WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

ДАНИЕЛЯН Наира Владимировна ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВАНИЯ НАУЧНОЙ РАЦИОНАЛЬНОСТИ Специальность 09.00.01 - онтология и теория познания

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Москва, 2002 1 I.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Динамичная смена системы жизнедеятельности общества на рубеже веков с необходимостью приводит к смене и типа мышления, к становлению его новой парадигмы. Такой парадигмой может быть постнеклассическая рациональность, которая сегодня активно исследуется в различных областях: философии, истории, синергетике и др. В этих условиях обращение к исследованию сущности и особенностей нового типа рациональности актуально, а для решения задачи ее понимания просто необходимо. И хотя по данной проблеме уже имеется немало работ, в ней сохраняются “белые пятна”, что повышает актуальность и значимость предлагаемого диссертационного исследования.

Три крупных стадии исторического развития науки, каждую из которых открывает глобальная научная революция, можно охарактеризовать как три исторических типа научной рациональности, сменявшие друг друга в истории техногенной цивилизации. Это - классическая рациональность (соответствующая классической науке в двух ее состояниях - додисциплинарном и дисциплинарно организованном), неклассическая рациональность (соответствующая неклассической науке) и постнеклассическая рациональность, связанная с радикальными изменениями в основаниях науки (соответствующая постнеклассической науке). Между ними, как этапами развития науки, существуют своеобразные “перекрытия”, причем появление каждого нового типа рациональности не отбрасывало предшествующего, а только ограничивало сферу его действия, определяя его применимость лишь к определенным типам проблем и задач.

Каждый этап исторического развития характеризуется особым состоянием научной деятельности, направленной на постоянный рост объективно-истинного знания. Если схематично представить эту деятельность как отношения “субъект-средства-объект” (включая в понимание субъекта ценностноцелевые структуры деятельности, знания и навыки применения методов и средств), то описанные этапы эволюции науки, выступающие в качестве разных типов научной рациональности, характеризуются различной глубиной рефлексии по отношению к самой научной деятельности.

Классический тип научной рациональности, центрируя внимание на объекте, стремится при теоретическом объяснении и описании элиминировать все, что относится к субъекту, средствам и операциям его деятельности. Такая элиминация рассматривается как необходимое условие получения объективно-истинного знания о мире. Цели и ценности науки, определяющие стратегии исследования и способы фрагментации мира, на этом этапе, как и на всех остальных, детерминированы доминирующими в культуре мировоззренческими установками и ценностными ориентациями. Но классическая наука не осмысливает этих детерминаций.

Неклассический тип научной рациональности учитывает связи между знаниями об объекте и характером средств и операций деятельности. Экспликация этих связей рассматривается в качестве условий объективно-истинного описания и объяснения мира.

Но связи между внутринаучными и социальными ценностями и целями по-прежнему не являются предметом научной рефлексии, хотя имплицитно они определяют характер знаний (определяют, что именно и каким способом мы выделяем и осмысливаем в мире).

Постнеклассический тип рациональности расширяет поле рефлексии над деятельностью. Он учитывает соотнесенность получаемых знаний об объекте не только с особенностью средств и операций деятельности, но и с ценностно-целевыми структурами.

Причем эксплицируется связь внутринаучных целей с вненаучными, социальными ценностями и целями.

Каждый новый тип научной рациональности характеризуется особыми, свойственными ему основаниями науки, которые позволяют выделить в мире и исследовать соответствующие типы системных объектов (простые, сложные, саморазвивающиеся системы). При этом возникновение нового типа рациональности и нового образа науки не следует понимать упрощенно в том смысле, что каждый новый этап приводит к полному исчезновению представлений и методологических установок предшествующего этапа. Напротив, между ними существует преемственность.

Неклассическая наука вовсе не уничтожила классическую рациональность, а только ограничила сферу ее действия. При решении ряда задач неклассические представления о мире и познании оказывались избыточными, и исследователь мог ориентироваться на традиционно классические образцы (например, при решении ряда задач небесной механики не требовалось привлекать нормы квантово-релятивистского описания, а достаточно было ограничиться классическими нормативами исследования). Точно так же становление постнеклассической науки не приводит к уничтожению всех представлений и познавательных установок неклассического и классического исследования. Они будут использоваться в некоторых познавательных ситуациях, но только утратят статус доминирующих и определяющих облик науки.

Когда современная наука на переднем крае своего поиска поставила в центр исследований уникальные, исторически развивающиеся системы, в которые в качестве особого компонента включен сам человек, то требование экспликации ценностей в этой ситуации не только не противоречит традиционной установке на получение объективно истинных знаний о мире, но и выступает предпосылкой реализации этой установки. Есть все основания полагать, что по мере развития современной науки эти процессы будут усиливаться. Техногенная цивилизация ныне вступает в полосу особого типа прогресса, когда гуманистические ориентиры становятся исходными в определении стратегий научного поиска. Вместо чисто объективистского видения мира выдвигается такая система построения науки, в которой обязательно присутствует в той или иной мере “антропный принцип”. Суть его состоит в утверждении принципа: мир таков потому, что в нем есть мы, любой шаг познания может быть принят только в том случае, если он оправдан интересами рода людей, гуманистично ориентирован. Постнеклассическое видение мира с его нацеленностью на “человекоразмерные” объекты предполагает поворот в направленности научного поиска от онтологических проблем на бытийные. В данном свете и научная рациональность видится иначе. Сегодня надо искать не просто объективные законо-сообразные истины, а те из них, которые можно соотнести с бытием рода людей. Поэтому новую рациональность в отечественной литературе определяют также как неонеклассическую.

Позитивным образом формируются не классический идеал, а неклассический и постнеклассический типы рациональности, которые, очевидно, и призваны будут воплотить новый идеал рациональности. Важно, однако, то, что выход за пределы классического идеала рацинальности засвидетельствован с позиций различных традиций мировой философии.

На развитие целостной общенаучной картины мира оказывают влияние не только достижения фундаментальных наук, но и результаты междисциплинарных, прикладных исследований, социо-культурные детерминанты. В этой связи уместно, например, напомнить, что идеи синергетики, вызывающие переворот в системе наших представлений о природе, возникали и разрабатывались в ходе многочисленных прикладных исследований, выявивших эффекты фазовых переходов и образования диссипативных структур.

