WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page 1 ФОНД ЗАЩИТЫ ГЛАСНОСТИ ПОНЯТИЯ ЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ Спорные тексты СМИ и проблемы их анализа и оценки юристами и лингвистами Изд. 2-е, переработанное

и дополненное Москва Издательство «Медея» 2004 Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page 2 УДК 347.948:070 ББК 67.410 ББП 56 Утверждено к печати Редакционно-издательским советом Фонда защиты гласности Издание выпущено в свет благодаря финансовой поддержке программой «МАЛЫЕ ПРОЕКТЫ ПОСОЛЬСТВА КОРОЛЕВСТВА НИДЕРЛАНДОВ» (Matra/KAP) Ответственные редакторы — президент Фонда защиты гласности Алексей СИМОНОВ, председатель правления Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам, профессор Михаил ГОРБАНЕВСКИЙ Рецензенты:

доктор юридических наук, доктор филологических наук, доцент Е.И. ГАЛЯШИНА (ГУ «Экспертно-криминалистический центр Министерства внутренних дел РФ»), доктор юридических наук, профессор Е.Р. РОССИНСКАЯ (Московская государственная юридическая академия), кандидат филологических наук, доцент Е.С. КАРА-МУРЗА (факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова) Авторы разделов и материалов:

д.филол.н. Владимир Базылев, д.филол.н. Юлий Бельчиков, д.филол.н. Николай Голев, д.филол.н. Михаил Горбаневский, д.филол.н. Владимир Жельвис, д.филол.н. Сергей Кузнецов, д.филол.н., д.пс.н., Алексей Леонтьев, д. филос. н. Валентина Мансурова, д.ю.н. Александр Ратинов, к.филол.н. Юлия Сафонова, судья Верховного Суда РФ Владимир Соловьев, д.филол.н. Юрий Сорокин.

Мл. редактор — Н.С. Гришина П 56 ПОНЯТИЯ ЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ:

Спорные тексты СМИ и проблемы их анализа и оценки юристами и лингвистами. Изд. 2-е, перераб. и доп./ Под ред. А.К. Симонова и М.В. Горбаневского. — М.: Медея, 2004. — 328 с.

Переиздание работ, впервые опубликованных в 1997 и 1998 годах, в пере работанном и дополненном виде обусловлено чрезвычайной важностью во просов юридического и лингвистического анализа спорных текстов СМИ в современный период, характеризующийся существенным ростом судебных исков к СМИ и отдельным журналистам. Книга может быть рекомендована преподавателям, студентам и аспирантам факультетов и отделений юрис пруденции, журналистики и филологии, а также всем, кто интересуется пра вовыми вопросами регулирования деятельности средств массовой инфор мации и анализом языка СМИ.

УДК 347.948: ББК 67.410, © Фонд защиты гласности, © Издательство «Медея», оформление, Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Содержание СОДЕРЖАНИЕ Предисловие ко 2-му изданию (А.К. Симонов, президент ФЗГ, М.В. Горбаневский, председатель правления ГЛЭДИС)............ Часть I. Год 1996. «Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и массовой информации» От авторов (В.Н. Базылев, Ю.А. Бельчиков, А.А. Леонтьев, Ю.С. Сорокин, 1996 г.)....................... Глава 1. Основные выводы и рекомендации................ Глава 2. Анализ основных понятий....................... Глава 3. Событие, факт, суждение и их оценка.............. Глава 4. Оценка и ненормативность в материалах СМИ...... Глава 5. Некоторые аспекты теории речевых актов.......... Глава 6. Послесловие юриста. «Когда не стесняются в выражениях...» (А.Р. Ратинов).................. Часть II. Год 1997. «Честь и доброе имя. Конфликт журналистики и юриспруденции». Материалы научно-практической конференции Список участников конференции....................... Конференция «Честь и доброе имя:

Конфликт журналистики и юриспруденции»........... Коротко об организаторах конференции................. Выступления, присланные по почте..................... Часть III. Год 2004. «А воз и ныне там?» Сборник статей Ценны наряду с жизнью (В.Н. Соловьев, судья Верховного Суда РФ)................. Инстанция истины: о соотношении норм языка и права в общественной коммуникации (В.Д. Мансурова, д.филос.н.)... Спорная часть текста: анализ имплицитных компонентов содержания (С.Н. Кузнецов, д.филол.н.)................... Слово и дело: юридический аспект сквернословия (В.И. Жельвис, д.филол.н.).............................. Будь осторожен, выбирая слово!

(М.В. Горбаневский, д.филол.н.).......................... Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Приложения 1. Нормативные материалы............................ 2. Гильдия лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам.......................... 3. Лаборатория юрислингвистики и развития речи АлтГУ и ее научные сборники (Н.Д. Голев, д. филол. н., проф.).... 4. Лингвистическая безопасность печатных и электронных СМИ: Программа спецкурса для студентов ф-та журналистики Московского Независимого эколого-политологического университета (М.В. Горбаневский, д. филол. н., проф.)................. Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Предисловие ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-МУ ИЗДАНИЮ Для укрепления и оздоровления российских СМИ как одной из основ гражданского общества, для обеспечения успешного функци онирования российского законодательства и дальнейшей его опти мизации, для разработки более эффективных механизмов разреше ния конфликтов в правовом рыночном государстве принципиальное значение имеет соединение опыта юристов и лингвистов в анализе теории и практики применения законодательства при рассмотрении исков о защите чести, достоинства и деловой репутации, клевете и оскорблении.

В самом деле, развитие идей гласности и прав человека создает большую общественную потребность в правовом регулировании от ношений людей в сфере использования русского языка в политике, экономике (документационные споры), печатных и электронных средствах массовой информации (информационные споры) и по вседневной жизни. Другими словами, противоречивая обществен но-политическая и экономическая ситуация, сложившаяся в России к началу XXI века, вызвали острую потребность в получении россий скими СМИ и их юридическими службами, адвокатами, а также су дами всех уровней и дознавателями правоохранительных органов специфической юридическо-лингвистической помощи.

В 1996–1997 годах Фонд защиты гласности обеспечил финансо вые, организационные и информационно-издательские условия для проведения коллективом высокопрофессиональных авторов-линг вистов специального исследования, которое мы назвали «Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах пра ва и массовой информации». Авторами этого исследования стали доктора филологических наук А.А. Леонтьев (руководитель группы), В.Н. Базылев, Ю.А. Бельчиков, Ю.А. Сорокин. Юридический ком ментарий к этому труду был выполнен одним из самых блестящих российских правоведов, доктором юридических наук профессором А.Р. Ратиновым.

Небольшая брошюра под названием «Понятия чести и достоин ства, оскорбления и ненормативности в текстах права и массовой информации» была выпущена Фондом защиты гласности осенью 1997 года и мгновенно превратилась в бестселлер, активно разошед шийся среди самых разнообразных читателей — судей и адвокатов, прокуроров и юрисконсультов, дознавателей и юристов СМИ, со трудников печатных и электронных СМИ, студентов и преподавате лей факультетов юриспруденции, журналистики и филологии рос сийских вузов. Учитывая сложившуюся в России начала XXI века Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации конъюнктуру по делам об унижении чести и достоинства, оскорбле ниях и клевете, возмещении морального вреда и нанесении ущерба репутации, где ответчиками выступают средства массовой информа ции (количество этих дел растет как на дрожжах), в 2003 году мы сде лали вывод о том, что потребность в переиздании, дополненном и уточненном, этого исследования назрела.

