WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |

«Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page 1 ФОНД ЗАЩИТЫ ГЛАСНОСТИ ПОНЯТИЯ ЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ Спорные тексты СМИ и проблемы их анализа и оценки юристами и лингвистами Изд. 2-е, переработанное ...»

-- [ Страница 5 ] --

Или еще. Однажды мне пришлось писать заключение. Однажды оговорилась и сказала «злоключение», но это, пожалуй, правда ино гда. Предложение всего-навсего на 15 строчек, формулируется очень ответственная норма. Имеются в виду самые высокие долж ностные лица, начиная с самых-самых, которые установлены Кон ституцией. И что же там говорится? Если я уберу лишние строчки, то смысловая фабула заключается в том, что указанным лицам за прещается заниматься деятельностью, если она не наносит ущерб государству, то есть с точностью до наоборот. Всего-навсего сами себя не прочитывают.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» У нас в управлении была очень интересная встреча с известней шим специалистом из Германии, автором книги «Как готовить зако ны», и знаете, что она мне сказала прямо в зале и потом еще пару раз напомнила об этом: самое главное — сбивайте спесь с юристов. Им очень повезло, что рядом с ними есть вы, редакторы, потому что ес ли юристов оставить наедине с самими собой, они начнут изъяс няться друг с другом посредством химических формул. И что мне было очень приятно? Она познакомилась с нашим отделом, мы ей рассказали о тех сложностях, с которыми мы встречаемся в нашей работе, я не буду злоупотреблять вашим вниманием, могу говорить об этом бесконечно, я думаю, вы прекрасно понимаете, что редактор в издательстве может, вправе и обязан отклонить рукопись, которую он считает просто некачественной, а мы обязаны работать с текстом, постольку поскольку он есть выражение воли субъекта права зако нодательной инициативы, хотя обязаны изначально дать професси ональную качественную характеристику этому тексту. Мы повязаны особенностью законодательного процесса. Когда я ей рассказала об этом, мне она сказала, что теперь она будет несколько иного мнения о тех работниках аппарата, которые занимаются таким непростым трудом, трудом, который возможен только на пути к компромиссу, на том пути, когда ты пытаешься достучаться до человека, порой из начально не обремененного излишней грамотностью.

Как вы знаете, здесь присутствуют профессионалы, и некоторых из вас я знаю, со всеми остальными рада познакомиться, не было у нас в России особого социального заказа на грамотного человека, и этим во многом вызвано далеко не самое высокое качество прини маемых законопроектов. До сих пор нет системной подготовки кад ров-юристов, кадров-редакторов, лингвистов, которые могли бы ра ботать над законопроектами. Нет таких программ пока еще. Хотя об этой проблеме я, например, говорю с 1990 года, потому что, когда я пришла работать как редактор в Верховный Совет, тогда еще СССР, я столкнулась с этой проблемой.

Еще в чем проблема? Перспективы особо радужной я тоже не ви жу, потому что из чего мы строим правовое государство? Знаете, с ка ким огромным интересом я буквально набросилась на федеральную целевую программу «Русский язык», которую правительство утвер дило летом прошлого года? Правда, сейчас эту программу из Инсти тута русского языка отозвали по понятным причинам — денег нет, на русский язык у нас денег нет. Прочитала и уяснила для себя: там предусматривались некие статьи расходов, ассигнования на повы шение общей правовой грамотности, общей лингвистической гра мотности работников аппаратов федеральных органов государствен Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации ной власти, хотя мне представляется, для того, чтобы пойти на рабо ту в соответствующие органы, для того, чтобы быть принятым на ра боту, уже этим самым уровнем нужно обладать. При всем при том, что на это предусматривались деньги, на исследование языка в обла сти законодательства деньги не предусматривались.

И во многом это объясняет ситуацию, что у нас до сих пор не то что не исследован язык права, есть отдельные работы, интересные работы, вы знаете, но нет исследования специфического стиля функционального стиля речи совершенно определенного, офици ально-делового. Не было официального заказа на то, чтобы исследо вать его. Вы знаете, что это связано с определенной критической, ре альной конъюнктурой, потому что были определенные субъекты, которые занимались тем, что писали законы, это были опытные юристы, а чисто языковая часть оказалась неизученной, даже те пол торы структуры, или, может быть, две, это в зависимости от того, как считать, которые готовят профессиональных редакторов, не занима лись этим. Редактирование требует все-таки профессионализма, это галерная работа;

юрист, когда читает текст, он вникает прежде всего в материю. Поэтому такие мелочи, как «Казнить нельзя помило вать», очень часто выпадают из поля его зрения.

Мы из-за того, что не изучен стиль законодательства, не имеем возможности получить квалифицированного редактора, квалифи цированного лингвиста, готового прийти в федеральный орган го сударственной власти и работать с документом. Когда я создавала отдел лингвистической экспертизы, он начинался не с нуля, а, по жалуй, с минусовой величины, я очень рада, что мне удалось при влечь, заинтересовать в этой работе редакторов, квалифицирован ных редакторов, в частности из бывшего Политиздата, но должна сказать, на практике приходят эти люди с большим опытом работы, в частности с большим опытом работы с документами, и что? Не могут. Год, полтора требуется для адаптации. Сейчас у нас отдел сформировался.

Можно я как женщина позволю себе некоторую непоследова тельность? Недавно я с огромным удовольствием посмотрела еще раз пьесу Чехова «Свадьба». И я поняла, что пьеса эта и о россий ском законодательстве, и о нашей действительности, и о сегодняш нем человеке. Я себе сделала некоторые выписки. «Мы люди темные и ничего не понимаем.» — «Конечно, не понимаете, потому что тер мины.» Это ответ капитана второго ранга некоего Ревунова-Карау лова, которого приняли за генерала, а потом с позором выпроводи ли. И еще. Одна вроде бы совсем бытовая фраза: «Где дверь? Куда ид ти? Человек, выведи меня отсюда». Когда законы пишутся, очень ча Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» сто забывают те, кто их пишет, для чего они пишутся. Для того, что бы человеку дверь указать из запутанного жизненного лабиринта, для того, чтобы человеку понять, чтобы человек понял волю законо дателя, что законы пишутся юристами не для юристов, но мы очень стараемся как редакторы в силу нашей чисто профессиональной за калки, закваски, выучки быть проводником между замыслом автора, между волей законодателя и между тем человеком, на которого это рассчитано. Что не всегда просто. Благодарю вас за внимание.

Руднев: Вопросы есть к Наталье Алексеевне?

Островский: У меня практической плоскости вопрос. Вы для су дебных органов проводите экспертизы, а если нет, то можете ли проводить, и как это практически сделать, потому что это всегда проблема?

Калинина: У нас в отделе 22 человека, а функций столько, что нам бы плодиться и размножаться. Отдел наш называется отдел лингви стической экспертизы законопроектов, то есть мы занимаемся всем тем, что принимает Государственная Дума, и еще многим другим. По этим вопросам вы можете обращаться к Сафоновой Юлии Алексан дровне, в Институт русского языка РАН. К ней такие вопросы посту пают, это человек, который совершенно бескорыстно занимается проблемой законодательства. Я очень рада, что в ее лице, в лице та ких бескорыстных тружеников, прекрасных специалистов мы увиде ли поддержку, причем не так уж давно, со стороны науки. У нас боль шие совместные планы.

Симонов: Технологически когда, на каком этапе поступает к вам законопроект?

Калинина: В соответствии с регламентом предусматривается про цедура прохождения законопроектов через три чтения. Перед пер вым чтением, скажу откровенно, поступает болванка, которую оце нивают юристы с точки зрения правового качества, на этой стадии нам пытались направлять материалы, причем в регламенте эта нор ма пока еще не изменена, хотя в изменениях регламента это учтено, мы готовы. Но в чем заключается задача редакторов? Оценить един ство плана выражения и плана содержания. Плана содержания нет, потому что в первом чтении, как правило, принимаются основная концепция и основные положения законопроектов, и взмолились сами разработчики, не нужно. Поэтому практика такова, что к нам приходит текст перед вторым чтением, когда высказали свое мнение в форме поправок другие субъекты правозаконодательной инициа тивы, когда комитет сформировал из них очень мозаичный, очень противоречивый текст, и выносится этот текст одновременно с таб лицей поправок, которые комитет рекомендует принять или откло Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации нить на обсуждении Государственной Думы. Над этим контекстом мы работаем. Нам приходится больше заниматься антиредактирова нием, очень часто хочется переписать текст, мы не вправе, и это очень сложно для специалиста. Потом к нам приходит текст перед третьим чтением с учетом принятых поправок, и опять мы смотрим, не нарушены ли какие-то связи в контексте, а затем занимаемся тем, что совершенно не предусмотрено регламентом, мы еще раз смот рим после принятия, та ли версия поступила, какие-то технические погрешности не исправились.

После перерыва Руднев: Давайте мы на уровне практики попробуем разобрать те или иные ситуации. Для затравки я хотел бы предоставить слово ад вокату Островскому. Пожалуйста. Если у вас есть какие-то практиче ские истории, которые требуют компетентного мнения федеральных судей или компетентного мнения Генри Марковича Резника, боль шого специалиста по кругу тех проблем, которые мы здесь обсужда ем, — давайте мы сейчас набросаем эти истории, а потом начнем их обсуждать. Спасибо.

Островский: Большое спасибо, что вы вторично предоставили мне слово. Я на суд слушателей хочу вынести две проблемы, с кото рыми я не совсем теоретически сам справился, они возникают из очень реальных практических ситуаций. Надеюсь, что это кого-то заинтересует и, может быть, будут какие-то идеи, интересные для всех.

Первая проблема: ее передо мной поставил пресненский проку рор по делу, о котором я вчера рассказывал. Просто сегодня я воз вращаюсь к этой теме, поскольку у нас сегодня криминальный ас пект: клевета как уголовное преступление. По делу, где объектом клеветы явился покойный, убитый хозяин этого стриптиз-клуба, о котором писал «Московский комсомолец», о нем, о покойном, бы ла распространена информация, что он практиковал съемки скры той камерой сексуальных забав высокопоставленных посетителей клуба и потом продавал им эти кассеты, то есть занимался шанта жом, рэкетом, вымогательством. Объект клеветы — покойник. Ког да я, представляя интересы брата и владельца этого заведения после смерти старшего брата с доверенностью от младшего, нынешнего владельца в тот период, пришел к прокурору с заявлением о возбуж дении уголовного дела, первое, какую проблему г-н Юнин поставил передо мной, а заодно и перед собой: а кто потерпевший от этой кле веты? Я не нашел, что сразу ответить. Мы стали вместе с ним обсуж Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» дать этот вопрос. Я говорю, убивают бомжа. Кто потерпевший? Он сам и потерпевший, родственников у бомжа нет. Здесь есть родст венники, есть наследники. Давайте родственников признаем потер певшими от клеветы на покойного. Но так твердо мы этот вопрос и не решили. Может быть, у кого-то будут какие-то мнения на этот счет, но проблема в практике такая возникла.

И второй, гораздо более важный вопрос: мотивы клеветы. По очень громкому скандальному делу, которое получило развитие в гражданском порядке, у нас с Генри Марковичем 22 декабря процесс в Пресненском суде, где я защищаю свою честь и достоинство от НТВ, Киселева и Ленского. Когда обо мне программа «Итоги» 8 ми нут распространяла порочащие сведения, заведомо вымышленные и заведомо не соответствующие действительности, предварительно я обращался в прокуратуру с заявлением о возбуждении уголовного дела по клевете в средствах массовой информации. Поручили прес ненскому отделу дознание, шло с пробуксовкой, в итоге под моим нажимом стала проводиться активная проверка, два раза брались объяснения у Киселева, Ленского опрашивали в ходе проверки. В итоге читаю постановление дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела, оно приобщено к гражданскому делу, если кого-то заинтересует, я приглашу на процесс, причем там два интересных де ла, одно за другим. Одно — мое с НТВ, а сразу через два часа я защи щаю Володю Мукусева против Лесневской. В постановлении дозна вателя признаются доказанными факты распространения клеветни ческих сведений, заведомо вымышленных в отношении меня: не на шло своего подтверждения, что я выбил шантажом и угрозами 15 ты сяч долларов у известной американской фирмы, что я защищал газе ту «Завтра» и т.д., что я был исключен из МГУ с юрфака. Следователь признает это заведомо вымышленным, но отказывает в возбуждении уголовного дела по причине того, что он не установил мотивов кле веты. Я ему говорю: «А что же вы меня-то не опросили по этому во просу? Если у вас возникли сомнения, в чем мотив клеветы?» Жур налист Ленский пишет в объяснении, что информацию обо мне из лагал он, Киселев там сказал только одну заключительную фразу.

Киселев пишет: «Я никогда не был знаком с Островским, никаких личных неприязненных мотивов к нему не испытываю». Это правда.

Как правило, журналисты бывают незнакомы с героями в кавыч ках или без кавычек, но, как правило, в кавычках, публикаций, с те ми, о ком они критически пишут. В чем же мотив? Я, например, на писал заявление, к сожалению, оно не сыграло своей роли, что я со вершенно четко усматриваю мотив в следующем: я просил истребо вать контракт журналиста Ленского с НТВ, где он обязался, иного Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации родний мальчик, окончивший журфак, которого оставили в Москве, купили ему по контракту квартиру, за которую он и обязался отраба тывать десять лет. Условия таких контрактов не разглашаются, я по своим оперативным каналам, хотя их формально не имею, ознако мился с подобным контрактом. То есть я это расцениваю так, что ему купили квартиру, взяли на престижную работу — и он обязан выпол нять любой заказ на неугодных лиц. Он меня не знает, он не испы тывает ко мне негативного, неприязненного отношения.

Я в заявлении указал, что мотив тот же самый, как и у наемного киллера. Как правило, киллеры не знают своих жертв. Они получа ют деньги, какое-то вознаграждение, какую-то выгоду. Он получил квартиру, за которую десять лет должен верой и правдой служить, чтобы эту квартиру у него не отобрали. Вариант лимитчика-дворни ка, который за квартиру работает. В прошлую субботу показали по «Скандалам недели» милиционера-участкового, который 19 лет от служил в милиции, и его выписали из Москвы и при наличии кон тракта на квартиру квартиру ему не предоставили. Я защищаю его интересы. Здесь ситуация наоборот. Квартиру дали, но, заглотив этот крючок, журналист вынужден писать все то, что ему прикажут.

Это очень важный, мне кажется, момент. Мотив клеветы, когда лю ди формально незнакомы и никакой неприязни не могут испыты вать друг к другу. Спасибо. Выношу эту ситуацию на ваш суд.

Резник: Я приношу извинения аудитории за то, что уже третий раз появляюсь на этой трибуне. Объясняется такая назойливость тем, что буквально все обсуждаемые проблемы составляют предмет моих интересов — не только практических, адвокатских, но и научных.