Ориентация современной науки на исследование сложных исторически развивающихся систем существенно перестраивает идеалы и нормы исследовательской деятельности. Историчность системного комплексного объекта и вариабельность его поведения предполагают широкое применение особых способов описания и предсказания его состояний. С идеалом строения теории как аксиоматически-дедуктивной системы все больше конкурируют теоретические описания, основанные на применении метода аппроксимации, теоретические схемы, использующие компьютерные программы, и т.д.

Объектами современных междисциплинарных исследований все чаще становятся уникальные системы, характеризующиеся открытостью и саморазвитием. Такого типа объекты постепенно начинают определять и характер предметных областей основных фундаментальных наук, детерминируя облик современной, постнеклассической рациональности, которая “строит” самого субъекта, в результате чего объект и субъект познания оказываются организованными в единый цикл через средства познания.

Все эти моменты, которые так или иначе обсуждаются в рамках современной гносеологии и философии науки, определяют актуальность данного исследования.

Степень разработанности проблемы. Истоки рационализма восходят к древнегреческой философии. Еще Парменид различал знание “по истине” (полученное посредством разума) и знание “по мнению” (полученное в результате чувственного восприятия). Сами истоки идеи рациональности в философском сознании, начиная с античности, связаны с сознательной постановкой и обсуждением коренной мировоззренческой проблемы “соизмерения человека в бытии”, “врастания”, “вписанности” человека в окружающий его мир, превращения его человеком в обитаемый для себя мир.

К принципиальным рационалистам относятся Р. Декарт, Б. Спиноза, Н. Мальбранш, Г.В. Лейбниц, Х. Вольф. Собственно, сформированное ими понятие рациональности сохраняет свое значение и по сей день. М. Вебер определяет рациональность как точный расчет адекватных средств для достижения данной цели. Познающий субъект и познаваемый объект у М. Вебера противопоставляются, а всякое слияние субъекта с объектом в качестве основы научного исследования отвергается.

Со второй половины XX-го века эта проблема обретает черты самостоятельной и разрабатывается в философских учениях представителями критического рационализма.

Тема рациональности развивается и становится предметом острых дискуссий в работах Т.

Куна, И. Лакатоса, К. Поппера, С. Тулмина, П. Фейерабенда. В 1978 г. в Дюсельдорфе состоялся Всемирный философский конгресс, на котором, по словам Т.И. Ойзермана, “проблема рациональности занимала... ключевое положение в развернувшейся дискуссии”.

Проблеме рациональности уделял значительное внимание и Г. Башляр. Он является старшим современником представителей критического рационализма, но стоит как бы в стороне от постпозитивизма и резко расходится с его представителями в интерпретации проблемы роста и развития науки.

В российской философии проблема научной рациональности рассматривается в многочисленных работах таких философов, как Н.С. Автономова, П.П. Гайденко, Ю.Н.

Давыдов, В.В. Ильин, В.А. Лекторский, М.К. Мамардашвили, Л.А. Микешина, В.Н.

Порус, Б.И. Пружинин, В.С. Швырев. Особенно нужно отметить работы В.С. Степина.

В последние десятилетия не только за рубежом, но и в отечественной философии проделана существенная аналитическая работа по выявлению структуры научного знания, а также критериев научности, предпосылок и оснований в научном познании. В результате этих исследований достаточно расплывчатые представления о “предпосылочном знании” были конкретизированы и определены три главных компонента оснований науки: нормы и идеалы исследования, научная картина мира и философские идеи и принципы, с помощью которых обосновываются картины мира и выявляются идеалы и нормы познания.

Осознание многообразия форм существования научной рациональности, сопровождавшее философское осмысление научных революция XX столетия, в современной философии науки основывается на понятиях идеалов и типов рациональности. Практически впервые понятия неклассической философии и неклассической рациональности вводятся и рассматриваются М.К. Мамардашвили, Э.Ю.

Соловьевым, В.С. Швыревым.

Классический и неклассический идеалы рациональности подробно описывает М.К.

Мамардашвили на базе философии, психологии и физики. Американский философ Х.

Патнем констатирует принципиальные трудности с классическим идеалом безличностного знания, анализируя ситуации в квантовой механике и современной логике. В.С. Степин формулирует признаки классического, неклассического и постнеклассического типов рациональности, имевших место на разных этапах развития науки.

Одна из наиболее значительных концепций “новой” рациональности - модель “коммуникативной рациональности” Ю. Хабермаса. Автор данной концепции сконцентрировал свои усилия на поиске нереализованных возможностей коммуникативных связей и способов их реализации с целью выйти на новый уровень философско-методологического сознания и, разумеется, социально-культурной практики.

Современная наука, создавая адекватные средства решения глобальных проблем, выводит их на уровень саморегуляции, характерный для живых систем. Только в 80-е годы наука приблизилась к открытию законов, действие которых обеспечивает целостность развивающихся природных систем. Об этом свидетельствует создание синергетики как теории самоорганизации сложных систем, а также единых теорий фундаментальных физических взаимодействий. Этот анализ проводится в трудах И.С.

Добронравовой, В.С. Егорова, Е.Н. Князевой, С.П. Курдюмова, Н.Н. Моисеева, И.

Пригожина, И. Стенгерс, Г. Хакена. В теории познания на основе процессов саморегуляции была создана эволюционная эпистемология. Аспект применения идей самоорганизации показан на примере работы Э. Янча “Самоорганизующаяся Вселенная:

научные и гуманистические следствия возникающей парадигмы эволюции”.

Специально исследуется научная рациональность в условиях становления ноосферного сознания. Еще до возникновения экологической науки, в начале XX века П.

Тейяр де Шарден и Э. Ле-Руа впервые ввели в научный лексикон понятие ноосферы. В.И.

