WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

«Marina Gulina Therapeutic and Counselling Psychology Марина Гулина Терапевтическая и консультативная психология РЕЧЬ ИЗДАТЕЛЬСТВО Санкт-Петербург 2001 Книга издана при участии ...»

-- [ Страница 2 ] --

7. В том, чтобы быть объектом восхищения.

8. Невротические амбиции в личных достижениях.

9. В самодостаточности и независимости (такие люди мо­ гут бессознательно панически бояться зависеть от кого-либо или чего-либо и организовывать свою жизнь в соответствии с этим, например по типу «одинокого волка ››).

68 Терапевтическая и консультативная психология 10. В безупречности и неоспоримости (они категорически убеждены, что нельзя делать ошибки, быть критикуемым, тер­ петь неудачи;

такие люди постоянно ищут в себе пороки, что­ бы их исправить и таким образом скрыть от других и т. п.).

Эти десять невротических потребностей Хорни разбила на три группы в соответствии с тремя основными, как она счита­ ла, направлениями движения или типами поведения (точнее это было бы назвать вектором построения отношений с окружаю­ щим миром) субъекта по отношению к другим людям: К дру­ гим, ОТ других и ПРОТИВ других. Эта модель может быть с успехом использована даже на начальной стадии психологи­ ческого консультирования любого вида или типа.

Безусловно, и у здоровых людей легко можно заметить на­ личие перечисленных потребностей, однако в отличие от них невротики, по наблюдениям и клиническому опыту Хорни, характеризуются следующими особенностями: а) они прошли через детский опыт либо игнорирования, либо сверхопеки со стороны родителей, либо имела место педагогическая запу­ щенность;

б) невротики (в отличие от здоровых) обладают эти­ ми типами поведения в преувеличенной форме;

в) невротики не интегрируют эти три типа поведения, когда сталкиваются с конфликтом;

г) они используют в основном иррациональные и искусственные решения, так как эти решения базируются прежде всего на тревоге;

д) невротики имеют нереалистичную концепцию относительно себя и пытаются жить в этой нереа­ листичной картине;

е) невротики могут экстериоризировать свой внутренний конфликт;

такое решение может вести к ре­ альному конфликту между невротиком и внешним миром (при­ мер экстериоризации, т. е. выноса проблемы вовне, может быть такой: «Я не хочу эксплуатировать других людей, это они хо­ тят эксплуатировать меня»).

Очень сходные замечания и наблюдения, хотя и в менее сис­ тематизированной форме, относительно невротических конф­ ликтов нетрудно найти и в работах Фрейда и Юнга, однако в отличие от своих великих предшественников и последующих представителей фрейдовского психоанализа Хорни была убеж­ дена, что невротический конфликт НЕ неизбежен и не является имманентно, экзистенциально присущим природе субъекта. Все эти конфликты решаемы, считала Хорни, если ребенок в дет­ стве имел опыт ощущения себя в безопасности, опыт доверия, Психотерапия как теория изменений личности 6Э уважения, тепла и сопротивления;

«конфликт произрастает из социальных условий» (Hall, Lindzey, 1957, p. 137). Кроме того, более оптимистично Хорни смотрела и на возможности само­ анализа субъектом проявлений своего бессознательного.

Обобщая, следует отметить, что психоаналитический под­ ход не обязательно понимать только узко как психоанализ или психоаналитическую психотерапию. Этот подход и общие опи­ санные положения различных психоаналитических концепций могут использоваться при любом виде психологической помо­ щи: в случаях информирования, обучения и переучивания, си­ стемных изменений и др., включая, естественно, и собственно консультирование. Ни один из видов психологической помо­ щи не может быть свободен, как мы уже отмечали, от теорети­ ческого фундамента, на котором базируется, основывается оказываемая помощь. Таким образом, в случае психоаналити­ ческого подхода к анализу проблемы клиента консультант может концентрировать свое внимание при сборе информа­ ции на следующих моментах, составляющих психоаналитичес­ кий диагностический профиль клиента или пациента:

семейная и личная история пациента;

значимые факторы жизненной истории (например, раз­ лука с матерью в детстве, жесткий отец, неполная семья, утраты и др.);

прохождение стадий развития и возможные фиксации;

оценка уровня развития основных влечений (либидозных, агрессивных, при этом следует помнить, что: а) агрессив­ ные влечения рассматриваются в психоанализе как неиз­ бежная и естественная стадия развития, без нормального прохождения которой невозможно достижение послед­ ней, генитальной стадии зрелого развития влечений, и 6) важное значение придается способности не только устанавливать отношения со значимыми объектами, но и оказывать в случае необходимости сопротивление им);

уровень развития функций Эго, в том числе способность Эго к самосохранению путем, например, накопления опы­ та, избегания чрезмерных, разрушительных стимулов, адаптации к умеренным стимулам, контроля над требова­ ниями инстинктов, откладывания удовлетворения и т. п.;

уровень развития защитных механизмов (соответствует ли возрасту, насколько они гибки;

помогают защитные 70 Терапевтическая и консультативная психология механизмы или мешают дальнейшему развитию Эго и адап­ тации и т. п.);

уровень развития Суперэго (совести, способности к са­ монаблюдению, чувства вины, черт Эго-идеала);

личностные конфликты (реальные, моральные, невроти­ ческие);

прогрессивные и регрессивные тенденции в актуальном развитии личности.

В целом личность в современном психоанализе рассматри­ вается как динамическая картина борьбы различных (как раз­ рушительных, так и самосохраняющих) тенденций, влечений и внутренних запретов, сопротивлений и защитных механиз­ мов, призванных поддерживать хрупкий баланс между различ­ ными элементами личности. Психоанализ далек от оценива­ ния и диагностики личности по шкале «здоровье — болезнь», поскольку концентрируется на психодинамике развития от­ дельно взятой личности во всей диалектике и амбивалентнос­ ти ее страдания, а также на психоаналитической помощи в осознании и преодолении этого страдания.

Для консультанта знание основ психоанализа является не­ обходимым по целому ряду причин:

чтобы при необходимости осознанно отбирать и исполь­ зовать психоаналитические модели для реконструкции целостного жизненного пути личности клиента;

чтобы сознательно строить профессиональные отноше­ ния с клиентом, учитывая феномены проявления бессо­ знательного у клиента: переноса, защитных механизмов, сопротивления;

чтобы профессионально обходиться с феноменами соб­ ственного контрпереноса для обеспечения таким обра­ зом психологической безопасности клиента;

чтобы сознательно НЕ использовать психоаналитичес­ кие методы в работе в случаях отсутствия показаний к этому (для того чтобы сознательно не делать что-то, это «что-то» нужно знать).

Еще в начале создания психоаналитической школы Фрей­ дом был поставлен вопрос о важности и необходимости для психоаналитика развития знания о себе, того типа знания, которое в философии называется знанием de se. Проблема возможностей, способов, терапевтического эффекта и огра Психотерапия как теория изменений личности ничений самоанализа и самопомощи возникла и стала обсуж­ даться задолго до появления даже самих терминов «психоте­ рапия» и «консультирование». Уже перед первым поколени­ ем психоаналитиков времен Фрейда возник этот вопрос;

под самоанализом ими понималось более или менее последователь­ ное изучение себя посредством некоторых психоаналитичес­ ких приемов. Этими приемами могли быть анализ свободных ассоциаций, снов;

интерпретация ошибочных действий, выяв­ ление непроизвольных повторов (ситуаций, мыслей, аффектов, действий, защит и др.) в своей жизни, т. е. обращение собствен­ ного внимания на различные проявления своего бессознатель­ ного. Этот процесс знаком практически всем людям, интере­ сующимся бессознательными причинами своего поведения.

Хотя, с одной стороны, в работах самого Фрейда указывается на чрезвычайную важность процесса самоанализа (сам он, как известно, всю жизнь каждое утро записывал и анализировал свои сны), с другой стороны, самоанализ никак не заменяет прохождение психоанализа в процессе работы с психоанали­ тиком: «Поначалу мы учимся психоанализу на самих себе, изу­ чая себя... однако на этом пути мы сталкиваемся с препятстви­ ями. Серьезно продвинуться вперед можно лишь с помощью опытного психоаналитика» (Freud, 1955, р. 178). По поводу собственного анализа он писал: «Мой самоанализ до сих пор стоит на месте, и теперь я понял почему. Потому что единствен­ ное средство самоанализа — знания, приобретенные объек­ тивно, как будто я — это другой человек. Подлинный само­ анализ невозможен, иначе и болезни бы не существовало» (Ibid., p. 181). Ряд психоаналитиков, в том числе К. Абрахам, считали, что самоанализ — это особая форма сопротивления психоанализу, связанная с поощрением собственного нарцис­ сизма, кроме того, она более безопасна (менее болезненна и менее эффективна), поскольку подразумевает мнимую воз­ можность осуществления анализа без его важной составляю­ щей — без проживания переноса. В 1910 г. Фрейд писал по по­ воду контрпереноса, что «ни один психоаналитик не может продвинуться дальше, чем ему позволят собственные комплек­ сы и внутренние сопротивления. Вот почему он должен начать свою деятельность с самоанализа... тот, кто этого не делает, должен сразу же отказаться от мысли о психоаналитическом лечении больных» (Freud, 1966, р. 145).

72 Терапевтическая и консультативная психология Если Фрейд видел в самоанализе источник предстоящей необходимости прохождения психоанализа, то К. Хорни счи­ тала, что самоанализ является важным дополнением к соб­ ственно психоанализу, его продолжением или приложением.

Самоанализ консультанта как процесс, сопровождающий его работу, чрезвычайно важен и при проведении консультиро­ вания, так как позволяет уменьшить вероятность возникнове­ ния у консультанта контрпереноса (или, как сказал бы специа­ лист, использующий другую терминологию, «параллельного процесса» или «перехода эмпатии в симпатию» и др.;

этот фе­ номен хорошо известен психологам-практикам и связан с са­ моидентификацией психотерапевта/консультанта с чувствами пациента/клиента, что чревато нарушением личностных границ в терапевтическом процессе, возникновением зависимостей раз­ ного рода вплоть до симбиотических отношений).

ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ Этот вид консультирования и даже сам термин пока совер­ шенно не рассматриваются в отечественной теории и практи­ ке, да и в зарубежной литературе консультирование и психо­ анализ часто просто противопоставляются по критерию их глубины работы с проблемами клиента. Тем не менее существу­ ют и сторонники этого направления в консультировании. На наш взгляд, ряд психоаналитических идей и принципов, которые мы обсуждаем в данной монографии, просто необходимые усло­ вия любого процесса профессионального психологического консультирования. На уровне концептуальных ценностей та­ кими универсальными идеями являются идеи невротического конфликта, защитных механизмов, принцип сохранения пси­ хической энергии, психодинамический принцип и принцип де­ терминизма, идея символической природы сознательного и бессознательного, задержек или фиксации на стадиях разви­ тия. Сопоставим наши взгляды на релевантность психоанали­ тических идей для консультирования со взглядами зарубежных психологов и психотерапевтов, разрабатывающих и развиваю­ щих такой вид психотерапевтической помощи, как психоана­ литическое консультирование.

Изначально, в послевоенные годы в США (в развитые стра­ ны Европы консультирование было «импортировано» не ранее Психотерапия как теория изменений личности 1960-х гг.) практика консультирования включала в себя профо риентационное консультирование, тестирование, немного по­ зднее — консультации подростков относительно образования.

На том этапе у консультанта могло не быть психологического образования, и в целом это напоминает начало развития консуль­ тирования в нашей стране в 1980-е годы. Начало профессионали­ зации консультирования связывают с 1949 годом, когда в Мичи­ ганском Университете была проведена конференция «Тренинг психологов-консультантов » (Training ofPsychohgicai Counselors), организатором которой стал Э. Бордин. Участники конференции разделились на два основных лагеря: одни делали упор на инфор­ мационной и профориентационной функции консультанта, а дру­ гие концентрировались на эмоциональном и личностном развитии клиента, подчеркивая сходство задач консультирования с задачами клинической психологии и психотерапии. Итогом конференции стало развитие новой образовательной области — психологичес­ кого образования консультанта, расширение поля деятельности такого специалиста, которое теперь уже включало и вопросы физической и психической инвалидности, семейные, тендерные, этнические проблемы, вопросы психологической помощи в рам­ ках социальной работы и многое другое. Одним из решений кон­ ференции было «признание более желательным и целесообразным, чтобы план практической подготовки и тренинга консультантов имел в первую очередь психологическую базу» (Michigan University,1950). Таким образом, консультанты стали восприни­ мать себя в большей степени как психологов и позже начали тя­ готеть к какой-нибудь психологической школе: в основном ими оказались «бихевиоризм, гуманистическая и рациональная, а так­ же когнитивная школы» (Patron, Meara, 1992).

Что же касается психоаналитического подхода к консуль­ тированию, то следует помнить, что вплоть до конца 1950-х гг.

психоанализ был фактически единственным подходом в кли­ нической психологии и психотерапии, а также был (и, кстати, остался в ряде стран) очень влиятельным в психиатрии, поэто­ му он являлся для многих специалистов чем-то даже противо­ положным консультированию в силу двух основных причин.

Во-первых, психоанализ был интеллектуальной европейской традицией, «импортированной» психоаналитиками в США в довоенные годы, а консультирование зародилось в США в недрах общественного высшего образования. Во-вторых, 74 Терапевтическая и консультативная психология психоанализ традиционно и исторически больше связывался с использованием в области медицины, психотерапии неврозов (хотя сами психоаналитики не согласились бы с этим утверж­ дением), в то время как консультирование питалось идеями со­ циального равенства, демократии в области образования. Кро­ ме того, существует стойкое мнение, что психоанализ и его идеи применимы только для клиентов со сложными проблемами.

Больше всего для внедрения психоаналитических идей в кон­ сультирование сделал сам Э. Бордин. Он показал, каким обра­ зом психоаналитическое мышление соотносится с задачами консультирования. Последние изначально были им и его сто­ ронниками сформулированы таким образом: помощь индивиду в преодолении препятствий на пути личностного роста и в до­ стижении оптимального развития личностных ресурсов. Пси­ хоаналитическое же представление о развитии включает в себя разворачивание врожденных возможностей ребенка, освоение им биологических, социальных и психологических задач, а так­ же общую адаптацию (психоаналитическая психотерапия) к требованиям среды. В этом заключается несомненное, на его взгляд, сходство (Bordin, 1968). Бордин также предлагал при­ менять психоаналитические идеи в консультировании по про­ фессиональным вопросам, поскольку рассматривал эти вопро­ сы с точки зрения личностного развития, где это самое развитие так формирует структуру драйвов и защит, что влияет на вы­ бор профессии и карьеру. В качестве методов психоаналитичес­ кого консультирования он предлагал применять свободные ас­ социации и рабочий альянс. Позже он подчеркивал особую важность рабочего альянса (см. раздел о процессуальных цен­ ностях психоанализа) и преимущества ограниченного во вре­ мени консультирования. Рабочий альянс характеризуется со­ гласием между клиентом и консультантом по поводу задач процесса и их тесной эмоциональной связью. Суть ограничен­ ного во времени консультирования заключается в том, что кон­ сультант фокусируется на одном из актуальных для клиента конфликтов, а также в процессе консультирования фокусиру­ ется на определении стадии развития клиента для выявления возможных точек фиксации. Цель такого консультирования — стимулирование развития клиента, а не изучение его прошлых проблем, следовательно, консультант в меньшей мере занима­ ется прошлым клиента, чем психоаналитик.

