Ллойд Джордж, — то, уверяю вас, я находился в ужасающем состоянии. Это не преуве личение, а чистейшая правда — язык мой прилип к гортани и первоначально я не мог произнести ни слова».

Знаменитый английский государственный деятель Джон Брайт, который во время Гражданской войны в США выступал в Англии на стороне юнионистов и за освобождение рабов, произнес свою первую речь перед группой крестьян, со бравшихся в помещении школы. Он так волновался по пути туда, так боялся про валиться, что умолял своего спутника аплодировать, чтобы ободрить его в слу чае, если его волнение станет слишком заметным.

Видный ирландский политический деятель Чарлз Стюарт Парнелл во время своих первых публичных выступлений, по словам его брата, от сильного волнения часто сжимал кулаки с такой силой, что ногти впивались в ладони до крови.

Поскольку очень многие знаменитые английские ораторы начинали неудач но, в парламенте теперь считается плохим предзнаменованием, если первая речь молодого человека происходит с явным успехом. Итак, не унывайте!

Проследив за деятельностью многих ораторов и в какой-то мере способст вовав их становлению, автор настоящих строк всегда бывает рад, когда учащийся вначале проявляет некоторый трепет и нервное возбуждение.

Выступление перед публикой всегда является ответственным делом, если даже оно происходит на деловом совещании, где присутствует десятка два муж чин и женщин: оно сопряжено с некоторым напряжением, некоторым потрясением, некоторым возбуждением. Оратор должен быть напряжен, как породистая ло шадь, натянувшая поводья. Бессмертный Цицерон еще две тысячи лет тому на зад сказал, что всякое истинно хорошее публичное выступление должно быть взволнованным.

Резюме 1. Тысячи слушателей курсов писали автору данной книги, объясняя, поче му они хотят учиться ораторскому искусству и чего они рассчитывают достичь в результате этого. Главный мотив, приведенный почти всеми, следующий: они хо тят избавиться от волнения, научиться думать, стоя перед аудиторией любого масштаба.

2. Способность ко всему этому нетрудно приобрести. Это вовсе не талант, дарованный провидением лишь отдельным выдающимся личностям. Это нечто вроде умения играть в покер: любой мужчина, любая женщина — то есть любой человек — может развить свои скрытые способности, если у него будет достаточ но сильное желание.

3. Многие опытные ораторы лучше думают и лучше говорят перед аудито рией, чем в беседе с отдельным человеком. Присутствие большого числа слушателей оказывается для них стимулом, порождает вдохновение. Если вы будете точно следовать советам, содержащимся в этой книге, то наступит время, когда и вы приобретете такую же способность и с удовольствием будете думать о вы приобретете такую же способность и с удовольствием будете думать о пред стоящем публичном выступлении.

4. Не думайте, что ваш случай — исключительный. Многие люди, впослед ствии ставшие знаменитыми ораторами, в начале своей деятельности страдали застенчивостью и были чуть ли не парализованы страхом перед аудиторией. Так было с Брайаном, Жаном Жоресом, Ллойд Джорджем, Чарлзом Стюартом Пар неллом, Джоном Брайтом, Дизраэли, Шериданом и многими, многими другими.

5. Независимо от того, как часто вы выступаете, вы можете всегда испыты вать это смущение перед самым началом речи, но через несколько секунд после того, как вы начали говорить, оно полностью исчезает.

6. Чтобы как можно больше получить от этой книги и получишь как можно быстрее, нужно соблюсти следующие четыре правила:

а) Начинайте речь с сильным и упорным стремлением достичь цели. Пом ните о всех выгодах, которые принесут вам усилия, приложенные для обучения.

Создайте в себе подъем. Подумайте о том, что это может дать вам в финансовом и социальном отношениях и в смысле роста вашего влияния, занятия руководя щих постов. Помните, что от силы вашего стремления к цели будет зависеть бы строта достижения ваших успехов.

б) Готовьтесь к выступлению. Вы будете чувствовать себя неуверенно, если не будете хорошо знать то, о чем вы собираетесь говорить.

в) Проявляйте уверенность. «Чтобы чувствовать себя смелым, — рекомен дует профессор Уильям Джеймс, — действуйте так, будто вы действительно сме лы, напрягите для этой цели всю свою волю, и приступ страха, по всей вероятно сти, сменится приливом мужества». Тедди Рузвельт признавался, что именно та ким способом он поборол в себе страх перед медведями гризли, норовистыми лошадьми и головорезами. Вы можете побороть свой страх перед аудиторией, использовав этой психологический метод.

г) Практикуйтесь. Это самое важное для достижения цели. Страх является следствием неуверенности, неуверенность вызвана незнанием того, на что вы способны, а это незнание — результат недостатка опыта. Поэтому создайте себе багаж успешного опыта, и ваши страхи исчезнут.