Вернадский внес в термин материалистическое содержание и заявил о наступлении новой эпохи в эволюции живого вещества, собственно жизни на Земле - о ноосфере как эпохе регулирования ее человеческим разумом. Сегодня ноосфера рассматривается как новая, высшая фаза эволюции биосферы, связанная с возникновением и развитием в ней человечества, которое, познавая законы природы и совершенствуя технику, начинает оказывать определяющее воздействие на ход природных (включая космические) процессов. Зародившись на планете Земля, ноосфера имеет тенденцию к постоянному расширению, превращаясь в особый структурный элемент космоса. Интересна концепция коэволюции, развиваемая Н.Н. Моисеевым, и коллективного разума (Р.А. Зобов, В.Н.

Келасьев), устойчивого развития (А.Д. Урсул).

Особая роль в современном научно-техническом и социальном развитии принадлежит информации и информационным технологиям. Именно информационная революция создает объективную предметную основу, которая должна позволить отвести экологическую угрозу, а также опасность, нависшую над человеческим духом и телесностью. Новое понимание мира, новые математические средства, новые физические и технические орудия - все это поможет по-новому понять Вселенную, иначе увидеть мир, принять соответствующие решения и углубить понятие рациональности. Существование и бытие человека в полностью “технизированном” и “информатизированном” мире не могли не занимать философов, что вызвало к жизни концепцию “информационного общества” (У. Мартин, Й. Масуда, Дж. Найсбитт, Э. Тоффлер).

Проблематика информационной культуры становится актуальной в работах М.

Бубера, К.Х. Делокарова, Р. Картера, К.К. Колина, А.И. Ракитова, М.Ю. Тихонова, А.Д.

Урсула и др.

Сегодня анализ философских оснований научной рациональности не может ограничиться только теоретико-познавательным аспектом. От философской мысли требуется анализ гуманитарных, социокультурных и исторических характеристик научной рациональности, что и составляет основу и предметную область данного диссертационного исследования.

Такой подход к проблеме фиксируется в объекте, цели и задачах исследования.

Объектом диссертационного исследования является процесс переход человечества к постнеклассическому этапу развития, трансформация мышления, философии и науки в ходе этого процесса.

Цель диссертационного исследования - философско-методологический и теоретический анализ исторических типов научной рациональности и рассмотрение постнеклассического типа научной рациональности как парадигмы современного мышления.

Задачи исследования:

- выявить природу и механизмы развития исторических типов научной рациональности, диалектики рационального и иррационального в познании, деятельности и культуре;

- проанализировать объективно-исторические и концептуальные основания смены типов научной рациональности;

- показать внутренние трансформации типов научной рациональности;

- провести анализ процесса становления постнеклассического типа рациональности как отражения тех углубленных изменений, которые происходят в науке, технике и технологиях, во всей системе человеческой жизнедеятельности, в том числе и в мышлении;

- раскрыть особенности современного мышления, адекватного новым условиям и задачам, стоящим перед обществом XXI века и связанным с необходимостью обеспечения не только выживания, но и развития человечества;

- рассмотреть проблематику, связанную с человеком, проникновением идей гуманизма и гуманитарного знания в различные сферы деятельности и различные дисциплинарные и междисциплинарные комплексы.

Методологические основы и теоретические источники исследования.

Методология исследования философских оснований научной рациональности опирается на категориальный аппарат идей, методов и понятий, выработанных как в рамках философии, так и социологии, философии науки, истории философии, кибернетики, синергетики, учении о био- и ноосфере, естествознании в целом. Для исследования исторических типов научной рациональности используются методологические подходы, которые выработаны как в западноевропейских концепциях (Ф. Бэкон, Р. Декарт, Г.

Лейбниц, К. Поппер, Т. Кун, И. Лакатос, П. Фейерабенд, С. Тулмин, М. Полани, Ю.

Хабермас и др.), так и отечественной философии (М.К. Мамардашвили, В.С. Степин, В.А.

Лекторский, Л.А. Микешина, П.П. Гайденко, В.В. Ильин, В.Н. Порус и др.).

Автор пользовался сравнительно-сопоставительным, историческим, диалектическим методами, идеями и принципами системного подхода. В выводах и обобщениях автор опирался на результаты философских и конкретно-научных исследований в истории философии, философии и методологии науки, физики, кибернетики, синергетики, экологии.

Научная новизна исследования:

- показано, что основой философско-методологического анализа смены типов научной рациональности является изменяющаяся в ходе перестройки философских оснований науки субъектно-объектная структура элементарного акта человеческой деятельности;

- обоснована идея, что смена типов научной рациональности с необходимостью предполагает взаимодействие рационального и иррационального в познании, а также деятельности и культуры;

- проведен сравнительный анализ существующих концепций смены типов научной рациональности, что позволило сделать вывод о фактическом включении субъекта во все исторические типы рациональности;

- исследованы и систематизированы факторы, лежащие в основе внутренних трансформаций типов научной рациональности, в частности, объединение естественных и гуманитарных наук, сопровождаемое созданием новой этики и языка;

- обоснован вывод, что в результате дальнейшего изменения рационального и иррационального в обществе, а также изменения представлений о человеке информационная революция, как компонент ноосферогенеза, создает объективную предметную основу для избежания экологической угрозы и становления нового этапа философской антропологии (постнеклассического), связанного с уточнением места человека во Вселенной;

- исследована концепция “открытой” - “закрытой” рациональности в контексте постнеклассической науки через формирование синергетического стиля научного мышления, информационное общество, коэволюцию и ноосферогенез.

Теоретическая и практическая значимость работы обусловлена прежде всего ее обращенностью к актуальным проблемам философии науки и методологии научного познания - поискам путей развития современной концепции научной рациональности.

В осуществленном исследовании разработаны и обоснованы теоретические положения, которые в своей совокупности позволяют во многом по-новому оценить роль и место постнеклассического типа научной рациональности в философии, культуре, жизни человека и обществе, переосмыслить основные понятия и применяемые историей философии и философией науки методы в контексте парадигмальных изменений, происходящих в философии, теории познания и рациональности в начале XXI века.

Основные идеи и выводы работы могут способствовать более глубокому осмыслению особенностей современных проблем философии науки и помочь в их решении.

Развиваемая в диссертации концепция, будучи реализованной в преподавании, может способствовать выработке навыков критического мышления, необходимого в любой сфере профессиональной деятельности, а также в повседневной жизни. Положения и выводы, полученные в диссертации, могут использоваться в ходе разработки новых учебных программ и пособий по онтологии и теории познания, философии науки и истории философии, в лекционных курсах, в спецсеминарах и спецкурсах, в конкретных разработках методических рекомендаций по целостному прочтению базового курса философии, а также в ходе дальнейшей разработки философской концепции научной рациональности.