Текст брошюры 1997 года «Понятия чести и достоинства, оскор бления и ненормативности в текстах права и массовой информации» с незначительными сокращениями воспроизведен в первой части книги, которую вы держите в руках.

Во вторую часть книги вошли материалы научно-практической конференции «Честь и доброе имя. Конфликт журналистики и юри спруденции», организованной и проведенной Фондом защиты глас ности в Москве в декабре 1997 года. Эти материалы, пройдя при пе реиздании небольшую композиционную и стилистическую правку, практически полностью воспроизведены по тексту второй книги ФЗГ на данную тему — «Честь, достоинство и репутация: Журнали стика и юриспруденция в конфликте (результаты исследования и материалы конференции)», увидевшей свет в 1998 году.

Ситуация, к сожалению, по-прежнему такова, что правосудие по тем проблемам, которые легли в основу книги, зиждется на весьма шаткой, разными, в том числе политическими и социальными, вет рами колеблемой основе. Может показаться, что, ставя вопрос та ким образом, мы заботимся в первую очередь о юристах и их право вом инструментарии. Но это не так. Мы в не меньшей степени дума ем при этом и о журналистах, ибо слово, текст и контекст, в которых это слово существует, являются главным предметом возникающих конфликтов, и ясность представления о рамках и границах, в кото рых оно может и должно существовать, служит одной из основ жур налистской техники безопасности.

Мы полностью разделяем гражданский пафос обращающихся к нам за защитой коллег, которых осудят за правду, но одновременно считаем, что правда эта может и должна быть высказана в форме та кой степени корректности, которая исключала бы или по крайней мере делала весьма сомнительной возможность обращения героев публикаций в суд. Разумеется, мы не обольщаемся: пока есть власть и есть пресса, конфликты между ними неизбежны в силу уже одного того, что миссии, возлагаемые на них обществом, конфликтны по определению. В не меньшей степени чреваты конфликтами и две тенденции: охранения частной жизни гражданина и осуществления права всех граждан на общественно значимую информацию. Мы все заинтересованы, чтобы в этом не только потенциально, а реально су Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Предисловие ществующем бурном море конфликтов суд, призванный эти кон фликты разрешать, стоял на прочных якорях очевидных и недву смысленных правовых норм.

Оговоримся сразу: тогда, в 1996–1997 годах, мы не ставили перед учеными-лингвистами задачу, посильную только высококвалифи цированным законодателям, — дать окончательные и отточенные формулировки, равно как не пытались использовать их знания для расшатывания основ правосознания. Мы просили их через сравне ние употребляемых в правоприменительной практике и в юридиче ских документах терминов и понятий помочь всем потенциальным участникам конфликтов осознать, насколько осторожным надо быть, создавая текст и анализируя его, насколько непросто суду без серьезной экспертизы оперировать простыми и привычными поня тиями, которые простыми оказываются лишь на первый взгляд.

Не все наши вопросы получили равноценные ответы, целый ряд научных рассуждений наших уважаемых авторов мы вынуждены бы ли адаптировать (с их, разумеется, помощью), чтобы сделать более общедоступными. Однако и в адаптированном виде текст представ ляется нелегким для среднего читателя. Обилие специальных терми нов, где чистое перечисление применяемых в анализе научных дис циплин может породить тоску по словарю иностранных слов или специальных терминов. А так хотелось простой и недвусмысленной ясности! Но увы...

Однако, на волне общественного интереса к проблеме, мы пере дали все свои наработки в Верховный суд. На основе этих исследова ний, а также анализа мониторинга конфликтов с этой проблемой связанных, представители Фонда были приглашены на заседание Совета при Президенте Российской Федерации по вопросам совер шенствования правосудия под председательством В.А. Туманова, где этот вопрос обсуждался как один из наиболее острых и актуальных.

Участвовавший в его работе председатель Верховного Суда РФ заве рил присутствующих, что будет созван еще один специальный пле нум, где все вопросы, связанные как с теорией, так и с практикой гражданских и уголовных дел этой категории будут рассмотрены, а проблемы, выдвинутые в вышеупомянутой брошюре и на прошед шей конференции, найдут свое разрешение.

Увы, все эти заявления остались широковещательными имитаци ями, никакой пленум не состоялся, и огромное количество работы оказалось проделанной втуне. В том числе и анализ наиболее пока зательных по безграмотности судебных дел и решений в этой сфере.

Два года безуспешных усилий привели нас к мысли взяться за упорядочение информационного пространства с другой стороны.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Если Верховный Суд отказывается признать проблему в целом, надо попробовать решать ее на уровне рядовых судов и рядовых судей.

Одной из самых острых выглядела проблема оценки спорных текс тов, где невысокий уровень судей и низкий — экспертов приводил к полнейшему конфузу, смешению фактов и мнений, полному игно рированию контекстов и т.д.

В 2001 году одним из авторов этого предисловия была иницииро вана, а вторым поддержана идея создания специальной Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам, Этот шаг связан с искренней убежденностью учредителей гильдии в непреходящем значении российской гуманитарной науки для развития государства и общества. Активная общественная пози ция, напряженная научно-исследовательская, просветительская, экспертная и аналитическая деятельность наших лингвистов-экс пертов по документационным и информационным спорам — это од на из скромных попыток научной общественности России дать свой ответ на вызовы времени. Подробную информацию о гильдии и ее разнообразные материалы пользователи сети Интернет могут найти на веб-сайте www.rusexpert.ru.

В третьей части книги собраны тексты позднейшего времени, на писанные уже после создания гильдии, в том числе и ее действитель ными членами.

Авторы и составители книги не предлагают простых или одно значных решений, которые как верстовые столбы или знаки улично го движения указывали бы, где расположена окончательная и недву смысленная истина и как до нее добраться. Однако тропочку в эту сторону, как нам кажется, все-таки удалось протоптать... И дорогу осилит идущий!

Финансовую поддержку этому издательскому проекту Фонда оказало Посольство Нидерландов в Москве (программа Matra/CAP), которому мы выражаем свою искреннюю признательность. Мы бла годарим за большую творческую работу рецензентов второго изда ния книги — д.ю.н. проф. Е.Р. Россинскую, д.ю.н. и д.филол.н. доц.

Е.И. Галяшину, к.филол.н. доц. Е.И. Кара-Мурзу, а также одного из наиболее опытных экспертов-лингвистов ГЛЭДИС д.филол.н. доц.

Ю.А. Сафонову.

Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности Михаил Горбаневский, председатель правления Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам, профессор Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page От авторов Часть I.