Ли Якокка Ли Якокка. Это имя вот уже почти десятилетие не сходит в США с га зетных и журнальных полос, не исчезает с экранов телевизоров. Оно знакомо, как утверждают опросы общественного мнения, 93% американцев. Те же опро сы констатируют: в 1986 г. Якокка по популярности занимал второе место после президента США Рейгана, а в конце 1987 г. оставался в десятке наибо лее популярных у американцев личностей — вместе с Р. Рейганом и папой рим ским Иоанном Павлом II, вместе с Дж. Бушем (тогда вице-президентом) и двумя другими кандидатами на пост президента США, вместе с генеральным секре тарем М. Горбачевым и бывшим президентом США Дж. Картером. Председа тель совета директоров компании «Крайслер», Якокка оказался единственным представителем делового мира в этом своего рода «списке избранных», со ставленным известным Институтом Гэллапа. И удивительно ли, что в пред дверии президентских выборов и 1984 и 1988 годов Ли Якокка весьма высоко котировался как возможный кандидат на пост главы американского прави тельства.

Для того чтобы читатель ощутил стиль и пафос деловой риторики вы дающегося американского бизнесмена, приведем фрагмент из его книги «Карь ера менеджера», которая разошлась по всему миру миллионными тиражами и которую каждому изучающему практический курс «Деловой риторики» совету ем перечитать с карандашом в руке. Один из фрагментов из этой книги приво дится ниже.

Карьера менеджераP P...До сих пор я остаюсь большим поклонником Института Карнеги. Я знавал немало инженеров, обладающих глубокими идеями, но ясно изложить их другим людям затруднявшихся. Это же стыдно, когда человек больших способностей не в состоянии понятно рассказать о своих замыслах, выступая перед советом дирек торов или соответствующим комитетом. Как правило, курс обучения публичной речи в группе при Институте Карнеги вполне мог бы исправить этот его недоста ток.

Конечно, не каждый менеджер обязан быть оратором или писателем. Но из школы выходит все больше ребят, не обладающих элементарной способностью ясно излагать свои мысли. Я посылал за счет компании десятки таких скованных в своей речи молодых людей в Институт Карнеги. Большинству из них это очень помогло.

Мне бы только хотелось найти также такой институт, который научил бы людей слушать. В конце концов хорошему менеджеру нужно уметь говорить.

Слишком много людей не может уразуметь, что подлинное общение — процесс двусторонний.

В практической деятельности корпорации приходится побуждать каждого из работников вносить свою лепту в общее благо и стремиться изыскивать все более совершенные способы делать свое дело. Вовсе не обязательно принимать всякое конкретное предложение, но, если вы не ответите пришедшему с предложением человеку восклицанием «это чертовски интересная идея» и не похлопаете его по спине, он никогда больше не обратится к вам с новым предложением. Такого рода контакты позволяют людям почувствовать, что они действительно чего-то стоят.

Если вы хотите внушить работающим у вас людям стремление хорошо тру диться и проявлять инициативу, нужно уметь внимательно слушать. Именно здесь кроется разница между посредственной компанией и выдающейся компанией.

Мне как менеджеру самое большое удовлетворение доставляет видеть, как ра ботник, на которого аппарат уже наклеил ярлык посредственного или бездарного, на деле добивается признания, причем только потому, что кто-то выслушал его, вник в его трудности и помог ему их преодолеть.

Конечно, самый распространенный способ контактировать со своими со трудниками — это говорить с ними не с каждым в отдельности, а в составе целой группы. Публичная речь, которая является лучшим способом вдохновлять на труд многочисленную группу людей, коренным образом отличается от разговора с че ловеком наедине. Прежде всего такая речь требует серьезной подготовки. Тут ни чего не поделаешь, приходится как следует подумать. Оратор должен быть хоро шо информированным человеком, но, если он тщательно не обдумал того, что намерен сказать именно сегодня и именно данной аудитории, ему незачем отни мать драгоценное время у других людей.

Я всегда считал, что менеджер добился многого, если оказался способным побудить к энергичной деятельности хотя бы одного человека. Когда речь идет о том, чтобы предприятие двигалось вперед, вся суть — в мотивации людей. Вы можете уметь выполнять работу за двоих, но не в состоянии быть сразу двумя людьми. Вам следует побудить к деятельности своего подчиненного и заставить его в свою очередь побуждать к деятельности своих подчиненных.

Везение, несомненно, играет определенную роль. Но главная причина, из за которой способным людям не удается карьера, кроется в том, что они плохо взаимодействуют со своими коллегами.