Апробация работы. Основные идеи диссертации и полученные результаты нашли отражение в научных и методических статьях, тезисах и материалах докладов и сообщений общим объемом 4,21 п.л. Содержание работы докладывалось на международных, всероссийских, межвузовских и региональных конференциях, симпозиумах в Великом Новгороде (1999), Москве (2000-2001), Иванове (2001), Санкт Петербурге (2001). Диссертация обсуждалась и рекомендована к защите кафедрой философии и социологии МИЭТ-ТУ.

По материалам диссертации прочитан спецкурс по философии и методологии науки для магистрантов Института экономики и управления МИЭТ-ТУ.

Структура работы.

Работа состоит из содержания, введения, двух глав, заключения и общего списка использованной литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Во введении автор обосновывает актуальность темы исследования, дает характеристику степени разработанности проблемы, показывает ее многообразие и значение для развития современного философского знания, определяет объект, цель и задачи исследования, а также логическую структуру и методологические подходы к исследуемой проблеме, называет теоретические источники исследования, определяет научную новизну и теоретическую и практическую значимость работы, а также приводит данные об апробации работы.

Первая глава диссертации “Понятие научной рациональности: история и современность” состоит из трех параграфов и раскрывает постановку и содержание исследуемой проблемы в историко-философском аспекте. Главная задача этой части работы определяется автором как историко-философский и философско методологический анализ исторических типов научной рациональности в свете их философских оснований.

Первый параграф - “Понятие рациональности. Рациональность и научная рациональность” посвящен анализу данных понятий в трудах основоположников теории познания, методологии и философии науки.

Сами истоки идеи рациональности в философском сознании, начиная с античности, связаны с сознательной постановкой и обсуждением коренной мировоззренческой проблемы “соизмерения человека в бытии”, “врастания”, “вписанности” человека в окружающий его мир, превращения его человеком в обитаемый для себя мир.

Данная постановка вопроса о рациональности органически связана с природой философии как рационализированной формы мировоззренческого сознания, что отличает ее от таких форм мировоззрения, как религия, мифология, эстетико-художественное восприятие мира. И вопрос о возможностях рационального осмысления и решения коренных мировоззренческих проблем отношения человека к миру и мира к человеку, рационального познания Бытия, Универсума, Абсолюта выступал в истории человеческой мысли не просто как один из важных кардинальных философских вопросов, а как вопрос о смысле существования философии, о пределе ее возможностей.

Рационалисты полагали, что важная часть основополагающих концепций известна интуитивно через причину, как противоположность опыту. Британский эмпиризм отвергал эту точку зрения и утверждал, что вся идейная последовательность в конечном счете приводит опять к опытам, таким как чувственное восприятие и эмоции. Вторая отличительная черта между рационализмом и эмпиризмом касается различия методов исследования проблем. Рационалисты придерживались мнения, что человек может выводить истину с абсолютной определенностью из его врожденных идей, как теоремы в геометрии выводятся из аксиом. Эмпиристы также использовали метод дедукции, но делали большее ударение на индуктивный метод.

До середины прошлого столетия проблема рациональности решалась в ряду с другими философскими проблемами (проблема научного метода, доказательства и т.д.).

Со второй половины XX-го века она обрела черты самостоятельной и разрабатывалась в философских учениях представителей критического рационализма. Было показано, что генератором рациональности выступает научный разум, а история развития знания предстает как гармонизация мира рациональных идей, перебрасывающая мост к порядку самой реальности. Разум, движимый рациональной активностью, становится мощной творческой силой, способствующей прогрессу общества, культуры, техники. Наука исторически, развиваясь шаг за шагом, создает когнитивно-методологическую систему рациональности.

Предпосылкой научной рациональности является тот факт, что наука осваивает мир в понятиях. Научно-теоретическое мышление прежде всего характеризуется как понятийная деятельность. Именно оперирование понятиями и позволяет выполнять науке основные познавательные функции: описание, объяснение и предсказание явлений определенной предметной области.

Согласно принципу системности научного познания деятельность может быть рассмотрена как сложно организованная сеть различных актов систематического преобразования объектов, когда продукты одной деятельности переходят в другую и становятся ее компонентами. Отсюда выводится субъектно-объектная структура элементарного акта человеческой деятельности, являющаяся основой для рассмотрения исторических типов научной рациональности.

Рассматривая науку в ее историческом развитии, можно обнаружить, что по мере изменения типа культуры меняются стандарты изложения научного знания, способы видения реальности в науке, стили мышления, которые формируются в контексте культуры и испытывают воздействие самых различных ее феноменов. Изучая объекты, преобразуемые в деятельности, наука не ограничивается познанием только тех предметных связей, которые могут быть освоены в рамках наличных, исторически сложившихся на данном этапе развития общества типов деятельности. Цель науки заключается в том, чтобы предвидеть возможные будущие изменения объектов, в том числе и те, которые соответствовали бы будущим типам и формам практического изменения мира.

Второй параграф - “Научная рациональность в исторической ретроспективе.

Типы научной рациональности” посвящен выявлению оснований науки, обоснованию концепции смены оснований науки в результате глобальных научных революций, Можно выделить три главных блока оснований науки: идеалы и нормы исследования, научную картину мира и философские основания. Первый блок идеалов и норм характеризует специфический подход научной деятельности, в отличие от других форм, например, искусства и т.д. Второй блок оснований науки составляет научная картина мира. Она складывается в результате синтеза знаний, получаемых в различных науках, и содержит общие представления о мире, вырабатываемые на соответствующих стадиях исторического развития науки. Третий блок оснований науки образуют философские идеи и принципы, которые обосновывают как идеалы и нормы науки, так и содержательные представления научной картины мира, а также обеспечивают включение научного знания в культуру.