Год 1996. «Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и массовой информации» ОТ АВТОРОВ В последние годы резко возросло число конфликтных ситуаций, связанных с оскорблением в прессе и других СМИ чести и достоинства отдельных политических деятелей. Многие из них доходят до суда и вызывают бурную реакцию обществен ности, включая те же СМИ.

Изучение материалов и дел указанной категории показало, что правовая оценка спорных публикаций носит по преимуществу произвольный характер. Отсутствуют научно обоснованные критерии определения допустимости/недопустимости и пра вомерности/неправомерности использования журналистами и другими авторами материалов тех или иных языковых форм передачи информации. Правовая оценка, как это ни странно звучит, не опирается здесь ни на серьезную собственно правовую основу (ибо в законодательстве нет расшифровки ряда ключевых понятий), ни на серьезную психологическую, лингвистическую, логическую, вообще научную осно ву. Так, нет ясного понимания различия факта и оценки, ясного представления о сущности, составе и внутренней организации ненормативной лексики и т.д. Поэто му решения судов, включая и высшие судебные инстанции, небезукоризненны по их обоснованию и, как правило, без особого труда могут быть оспорены. При этом имеют место нарушения гражданских и профессиональных прав журналистов и, с другой стороны, нарушения гражданских прав лиц, ставших объектом диффамации или клеветы со стороны прессы и других СМИ.

Это вызывает необходимость провести специальное комплексное научное ис следование, в котором — с опорой на достижения современной мировой и россий ской науки, а также с использованием данных о конкретных конфликтах, связан ных с унижением чести, достоинства и репутации, — были бы определены основ ные понятия, обрисована сфера их применимости, предложены критерии для опре деления допустимости и правомерности использования тех или иных языковых средств в текстах СМИ, безупречности этих текстов с точки зрения социокультур ных норм массовой коммуникации и т.д.

Настоящая работа, выполненная по поручению Фонда защиты гласности при поддержке Центра права и средств массовой информации, по своему замыслу как раз и является таким исследованием. Конечно, другой вопрос, насколько она может считаться удачной и полезной, — впрочем, ее основные результаты были доложены в ноябре 1996 года на международной конференции «Защита чести, достоинства и деловой репутации: право и СМИ» и получили высокую оценку со стороны ее уча стников.

Авторский коллектив состоит из следующих лиц:

• Базылев Владимир Николаевич, кандидат филологических наук, доцент ка федры общего языкознания Московского государственного лингвистическо го университета;

• Бельчиков Юлий Абрамович, доктор филологических наук, профессор кафе дры лексикографии и теории перевода факультета иностранных языков МГУ им. М.В. Ломоносова;

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации • Леонтьев Алексей Алексеевич, профессор, доктор филологических и психо логических наук, академик Российской академии образования, ректор Ин ститута языков и культур им. Л.Н. Толстого (руководитель авторского коллек тива);

• Сорокин Юрий Александрович, профессор, доктор филологических наук, ве дущий научный сотрудник Сектора психолингвистики и теории коммуника ции Института языкознания РАН.

Перед авторами были поставлены следующие вопросы, анализ которых и соста вил основное содержание работы:

1. Анализ основных рабочих понятий — защита чести и достоинства, клевета, оскорбление, личная и деловая репутация и т.д. Их толкование в общенародном рус ском языке (по данным словарей), в текстах законодательства, в правоохранитель ной практике.

2. Изложение факта и его оценка. Различаются ли по своей природе сведения (сообщения) о фактах и мнения (суждения о них) автора текста (фактуальная и оце ночная информация)? Подлежат ли эти виды информации одинаковой оценке с точки зрения соответствия действительности, по каким критериям? По каким логи ко-грамматическим параметрам и психолингвистическим признакам дифференци руются эти виды информации?

3. Языковые средства оценки и использование в оценке нормативной и ненор мативной лексики. Принципы отнесения языковых средств к ненормативной лек сике. Границы и внутреннее расслоение ненормативной лексики.

4. Ненормативность в языке и в конкретной коммуникативной ситуации. Соци окультурные нормы использования различных видов ненормативности в типовых ситуациях общения.

5. Операциональные критерии клеветы или оскорбления в СМИ. Какие рече вые высказывания и по каким признакам признаются инвективными, их классифи кация по допустимости (приемлемости) в разных видах речевой деятельности. Опе рационализация понятия «неприличное» применительно к текстам, адресованным массовой аудитории (неопределенного состава).

Работа разделяется на 4 главы. Глава 1 — «Основные выводы и рекомендации» — обобщает результаты всего исследования. Глава 2 — «Анализ основных поня тий». В ней рассматриваются ключевые слова и словосочетания, связанные с рас сматриваемой проблематикой (п. 1). Глава 3 — «Событие, факт, суждение и их оценка» (п. 2). Глава 4 — «Оценка и ненормативность в материалах средств массо вой информации» — объединяет всю узколингвистическую проблематику (пп.

3–5). Читателю следует иметь в виду, что разные главы различны по степени насы щенности теоретическими проблемами и специальной терминологией, поэтому мы рекомендуем малоподготовленному читателю сосредоточиться на главе 1, где ре зультаты анализа, проведенного в других главах, изложены в расчете на неспециа листа.

Авторы данной работы надеются на то, что она окажется полезной как для жур налистов, так и для работников правоохранительных органов.

Мы приносим глубокую и искреннюю благодарность Президенту Фонда защи ты гласности А.К. Симонову, другим сотрудникам Фонда, в особенности А.Р. Рати нову, а также А.Г. Рихтеру.

В.Н. Базылев, Ю.А. Бельчиков, А.А. Леонтьев, Ю.С. Сорокин (1996 г.) Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации Глава 1.

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ Эта глава суммирует результаты анализа, проведенного авторами, изложенные в последующих трех главах и приложении 2. В отличие от других глав, она написана в расчете на прямое использование практическими работниками — журналистами и другими сотрудни ками средств массовой информации, работниками правоохрани тельных органов и вообще юристами и т.д.

Глава построена по принципу «вопрос — ответ». Иными слова ми, она состоит из сорока тематических блоков, каждый из кото рых открывается формулировкой вопроса. Так как блоки сгруппи рованы в соответствии с тематикой, охарактеризованной в разделе «От авторов», читатель может найти в них ответ и на те вопросы, которые в явной форме не сформулированы. В данной главе есть отдельные положения и рекомендации, которые не вошли в после дующие главы.

1. Четко ли определены в текстах права основные понятия, такие, как «честь», «достоинство», «клевета», «оскорбление», «унижение чес ти и достоинства» и пр.?

К сожалению, нет. Начнем с того, что достоинство понимается в Конституции РФ как абсолютная ценность любой личности, охра няемая государством. Иначе говоря, как бы общество ни оценивало данного человека и как бы сам он ни относился к себе, он уже как личность имеет ценность в глазах государства и общества. Однако в юридической литературе часто понимание достоинства как (поло жительной) самооценки личности. Тогда оказывается бессмыслен ной формулировка «унижение достоинства»: разве возможно уни жать ценность личности в ее собственных глазах? При этом «честь» и «достоинство» разграничены нечетко. В ГК РФ честь, как и досто инство, отнесена к нематериальным, по определению неотчуждае мым правам личности (благам). Но в юридической литературе она чаще всего понимается как положительная социальная оценка че ловека, как «сопровождающееся положительной оценкой общества отражение качеств лица в общественном сознании» (А. Эрделев ский). Совершенно непонятно, что такое «внешняя честь» и «граж данская честь»: по мнению одного из специалистов (А. Анисимова), последняя исходит от государства и... исчезает в случае уголовного наказания!