Я знаю человека, всю жизнь проработавшего в автомобильном бизнесе. Он высокообразован, отличается высокой организованностью. Он блестящий стратег, вероятно, один из самых крупных специалистов в своей компании. И тем не менее его никогда не назначали на высшие посты, и только потому, что он не умел об ращаться с людьми.

Или возьмем мою собственную карьеру. Мне встречалось много людей, ко торые были умнее меня, и много людей, которые больше меня понимали в авто мобилях. И тем не менее я их оставил далеко позади. Почему? Потому что я же стко обхожусь с людьми? Вовсе нет. Невозможно сколько-нибудь долго добивать ся успехов, набрасываясь на людей с бранью. Надо уметь говорить с ними откро венно и просто.

Есть одна фраза в характеристике любого менеджера, каким бы способным он ни был, которую я не терплю, вот она: «У него не ладятся отношения с людь ми».

Я считаю такую характеристику убийственной. «Этого человека просто уничтожили», — таково мое неизменное мнение. Он не умеет обходиться с людь ми? Следовательно, он оказался в труднейшем положении, ибо здесь кроется са мая суть управления. Ведь не с собаками, не с обезьянами имеет дело менеджер, а с людьми, только с людьми. Если он не способен правильно строить отношения с себе подобными, то какой от него прок компании? Его единственное назначение в качестве руководителя — это побуждать к деятельности других людей. Если он не умеет этого делать, он, следовательно, не на своем месте.

Выше я уже отмечал, что считаю полезным наносить свои идеи на бумагу.

Однако и это можно довести до абсурда. Кое-кто как бы находит удовольствие в превращении фирмы в бумажную фабрику. Отчасти такое стремление заложено в природе человека. В учреждении всегда встречаются люди, чувствующие острую необходимость изготовить письменную справку для досье. Правда, изложение идеи на бумаге обычно является лучшим способом тщательно его продумать. Но это вовсе не означает, что все вами написанное следует доводить до сведения своих сотрудников.

Самый верный способ глубоко разрабатывать идею состоит во взаимодей ствии с коллегами-менеджерами. Здесь мы снова возвращаемся к вопросу о важ ном значении работы командой и об искусстве межличностных отношений. Взаи мовлияние двух или трех собеседников может оказаться чрезвычайно плодотвор ным, и оно сыграло большую роль в моем собственном успехе.

Вот почему я энергичный сторонник того, чтобы менеджеры посвящали вре мя совместным беседам, причем не обязательно на официальных встречах, а просто на прогулке, где можно в непринужденной обстановке давать друг другу полезные советы, решать различные проблемы.

Люди, посещающие меня в корпорации «Крайслер», часто поражаются то му, что на моем столе нет компьютерною терминала. Они, вероятно, забывают, что все то, что выходит из компьютера, кому-то приходится в него закладывать.

Самая большая проблема, с которой столкнулся сегодня американский бизнес, заключается в чрезмерном объеме информации у большинства менеджеров. Она кружит им голову, она их ослепляет, и они не знают, что с ней делать.

Ключ к успеху вовсе не в информации. Он в людях. Поэтому для заполне ния высших управленческих постов я подыскиваю лишь неутомимых работяг. Это те самые работники, которые стремятся делать больше, чем от них требуется.

Они всегда доступны. Они доступны для людей, с которыми они работают, и ста раются помочь им возможно лучше выполнять возложенные на них обязанности.

Так уж они созданы.

Но есть и такие, кто отбывает свой рабочий день от и до. Они просто хотят жить без треволнений и дожидаться указаний, что им следует делать. У них на уме одно: «Я не желаю участвовать в этой бешеной гонке. Она может сказаться на моем здоровье».

Из того, что вы энергично и увлеченно трудитесь, глубоко вникаете в свое дело, вовсе не следует, что уже через неделю умрете от гипертонии!

Вот почему я ищу людей напористых. Их нужно немного. Имея двадцать пять таких молодцов, я мог бы руководить правительством Соединенных Штатов.

В корпорации «Крайслер» их у меня около дюжины. Сила этих менеджеров в том, что они знают, как давать поручения другим и как вдохновлять людей на дело. Они умеют выявлять «узкие» места и определять приоритетные задачи.

Они именно тот сорт руководителей, которые вправе сказать: «Забудьте это дело, на него уйдет десять лет. Вот чем вы должны заняться сегодня».

2.5. ТВОРЧЕСКИЕ ЗАДАНИЯ 1. Прочитайте внимательно фрагмент из «Риторики» Аристотеля (см.: § 2.1.). Какие способы убеждения выделял в ораторской речи Аристотель? Сфор мулируйте для себя несколько правил убедительной речи.

2. Подготовьте аналитический доклад на тему «Античные риторики»:

а) Аристотель, б) Цицерон, в) Платон.