Профессор Бельчиков зафиксировал очень важное обстоятельство, что ненормативность является не правовой, а скорее лингвистичес кой, культурной проблемой. Я хочу с еще большей уверенностью по ставить под сомнение нахождение в Уголовном кодексе в нынешнем виде не только нормы об оскорблении, но и нормы о клевете.

Норма об оскорблении настолько проблемна, что не поддается коррекции. Как не может быть коммунизма с человеческим ли цом, так и нельзя дать определения, пригодного для непротиворе чивого правоприменения. Рудольф Иеринг, выдающийся норма тивист прошлого века, как-то заметил: если не удалось найти для какого-то понятия четкого определения, ему не хватает того, чего куску металла для обращения в качестве монеты, — чеканки. Та ково оскорбление. В довольно чахлом постановлении Пленума Верховного Суда, кстати, единственном за послевоенные годы, разъясняется: оскорбление — это обобщенная оценка лица, сде ланная в неприличной форме.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» Во всех комментариях отмечается: наказуема сама неприличная форма, вне зависимости от того, правдива информация, стоящая за непристойным обхождением, или нет. Но что такое неприличная форма? Это только ненормативная лексика, мат, брань или также выражения вполне литературные, но очевидно позорящие, ставящие на человеке клеймо. Например, слова мерзавец, подлец, негодяй. Ду маю, все согласятся, что оскорбление налицо. Но представим себе, что в газете написано: мерзавец такой-то растлил ребенка. Не под нимается рука как у юриста привлечь журналиста к ответственности, хотя дана безусловно обобщенная оценка личности. Конечно, нуж но стремиться к окультуриванию языка, но, может быть, все же не крайними мерами уголовной репрессии?

Нужна ли статья об оскорблении в уголовном законе? Уголовно наказуемыми должны признаваться общественно опасные деяния.

Понятие общественной опасности ведь тоже оценочное. На какую позицию встать? Нужно крепко задуматься: не должно ли оскорбле ние покинуть Уголовный кодекс, как, например, в законодательст ве США. Абсолютно непристойная, воспользуюсь этим выражени ем, ситуация, когда в нашем законе оскорбление в СМИ — не част ное, а публичное обвинение. Вспомните: никто из персонажей «Ку кол» не подал заявления о привлечении к ответственности, а быв ший Генеральный прокурор, несчастный Илюшенко, возбуждает дело об оскорблении, то есть он сам решает за человека, оскорблен тот или нет, причем поступает так на основе Уголовно-процессуаль ного кодекса.

По всей видимости, надо перенести оскорбление в Админист ративный или Гражданский кодекс. Норма об оскорблении стала сейчас источником злоупотреблений. Это и привлечение к ответ ственности поэта из Беларуси за оскорбление его величества Пре зидента Лукашенко, это осуждение Вадима Поэгли — целый год ушел на то, чтобы отменить неправомерный приговор. Я бы даль ше пошел.

Мне представляется, что норма о клевете, во всяком случае пер вые две части ст. 129, должна уйти в гражданское законодательство, и в зависимости от степени вины, от степени нарушения обязаннос ти журналиста, если спор идет о СМИ, определяться гражданско правовая ответственность. В Уголовном кодексе оставить только третью часть, когда клевета соединена с обвинением в тяжком пре ступлении. Всегда перед нами стоит выбор. Есть нормы настолько несовершенные, насколько каучуковые, что издержки от их приме нения перевешивают пользу, получаемую от изобличения действи тельно виновных. Думается, наша конференция должна сформули Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации ровать предложения, направленные на совершенствование действу ющего законодательства. Спасибо.

Руднев: Я думаю, законодательное предложение Генри Резника мы можем принять в первом чтении и дальше обсуждать проблему.

Валентин Васильевич Кузнецов, судья Верховного Суда Российской Федерации.

Кузнецов (Верховный суд РФ): Я не хотел бы останавливаться на вопросах, связанных с судебной деятельностью, которые здесь уже освещались, вчера я присутствовал на обсуждении судебной практи ки по существу, когда высказывались мнения. Есть соображения о том, что такое клевета, что такое оскорбление, но я не стал бы сей час давать какие-то комментарии. Я думаю, суд разберется, является ли группа Маши Распутиной идиотской группой, о чем вчера было сказано, или нет, является ли слово «осел» оскорблением или нет.

Наверное, все-таки это вопросы, связанные непосредственно с су дебной деятельностью.

Хотя есть один пример, он сам по себе достаточно интересный, когда встал вопрос о том, что в судебном заседании одна из сторон обвинила судью в предвзятом ведении процесса и назвала его своло чью. Вы знаете, что есть уголовная ответственность за оскорбление судьи. Дело было возбуждено, дошло до Президиума Верховного Су да, был подготовлен проект постановления Президиума, где уважае мый судья Верховного Суда написал проект, чтобы отменить это ре шение, то есть приговор, и дело прекратить, со ссылкой на то, что осел — это трудолюбивое животное, и дальше в таком же ракурсе.

Президиум не стал обсуждать умственные способности докладчика Президиума и принял решение, что приговор является законным и обоснованным.

Я бы хотел поговорить здесь немножко о другом, о взаимоотноше ниях между прессой и судебной системой, потому что один из вопро сов, поставленных здесь, — конфликт между журналистикой и юри спруденцией. Я бы хотел немножко коснуться вопросов, связанных с защитой чести и достоинства судей, и с тем, как пресса помогает ре шать эти вопросы. Вы знаете, что по положениям квалификацион ной коллегии, по закону о статусе судей квалификационная коллегия вправе приостановить полномочия судьи, если он совершает поступ ки, порочащие честь и достоинство судьи. За прошлый год коллегия прекратила полномочия 96 судей по этим негативным основаниям, по сведениям за первое полугодие этого года — 45 судей. Мы борем ся за чистоту судейских кадров и будем дальше продолжать в том же направлении, потому что от этого зависит, какую наши граждане мо гут иметь защиту в судах своих прав и законных интересов.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» Но вернемся к вопросу о том, как пресса нам помогает в этой проблеме. Любая информация, которая содержится в публикации, подлежит обсуждению, и при ее подтверждении полномочия судьи могут быть прекращены. Не так давно, 19 ноября этого года, заседа ла высшая квалификационная коллегия и рассматривала один из вопросов, связанных с постановкой проблемы о приостановлении полномочий судьи Соколовой, судьи Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области. Проблема такова. Главный редактор газе ты «Вести Чепецка», некий Серкин, обратился с просьбой прекра тить полномочия судьи в связи с тем, что судья в процессе судебно го заседания вела себя грубо и допускала оскорбления участников процесса. Если бы такая информация подтвердилась, наверное, полномочия судьи были бы прекращены согласно пп. 9 п. 1 ст. 14 за кона о статусе судей в связи с тем, что Соколовой были совершены действия, позорящие честь и достоинства судьи. Факт этот был про верен, и установлено, что главный редактор и он же автор статьи «Храни меня, Боже, от кирово-чепецкого правосудия» на заседании суда не присутствовал, с кем-либо из участников процесса не бесе довал, а написал эту весьма нелестную статью о действиях судьи со слов ответчицы, которая, естественно, была недовольна принятым решением судьи Соколовой.

Как дальше быть? Как защитить честь судьи, если учесть, что га зета «Вести Чепецка» самоликвидировалась? Каким образом в дан ном случае может быть восстановлена честь судьи? К кому обра щаться, и кто будет обращаться? Вчера предложили, что не нужно превращать конференцию в китайский клуб;

дискуссию по этому вопросу, наверное, не следовало поднимать, но мы все, в том числе и судьи, читатели этой газеты, но если судьи — ладно, но газеты у нас читают все более или менее грамотные, и юристы, и неюристы, и ка кое-то суждение о судьях складывается исходя из этих публикаций, которые существуют. Если коснуться вчерашней проблемы о фактах и мнениях, давайте обратимся к газете «Человек и право», называет ся почему-то международной газетой, где сказано, что в Санкт-Пе тербурге проведено социологическое исследование и оно показало, что 30% должностных лиц судебных и правоохранительных органов — взяточники. Потребовать опровержения, поскольку за три года было возбуждено только одно дело в отношении судьи, доведено до суда по получению взятки? Потребовать опровержения? Хорошо, за втра газета напишет, что 30% судей не являются взяточниками, так что выходит, что остается 70% взяточников. По логике корреспон дента, выходит так. Весьма часто говорится о презумпции невинов ности, о том, что суды мало выносят оправдательных решений, ста Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации раются дело вернуть на доследование и т.д. Был такой период, хотя и в советские времена, когда сажали за взятку, и эта процедура весьма неприятна.

У меня на памяти дело, когда мне пришлось посадить председа теля народного суда на 8 лет за получение взятки. Это дело запомни лось на всю жизнь, потому что весьма неприятно судить своих кол лег и весьма неприятно прекращать полномочия судей, которые не должны носить судейскую мантию и не должны заниматься вопро сами правосудия. Зачем тогда публиковать статью? Буквально на днях было напечатано, что судья якобы получила взятку за конкрет ное рассмотрение дела. Но потом почему-то умалчивается об оправ дательном приговоре в отношении этой судьи. Да, мы дали согласие на возбуждение уголовного дела, мы дали согласие на привлечение ее к уголовной ответственности, я разговаривал потом с судьей, ко торый рассматривал дело в первой инстанции. Он сказал, что мы сделали правильно, что дали суду возможность разобраться в этом деле и восстановить доброе имя судьи. Есть оправдательный приго вор, и он не отменен, он вступил в законную силу. Зачем умалчивать об этом? Зачем писать о том, что судьи освобождают тех или иных лиц из-под стражи? Это предусмотрено законом, это порядок, ре зультат обжалования в суд, законности и обоснованности ареста и содержания под стражей. Зачем писать о том, что принцип несменя емости доведен у нас в стране до абсурда и что он развязал судьям взяточникам руки, со ссылкой на то, что судьи освобождают из-под стражи тех или иных лиц, которые содержались под стражей? Это к чему ведет? Это ведет к тому, что престиж судебной профессии под рывается до такого низкого уровня, что и говорить нечего.

У меня все-таки просьба к вам, давайте посмотрим на проблему судопроизводства немножко с другой стороны. Понимаю, когда суд принял решение и взыскал с редакции газеты или с конкретного журналиста за необоснованную публикацию или за допущенное ос корбление в статье определенную сумму, я это прекрасно понимаю.

Но давайте будем объективными в той информации, которую вы до водите до населения, до общества, ведь между судом и обществом вы являетесь посредниками. Не нужно работать в форме испорченного телефона. Я просто призываю, и не только я, все судьи, ведь судьи не обижаются на то, что вы написали где-то правду.

Проводили мы не так давно совещание, семинар с представите лями квалификационной коллегии, где и Валерий Руднев, и Алек сей Кириллович Симонов участвовали, и никто из судей не выска зал обиду, что публикация была необоснованной. Все призывали только к одному: будьте объективны. Вопрос о несменяемости су Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» дей пресса тоже обходит молчанием, но есть попытки вернуться к старому с тем, чтобы вопрос о назначении судей на определенный срок решался и теми органами, которые могли бы потом руково дить и управлять судами, — это может привести к тому, что судьи будут карманными.

Вчера высказывалось мнение, что судьи в угоду властям выносят решения. Я не исключаю этого, возможно и такое. Но давайте обра тимся к другой ситуации. Я не так давно разговаривал с председате лем Верховного Суда Калмыкии, который рассказал о молодом, гра мотном судье, впервые избранном в соответствии с законом на пять лет, и после этого должен стоять вопрос о том, что он должен быть назначен судьей без ограничения срока полномочий. Судья прини мал принципиальные решения, неугодные местным властителям, по вопросам, связанным с выборами. По Конституции, вы знаете, во просы о назначении судьи решаются по согласованию с местным за конодательным, представительным органом власти, однако ясно, что этот судья уже не получит согласия на продолжение исполнения своих обязанностей судьи. Что будет дальше? Узнав об этом, другой судья подумает, стоит ли ему принимать объективные и правильные решения. Если мы вернемся к тому, что будем избирать судей через пять, шесть, десять лет? Можно ли в этом случае говорить о непри косновенности судей? Уже, наверное, нет, потому что, если в совет ские времена, насколько я помню, члены дисциплинарной коллегии лишали полномочий пять-шесть человек в год, сейчас мы говорим о совершенно других цифрах. Это 90–100 человек в год. Это о чем го ворит? О том, что повысилась требовательность самих судей к своим коллегам, судьи не могут оставаться и не остаются без контроля над своей профессиональной деятельностью и в отношении своей лич ной жизни со стороны самого судейского сообщества. Да, плохо, когда прекращаются полномочия судей в таком большом количест ве, но с чем это связано? С одной стороны, да, есть требования, с другой стороны, кто идет в суды? Является ли работа судьи престиж ной сейчас у нас в РФ? Наверное, никто не скажет, что да. Если бы обратились к уважаемому Генри Резнику и предложили бы прийти ему на работу в суд, он же, наверное, сразу отказался бы пойти рабо тать в суд. Я не буду продолжать обсуждение этой темы. Я от имени всех судей попросил бы журналистов внимательно относиться к тем фактам, которые вы доводите до сведения читателей, к тем мнениям, которые вы излагаете в печатном органе, с тем чтобы все-таки ваши публикации были объективными. Спасибо.

Резник: Прежде всего, пользуясь случаем, я хотел бы выразить свое уважение к Верховному Суду РФ. Сейчас он принимает очень Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации важные решения, содействующие становлению правового государ ства. Также у меня нет никаких сомнений в том, что судьи должны быть несменяемы. Другое дело, что квалификационные коллегии должны работать более интенсивно и принципиальнее реагировать на прегрешения служителей Фемиды. Вопрос у меня такого плана.

Затронув проблему оскорбления, вы поделились курьезом, когда в Верховном Суде возникли расхождения по поводу того, является ли название кого-либо ослом оскорбительным или нет. Я просил бы вас прокомментировать другой пример, ставший достоянием широкой общественности. В I-ом номере Бюллетеня Верховного Суда за этот год опубликовано определение судебной коллегии по гражданским делам, которая оставила в силе приговор суда, осудившего адвоката за оскорбление судьи. Адвокат назвал судью, отклонившего не сколько его ходатайств, преступником. С каких пор слово «преступ ник» стало неприличным выражением?

Кузнецов: Я об этом деле не знаю. Даже если оно опубликовано, для того, чтобы комментировать, нужно знать по меньшей мере са мо дело, мне так представляется. Поскольку здесь вопрос, не связан ный с дискуссией, что является, а что не является оскорблением в данном конкретном случае, все-таки та оценка, которая дана судом первой инстанции, вы говорите, что она осталась без внимания Вер ховного Суда, но как же, вы же сами сказали, что приговор вступил в законную силу, видимо, была кассационная жалоба. Поэтому ска зать, что Верховный Суд остался здесь в стороне, наверное, не сов сем точно, поскольку есть решение судебной коллегии по уголов ным делам, по данному конкретному делу.