Нет четкого определения и понятия «унижение чести и достоин ства», что особенно печально, так как с этим связаны многие другие основные понятия, например «оскорбление», «клевета».

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Нет в правовых текстах и определения «неприличная форма», хотя на этом понятии основывается понятие «оскорбление». Сме шиваются «порочащие» и «позорящие» сведения и т.д. См. подроб нее главу 2.

Одним словом, нечеткость и неопределенность в трактовке ос новных понятий как в текстах законодательства, так и в юридичес кой литературе способствуют субъективности и нечеткости их тол кования в правоохранительной практике.

2. Что такое «честь» и ее «унижение»?

С правовой точки зрения честь — это сопровождающееся поло жительной оценкой отражение качеств лица (физического или юридического) в общественном сознании. Однако тогда определе ние чести вступает в некоторое противоречие с ее пониманием в ГК РФ как нематериального и неотчуждаемого права личности, если только не понимать это право как своего рода «презумпцию нали чия чести» — допущение, что человек располагает честью, если он не допустил поступков или высказываний, несовместимых с его по ложительной оценкой в общественном мнении (общественном со знании). Ср. в Комментарии к ГК РФ: «При защите чести и досто инства действует презумпция, согласно которой распространяемые порочащие сведения считаются не соответствующими действитель ности. Это означает, что доказывать правдивость таких сведений должен тот, кто их распространил».

Унижение чести предполагает, что истец ощущает изменение (или считает потенциально возможным изменение) общественного мнения о себе. Это сознательная дискредитация человека в общест венном мнении. Однако, как указывает Комментарий к УК РФ, «на личие унижения и его степень, глубину оценивает в первую очередь сам потерпевший»: объективных, тем более операциональных кри териев для доказательства того, что «унижение чести» имело место, в законе и текстах права вообще нет.

3. Что такое «достоинство» и можно ли его «унижать»?

По А. Анисимову, достоинство — это «самооценка личности, ос нованная на ее оценке обществом». Но сама общественная оценка человека не соотнесена с понятием достоинства. Достоинство есть ощущение человеком своей ценности как человека вообще, кон кретной личности, профессионала и т.д. Отсюда понятия личного, профессионального, национального достоинства. Конституция РФ в ст. 21 говорит: «Достоинство личности охраняется государством.

Ничто не может быть основанием для его умаления». Достоинство, как и честь, включается законодателем в число нематериальных прав личности.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации Таким образом, понятие достоинства включает в себя сознание человеком своей абстрактной и конкретно-социальной ценности, а также ценности (значимости) социальных групп, в которые он вхо дит [другой вопрос, на какой основе формируются эти группы: чаще всего они являются профессиональными, национальными или кон фессиональными (религиозными)]. Оно по определению может быть только со знаком «плюс» — есть ли у данного лица те или иные положительные качества и что по поводу этого лица считает общест венное мнение, здесь несущественно.

Конституция РФ не случайно говорит не об унижении, а об ума лении достоинства. Здесь, по-видимому, проведена четкая грань между унижением как дискредитацией человека в общественном мнении и умалением как таким воздействием на общественное мне ние, которое противоречит достоинству личности как ее неотъемле мому праву. Нельзя унизить человека в его собственных глазах. По этому правильнее было бы говорить не об «унижении чести и досто инства», а об «унижении чести и умалении достоинства».

4. Что такое «репутация», «престиж» и «доброе имя»?

Понятие репутации (вообще) в текстах законодательства отсутст вует: есть лишь понятие деловой репутации как нематериального права личности (относящегося и к юридическому лицу), не имею щее никакого раскрытия в ГК РФ. (Впрочем, термин «репутация» встречается в УК РФ в статье о клевете, но из контекста видно, что имеется в виду именно и только деловая репутация.) Видимо, поня тие репутации, раскрываемое в Комментарии к ГК РФ как «сложив шееся о человеке мнение, основанное на оценке его общественно значимых качеств», есть лишь одна из сторон понятия чести, более широкого, чем понятие репутации.

Что касается понятия деловой репутации, то она связывается в текстах права прежде всего с предпринимательской деятельностью и определяется А. Эрделевским как «сопровождающееся положитель ной оценкой общества отражение деловых качеств лица в общест венном сознании». Строго говоря, деловая репутация может быть и отрицательной, но, как правило, это сочетание употребляется в по ложительном смысле: ср. «защита деловой репутации».

Понятие престижа или морального престижа законодателем во обще не употребляется и встречается только в юридической литера туре. Это оценка данного лица общественным мнением с точки зре ния его социальной роли, социального статуса, социального влия ния. Поэтому престиж может быть более или менее высоким, но не имеет качественной оценки. Сочетание же «моральный престиж» внутренне противоречиво: прилагательное «моральный», казалось Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации бы, относится к личности человека, а существительное «престиж» — бесспорно, только к его оценке общественным мнением.

Что такое «доброе имя» человека — термин, впервые употреб ленный в тексте нового ГК РФ,— остается пока совершенно непо нятным. Видимо, этот термин синонимичен репутации (в общем смысле) и, следовательно, понятие доброго имени подчинено поня тию чести.

Одним словом, все эти три понятия не определены законодате лем и пока не вносят ничего содержательно или процессуально нового.

5. Что такое клевета?

Ответ УК РФ следующий: это «распространение заведомо лож ных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию». Следовательно, понятие клеветы включает три признака: а) унижение (опорочение) чести и достоин ства или подрыв репутации, б) умышленность этого деяния, в) лож ность распространяемых сведений.

Таким образом, клевета — такое унижение чести и достоинства (или унижение чести и умаление достоинства), которое связано с умышленной ложью, но совершенно не обязательно предполагает неприличную форму (в отличие от оскорбления — см. ниже).

Попытаемся несколько подробнее разобраться в определении клеветы, данном УК РФ. Здесь есть две неясности.

Во-первых, что такое «заведомо ложные» сведения (формулиров ка перешла в новый УК из старого)? По-видимому (так трактует это выражение Комментарий к УК РФ), имеется в виду осведомлен ность распространителя клеветнических сведений об их ложности.

Но точного определения законодатель не дает.

Во-вторых, что такое «порочащие» сведения и как они соотне сены с унижением чести и достоинства? В подзаконном акте — постановлении Пленума ВС РФ от 18.02.92 — есть определение порочащих сведений: «не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства или мо ральных принципов,...которые (утверждения. — Авт.) умаляют честь и достоинство гражданина либо деловую репутацию гражда нина или юридического лица». Значит, налицо три признака по рочащих сведений: а) направленность на унижение (умаление) чести и достоинства либо деловой репутации, б) характер сведе ний (нарушение законодательства или общепринятых моральных принципов), в) ложность этих сведений. Если по признакам б) и в) сведения легко квалифицировать как порочащие, то основной Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации признак — а) — возвращает нас к оставшемуся неопределенным понятию унижения чести и достоинства.