3. Подготовьте аналитический доклад на тему «Приемы и правила красно речия» по книге М. В. Ломоносова «Краткое руководство к красноречию». Матери P ал можно взять из книги «Об ораторском искусстве»P.

4. Подготовьте доклады на тему «Образцы классической русской риторики» по:

а) Н. В. Гоголю, б) А. П. Чехову, в) Л. Н. Толстому.

5. Организуйте конкурс на лучшее прочтение речей:

а) П. А. Столыпина, б) А. Ф.Кони.

6. Подготовьте доклад на тему «Правила делового общения менеджера» (по книге Ли Якокка «Карьера менеджера»).

7. Подготовьте серию докладов по книгам Дейла Карнеги:

а) «Как обрести уверенность в себе и влиять на людей».

б) «Как обрести спокойствие и жить полноценной жизнью».

(Дополнительные темы и направленность докладов согласуйте с препода вателем.) 3. САМОРАЗВИТИЕ КУЛЬТУРЫ ДЕЛОВОГО ОБЩЕНИЯ 3.1. ОБЩИЕ ПРАВИЛА ДЕЛОВОГО ОБЩЕНИЯ Философская по содержанию и поэтическая по форме мысль об исключи тельной роли общения в жизнедеятельности человека принадлежит французско му писателю Сент-Экзюпери, который сказал: «Самая большая роскошь — это роскошь человеческого общения».

В наш бурный информационно-технологичный век, к великому сожалению, мы все чаще замечаем, как суживаются возможности для непосредственного кон такта между людьми, а их неформальное — человеческое общение часто все бо лее отодвигается на второй план. В условиях роста стоимости мира вещей обес ценивается обычное человеческое общение.

В повседневной спешке и постоянном марафоне за деловым успехом мы часто забываем остановиться и не замечаем в своем коллеге по работе просто человека, наделенного достоинствами и недостатками, терзаемого сомнениями, то есть теми же личностными качествами, которыми обладаем и мы сами.

Понять сложный, многогранный, многомерный мир управленческих взаимо отношений, в которые мы ежедневно вступаем, можно прежде всего, поняв чело века, с которым ведем непосредственное общение. Понять другого человека — значит войти в его положение, значит мысленно представить, каковы его мотивы, цели, жизненные планы, возможности и наиболее вероятная направленность его действий.

Поэтому следует постоянно помнить, что каждый человек — это личность, а как личность, он уникален и хоть в чем-то, но превосходит тебя. Поэтому общаясь — не подавляй, обучая — учись, отдавая — вбирай, впитывай в себя все то луч шее, что есть у того, с кем ты общаешься. А для того чтобы общение было дня тебя не только необходимостью, но и естественной потребностью, проявляй к своему собеседнику неподдельный, искренний и глубокий интерес.

Однако прежде чем говорить «о роскоши человеческого общения», попыта емся осмыслить, что такое общение? Любой ли контакт с человеком может быть назван общением?

1-я ситуация. Руководитель даст распоряжения-указания своим сотрудни кам, ставит перед ними задачу и определяют сроки исполнения. Руководитель выступает в данной ситуации как администратор, как субъект управления дея тельностью своих сотрудников. А лица, ему непосредственно подчиненные, — объект управления. Назовем эту ситуацию — жестким управлением без обрат ной связи.

2-я ситуация. Руководитель не только ставит задачу перед своими сотруд никами, но и выслушивает их мнение о возможностях ее решения. Или по ходу решения задачи стремится собрать необходимую информацию о том, как решает ся задача, где возникают затруднения и в чем именно. В данном случае мы имеем пример управления с элементами обратной связи.

3-я ситуация. В выполнении какой-либо производственной задачи между сотрудниками и руководителем возникают ситуации партнерских взаимоотноше ний, желание помочь друг другу, идет активный диалог и обсуждение того, как лучше решить производственную задачу. Назовем эту ситуацию — ситуацией сотрудничества.

4-я ситуация. Руководитель вместе с сотрудниками своего коллектива ищут «слабые» места, противоречия, проблемы в деятельности своего коллектива и ищут неординарное — творческое их решение. Выдвигаются разные версии, под ходы, способы решения. Все работают как творческий коллектив единомышлен ников. Назовем эту ситуацию ситуацией сотворчества.

Нетрудно заметить, что в ситуации № 1 осуществлялось лишь жесткое управление, для которого характерным является формальный контакт руководи теля с подчиненным. В ситуации № 2 состоялся уже некоторый обмен информа цией, но данный контакт еще нельзя назвать полноценным общением. В ситуации № 3 уже налицо сотрудничество, а в ситуации № 4 — сотворчество.