Психотерапия как теория изменений личности Другим направлением в психоаналитическом консультиро­ вании является подход с точки зрения Эго-психологии, где ак­ цент ставится на адаптивных функциях Эго, на его роли в со­ знательном решении проблем и принятии решений. Здесь задачи консультанта следующие: усиление возможностей Эго и его приспособление к реальности, помощь клиенту в осоз­ нании своих желаний и в создании возможности контролиро­ вать ситуацию и управлять своими импульсами. Психоанали­ тическое консультирование рассматривается как ситуация, где психоаналитически информированный консультант стремит­ ся помочь клиенту достичь инсайта и функционировать, при­ меняя более широкий спектр мыслей, чувств и действий, чем раньше. Предполагается, что большинство сложностей клиен­ та вызвано конфликтами, заложенными в развитии, и целью консультирования является содействие клиенту в разрешении конфликта и возобновлении роста.

Сторонники этого подхода считают, что существует ряд от­ личий психоаналитического консультирования от других форм:

консультант должен внимательно наблюдать и понимать поведение клиента во всей его глубине, действовать на основе знаний так, чтобы поощрять самопонимание и независимость клиента;

консультант должен освоить и собрать воедино инфор­ мацию из теорий, относящихся к клиенту или к процес­ су консультирования;

О консультант не только использует эмпатию, но и проде­ лывает немалую интеллектуальную работу на основе зна­ ния теории психоанализа.

Психоаналитическая теория важна, потому что она помога­ ет консультанту организовать материал, полученный от клиен­ та, в системное понимание проблем клиента;

помогает планиро­ вать вмешательства консультанта, определять цель процесса и средства ее достижения;

служит источником гипотез для пла­ нирования и проверки точности вмешательств (т. е. в идеале каж­ дый сеанс должен не только быть благотворным для клиента, но и углублять профессиональное понимание и развитие консуль­ танта как ученого-практика) (Patton, Meara, 1992, р. 27).

В целом сторонники психоаналитического консультирова­ ния разделяют фрейдовские принципы объяснения: принцип детерминизма, редукционизма, мотивации, историко-генети 76 Терапевтическая и консультативная психология ческий принцип, принцип эмпатического интроспекционизма.

Вслед за Салливеном они настаивают на следующих положе­ ниях теории Фрейда:

гипнотерапия и близкие к ней катарсические приемы потерпели поражение, так как они просто обходят со­ противление;

новая стратегия психотерапии подразумевает анализ сопротивлений, который приводит к пониманию рабо­ ты своего разума;

классический психоаналитический процесс длителен и труден;

успешный анализ сопротивлений приводит к устранению симптомов.

Это означает, что психоаналитическое консультирование подразумевает использование основных представлений и про­ цессов психоанализа в консультировании. Это также приме­ нение психоаналитической теории для понимания поведения клиента во время сеанса и для вмешательства в это поведение.

Общим определением консультирования в рамках этого подхода является то, что консультирование — это психологи­ ческое вмешательство, во время которого консультант способ­ ствует процессу изменения убеждений/поведения клиента;

это определение смежно с определением психотерапии. Тогда пси­ хоаналитическое консультирование — это преднамеренное использование консультантом психоаналитических идей и тех­ ник для того, чтобы помочь клиенту достичь инсайта относи­ тельно причин, сути своих эмоциональных проблем. Рабочий альянс помогает влиять на клиента через взаимодействие, при этом за его установление и использование для решения своих проблем отвечает сам клиент.

Мы уже отмечали, что, на наш взгляд, существуют связи между психоанализом, феноменологией и экзистенциализмом.

Сторонники современного психоаналитического консультиро­ вания также обращают внимание на то, что в теории Фрейда можно увидеть гуманистический взгляд на личность. Фрейд по­ ставил человека в центр своей теории, на его идеи об активном мозге (разуме) повлияли его философские занятия с Ф. Брен тано, который утверждал, что предметом психологии должны быть те процессы, посредством которых феномены внешнего мира становятся объектами нашего знания. Другими словами, Психотерапия как теория изменений личности без ментальных (menial) процессов нет объектов. Эта идея является основной и для психоанализа, и для феноменологии, и для экзистенциализма.

Мы не можем полностью согласиться с утверждениями не­ которых психоаналитически ориентированных консультантов, что симптомы являются неудачными попытками адаптации;

что если требования среды вызывают стресс, то человек склонен регрессировать и вести себя так же, как во время изначально­ го травматичного опыта, т. е. он как бы реагирует симптомом.

Это не всегда так, и на стресс целесообразнее посмотреть как на кризис, тогда регрессия является только одним из возмож­ ных (хотя, безусловно, очень вероятным и типичным) выходов из кризиса. Для гуманистического или экзистенциально ори­ ентированного консультанта это чаще всего именно так, но для консультанта-психоаналитика в симптоме или дезадаптивном поведении, естественно, проявляются и могут быть увидены все элементы невротического конфликта.

Если объединить релевантные для психоаналитического консультирования идеи различных современных психоанали­ тиков по поводу конфликта (Erikson, 1950;

Anderson, 1967;

Brenner, 1982), то объектами внимания консультанта являют­ ся следующие элементы невротического конфликта.

Q Драйвы (влечения). Содержание влечения зависит от степени зрелости;

там, где конфликт доходит до нездо­ ровой степени, можно наблюдать выражение примитив­ ных желаний.

Негативные или чрезмерные аффекты. Бреннер считал, что ими являются все аффекты, запускающие конфликт.

Травматические ситуации детства. Опять же, они пред­ ставляют интерес не сами по себе, а в связи с тем, насколь­ ко они расщепляют целостную психику и отчуждают, изо­ лируют какую-либо идею, или аффект, т. е. в случае травмы идеи или аффекты могут разъединиться и стать бессознательными вместе или по отдельности. Такие идеи, или аффекты, — отражение страшной ситуации из дет­ ства. Очень часто это:

• потеря объекта (речь идет о внутреннем объекте:

внутренний образ себя, других или событий);

• страх потери объекта;

• страх повреждения;

• страх наказания.

7S Терапевтическая и консультативная психология Защита. Согласно Бреннеру, защита — это любая пси­ хическая операция, которая снижает тревогу и/или де­ прессию. Такое широкое определение позволяет пред­ полагать, что установки, черты характера и т. д. могут выступать как защита. Цель защиты — заблокировать удовлетворение влечения. Она может быть направлена на все или некоторые элементы конфликта.

Компромиссное образование. Результатом внутреннего конфликта является компромисс между всеми его элемен­ тами. То есть в симптомах клиента можно найти проявле­ ния влечений, аффектов, идей, содержания Суперэго и защит. Наблюдая последствия, можно делать предпо­ ложения о предыстории клиента. Наблюдаемыми являют­ ся настроения, планы, мечты, жалобы, симптомы, фанта­ зии, привычки и т. д. Компромиссные образования рассматриваются как дезадаптивные, если:

• клиент подавляет желание испытывать нормальные, соответствующие возрасту удовольствия и не может достичь удовлетворения;

• клиент слишком часто поглощен болезненными чув­ ствами (в основном тревогой и депрессией), и поэто­ му ему сложно использовать свои интеллектуальные функции;

• клиент демонстрирует сильные тенденции к нанесе­ нию себе ущерба и к самоуничтожению;

• клиент слишком часто находится в серьезной дисгар­ монии с другими людьми.

ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ САМОСТИ Одной из последних теоретических разработок в психоана­ литическом консультировании стала психоаналитическая пси­ хология самости (self) X. Когута (Kohut, 1977), которая основы­ вается на предположении, что личность формируется по двум нарциссическим или самовыражающим (self-expressive) лини­ ям — грандиозность (величие) и идеализация. Вместо фрейдов­ ских понятий о влечениях и их конфликтах Когут использует Представление о единой психологической структуре — самости.

Сходство теории Когута и теории Фрейда — в одинаковых прин­ ципах эмпирического исследования и построения теории, Психотерапия как теория изменений личности в представлении об активности человеческой психики, в общих чертах в проведении психоанализа. Однако в теории Когута все поведение объясняется только через функционирование само­ сти, поэтому его теория личности менее сложная, терминов меньше и они менее абстрактны, более узок спектр объясняе­ мых проблем. Эта теория полезна при работе с проблемами, свя­ занными с поддержанием самоуважения (самооценки). Неко­ торые исследователи проводили параллели между теориями Когута и Роджерса, так как их объединяет идея о ключевой роли эмпатии в консультировании и психотерапии.

Когут предполагает, что мы рождаемся с врожденными та­ лантами и навыками, с нарциссическими тенденциями или тен­ денциями к самовыражению, которые, как уже отмечалось, про­ являются в двух линиях развития — грандиозности (величия) и идеализации. Когут начал разрабатывать и третью линию раз­ вития — «другое Я» (alter ego), но не успел, и она осталась не­ доработана. Развитие личности, по Когуту, — это процесс со­ зревания биполярного self и составляющих его элементов (selfobjects) по линиям грандиозности (величия) и идеализации.

Предполагается, что до формирования инфантильного self и его selfobjects опыт ребенка представляет собой отдельные фрагменты образов. Формируясь примерно к 18 месяцам жиз­ ни, самость становится организующим центром личности ре­ бенка;

она подвержена фрагментации при неблагоприятных обстоятельствах. Инфантильное self Содержит два selfobjects, соответствующих двум линиям развития биполярного self — величие и идеализация. Selfobjects способствуют поддержке самоуважения ребенка и единства (целостности) self.

Разница между понятием «объект» классического психоана­ лиза и self object Когута заключается в следующем. Объект — это ментальная репрезентация себя или другого, причем ощущает­ ся и поддерживается отдельность себя от другого;

это «целый» объект. С объектом формируются объектные отношения. Ког­ да речь идет о «самообъекте» (selfobject), другой не пережива­ ется как отдельный от self. Оба образа переживаются как еди­ ный «частичный », парциальный объект. Образуются самость — самообъектные (self-selfobject) отношения.

Отражающий selfobject. Для формирования полюса вели­ чия своего selfребенку требуется человек, отражающий вели­ чие ребенка и демонстрирующий радость от его присутствия.

80 Терапевтическая и консультативная психология Таким образом поддерживаются целостность self и самооцен­ ка. Ребенок переживает свое величественное self и отражаю­ щего его родителя как единое целое, т. е. родитель — это часть ребенка и существует только для отражения его величия, на которое он сам еще не способен. Ребенок понимает необходи­ мость этого отражения. Так, например, при отсутствии роди­ теля или когда тот реагирует на действия ребенка с безразли­ чием или неодобрением (даже в норме это случается время от времени), ребенок испытывает снижение самооценки, смуще­ ние, стыд, гнев, которые сопутствуют нарциссической травме.

Идеализированный selfobject. Аналогичным образом ребе­ нок строит идеализированный selfobject, который состоит из сильных и всемогущих родителей. Идеализация родителей и возможность слияния с ними в момент стресса помогают ре­ бенку сохранить целостность и чувствовать себя сильным;

это успокаивает его и поддерживает его самооценку. Эмпатичный родитель понимает эту потребность. Также нормально, что периодически родители не полностью соответствуют ожида­ ниям ребенка и не удовлетворяют эту потребность;

в этом слу­ чае ребенок испытывает те же негативные состояния, что и при неудачах в области грандиозности и величия.

Таким образом, целостность инфантильного self поддер­ живается существующей в семье системой или матрицей ро­ дительской эмпатии. Когда родители эмпатически понимают потребности ребенка, доступны для отражения величия ребен­ ка и принимают его желание идеализации и слияния, они вы­ полняют жизненно важные для ребенка функции, которые он сам выполнять еще не может. Эта система родительской эмпа тичности помогает формировать и поддерживать self-selfobject отношения, которые способствуют формированию self но этим двум основным линиям. Когут утверждает, что такого рода отношения сохраняются на всю жизнь, но видоизменяются по мере взросления, ранние self-selfobject отношения являются прототипом для всех более поздних. Целостное и независи­ мое self вырастает из эмпатической матрицы отражающих и идеализированных selfobjects.

Фрагментация (дезинтеграция) инфантильного self. По мере взросления инфантильная самость распадается, этот распад происходит следующим образом. Сфера величия: потребность ребенка в отражении себя периодически фрустрируется нор Психотерапия как теория изменений личности мальными родителями, и таким образом он начинает понимать, что не является всемогущественным центром мира, а его ро­ дители не совершенны. Self object несколько ослабевает, и вера ребенка в то, что ему всегда должно уделяться безраздельное, восхищенное внимание, уменьшается. Сфера идеализации:

появляется представление о том, что в реальности невозмож­ но сохранять и поддерживать самооценку через единение с ро­ дителями. Позднее приходит понимание, что родители далеко не идеальны. (Безусловно, клинические наблюдения показы­ вают, что у инфантильных личностей распад инфантильного self задерживается или не происходит, что ведет к известным поведенческим и эмоциональным расстройствам.) Подобный новый (адекватный) опыт позволяет ребенку соединить новые образы в целостное self. Таким образом со временем инфан­ тильные selfobjects постепенно заменяются структурами цело­ стного взрослого self.

Развитие self в сфере величия. Эта сфера является основой честолюбия и инициативности личности. За ядерным величи­ ем лежит желание привлекать к себе внимание, искать одоб­ рение и признание у других. Нормальное развитие начинается с инфантильного эксгибиционизма и детской инициативы: ре­ бенок демонстрирует свое тело и свои детские достижения окружающим. Если нет одобрения, ребенок его настойчиво требует. Он особенно гордится своим телом, моторными фун­ кциями, овладением языком. Он не понимает слово «достаточ­ но» и ожидает одобрения каждый раз, когда демонстрирует то, что умеет. Эмпатийная реакция родителей закладывает основу для независимого self, так как гордые демонстрации ребенка обеспечивают безопасность и целостность self. По мере развития требования ребенка становятся более специфич­ ными, и на смену энергичному величию приходит напористость (целеустремленность), которая является основой для честолю­ бия и амбиций self. Ребенок начинает демонстрировать спо­ собность доводить до конца начатое занятие (это 4-6 лет, счи­ тает X. Когут, и в этом он расходится с периодизацией Э. Эриксона). Так формируется желание ребенка преуспеть — основа для взрослой целеустремленности и инициативности.

Развитие в сфере идеализации. Эта сфера формируется так­ же к 18 месяцам. Опыт слияния с близкими усваивается ребен­ ком через держание его на руках, поглаживание, успокаивание.