6. Порочащие сведения и позорящие сведения — это одно и то же?

Нет, не одно и то же, хотя кое-где в юридической литературе они отождествляются. Позорящие сведения, как и порочащие, направ лены на унижение чести и достоинства. Но, в отличие от порочащих, у них нет признака ложности.

7. Что такое вообще сведения?

Сведения — это тексты, содержащие описание (и оценку) тех или иных событий или их отдельных компонентов. Они могут быть фактологическими и оценочными, истинными и ложными и т.д. См.

об этом ниже в данной главе, а также в главах 2 и 3 и Приложении 2.

Сведения могут разглашаться и распространяться. Они могут выра жаться в разных языковых формах (см. главу 2).

8. Что такое оскорбление?

Согласно ст. 130 УК РФ, это «унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме». Здесь присутст вуют два признака: а) направленность на унижение чести и досто инства и б) неприличная форма. Строго говоря, предполагается еще один признак, в тексте статьи прямо не указанный — это в):

умышленный характер деяния. Правдивость (истинность) или ложность сведений, распространяемых при оскорблении, значе ния не имеет.

Как мы видели выше, понятие унижения чести и достоинства субъективно и юридически точно неопределимо. Трудно, хотя и воз можно, установить умышленность оскорбления. И наконец, столь же туманно, как мы увидим далее, понятие «неприличной формы».

Получается неопределенность если не в кубе, то в квадрате.

9. Что понимается под «неприличной формой»?

Если бы кто-нибудь знал, что надо понимать под этим выражени ем! Законодатель никаких определений не дает. А Комментарий к УК РФ — лучше бы не давал. Вот что он говорит: «Неприличная форма дискредитации потерпевшего означает, что отрицательная оценка его личности дается в явно циничной, а потому резко проти воречащей принятой в обществе манере общения между людьми.

Это прежде всего нецензурные выражения, сравнение с одиозными историческими и литературными персонажами».

Циничный — синоним непристойного или неприличного с той только разницей, что непристойность не предполагает умышленно сти, а цинизм предполагает. Что такое «явно циничная» манера — остается тайной. Что вкладывается в понятие «принятой в обществе манеры общения между людьми» — еще менее ясно (см. главу 4).

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Нецензурные выражения — опять-таки синоним непристойной формы, т.е. они дают отрицательную оценку личности потерпевше го через употребление слов и выражений с определенной семанти кой, считающихся неуместными в большинстве ситуаций обще ния. Кстати, если эти слова и выражения употреблялись, а отрица тельная оценка личности при этом не давалась — этакие дружес кие ласковые матюки (см. в главе 4 о функциях мата или обсценной лексики)? Одиозный, по словарю С. И. Ожегова, — это «вызываю щий крайне отрицательное отношение к себе, крайне неприят ный». Но вызывающий отношение у кого? Гитлер — одиозная фи гура? Несомненно. Но, по-видимому, не для президента Беларуси.

Таким образом, ни одно из приведенных здесь выражений не мо жет быть определено — или по крайней мере не определено — сколько-нибудь объективно. Начиная с дискредитации, по всей ве роятности, здесь полностью синонимичной унижению чести и до стоинства.

10. Что такое моральный вред?

Согласно ст. 151 ГК РФ, это «физические или нравственные стра дания, которые претерпевает гражданин в результате нарушений или посягательств на его права». В число этих страданий входят (поста новление Пленума ВС РФ от 20.12.94) «страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на... нематериальные блага (...достоинство личности, деловая репутация...)....Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с... распространением не соответствующих действительнос ти сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина...».

Все эти нравственные страдания и нравственные переживания не уловимы, доказать следственным или судебным путем наступление морального вреда, кроме отдельных случаев, невозможно. Так же нео пределенна связь упомянутых нравственных переживаний с униже нием чести и достоинства — не говоря уже о неопределенности само го понятия унижения чести и достоинства. Поэтому единственный правовой выход — говорить не о наступившем, а о возможном мо ральном вреде1. Соответственно, и компенсация морального вреда должна производиться по логике возможного, а не наступившего вре да. Скажем, невозможно установить, действительно ли потерпевший испытывал унижение, раздражение или отчаяние в результате неза конного увольнения с работы, а если мы знаем, что он был раздражен, — то было ли это вызвано именно увольнением. Но сам факт неза конного увольнения уже дает основания для вчинения иска о компен Данная точка зрения разделяется далеко не всеми юристами (отв. ред.).

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации сации морального вреда. Другой вопрос, что такая компенсация пред полагает установление причинно-следственной связи между увольне нием и «физическими или нравственными страданиями».

11. Чем различаются факт и его оценка?

А вернее: можно ли, как это обычно делается, противопоставлять друг другу факт и его оценку или суждение (мнение) о нем? Вообще:

есть ли факт нечто совершенно объективное? А оценка или сужде ние о нем — наоборот, субъективное? Или: факт есть нечто первич ное, а суждение о нем — нечто вторичное?

Нет. Факт становится таковым и становится нам доступным толь ко в форме суждения (высказывания, пропозиции). Реальность су ществует независимо от человека, а факт — нет: он, этот человек, выделяет в действительности какой-то фрагмент, а в нем — опреде ленный аспект (событие);

затем он «переводит» свое знание о дейст вительности (событии) на «естественный» язык, строит в виде суж дения о предмете, затем проверяет, истинно ли данное суждение или ложно (как говорят, «верифицирует» его). И только тогда — если окажется, что суждение истинно, — то, что описано в этом сужде нии, становится фактом!

Суждение может быть разным по содержанию. Например, оно может быть бытийным: Существует одно и только одно солнце. Или может относить данное лицо или предмет к тому или иному классу:

Сократ — человек. Или может приписывать лицу или предмету каче ство: Вовочка хороший.

Факт соответствует самым абстрактным по своему характеру суж дениям, он абстрактен по своей природе, он — всегда «голый» факт, очищенный от частных характеристик события. Факты не описыва ют, их излагают. Можно описывать, как разворачиваются события, но не как происходят факты. Факты вообще не «происходят». Это лишь наша интерпретация событий, наш образ ситуации. Образ, ко торый в результате проверки (верификации) оказался истинным.

(Кстати, само понятие истинности в логике достаточно сложно.) 12. Значит, факт может быть достоверным или недостоверным?

Конечно. Установить факт, т.е. сделать его достоверным, значит осуществить его верификацию. Другой вопрос, что такая верифика ция не всегда возможна. Иногда она невозможна объективно: дока зать, что Х был платным осведомителем КГБ, невозможно, так как соответствующие архивы недоступны. А иногда невозможна субъек тивно: этому мешают эмоции и субъективные оценки говорящего.