Если сравнить все четыре ситуации, то общение, в сущности, состоялось только в ситуациях сотрудничества и сотворчества, когда руководитель не оказы вал давления на подчиненного, а подчиненный по существу таковым и не был, а был равноправным партнером. При третьей, а особенно в условиях четвертой си туации, достигается взаимообогащение, взаиморазвитие и руководителя и его сотрудника.

В общении, как в процессе, могут быть выделены следующие этапы (фра зы):

1. Приветствия, обращения собеседников друг к другу.

2. Постановки вопроса, проблемы, просьбы, высказывания предложения одной стороной.

3. Активного слушания и обмена информацией.

4. Выдвижение идей, версии, гипотез, решения проблем.

5. Нахождения оптимального способа решения проблемы, задачи.

6. Принятия решения.

7. Завершения общения (пожелания взаимных успехов, высказывание о на мерениях на будущее и т.д.).

Мы перечислили эти фазы для того, чтобы вы, как активный субъект и объ ект общения, знали и помнили о них. Нецелесообразно иллюстрировать какую либо из фаз, так как это нарушает целостность общения, создает дополнительные помехи и барьеры.

Важно овладеть любой из выделенных фаз, но особенно важно научиться слушать собеседника. Умеете ли вы слушать своих сотрудников? Многим пред ставляется: что может быть проще, чем уметь слушать! Но слушать—это не зна чит бездействовать. Слушая, необходимо вникнуть в смысл не только того, о чем говорит собеседник, но и понять, для чего он это говорит, что он от вас хочет, с чем он к вам пришел. Что вы можете для него сделать? Не спешите перебивать собеседника, дайте ему выговориться.

Но подлинного делового общения руководителя со своими сотрудниками часто не происходит по целому ряду причин, главная из которых — наличие соци альных, психологических и других барьеров. Перечислим наиболее характерные из них:

— Отсутствие психологической совместимости руководителя и сотрудника (отдельные черты характера, манеры поведения одного не нравятся другому).

Руководитель (или, наоборот, сотрудник) когда-то в какой-то ситуации допустил неуважительное отношение. И это отчуждение продолжает быть барьером в си туациях общения.

— Руководитель или подчиненный были ранее неискренни, а еще хуже, один совершил нечестный поступок по отношению к другому. Это надолго, а ино гда навсегда, создает барьер для общения.

— Собеседники не называют друг друга по имени и отчеству, а сугубо офи циально обращаются на «вы».

— Выражение лица одного из собеседников бесстрастное, равнодушное, а иногда даже скучное по отношению ко всему тому, что говорит другой.

— Один (руководитель или сотрудник) считает другого некомпетентным, профессионально неподготовленным.

— У одного из собеседников отсутствует чувство юмора (один пошутил, а другой эту шутку либо не понял, либо воспринял как личное оскорбление).

— Руководитель систематически стремится показать свое превосходство и тем самым подавляет и даже унижает своего сотрудника.

— Отношения носят слишком формальный, официальный характер.

— Руководитель в ситуации общения периодически отвлекается (на теле фонные разговоры, продолжает что-то писать, имеет безучастный вид).

— Руководитель не входит и не хочет даже внешне войти в положение со трудника и тем самым как бы иллюстрирует свое безразличие к своему сотрудни ку.

— Один из собеседников по отношению к другому ведет себя высокомерно, общается в назидательно-поучительном тоне.

— Для общения неблагоприятная обстановка (много посторонних людей, слишком холодно или, наоборот, слишком жарко в помещении).

— По одежде, манере вести себя или каким-то другим признакам один из собеседников «иллюстрирует» явное превосходство, свое «особое положение».

— Один из собеседников показывает, что он куда-то спешит.

— Разговор переходит в полемику, а затем в выяснение отношений. Пере чень барьеров можно было бы продолжить. Мы их привели не случайно, а для того, чтобы руководитель не создавал их сам. А коль уж какой-то из барьеров об щения возник, искал способ, чтобы его снять или хотя бы снизить.

Для руководителя очень важно знать, а самое главное, уметь творчески ис пользовать в зависимости от складывающейся ситуации правила делового, но одновременно и доверительного общения:

Там, где это возможно и уместно, здоровайтесь за руку.

Если вы сидите за рабочим столом, а к вам зашел посетитель, то в этот момент лучше всего выйти из-за стола и пригласить его сесть.

Начав разговор, поинтересуйтесь личными делами, проблемами, которые волнуют собеседника.

Не хмурьтесь, улыбнитесь, будьте открыты с собеседником. Избегайте фраз: «меня это не интересует.., а у меня на этот счет другое мнение.., я бы хотел вам напомнить...» Ищите «зону общих интересов», то, что может вас сблизить с собеседни ком.

Постарайтесь уступить собеседнику в мелочах, но в решении главной про блемы убедите собеседника в целесообразности вашего подхода, вашей точки зрения.