Вы весьма лестно отозвались о деятельности Верховного Суда, спасибо, но я, допустим, отношусь к ней немного по-другому. И хо тя являюсь членом Президиума Верховного Суда, я не всегда согла сен и с теми решениями, которые принимает и Президиум Верхов ного Суда, и, наверное, если бы был Верховный Суд Союза, где раньше эти постановления можно было рассмотреть на Пленумах Верховного Суда Союза, мне кажется, раньше Верховный Суд дейст вовал более осторожно, чем сейчас он поступает, поскольку он явля ется истиной в последней инстанции, но не всегда, на мой взгляд, это правильно. Я не буду дальше развивать эту мысль, опираться на конкретные факты или на конкретные примеры. На мой взгляд, как юрист я, например, этот приговор считаю неправосудным. Почему?

Потому что для того, чтобы признать оскорбление уголовно наказу емым деянием, нужно иметь в том числе в виду и ту форму, в кото рой это было выражено, произнесено. Этого требует закон, это не мнение какого-то юриста. В законе прямо сказано, что должно быть Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» выражено в неприличной форме. Да, является оскорблением, но не уголовно наказуемым. Это мой ответ на ваш вопрос. Есть оскорбле ние, не наказуемое в уголовном порядке. Разве не так?

Руднев: Спасибо, коллеги. Я только хотел обратить ваше внима ние вот на что. Постарайтесь задавать вопросы, осознавая то, что су дьи в сложном положении, особенно судьи Верховного Суда. Отно сительно конкретных дел, конкретных положений, на мой взгляд, они не могут давать оценок.

Островский: У меня два вопроса. В Конституционном Суде суще ствует предельный возраст, после которого уходят на заслуженный отдых, а нагрузка в Конституционном Суде в сто раз меньше, чем у вас. К ним не стоят ночами в очереди, чтобы записаться на прием.

Почему не ставится вопрос о предельном возрасте судей, ведь ситу ация, когда 80-летняя Зоя Ивановна Корнева продолжает нести тя желейшую ношу как председатель Мосгорсуда, нельзя сравнить с председательством Туманова, ведущего заседания Конституционно го Суда. Планируете ли вы этот вопрос как-то решить?

Кузнецов: Понятно. Насчет того, что мы планируем, я не могу сказать. Но мое личное мнение, оно было тогда и остается сейчас, что возраст судьи должен быть ограничен законом, как это сущест вует во всех цивилизованных странах, 65, максимум 70 годами, по жалуйста, но не далее и не более. При всем уважении и к Зое Ива новне Корневой, поскольку я все-таки и Москву курирую уже около 12 лет и знаю, что это за работа и какую она несет на себе нагрузку. Я думаю, что, если законодатель поступит таким образом, он поступит абсолютно правильно.

Симонов: Скажите, пожалуйста, нет ли у вас ощущения, что мы безосновательно рассчитываем на то, что изменилось время, изме нилась несколько юриспруденция? Вы говорите: где мне взять гото вых судей, которые соответствовали бы тем стандартам, которые требуются от них сегодня? Не кажется ли вам, что в обратную сторо ну ваши претензии к журналистике связаны практически с тем же самым? Я вам могу сказать: а где я вам возьму журналистов, которые в достаточной степени понимали бы юридические вопросы, когда, как вы сами говорите, не всегда даже вы, юристы, стопроцентно со ответствуете уровню проблемы?

Кузнецов: Где взять судей — это вопрос очень больной. Вы пре красно знаете, дефицит судебных кадров, который существует, при том, что уже есть разработки и уже сказано, что количество судей должно быть увеличено по меньшей мере в два раза. Сейчас есть указ президента об увеличении количества судей в Москве и Московской области на 600 человек, хороший указ, но, вы меня извините, когда Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации в городском суде уже на протяжении ряда лет количество судей, ко торых не хватает, колеблется от 25 до 40. Где их взять? Мы сейчас ду маем. Вы говорите: как взять и где учить? Есть решение президента о том, что должен быть создан институт правосудия Верховного Су да РФ, уже в принципе и здание определено.

Сейчас решается вопрос о том, каким образом использовать пра вовую академию российскую с тем, чтобы привлечь кадры и пока на переходный период решить эту проблему. Есть возможность учить юристов, получать государственное образование, они потом будут работать на контрактной основе пять или сколько будет определено лет в судебной системе;

переподготовка и обучение судей, которые уже работают;

ведется научная работа. Мы можем решить эту про блему, и я надеюсь, что мы найдем на это деньги.

Симонов: А еще одного факультета вы там не предусмотрели, что бы там могли проходить стажировку журналисты, которые бы могли действительно освещать работу судов, проходить хотя бы переподго товку, хотя бы дополнительно? Вы об этом не подумали?

Кузнецов: Я думаю, что, если будут такие курсы, не институт, а курсы или по меньшей мере семинары или конференции, аналогич ные проводимой нами сегодня, было бы, конечно, неплохо. Идея мне нравится.

Хавкина (Центр защиты прав прессы, Н.Новгород): Вчера мы много говорили о проблеме защиты чести и достоинства и возме щении морального вреда. В частности, меня как человека, кото рый занимается защитой прав журналистов, волнует вопрос о том, планирует ли Верховный Суд внести изменения или принять но вое постановление Пленума по вопросам о возмещении морально го вреда, потому что то постановление, которое действует сейчас, вводит многих, и журналистов в том числе, в заблуждение там, где речь идет о том, что на юридические лица в возмещении мораль ного вреда распространяются те же правила, что и на физических лиц? К сожалению, наша судебная практика, и вы это вчера услы шали, не имеет единообразия. Мне повезло, что наши судьи пони мают эту ситуацию. Но коллега из Екатеринбурга говорит об об ратной ситуации.

Кузнецов: В принципе я согласен, что вопрос должен быть обсуж ден на Пленуме Верховного Суда, но в настоящее время, насколько мне известно, эта тема не планируется. Сейчас решается другая про блема — это обсуждение законопроекта, который вносится от име ни судов высших, Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда, об органах судейского сообщества. Это первый вопрос. А те идеи, которые вчера прозвучали, я доведу до сведения председателя Вер Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» ховного Суда, и в его возможностях включить в план обсуждения эти вопросы, это решение за Лебедевым.

Руднев: Уважаемые коллеги! Если вы обратили внимание, мы уже плавно переходим к четвертому вопросу. Он звучит так: как преодо леть конфликт журналистики и юриспруденции? Если позволите, я расскажу о некотором опыте взаимоотношения журналистов с су дебной властью. В мае 1997 года была создана Гильдия судебных ре портеров, куда вошли 15 московских журналистов. Наши принципы были опубликованы в журнале «Российская юстиция», они очень просты: мы отвечаем друг за друга своим именем, мы не связаны ни какими обязательствами перед судом, мы можем критиковать и су дебную систему в целом, и конкретных судей. Но мы берем на себя обязательство, что наша критика должна быть доказательной, а до казательства абсолютно проверенными. Мы взяли на себя обяза тельство не участвовать в войне компроматов. Мы обязались предо ставлять слово обеим сторонам в споре.

В числе попечителей нашей Гильдии находится и Совет судей PФ.

Первые деловые контакты у нас завязались как раз с Высшей квали фикационной коллегией судей РФ, которую здесь представляет фе деральный судья Кузнецов.

Двери Гильдии открыты, в феврале мы собираемся провести се минар с журналистами из регионов, пишущими на правовые темы.

Сейчас как раз ведем переговоры с редакторами газет, судьями, про курорами. Мне кажется, что такая организация будет способствовать установлению делового контакта между юристами и журналистами.

Пантелеев: Валерий Николаевич, как раз в продолжение вашего выступления. Эта тема уже известна и действительно уже с мая меся ца обсуждается. У нас в Казанском университете на кафедре журна листики была конференция, в ходе которой мы предложили эту идею к осуществлению у нас и получили поддержку. Хотелось бы конкретно, чтобы пояснили, намерены ли вы создавать представи тельства своей организации в регионах, и если да, то как это реально осуществлять. Согласовывать ли это с нашим судейским корпусом или непосредственно выходить на вас?

Руднев: Скорее это будет не форма представительств, а личное членство: журналистов, которые работают в регионах, мы будем принимать в члены Гильдии судебных репортеров. Учить мы никого не собираемся. Ни сил, ни средств у нас просто нет. Поэтому если человек разделяет наши принципы, если его творчество соответству ет критериям, которые мы выработали, то он вполне может стать членом Гильдии судебных репортеров. Правила тут предельно про сты: нужно получить три рекомендации действительных членов Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Гильдии, а среди них такие мэтры, как Юрий Васильевич Феофанов, Александр Борисович Борин, Леонид Никитинский, Константин Катанян, и Совет Гильдии решит вопрос о приеме.

Еремин (Судебная палата по информационным спорам при Прези денте РФ): Устроители конференции попросили меня выступить в качестве модератора по теме, к которой мы сейчас плавно перешли.

Я по этому поводу постараюсь в течение небольшого времени выска зать свои суждения по тем вопросам, которые обозначены в теме, о том, как преодолеть конфликт журналистики и юриспруденции. Я хочу поделиться с вами фразой, которая мне очень понравилась, я недавно ее услышал от человека, который долгое время занимался практической журналистикой, а теперь является достаточно круп ным правительственным чиновником, он сказал: «Мы все когда-то были журналистами, но не до такой же степени».

К вопросу о качестве современной отечественной журналистики:

те суждения и комментарии, которые сейчас сделал Валерий Нико лаевич, они меня во многом избавляют от необходимости давать ка кие-то оценки информационному продукту, который подчас произ водят наши уважаемые и не вполне уважаемые коллеги, но мне ка жется, что все присутствующие согласятся со мной в том, что сего дня проблема качества современной российской журналистики на столько остра, что впору бить в колокола и действительно искать ка кие-то пути выхода из положения. Мы в нашей практике тоже доста точно часто встречаемся с такими ситуациями, когда распростра ненной практикой стало опубликование в прессе записи телефон ных переговоров совершенно непонятного, а порой откровенно криминального происхождения.

Поневоле задаешься вопросом: следствием чего является такого ро да откровенное пренебрежение нормами права и этики? Или это про истекает от искреннего заблуждения, от незнания, непонимания норм закона, или это является сознательной линией поведения, таким по ниманием особенностей профессии журналиста? И то и другое доста точно тревожно. Поэтому конфликт, который обозначен в теме конфе ренции, он действительно присутствует, может быть, это конфликт не между журналистикой и юриспруденцией, а конфликт между отдель ными представителями уважаемой журналистской корпорации и теми правовыми нормами, которые действуют в нашем обществе. Если про бежаться по тем вопросам, которые заявлены для обсуждения, то мне кажется, что первый вопрос не может стать предметом какой-либо се рьезной дискуссии, потому что он изначально недискуссионен. Никто не будет оспаривать необходимость правовой грамотности журналис тов, другое дело — каким образом этой грамотности достигать.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» Я недавно имел возможность прочитать курс лекций по правам СМИ в одном из провинциальных университетов на факультете журналистики. И я понял две вещи: с одной стороны, молодые ре бята, с которыми я общался, испытывают вполне ощутимую по требность знать и понимать эту непростую правовую материю;

с другой стороны, того уровня, на каком им преподаются правовые аспекты деятельности СМИ, совершенно недостаточно. 36 часов на третьем курсе, галопом по Европам, к моменту получения дип лома все это напрочь забывается и вылетает из головы, мне кажет ся, это совершенно немыслимо сегодня, когда журналист, с одной стороны, имеет колоссальные права и колоссальные возможности доносить свои суждения до миллионной аудитории, а с другой сто роны, он очень слабо представляет себе, в каких формах он вправе это делать.

Можно достаточно много говорить о том, какие есть способы, методы воспитания правовой культуры наших журналистов, но я ду маю, что это достаточно понятно и очевидно, и такого рода семина рами, и тем, чем занимается Центр права и СМИ под руководством уважаемого Андрея Рихтера, такими конкретными делами, конкрет ными шагами, конкретными публикациями, сборниками, конфе ренциями, я думаю, что мы должны последовательно осуществлять эту очень важную миссию.

Более дискуссионен второй вопрос, заявленный для обсуждения.

Это вопрос о соотношении нравственной и правовой ответственно сти журналистов. Эта проблема, как мне представляется, не имеет какого-то однозначного отношения среди тех, кто работает как практический журналист, для тех, кто занимается вопросами теории права СМИ, и для других людей, так или иначе причастных к этой проблеме. Я полагаю, что речь может и должна идти о некоей корпо ративной морали, корпоративной ответственности журналиста. Ес ли исходить из тезиса о том, что журналистика — это особенная профессия, это особый род публичной службы и сам закон о СМИ представляет собой своеобразный общественный договор, санкцио нированный государством, по которому журналисту передаются до статочно серьезные полномочия, то, с другой стороны, общество вправе требовать от журналиста выполнять некие правовые предпи сания для защиты информационной, общественной безопасности, общественной морали и т.д. Но специфика журналистской профес сии такова, что далеко не все можно описать нормами права, поэто му, как мне кажется, должны быть вещи, которые имеют смысл именно с точки зрения профессиональной этики, корпоративной ответственности.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Существует кодекс профессиональной этики журналиста, кото рый был одобрен конгрессом российских журналистов в 1994 году, но это мертворожденный ребенок, к большому сожалению, и я ду маю, что очень немного практикующих журналистов вообще знают о его существовании и уж еще меньше, я думаю, используют его в ка честве какого-то пособия, в качестве настольной книги. Мне кажет ся, здесь тому как минимум две причины. Причина первая и, на мой взгляд, самая главная состоит в том, что журналистское сообщество в целом, за некоторым исключением, которое представляет, напри мер, уважаемая Гильдия судебных репортеров, всерьез не задумыва ется об этих проблемах. Я совершенно не вижу какого-либо серьез ного, осмысленного желания, какой-то политической воли, прежде всего со стороны руководства Союза журналистов, говорить об этих вещах. С другой стороны, сам текст этого кодекса профессиональ ной этики российского журналиста достаточно беспомощен. С од ной стороны, он содержит перепевы норм Закона о СМИ, с другой стороны, содержит некие декларации, какие-то благие пожелания и в силу такого своего качества он, как мне кажется, не может стать той основой, вокруг которой должна складываться корпоративная ответственность, корпоративная этика, корпоративная мораль. А в том, что таковая должна быть, для меня нет никакого сомнения, хо тя бы по аналогии с судейским корпусом, где все возведено в рамки закона.