82 Терапевтическая и консультативная психология Он выбирает какие-то отдельные качества родителя как симво­ лы его величия, и здесь очень важна реакция родителя и его от­ ношение к этому символу собственного величия в глазах ребен­ ка. Позднее этот selfobject будет влиять на структуру идеалов подрастающего человека. Идеалы выступают в качестве направ­ ляющей и организующей структуры, которая служит источни­ ком поддержки для взрослого человека. По мере взросления идеализация проявляется по-разному: восхищение — у до­ школьника, уважение к реальным качествам некой фигуры — у взрослого. В этой сфере закладываются целеопределяющие идеалы, которые становятся частью self. Эта психологическая структура придает личности направление, организует ее, про­ ходя те же этапы, что и в развитии сферы величия.

Таким образом, целостное инфантильное self, а позднее и взрослое биполярное self, состоит из честолюбия (инициатив­ ность и целеустремленность) и идеалов (организация амбиций и направление движения). Взрослый с целостным self учится регулировать собственную самооценку, самостоятельно справ­ ляться с напряжением и быть интроспективно эмпатичным на­ блюдателем по отношению к себе и другим. Согласно Когуту, трансформация нарциссизма — это нормальное направление развития личности. Развитие self— это трансформация нарцис­ сизма, рост частей личности, стремящихся к самовыражению.

Нарушения самости вызываются хронической или травма­ тической фрустрацией потребностей ребенка в величии и иде­ ализации. Соответственно формируются защитные и/или ком­ пенсаторные маневры. Чем раньше произошло нарушение, тем сильнее дефект в зрелом возрасте. Для клиента с нездоровым, неправильно развившимся нарциссизмом могут быть характер­ ны следующие черты:

клиент испытывает страдание из-за дефекта какой-либо определенной части self;

если дефект очень серьезен, то клиент пытается пере­ крыть его, пользуясь обычно неэффективными защитны­ ми маневрами;

клиент предпринимает попытки развить компенсаторные маневры, которые увеличивают активность более здоро­ вых частей self и игнорируют его дефектные части.

Нарушения целостности самости грозят болезненной фраг­ ментацией, поэтому во избежание этого ощущения может про Психотерапия как теория изменений личности изойти защитная изоляция инфантильных selfobjects, но они продолжают действовать на бессознательном уровне. Поэтому в случае нарушений в сфере величия взрослый человек может бессознательно искать отражающую фигуру, и консультант может наблюдать следующие проявления: тщеславное, занос­ чивое, привлекающее внимание поведение, очень уязвимая са­ мооценка, болезненная реакция на неодобрение. При наруше­ нии в сфере идеализации человек стремится примкнуть к какой-нибудь группе, чтобы чувствовать себя сильным, что, безусловно, является ненадежным способом «самолечения»;

другими проявлениями этого вида нарушений могут быть лжи­ вость, стыдливость, беспокойство, проблемы с учебой и рабо­ той;

в более тяжелых случаях — алкоголизм и наркомания, пси­ хогенное ожирение, делинквентность, сексуальные нарушения.

Наиболее ярким индикатором дефекта является отноше­ ние клиента к консультанту: он будет стремиться использо­ вать консультанта для отражения или идеализации с целью исправить, продолжить, возобновить свое развитие. Консуль­ тант предоставляет возможность клиенту как бы заново пере­ жить детский опыт (в том числе и фрустрирующий), чтобы вер­ нуться к нормальной линии развития.

Защитные маневры. Они фокусируются непосредственно на дефектной области, т. е. при нарушении в сфере величия чело­ век отрицает чувство слабости и вины, пытаясь найти одобряю­ щую и отражающую фигуру;

при нарушении в сфере идеализа­ ции человек пытается вернуть себе уверенность, чувство принятия и безопасности в слиянии с совершенной фигурой. Чем серьезнее дефект, тем более склонен человек использовать ско­ рее внешнюю среду, чем свой разум, для решения проблемы.

Компенсаторные маневры. Это поведенческие структуры, которые человек формирует, чтобы усилить более здоровые части self, находящиеся на менее поврежденной линии разви­ тия. (Обычно проявляются как остаток ранних self-selfobject отношений в учебе, работе или отдыхе.) Эти структуры связа­ ны с инфантильным selfobject той же линии, так как именно к этому объекту ребенок повернулся, когда другой его разо­ чаровал. Тип и эффективность маневра зависят от глубины на­ рушения. В тяжелых случаях могут наблюдаться алкоголизм и наркомания, ожирение, делинквентность, которые являют­ ся отчаянными и неэффективными попытками «самолечения »;

84 Терапевтическая и консультативная психология при менее серьезных дефектах — фантазии, тщеславие, почи­ тание каких-то героев, льстивость и т. д. Если дефект одной из линий очень глубокий, то компенсаторные действия не будут стабильными и успешными. Например, при нарушении в сфе­ ре идеализации действия человека не будут иметь направле­ ния, будут хаотичными, и компенсаторное усиление инициа­ тивности и честолюбия не будет продуктивным. При менее тяжелом нарушении на одной из линий компенсация может быть более удачной и стабильной.

РАЗВИТИЕ ЭГО И САМОСТИ КАК ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ В ЭГО-ПСИХОЛОГИИ В центре внимания Эго-психологии, при сохранении пси­ хоаналитических структурных компонентов, оказываются процессы не столько защиты Эго, как это актуально для клас­ сического психоанализа, сколько развития, «укрепления ›› Эго.

Так, Э. Эриксон неоднократно подчеркивал идею о том, что любой психологический феномен может быть понят в контек­ сте реципрокного взаимодействия биологических, поведенчес­ ких, социальных факторов и жизненного опыта. К другим осо­ бенностям теоретической ориентации Эриксона относятся акцент на изменениях в процессе развития, происходящих на протяжении всей жизни человека;

акцент скорее на «нормаль­ ном», или «здоровом», чем на патологическом;

придание осо­ бого значения достижению чувства идентичности и сочетание клинических наблюдений с анализом культурных и историчес­ ких влияний в объяснении функционирования личности. С этих позиций им были предложены и описаны «восемь возрастных периодов человека», которые представляют оригинальный и важный вклад в теорию личности.

Новой ценностью в его теории стал экзистенциальный взгляд на кризис в развитии личности как на необходимый этап процесса личностного роста. Эриксон неизменно подчеркивал, что его идеи являются только дальнейшим систематическим развитием концепции Фрейда, тем не менее можно выявить и отличия его теории от фредовской. С позиции Эриксона, ско­ рее именно Эго составляет основу поведения и функциониро­ вания человека. Он рассматривал Эго как автономную струк Психотерапия как теория изменений личности туру личности, основным направлением развития которой яв­ ляется социальная адаптация;

параллельно идет развитие Ид и инстинктов. Подобный взгляд на природу человека радикаль­ но отличается от раннего психодинамического мышления: Эго психология описывает людей как более рациональных и по­ этому принимающих осознанные решения и сознательно решающих проблемы. Уделяя особое внимание адаптивным функциям Эго, Эриксон считал, что человек во взаимодействии с окружением в процессе своего развития становится все бо­ лее и более компетентным.

Другой особенностью его концепции является то, что он не­ сколько иначе раскрывает отношения человека со своими родителями и культурным контекстом, в котором существует семья. Если Фрейда интересовало влияние родителей на станов­ ление личности ребенка, то Эриксон подчеркивает культурно исторические условия, в которых формируется Эго у ребенка.

И наконец, Эриксон увидел иные ценности в признаваемом им феномене психосексуальных конфликтов. В его теории рас­ сматриваются качества Эго (его достоинства), раскрывающиеся в различные периоды развития. Тогда каждый личный и социаль­ ный кризис представляет собой своего рода вызов, приглашаю­ щий индивидуума к личностному росту и преодолению жизнен­ ных препятствий.

Стоит отметить, что существуют и вопросы, по которым между взглядами Э. Эриксона и 3. Фрейда наблюдается сход­ ство. Например, оба сходятся в том, что стадии развития лич­ ности предопределены и порядок их прохождения является неизменным. Эриксон также признает биологические и сексу­ альные основы всех более поздних мотивационных характе­ ристик и личностных склонностей, а также принимает фрей­ довскую структурную модель личности.

Дискуссия о природе Эго — одна из наиболее острых для психологии личности и психоанализа и не утрачивает со време­ нем своей актуальности. Так, например, один их крупнейших теоретиков фрейдовского психоанализа в современной Фран­ ции Ж.-А. Миллер считает, что даже известный феномен про­ хождения ребенком стадий узнавания себя в зеркале, описан­ ный Лаканом, Валлоном и другими исследователями, достаточен «для сомнения в синтетическом единстве "Я", от которого не может избавиться и гибнет американский психоанализ;

этого 86 Терапевтическая и консультативная психология достаточно для того, чтобы вернуться к фрейдовскому значе­ нию Эго, на уровне нарциссизма» (Лакан, 1992, с. 5—6).

Возвращаясь к Эриксону и его, например, эпигенетическому принципу, мы увидим, что он предполагает между человеком и со­ циумом иные отношения, нежели отношения «хозяина и раба ».

Он настаивает, что «личность развивается ступенчато;

переход от одной ступени к другой предрешен готовностью личности двигать­ ся в направлении дальнейшего роста, расширения осознаваемого социального кругозора и радиуса социального взаимодействия;

общество в принципе устроено так, что эта преемственность со­ циальных возможностей человека принимается одобрительно;

общество пытается способствовать их сохранению, а также под­ держивать как надлежащий темп развития, так и правильную по­ следовательность их применения» (Erikson, 1963, р. 270).

Работы Эриксона ввели в психологию ряд новых ценнос­ тей, которые стали краеугольными камнями психотерпевти ческого процесса для многих психоаналитиков и психотера­ певтов различных ориентации: как психодинамической, так и гуманистической. Это идентичность Эго, способность к интим­ ности и процесс интеграции Эго.

Идентичность Эго Эриксон определял как «внутреннюю тождественность самому себе». «Это больше, чем сумма ин дентификаций, обретенных в детстве... это сумма внутреннего опыта, сочетающаяся с развившейся уверенностью индивида в том, что его способность сохранять внутреннюю тождествен­ ность и целостность (психологическое значение Эго) согласу­ ется с оценкой его тождественности и целостности, данной другими» (Erikson, 1963, р. 261).

Способность к интимности (близости в межличностных от­ ношениях) Эриксон также считал жизненно важным качеством, которое человек может развить в процессе своего развития.

Интимность может также включать в себя эмпатию и откры­ тость между друзьями или, в более широком смысле, способ­ ность человека вверять себя кому-либо. Между людьми могут существовать сексуальные отношения без интимности, равно как и интимность без сексуальных отношений. Разумеется, воз­ можен и третий вариант, когда те и другие отношения существу­ ют вместе.

В психотерапевтическом процессе возможно развитие спо­ собности к интимности, что может компенсировать неблагопо Психотерапия как теория изменений личности лучное прохождение индивидуумом этой стадии жизни в про­ шлом. Люди, не развившие в себе по каким-то причинам этой способности, могут стать излишне поглощенными собой или начать избегать межличностных отношений. Неспособность устанавливать удовлетворительные интимные отношения ведет к чувству одиночества, социального вакуума и изоляции. Такие люди ограждают себя от любого проявления настоящей вовле­ ченности в отношения, потому что требования и риск, связан­ ные с интимностью, представляют для них угрозу. Им также свойственно относиться к своим потребностям, желаниям, склонностям как к чему-то бесполезному и отчужденному.

Развитие способности к интимности тесно связано с раз­ витием нравственности и этики в отношениях. Эриксон счита­ ет, что нравственное чувство возникает тогда, когда мы осо­ знаем ценность продолжительной дружбы и социальных обязательств, равно как и уважаем подобные отношения, даже если они требуют личной жертвы. Люди с недостаточно раз­ витым нравственным чувством плохо подготовлены к своему дальнейшему психосоциальному развитию.

Процесс интеграции Эго Эриксон описывал следующим об­ разом: «Только у того, кто каким-то образом заботился о де­ лах и людях, кто переживал триумфы и поражения в жизни, кто был вдохновителем для других и выдвигал идеи — только у того могут постепенно созревать плоды семи предшествовавших ста­ дий. Я не знаю лучшего определения для этого, чем интеграция Эго » (Erikson, 1963, р. 268). На противоположном полюсе нахо­ дятся люди, относящиеся к своей жизни как к череде нереали­ зованных возможностей и упущений. Теперь, на закате жизни, они осознают, что уже слишком поздно начинать все сначала или искать какие-то новые пути, чтобы ощутить целостность своего «Я». Недостаток или отсутствие интеграции проявляет­ ся у этих людей в скрытом страхе смерти, ощущении постоян­ ной неудачливости и озабоченности тем, что «может случиться ».

Эриксон выделяет два основных типа настроения у раздражен­ ных и негодующих пожилых людей: сожаление о том, что жизнь нельзя прожить заново, и отрицание собственных недостатков и дефектов путем проецирования их на внешний мир.

Значение работ Эриксона особенно велико для сферы со­ циальной и психологической помощи. Он помог по-иному взглянуть на проблемы задержек в развитии, асоциального 88 Терапевтическая и консультативная психология поведения, анормального развития личности в процессе ее жизненного пути. В его теории обществу и самим людям при­ дается равное значение в формировании личности на протя­ жении жизни. Это положение ориентирует людей, работаю­ щих в сфере помощи, скорее расценивать проблемы зрелого возраста как неспособность найти выход из основного кризиса этого периода, чем усматривать в них лишь остаточное влияние конфликтов и фрустраций раннего детства. Кроме того, он уделил очень большое внимание подростковому возрасту, счи­ тая этот период центральным в формировании психологиче­ ского и социального благополучия индивидуума. Наконец, он убедительно настаивал на том, что каждая стадия психосоци­ ального развития имеет свои сильные и слабые стороны, поэто­ му неудачи на одной стадии развития не обязательно обрекают индивидуума на поражение в следующем периоде жизни.

Многие другие постфрейдисты, придерживающиеся психо­ динамической ориентации, подобно Эриксону, придавали осо­ бо важное значение роли культурных и межличностных факто­ ров в формировании личности. Хотя они признавали огромные заслуги теории Фрейда и подтверждали значение опыта ранне­ го детства, соглашались с концепцией динамики тревоги и за­ щитных механизмов, они отошли от теории Фрейда в том, что поведение человека можно объяснить в терминах «биологичес­ ких влияний инстинктивной природы». Они считали, что Фрей­ ду не удалось раскрыть влияние факторов окружающей среды на развитие личности и психопатологические проявления. Со­ ответственно, многие из них выступили против высказывания Фрейда о том, что «анатомия — это судьба». По их мнению, личностные различия между полами можно понять только в контексте социокультурных влияний.

Так, Э. Фромм является одним из крупнейших представи­ телей постфрейдистского психодинамического направления.

Вместе с тем его относят к родоначальникам гуманистическо­ го подхода в психологии личности. Сам он отмечал, что его теория явилась первым мостом между психоанализом и гума­ нистической психологией.

Как гуманистический психолог Фромм утверждал, что по­ ведение человека может быть понято только в свете влияний культуры, существующих в данный конкретный момент исто­ рии. Он был убежден, что потребности, свойственные только Психотерапия как теория изменений личности человеку, эволюционировали в ходе истории человечества, а различные социальные системы, в свою очередь, оказывали влияние на выражение этих потребностей. С точки зрения Фромма, личность является продуктом динамического взаи­ модействия между врожденными потребностями и действую­ щими социальными нормами и предписаниями. Он первым сформулировал теорию типов характера, основанную на со­ циологическом анализе того, как люди в обществе активно формируют социальный процесс и саму культуру.