Эмпирический и теоретический уровни познания взаимосвязаны, граница между ними условна и подвижна. Эмпирическое исследование, выявляя с помощью наблюдений и экспериментов новые данные, стимулирует теоретическое познание, ставит перед ним новые, более сложные задачи. С другой стороны, теоретическое познание, развивая и конкретизируя на базе эмпирии новое собственное содержание, открывает новые, более широкие горизонты для эмпирического познания, ориентирует и направляет его в поисках новых факторов, способствует совершенствованию его методов и средств и т.п.

Ученые стремятся истолковать науку не только как описание непосредственно наблюдаемых явлений, но и как отражение объективной реальности, которая лежит за явлениями, за наблюдаемым. Поэтому в науке существует уровень философских предпосылок. В зависимости от науки и теории философские основания выявляют себя в большей или меньшей степени.

Таким образом, наука как целостная динамическая система знания не может успешно развиваться, не обогащаясь новыми эмпирическими данными, не обобщая их в системе теоретических средств, форм и методов познания. В определенных точках развития науки эмпирическое переходит в теоретическое и наоборот. Однако недопустимо абсолютизировать один из этих уровней в ущерб другому.

Основания науки обеспечивают рост знания до тех пор, пока общие черты системной организации изучаемых объектов учтены в картине мира, а методы освоения этих объектов соответствуют сложившимся идеалам и нормам исследования. По мере развития науки она может столкнуться с принципиально новыми типами объектов, требующими иного видения реальности по сравнению с тем, которое предполагает сложившаяся картина мира. Новые объекты могут потребовать и изменения схемы метода познавательной деятельности, представленной системой идеалов и норм исследования. В этой ситуации рост научного знания предполагает перестройку оснований науки в качестве научной революции.

Рассматриваются постпозитивистсткие концепции анализа развития науки.

Попперовские “научные революции” целиком относятся к миру идей, не затрагивая мир ученых. Оставаясь рациональным, поведение последних не может быть иным, кроме немедленного согласия с рационально оправданной заменой теоретических построений. В “открытом обществе” ученых немыслима какая-либо иная, кроме интеллектуальной, борьба, соперничают идеи, но не люди, единственный и определяющий интерес которых состоит в бескорыстном служении науке. Поэтому у К. Поппера сколько-нибудь разработанная “структура научных революций” отсутствует.

Концепция социологической и психологической реконструкции и развития научного знания связана с именем и идеями Т. Куна. Смена основополагающих теорий выглядит как вступление в новый мир, в котором находятся совсем иные объекты, понятийные системы, обнаруживаются иные проблемы и задачи. Научная революция как смена парадигм не подлежит рационально-логическому объяснению, потому что суть дела в профессиональном самочувствии научного сообщества: либо сообщество обладает средствами решения головоломки, либо нет - тогда сообщество их создает. Наибольшая заслуга Т. Куна состоит в том, что он нашел новый подход к раскрытию природы науки и ее прогресса, привнеся в эту проблему “человеческий” фактор, привлекая к ее решению новые, социальные и психологические мотивы.

Решительную попытку спасти логическую традицию при анализе исторических изменений в науке предпринял И. Лакатос. В науке образуются, по его мнению, научные исследовательские программы, то есть совокупности теоретических построений определенной структуры. Научные революции, как он их понимает, не играют слишком уж существенной роли потому, что в науке почти никогда не бывает периодов безраздельного господства какой-либо одной “программы”, а сосуществуют и соперничают различные программы, теории и идеи. Одни их них на некоторое время становятся доминирующими, другие оттесняются на задний план, третьи перерабатываются и реконструируются.

Можно заключить, что перестройка оснований исследования означает изменение самой стратегии научного поиска. Однако всякая новая стратегия утверждается не сразу, а в длительной борьбе с прежними установками и традиционными видениями реальности.

Процесс утверждения в науке ее новых оснований определен не только предсказанием новых фактов и генерацией конкретных теоретических моделей, но и причинами социокультурного характера.

Третий параграф - “Научная рациональность в контексте философских оснований науки” посвящен различным историческим типам научной рациональности.

В развитии науки можно выделить такие периоды, когда преобразовывались все компоненты ее оснований. Смена научных картин мира сопровождалась коренным изменением нормативных структур исследования, а также философских оснований науки.

Эти периоды правомерно рассматривать как глобальные революции, которые могут приводить к изменению типа научной рациональности. В истории естествознания можно обнаружить четыре такие революции.

Первой из них была революция XVII в., ознаменовавшая собой становление классического естествознания. Его возникновение было неразрывно связано с формированием особой системы идеалов и норм исследования, в которых, с одной стороны, выражались установки классической науки, а с другой - осуществлялась их конкретизация с учетом доминанты механики в системе научного знания данной эпохи.

Радикальные перемены в этой целостной и относительно устойчивой системе оснований естествознания произошли в конце XVIII - первой половине XIX в. Их можно расценить как вторую глобальную научную революцию, определившую переход к новому состоянию естествознания - дисциплинарно организованной науке. В это время механическая картина мира утратила статус общенаучной. В биологии, химии и других областях знания сформировались специфические картины реальности, нередуцируемые к механической.

Первая и вторая глобальные научные революции в естествознании протекали как формирование и развитие классической науки и ее стиля мышления. Классический тип научной рациональности, центрируя внимание на объекте, стремится при теоретическом объяснении и описании элиминировать все, что относится к субъекту, средствам и операциям его деятельности. Такая элиминация рассматривается как необходимое условие получения объективно-истинного знания о мире. Цели и ценности науки, определяющие стратегии исследования и способы фрагментации мира, на этом этапе определены доминирующими в культуре мировоззренческими установками и ценностными ориентациями. Но классическая наука не осмысливает их.

Третья глобальная научная революция была связана с преобразованием стиля мышления, сформированного классической наукой, и становлением нового, неклассического естествознания. Она охватывает период с конца XIX до середины XX столетия. В эту эпоху произошла своеобразная цепная реакция революционных перемен в различных областях знания. Новая система познавательных идеалов и норм обеспечивала значительное расширение поля исследуемых объектов, открывая пути к освоению сложных саморегулирующихся систем.

Неклассический тип научной рациональности учитывает связи между знаниями об объекте и характером средств и операций деятельности. Экспликация этих связей рассматривается в качестве условий объективно-истинного описания и объяснения мира.