Существуют законодательные положения, которые определяют профессиональные и нравственные качества судьи, существует ква лификационная коллегия судей. Нечто подобное, как мне представ ляется, должно присутствовать и в журналистской корпорации. Я думаю, что есть нужда и есть самое главное — возможность и осно ва для того, чтобы подготовить новый документ, который можно бы ло бы назвать сводом практических правил российского журналиста.

Этот документ должен состоять именно из набора практических норм поведения, не повторяющих нормы права и не являющихся благими пожеланиями.

О чем, на мой взгляд, может идти речь? Это документ, который стал бы своего рода учебным пособием для журналиста, помог бы ему сориентироваться в достаточно непростых ситуациях, с которы ми ему приходится сталкиваться. При отсутствии достаточно разра ботанного законодательства о неприкосновенности частной жизни этот кодекс мог бы содержать некие дефиниции из этой сферы, оп ределить, что такое частная жизнь, каков ее объектный состав, каковы территориальные пределы, пределы журналистского вмеша тельства в эту частную жизнь.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» Я думаю, что в этом кодексе практических правил, своде практи ческих правил можно было бы оговорить порядок правил отделения факта от комментария, порядок работы с анонимными источника ми, источниками, которые имеют неизвестное, а порой явное про тивоправное происхождение, можно было бы оговорить проблемы добросовестной конкуренции или то, что в аналогичном английском документе называется финансовой журналистикой, то есть парамет ры журналистского освещения деятельности тех или иных коммер ческих структур, в успехе которых данный журналист или данное СМИ имеет какой-то непосредственный интерес.

Что касается последнего подвопроса о необходимости совершен ствования законодательства, я все-таки полагаю, что, если продол жать разговор о частной жизни, нам необходим такой закон, без не го сейчас уже очень сложно обходиться. Я думаю, что такой закон должен содержать как минимум три блока: во-первых, установить, что является объектом частной жизни, каковы ее территориальные и иные границы, это как бы общее правило, но из каждого правила должны быть разумные исключения, поэтому в этом законе можно было бы сформулировать, дать определение таким понятиям, как общественный интерес, в целях защиты которого можно поступить ся общими правилами и продвинуться несколько дальше в сферу ча стной жизни ради защиты общественного интереса. Можно было бы попытаться сформулировать понятия «общественный деятель», «публичный политик» и т.д., то есть круг тех субъектов, чья профес сиональная деятельность и даже какие-то аспекты частной жизни должны быть более открыты для общества, а стало быть, и для жур налистов, или, наоборот, в силу их социального статуса.

Что касается Закона о СМИ, который вчера обсуждался, и обсуж дался достаточно критически, я все-таки думаю, что этот закон не выработал своего ресурса, и те поправки, которые сейчас обсужда ются в Государственной Думе, как мне кажется, они не только не бу дут способствовать совершенствованию этого закона, а, напротив, окончательно все запутают, потому что их смысл состоит в том, что бы определить понятия собственника СМИ и возложить на него всю ответственность за содержание публикаций и иные аспекты деятель ности СМИ. Мне кажется, неверен сам посыл, нельзя все свести только к отношениям собственности, нельзя все свести только к гражданскому обороту, потому что СМИ — это очень сложный пра вовой институт, и, как в свое время очень справедливо заметил Ми хаил Александрович Федотов, если бы это было так и если бы все можно было бы описать в других законодательных актах, если бы не было никакой специфики в деятельности такого института, как Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации СМИ, тогда не надо было бы и огород городить и не нужен был бы такой законодательный акт.

В то же время, на мой взгляд, есть вещи, которые уже назрели и даже перезрели. Я имею в виду поправки к действующему закону о СМИ, которые вполне очевидны и которые могли бы, с одной сто роны, защитить права и законные интересы журналистов, а с другой стороны, поставить дополнительный барьер журналистике некаче ственной, недобросовестной, на пути злоупотребления свободой массовой информации;

та самая пресловутая статья 57, которая в ря де случаев освобождает редакцию и журналистов от ответственности за распространение недостоверных и порочащих сведений.

К большому сожалению, это совершенно неверно. Из перечня оснований для освобождения от подобной ответственности выпал такой распространенный журналистский жанр, как интервью. Сего дня, если следовать букве закона, то редакция или журналист, получая интервью, несет такую же ответственность за содержащиеся в этом интервью недостоверные и оскорбительные, порочащие вы сказывания. Это совершенно неразумно. В этом перечне, например, отсутствуют такие вещи, как выступление в зале суда, то есть если журналист добросовестно цитирует выступающих в ходе какого-то судебного процесса, он также несет ответственность за содержание этих выступлений.

Тут есть над чем подумать. Можно и нужно усовершенствовать статьи, которые связаны с защитой жизни, здоровья, чести, досто инства, имущества журналистов, которые работают в экстремальных ситуациях, в зонах аварий, катастроф и иных специально охраняе мых зонах, в зонах чрезвычайных происшествий и т.д. Вполне назре ли и очевидны некоторые поправки к статьям, посвященным аккре дитации журналистов и т.д. С одной стороны, Закон о СМИ, безус ловно, не священная корова, которую нельзя трогать, там есть где поработать, но с другой стороны, то, что сегодня под лозунгом осо временивания этого закона пытается делать Государственная Дума, — это мне кажется совершенно невозможным. Я так, тезисно, поде лился своими соображениями и готов ответить на вопросы.

Симонов: Сначала непосредственно по теме: как преодолеть кон фликт журналистики и юриспруденции? Я, к сожалению, Валентину Васильевичу Кузнецову невнятно задал вопрос. Суть моего вопроса сводилась к тому, не хотели бы сегодня судьи принять участие в лик видации правовой безграмотности журналистов, которые о них пи шут? Вот в чем на самом деле заключалась суть моего вопроса. Сего дня журналисту, который пишет о суде, учиться этому практически негде. То есть правовое образование на факультетах журналистики Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» нулевое. Правовое образование в области информационного права имеется на 20 факультетах из 75, и там это в лучшем случае спецкурс, и даже не везде это включено в основную обязательную сетку. На заре ХХ века, когда начали учить журналистов, я недавно это с удив лением и радостью обнаружил, когда не было профессиональных журналистов, зато было много профессиональных юристов, журна листов учили из юристов. Это чрезвычайно симптоматично.

На сегодняшний день, поскольку две дисциплины разошлись, один из возможных путей преодоления противостояния между жур налистикой и юриспруденцией заключается в том, чтобы правовое образование журналистов проводить на куда более серьезной осно ве. С другой стороны, если всем журналистам предположительно не обходимы знания в области права СМИ и информационной сфере, то трудно поставить вопрос, что всем журналистам необходимо зна ние Уголовного кодекса, гражданского законодательства, истории юриспруденции и т.д. и т.п., хотя, наверное, это бы им и не помеша ло. Мы предпринимаем такие попытки, и достаточно успешный вы пуск несколькомесячного курса молодых юристов и молодых журна листов, обучавшихся вместе в Центре «Право и СМИ», об этом пря мо свидетельствует.

Но проблема освещения деятельности судов имеет еще и совер шенно отчетливую специфику. Прочитываем по своему мониторин гу: наиболее часто факты неполучения журналистами информации из органов, в той или иной степени занимающихся правом, связаны с неполучением информации из судов. Суды оказались самой закры той организацией для журналистики и, следовательно, для общест венного мнения. Меня чрезвычайно радует идея несменяемости су дьи, но это совершенно не значит, что его несменяемость должна со провождаться созданием некоего мифологического ореола вокруг его профессии. Он должен объяснять свои действия, он должен объ яснять свои мотивы, может быть, не буквально, но тем не менее только тогда его замечательное, правильно принятое судебное реше ние может оказать влияние и на общественное мнение, и на систему развития правового государства. Находящееся в вакууме, оно не за разительно как пример, а если журналист не имеет возможности об этом написать, то каким образом об этом может узнать и другой су дья, и общественность того города, где это судебное решение было принято, и т.д.?

Мы сейчас пытаемся продемонстрировать судьям, чем чревата такая закрытость. В связи с этим Фонд защиты гласности проводит большое исследование, которое так и называется «Судебная власть и СМИ», состоящее из 4 разных исследований, которые мы в конеч Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации ном счете собираемся суммировать. Первое — это контент-анализ прессы за полгода на территории 11 субъектов РФ в основных газе тах. Мы хотим посмотреть, как выглядят суд и судьи в зеркале прес сы. Какие оценки, какая степень компетентности и т.д. и т.п. Даль ше. Второй этап — 200–250 судей проанкетированы, и это анкети рование продолжается, мнение суда и судей о прессе и журналистах.

Третий — мнение журналистов о суде и судьях. И, наконец, четвер тый аспект этого исследования — Фонд «Общественное мнение» должен провести по нашему заказу небольшое исследование, а чем же это чревато с точки зрения общественного мнения, то есть каков результат, как эта ситуация влияет на читателей, слушателей, зрите лей? Результаты этого исследования мы намереваемся положить в основу своих дальнейших программ для возможных контактов с су дьями, мы хотим положить это на стол в каждый областной суд, это как минимум для того, чтобы, взглянув на это, суд убедился в необ ходимости контакта с общественностью, а она невозможна для судьи в сегодняшних условиях иначе, чем через СМИ. Такую длинную до рогу мы проложили, казалось бы, к простому выводу, мы хотим быть убедительными, мы хотим быть доказательными, мы хотим, чтобы судьи увидели это не из наших деклараций, а из материалов прове денного исследования.

Вторая проблема. Ответственность журналистов, вопросы про фессиональной этики в условиях конкуренции. Проблема, становя щаяся чрезвычайно сложной, проблема, становящаяся почти нере шаемой. С этой точки зрения мы находимся в предкризисном или в уже кризисном состоянии, потому что ситуация как в области зако нодательства о СМИ, так и в области внутреннего состояния СМИ близка к катастрофе. Есть две тенденции, которые очень усилились за последнее время и привели к потере СМИ той относительной, но независимости, которую они имели до 1996 года. Первая — всем по нятная — покупка прессы концернами, создание сильных прессов против прессы различными финансовыми и другими экономичес кими структурами, — это одна тенденция. И вторая тенденция, как бы противостоящая ей, — это грядущее и уже происходящее огосу дарствление прессы, то есть попытка вернуть прессу к большей уп равляемости со стороны государства в лице городской или даже му ниципальной власти. Это две тенденции, которые складываются в одну. И СМИ, по сути дела, большей частью с этим смирились. Они устали от свободы. Они думали, что это будет свобода свершения, исполнения собственного долга и красивого блеска на фоне общест ва. Оказалось, что это свобода выживать, а не просто жить. Тенден ции мирового рынка прессы, где пресса должна свободно рождаться Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» и свободно умирать, были восприняты только в первой ее половине, то есть пресса с удовольствием свободно рождалась, но дальше про цесс свободного умирания вызвал у нее дикий перепуг, и, соответст венно, от этого испуга пресса стала более уступчива как в отношении финансовых корпораций, так и в отношении государственной влас ти. И то и другое чрезвычайно опасно, потому что, не имея корпора тивной этики, пресса обретает этику ведомственную, связанную с этикой владельца, что совершенно невозможно, потому что по опре делению пресса должна противостоять любой власти, ибо она есть цепной пес, хватающий власть за икры, будь это финансовая власть, будь это власть бюрократическая, государственная, административ ная и т.д.

С моей точки зрения, ситуация чрезвычайно тревожная и, увы, малоуправляемая. Я не знаю, как сейчас с этим бороться, потому что вывести сегодня журналистов на разговор о корпоративной этике, я это говорю с полной ответственностью, очень трудно. Три года назад, проводя исследование, которое называлось «Дух сво бодной корпорации. Правила честной игры в журналистике», мы легко находили отклик у самых разных категорий журналистов. Се годня в той форме, в которой мы провели это исследование три го да назад, мы провести его просто физически не можем. Мы в этом отдаем себе отчет, с нами на эту тему разговаривать не хотят те са мые люди, которые три года назад разговаривали с огромным инте ресом и удовольствием.

Следующая проблема: не можем пробиться в одиночку, давайте пробиваться вместе к профессиональному образованию юристов в области информационного права. Нет такого спецкурса, он в каче стве факультатива читается сегодня в двух, мне лично неизвестных, юридических вузах, оба частные. Ни в одном государственном вузе этой специализации нет вообще. Практически это означает, что у нас в сфере, которая все расширяется, количество законов все увели чивается, у нас нет специалистов, которые всерьез могли бы помочь СМИ реально в этой сфере существовать. Стыдно сказать, что един ственным специализированным долгоиграющим проектом так и ос талась школа права массмедиа, образованная ФЗГ с директором Си моновым и главным преподавателем Батуриным, которая просуще ствовала два года. Количество выпущенных юристов — 8 человек.

Все. Катастрофа. Мы очень хотим, чтобы результаты этой конферен ции дошли до как можно более широкого круга читателей. Мы хо тим сделать это следующим образом: в окончательный сборник включить саму работу группы Леонтьева, материалы этой конферен ции, на что просим у вас разрешения. В-третьих, материалы тех, кто Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации неудовлетворен своим выступлением или считает, что отдельные ас пекты так и остались пустыми, и имеет что сказать по этому поводу, мы готовы в ближайшие 1,5 месяца принять в письменном виде и включить туда же. Наконец, мы хотим включить в эту книгу в каче стве приложения несколько судебных решений по интересующим нас вопросам как по образцовым делам, так и по наиболее одиозным делам. Мы их комментировать не будем, а может быть, и откоммен тируем, не знаю. Во всяком случае, мы их туда включим для того, чтобы было видно, что же в конечном счете проистекает из той не разберихи в законодательстве, о которой мы здесь достаточно много и подробно говорили. Приглашаю вас к участию в издании книги.

Кравченко (Центр права и СМИ): Поскольку не один раз был за тронут вопрос по поводу школы права СМИ, судя по всему, он инте ресует аудиторию, я кратко выскажу свое мнение по этому поводу.

Действительно, Центр права и СМИ совместно с ФЗГ под руковод ством Юрия Михайловича Батурина организовал в 1996 году школу, которую закончили чуть больше 10 человек, она называлась «Школа права СМИ», и те, кто закончил эту школу, в принципе должны ин тересоваться этой новой отраслью права, если она есть. Предыдущая школа была несколько лет назад и также под руководством г-на Ба турина;

некоторые из ее выпускников достаточно успешно трудятся и стали хорошими специалистами в этой области. Я разделяю ту точ ку зрения, что за 18 часов в академии или в каком-то другом учебном заведении невозможно воспитать юриста или журналиста, грамот ного в правовом отношении, и поэтому я не знаю, правильно ли это, я хотел бы высказать сомнение по поводу того, какие задачи стоят перед этой школой. Видимо, все-таки не образовать журналиста или юриста, а создать каких-то пассионариев, пусть их будет очень не много, которым это было бы интересно и которые могли бы продол жать эту цепную реакцию.