Фромм полагал, что пропасть между свободой и безопас­ ностью стала причиной трудностей в существовании совре­ менного человека. Люди борются за свободу и автономию, но сама эта борьба вызывает чувство отчуждения от природы и общества. Люди нуждаются в том, чтобы обладать властью над своей жизнью и иметь право выбора, но им также необходимо чувствовать себя объединенными и связанными с другими людьми. Интенсивность этого конфликта, способы его разре­ шения зависят, согласно Фромму, от экономических и поли­ тических систем общества.

Механизмами бегства Фромм считал авторитаризм, де структивность и «конформность автомата ». Первый из них — авторитаризм, определяемый как тенденция «сплавить свое "Я" с кем-то или чем-то внешним, чтобы обрести силу, утра­ ченную индивидуальным "Я"» (Fromm, 1956, р. 163). Автори­ таризм проявляется как в мазохистских, так и в садистских тенденциях. При мазохистской форме авторитаризма люди проявляют в отношениях с окружающими чрезмерную зави­ симость, подчиненность и беспомощность. Садистская форма, наоборот, выражается в эксплуатации других, в доминирова­ нии и контроле над ними. Фромм утверждал, что у одного и то­ го же человека обычно присутствуют обе тенденции. Это очень сходно с идеей Фрейда об амбивалентности человеческого по­ ведения, которую он заметил прежде всего в описанном им комплексе садомазохизма.

Второй механизм бегства от свободы — деструктивностъ.

Здесь человек пытается преодолевать чувство неполноценно­ сти, уничтожая или покоряя других. Долг, патриотизм и лю­ бовь могут быть рационализациями деструктивных действий, и в этом, в частности, проявляется психоаналитическое мыш­ ление Фромма.

90 Терапевтическая и консультативная психология Наконец, люди могут избавиться от одиночества и отчуж­ денности путем абсолютного подчинения социальным нормам, регулирующим поведение. Термин конформность автомата Фромм применял к человеку, использующему данную страте­ гию, благодаря чему он становится таким, как все другие, и ве­ дет себя абсолютно так, как общепринято.

Согласно Фромму, наряду с тремя перечисленными меха­ низмами бегства от свободы существует также опыт позитив­ ной свободы, благодаря которому можно избавиться от чув­ ства одиночества и отстраненности. Фромм считал, что люди могут быть автономными и уникальными, не теряя при этом ощущения единения с другими и обществом. Он называл вид свободы, при которой человек чувствует себя частью мира и в то же время не зависит от него, позитивной свободой. Дости­ жение позитивной свободы требует от людей спонтанной ак­ тивности в жизни. Фромм отмечал, что спонтанную активность мы наблюдаем у детей, которые обычно действуют в соответ­ ствии со своей внутренней природой, а не согласно социальным нормам и запретам. Фромм подчеркивал, что любовь и труд — это ключевые компоненты, с помощью которых осуществля­ ется развитие позитивной свободы посредством процесса спонтанной активности. Благодаря любви и труду люди вновь объединяются с другими, не жертвуя при этом своим ощуще­ нием индивидуальности или целостности (Fromm, 1981). В этом он фактически повторил высказывание Фрейда о том, что, для того чтобы быть здоровым, человек должен научиться любить и трудиться. Основными точками расхождения его концепции с фрейдовской были взгляды на природу любви (Фромм, 1990).

Кроме того, по его убеждению, в природе человека зало­ жены уникальные экзистенциальные потребности, которые не имеют ничего общего с инстинктами, описанными Фрейдом.

Он утверждал, что конфликт между стремлением к свободе и стремлением к безопасности представляет собой наиболее мощную мотивационную силу в жизни людей (Fromm, 1973).

Дихотомия свобода — безопасность, этот универсальный и не­ избежный факт природы человека, обусловлена экзистенци­ альными потребностями. Фромм выделил пять основных эк­ зистенциальных потребностей человека.

Потребность в установлении связей. Чтобы преодолеть ощущение изоляции от природы и ощущение отчужденности, Психотерапия как теория изменений личности всем людям необходимо о ком-то заботиться, принимать в ком то участие и нести ответственность за кого-то. Идеальный спо­ соб связи с миром осуществляется посредством «продуктив­ ной любви*, помогающей людям трудиться вместе и в то же самое время сохранять свою индивидуальность. Если потреб­ ность в установлении связей не удовлетворена, люди стано­ вятся нарциссичными: они отстаивают только свои эгоисти­ ческие интересы и не способны доверяться другим.

Потребность 6 преодолении. Все люди нуждаются в пре­ одолении своей пассивной животной природы, чтобы стать ак­ тивными и творческими созидателями своей жизни. Оптималь­ ное разрешение этой потребности заключается в творчестве.

Акт творчества (дети, идеи, искусство или материальные цен­ ности) позволяет людям подняться над случайностью и пас­ сивностью их существования и тем самым достичь чувства свободы и собственной значимости. Невозможность удовлет­ ворения этой жизненно важной потребности является причи­ ной деструктивности.

Потребность в корнях. Люди нуждаются в том, чтобы ощу­ щать себя неотъемлемой частью мира. Эта потребность воз­ никает с самого появления на свет, несмотря на то что посте­ пенно разрываются биологические связи с матерью (Fromm, 1973). К концу детства человек отказывается от безопасности, которую обеспечивает родительская опека. В поздней зрелос­ ти человек сталкивается с реальностью отрыва от самой жиз­ ни, когда приближается смерть. Поэтому на протяжении всей своей жизни люди испытывают потребность в корнях, осно­ вах, в чувстве стабильности и прочности, в ощущении безопас­ ности, сходными с тем, что в детстве давала связь с матерью.

Однако те, для кого симбиотические связи со своими родите­ лями, домом или сообществом являются способом удовлетво­ рения своей потребности в корнях, не могут ощущать свою личностную целостность и свободу в настоящем.

Потребность в идентичности. Фромм считал, что все люди испытывают внутреннюю потребность тождества с самими собой, потребность в идентичности, благодаря которой они чувствуют свою непохожесть на других и осознают, кто и что они на самом деле. Индивидуумы с ясным и отчетливым осо­ знанием своей индивидуальности воспринимают себя как хо­ зяев своей жизни, а не как постоянно следующих чьим-то 92 Терапевтическая и консультативная психология указаниям. Копирование чьего-либо поведения, доходящее даже до степени слепой конформности, не дает возможности человеку достичь подлинного чувства идентичности.

Потребность в опорной ориентации и преданности чему то. Наконец, согласно Фромму, людям необходима стабиль­ ная опора для объяснения сложности мира. Такая ориентация представляет собой совокупность убеждений, позволяющих людям воспринимать и постигать реальность;

без нее они бы постоянно оказывались в тупике и были бы неспособными дей­ ствовать целеустремленно.

В своих последних работах Фромм особенно подчеркивал значение формирования объективного и рационального взгля­ да на мир и человека и утверждал, что рациональный подход совершенно необходим для сохранения как физического, так и психического здоровья человека (Fromm, 1981).

В целом, сопоставляя взгляды различных теоретиков пси­ ходинамического направления, можно выделить следующие идеи, оказавшие самое существенное влияние на развитие ак­ сиологической составляющей терапевтического психологичес­ кого знания: новое понимание природы и функций симптома, символическая функция бессознательного, отказ от идеи адап­ тации как принесения индивидуальной правды субъекта в жер­ тву социуму, функции Эго и законы его существования, инте гральность личности во времени, разделенность субъекта.

Именно в контексте этих идей можно и нужно понимать выдвинутые различными психоаналитиками концептуальные ценности психодинамического подхода.

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ психодинамического подхода:

освобождение энергии Эго для достижения целей даль­ нейшего развития;

интеграция сознательных и бессознательных компонен­ тов психики;

индивидуация как процесс духовного созревания;

осознание детерминирующих мотивов своего поведения;

осознание собственных внутренних ресурсов, дарова­ ний, возможностей;

развитие зрелых отношений (забота, ответственность);

принятие ответственности за свое поведение;

улучшение условий жизни других людей;

Психотерапия как теория изменений личности развитие функций Эго:

о отношение к реальности, о регуляция и контроль инстинктивных побуждений, о объектные отношения, о мыслительные процессы, о формирование адекватных, гибких, зрелых защит, о развитие автономности;

развитие Самости;

продуктивные бытие, деятельность, отношения;

разделение внутренней и внешней реальности;

интеграция прошлого и настоящего опыта;

прояснение места своего «Я» среди других;

ценность процесса отношений с собой и миром;

достижение идентичности;

преодоление изоляции;

фор­ мирование базового доверия, компетентности, интимно­ сти;

интеграция Эго;

уникальность каждого индивидуума;

социальный инте­ рес;

осознание и формирование стиля жизни;

развитие творческого «Я».

ОТКАЗ ОТ «ВНУТРЕННИХ ФАКТОРОВ» (Когнитивно-бихевиоральные модели) Вера требуется для наставления грубых народов, которые должны быть управляе­ мы, а доказательства - для созерцающих истину, которые умеют управлять собой и другими.

Д.Бруно РАЦИОНАЛИЗМ И НАУЧЕНИЕ КАК КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ БИХЕВИОРИЗМА Одним из крупнейших представителей рационализма в пси­ хологии и теоретиком обучения является Б. Скиннер, который считал, что «наука — это стремление иметь дело с фактами, а нес тем, что кто-то о них говорит... Это поиск упорядоченности, 94 Терапевтическая и консультативная психология единообразия, законов взаимосвязей событий в природе. Она начинается... с наблюдения отдельных эпизодов, но быстро пе­ реходит к общим правилам и от них — к общим законам» (Skinner, 1953, р. 12). Любое, даже самое сложное поведение может быть исследовано, как любой другой феномен, что было весьма убедительно доказано многочисленными эксперимента­ ми Скиннера и его последователей. В уже цитированной работе Science and Human Behaviour он подчеркивает, что «поведе­ ние — это то, что создает организм и что можно наблюдать. Еще точнее можно сказать, что поведение — это та часть функцио­ нирования организма, которая взаимодействует с внешним ми­ ром и воздействует на внешний мир» (Ibid., p. 6). Любопытно, что это определение почти дословно повторяет определение, данное Фрейдом для Эго, основной функцией которого и явля­ ется взаимодействие с внешней средой. Хотя Фрейд и другие те­ оретики психодинамического направления также занимались онтологической основой поведения, Скиннер занял весьма край­ нюю позицию в своем утверждении, что изучаться может толь­ ко поведение. Оно может быть полностью описано, наблюдае­ мо, измерено: «Это не создает никаких неразрешимых проблем » (Ibid., с. 15).

В соответствии с этой кардинальной позицией бихевиориз­ ма личность определяется Скиннером как сумма паттернов поведения. Такие понятия, как «самость», «автономный чело­ век» (согласно его терминологии это «внутренний человек» или «внутренние факторы») и даже «свобода» и «творчество», считаются Скиннером не более чем «объяснительными фик­ циями »: «...возражение против "внутренних факторов" состо­ ит не в том, что они не существуют, а в том, что они не значи­ мы для функционального анализа» (Skinner, 1953, р. 35). Более того, он считает, что использование любых психологических терминов, существование которых не вытекает из наблюдае­ мого поведения, способствует тому, что теоретики испытыва­ ют ложное чувство удовлетворенности, вместо того чтобы ис­ следовать объективные переменные, определяющие причины поведения и его контроль.

Чрезвычайно интересна его точка зрения в отношении сво­ боды человека, чем-то сходная с пессимизмом фрейдовского психоанализа по отношению к этому вопросу. Поскольку, со­ гласно Скиннеру, причины поведения находятся вне индиви Психотерапия как теория изменений личности дуума, то гипотеза, что человек несвободен, является принци­ пиально важной предпосылкой для применения строгих науч­ ных методов изучения человеческого поведения: «...свободный внутренний человек, ответственный за поведение внешнего биологического организма, — это лишь преднаучная замена тех истинных причин, которые обнаруживаются только в на­ учном анализе...» (Skinner, 1953, р. 157). Более того, он разли­ чает чувствование свободы, которое может переживать чело­ век, и свободу как таковую и доказывает, что именно наиболее тоталитарные и репрессивные формы управления поведением человека — как раз те, которые усиливают субъективное чув­ ствование свободы. Вообще, свойственный для гуманистичес­ кой психологии акцент на роли высших потребностей в пове­ дении человека абсолютно чужд радикальному бихевиоризму.

Скиннер неоднократно подчеркивал, что, кроме колоссальной разницы в сложности поведения, между поведением человека и животных различие заключается только в наличии или от­ сутствии вербального поведения.

Творчество также рассматривается Скиннером не как выс­ шее проявление человеческой активности, а как один из мно­ гих видов деятельности, определяемый жизненным опытом человека, который, однако, не осознает всех причин и основа­ ний этого поведения. Эта деятельность не отличается от дру­ гих видов за исключением того, что обусловливающие ее при­ чины менее ясны и доступны для актуального наблюдения, а больше связаны с генетическими факторами, с прошлой исто­ рией жизни человека и его среды.

В связи с этими позитивными личностными изменениями, которые видит и признает радикальный бихевиоризм, является способность индивидуума минимизировать влияние негативных для его поведения и жизнедеятельности факторов и развивать позитивный, полезный для него контроль над внешней средой.

Когнитивное направление, как будет показано ниже, развило далее это положение, взяв за основу тезис о том, что способом контроля над влиянием факторов среды и основанием для по­ зитивных, рациональных выборов средств достижения целей, поддержания и предсказания поведения служит развитие спо­ собности рационально мыслить. Для бихевиоризма Скиннера ценностью является функциональный анализ поведения в тер­ минах взаимоотношений причин и следствий: каждый аспект 96 Терапевтическая и консультативная психология поведения может быть рассмотрен как производная внешнего условия, которое доступно наблюдению и описанию в науч­ ных (т. е. физических) терминах, что позволяет избежать ис­ пользования «ненаучных» (т. е. нефункциональных, с его точ­ ки зрения) терминов психологии, о которых шла речь выше.

Стимулами, а следовательно, и способами развития пози­ тивных, целесообразных форм поведения являются позитив­ ные подкрепления, и одна из огромных заслуг Скиннера за­ ключается в блестящих строгих научных доказательствах роли этих подкреплений в обучении, воспитании и других формах модификации поведения. Его теорию только поэтому иногда называют теорией оперантного подкрепления (Hall, Lindzey, 1957), хотя она, безусловно, шире этого названия. «Вместо того чтобы строить гипотезы относительно потребностей, которые могут вызывать определенную активность, они (бихевиорис ты. — М. Г.) стараются обнаружить события, которые увели­ чивают вероятность ее в будущем, поддерживают или изменя­ ют ее. Таким образом, они ищут условия, регулирующие поведение, а не строят гипотезы относительно состояний по­ требностей внутри личности» (Skinner, 1972, р. 62).