Заканчивайте деловой разговор на такой ноте, фразе, чтобы перекинуть мостик на последующую встречу.

Постарайтесь, чтобы собеседник ушел от вас с хорошим настроением.

3.2. КАК ПОДГОТОВИТЬ И ПРОВЕСТИ СОВЕЩАНИЕ Итак, как подготовить и провести совещание? Чтобы ответить на этот во прос, уточним, что такое «совещание». Общепринято, что совещание — это фор ма организации делового общения коллектива (группы) с целью обмена информацией и принятия коллективного решения по актуальным для данно го коллектива (группы) проблемам. Однако после совещания или в процессе его проведения иногда возникает проблем больше, чем их было до проведения.

Возникает проблема «холостых совещаний», а точнее, проблема повышения эф фективности совещаний. Если об актере мы ничего не можем сказать, пока не увидим его на сцене, то способность руководителя, его творческий потенциал, его умение управлять людьми, как в зеркале, проявляется в процессе проведения со вещания.

Если большинство современных совещаний не дает ожидаемого результа та, то что приводит к их низкой эффективности и даже срыву? Исследование и систематика проведенных наблюдений показывают, что наиболее важными фак торами и причинами такого явления могут быть следующие:

— плохая подготовка к совещанию самого руководителя, помогающих ему экспертов или людей, ответственных за его подготовку;

— отсутствие у участников совещания желания сотрудничать, работать со вместно;

— включение в повестку дня малосвязанных между собой вопросов и их изобилие;

— неумелое ведение совещания (вместо обсуждении проблем и принятия решений поощрение разговоров вообще, ни о чем);

—попустительство по отношению к демагогическим выступлениям;

— отстаивание групповых интересов, нежелание найти общий интерес, ре шить общие задачи;

— формальные выступления, зажим конструктивных дискуссий и критики;

— неумение с самого начала совещания заострить проблему, отсутствие интересных, вдохновляющих выступлений, оригинальных идей, которые могли бы быть поддержаны большинством.

Как видим, эффективность проведения совещания если не полностью, то во многом зависит от таланта и управленческих способностей его организатора. По этому, как говорится, во всех удачах приходится благодарить обстоятельства, во всех неудачах — винить только себя. Но если совещание не достигло ожидаемого эффекта, то необходимо не опускать руки, а извлечь из совершенных ошибок ка кую-либо пользу на перспективу.

Десять правил подготовки и проведения совещаний 1. Готовясь к совещанию, ответьте для себя на следующие вопросы: что будете обсуждать? Какие могут возникнуть проблемы? Каковы варианты их реше ния? Что может способствовать успеху совещания? Каковы возможные варианты компромисса? Нельзя ли разбить проблему на подпроблемы? Нельзя ли в случае осложнений решить часть проблемы?

2. Учитывайте уровень подготовленности, информированности и даже на строения участников совещания.

3. Помните, что даже самое серьезное совещание бывает уместным начать с неожиданно интересной реплики и даже шутки.

4. Учитесь излагать суть вопроса, проблемы по возможности кратко.

5. Не забывайте, что успех совещания во многом зависит от убедительно сти, аргументированности выступлений ведущего.

6. Обращаясь, называйте участников совещания по имени и отчеству, по возможности подчеркивайте их опыт и компетентность по соответствующему во просу.

7. Не нагромождайте слишком много вопросов в рамках одного совещания.

Постарайтесь сгруппировать их.

8. Выступая, не поучайте, не изрекайте прописных истин.

9. Очень эффектно, если фраза, мысль, с которой вы начали совещание, будет использована и в его завершении.

10. По окончании совещания ответьте самому себе наследующие три во проса: чего вы добились? Чего вы не достигли и почему? Каковы уроки на буду щее?

Очень важно помнить, что при подготовке и проведении совещаний не бы вает мелочей. В связи с этим хотелось бы обратить внимание читателей на сле дующие моменты.

Остерегайтесь в процессе совещания плоских шуток, непродуманных реп лик в адрес легкоранимых и эмоционально возбудимых членов коллектива. Не начинайте совещание со слов: «У меня было мало времени, поэтому не все мате риалы к совещанию готовы...» Или: «Я, к сожалению, не такой оратор, как...» И так все видят, что вы не выдающийся оратор, а вы это еще и констатируете. Не увле кайтесь цитатами, зачитыванием ранее подготовленного текста. Это, как правило, не дает ожидаемого результата. По возможности излагайте мысль своими слова ми, руководствуясь лишь планом выступления. Это бывает более убедительным.

Ваше выступление не должно затягиваться и превращаться в длинный монолог.

Немаловажное значение имеет то, как лучше закончить совещание? Что в связи с этим можно порекомендовать?