Пять лет назад были несколько человек, которые смогли про явить инициативу и попытаться изменить ситуацию со свободой слова. Тогда это были единицы, и их задачей было как-то взломать этот лед. Если количество этих специалистов будет оставаться на том же уровне, то есть единицы или десятки, видимо, ситуацию в гло бальных масштабах изменить не удастся. Видимо, вторым эшелоном после этой школы права СМИ должны идти специализированные курсы.

Что касается темы конференции, Валерий Николаевич предоста вил мне здесь очень широкую свободу, за что я ему благодарен. Если можно, пройдусь по некоторым пунктам. Мой любимый тезис со стоит в том, что то, что не может отрегулировать право, или то, что Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» ему не очень хорошо удается отрегулировать, может быть подконт рольно каким-то этическим, моральным принципам. Видимо, во многом это относится и к теме сегодняшней конференции: ненор мативная лексика, ее употребление в журналистике и вообще в оби ходе. Можно ли за это наказывать? Я думаю, что по этому поводу можно найти очень много интересных положений в международно правовых актах. Человек может использовать те средства, которые ему необходимы для выражения своих чувств, своих эмоций, доста точно свободно.

Недавняя постановка «Игра в жмурики» в уважаемом театре «Са тирикон» состояла в основном из матерных слов. Не далее как в суб боту я был в театре Моссовета на «Объекте константы», где перевод титрами также шел с использованием мата, и люди шли туда доста точно осознанно, достаточно уважаемая публика. Видимо, ненорма тивная лексика не может служить четким критерием того, что, раз человек говорит, это оскорбление и подлежит какому-то запреще нию. Другое дело, что использование этих слов и каких-то инвектив журналистами должно регулироваться больше этическими нормами.

Спасибо.

Руднев: После выступления молодого, начинающего журналиста пришло время предоставить слово мэтру, поэтому я хочу предоста вить слово профессору Засурскому.

Засурский (МГУ им. М.В. Ломоносова, факультет журналистики):

Уважаемые дамы и господа! Я рад присутствовать на этой конферен ции, сожалею, что не мог присутствовать на всех дискуссиях, но мне кажется, что само издание этой книги — очень полезное дело и, ко нечно, ее нужно обсудить вместе с лингвистами, есть проблемы юридические и проблемы лингвистические. И они не всегда совпа дают. Здесь выдвигается ряд важных положений, которые полезно знать и журналистам, и юристам. И в этом смысле книга должна бы стать настольной для редакторов газет. Конечно, мы стремимся дать нашим студентам определенную правовую подготовку. Андрей Геор гиевич Рихтер читает курс права и российского, и международного, и многие вопросы в нем рассматриваются. Мы не претендуем на то, чтобы готовить юристов, они должны иметь специальную подготов ку. Мне кажется, что в этой брошюре справедливо выдвигается тезис о том, что должны материалы газетные просматривать юристы. В Англии именно так и делается. Там каждая газета имеет юриста, ко торый как бы проверяет газетный материал с точки зрения возмож ности возбуждения исков. В наших газетах этого не делают, видимо, штрафы и судебные издержки ниже, чем затраты на штатного юрис та. Когда эти штрафы и наказания будут достаточно ощутимы для га Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации зет, они, видимо, возьмут на вооружение юристов, и тогда будет меньше всякого рода процессов.

История журналистики 20–30-х годов ХХ века, когда на Западе было очень много процессов о защите чести и достоинства, показы вает, что чем больше этих процессов, тем сильнее защита, в частнос ти юридическая защита. Я думаю, что с этой точки зрения, конечно, нам следует готовить наших журналистов более тщательно. Алексей Кириллович внес предложение, не здесь, значительно раньше, о раз работке своего рода техники безопасности для журналиста, которая включает защиту его в конфликтных ситуациях. Видимо, здесь есть лингвистический аспект техники безопасности, и он должен быть усвоен нашими студентами, хотя они получают достаточно значи тельный курс русского языка, где разные слои русской речи получа ют характеристику, достаточную для того, чтобы студенты не пользо вались теми словами, которые могут привести к судебным последст виям, если они будут употребляться на страницах газет, в телевиде нии и радиовещании.

Мне кажется, что эта конференция поставила очень важные, се рьезные проблемы, связанные с защитой чести и достоинства и чи тателей, и слушателей, и зрителей и чести и достоинства самих жур налистов. Но главная проблема, которая здесь возникает, и, я ду маю, здесь я с Алексеем Кирилловичем соглашусь, — это проблема корпоративности, которая отсутствует в нашей журналистике. Это не дает возможности выработать общие этические нормы действий журналистов, которые позволили бы их воплотить и в определен ные принципы поведения, и, в частности, в употребление лексики и определенных выражений, которые не были бы оскорбительными и для уха слушателя, и для глаза читателей, и не служили бы для воз буждения всякого рода судебных процессов. Я думаю, что некото рые газеты намеренно пользуются такого рода лексикой, мало сму щаясь этим, потому что не каждый гражданин не по каждому пово ду будет подавать в суд. У нас нет ни омбудсмена, ни какой-нибудь другой организации, кроме Судебной палаты, но у нее и так слиш ком много дел, и я думаю, что сегодняшнее заседание будет способ ствовать выработке той корпоративной этики, того чувства корпо ративизма, которого нашим журналистам не хватает. Мы на факуль тете готовы в этом смысле содействовать этому развитию и содейст вовать лучшему обучению студентов и праву, и правилам русской речи. Спасибо.

Казаков: Спасибо, коллеги. Я начну тогда с корпорации и ее духа.

Не «Дух свободной корпорации», а «Становление духа корпорации.

Правила честной игры в сообществе журналистов», я не убежден, Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» что все эту книгу знают, действительно, три года назад такое иссле дование было. Тут я должен с печалью констатировать, что три дня назад, когда мы собирались с профессором Бакштановским обсуж дать, будем ли мы возвращаться к этому исследованию или просто пойдем с чистого листа, я очень печально пошутил, что наше иссле дование сейчас можно было бы именовать «Становление духа кор порации». Печально, но здесь есть следы, которые мы тогда не заме тили, к сожалению. Три года назад какие-то явления, какие-то тен денции прошли мимо нас, когда мы собирали сорок наших эксперт ных опросов.

Возвращаюсь к одной из главных тем. Все-таки что нас больше беспокоит: становление правового государства или становление правового общества? Я все-таки склонен думать, что общества. И в этом плане журналиста мы неизбежно обязаны рассматривать как члена этого правового общества, а не как подданного государства и не как подданного некоего королевства. Такая тенденция в послед ние годы была очень серьезной. Почему я так это рассматриваю? По тому что на самом деле проблема доверия общества к журналисту — это не профессиональная и не корпоративная проблема. Это очень серьезная проблема. И здесь (я буду говорить об этом немножко дальше, как о конкретном пункте) есть такой институт, как рассле дование. Видимо, оно должно быть в центре нашего внимания, по тому что в принципе это некая бочка с ядом, которая сейчас на по верхности. Уже ясно, что это такое: хлебнув из нее, наша журналис тика может выйти обновленной из такого нового своего состояния, может стать общественно доверенной журналистикой или может всю жизнь делить первенство с совсем другой профессией, древней шей, и вечно спорить на эту тему.

Болевая точка — это саморегулирование, о котором мы столь ко говорим и на которое мы так много раз пытаемся с разных кон цов выйти, и попытка понять, что же это такое. Когда заниматься саморегулированием и где им заниматься? Что, некая определен ная профессиональная среда ученых должна об этом думать? Или сама корпорация, или протокорпорации, или кусочки корпора ции, которые должны об этом начинать думать просто потому, что время пришло, иначе завтра журналистики не останется? Нам представляется, что есть некая базовая ответственность, о которой сейчас корпорация все-таки говорит, причем говорит после каж дого скандала, но как бы по отношению к другому, а не примени тельно к себе. Фиксируя некое нарушение нормы и говоря, что норма нарушена, но не возвращаясь к осмыслению нормы, к тому, что это такое сегодня.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Здесь мне кажется, что снова актуальной или навсегда актуаль ной остается проблема выхода журналистики на правила честной иг ры. Как к этому приближаться? По практическим полочкам я бы разложил ее на несколько возможных компонентов. Первый — это все-таки то, что сегодня было обозначено в лице гильдии. Это про блема образования небольших пассионарных сообществ, они есть.

Мы четыре или три года назад обращались к Московской хартии журналистов. Сейчас есть Гильдия как новая хартия, новое образова ние, и с ней надо очень тщательно работать. Мне кажется, что это очень продуктивно и очень интересно: те требования, которые они предъявляют сами к себе, заодно внося совершенно новые законы в профессиональное сообщество или требуя уважения к определен ным законам.

Второе — это расширение образования, самообразование, об этом достаточно говорилось, и здесь межпрофессиональные семина ры, которые ведет ФЗГ, в частности семинары с прокурорами, мне кажется, что это очень продуктивная форма. Сосредоточение внима ния на расследовании — это я сейчас называю болевую точку и счи таю, что корпорация или протокорпорации могут сейчас, зафикси ровавшись на этой точке, очень многое понять про самих себя, про общество. Там действительно сейчас очень много фокусируется лу чей, это линза. Надо начинать смотреть, а что же в итоге, то есть как бы естественным путем собирающаяся структура для исследования и постоянного понимания того, что компромат — это что такое? Это способ доступа к информации и доступа информации к журналисту?

Это некая система, которая требует дополнительных страховок от всего общества и от того, кто этим занимается? Что это за зона и за сфера риска?

И наконец, еще одна, как-то выговаривать это не очень хочется, и тем не менее я очень рад, что здесь присутствуют коллеги из Су дебной палаты, поэтому выговорю. Нам надо постоянно занимать ся анализом регулирования конфликтов институтов досудебного или квазисудебного характера. Я не стал бы сейчас об этом гово рить, я когда-то давал себе слово больше не говорить в этом смыс ле о Судебной палате, но то, что вчера Минкин заявил в «Новой га зете» о том, что он «не пойдет» на заседание Судебной палаты, ку да приглашен в том числе и Алексей Кириллович Симонов, мне представляется, что Минкин прав, как это ни печально. Это тот са мый случай, когда Судебная палата при Президенте действительно по первому свистку чиновника (я понимаю, что по какому-то вну треннему долгу и по профессиональному зову), призвала к себе журналиста разбираться до суда. Извините меня, пожалуйста, но, Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» на мой взгляд, это тот самый случай, когда Судебная палата долж на была отказаться заниматься этим делом, найти способ укло ниться от этого дела. Нельзя заменять собой суд, если есть второе исковое обращение. Мне кажется, что здесь определенная глухота, определенная рыхлость сработали, не только институциональная у Судебной палаты, это существует, но еще и такая определенная нравственная рыхлость.

Ну и, наконец, еще один пункт: пора профессионально и кол лективно заниматься самим чиновником, который использует ин ститут обращения в суд не только как способ обогащения за счет СМИ, хотя часто кончается и этим тоже, потому что речь идет о миллионах, но и использовать эту возможность как способ пода вить конкретную недружественную «огневую точку», сровнять с лицом земли некое СМИ просто по предъявлении иска, после ко торого в кассе ничего не остается! Мне представляется, что сейчас наступил момент, когда мы должны зафиксировать (это очень важ но) в своем отношении к этике межпрофессиональной корпорации и профессиональной корпорации несколько болевых точек. Я на звал основные.

Я категорически не настаиваю на том, что это самая актуальная, это самая обязательная и самая, кстати, на мой взгляд, простая вещь, которая существует до всяких обращений к сложным институтам, — это элементарный институт личной, человеческой, нравственной этики: не подавать руки человеку, который не рукопожатен в сооб ществе. Мы все время об этом забываем. Мы готовы обращаться в суд, мы готовы прибегать к некоей экспертизе коллег, но есть всегда личное. Я не подаю ему руки, я не подаю руки папарацци, если он говорит, что он принадлежит к какой-то определенной корпорации, независимо от того, журналист ли он или он тот человек, который отдал деньги на такую, а не другую журналистику. Мне кажется, что все это очень просто. Сама фиксация момента, видимо, время при шло. Об этом постоянно мы говорим.

Последнее самое, в качестве рекомендации моей, хотя она некра сивая рекомендация, меня Алексей Кириллович не спрашивал, но я бы, честно говоря, на месте Алексея Кирилловича на заседание, ес ли оно все-таки будет в Судебной палате, не пошел. И, более того, спровоцировал бы 10 других уважаемых экспертов проигнорировать заседание Судебной палаты по данному минкинскому случаю с на писанием специальных писем в Судебную палату, с мотивацией сво ей позиции, почему я не могу принять участие, я найду другую фор му обсуждения этой ситуации. Но в данном случае в Судебную пала ту не пойду. На этом я бы и закончил. Хотя с точки зрения продол Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации жения исследования, я думаю, нет у меня такого отношения, как у Алексея Кирилловича, я думаю, что с теми людьми, которые явля ются носителями духа корпорации, надо все равно разговаривать, и мы к ним придем, и они, я вас уверяю, будут с нами разговаривать.

Потому что тема профессиональной этики, проблема ощущения се бя внутри корпорации — болевая.

Гудкова: Мне очень хотелось бы задать вопрос, возможно он бу дет невпопад. Вы говорили о журналистской этике и т.д. Как вы от носитесь к разработанному Московским союзом журналистов про екту кодекса профессионального журналиста, в частности к первой его статье, в которой сказано, что в части своей профессиональной деятельности журналист руководствуется только мнением своих коллег и только к этому мнению прислушивается? При этом прямо указывается, что законность он соблюдает, но до своих профессио нальных обязанностей?

Казаков: Я на самом деле не считаю этот разработанный закон московским, это существует и обязательно для всех членов Союза журналистов, к сожалению, профессиональный кодекс этики рос сийского журналиста уже 2,5 года как введен в действие, я плохо от ношусь к этой статье, она вторая в этом кодексе, я к ней отношусь действительно плохо, потому что это кодекс, который говорит, что журналист уважает законы своей страны до определенного времени.

Но не должно быть такого в кодексе. Я понимаю, что они хотели ска зать, но так формулировать нельзя. Это не единственная дыра в ко дексе. Это действительно мертвый кодекс. Я единственное, о чем за был упомянуть и в чем я категорически хотел поддержать Игоря Юрьевича: нам нужно сейчас приходить к нормам, к элементарным профессиональным нормам. До кодекса, до корпораций нужно до растать. А нормы существуют, и для нас сейчас это действительно са мое реальное разрешение ситуации. Промежуточное? Да. Но реаль ное разрешение. Спасибо.