Вот суждение «Вор у вора украл» в известной публикации В. Поэгли, ставшей предметом судебного разбирательства: оба «вора» слишком нагружены эмоциональной и вообще субъективной информацией.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Может быть, это и факт, но чтобы его установить, надо пробиться че рез оценку и комментарий автора.

Достоверный факт — это суждение о событии, которое оказа лось истинным в результате его верификации. Недостоверный факт — это суждение о событии, верифицировать которое оказа лось невозможным. А если суждение в результате верификации оказалось ложным, то о факте как таковом вообще не может быть речи.

Более подробно о том, что такое верификация, см. в главе 3.

13. Как же разграничить событие и факт (или суждение о факте)?

У события есть только одно свойство (или признак) — то, что оно произошло или не произошло. Ельцин выиграл президентские выборы 1996 года — это событие. А вот суждений об этом событии может быть бесконечное множество. Например, такое: Ельцин выиг рал благодаря поддержке электората А. И. Лебедя. Или такое: выиг рыш Ельцина — благо для России. Первое из них может быть фактом (суждением о факте), если в результате верификации выяснится, что оно истинно. А вот второе не может быть фактом вообще (во всяком случае, в условиях реального времени — мы не можем пока стать на позицию будущего историка, в распоряжении которого окажутся средства верификации этого утверждения). Это типичное оценочное суждение.

14. Значит, следует разграничивать не факт и оценку, а событие и оценку?

Давайте еще раз проследим всю цепочку от начала до конца. Со бытие либо произошло, либо нет. Это обычно не требует дополни тельного доказательства или специального исследования (хотя бы вают ситуации, когда само наступление события ставится под со мнение: например, выиграл или нет Л. Тер-Петросян президентские выборы в Армении — оппозиция утверждает, что это событие не произошло, а итоги голосования были сфальсифицированы). По по воду происшедшего события могут быть высказаны различные суж дения. Часть из них может быть верифицирована (проверена);

в про цессе верификации некоторые из них не подтверждаются и оказыва ются ложными (не являются фактами). Другие в ходе верификации оказываются истинными, подтверждаются — и тогда превращаются в факты. Но у нас остались еще суждения, которые вообще не могут быть верифицированы, например: Н. — козел. Это и есть оценочные суждения.

15. Что оценивают оценочные суждения?

Они могут оценивать либо само событие («первый этаж»), либо факт, т.е. истинное суждение о событии («второй этаж»). (Преду Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации преждая возможное недоумение, уточним: суждение типа Н. — ко зел тоже относится к событию или событиям, а именно к поведению или действиям Н.) Оценочные суждения пользуются различными языковыми средствами, когда относятся к событию или факту: в первом случае это наречие, предикатив, слово категории состояния, во втором случае — модальные высказывания или вообще сложные синтаксические конструкции. События оцениваются эмоциональ но, факты — как правило, рационально.

Оценки событий и фактов могут быть независимы друг от друга.

16. Как все это соотносится с юридической терминологией?

Обратите внимание: здесь возникают те же основные параметры суждений, что и в текстах права. Это: истинность — ложность, оценочный — неоценочный характер, событийность — ее отсутст вие и др. Событие либо произошло, либо нет. Это можно устано вить юридически. По поводу события некто высказывает суждение.

Если оно в результате верификации оказывается истинным (т.е.

фактом), все в порядке. Если оно оказывается ложным, то возника ет проблема информированности этого «некто»: либо он впал в до бросовестное заблуждение;

либо у него было сознательное намере ние (умысел) солгать, и тогда его суждение является, очень воз можно, порочащим и дает основание для обвинения в клевете. Но возможен и третий случай — а именно: если суждение квалифици руется как оценочное. Здесь в свою очередь существенно, относит ся оценка к событию или факту. Но гораздо важнее, в какой форме выражена эта оценка, является ли она оскорбительной и есть ли у автора соответствующего суждения интенция (умысел) на униже ние или умаление чести и достоинства, дискредитацию того или иного лица и т.п.

17. Как, следовательно, должен рассуждать юрист (судья, адвокат)?

Каков должен быть его «алгоритм»?

Это зависит от того, как сформулировано обвинение и имеем ли мы дело с гражданским или уголовным делом. Наиболее часто речь идет об унижении чести и достоинства. Допустим, Х. выска зал какое-то суждение об У. и У. возбуждает против Х. иск об уни жении чести и достоинства. Вопрос первый: имело ли место само событие? Если не имело, то знал ли об этом Х.? Если не знал, то имело место добросовестное заблуждение. Если знал, то это озна чает, что Х. распространял заведомо ложные сведения. Вопрос второй, возникающий, если событие имело место: является ли суждение Х. суждением оценочным или неоценочным? Если оно неоценочно, т.е. претендует на то, чтобы быть достоверным фак том, то является ли оно истинным или ложным? В первом случае Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации (суждение истинно) проблема сводится к тому, в какой форме оно выражено, — см. ниже. Во втором случае (суждение ложно) опять-таки существенно, знал ли об этом Х.: если да, то он распро странял заведомо ложные сведения. Вопрос третий, если суждение оценочно: содержит ли оно порочащие У. сведения? Вопрос чет вертый: имела ли место умышленность в распространении таких сведений? Вопрос пятый: выражено ли суждение в неприличной форме?

18. И все-таки: существует ли факт в действительности или это только суждение о действительности?

Факт — это, как мы видели, истинное суждение о том или ином событии. Таких истинных суждений может быть несколько, они об разуют своего рода пучок признаков события. Событие Х одновре менно имеет и признак А, и признак В, и признак С... Но очень су щественно, чтобы все эти признаки в совокупности полностью опи сывали данное событие. Что это значит? Они, эти признаки, должны характеризовать и участников события, и характер действия, и об стоятельства, при которых происходило событие, в частности его ’ временные и пространственные границы. Образно говоря, они должны образовывать завершенный «сюжет». Если же чего-то в ха рактеристике события не хватает, то это может привести к непра вильной юридической квалификации этого события или суждений о нем. Например, вся логика приговора по делу газеты «Мать» рушит ся, если учесть, что инкриминируемый номер газеты является перво апрельским.

Совокупность истинных суждений о событии, образующих за вершенный «сюжет» этого события, может быть названа реальным фактом в отличие от отдельно взятого истинного суждения об этом событии — вербального факта.

19. Случайно или нет, что судебному преследованию чаще подверга ются газеты, чем электронные СМИ?

Мы полагаем, что не случайно. См. главу 3. Но кроме того, теле видение как бы задает в зрительном образе, который воспринимает ся как «объективный» и «самодостаточный» (хотя на самом деле та ковым не является), значительную часть «сюжета» данного события и лишь вербально комментирует этот образ. Автор же газетного ма териала вынужден составлять «сюжет» из отдельных вербальных суждений о событии, что дает больше поводов для инкриминирова ния ему различных правонарушений.

20. Значит, для правильной квалификации суждений о том или ином событии важно учитывать целостную структуру этого события (реаль ного факта, ситуации)?