— Призвать всех к выполнению тех планов, программ, к достижению тех целей, к которым пришли в результате дискуссии.

— Кратко резюмировать ход совещания и расставить свои акценты На тех вопросах, проблемах, которые решались.

— Похвалить наиболее удачные предложения, наиболее деловые выступ ления.

— Бросить подходящую шутку, реплику, которая, однако, была бы к месту и разрядила бы обстановку скованности и даже некоторой враждебности, если уча стники совещания не пришли к желаемому результату.

— Привести подходящую цитату, изречение.

— Поблагодарить участников совещания за продуктивную работу.

— Акцентировать внимание слушателей на самом важном, самом нестан дартном подходе, решении, которое достигну то на совещании.

3.3. КАК ВЕСТИ ТЕЛЕФОННЫЕ ДЕЛОВЫЕ РАЗГОВОРЫ Телефонный деловой разговор, даже если один из собеседников преиму щественно говорит, а другой слушает, представляет собой один из жанров дело вого общения.

Поскольку в этом параграфе речь пойдет только о деловом телефонном разговоре, то даже используя словосочетание «телефонный разговор», мы будем вести речь о специфике именно делового общения по телефону.

Таким образом, правило первое. Даже если инициатива в телефонном разговоре принадлежит вашему собеседнику, вы не должны хранить молчание, а поддерживать разговор. Это могут быть краткие, нейтральные фразы типа: «да», «я вас понял», «хорошо» и т.п., но у собеседника не должно возникнуть ощуще ния, что вас разъединили или вы его мнением пренебрегаете.

Правило второе и, пожалуй, самое главное. Будьте корректны и вежливы в любой ситуации, в беседе с любым собеседником, даже если он вам доставляет неприятности. Вы можете быть непреклонными в своих требованиях и неуступчи вы в своих позициях, но ни в коем случае даже в ситуации непримиримого спора и ссоры не опускайтесь до уровня брани и перепалки по принципу: кто кого пере кричит.

Искусство использования телефона в решении своих деловых вопросов со стоит в том, чтобы максимально эффективно использовать время, затраченное на телефонные разговоры.

В связи с этим необходимо знать, как себя вести в наиболее сложных, не однозначных ситуациях делового общения. Всем известно, что телефон — это благо, но это и бедствие, если нерационально тратится масса времени на бес плодные, ни к чему не обязывающие разговоры. Разберем наиболее типичные ситуации.

Ситуация первая. Кому снимать трубку? Представим себе, что у вас в от деле есть секретарша, а у вас отдельный кабинет и параллельный телефон. Кто должен снимать трубку первым?

Правило третье. Телефонную трубку первой снимает секретарша. Этим вы сэкономите массу времени, так как на половину звонков, как показывает практика, дать разъяснение или ответ они может сама.

Ситуация вторая. Вы очень заняты, а вам звонят. Возникает проблема:

брать или не брать трубку? У вас срочная работа, а телефон постоянно отвлекает вас. Более того, телефон «вопит почти непрерывно, кто-то упорно добивается вас, а вам некогда даже снять трубку.

Правило четвертое. Если вам настойчиво звонят, а вы очень заняты, то лучше всего снять трубку и сказать: «Пожалуйста, позвоните мне тогда-то, а сей час я очень занят!» или вообще отключит), на время телефон.

Ситуация третья. У вас в кабинете посетитель. Идет деловой разговор, а вам в это время звонят. Как быть? Кому отдал) предпочтение — телефону или посетителю? Ясно, что если вы снимите трубку, то вы проявите неуважение к по сетителю. Но, с другой стороны, иногда имеет особое значение телефонный раз говор, особенно если вы его ждете и для вас он имеет очень важное значение.

Есть несколько вариантов решения этой проблемы, но в любом случае необходи мо придерживаться пятого правила: предпочтение отдается человеку (в данном случае посетителю), а не телефону. Даже если вы уже заканчиваете разговор с посетителем, а вам в это время звонят, то лучше всего снять трубку и сказать:

«Перезвоните мне, пожалуйста, через несколько минут, я пока очень занят».

Ситуация четвертая. Ваш собеседник по телефону весьма словоохот лив и затягивает разговор. Вы же очень спешите. Как поступить в данной ситуа ции? Помните, что длинные, малопродуктивные разговоры — это вина не только вашего собеседника, но и ваша. Значит, в предыдущий раз или в начале разгово ра вы сами были так же многословны. Поэтому остается один выход—извиниться, что вы спешите и перенести обсуждение проблемы на следующий раз или дать понять собеседнику, что необходимо завершить разговор. Исходя из анализа этой ситуации, следует шестое правило: приучайте себя и своих собеседников гово рить по существу, экономя минуты и даже секунды телефонного времени.