Пермяков: Я думаю, что выступления Алексея Кирилловича, Ясена Николаевича и Юрия Венедиктовича стали прекрасным окончанием нашего семинара. Я не хочу подниматься на трибуну, а с места скажу по вопросу, который, как мне кажется, тоже важно в конце озвучить. Четвертый раздел начинается с проблемы необхо димости правовой грамотности журналиста. Мы попытались на Урале сформировать систему создания правовой грамотности для журналистов, она включает в себя несколько элементов, это и чте ние в двух вузах специальных курсов для журналистов. Я читаю курс на факультете журналистики Уральского госуниверситета, другой преподаватель, который, кстати, обучался у Рихтера в шко Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» ле, он читает курс на факультете телерадиожурналистики гумани тарного частного университета. Мы, разумеется, проводим семина ры и благодарны ФЗГ за разработанную методику семинаров, мы провели 4 таких семинара с участием работников прокуратуры, пресс-служб, УВД разных уровней, и сначала мы хотели охватить все области региона, в каждой области провести такой семинар. Но в итоге получается, что, скажем, в Пермскую область нам придется выезжать 4 раза, то есть такова потребность в этих семинарах, что бы провести такой семинар не только в Перми. Там есть система журналистских клубов, и нас просят, чтобы мы в каждый клуб при ехали и провели 2–3-дневный семинар.

Наконец, публикации. Об этом я хотел бы сказать особо. Мы ча сто выступаем перед теми журналистами, которые уже вышли из стен вузов, работают. У меня была публикация в журнале «Студия» под названием «Если подан иск в суд: кто виноват и что делать?» и во многих других изданиях. Декан факультета журналистики и ру ководитель нашей областной журналистской организации Борис Лозовский написал десять правил техники безопасности журналис тов. Когда мы этот материал печатали, я этот материал просматри вал, дал некоторые замечания, мы преследовали две цели, мы не хо тели, чтобы этим ограничивался разговор, это только самое начало, потому что пришло довольно большое количество писем, замеча ний, суждений. Лозовский писал о том, что делать, чтобы иск не был подан, как максимально снизить этот риск. Я написал уже о том, что делать, если иск все-таки подан, каким образом защищать ся без адвоката, поскольку многие редакции не могут себе позво лить нанять адвоката.

Руднев: Судья Верховного Суда РФ, судебная коллегия по граж данским делам Колычева Галина Алексеевна.

Колычева (читает): Уважаемые участники конференции. В связи с рядом выступлений, в которых весьма негативно была освещена де ятельность судов. Это имело место и вчера. И как представитель Верховного Суда я не могла оставить без внимания этот вопрос. Я хотела бы сделать сначала небольшое отступление от темы проводи мой конференции. Стоит напомнить, что через несколько дней бу дет 4 года, как была принята Конституция РФ. Особенностью дейст вующей Конституции является то, что в ней очень много места отве дено правам человека, причем таким важным, как право на жизнь, труд, жилище, образование, право свободно передвигаться, выби рать место пребывания и жительства, избирать и быть избранным, иметь собственность, имущество и землю, право на социальное обеспечение и многое другое. И в этом большом ряду конституцион Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации ных прав находится и право на защиту своей чести и доброго имени.

Все названные права не только провозглашаются, но и обеспечива ются судебной защитой.

В силу ст. 46 Конституции каждый, кто считает свое право нару шенным, может обратиться в суд за его защитой, — не имеет значе ния, кто это. Священник, который посчитал себя как человек уни женным или обиженным. Или заключенный, о котором в газете написали, что он осужден на пять лет, когда он фактически осуж ден на меньший срок. Каждый гражданин вправе обратиться в суд, и суд обязан рассмотреть его требования. Таким образом, под су дебную защиту поставлены все конституционные права граждан.

Характер дел, рассматриваемых судами общей юрисдикции, самый разнообразный. И разнообразие это велико, как велико и количе ство дел, разрешаемых судами. Достаточно сказать, что только в 1996 году количество дел, оконченных производством, составило миллиона. И дела о защите чести и достоинства — это лишь ма ленькая-маленькая толика той работы, которую проводят суды.

Осуществляя правосудие от имени государства, суды, в частнос ти, рассматривают дела и трудовые, и жилищные, и по спорам о пра ве собственности, и по жалобам на неправомерные действия и реше ния, нарушающие права и свободы граждан, и по жалобам на непра вомерность административных взысканий, и многое другое, в том числе и дела о защите чести и достоинства. И то огромное количест во дел, которое поступает в суды, свидетельствует о доступности правосудия в нашем государстве и доверии граждан нашего государ ства к судебной власти. Я еще раз подчеркиваю это обстоятельство, что это свидетельствует о доверии граждан к нашему государству, и было очень обидно слышать, когда представитель весьма уважаемой газеты дал очень отрицательную характеристику. Это доверие впол не оправданно, поскольку в судах граждане находят реальную защи ту своих нарушенных прав.

О том, в какой мере суды защищают права человека, можно су дить хотя бы по результатам рассмотрения гражданских дел. В сред нем судами удовлетворяется 90% заявленных гражданских исков в год, в связи с чем имеются все основания утверждать о достаточно высоком уровне защиты прав граждан в судах РФ. Вместе с тем это является убедительным доказательством того, что нарушение прав граждан в нашей стране не стало исключительным явлением, а пока носит распространенный характер. И для искоренения такого поло жения важным обстоятельством являются дальнейшее совершенст вование работы судов и успешное взаимодействие судебных органов с другими органами и, конечно же, со СМИ.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Конференция «Честь и доброе имя: конфликт журналистики и юриспруденции» Демократическое Российское государство в настоящее время на ходится в стадии становления, и важной задачей на данном этапе становления государства является проведение правовой реформы, которая должна охватить 4 основных направления: развитие и совер шенствование российского законодательства, реформа судебной си стемы и судопроизводства, совершенствование системы исполни тельной власти на федеральном уровне и уровне субъектов Россий ской Федерации и развитие правового сознания людей. Можно из дать много новых законов, добиваться изменения функционирова ния судебной системы, но нельзя думать, что правовая культура об щества, правосознание поддаются быстрому реформированию. И для того, чтобы мы смогли построить правовое государство, необхо димо вести большую работу по воспитанию людей в духе уважения к закону и необходимости его безусловного исполнения.

Данная проблема должна быть в центре внимания не только судов, но и СМИ. У судов и прессы должны быть одни общие цели в деле просвещения и воспитания людей. И при этом не имеет значения, что способы решения этой проблемы у них разные. Если суды могут ре шать важную задачу воспитания граждан путем вынесения законных и обоснованных решений, которые можно рассматривать как акты ре ализации судебной власти, то СМИ могут это делать посредством пуб ликации статей, репортажей, проведением телевизионных передач.

И хотелось бы, чтобы журналисты более тесно взаимодействова ли с судебными органами, в распоряжении которых имеются мате риалы дел, по которым выявлены грубые нарушения законов, изуча ли такие материалы и освещали их на страницах прессы с целью пра вового воспитания тех, кто нарушает законы.

Я остановлюсь и на тех проблемах, которые затрагивались вчера.

Я хочу сказать о том, что авторы обсуждаемой книги совершенно справедливо отметили возрастание количества дел о защите чести и достоинства, по которым ответчиками выступали СМИ. В главе первой, блок № 40, делается важный вывод, который, кстати, под держан и многими выступающими. О чем этот вывод? Сказано так, что при сегодняшнем положении вероятность того, что конкретное решение по делу об унижении чести и достоинства будет субъектив ным, спорным, юридически уязвимым, чрезвычайно высока. Это связывают авторы с тем, что основные понятия права не имеют объ ективного определения и, по мнению авторов, это не позволяет вы носить правосудные решения. Полностью поддерживая вывод авто ров о необходимости дальнейшего совершенствования законода тельства и регулирования его правоприменения, не могу, однако, со гласиться с тем, что сегодня не могут быть вынесены законные су Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации дебные решения. Я думаю, что и на сегодняшний день имеется до статочная правовая законная база для принятия законных решений по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации, что и де лается судами в подавляющем большинстве случаев.

Прежде всего обращаю внимание на то, что у нас есть Конституция, обращаю внимание на специальную правовую норму, ст. 152 Граждан ского кодекса, есть и постановление Пленума Верховного Суда и, на конец, процессуальный закон, который позволит в том случае, если вынесено незаконное, неправосудное решение, добиться его отмены в установленном законом порядке. Я не совсем могу согласиться с текс том обращения, которое сейчас нам раздали, где сказано о том, что на ша конференция, обсудив порядок и практику разрешения конфлик тов и обсудив практику решения дел, считает, что не в полной мере со ответствует конституционным принципам эта судебная практика. C этим я согласиться не могу. Я не буду задерживать внимание, если так мы все заторопились. Я хочу поблагодарить организаторов конферен ции за приглашение для участия в ней Верховного Суда, со своей сто роны обещаю обязательно довести до сведения руководства Верховно го Суда те пожелания, которые были высказаны в адрес Верховного Суда, как положительные, так и негативные.

Руднев: Спасибо. Последнее слово предоставляется Алексею Ки рилловичу Симонову.

Симонов: Уважаемые дамы и господа. Спасибо большое за то, что мы с вами провели здесь в общей сложности полтора, на мой взгляд, весьма содержательных дня. Последнее выступление передо мной наглядно засвидетельствовало вам, что мы не пришли к реальному соглашению относительно оценки той ситуации, в которой мы нахо димся. Однако мы на ПУТИ к такому соглашению. Это тоже суще ственный, на мой взгляд, диагноз сегодняшней ситуации, и давайте двигаться дальше. Я всячески предлагаю, мы постараемся разослать всем участникам конференции в первую очередь тексты этой конфе ренции. Кстати говоря, буду очень просить, во всяком случае тех, до кого сможем дозвониться: или поручить нам редактуру собственно го текста, или, если кто-то желает по своему тексту пройтись, чтобы у вас не заняло это большого количества времени, потому что доро го яичко к Христову дню. Спасибо большое всем, особенно предсе дательствующим, Александру Рувимовичу Ратинову, который, надо ему отдать должное, практически не произнес вслух ни одного сло ва, но на самом деле был главной движущей силой этой конферен ции, который довел ее — скажу — «до ума», потому что не посягаю сказать, что «до успеха». Спасибо всем.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Коротко об организаторах конференции КОРОТКО ОБ ОРГАНИЗАТОРАХ КОНФЕРЕНЦИИ В организации и проведении конференции принимали участие:

Фонд защиты гласности, Центр права и СМИ и правозащитная ор ганизация «Дом свободы» (Киев). Мы хотим выразить благодар ность нашим партнерам, помощникам, единомышленникам и спон сорам и хотим рассказать о себе и о них более подробно.

Фонд защиты гласности (1991 года рождения) — организация, считающая своей основной задачей помощь СМИ и журналистам и создание правового пространства для деятельности средств массо вой информации. Выполнению этих задач подчинена деятельность всех основных служб Фонда — мониторинга, юридической, изда тельской и образовательной. В активе Фонда — участие в многочис ленных мероприятиях в защиту свободы слова, постоянное отслежи вание нарушений прав журналистов на территории России и СНГ, конкретная юридическая и материальная помощь журналистам, консультирование и просвещение, издание книг по правовому обу чению журналистов, экспертиза законов и проектов в области регу лирования СМИ.

На конференции Фонд был представлен рядом сотрудников.

Президент Фонда — Алексей Симонов.

Мы открыты для контактов и готовы к сотрудничеству.

Наши координаты:

119021, Москва, Зубовский бульвар, 4, комн. 432.

Тел. — 201-4974 (юридическая служба), 201-3242 (группа мониторинга).

Факс — 201-4947.

Электронная почта: simonov@gdf.ru Центр права и СМИ существует с 1995 года и располагается на фа культете журналистики Московского государственного университе та. Деятельность Центра призвана способствовать развитию свободы и независимости российских массмедиа. Центр способствует созда нию на факультетах и отделениях журналистики и права российских вузов благоприятных условий для преподавания будущим журнали стам и юристам учебного курса «Право и СМИ», издает ежемесяч ный бюллетень «Законодательство и практика средств массовой ин формации», в котором публикуются проекты законов, регулирую щих деятельность массмедиа, мониторинг конфликтов с участием СМИ, подготовленный сотрудниками Фонда защиты гласности, анализ законодательства в области СМИ республик СНГ.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации На конференции Центр представлял его директор Андрей Рихтер.

Центр располагается по адресу:

Москва, Моховая, 9, факультет журналистики МГУ, комн. 338.

Тел./факс 203-6571.

Электронная почта: arichter@glasnet.nt Правозащитную организацию «Дом свободы» (Киев) представлял на конференции Марк Беренсон, рассказавший о деятельности этой американской некоммерческой организации. «Дом свободы» следит за соблюдением прав человека и проведением демократических вы боров, оказывает поддержку независимым средствам массовой ин формации. Цель программы «Закон в действии», которой руководит Марк Беренсон, — защита прав человека и диалог Востока и Запада по правовым вопросам. «Дом свободы» интересуют различные ас пекты переходного периода в странах СНГ, в частности взаимоотно шения судейской и журналистской корпораций, поэтому появление Марка на конференции случайностью назвать нельзя.

Координаты «Дома свободы» в Киеве:

Тел./факс — (044) 2284334.

Электронная почта — freedom@carrier.kiev.ua Наша особая благодарность спонсору конференции — Агентству международного развития США — USAID.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Выступления, присланные по почте ВЫСТУПЛЕНИЯ, ПРИСЛАННЫЕ ПО ПОЧТЕ Генеральная Прокуратура Президенту Фонда Российской Федерации защиты гласности 103793 ГСП, Москва, г-ну Симонову А.К.

ул. Б. Дмитровка, 15а 05.02.98. №40/22-1- Уважаемый Алексей Кириллович!

Ваше приглашение откликнуться на новую публикацию Фонда получил в канун Нового года и, хотя, скорее всего, мой ответ Вы получите уже в 1998 году, пользуюсь случаем, чтобы поздравить Вас и Ваших коллег по Фонду с Новым годом. Я с уважением отношусь к инициативам Фонда, направленным на поиск взаимопонимания между журналистами и юристами, представителями массмедиа и официальных юридических институций. Высказать в Ваш адрес и в адрес возглавляемого Вами Фонда эти лестные слова мне предоста вила возможность присланная Вами книга «Понятия чести и досто инства, оскорбления и ненормативности в текстах права и средств массовой информации», подготовленная авторским коллективом под руководством профессора, доктора филологических и психо логических наук, академика Российской академии образования, ректора Института языков и культур им. Л.Н. Толстого А.А. Леон тьева.