Субъект познания рассматривается уже в непосредственной связи со средствами познавательной деятельности.

В современную эпоху человечество является свидетелем новых радикальных изменений в основаниях науки. Эти изменения можно охарактеризовать как четвертую глобальную научную революцию, в ходе которой рождается новая, постнеклассическая наука. Специфику нынешней науки определяют комплексные исследовательские программы, в которых принимают участие специалисты различных областей знания. На ее развитие оказывают влияние не только достижения фундаментальных наук, но и результаты междисциплинарных прикладных исследований.

Объектами современных междисциплинарных исследований все чаще становятся уникальные системы, характеризующиеся открытостью и саморазвитием: исторически развивающиеся и саморегулирующиеся системы, в которые в качестве особого компонента включен человек. Цивилизация ныне вступает в полосу особого типа прогресса, когда гуманистические ориентиры становятся исходными в определении стратегий научного поиска. Происходит гуманитаризация естественно-научного знания.

Вторая глава диссертации “Постнеклассический тип научной рациональности и его особенности” посвящена рассмотрению постнеклассического типа научной рациональности как парадигмы современного мышления.

В первом параграфе “Постнеклассическая наука и ее основные социокультурные детерминанты” дается краткий обзор основных составляющих постнеклассической науки.

Если кратко охарактеризовать современные тенденции синтеза научных знаний, то они выражаются в стремлении построить общенаучную картину мира на основе принципов универсального эволюционизма, объединяющих в единое целое идеи системного и эволюционного подходов. Современная научная рациональность может адекватно реализовываться только как “открытая” рациональность, на высоте возможностей рационально-рефлексивного сознания.

Одна из наиболее значительных концепций “новой” рациональности - модель “коммуникативной рациональности”, которая является совокупностью нереализованных возможностей коммуникативных связей и способов их реализации с целью выхода на новый уровень философско-методологического сознания и социально-культурной практики. Данная рациональность может быть определена как вид духовной активности, как попытка соединения рациональности знания и рациональности с тем, чтобы добиться главного - увеличения возможностей для свободного, творческого развития человека.

“Новая” рациональность - это и познавательный выбор, и наполнение ее культурными и ценностными смыслами.

Постнеклассическая наука отказывается от представления о процессе постоянного и поступательного развития. Скорее речь идет о смене относительно статичных состояний и периодов перехода из одного состояния в другое (бифуркаций). Современный этап развития науки характеризуется изменением ее фундаментальных основ, - переходом от закрытых систем и их организации на основе внешних и внутренних силовых воздействий к открытости Мира и его самоорганизации, от равновесия, устойчивости, обратимости к неравновесности, неустойчивости и необратимости. Это новый этап в развитии не только науки, но и философии, для которого характерна их растущая интеграция. Жизнь предстает как целостный эволюционный процесс, включенный в качестве особой составляющей в космическую эволюцию, с неразрывной связью планетарных и космических процессов.

В описанных условиях необходимо появление новой мировоззренческой парадигмы.

И таковой является синергетика, которая позволяет по новому взглянуть на соотношение человека и природы, фундаментального и конкретно-научного знания, естествознания и философии, бытия и познания, теории и практики, человека и общества. Идеи необратимости, вариабельности в процессе принятия решений, многообразие различных линий развития, возникающих при прохождении системы через точки бифуркации, органической связи саморегуляции и кооперативных эффектов - все эти идеи получили обоснование в синергетике и являются значимыми для развития постнеклассической науки.

На примере “человекоразмерных” объектов в диссертации рассматривается процесс формирования особого типа современного человека с научно-технической ориентацией и глобальные проблемы, связанные с данным процессом. Только информационная революция как компонент ноосферогенеза создает объективную предметную основу, которая позволит отвести экологическую угрозу, а также опасность, нависшую над человеческим духом и телесностью.

Во втором параграфе “Информатизация, компьютеризация и постнеклассическая наука” рассматриваются концепции понятия информационного общества, этапы и критерии его становления.

Под информационной культурой общества понимается его способность эффективно использовать имеющиеся в распоряжении информационные ресурсы и средства информационных коммуникаций, а также применение для этих целей передовых достижений в области развития средств информатизации и информационных технологий.

При компьютеризации общества основное внимание уделяется развитию и внедрению технической базы компьютеров, обеспечивающих оперативное получение результатов переработки информации и ее накопление, а при информатизации общества комплексу мер, направленных на обеспечение полного использования достоверного, исчерпывающего и своевременного знания во всех видах человеческой деятельности.

Информатизацию общества надо трактовать как развитие, качественное совершенствование, радикальное усиление с помощью современных информационно технологических средств когнитивных социальных структур и процессов, что и позволяет существовать постнеклассической науке. Системы искусственного интеллекта - самое фундаментальное обстоятельство, порожденное развитием информационной технологии, самый мощный стимул в ее развитии. Они представляют собой совмещение субъекта познания, средств деятельности и объекта вознания в едином цикле, так как уже более не требуется посредник между пользователем и ЭВМ. Программно-аппаратные средства, интерфейс напрямую связывает непрограммирующего специалиста и компьютер, так как последний ориентирован уже не просто на данные, а на знания. Более того, новая информационная технология социализирована и гуманизирована, ибо включает в сферу своих непосредственных интересов социальные коммуникации, речевое общение, язык, моделирование и реализацию отдельных психологических и логических процессов.

Взаимодействие с ними человека протекает таким образом, что само человеческое действие не является чем-то внешним, а как бы включается в систему, видоизменяя каждый раз поле ее возможных состояний.

На этой основе субъект познания включен в познавательный процесс в качестве особого, интегрированного компонента. В результате реализации с помощью информационных технологий комплексных программ, объект познается в результате взаимозависимых наук, между которыми стерты жесткие разграничительные линии, и полученные картины реальности предстают в качестве фрагментов целостной общенаучной картины мира. Как можно видеть, все это и есть определение постнеклассического типа рациональности.