Обширные экспериментальные исследования переменных, вызывающих оперантное обусловливание, позволило сделать ряд выводов, которые стали эффективно использовать в обу­ чении, тренинге, психологическом консультировании, социаль­ ной работе. Так, экспериментально было доказано, что:

а) обусловливание может происходить как с осознавани ем, так и без осознавания, т. е. человек научается реагировать на определенный условный стимул, не осознавая этого факта;

б) обусловливание способно сохраняться в течение опреде­ ленного времени независимо от осознавания и волевых усилий;

в) обусловливание наиболее эффективно, если происходит при сознательном желании человека и его готовности к сотруд­ ничеству в этом процессе.

Другое положение теории Скиннера, также существенное для различных процессов модификации поведения человека, заключается в подчеркивании роли вербального окружения в формировании поведения человека. Хотя он не видит специ­ фики социального поведения по сравнению с другими видами поведения (точнее, для него социальное поведение характери­ зуется только тем фактом, что оно подразумевает взаимодей Психотерапия как теория изменений личности ствие двух или нескольких людей), тем не менее он признает, что человек в своем поведении испытывает постоянное влия­ ние со стороны окружающих людей. Это влияние окружения (в которое, что очень важно, включен и сам человек) опреде­ ляет поведение, поддерживает и модифицирует его. Одна из специфических особенностей социального поведения заклю­ чается в том, что подкрепления, которые человек получает в ответ на свое поведение, лишь частично зависят от его соб­ ственного поведения: ответ зависит не только от его действия, но и от того, как оно было воспринято другими.

Следующей, менее очевидной, но важной посылкой его тео­ рии является акцент на индивидуальности, т. е. индивидуаль­ ном поведении человека. Скиннер меньше всех теоретиков ин­ тересуется структурными компонентами личности, делая акцент на функциональном, а не структурном анализе. Главным объек­ том его теории и экспериментов является модифицируемое по­ ведение, а стабильные поведенческие характеристики отходят на второй план. При этом важно учитывать следующее.

Во-первых, под контролем Скиннер всегда имеет в виду прежде всего модификацию поведения, т. е. контроль предпо­ лагает, что для формирования поведенческого паттерна варьи­ руются условия среды;

другими словами, контроль достигается посредством модификации поведения, а не посредством подав­ ления нежелаемой формы поведения. Это положение оказалось необычайно важным для развития прогрессивного обучения, психотерапии, психологического консультирвания и других форм позитивной модификации человеческого поведения.

Во-вторых, Скиннер никогда не утверждал, что поведение обусловливается ТОЛЬКО факторами внешней среды. Он придавал значение и генетической обусловленности чувстви­ тельности организма к подкреплению;

признавал наличие ин­ дивидуальных различий в легкости либо затрудненности обу­ словливания тех или иных конкретных форм поведения;

более того, он считал, что некоторые формы поведения имеют толь­ ко генетическую основу, поэтому они не подвержены моди­ фикации под влиянием опыта.

В-третьих, Скиннер признавал как научный факт то, что меж­ ду стимулом и реакцией нет жесткой зависимости, поэтому одна и та же стимуляция не обязательно продуцирует одно и то же поведение. Он указывал на тенденцию к ассоциированию 4 М.Гулина 98 Терапевтическая и консультативная психология различных поведенческих реакций и на возможность взаимо­ заменяемости одних поведенческих реакций другими. Это по­ ложение также оказалось весьма плодотворным с точки зре­ ния практики, в том числе клинической. Скиннер и вслед за ним многие другие бихевиоральные психотерапевты стали смотреть на индивидуальное поведение человека как на след­ ствие предыдущего подкреплявшегося научения;

тогда способность человека изменять свое выученное поведение в со­ ответствии с актуальной ситуацией (которая может быть от­ личающейся от его предыдущего опыта) является способнос­ тью к различению, или дискриминации, стимулов и паттернов.

Эта идея стала одним из критериев «нормальности» поведе­ ния для бихевиоральных психотерапевтов, которые обнаружи­ ли, что, с одной стороны, процесс дифференцированного под­ крепления и дискриминации (различения) может лежать в основе нормального развития и научения ребенка, а с дру­ гой стороны, этот процесс важен для изучения и контролиро­ вания (в бихевиоральном смысле этого термина) нежелатель­ ного и даже патологического поведения.

Анормальное поведение в этом свете оценивается на основе тех же принципов, что и нормальное. Бихевиоральные психоте­ рапевты считают, что механизмом психотерапии является за­ мена одного, нежелательного, вида поведения другим, более приемлемым и нормальным, методом переучивания, которое осуществляется посредством манипулирования средой с помо­ щью техник оперантного и респондентного обусловливания.

Особенно следует подчеркнуть блестящие эксперименталь­ ные доказательства роли позитивного подкрепления в проти­ воположность негативному в процессе модификации поведе­ ния. Было доказано, что подавляемые с помощью негативных подкреплений формы поведения не исчезают бесследно, что негативные подкрепления не формируют у человека навыков нового, более желательного поведения. Наконец, на примерах учебных и исправительных учреждений было показано, что такие негативные подкрепления, как наказания, не только не модифицируют поведения наказываемых, но и вынуждают наказывающих все более усиливать степень наказания. Эти факты оказались чрезвычайно важными для формирования новых систем отношений между персоналом школ, больниц, тюрем и других социальных институтов и их подопечными.

Психотерапия как теория изменений личности Одними из наиболее эффектных примеров использования бихевиоральных техник обусловливания с помощью положи­ тельных подкреплений являются примеры работы с аутичны ми детьми, с психотическими пациентами (Ayllon, Azrin, 1968).

При этом следует отметить, что бихевиоральные терапевты:

а) занимаются актуальным поведением пациента, а не его внут­ ренними состояниями и б) рассматривают симптом как болезнь в том смысле, что он должен быть модифицирован и удален.

Так Дж. Доллард и Н. Миллер считают, что «симптомы не раз­ решают базовый конфликт невротика, но смягчают его. Это — реакции, стремящиеся редуцировать конфликт, и они частично успешны. Если же появляется успешный симптом, он подкреп­ ляется тем, что уменьшает невротический дискомфорт. Имен­ но так происходит научение симптому как "навыку"» (Dollard, Miller, 1950, р. 15).

Процессуальным принципам бихевиоральной психотера­ пии и консультирования будет посвящен раздел в следующей главе, что же касается концептуального уровня проводимого анализа бихевиорального подхода, то следует отметить, что практически неоцененным остался вклад бихевиоризма в про­ блему языковых сигналов как одного из видов стимулов, мо­ дифицирующих поведение человека. Это представляется важ­ ным в силу того, что в теории и методологии психологического консультирования проблема языковых средств коммуникации разрешается по-разному, в зависимости от подхода, в рамках которого осуществляется процесс консультирования.

БИХЕВИОРАЛЬНЫЙ ПОДХОД В ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ КОНСУЛЬТИРОВАНИИ:

ОСНОВНЫЕ КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ Бихевиоральный подход возник в психотерапии и консуль­ тировании как попытка использования принципов научения в разрешении проблем поведенческих расстройств у клиентов.

Этот подход, так же как и когнитивный, постоянно обогащает­ ся новыми результатами исследований;

методы и техники не­ прерывно совершенствуются. Наиболее яркими представителя­ ми этого направления в настоящее время являются Дж. Вольпе, Г. Айзенк, А. Лазарус. Основная же идея этого подхода может 100 Терапевтическая и консультативная психология быть датирована еще работами И. П. Павлова, когда поведе­ ние стало рассматриваться как последовательность условных рефлексов, образующихся в результате повторяющихся под­ креплений. Позже этот феномен получил название ОТВЕТНО­ ГО (или классического) обусловливания и стал одной из четы­ рех известных на данный момент бихевиоральных моделей научения;

другими тремя являются ОПЕРАНТНОЕ обуслов­ ливание, научение через НАБЛЮДЕНИЕ и КОГНИТИВНОЕ научение.

Модель обучения через ответное обусловливание дала кон­ сультированию и психотерапии ключ к пониманию того, как условно-рефлекторные связи между стимулами могут быть прерваны в случае, если они создают болезненный эффект (на­ пример, посттравматические фобии). Таким образом появил­ ся метод систематической десенситизации (или реципрокного подавления);

он целесообразен в основном при тревожных ре­ акциях и реакциях избегания, часто комбинируется с техни­ ками релаксации и заключается в составлении иерархии тревожащих клиента стимулов и пошаговой сенситизации к каждому из них.

Модель оперантного обусловливания позволяет модифици­ ровать поведение через изменение его последствий. Работы Скин нера, Шелдона, Гудзона и Макдоналда (Skinner, 1971;

Sheldon, 1984;

Hudson, McDonald, 1986) показали роль позитивного под­ крепления в обучении, переучивании и оказали огромное влия­ ние на формирование нового качества отношений в обществе.

Основные экспериментальные исследования (сначала с живот­ ными) были проведены уже в 1950-1960-е гг., однако концепту­ ализация в этой области активно продолжается. Так, в консуль­ тировании может быть очень полезной ABC-модель Гудзона и Макдоналда Antecedents ofthe Behaviour and its Consequences («Предшественников поведения и его последствий»), она часто используется в случаях поведенческих проблем у детей;

приме­ ром могут быть жалобы матери на капризы ребенка:

ПРЕДШЕСТВЕННИКИ ПОВЕДЕНИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ мать отказывает ребенок получает ребенок плачет в сладком сладкое Очевидно, что мать постоянно подкрепляет поведение, на которое она жалуется.

Психотерапия как теория изменений личности Эксперименты показали, что подкрепление должно быть немедленным и существенным для получателя. Негативное под­ крепление (которое следует отличать от наказания) также мо­ дифицирует поведение, но в меньшей степени, чем позитивное.

Научение через наблюдение заключается в копировании чьего-либо поведения без необходимости самому проходить через все пробы и ошибки. Главное отличие от первых двух моделей заключается в том, что подкрепление не является не­ обходимым. А. Бандура (Bandura, 1977) считает, что существу­ ют три эффекта того, что он называет моделированием: при­ обретение новых знаний и умений, имитирование и освоение социальных навыков, уменьшение реакций страха. Это обуче­ ние (синонимами являются моделирование, а также имитаци­ онное научение) может быть как заданным, организованным (например, группы по обучению навыкам настойчивого пове­ дения используют ролевые игры, где каждый член группы ими­ тирует тренируемые навыки), так и случайным, непроиз­ вольным (например, клиент имитирует стиль консультанта говорить по телефону);

в обоих случаях результат научения является более вероятным, если между наблюдающим и наблю­ даемым существуют позитивные отношения или если наблю­ даемый обладает более высоким статусом либо компетентно­ стью. Знаменитые эксперименты Бандуры (Bandura, 1965), посвященные изучению имитации детьми дошкольного возраста агрессивного поведения со стороны взрослых по от­ ношению к куклам, которое они видели в экспериментальных фильмах (с различным подкреплением этого агрессивного по­ ведения в финале фильмов), показали социальную роль ими­ тационного поведения. В теоретическом плане эти идеи дали толчок развитию теории социального научения, в практичес­ ком — заставили заново пересмотреть некоторые принципы воспитания с точки зрения имитационного поведения ребен­ ка. Одним из примеров такого переосмысливания может быть проведенная в США реорганизация ряда детских садов для детей с темным цветом кожи в плане подбора персонала и иг­ рушек. Целью изменений являлось разрушение стереотипа, пре­ восходства «белого человека», образы которого обычно доми­ нируют в игровом материале, музыке, используемых в играх и занятиях. С этой же целью персонал стал подбираться с уче­ том этнической принадлежности, что позволило разрушить Терапевтическая и консультативная психология такие клише, как «воспитатель обычно белокожий, а обслу­ живающий персонал может быть темнее».

Для этого типа научения необходимы только информация о поведении и его последствиях, поэтому оно осуществляется значительно быстрее, чем научение посредством ответного или оперантного подкрепления (первые две модели). Кроме адек­ ватного представления поведения наблюдаемого, кроме его обладания статусом, компетентностью или другими видами «силы» необходимо подкрепление нового, «выученного» по­ ведения наблюдателя для отсутствия эффекта угасания ново­ го поведения. Позже теория социального обучения обогати­ лась знанием о феноменах единичного обучения (которое происходит на одном-единственном примере), обучения через символы поведения, знаниями о роли ожиданий наказания или поощрения, успеха или неудачи. На более философском уров­ не обобщения эта теория выдвинула и прояснила принцип так называемого реципрокного детерминизма в поведении чело­ века, когда он воздействует на свое окружение так, как оно воздействует на него. Также эта теория (будучи, собственно говоря, группой теорий) фокусируется на антиципации чело­ веком предстоящих событий и отражении этих антиципации в поведении;

на роли представлений о будущем;

а также на про­ цессах, с помощью которых люди достигают саморегуляции своего поведения. Эти представления внесли огромный вклад в модели психологической помощи, в модели социальной ра­ боты, воспитания, обучения и других форм модификации по­ ведения. При этом, как и психодинамический подход, обучаю­ щий подход подвергается сильной критике в отношении этичности и даже гуманности идеи модификации поведения вообще, также критикуются механистичность моделей поведе­ ния человека, представление его пассивно управляемым внешни­ ми подкреплениями и т. п. Ряд авторов справедливо указывают на ограничения диапазона модифицируемости поведения, на что сторонники этого подхода предъявляют данные эксперимен­ тальных исследований, доказывающих эффективность исполь­ зования этих методов в психотерапии, консультировании, со­ циальной работе, обучении и воспитании.

Четвертой моделью научения, возникшей в относительно более позднее время, является когнитивная модель;

она стала разрабатываться бихевиористами в связи с тем, что глубокие Психотерапия как теория изменений личности и настойчивые экспериментальные поиски и исследования при­ вели их к пониманию, что не все человеческое поведение обу­ словливается только внешними факторами и стимулами сре­ ды: поведение также может быть обусловлено внутренними факторами. (Что в интроспективной психологии было приня­ то как данность гораздо раньше, однако не следует забывать, что именно бихевиористы настаивают на необходимости экс­ периментальной проверки любых гипотез в науке.) Уже цити­ рованные работы А. Бандуры подготовили почву для приня­ тия бихевиористами идеи о том, что внешние образы могут быть интернализованы и влиять на поведение человека.

КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД К КОНСУЛЬТИРОВАНИЮ Основные концептуальные ценности В последние десятилетия представители бихевиоризма на­ чали признавать, что поведение человека регулируется слож­ ными интеракциями между внутренними явлениями (включая убеждения, ожидания, самовосприятие) и факторами окруже­ ния. Сохраняя строгую экспериментально основанную мето­ дологию, в теориях последней волны когнитивно-бихевиораль ного направления значительное внимание стало уделяться внутренним факторам, определяющим поведение человека.

Так, работы А. Бандуры показали, что психологическое фун­ кционирование лучше понимать в терминах непрерывного взаимодействия между факторами бихевиоральными, позна­ вательными и окружения. Это означает, что поведение, лич­ ностные факторы и социальные воздействия — взаимозави симые детерминанты, т. е. на поведение влияет окружение, но люди также играют активную роль в создании социального окружения. В отличие от Скиннера, который почти всегда рас­ сматривал научение как действие прямого опыта, Бандура де­ лает основной акцент на роли научения через наблюдение (в приобретении навыков поведения). Он также подчеркивает важность самопроизвольных действий как причинного факто­ ра во всех аспектах функционирования человека, это прояви­ лось наиболее очевидно в его концепции самоэффективности, которая предполагает, что человек может научиться контро­ лировать события, влияющие на его жизнь.