Вопрос совершенствования законодательства о защите чести, достоинства, деловой репутации — один из серьезнейших. В ре зультате неразработанности этих аспектов в юридической практи ке сплошь и рядом возникают ситуации, в которых нередко и юри сты выглядят не с лучшей стороны, будучи не в состоянии дать правовую оценку возникшего казуса. Участники же судебного процесса нередко не находят общего языка, ибо по-разному трак туют те или иные термины. Убежден, если бы и юристы, и журна листы, втянутые в результате взламывания информационного пра вового поля в судебные разбирательства, лучше владели понятий но-терминологическим аппаратом законодательства и с большей корректностью относились к употреблению оценочных терминов, не было бы многих «громких» уголовных и гражданских дел о за щите чести и достоинства. Меньше было бы скандалов в прессе — Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации выиграли бы, убежден, и репутация журналистов, и «имидж» юри стов, зачастую вынужденных искать компромиссы уже в зале суда.

Я далек от мысли винить лишь ту или другую сторону, участвую щую в конфликте. Нельзя не признать, что законы допускают неред ко многозначное толкование одних и тех же понятий. И авторы рас сматриваемого исследования убедительно показывают, что ни в за конах, ни в комментариях к ним нередко нет ни ясности, ни единст ва в оценке правомерности употребления тех или иных способов и форм передачи информации.

На практике мы давно столкнулись с проблемой дефицита язы ковой культуры, отсутствием навыков цивилизованной дискуссии у участников информационных споров, носителей той или иной оце ночной информации. Но в рассматриваемом исследовании это наше априорное, практическое знание, возможно, впервые получило столь серьезное лингвистическое и психологическое объяснение. И этот факт трудно переоценить. Я не сомневаюсь, что при всей специ фичности исследования, язык, аргументы, выводы которого в боль шей степени обращены к коллегам по научному цеху, оно имеет и бесспорное практическое значение. В дальнейшей работе Фонда за щиты гласности и авторского коллектива по адаптации результатов исследования для журналистской и юридической практики, убеж ден, удастся достигнуть гармонии научной глубины и простоты из ложения наблюдений и выводов авторов.

В настоящее время в связи с рассмотрением информационных конфликтов и необходимостью дать им правовую оценку и следст вие, и суд редко прибегают к судебной экспертизе. Проведенная ав торским коллективом работа дает нам, практикам, основание наде яться на скорое появление нового вида экспертизы при рассмотре нии правовых аспектов информационных споров (используя термин профессора А. Ратинова) — психолингвистической экспертизы.

Но, полагаю, и в том виде, в каком результаты исследования представлены в рассматриваемом издании, они смогут помочь юри стам-практикам, занимающимся рассмотрением одной из деликат нейших категорий — дел о защите чести, достоинства, деловой репу тации.

Анализ докладных записок наших прокуроров, участвовавших в работе проводимых Центром защиты гласности семинаров, ряда уголовных процессов, рассматривавших тексты конфликтных пуб ликаций, дает основание полагать, что большинство нарушений, имевших место со стороны журналистов, объяснялись не целевой установкой авторов публикаций на нанесение морального ущерба героям публикаций, а отсутствием и элементарной юридической Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Выступления, присланные по почте грамотности, и достаточной правовой культуры, неумением найти юридически неуязвимую формулировку, не теряя при том образнос ти и метафоричности, присущих данному автору. Небрежное обра щение с языковыми построениями приводило и к естественным обидам объектов публикаций, и к неожиданному нередко для жур налистов обращению их «героев» в суд за защитой чести и достоин ства. Особенно это касается ненормативной лексики. Как журнали стам сохранить возможность обращения к разным языковым плас там национальной культуры без нарушения закона, как юристам на учиться разбираться в тонкостях инвективной фразеологии, с тем чтобы, с одной стороны, защищать нарушенные права граждан, а с другой — не влезать, гремя статьями закона, в творческую лаборато рию журналиста? На эти вопросы читатель также находит ответы в одном из специальных разделов рассматриваемой работы.

При отсутствии цензуры в обществе, претендующем именоваться правовым, очень важно, как мне представляется, дать возможность и юристам, и журналистам увидеть разницу между бестактностью и хамством, не украшающими ни объект публикации, ни ее автора, но не являющимися криминалом, и гражданским или уголовным пра вонарушением. Без помощи ученых, прежде всего лингвистов и пси хологов или, точнее, представителей психолингвистики, ни журна листам, ни юристам в будущем не обойтись.

Как Ваш коллега и как юрист, постоянно сталкивающийся с тео ретическими и практическими аспектами этой проблемы, я убежден:

журналисты имеют право на свой стиль, свой язык, на поиск метафор и сравнений, на яркие заголовки, привлекающие читателя, даже на язвительность, тем более — на иронию и сарказм, на самые остро критические оценки любого лица, вне зависимости от должности и положения. И я абсолютно согласен с Вашей, Алексей Кириллович, мыслью, высказанной в предисловии к рассматриваемому труду: все это должно быть высказано «в форме такой степени корректности, которая исключала бы или по крайней мере делала весьма сомни тельной возможность обращения героев публикаций в суд».

Вот когда такой же правовой культурой будут обладать все актив но работающие в СМИ журналисты, у следователей и судей работы поубавится и отпадет необходимость в создании исследований, ана логичных проведенному под руководством профессора А. Леонтьева.

Но поскольку это мечта или по крайней мере дело далекого буду щего, рассматриваемое исследование, несмотря на его пока еще ма лую адаптированность к восприятию юристами-практиками, не просто имеет право на жизнь, но является крайне современным и необходимым.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Примите, уважаемый Алексей Кириллович, мои заверения в го товности Генеральной Прокуратуры и в дальнейшем плодотворно сотрудничать с руководимым Вами Фондом защиты гласности.

Начальник Центра информации и общественных связей Генеральной Прокуратуры РФ А.Г. Звягинцев Комментарий профессора Питера Круга к книге «Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и средств массовой информации» Сравнительные замечания Прочтение «Послесловия юриста» профессора Ратинова и рабо ты коллектива авторов в первую очередь дает понять, что юридичес кая практика существенно выиграет благодаря психолингвистичес кому анализу текстов российских законов о клевете и оскорблении (законодательных актов;

постановлений Верховного Суда Россий ской Федерации), а также от применения результатов этого анализа судами и правоохранительными органами. В подобной попытке пре следуются по крайней мере четыре цели: (1) убедить законодателей изменить неточности или другие несоответствия в языке используе мых текстов;

(2) убедить суды и исполнительные органы принять во внимание психолингвистические доводы в использовании сущест вующих текстов;

(3) способствовать в качестве специалистов (экс пертов) поиску доказательств в конкретных судебных процессах, ка сающихся клеветы;

(4) помогать журналистам придавать более со вершенную языковую форму своим публикациям и передачам.

I. Закон о клевете: проблема факта/мнения. Один из наиболее сложных вопросов, затронутых профессором Ратиновым и коллек тивом авторов, которому они справедливо уделяют много внимания — это, как пишет профессор Ратинов (цитирую), «центральная про блема» в законодательстве по вопросам клеветы: сложность в разгра ничении факта и мнения. Это является сложной проблемой во мно гих правовых системах.

Попытка отличить факт от мнения основывается на предположе нии, что закон признает юридическую категорию, которая опреде ляет параметры сферы неприкосновенности для тех суждений (мне ний), которые в нее попадают. Сложность при данном подходе свя зана не с последствиями признания подобной категории, а с попыт Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Выступления, присланные по почте кой набросать эффективный ряд определений, который может с лег костью применяться в будущих конкретных делах с их собственным неповторимым контекстом.

Как показывает профессор Ратинов, члены авторского коллекти ва делают свой вклад новым подходом к лингвистическому анализу этой проблемы. Например, они рекомендуют юристам использовать новую терминологию, особо уделяя внимание скорее «событиям» и «оценкам», чем «фактам» и «мнениям».

Однако позвольте мне поднять следующий вопрос: при настоя щих российских законах каково будет практическое воздействие со здания более эффективных категориальных определений? Призна ют ли российские законы существование категории «выражение» — назовите ее «мнением», или «оценкой», или как-нибудь иначе, — которая имела бы юридическое значение при освобождении некото рого утверждения от судебного процесса по вопросу о клевете? Про фессор Ратинов заявляет, что подобная категория должна существо вать: что мнения или оценки не должны быть предметом юридичес кого рассмотрения (стр. 119–120). Но где в используемых текстах или в юридической практике написано или произнесено, что ут верждение, если оно является мнением, должно рассматриваться именно таким образом?

Одним из ответов на этот вопрос может быть то, что заявление профессора Ратинова является нормативным: законодательные ор ганы должны изменить существующие тексты гражданских и уго ловных законов, уточняя их так, чтобы исключить оценочные суж дения. Но пока этого не произойдет, как еще можно использовать категориальное разграничение между фактом и мнением?

Одно из возможных применений может быть основано на бук вальном истолковании части 3 ст. 29 Конституции Российской Фе дерации, согласно которой никто не должен принуждаться выражать или опровергать свои мнения или убеждения. Однако нет примеров, чтобы часть 3 ст. 29 применялась таким образом в судах в каких-ли бо конкретных случаях. На самом же деле в одном из случаев ее при менение было опровергнуто Верховным Судом Российской Федера ции. В качестве же более общего наблюдения можно сказать, что российские суды, кажется, очень неохотно применяют какие-либо положения части 3 ст. 29 Конституции Российской Федерации.

Возможно также, что это категориальное различение могло бы быть применено в судебной системе существующего законодатель ства. Например, может ли термин «сведения» в части 1 ст. 152 и час ти 5 ст. 152 ГК РФ и в части I ст. 129 УК РФ истолковываться так, чтобы он включал только утверждения о фактах? Если так, то это оз Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации начало бы, что истец представляет подходящий для юридического рассмотрения случай только тогда, когда речь идет об утверждениях, основанных на фактах: такой подход обременит истца задачей про демонстрировать суду в качестве отправного пункта, что утвержде ние ответчика, по крайней мере отчасти, содержит в себе информа цию, поддающуюся юридическим методам доказательства.

Однако кажется, что подобный подход принят не был. Напротив, многочисленные решения суда в законе о клевете являются отраже нием противоположного подхода: «сведения» включают в себя все утверждения, независимо от того, являются ли они суждениями о фактах или мнениями. Более того, это также и заключение, сделан ное коллективом авторов книги (см. стр. 15, 37 и 46 книги).

При обобщении судебная практика в России обнаруживает не много сторонников правового различения категорий факта и мне ния. Однако, возможно, есть и другой подход к этой проблеме: через анализ вопроса о бремени доказывания, который трактует проблему факта и мнения как по своей сути доказательный вопрос. В некото рых системах законодательства, таких, как австрийская (в граждан ских судебных процессах), именно закон возлагает на истца бремя доказывания ложности утверждения, по поводу которого ведется об суждение. В других системах это происходит по решению суда. В Со единенных Штатах, например, суды многие годы боролись за то, чтобы четко сформулировать эффективный категориальный тест для различения факта и мнения. Однако в результате в 1990 году в деле Милкович против Лорэйн Джорнал Компани Верховный Суд Соеди ненных Штатов отверг абстрактные попытки провести яркую черту между утверждениями о фактах и о мнениях и вместо этого поло жился на то, чтобы эти вопросы разрешило распределение бремени доказательства. Суд сослался на принцип, установленный в его ре шении от 1986 года в деле Филадельфия Ньюспэйперс, Инк. против Хэппса, в котором он постановил, что Первая Поправка к Конститу ции США требует возложить бремя доказывания на истца;

а не дока зывания ложности утверждаемого, когда оно касается общественно го интереса. Таким образом, в Соединенных Штатах, кроме тех слу чаев, когда обсуждаемое утверждение включает в себя утверждение о верифицируемых фактах или основано на фактах, истцу очень труд но выполнить условия этого бремени, так как другие типы утвержде ний (такие, как мнение) не поддаются юридическим методам дока зательства.

Несколько другой подход, который, однако, тоже сосредоточен на бремени доказательства, можно найти в решениях Европейского Суда по правам человека, где используется ст. 10 Европейской кон Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Выступления, присланные по почте венции по правам человека. В нескольких случаях Европейский Суд постановил, что в делах о защите чести и достоинства возложение бремени доказывания истинности оценочного суждения не согласу ется со ст. 10, так как его «невозможно выполнить».

Какие темы поднимаются в российском законодательстве при рассмотрении отношений между проблемой факта и мнения и бре менем доказательства в делах о защите чести и достоинства россий ское законодательство возводит высокую преграду, по крайней мере в гражданских делах, перед всяким ответчиком, который заявляет, что он невиновен в распространении сведений, порочащих честь и достоинство, аргументируя это тем, что его утверждение было мне нием. Так происходит, потому что, как утверждалось выше, судебная практика толкует «сведения» в части 1 ст. 151 и части 5 ст. 152 ГК РФ как включающие в себя все утверждения без исключений, а также потому, что ней истинность утверждения, которое должно быть до казано ответчиком, является скорее оправданием, которое должно быть доказано ответчиком (часть 1 ст. 152 ГК РФ), а не одним из признаков ущемления чести и достоинства. Другими словами, ст.

152 предполагает, что все клеветнические утверждения ложны, если ответчик не предоставит убедительные основания противного, что является почти непосильным бременем в том случае, когда утверж дение касается мнения и, следовательно, не поддается юридическим методам доказательства.

Одним словом, российское гражданское законодательство не возлагает бремя предоставления доказательств на истца. Так как ис тина должна быть доказана ответчиком, предмет доказывания не включает ложность утверждения, являющегося предметом обсужде ния;

на самом же деле от истца требуется лишь доказать, что утверж дение, являющееся предметом обсуждения, было распространено по крайней мере на еще одного человека. Это отсутствие каких-либо требований от истца предоставить доказательства отражает зависи мость от судебно-центристской модели — от «объективного поиска истины». При этой модели именно судья несет первостепенную от ветственность не только за окончательную оценку доказательств, но также и за их сбор и предоставление. Однако этот подход не согласу ется с недавними изменениями в российских гражданско-процессу альных принципах. Видимо, заимствуя изменения, которые были сделаны в немецкой процедуре за последние два десятка лет, россий ская система законодательства сместилась ближе к «диспозитивной» модели, в которой сбор и предоставление доказательств по большей части находятся под контролем сторон и под их ответственностью.

Следовательно, по поправкам к ныне действующему Гражданскому Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Процессуальному кодексу от 1995 года, стороны несут на себе бремя предоставления доказательств.

В уголовных делах должно быть очевидным, что бремя предостав ления доказательства, касающегося истинности или ложности, должно быть возложено на прокурора, а не на обвиняемого, соглас но презумпции невиновности, о которой говорится в ст. 49 Россий ской Конституции. По стандартам, установленным далее в ст. 49, распределение бремени доказывания таково, что от обвиняемого не может быть потребовано предоставление никаких доказательств;

вместо этого это бремя полностью ложится на власти, чтобы дока зать каждый элемент состава преступления (таких, как преднаме ренная ложь, по ст. 129 УК РФ).