Одной из основных проблем становления информационного общества представляется манипулируемость личностью, отчуждение в жизни современной цивилизации. Выходом из даной ситуации может быть особый тип автономии личности:

человек может менять свои корпоративные связи, поскольку он жестко к ним не привязан, он может и способен очень гибко строить свои отношения с людьми, погружаться в разные социальные общности, в разные культурные традиции. Высокий уровень информированности, пробуждение творческого потенциала, новые способы общения людей посредством систем телекоммуникации и Интернет - все это порождает иной тип человеческой личности. В этой связи на месте чисто объективистского видения мира выдвигается такая система построения науки, в которой обязательно присутствует в той или иной мере “антропный принцип”. Суть его состоит в утверждении: мир таков потому, что в нем есть мы, любой шаг познания может быть принят только в том случае, если он оправдан интересами рода людей, гуманистично ориентирован. Постнеклассическое видение мира с его нацеленностью на “человекоразмерные” объекты предполагает поворот в направленности научного поиска от онтологических проблем на бытийные. В данном свете и научная рациональность видится иначе. Сегодня надо искать не просто “объективные” законо-сообразные истины, а те из них, которые можно соотнести с бытием рода людей. Поэтому новую рациональность в отечественной литературе определяют также как неонеклассическую, называя “гуманитарным антропоморфизмом”.

Речь идет об объектах, представляющих собой саморазвивающиеся системы, характеризующиеся синергетическими эффектами. Ставшее планетарным фактором в результате информатизации сознание человека определяет то, что процессу самоорганизации может быть придан целенаправленный характер, что вместо позиций антропоцентризма следует утверждать синергизм человека и мира, то есть “новый диалог человека с природой”.

В третьем параграфе “Синергетические аспекты постнеклассического типа научной рациональности” дается концепция и основные положения данного направления как метода смены философских оснований науки для становления постнеклассического типа научной рациональности, который характеризуется “открытостью” систем.

Относительно автономии личности на основании синергетики определяется место человека в самоорганизующейся Вселенной. Соразмерность человеческого мира остальному миру включает в глобальную эволюцию гуманистический смысл. Данная концепция может быть расценена как одна из достаточно плодотворных попыток создать эскиз современной общенаучной картины мира на основе идей глобального эволюционизма. Она предлагает видение мира, в котором все уровни его организации оказываются генетически взаимосвязанными между собой.

Постнеклассический этап развития науки олицетворяет прежде всего становление синергетического стиля научного мышления, для которого характерны перечисленные выше идеи. Из определения антропного принципа следует, что не субъект управляет нелинейной ситуацией, а сама нелинейная ситуация как-то разрешается и в том числе строит субъект познания. Таким образом, объект и субъект познания оказываются организованными в единый цикл через средства познания, что и есть определение постнеклассического типа научной рациональности.

Возможности практического применения достижений синергетики огромны и еще не до конца исследованы. Беря за основу антропный принцип и достижения синергетики, научным сообществом ставится задача перехода от информационной к антропогенной цивилизации, где основной ценностью был бы человек, а также имела место коэволюция человека и окружающей среды. Для этого необходимо высшее искусство управления развитием ноосферы, предупреждение катастроф, обновление стратегии управления развитием человечества.

В четвертом параграфе “Научная рациональность в условиях становления ноосферного мышления” изложены проблемы ноосферного общества и возможные пути их преодоления.

Подчеркивается неразрывная связь создания ноосферы с ростом научной мысли, являющейся первой необходимой предпосылкой этого создания. Научная мысль человечества, работая только в биосфере, в ходе своего проявления превращает ее в ноосферу, охватывает разумом как геологической, планетарной силой. Эпоха ноосферы это время, период в истории человечества, в течение которого человеческий разум будет способен определить условия, необходимые для обеспечения коэволюции природы и общества, когда станет формироваться коллективная воля людей, необходимая для развития процесса ноосферогенеза.

Современные ученые рассматривают ноосферу как новую, высшую эволюцию биосферы, связанную с возникновением и развитием в ней человечества, которое, познавая законы природы и совершенствуя технику, начинает оказывать определяющее воздействие на ход природных (включая космические) процессов. Перечисляются основные негативные воздействия, привносимые техногенной цивилизацией. На сегодняшний день человечество находится перед необходимостью выбора между тем, чтобы научиться жить в эпоху антропозоя в истории Земли или смириться с перспективой заката цивилизации, а может быть и живой природы. Живая природа как система теперь не может существовать сама по себе, без направляющих воздействий человека, причем научно-обоснованных.

Культура, искусство, религия, как носители нравственного императива, должны занять соответствующее место в решении экологических вопросов человечества. Культура нового общества представляет собой весьма неоднородную массу, ибо находится в процессе формирования, завершения которого следует ждать, по всей очевидности, к середине XXI века.

Задача созидания ноосферы - это задача сегодняшнего дня. Ее решение связано с объединением усилий всего человечества, с утверждением новых ценностей сотрудничества и взаимосвязи всех народов мира. В нашей стране идеи ноосферы органично связаны с революционной перестройкой общества. Народовластие, демократические принципы общественной жизни, возрождение культуры, науки и народной жизни, коренной пересмотр ведомственного подхода к природопользованию и т.п. - все это и есть слагаемые ноосферы. Для решения поставленных задач используется переход к информационному обществу с наличием рационального знания у всех его членов, то есть “открытому”обществу. Синергетика используется в качестве механизма перехода к данному типу общества. Таким образом, созидание ноосферы возможно только на постнеклассическом этапе развития науки.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются основные выводы и намечаются перспективы дальнейшей разработки темы.

Основное содержание диссертации изложено в следующих публикациях автора:

1. Даниелян Н.В. Типы научной рациональности.// Философия. Информация.

Управление. Сб. научн. статей асп. - Вып.1. - М.: МИЭТ, 2000. - С.17-26. - 0,6 п.л.

2. Даниелян Н.В. К постнеклассической науке через информатизацию общества.// Философия. Информация. Управление. Сб. научн. статей асп. - Вып.2. - М.: МИЭТ, 2001. - С.4-15. - 0,7 п.л.

3. Даниелян Н.В. Ноосферный анализ общества.// Вопросы философии: Сб. статей докторантов, аспирантов, соискателей, молодых ученых МПУ и др. вузов. - Вып.9. М.: Изд-во МПУ “Народный учитель”, 2001. - С.30-40. - 0,7 п.л.