104 Терапевтическая и консультативная психология А. Бандура (Bandura, 1989) отмечает, что до недавнего вре­ мени наиболее общей точкой зрения, популяризованной раз­ личными психодинамическими теориями, было убеждение в том, что поведение человека зависит от целого ряда внутрен­ них процессов (например, влечений, побуждений, потребностей), часто действующих на уровне ниже порога сознания. Хотя эта точка зрения широко распространилась не только среди профес­ сионалов, вопрос о ее концептуальной и эмпирической основе все еще остается открытым. Бандура описывал концептуальные ограничения таких теорий следующим образом: «О внутренних детерминантах часто делали вывод, исходя из поведения, кото­ рому они, предположительно, были причиной, и в результате под видом объяснения давались описания. Происхождение по­ буждений враждебности, например, прослеживалось от вспыль­ чивого поведения человека, которое потом определялось как действие, лежащее в основе враждебного побуждения. Подоб­ ным же образом существование мотивов достижения выводи­ лось из поведения побуждения;

мотивы зависимости — из зави­ симого поведения;

мотивы любопытства — из любознательного поведения;

мотивы власти — из доминирующего поведения и т. д.

Не было ограничения числу мотивов, которые можно было най­ ти, выводя их из того поведения, которое они предположитель­ но вызывали» (Bandura, 1977, р. 2).

В добавление к этому психодинамические теории пренеб­ регали огромной сложностью и разнообразием реакций чело­ века. С точки зрения Бандуры, внутренняя реальность, состо­ ящая из влечений и мотиваций, просто не может объяснить явные колебания в частоте и силе данного поведения в различ­ ных ситуациях по отношению к различным людям в различ­ ных социальных ролях. В соответствии с его теорией, люди ни управляются интрапсихическими силами, ни борются с окру­ жением. Причины функционирования человека нужно пони­ мать в терминах непрерывной обоюдной интеракции влияний поведения, познавательной сферы и окружения. В таком под­ ходе к анализу причин поведения, который Бандура обозна­ чил как взаимный детерминизм, считается, что характерные и ситуационные факторы являются взаимозависящими причи­ нами поведения. Внутренние детерминанты поведения, такие как вера и ожидание, и внешние детерминанты, такие как по­ ощрение и наказание, являются частью системы взаимодей Психотерапия как теория изменений личности ствующих воздействий, которые влияют не только на поведе­ ние, но также на различные части системы.

Эта модель показывает, что хотя на поведение влияет окру жение, оно также частично является продуктом деятельности человека, т. е. люди могут оказывать определенное влияние на свое собственное поведение. Таким образом, социально-когни­ тивная теория описывает модель обоюдной причинности, в ко­ торой познавательные, аффективные и другие личностные факторы и события окружения представляют собой взаимодей­ ствующие детерминанты.

Другой характерной чертой социально-когнитивной теории является выдающаяся роль, которая придается уникальной способности человека к саморегуляции. Устраивая свое непо­ средственное окружение, обеспечивая когнитивную поддер­ жку и представляя последствия собственных действий, чело­ век способен оказывать некоторое влияние на свое поведение.

Саморегулирующие функции создаются и не так уж нечасто поддерживаются влиянием окружения. Но так как они проис­ ходят извне, не следует преуменьшать тот факт, что, однажды установившись, самопроизвольные воздействия частично ре­ гулируют то, какие действия выполняет человек.

А. Бандура утверждает, что наши высшие интеллектуаль­ ные способности действовать символически дают нам мощное средство воздействия на наше окружение. Посредством вер­ бальных и образных воспроизведений мы производим и сохра­ няем опыт таким образом, что он служит ориентиром для бу­ дущего поведения. Наша способность формировать образы желаемых будущих результатов проектирует бихевиоральные стратегии, направленные на то, чтобы вести нас к отдаленным целям. Используя наши способности к символизации, мы мо­ жем решать проблемы, не обращаясь к действительному, от­ крытому поведению проб и ошибок, и мы можем таким обра­ зом предвидеть вероятные последствия различных действий и соответственно изменять наше поведение. С точки зрения Бандуры, человек формирует познавательный образ того, как выстраивается определенное поведение, через наблюдение по­ ведения модели и далее эта закодированная информация (хра­ нящаяся в долговременной памяти) служит ориентиром в его действиях. Научение через наблюдение регулируется четырь­ мя взаимосвязанными компонентами, или процессами, это:

106 Терапевтическая и консультативная психология внимание, сохранение модели в памяти, моторно-репродуктив ные процессы (перевод закодированной в символической фор­ ме модели из памяти в новую форму ответа) и мотивационные процессы (реализация моделируемого поведения при условии достаточного позитивного подкрепления).

Бандура предлагает две основные внутренние репрезента­ тивные системы, с помощью которых сохраняется поведение модели, превращаясь потом в действие. Первая — образное кодирование. Так как человек наблюдает стимулы моделиро­ вания, в процессе сенсорного научения возникают относитель­ но стойкие и легко воспроизводимые образы того, что было увидено.

Вторая репрезентативная система представляет собой вер­ бальное кодирование ранее наблюдаемых событий. Наблюдая модель определенного поведения, человек может повторять про себя, в чем она состоит. Эти невокализованные речевые описания позже могут внутренне повторяться без реального действия;

например, человек может молча «проговорить», что надо сделать, чтобы улучшить сложные моторные навыки.

Новым видом подкреплений, обнаруженным Бандурой, яв­ ляется самоподкрепление — процесс, когда человек награж­ дает себя поощрениями, над которыми он имеет контроль, вся­ кий раз, когда достигает определенной, установленной им самим нормы поведения. Так как можно реагировать и нега­ тивно и позитивно, Бандура использует термин саморегулиро­ вание для обозначения усиленного и уменьшенного эффекта самооценочного воздействия. Кроме того, он выделил вид кос­ венных подкреплений, которые имеют место в случаях, когда наблюдатель соотносит действие модели с ее результатом и осознает связь между ними.

Кроме самоподкрепления в саморегулирование вовлечен процесс критического оценивания. Поступки, соответствующие внутренним нормам, считаются позитивными, а не соответству­ ющие — негативными. В других случаях адекватность нашего поведения можно определить в терминах стандартных норм или ценностей эталонной группы. Поведение человека в прошлом также дает стандарт, в соответствии с которым можно оценить адекватность реагирования на стимулы. Самосравнение тоже предлагает ориентир для оценки адекватности или неадекват­ ности. Бандура считает, что прошлое поведение влияет на са Психотерапия как теория изменений личности мооценку в основном посредством его воздействия на постанов­ ку целей: «После того как данный уровень поведения достиг­ нут, он больше не требуется, и ищут нового самоудовлетворе­ ния. Люди хотят повысить нормы поведения после успеха и понизить их, приблизившись к более реалистичному уровню, после неоднократных неудач» (Bandura, 1977, р. 132). Оценка деятельности — другой ключевой фактор в критическом ком­ поненте саморегулирования поведения. Широкий спектр пове­ дения человека регулируется с помощью результатов самооцен­ ки, заключающихся в удовлетворенности собой, гордостью своими успехами, неудовлетворенностью собой и самокритикой.

Третий и последний компонент, вовлеченный в бихевио ральное саморегулирование, касается процессов привычного способа реагирования. При прочих равных условиях позитив­ ная самооценка поведения приводит к поощряемому способу реагирования, а негативная оценка — к наказуемому. И более того, «реакции самооценки приобретают и сохраняют крите­ рии поощрения и наказания в зависимости от реальных послед­ ствий. То есть люди обычно удовлетворены собой, если испы­ тывают гордость от своих успехов, но не довольны собой, когда что-то осуждают в себе» (Bandura, 1977, р. 133).

Совершенно новой характеристикой поведения человека является введенная Бандурой характеристика самоэффектив­ ности поведения человека. Концепция самоэффективности относится к умению людей распознавать свои способности выстраивать поведение, релевантное специфической задаче или ситуации. С точки зрения автора, самоэффективность (или осознанная способность совладать со специфическими ситу­ ациями) влияет на несколько аспектов психосоциального фун­ кционирования. Постижение человеком эффективности может расширить или уменьшить его выбор, какой деятельностью заниматься, какие усилия придется приложить для преодоле­ ния препятствий и фрустраций, насколько настойчивым при­ дется быть в преодолении трудностей и эмоций, решая какую то задачу. Эффективность самооценки влияет на паттерны поведения, мотивацию, выстраивание поведения и возникно­ вение эмоций. Человек, в большой степени осознающий свою самоэффективность, прилагает больше усилий для разреше­ ния проблемных стиуаций, чем люди, испытывающие серьез­ ные сомнения в своих возможностях. В свою очередь, высокая Терапевтическая и консультативная психология самоэффективность, связанная с ожиданиями успеха, обычно ведет к успешному результату и таким образом способствует самоуважению. Напротив, низкая самоэффективность, связан­ ная с ожиданием неудачи, обычно приводит к неуспешному исходу и таким образом снижает самоуважение. Те, кто счи­ тает себя «неспособным добиться успеха, более склонны к мысленному представлению неудачного сценария и сосредо­ точиваются на том, что все будет плохо. Такое мнение о не­ способности добиться успеха ослабляет мотивацию и мешает выстраивать поведение» (Bandura, 1989, р. 129). И напротив:

«те, кто обладает высокой эффективностью, мысленно пред­ ставляют себе удачный сценарий, обеспечивающий позитив­ ные ориентиры для выстраивания поведения, и осознанно по­ вторяют правильные решения потенциальных проблем» (Ibid.).

Предполагается, что самоэффективность приобретается при помощи любого из четырех или сочетания четырех источ­ ников: способности выстроить поведение, косвенного опыта, вербального убеждения и состояния физического (эмоцио­ нального) возбуждения. Бандура направляет свои усилия на развитие методов терапевтического изменения поведения и создание унифицированной теории поведенческих изменений.

Он утверждает, что «о ценности теории можно в конечном итоге судить по ее полезности, как свидетельству результатив­ ности методов в воздействии на психологические изменения » (Bandura, 1986, р. 4). Хотя автор делает акцент на развитии методик изменения поведения, он твердо полагает, что их прак­ тическое применение должно основываться на понимании главных принципов и соответствующих им тестовых провер­ ках воздействия этих методик. Он делает предположение, что когда терапия эффективна (какими бы психологическими ме­ тодами мы ни пользовались), она эффективна прежде всего по­ тому, что усиливает осознанную самоэффективность клиента.

Важным ценностным понятием в этом подходе является самоконтроль поведения человека. Самоконтроль имеет мес­ то, когда «человек ведет себя так, что вероятность его про­ шлого поведения меньше, чем вероятность его возможных в на­ стоящем реакций» (Mahoney, Thoresen, 1974, p. 22). Имеется в виду ситуация, когда человек не повторяет автоматически за­ ученные в прошлом стереотипы своего поведения, а спосо­ бен выбирать способ поведения в настоящем.

Психотерапия как теория изменений личности Большой вклад в развитие когнитивного понимания внес А. Бек. Работая с депрессивными пациентами и пациентами с дру­ гими эмоциональными расстройствами, он идентифицировал ряд неконструктивных убеждений, которые, на его взгляд, и вели пациентов к депрессии и которые нужно было изменить (Веск, 1986). Ранее Д. Мейхенбаум (Meichenbaum, 1978) показал, что «внутренняя речь» пациента по поводу его возможности спра­ виться с ситуацией влияет на его способность это делать. М. Скотт (Scott, 1989) напоминает, что подобные идеи были высказаны еще в 1950-е гг. Г. Келли в его разработке теории личностных конст­ руктов (Kelly, 1955), где он продемонстрировал, как люди конст­ руируют собственную картину мира;

а также А. Эллисом в его теории рационально-эмотивной терапии (Ellis, 1962), где была выявлена роль иррациональных убеждений в возникновении не­ гативных эмоциональных переживаний. Близкими по фокусу внимания к работам Мейхенбаума являются исследования М. Се лигмена (Seligman, 1975), использовавшего оперантную модель научения и проводившего исследования с животными и людьми.

Его интересовал феномен «выученной беспомощности» (learned helplessness) — психического состояния, возникающего как у жи­ вотных, так и у людей после неконтролируемой травмы, харак­ теризующегося апатией и трудностями научения, связанными с неверием в свои возможности обучаться. Эти исследования по­ могли по-новому взглянуть на трудности обучения детей в шко­ ле, на посттравматические состояния. Кроме того, было показа­ но, что люди с синдромом выученной беспомощности могут быть обучены преодолевать эти состояния, вновь обучаться и действо­ вать, если они будут почти насильно выполнять пошагово про­ стые задания, связанные с научением желаемому поведению.

В более поздней работе (Abramson, Garber, Seligman, 1980) пока­ зали, что развитие у людей синдрома выученной беспомощности связано с их индивидуальными убеждениями относительно не­ контролируемости болезненного опыта, который они имеют.

Особенно эта связь проявилась в отношении убеждения, что та­ кой опыт обусловлен собственной личностной неадекватностью человека, переживающего его, и если это так, т. е. если человек имеет это убеждение о своей неадекватности, то степень разви­ тия синдрома зависит от того, характеризует он эту неадекват­ ность как временную или постоянную и расценивает обстоятель­ ства, в которых он оказался, как уникальные или нет.

110 Терапевтическая и консультативная психология Терапия, развившаяся из бихевиоризма, стала значительной силой в появлении новых методов и новой технологии лечения.

«Бихевиоральная модификация» и «бихевиоральная терапия» распространились на области, весьма далекие от тех, которые обычно были полем деятельности для психодинамической пси­ хотерапии. Например, программа конференции по бихевиораль ной модификации может включать в себя семинары по таким проблемам, как дефекты речи, поведенческие расстройства у де­ тей и соответствующее педагогическое воздействие, сердечные болезни, зубоврачебные проблемы, аддиктивное поведение, пси­ хосексуальные расстройства и многие другие.

В практике бихевиоральной терапии есть много различных подходов;

в целом, однако, считается, что бихевиоральный психотерапевт занимается прежде всего актуальным поведе­ нием, а не внутренним состоянием или историей пациента.

С точки зрения бихевиориста, симптом и есть болезнь, а не проявление лежащей за ним болезни. «Симптом » — например, тик лица, преждевременная эякуляция или хронический алко­ голизм, страх перед толпой или язва желудка — требует не­ посредственной работы именно с ним. Симптом не использу­ ется как возможность исследовать воспоминания пациента или, к примеру, его экзистенциальную перспективу.

Терапевт, как и в случае психодинамической психотерапии, предлагает пациенту неугрожающую аудиторию, а клиент име­ ет возможность выразить ранее невыраженное поведение, на­ пример: слезы, враждебность, сексуальные фантазии и т. п.