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации Да, и такую структуру изучает особая научная дисциплина — те ория речевых актов, или речевая прагматика. В ней, в частности, вы деляются следующие важные понятия.

Пресуппозиция речевого акта — это характеристика отношения говорящего к ситуации общения. Например, это может быть знание о ситуации, в самом речевом акте прямо не выраженное, а лишь под разумеваемое.

Мотивировка речевого акта — это один из видов пресуппозиции, а именно то, что описывает цель высказывания, для чего оно, чего хочет говорящий.

Ориентированность речевого акта предполагает важное различие адресата этого речевого акта и аудитории. Адресат — всегда кон кретное лицо. Но возможны «публичные» речевые акты, с самого начала адресованные группе людей (например, аудитории СМИ).

Кроме того, адресат может быть конкретным и в то же время неопре деленным (таков адресат высказывания «У нас не курят»). Возможно расхождение формального и реального адресата (например, шутки обычно адресованы не формальному собеседнику, а третьему лицу или аудитории, присутствующим при общении).

21. Совпадает ли образ ситуации у говорящего и адресата речевого акта? Иными словами, однозначны ли содержание и направленность речевого акта для разных людей, в нем участвующих?

Может и не совпадать. Тому есть разные причины. Например, неточное владение лексикой и фразеологией: нельзя «показать кузькину мать в производстве сельскохозяйственной продукции» (Н.

С. Хрущев). Или различия в понимании слова (выражения) разны ми социальными группами, политическими партиями и пр.: «чер ная сотня» — для социал-демократов ругательный термин, исто рически нейтральное обозначение мещанства, а в 1906 году — са моназвание монархических боевых дружин. Или незапланирован ные говорящим (пишущим) дополнительные истолкования ска занного или написанного: например, П.Н. Милюков в 1907 году написал в одной из статей: «Мы сами себе враги, если... захотим не пременно, по выражению известной немецкой сказки, тащить осла на собственной спине». Социал-демократы приняли этого «осла» на свой счет со всеми свойственными ему ассоциациями, и Милюко ву пришлось печатно разъяснять, что он имел в виду. И так далее (см. главу 3).

22. Какую роль играет в истолковании речевого акта индивидуаль ный или коллективный опыт?

Мы бы сказали — гигантскую. Вообще речевой акт нельзя по нять и истолковать, не опираясь на общее для участников этого акта Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации предварительное знание — то, что иногда называется «фоновыми знаниями». Если эти фоновые знания, этот опыт у говорящего и ад ресата речи, говорящего и внешнего «наблюдателя» и т.п. расходят ся, то и интерпретация речевого акта будет разной.

23. А могут быть недоразумения, связанные с неправильным исполь зованием опыта при интерпретации конкретной ситуации?

И даже более того — с сознательно неправильным его использо ванием. Известный лингвист и семиотик Т. А. ван Дейк (его работы переведены и на русский язык) как-то проанализировал, какими способами в прессе создаются этнические предубеждения. Вот неко торые из них: сверхобобщение, когда свойства отдельных лиц и со бытий принимаются за свойства всех членов этнической группы (на пример, всех чеченцев, всех евреев) или всех этнически значимых (этнически маркированных) ситуаций. Или приведение примера, т.е. перенос общих свойств, приписанных группе или ее «типичным» представителям, на частный случай — человека или событие. Или расширение — когда негативное отношение к какой-либо отдель ной черте или признаку распространяется на все другие признаки и на их носителей. Или, наконец, атрибуция, когда читателю навязы вается нужное причинно-следственное отношение — например, с самого начала ищется «чеченский след», хотя нет никаких прямых оснований для этого.

24. Каковы могут быть рекомендации по «смысловой защите» текс та, т.е. где журналисту следует «подстелить соломку», чтобы по воз можности не «подставиться»?

Два видных западных специалиста по теории речевых актов, Г.

Грайс и Дж. Лич, сформулировали основные принципы, которыми следует руководствоваться и автору текстов в СМИ. Это принцип кооперативности и принцип вежливости. Первый из них конкрети зируется в четырех положениях (максимах): 1) высказывание долж но быть предельно информативным (максима количества);

2) оно не должно быть ложным (максима качества);

3) оно должно касаться сути дела (максима релевантности);

4) оно должно быть ясным, кратким и недвусмысленным (максима прозрачности).

Второй принцип конкретизируется в шести постулатах: 1) посту лат такта — создавай максимум удобств для другого;

2) постулат ве ликодушия — создавай минимум удобств для себя;

3) постулат одо брения — минимизируй количество отрицательных оценок, стре мись (в рамках возможного) к максимально положительной оценке других;

4) постулат скромности — максимально порицай себя и ми нимально себя хвали;

5) постулат согласия — ориентируйся на ми нимальное разногласие между собой и другим, стремись к макси Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации мальному согласию;

6) постулат симпатии — проявляй максимум симпатии к людям.

Можно добавить к перечисленным рекомендациям еще три — назовем их «правилами». Это: 1) правило приоритета действия — старайся аргументировать не качествами или образом того или иного человека, а его поступками, действиями;

2) правило кон кретности — говори не о действиях вообще, а о конкретном по ступке в конкретной ситуации;

3) правило положительной мотива ции — старайся искать в первую очередь «хорошие», позитивные движущие силы этого поступка («хотели как лучше, а получилось как всегда»).

Эти формулировки (максимы, постулаты и правила) кажутся очень абстрактными, но на самом деле они вполне операциональны и ими легко руководствоваться в практике. Например, постулат ве ликодушия требует от журналиста, чтобы он «открытым текстом» проанализировал все, что противоречит его трактовке событий, и ар гументированно отбросил эти противоречащие трактовки. А прави ло приоритета действия запрещает политическому деятелю говорить о «мальчиках в розовых штанишках».

К сожалению, не всем этим рекомендациям следуют на практике в сегодняшней политической ситуации и вообще в различных сфе рах общения — от межличностного до формального общения в ус ловиях судебного процесса.

25. Видимо, следует избегать употребления ненормативных языко вых средств (инвективной лексики)?

Лингвист В. И. Жельвис определил инвективу как «такой спо соб осуществления вербальной агрессии, который воспринимается в данной семиотической (под)группе как резкий или табуирован ный. В несколько ином ракурсе инвективой можно назвать вер бальное нарушение этического табу, осуществленное некодифици рованными средствами...». См. об этом главу 4, а также ниже. Ко нечно, по возможности таких средств, да и вообще слов и выраже ний с ярко выраженным экспрессивным оттенком, следует избе гать. Однако на практике и истцы в делах об унижении чести и до стоинства, и суды видят «вербальную агрессию» там, где ее нет, приписывают авторам текстов умышленное и сознательное наме рение (умысел) унижения или оскорбления адресата общения или даже аудитории общения (как это получилось в деле газеты «Мать»). При этом употребление просто экспрессивных слов и вы ражений отождествляется с сознательным оскорблением — ср.