4. Даниелян Н.В. Взаимосвязь культуры и цивилизации в философской концепции О.

Шпенглера.// Межрегиональная научная конференция “Бренное и вечное: Ценности и отчуждение в культурно-цивилизационных процессах”: Тезисы докладов и выступлений (14-16 октября 1999г.). - Вып.2. В 2-х ч. - Ч.1. - Великий Новгород:

Изд-во НовГУ им. Ярослава Мудрого, 1999. - С.43-45. - 0,1 п.л.

5. Даниелян Н.В. К вопросу о сущности диалектики.// Актуальные вопросы диалектики (историко-философские аспекты). Тезисы XIII-й ежегодной научно-практической конференции Кафедры философии РАН (31 января - 1 февраля 2000г.). - М.:

ИФРАН, 2000. - С.59-61. - 0,1 п.л.

6. Даниелян Н.В. Человек в информационном обществе.// Микроэлектроника и информатика - 2000. VII-я всероссийская межвузовская научно-техническая конференция студентов и аспирантов: Тезисы докладов (17-18 апреля 2000г.). - М.:

МИЭТ, 2000. - С.253. - 0,05 п.л.

7. Даниелян Н.В. Эволюция философских оснований науки.// Материалы Международной конференции студентов и аспирантов по фундаментальным наукам “Ломоносов”. - Вып.4. - М.: Изд-во МГУ, 2000. - C.418. - 0,06 п.л.

8. Даниелян Н.В. Философское осмысление развития культуры. Связь культуры и практики.// Всероссийская научная конференция “Бренное и вечное: Проблемы функционирования и развития культуры”: Тезисы докладов и выступлений (24- октября 2000г.). - Вып.3. - Великий Новгород: Изд-во НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2000. - С.12. - 0,1 п.л.

9. Даниелян Н.В. Влияние технологического прогресса на методологию познания.// Русская цивилизация между Востоком и Западом. Тезисы докладов региональной межвузовской научной конференции. - М.: МИРЭА, 2000. - С.30-31. - 0,1 п.л.

10. Даниелян Н.В. К постнеклассической науке через информатизацию общества.// Электроника и информатика - XXI век. III-я Международная научно-техническая конференция: Тезисы докладов (22-24 ноября 2000г.). - М.: МИЭТ, 2000. - С.499-500.

- 0,2 п.л.

11. Даниелян Н.В. Ноосферный анализ общества.// Социально-философские аспекты ноосферной динамики России. Материалы международной научной конференции “Проблемы сознания и ноосферы в отечественной и зарубежной философии XX века” (20-21 декабря 2000г.). В 2-х ч. - Ч.2. - Иваново: Изд-во “Ивановский государственный университет”, 2000. - С.60-63. - 0,2 п.л.

12. Даниелян Н.В. В XXI век в “информационном обществе”.// Философское осмысление судеб цивилизации. Тезисы XIV-й ежегодной научно-практической конференции Кафедры философии РАН (29-30 января 2001г.). В 2-х ч. - Ч.1. - М.:

ИФРАН, 2001. - С.219-222. - 0,2 п.л.

13. Даниелян Н.В. Проблемы безопасности человечества и окружающей среды на постиндустриальном этапе развития общества, связанные с научно-техническим прогрессом в области инженерии, и пути их преодоления.// Регион: Контуры безопасности и развития: Материалы Всероссийской научно-практической конференции в МГПИ им. М.Е. Евсевьева (15-16 февраля 2001 г.). В 4-х ч. - Ч.1. Саранск: Мордов. гос. пед. ин-т, 2001. - С.76-82. - 0,25 п.л.

14. Даниелян Н.В. Этапы формирования и проблемы “информационного общества”.// Микроэлектроника и информатика - 2001. VIII-я всероссийская межвузовская научно-техническая конференция студентов и аспирантов: Тезисы докладов (18- апреля 2001г.). - М.: МИЭТ, 2001. - С.312. - 0,05 п.л.

15. Даниелян Н.В. Дистанционные технологии в ноосферном образовании.// Всероссийская научно-методическая конференция “Новые образовательные технологии в ВУЗе”. Сборник тезисов докладов (2-4 октября 2001г.). - Екатеринбург:

УГТУ-УПИ, 2001. - С.10. - 0,05 п.л.

16. Даниелян Н.В. Роль фундаментальной науки в ноосферном образовании.// Ноосферное образование в России. Материалы межгосударственной научно практической конференции (3-5 октября 2001г.). В 2-х ч. - Ч.1. - Иваново: Изд-во “Ивановский государственный университет”, 2001. - С.122-124. - 0,15 п.л.

17. Даниелян Н.В. Экологические проблемы в результате становления ноосферы.// Всероссийская научная конференция “Бренное и вечное: Экология человека в современном мире”: Тезисы докладов и выступлений (23-24 октября 2001г.). - Вып.4.

- Великий Новгород: Изд-во НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2001. - С.210-212. - 0, п.л.

18. Даниелян Н.В. Проблемы техногенной цивилизации.// Информация. Коммуникация.

Общество (ИКО-2001): Тезисы докладов и выступлений Международной научной конференции (13-14 ноября 2001г.). - Санкт-Петербург: СПбГЭТУ “ЛЭТИ”, 2001. С.63-64. - 0,1 п.л.

19. Даниелян Н.В. Информационная культура общества и личность.// Становление информационного общества в России: философские, политические и социокультурные проблемы. Тезисы региональной межвузовской научной конференции (15-16 ноября 2001г.). - М.: МИРЭА, 2001. - С.99-101. - 0,1 п.л.

20. Даниелян Н.В. Адаптирование системы преподавания иностранных языков к условиям рыночной экономики и расширения международных связей.// Человек, рынок, образование на рубеже XXI века. Материалы Международной научно практической конференции. - Томск: ТПУ, 2000. - С.122-123. - 0,1 п.л.

21. Даниелян Н.В. Влияние информатизации на культуру личности.// Философское осмысление судеб цивилизации. Тезисы XV-й Ежегодной научно-практической конференции Кафедры философии РАН (29-30 января 2002г.). В 4-х ч. - Ч.4. - М.:

ИФРАН, 2002. - С.113-116. - 0,2 п.л.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.