Однако терапевт не заинтересован в поощрении этого выра­ жения, он занимается обучением: выработкой и поощрением способов поведения, эффективно противостоящих тем спосо­ бам, которые он намеревается постепенно исключить из пове­ дения клиента как неудобные, неэффективные, нерациональ­ ные. В целом бихевиоральную психотерапию как процесс отличают следующие характеристики:

ее цель — помочь человеку стать способным реагировать на жизненные ситуации так, как он хотел бы реагиро­ вать;

это осуществляется путем увеличения объема же­ лаемого поведения и уменьшения или исключения неже­ лательных поведения, мыслей, чувств;

ее целью не является изменение эмоциональной сферы личности пациента;

Психотерапия как теория изменений личности позитивные терапевтические отношения в процессе пси­ хотерапии являются необходимым, но недостаточным условием эффективности психотерапии;

жалобы и симптомы пациента принимаются как реальность и объект психотерапии, а не как репрезентаторы скрытых проблем и внутриличностных конфликтов пациента;

соблюдается принцип «психотерапевтического контрак­ та », когда психотерапевт и пациент в процессе начальной стадии работы приходят к единому мнению относитель­ но конкретных целей психотерапии и к договоренности относительно критериев того, что цель достигнута («Как мы узнаем, что изменение произошло?»).

Б. Скиннер считал бихевиоральную психотерапию управ­ ляющим фактором очень значительной силы, так как устанав­ ливаемые психотерапевтом позитивные отношения с пациен­ том сами по себе становятся позитивным подкреплением из-за вероятности облегчения страданий пациента. Другие предста­ вители этого подхода считают, что значимость фигуры психо­ терапевта обусловливается системой убеждений, верований, установок пациента.

Постоянные возражения Скиннера против целесообразно­ сти работы с внутренними состояниями заставили некоторых других психотерапевтов отказаться от его идей и вообще от теории обучения в психотерапии. Ряд теоретиков считают, что бихевиоральные психотерапевты были без всякой необходи­ мости привязаны к идеологии, которая имела мало отноше­ ния к их клинической практике: «В конце концов, остается традиция опираться на принципы обучения как на последний источник правильных модификаций, и соответствующий ри­ туал подпускания шпилек психоаналитикам, роджерианцам, экзистенциалистам, представителям общей психиатрии, кото­ рые еще не овладели или недостаточно оценили жаргон реак­ ций, операнд и подкреплений... Для публичных целей моди­ фикаторы поведения 1960-х гг. обычно описывали свою деятельность как логическое следствие теорем или принципов теории обучения и продолжающихся открытий относительно того, как они могут применяться к трудностям в человеческом поведении. В действительности было от силы три принципа, на которые они опирались, которые могли быть сведены к одному или полутора, а именно: что обучение зависит от временных Терапевтическая и консультативная психология и пространственных связей и от внимания к тому, что вы дела­ ете и что после этого происходит» (Gill, 1983, р. 30).

Современная когнитивно-бихевиоральная терапия инкор­ порировала идеи многих исследователей и практиков. Этот подход оказался, например, весьма конструктивен в социаль­ ной работе с детьми с поведенческими проблемами, в работе с проблемами брачных отношений, с проблемами тревожности и депрессии.

Когнитивные подходы (когнитивная терапия Бека, рацио нально-эмотивная терапия Эллиса, терапия реальностью Глес сера;

некоторые теоретики относят к когнитивным подходам транзактный анализ Берна) основываются на когнитивной мо­ дели и, следовательно, предполагают, что изменение способа мышления о себе и о мире меняет эмоциональную окраску пе­ реживаний и в конечном счете может изменить поведение в сто­ рону его большей рациональности, в сторону большего соот­ ветствия эмоций и поведения реальному миру и объективной информации о мире. В практической же работе — консульти­ ровании, когнитивно-бихевиоральной психотерапии, бихевио ральной социальной работе — обычно используются различные методы, основанные не только на когнитивной модели, но и на классическом обусловливании (например, десенситизации), и оперантном научении (позитивном и негативном подкрепле­ нии, наказании, угасании), и моделировании.

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ РАЦИОНАЛЬНО-ЭМОТИВНОЙ ТЕРАПИИ Известный американский психолог и психотерапевт А. Эл лис и созданная им научная школа оказали существенное вли­ яние на развитие когнитивной психотерапии в последние де­ сятилетия (Ellis, 1962, 1977, 1979, 1984;

Ellis, Dryden, 1987). В основу его теории была положена идея о существовании двух основных видов убеждений, определяющих отношение чело­ века к себе и миру.

Рациональные убеждения — оценочные суждения значимо­ сти личности, которые носят характер предпочтения. Они вы­ ражаются в форме желаний, потребностей, симпатий и анти­ патий. Позитивные чувства удовлетворения и удовольствия Психотерапия как теория изменений личности проявляются, когда человек получает то, что он хочет, в то время как негативные эмоции неудовольствия и неудовлетво­ рения (т. е. печаль, озабоченность, сожаление, досада) прояв­ ляются, когда он не получает того, чего хотел бы. Эти отрица­ тельные эмоции (сила которых связана со значимостью желания) расцениваются как соответственные реакции на не­ гативные события и не оказывают значительного влияния на процесс постановки новых целей или задач (Ellis, 1984).

В отличие от рациональных иррациональные убеждения:

по своей природе абсолютны (или догматичны) и выра­ жаются в форме «должен», «следует», «обязан»;

вызывают отрицательные эмоции, которые в основном препятствуют постановке цели и ее достижению (депрес­ сия, тревожность, вина, гнев);

приводят к непродуктивным формам поведения (уход, откладывание,алкоголизм,злоупотребление лекарства­ ми и др.).

А. Эллис считает, что у человеческой иррациональности есть биологическая основа в том смысле, что иррациональность присуща в той или иной степени всем человеческим существам.

Он находит подтверждение этому в следующих фактах и на­ блюдениях (Ellis, Dryden, 1987):

1. По существу, все люди, включая просвещенных и компе­ тентных, демонстрируют наличие основных человеческих ир рациональностей.

2. Фактически все доставляющие беспокойство иррациональ­ ности («абсолютные долженствования »), которые присущи на­ шему обществу, можно обнаружить почти во всех социальных и культурных группах в ходе их исторического и антропологи­ ческого развития.

3. Большинство иррациональных поступков, которые мы совершаем, такие как промедление, недостаток самоконтро­ ля, противоречат тому, чему нас учат родители, наши сверст­ ники или средства массовой коммуникации.

4. Люди — даже просвещенные и интеллигентные — часто усваивают другие иррациональности после того, как расста­ ются с прежними.

5. Люди, которые решительно противостоят различным ви­ дам иррациональностей, часто становятся жертвами этих раз­ личных иррациональностей. Так, например, атеисты и агностики 114 Терапевтическая и консультативная психология демонстрируют рьяную и абсолютистскую философию, а слиш­ ком религиозные люди порой поступают аморально).

6. Проникновение в процессы иррационального мышления и поведения способствует только частичному их изменению (например, человек может понимать, что принимать алкоголь в больших дозах вредно, и все же это знание не обязательно помогает ему воздержаться от употребления спиртного).

7. Люди часто возвращаются к иррациональным поступкам и моделям поведения, несмотря на то что усердно работают над их преодолением.

8. Люди часто считают, что проще научиться саморазруша­ ющему, чем самоукрепляющему поведению (поэтому, напри­ мер, человек может очень легко переедать, но испытывать силь­ ное беспокойство, когда начинает следовать строгой диете).

9. Психотерапевты, которые, по-видимому, предпочли бы быть хорошей моделью рациональности, часто действуют ир­ рационально в своей личной и профессиональной жизни.

10. Люди часто впадают в ошибку, веря, что определенный негативный опыт (такой, как развод, стресс и прочие невезе­ ния) не коснется их.

В рационально-эмотивной психотерапии рассматриваются два вида расстройств. Первыми являются разнообразные рас­ стройства Эго, заключающиеся в самообвинениях в случае не­ удовлетворения требований к себе, к другим или окружающе­ му миру. Это может выражаться в присвоении глобальной негативной оценки, проклинании себя как никчемного челове­ ка и т. п. Вторые — это расстройства комфорта, возникающие вследствие жестких догматических ожиданиях и требованиях удобных условий жизни. Именно поэтому высокий уровень фрустрационной устойчивости и принятие человеком самого себя (самопринятие) являются основными целями изменений в рассматриваемой нами модели рационально-эмотивной тера­ пии РЭТ (RET), которую можно представить как АВС-модель:

Активирующие события (Activating events): люди стремят­ ся к завершению поставленных задач в различных условиях и при столкновении с трудностями;

этому способствуют «ак­ тиваторы », которые либо достигают цели, либо блокируют ее.

Убеждения (Beliefs): важные медиаторы между А и С, не­ посредственно приводящие к эмоциональным и поведенческим расстройствам. Например, если пациент говорит, что кричит Психотерапия как теория изменений личности на свою жену из-за того, что она не сделала покупок в магази­ не, то покупки сами по себе, возможно, не являются действи­ тельной причиной, которая запускает его порожденные гне­ вом оценки. Цепочка выводов может строиться так: Жена забывает сделать покупки —› Я напомню ей об этом —› Она будет ворчать на меня —› Я не смогу спокойно посмотреть футбольный матч по телевизору. Любой из этих выводов мо­ жет породить выражающие гнев оценки, и часто представля­ ется важным как можно полнее вовлекать пациентов в про­ цесс оценивания своих цепочек выводов, задавая им вопросы, которые помогают получать достоверную информацию, свя­ занную с наиболее эмоционально нагруженными выводами в отдельных звеньях умозаключений.

Последствия {Consequences): когнитивные, аффективные и поведенческие следствия активирующих событий (А) и убеж­ дений (В) в модели ABC. Если С несут характер эмоциональ­ ных нарушений (чувство тревоги, депрессии, враждебность, самоосуждение и самообвинение), то можно с высокой долей вероятности предположить, что В непосредственно создают или являются причиной С. Эмоциональные нарушения, одна­ ко, могут иногда происходить из-за сильных А — например, из-за стихийных бедствий, витальных нарушений окружающей среды. Эмоциональные нарушения могут также возникнуть из за изменений в организме — например, из-за нарушения гор­ монального обмена или болезни.

Производными иррационального мышления являются:

драматизирование, «катастрофизация» (awfulizing) («He должно быть так плохо, как сейчас»);

постоянное ощущение себя несчастным («Я не могу тер­ петь это»);

осуждение себя или других за то, что они не делают долж­ ного, жизни — за то, что не дает человеку того, что он хочет.

А. Эллис описал ряд характеристик искаженного, на его взгляд, мышления, которое является следствием наличия дол­ женствований (must's) во внутренних убеждениях человека (Ellis,1977).

Все или ничего: «Если я потерпел неудачу в решении какой либо важной задачи, а этого не должно было случиться, то я полный неудачник и совершенно не достоин любви».

Терапевтическая и консультативная психология Скачок к заключениям и негативная непоследователь­ ность: «Так как я не должен был делать этого, но сделал, то теперь меня будут считать угрюмым неудачником или будут смотреть на меня как на некомпетентного человека».

Догадки: «Так как они смеются надо мной из-за неудачи, то, наверное, думают, что я должен всегда добиваться успеха и будут в дальнейшем презирать меня, если этого не будет про­ исходить».

Концентрация на негативных чувствах: «Так как я не могу терпеть, когда что-то не получается, то я не могу видеть ниче­ го хорошего в своей жизни».

Исключение положительных чувств: «Когда другие хвалят меня, то они только оказывают мне любезность, делая вид, что забыли все то плохое, чего я не должен был делать, но делал ».

Всегда и никогда: «Несмотря на то что условия жизни долж­ ны измениться к лучшему, в действительности сейчас они столь плохие и неустойчивые, что всегда останутся такими, а я ни­ когда не буду счастлив».

Принижение: «Моя успешная попытка в этой игре была удачей и не имеет значения. Но моя неудача, которую я никог­ да не должен был допустить, была настолько плохой, насколь­ ко это возможно и вообще непростительно».

Эмоциональное объяснение: «Так как я показал себя не в лучшем свете, чего я не должен был делать, я чувствую себя подобно простофиле, и мои сильные чувства доказывают, что я заслужил осуждение».

Наклеивание ярлыков и чрезмерное обобщение: «Так как я не должен терпеть поражение в важных делах, но это про­ изошло, я никудышный игрок и неудачник».

Персонализация: «Поскольку я действую гораздо хуже, чем должен действовать, то я уверен, что смеются только надо мной, и это ужасно!» Ожидание наказания: «Когда я не делаю что-либо так, как мне следует это делать, а меня по-прежнему поощряют и при­ нимают, я настоящий обманщик, поэтому скоро упаду в своих глазах, а они увидят, насколько я презренный тип».

Безупречность: «Я понимаю, что сделал что-то довольно хорошо, но я должен решать задачи, подобные этой, абсолют­ но безупречно, и поэтому на самом деле я некомпетентный».

Рациональной альтернативой драматизированию, «ката Психотерапия как теория изменений личности строфизации», по мнению А. Эллиса, является оценивание сте­ пени негативности активирующего события;

устойчивость — рациональная альтернатива иррациональному убеждению «Я не могу терпеть это»;

принятие — рациональная альтерна­ тива осуждению.

Заслуживают внимания предложенные А. Эллисом 13 кри­ териев психологического здоровья (Ellis, Dryden, 1987, p. 18-20).

1. Интерес к самому себе: чувствительный и эмоционально здоровый человек ставит свои интересы немного выше инте­ ресов других, в некоторой степени жертвует собой ради тех, о ком заботится, но не полностью.

2. Общественный интерес: если человек поступает безнрав­ ственно, не отстаивает интересы других и поощряет соци­ альный отбор, маловероятно, что он построит себе мир, в ко­ тором сможет жить уютно и счастливо.

3. Самоуправление (самоконтроль): способность брать на себя ответственность за свою жизнь и одновременно стремле­ ние к объединению с другими без требования значительной поддержки.

4. Высокая фрустрационная устойчивость: предоставление права себе и другим совершать ошибки без осуждения своей личности или личности другого.

5. Гибкость: пластичность мысли, открытость изменениям;

человек не ставит себе и другим жестких неизменных правил.

6. Принятие неопределенности: человек живет в мире ве­ роятностей и случая, в котором никогда не будет существо­ вать полной определенности.

7. Ориентация на творческие планы: творческие интересы занимают большую часть существования человека и требуют с его стороны вовлеченности, 8. «Научное» мышление: стремление быть более объектив­ ным, рациональным. Регуляция своих чувств и действий по­ средством реагирования и оценивания их последствия в соот­ ветствии со степенью их влияния на достижение близких и далеких целей.

9. Принятие самого себя;

отказ от оценки своей внутрен­ ней ценности по внешним достижениям или под влиянием оцен­ ки со стороны других;

стремление скорее радоваться жизни, чем утверждать себя («Я люблю себя уже за то, что я живу и имею возможность радоваться»).

118 Терапевтическая и консультативная психология 10. Риск: эмоционально здоровый человек склонен риско­ вать оправданно и стремится делать то, что он хочет, даже когда существует возможность неудачи;

он стремится быть предприимчивым, но не безрассудно храбрым.