Известно ли вам, что средняя продолжительность телефонных деловых разговоров составляет 5-6 минут? В то время как большинство разговоров вполне могут уложиться в три минуты. Если в течение дня вы имели в среднем 20 теле фонных разговоров, то вы только на этом потеряли минимум час рабочего време ни!

В связи с этим напрашивается правило седьмое. В процессе телефонной деловой беседы экономьте буквально секунды, ибо из них складываются минуты и часы драгоценного рабочего времени.

Далее предлагаем вам схему наиболее рациональной композиции делового телефонного разговора:

а) взаимное приветствие и представление (15-20 секунд);

6) вводное разъяснение того, о чем пойдет речь, какова суть проблемы де лового разговора (40-50 секунд);

в) обмен мнениями, обсуждение проблемы и способов ее решения (60- секунд);

г) завершение беседы (15-20 секунд).

Естественно, данная схема композиционного построения телефонного де лового разговора не догма, а лишь ориентир для более лаконичной и продуктив ной деловой беседы, которая может быть изменена. Однако ваша стратегия на экономию рабочего времени должна быть неизменной.

И в заключении этого параграфа сформулируем еще несколько советов для ведения делового телефонного разговора:

Рядом с телефоном всегда имейте авторучку и карандаш, телефонные справочники.

Номера телефонов ваших деловых партнеров следует аккуратно записы вать в специальную книжку с указанием фамилии, имени и отчества, а также же лательно и точного адреса.

Заранее планируйте, корректируйте список лиц, кому и когда вы должны по звонить.

Сняв трубку, в разговоре с новым для вас собеседником не забудьте представиться.

Разговор по телефону ведите внятно и не очень громким голосом.

3.4. ПРАВИЛА ДЕЛОВОЙ ПЕРЕПИСКИ При всевозрастающей роли телефонов, телефаксов и других средств дос тавки деловой информации обыкновенное деловое письмо было и остается ис ключительно важным, а порой незаменимым средством делового взаимодействия между фирмами и организациями. И от того, насколько грамотно и хорошим язы ком ведется деловая переписка, зависит многое, а порой и сам успех предпри ятия.

При составлении делового письма вы должны ясно представить и уяснить себе следующее. Деловое письмо должно быть составлено так, чтобы были со блюдены следующие правила:

— Оно должно быть написано грамотно, лаконично и аргументированно.

— Тон письма должен быть ясным, корректным и доброжелательным.

— Содержание письма должно быть адекватно его виду (письмо-заказ, от ветное письмо, сопроводительное, выставление счета, извинение и т.п.).

— В письме следует избегать двусмысленностей и неточностей.

Структура и содержание делового письма Заголовок В процессе деловой переписки предпочтительнее пользоваться фирмен ными бланками, отпечатанными типографским способом. В заголовке указывается точный адрес отправителя, название фирмы, дата отправки. Если письмо от правляется за рубеж, то название фирмы лучше продублировать на английском языке. Исходящий номер ставится лишь на дубликате, который хранится в канце лярии фирмы. При написании даты ставятся день, месяц, год.

Обращение Обращаясь к официальному лицу, необходимо указать должность адреса та, его имя, отчество. Допустимо неформальное обращение типа «Уважае мый...», «Дорогой...».

Текст Основной текст письма включает в себя информацию, которая должна быть передана адресату, излагается в лаконичной, ясной, официальной форме. В письме не допускается сокращений. Письмо должно быть убедительным и про стым изложением тех идей, предложений, которые бы исключили дополнитель ные вопросы и дополнительную переписку.

Заключение В заключение письма обычно высказывается уверенность, надежда на ско рейшее получение ответа либо в соответствии с правилами деловой переписки высказывают признательность за то-то... или просто заканчивают фразой «С ува жением...», я далее ставят свою подпись с указанием должности и звания.

Предлагаем типичные фразы делового письма.

а. В начале письма.

Уважаемый...

Рады сообщить Вам...

Благодарим за письмо от... числа...

Пожалуйста, примите наши извинения за задержку ответа...

К сожалению, мы не можем удовлетворить Вашу просьбу...

б. В содержании письма.

Мы совершенно уверены в том, что...

Обращаем Ваше внимание на тот факт, что...

В связи с Вашей просьбой сообщаем, что...

В противном случае мы вынуждены будем...

В случае задержки в поставках...

Мы не согласны с Вашей точкой зрения по следующий причинам...

Необходимо признать, что...

в. Выражения, которыми заканчивается письмо.

Надеемся получить ответ в самое ближайшее время...

Ожидаем Вашего согласия (подтверждения, уведомления)...

Заверяем Вас, что мы предпримем самые срочные меры, чтобы испра вить положение...

Мы будем весьма признательны за быстрый ответ...

С глубоким уважением...

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.