Решение от 10 февраля 1997 года, принятое Коллегией по граж данским делам Верховного Суда Российской Федерации, иллюстри рует исключительную важность распределения бремени доказывания по вопросу об истинности и ложности. В этом деле, гражданском су дебном процессе о защите чести и достоинства, истец, заместитель главы администрации Вологодской области, возбудил дело против губернатора, областной государственной телерадиокомпании и мест ной газеты за утверждения, сделанные губернатором 20 ноября года на пресс-конференции, которые впоследствии были распрост ранены ответчиками — средствами массовой информации. Утверж дения губернатора были ответом на вопрос о причинах, по которым он назначил истца на пост заместителя главы администрации:

Я его глубоко ведь не знал раньше. Ну, он был известен вам та кими делами, что все-таки, как говорится, там, сын алкоголи ка, и на этом он вышел, и народ его, как говорится, превознес...

Истец заявил, что это утверждение опорочило его во время изби рательной кампании в Государственную Думу.

Областной суд решил дело по первой инстанции в пользу истца, обязывая ответчиков опубликовать опровержение и налагая на них выплату в размере 500 000 рублей за нанесенный ущерб. Суд поста новил, что ответчикам не удалось доказать, что отец истца был алко голиком. По этому вопросу суд заключил, что доказательства, предо ставленные ответчиками, — репортаж в газете и показания двух сви детелей о том, что сам истец и его сторонники на избирательной кампании 1989 года сказали избирателям, что отец истца был алко голиком, бросившим семью, — были недостаточны, чтобы исчер пать бремя предоставления доказательств, возложенное на ответчи ка. Истец, в соответствии с опубликованным постановлением суда, не был обязан предоставить доказательства истинности/ложности обвинения.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Выступления, присланные по почте В кассационной инстанции — коллегии по гражданским делам областного суда Вологды — отменили решение суда и постановили закрыть дело. Кассационная инстанция заключила, что обсуждаемое утверждение было оценочным суждением и, следовательно, было за щищено ст. 29 Конституции. Это решение было поддержано прези диумом Вологодского областного суда вопреки протесту прокурора Вологодской области.

Решения Вологодской областной кассационной инстанции и президиума были предметом протеста, поданного заместителем председателя Верховного Суда России. Коллегия по гражданским делам Верховного Суда поддержала протест, отменила решения кас сационной инстанции и президиума и восстановила решение суда первой инстанции. Решением палаты по гражданским делам было поддержано решение местного суда относительно того, что ответчи кам не удалось доказать истинность утверждения, являющегося предметом обсуждения. Этим решением Верховный Суд отверг при менение ст. 29 Конституции: эта свобода, заявил суд, не дает никому права распространять клевету и ложную информацию.

В отклонении постановления кассационной инстанции и прези диума областного суда Верховный Суд полностью сосредоточил свое внимание на достаточности доказательств, предоставленных ответ чиками. Таким образом, он отверг различение факта и мнения, про веденное кассационной инстанцией и президиумом областного су да. Отчасти это связано с тем, что Верховный Суд узко сформулиро вал вопрос: был ли отец алкоголиком? Возможно, используя более эффективный анализ, подобный тому, что предложили профессор Ратинов и коллектив авторов, Верховный Суд мог бы решить, что ут верждение, являющееся предметом обсуждения, содержало в себе мнение. Но также, если бы распределение бремени доказывания бы ло другим, то и исход дела мог бы быть иным. Если бы истца обяза ли предоставить доказательства ложности утверждения, являющего ся предметом обсуждения, то это, помимо всего прочего, вынудило бы истца столкнуться с проблемой, как охарактеризовать напечатан ное: было ли в утверждении ложью, на которую ссылается истец, то, (I) что его отец был алкоголиком, (2) что в области «говорили», что его отец был алкоголиком, или (3) что причиной популярности ист ца было то мнение, что его отец был алкоголиком? Какие доказа тельства предоставил бы истец по этим вопросам?

Во всякой правовой системе распределение бремени доказыва ния основано на политических соображениях и решениях, касаю щихся иерархии конкурирующих юридических интересов, и играет решающую роль. В законе о защите чести и достоинства в тех систе Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации мах, которые категориально не отделяют суждения-мнения, та сто рона, которая несет это бремя, стоит перед лицом почти невыполни мой задачи: доказать существование определенных фактуальных элементов (либо истины, либо ложности) в том утверждении, кото рое по своей природе не содержит в себе верифицируемых фактов.

Конечно, было бы несправедливо возлагать все бремя доказательст ва на истца. Но должен ли истец по крайней мере нести бремя пре доставления некоторого заслуживающего доверия доказательства (бремя предоставления), которое вызвало бы необходимость для от ветчика либо также предоставить уравновешивающие доказательст ва (бремя убеждения), либо положиться на суд, который оценит (взвесит) показания?

Мы не ждем, что подобные изменения будут с легкостью прове дены. Это возможно в результате одного или обоих следующих об стоятельств: (1) принятие судебного решения о том, что ст. 29 Кон ституции требует перераспределения бремени доказательства в час ти 2 ст. 151 ГК РФ;

и/или (2) когда Россия присоединится к Евро пейской Конвенции прав человека, применение ст. 10 так, как она применяется Европейским Судом по правам человека в делах типа дела Лингенса.

II. Оскорбление. В отличие от клеветы рекомендации (анализ) коллектива авторов и профессора Ратинова могут иметь немедлен ный эффект без существенного пересмотра правовых стандартов.

Это так, потому что статье 130 Уголовного кодекса, в отличие от ста тей 129 Уголовного кодекса и 151 Гражданского кодекса, недостает предмета доказывания в вопросах объективной оценки, как, напри мер, проблема истинности и ложности. Были ли умалены честь и до стоинство истца обсуждаемым утверждением — это субъективное суждение, не поддающееся юридическим методам доказательства.

Также элемент «неприличной формы» по своей сути является оце ночным суждением. Эти вопросы поддаются психолингвистическо му анализу, который лежит вне сферы методов юридического дока зательства, определенных статьей 69 Уголовно-процессуального ко декса РФ.

Это может быть особенно важно, потому что, по моему мнению, статья 130 несет в себе угрозу, которая выходит за рамки ее собствен ного конкретного применения. Оценки, которые она отражает, так же применяются, возможно, неосознанно, в делах о клевете с инвер сией ответственности. То есть проблема заключается в том, что чем больше утверждение похоже на «мнение», тем легче его подвести под определение, что оно сводится к «оскорблению», а не к ложному клеветническому утверждению. В результате проведенное коллекти Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Выступления, присланные по почте вом авторов исследование при применении психолингвистической экспертизы может быть полезным в определении сферы «оскорбля ющих» выражений в «неприличной форме».

III. Права обвиняемых. Профессор Ратинов обсуждает также, можно ли применять закон о клевете при защите прав подозреваемых и обвиняемых в уголовных судебных разбирательствах. Мне трудно понять, почему необходимы особые правила для этой ситуации. Если опубликовано ложное утверждение, то оно будет действенным в том случае, если оно посягает на репутацию жертвы безотносительно к тому, является ли жертва подозреваемым или обвиняемым в уголов ном процессе. Присутствуют ли элементы уголовного процесса при этом или не присутствуют, не влияет на вышесказанное.

В действительности это скорее спор о том, что происходит за пре делами закона о защите чести и достоинства, свидетельствующий о желании уменьшить или запретить комментарии к незаконченным уголовным разбирательствам из опасения повлиять на суд. Если это так, то здесь преследуются две цели: сохранить презумпцию неви новности и защитить целостность судебного процесса. Эти вопросы рассматривались в недавнем деле, по которому было принято реше ние Европейского Суда по правам человека, Вормз против Австрии (решение принято 20 августа 1997 г.). Однако Европейский Суд по правам человека не принял во внимание первую цель, так как ре шил, что защита целостности судебного процесса есть законная ос нова для наложения санкций на кого-либо, кто комментирует неза конченные судебные разбирательства.

В отличие от России в Австрии существует законодательный акт, который четко регулирует сообщения о незаконченных судебных разбирательствах. Статья 23 Австрийского акта о прессе, озаглавлен ная «Запрещенное влияние на уголовные судебные разбирательст ва», гласит, что всякий, кто обсуждает возможный исход незакон ченного судебного разбирательства или «ценность доказательств так, что это может повлиять на исход судебного разбирательства», станет объектом уголовного преследования. В деле Вормз против Австрии Европейский Суд поддержал наложение санкций на журна листа, который написал критические комментарии по поводу свиде тельства ответчика в деле об уклонении от уплаты налогов. Для рос сийских законов значительность этого дела в том, что статья 23 Ав стрийского акта о прессе, у которой нет аналога в российском праве, не содержит элементов обвинения в клевете или оскорблении.

IV. Заключение. Внимание авторского коллектива книги и про фессора Ратинова сосредоточено главным образом на том, чтобы сделать текст более поддающимся рациональному текстуальному Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации толкованию судами и правоохранительными органами. Такие во просы, как реформа всех гражданских и уголовных законов путем введения новых политических приоритетов, как смещение центра общественного внимания с защиты интересов личности на защиту свободы выражения или общественную потребность получать ин формацию, не входят в сферу обсуждаемых в книге вопросов. Таким образом, там, где выводы коллектива авторов и комментарий про фессора Ратинова адресованы законодательству, они кажутся по большей части принадлежащими скорее к области технических на бросков, чем к фундаментальным переменам в подходе к обществен ным или правовым интересам.

Это наблюдение нисколько не умаляет важности поставленных в книге задач. Результаты исследования, проведенного профессором Ратиновым и коллективом авторов, принесут значительную пользу российской правовой системе и всем тем, кто связан с системой пра вовых норм о защите чести и достоинства и оскорблении: истцам, ответчикам, журналистам, законодателям, судьям, правоохрани тельным органам, адвокатам и обществу в целом, способствуя посте пенному развитию рационального, систематизированного свода за конов скорее, чем попытке стремительных перемен (которые не уде ляют достаточного внимания лингвистическим вопросам). В общем, степень успешности этой попытки, вероятно, отразит важность лингвистической точности и применения логики в юридических текстах, а также в работе всей системы права.

19 декабря 1997 года Питер Круг, профессор Юридического колледжа Университета Оклахомы Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Ценны наряду с жизнью Часть III Год 2004. «А воз и ныне там?» Сборник статей ЦЕННЫ НАРЯДУ С ЖИЗНЬЮ Право на честь, достоинство и деловую репутацию является неотъ емлемым правом лица. Его нарушение причиняет существенный вред свободе действий и общественному положению гражданина, а также обществу в целом. Поэтому государство обязано защищать это личное неимущественное право. О некоторых особенностях защиты чести, до стоинства и деловой репутации личности рассказывает статья.

Владимир СОЛОВЬЕВ, судья Верховного Суда России Честь Понятия чести, достоинства известны человечеству с древней ших времен. Честь играла видную роль в этике многих великих мыс лителей, политиков, философов разных эпох и народов, порой опре деляя их общественные взгляды и направления деятельности.

В России честь, достоинство, доброе имя и деловая репутация традиционно защищались правом. Так, еще «Русская Правда» преду сматривала защиту от посягательств на честь и достоинство личнос ти. По отношению к подобным деяниям «Русская Правда» применя ла термин «обида»1.

Защита чести, достоинства и других личных неимущественных благ обычно предусматривалась в рамках уголовного права.

Наибольший интерес в этой связи представляет Артикул воинский 1715 года, принятый Петром I. Ст. 149, 151, гл. 18 — о поносительных письмах, бранных и ругательных словах Артикула воинского содержа ли в себе практически все признаки диффамационного деликта: пись менное распространение ложных, порочащих доброе имя и честь све дений, — а также предусматривали меру защиты от такого деликта:

«пред судом обличать свои слова и сказать, что он солгал...». Фактиче ски речь идет об опровержении ложных, порочащих сведений2.

Несмотря на то что в конце XIX века российские цивилисты се рьезно занимались решением проблемы гражданско-правовой за щиты личных неимущественных благ и почти вплотную подошли к ее решению, российское гражданское право в целом этот вопрос не рассматривало и своего механизма защиты таких прав не создало.

Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. 1995. С. 311.

Потапенко С.В. Судебная защита от диффамации в СМИ//АКД. 2002. С. 30.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Советское право первоначально также пошло по пути уголовно правовой защиты чести и достоинства граждан. И лишь в Основах гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 года и затем в Гражданском кодексе РСФСР 1964 года впервые получили защиту некоторые личные неимущественные права, не связанные с имущественными правами и интересами.

Личные неимущественные права охранялись советским граждан ским правом лишь в случаях, особо предусмотренных законом (ст. Основ, ст. 1 ГК РСФСР). К ним относились право на честь и досто инство (ст. 7 Основ, ст. 7 ГК РСФСР) и право на собственное изоб ражение (ст. 514 ГК РСФСР).

Право на честь и достоинство было предоставлено не только гражданам, но и организациям (ст. 7 Основ).

При переходе от социалистической законности к современному правопорядку возникло немало неприятностей, вызванных устаре ванием нормативной базы.

Обобщение судебной практики по вопросам защиты чести и до стоинства в 1991 году позволяет видеть, насколько невысоким был уровень правосознания граждан в этой области, и выделить ряд про блем, подлежавших разрешению в первую очередь:

— граждане обращались в суд с иском об опровержении порочащих сведений, содержащихся в характеристиках делового порядка, аттес тационных, — а этот вопрос не подведомствен суду;

— не существовало законодательно установленного положения о системе ссылок на источник информации, в соответствии с которы ми можно было бы обнаружить реального ответчика (так, приходи лось отдельно разъяснять, что не является оскорблением изложение сведений, основанных на материалах уголовных или гражданских дел, и т.п.);

— судьи отказывали в возбуждении иска без законных на то основа ний (например, в случае имевшего место предварительного обсуждения данного конкретного дела в общественной организации);

— в суд обращались представители администрации субъектов Федерации с исками о защите деловой репутации, но в силу того, что администрация города не является юридическим лицом и не может иметь деловой репутации, такого рода иски не могли быть удовле творены;

— возникало множество вопросов, связанных с тем, что закон пре дусматривал опровержение самих сведений, а не домыслов, складываю щихся у граждан по прочтении ложной информации;

— остро стояла теоретическая проблема степени конкретизации объекта критики (использование в статье обозначений, позволяющих Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Ценны наряду с жизнью догадаться о реальном их прототипе, не есть основание для отказа в иске лицу, пострадавшему от завуалированной критики);

— ряд осложнений был вызван тем, что компенсация морального вреда нередко не оправдывала судебных издержек, и многие, вместо то го чтобы воспользоваться своим правом и подать иск, предпочитали использовать самозащиту;

— проблемой было неисполнение или ненадлежащее исполнение су дебных решений3.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.