11. Длительный гедонизм: человек ищет удовольствия как от текущего момента, так и от возможного будущего;

он считает, что лучше думать как о сегодняшнем дне, так и о завтрашнем, и не одержим немедленным получением удовлетворения.

12. Нонутопизм: отказ от нереалистичного стремления к всеохватывающим счастью, радости, совершенству или к пол­ ному отсутствию тревоги, депрессии, унижения своего досто­ инства и враждебности.

13. Ответственность за свои эмоциональные нарушения:

склонность принимать на себя большую часть ответственнос­ ти за свои поступки, а не стремление с целью защиты обвинять других или социальные условия.

Основным отличием последствий рациональных и иррацио­ нальных убеждений является адекватность или неадекватность вызываемых ими отрицательных эмоций. Неадекватными счита­ ются тревожность, депрессия, вина, стыд, гнев. Эти эмоции мо­ гут в результате психотерапии быть замещены несколько иными.

АДЕКВАТНЫЕ ЭМОЦИИ НЕАДЕКВАТНЫЕ ЭМОЦИИ 1. Озабоченность 1. Тревожность «Я надеюсь, то, что угрожает «То, что угрожает, не мне, не произойдет, но если должно произойти, но если случится, то это будет случится, это будет ужасно».

неудачей».

2. Печаль 2. Депрессия «Очень жаль, что я пережил «Эта утрата не должна была эту утрату, но на самом деле произойти, и теперь это почему бы это не должно ужасно, что все так вышло».

было произойти?» 3. Сожаление 3. Вина «Я сожалею, что сделал это, «Я плохой, грешный, слабый но не считаю себя плохим ». человек, потому что совершил этот поступок».

4. Расстройство 4. Стыд «Я расстроен своими «Я публично признаю, что действиями, но не зол на поступил плохо. Я осуждаю Психотерапия как теория изменений личности самого себя, потому что я и стыжусь себя » (такой хочу делать все хорошо, но не человек очень зависим от обязан требовать от себя одобрения других людей).

этого».

5. Раздражение 5. Гнев «Я не хотел бы, чтобы другой «Я твердо убежден в том, что человек делал то, что мне не другой не должен нарушать мои правила, и осуждаю его нравится, но из этого не за подобные действия».

следует, что он не должен нарушать мои правила».

Первое основное положение РЭТ. Психологические нару­ шения преимущественно обусловлены тем, какие убеждения (В) имеет человек относительно негативных событий жизни (В—>С). Но человек считает, что его нарушения скорее обу­ словлены этими ситуациями (А—>С), и поэтому стремится из­ менить А, а не В.

Второе основное положение РЭТ. Человек может знать, что его проблемы обусловлены его убеждениями, но он будет сби­ вать себя с толку и таким образом сохранять свои проблемы, подыскивая биографические подтверждения этих убеждений, вместо того чтобы направить себя на их изменение.

Третье основное положение РЭТ. Только если человек в на­ стоящее время старательно работает, думает, чувствует и дей­ ствует наперекор своим иррациональным убеждениям, то он может изменить их и вследствие этого будет значительно мень­ ше расстраиваться.

Кроме того, человек часто избегает изменений, потому что боится чувства неестественности происходящего — «невроти­ ческий страх чувства обманутости». Но это чувство неесте­ ственности действительно сопутствует процессу переучивания.

Согласно теории Фрейда, человек сохраняет неизменными свои нарушения и проблемы, проигрывая различные защитные механизмы (например, рационализацию или избегание), кото­ рые позволяют отрицать существование этих проблем или сни­ зить выраженность их настойчивого характера. В соответствии с теорией РЭТ считается, что механизмы защиты используют­ ся для предотвращения самоосуждения, так как если при определенных обстоятельствах человек честно берет на себя ответственность за свои проблемы, то он будет сурово осуж­ дать себя за них. Эти защитные механизмы также служат для 120 Терапевтическая и консультативная психология того, чтобы предотвратить тревожный дискомфорт, и, если только человек принимает свои проблемы, он будет оценивать их как «слишком трудные, чтобы переносить их».

В целом конструктивность РЭТ (в изданиях последних лет, добавив слово «бихевиоральная », Эллис изменил название, и те­ перь эта терапия называется REBT) обеспечила ей очень проч­ ный официальный статус в программах обучения психотерапев­ тов в США, и сейчас ее популярность растет и в Европе. Многие весьма известные своими экспериментальными исследования­ ми психологи — А. Лазарус, Г. Айзенк, Дж. Вольпе — являются сторонниками этого и близких к нему направлений. Дискуссия о сравнительной эффективности психоанализа и когнитивно бихевиорального подхода не смолкает: широко известны пуб­ ликации Г. Айзенка, А. Эллиса и др. с экспериментально обо­ снованными упреками в неэффективности в адрес психоанализа (Ellis, 1968;

Eysenk, 1972 и др.). Можно отметить и противополож­ ную тенденцию, которая становится заметной в когнитивизме, начиная с работ А. Бандуры и А. Бека, о большем внимании к «внутренним факторам» и о большей терпимости к альтерна­ тивным подходам. Так, Лазарус, например, после многолетней борьбы с субъективизмом и интерпретационизмом в психоте­ рапии совершенно справедливо ставит под сомнение возмож­ ность четкого разграничения «фактов и фантазий» в процессе терапии (Lazarus, 1990) и развивает свою концепцию мультимо дальной терапии, в которой пытается определить возможности использования более широкого спектра терапевтических вме­ шательств (Lazarus, 1981).

Общепринято обсуждать различия между психоаналитичес­ ким и когнитивно-бихевиоральным концептами, и, на наш взгляд, основными различиями являются следующие. Первое — это отношение к роли внутренних факторов, внутренней актив­ ности субъекта и к природе желания субъекта. Второе разли­ чие связано с тем, что в работах бихевиористов идея адаптации вновь приобретает свое значение, поэтому и настолько прин­ ципиально различаются взгляды этих школ на природу симпто­ ма и, главное, на отношение терапевта и клиента к нему. Треть­ им существенным различием можно назвать расхождение во взглядах на рациональное отношение субъекта к миру: если для психоаналитического подхода этот компонент является всего лишь неизбежной (в силу внешнего и внутреннего давления) Психотерапия как теория изменений личности трансформацией первичных желаний субъекта, то для предста­ вителей второго направления рациональное отношение к миру является первичной и «гуманистической» (в смысле присущей human beings — человеческим существам) особенностью и цен­ ностью человеческого существования. Отсюда следует четвер­ тое важное различие — разное толкование целей психотерапии:

для бихевиоризма и когнитивизма это поиск условий регуля­ ции поведения, а не анализ состояния потребностей. Отказ от «ментализма» и интерпретационной методологии является уже следствием этого различия.

При этом необходимо отметить и, как это и ни парадоксаль­ но звучит, достаточно принципиальную общность того и дру­ гого направлений по некоторым вопросам. Это очень близкое отношение, по крайней мере, Фрейда и Скиннера, к идее свобо­ ды воли, свободы от влияния социума: оба они избежали уто­ пического взгляда и считали свободу фикцией — Фрейд экзис­ тенциально, а Скиннер (как минимум) категориально. Сходным пессимизмом проникнуто их отношение и к существованию выс­ ших потребностей, во всяком случае, к их природе. Далее, обо­ им был свойствен, несмотря на огромное различие в методах ис­ следования, научный позитивизм в отношении понимания природы человеческого поведения. Для обоих был характерен причинно-следственный подход и детерминистский взгляд на закономерности человеческого поведения, что и позволило впоследствии некоторым психологам (например, А. Райлу с его когнитивно-аналитической терапией) объединить эти два на­ правления. Рационализм (или как бы вынужденный прагматизм) в отношении конечных целей психотерапии также является ха­ рактерным для обоих направлений, и чаще всего цели видятся в достижении субъектом способности минимизировать влияние негативных факторов за счет интеллектуального (когнитивно­ го) переструктурирования своего опыта (разница «лишь» за­ ключается в том, что в психоанализе за решение задачи интел­ лектуального контроля процесса отвечает психоаналитик, пациент же волен работать в режиме более целостного состоя­ ния — в режиме осознавания). Акцент на индивидуальности также характерен для обоих этих направлений. Что же касает­ ся методов, то, несмотря на глубокие различия в этой области, процессу «эмоционального переобучения» (Фрейд) уделяется большое внимание в обоих подходах.

122 Т ерапевтическая и консультативная психология Именно в этом ключе нужно понимать «тезаурус» концеп­ туальных ценностей бихевиорального и когнитивного подхо­ дов, релевантных для обучающего, рационального подхода к психологическому консультированию.

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ когнитивно-бихевио рального подхода:

рациональность;

управление;

понимание;

конструктивность альтернатив;

прогнозирование будущего;

адекватные интерпретации;

готовность к инкорпорированию нового опыта;

психическое здоровье:

• интерес к самому себе, • общественный интерес, • самоуправление и самоконтроль, • фрустрационная устойчивость, • гибкость, • принятие неопределенности, • ориентация на творческие планы, • научное мышление, • принятие самого себя, • способность рисковать, • длительный гедонизм, • реалистичность, нон-утопизм, • ответственность за свои эмоциональные нарушения;

осознанная самоэффективность.

Нетрудно заметить, что более поздние разработки в обла­ сти когнитивно-бихевиоральной терапии (в связи с этим мы специально остановились на основных концептах РЭТ в по­ следнем параграфе) несут отчетливые тенденции приближе­ ния к более оптимистическому взгляду на природу человечес­ кого существования, что отчасти можно объяснить влиянием идей гуманистической психологии.

Психотерапия как теория изменений личности «БОЛЕЗНЬ - ЭТО НЕДОНОШЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ХУДОЖНИКА» (Гуманистическая психология в консультировании и психотерапии) Тому, кто не постиг науки добра, всякая иная наука приносит лиши вред.

М. Монтень. Опыты КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ ГУМАНИСТИЧЕСКИХ МОДЕЛЕЙ ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ Ценностный подход к проблеме человеческого существования в гуманистической психологии Общие положения гуманистической психологии относи­ тельно природы потребностей человека и целей его существо­ вания гораздо более далеки от психоаналитических (фрейдов­ ских), чем бихевиоральные. В соответствии с гуманистической точкой зрения в человеке изначально заложена позитивная схема его личностного развития, сама психологическая при­ рода человека постоянно движет его в направлении личност­ ного роста, творчества и самодостаточности, если только про­ тивоборствующие обстоятельства не оказываются достаточно сильны, чтобы помешать этому. Предполагается, что люди — во многом сознательные и рациональные создания без доми­ нирующих бессознательных потребностей и конфликтов. В об­ щем, гуманистические психологи рассматривают людей как активных творцов собственной жизни, обладающих свободой выбирать и развивать стиль жизни, который ограничен толь­ ко физическими или социальными воздействиями.

Идеи, созвучные гуманистическим, можно найти у многих психологов, психоаналитиков, философов, однако А. Маслоу внес, возможно, наиболее весомый вклад в развитие теории гуманистической психологии. В его теории самоактуализации личности, основанной на проведенном им изучении здоровых и зрелых людей, утверждается: «Жизнь человека нельзя по­ нять, если не принимать во внимание наивысшие стремления.

124 Терапевтическая и консультативная психология Рост, самоактуализацию, стремление к здоровью, поиски иден­ тичности и автономности, жажду прекрасного (и другие спо­ собы выражения стремления "наверх") сейчас нужно принять безоговорочно как широко распространенную и, возможно, универсальную тенденцию» (Maslow,1987, p. 20).

В его теории подчеркивается уникальность человека и су­ ществование потенциала саморегулируемого и эффективного функционирования человека. Принято считать, что теория Мас лоу возникла как теоретическая альтернатива двум наиболее крупным течениям в психологии и психотерапии-психоанали­ зу и бихевиоризму. Надо отметить, что в отличие от этих давно сложившихся научных школ с их многочисленной дифферен­ циацией внутри самой школы, но с четкими критериями, опре­ деляющими их внешние профессиональные границы, гуманис­ тическая психология — это не обособленно организованная теория, школа или система;

можно рассматривать ее как дви­ жение (т. е. особую группу теоретических подходов к личности и клинической психологии), причем не только узконаучное, но и общественное (так называемая третья сила в психологии).

Гуманистическая психология, несомненно, несет отпечаток экзистенциальной философии, разработанной такими филосо­ фами и мыслителями, как С. Кьеркегор, К. Ясперс, М. Хайдеггер, Ж.-П. Сартр, Л. Бинсвангер. Экзистенциальный подход берет начало из конкретного и специфического осознания отдельного человека, существующего в отдельный момент времени и про­ странства. Экзистенциалисты полагают, что каждый из нас су­ ществует как «сущий-в-мире», осознанно и остро постигая свое существование и конечное несуществование (смерть). Мы не су­ ществуем вне мира, и мир не имеет значения без нас, живущих в нем. Отвергая идею, что человек является продуктом либо на­ следственных (генетических) факторов, либо влияния окружаю­ щей среды (особенно раннего влияния), экзистенциалисты под­ черкивают идею о том, что в конце концов каждый из нас ответствен за то, кто мы и чем становимся: «Человек не что иное, как то, чем он делает себя сам. Таков первый принцип экзистен­ циализма» (Sartre,1957, p. 15). Следовательно, каждому из нас брошен вызов наполнить нашу жизнь смыслом в этом абсурдном мире. Тогда «жизнь есть то, что мы из нее делаем».

С точки зрения экзистенциалистов, не следует пренебрегать уникальным человеческим опытом свободы и ответственности Психотерапия как теория изменений личности для создания смысла. Иногда свобода и ответственность могут быть тяжелой и даже пугающей ношей. Люди осознают, что они в ответе за свою судьбу, и поэтому испытывают боль отчаяния, одиночество и тревогу. Это не означает, что если людям дана свобода выбора, они непременно будут действовать в собствен­ ных интересах. Свобода выбора не гарантирует, что выбор бу­ дет безупречным и мудрым. Если бы это было так, люди не стра­ дали бы от отчаяния, отчуждения, тревоги, скуки, вины и множества других навязанных себе неприятных чувств. Для эк­ зистенциалистов вопрос заключается в том, может или нет чело­ век жить подлинной (честной и искренней) жизнью в осознан­ ной последовательности ее случайностей и неопределенностей.

Наиболее известными теоретиками в области гуманистичес­ кой психологии являются Э. Фромм, Г. Оллпорт, К. Роджерс, В. Франкл, Д. Келли, Р. Мэй, В Сатир. Они, так же как и филосо­ фы-экзистенциалисты, подчеркивают, что каждый человек — создатель своего поведения и жизненного опыта, мыслящее су­ щество, способное осознавать свой опыт, принимать решения, нести за них ответственность и свободно выбирать свои действия.

Важной концепцией для обоих направлений также является концепция становления. Человек никогда не бывает статичен, он всегда находится в процессе изменений, развития, становления.

Как свободное существо человек ответствен за реализацию наи­ большего числа возможностей;

человек может жить действитель­ но подлинной жизнью, только если он выполняет это условие.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.