«Паша-Мерседес» в процессе В. Поэгли. (Характерно, что П.С. Гра чев обиделся не на основное содержание публикации о нем, а Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации именно на подобные экспрессивные выражения). Это следует иметь в виду: на практике любое экспрессивное слово и выражение может быть воспринято как сознательная инвектива.

26. А есть ли рекомендации конкретно по организации текста?

В теории коммуникации есть концепция так называемых страте гий позитивной вежливости, стратегий негативной вежливости и стратегий вуалирования. См. главу 3. Значительная часть из них при емлема и для авторов текстов СМИ и позволяет сузить «зону риска».

Приведем здесь несколько таких стратегий.

К «стратегиям позитивной вежливости» относятся, например, имитация интереса к слушателю (читателю), вовлечение его в реаль ный или «молчаливый» диалог;

создание атмосферы «мы с вами»;

избегание прямого несогласия (не «Нет», а «Да, но...»).

К «стратегиям негативной вежливости», в частности, относится «безличность», обобщенность утверждений (не «не курите», а «у нас не курят») и т.д.

К стратегиям вуалирования, особенно важным для журналиста, в частности, относятся: намеки через ассоциации;

ирония;

много значная метафора («Гарри — настоящая рыба»: скользкий? холод ный? хорошо плавает?);

сознательная неопределенность («кому-то сегодня сильно достанется» — всем ясно, кому...) и т.д.

27. Можно ли сформулировать для журналиста своего рода «катехи зис» — список прямых указаний (рекомендаций и, так сказать, запре тов), буквальное соблюдение которых гарантирует «защищенность» текста?

Мы полагаем, что нет.

Во-первых, журналист попадет тогда в положение знаменитой сороконожки, которую спросили, какой ногой она сделает следую щий шаг, после чего, задумавшись об этом, она вообще не смогла сделать ни одного шага. Другой вопрос, что у журналиста должна быть общая установка на терпимость (толерантность), взаимность (паритетность) и самоограничение. Также другой вопрос, что, преж де чем дать своему тексту дальнейший ход, журналист (или редактор) обязан осуществить своего рода самоцензуру, по возможности вы явив и устранив все то в этом тексте, что выводит его в «зону высо кого риска».

Во-вторых, даже если журналист все это проделает, никакой га рантии никто дать не может. С одной стороны, всегда есть вероят ность, что какой-то «рисковый» момент в тексте останется незаме ченным. С другой стороны, истец, адвокат, эксперт, судья — тоже люди, причем (это относится прежде всего к истцу и его адвокату) со своими мотивами и интересами, противоречащими интересам Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации журналиста и его защитника. Анализ материалов уже состоявших ся процессов по обвинению в унижении чести и достоинства сви детельствует, что и сторона истца, и суд, как правило, совершают довольно очевидные ошибки и просчеты, вызванные их некомпе тентностью и одновременно ангажированностью. Предвидеть та кие ошибки и просчеты, нередко даже несознательные, невозмож но. Можно только уменьшить вероятность, уменьшить степень ри ска.

По-видимому, было бы очень полезно систематически прово дить семинары для журналистов, где на конкретных текстах и су дебных делах анализировались бы оптимальные (с точки зрения риска) стратегии работы журналиста над текстом и типичные ошибки.

28. Но ведь у этой проблемы есть и оборотная сторона. Нет ли воз можности дать четкие рекомендации работникам правоохранительных органов, сталкивающимся с вопросами унижения чести и достоинства, клеветы, оскорбления в текстах СМИ?

Настоящий материал и есть попытка если не дать исчерпываю щие рекомендации юристам, то по крайней мере обратить их внима ние на невыясненность многих вопросов, неопределенность и субъ ективность основных понятий, неточности в трактовке ряда типич ных ситуаций. На базе проделанного нами анализа, вероятно, мож но написать специальный текст, адресованный именно и только ра ботникам правоохранительных органов. Тем более что они нуждают ся в консультации специалистов по поводу еще одной проблемы, на ми здесь не затронутой. Мы нередко приводим примеры из текстов политических выступлений и из газетных материалов левой оппози ции, где содержатся прямые оскорбления в адрес Президента РФ.

Пока по данному основанию не было возбуждено ни одного дела. Но всякое терпение имеет предел, и можно ожидать возникновения и таких правовых ситуаций.

29. Вернемся к конкретным научным проблемам, возникающим в правоохранительной практике. Что такое ненормативная лексика и фразеология?

Главная проблема в том, что в это понятие вкладываются два раз личных содержания.

Во-первых, это слова и выражения, употребление которых в об щении (в частности, в массовой коммуникации) нарушает нормы общественной морали. Причем это могут быть внелитературные слова (выражения), скажем, взятые из жаргонов или диалектов, а могут быть вполне литературные;

однако употребление этих послед них (вроде подлец, мерзавец) по отношению к конкретному человеку Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации в конкретной коммуникативной ситуации противоречит нормам об щественной морали в не меньшей степени.

Во-вторых, это слова и выражения только первой группы (жар гонные, диалектные, вообще стоящие вне пределов литературного языка).

Таким образом, термин «ненормативная лексика» двусмыслен и не вполне четок.

30. Почему в реальном коммуникативном употреблении так часто встречаются ненормативные (внелитературные) слова и выражения?

Этот процесс отражает общие тенденции в русской речевой ком муникации последних десятилетий. Известно, что вообще русская языковая общность распадается на множество отдельных слоев, со циальных и профессиональных групп и т.д. Их речевые особенности часто резко расходятся с нормами литературного языка — ср., на пример, лагерно-тюремный жаргон. Наряду с этим речевым много образием в советское время существовала практика официального подготовленного речевого общения (чтение докладов по заранее подготовленному тексту, публикация в прессе только специально подготовленной, согласованной и цензурированной информации о событиях («ТАСС уполномочен заявить...»), в ТВ — дикторы, а не свободно говорящие ведущие и т.д.). Начиная с середины 50-х годов ХХ века (хрущевская «оттепель») в литературный язык и социально ориентированное общение (в частности, массовую коммуникацию) начинают проникать периферийные языковые явления. Процесс этот был связан первоначально с появлением «молодежной литера туры» вроде повести В. Аксенова «Коллеги» и публикацией первых мемуарных («Крутой маршрут» Е. Гинзбург) и художественных («Один день Ивана Денисовича» А. Солженицына) книг о сталин ских тюрьмах и лагерях.

В годы перестройки и постсоветский период этот ручеек внели тературной лексики и фразеологии превратился в бурный поток.

Горбачевская «гласность», высочайше одобренный плюрализм то чек зрения и способов их выражения, проникновение на экран ТВ и в эфир радио огромного числа непрофессионалов и вообще слу чайных людей, монополия в массовой коммуникации электрон ных СМИ, «деофициализация» ТВ и радио вместе с появлением того вида прессы, который на Западе называется «таблоидами», — все это имело следствием расшатывание норм языка массовой коммуникации и системы норм литературного русского языка в целом.

Нечто подобное происходило в 20-е годы ХХ века в связи с рез ким изменением социальной базы русского литературного языка Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации (см. по этому поводу исследования русских лингвистов Е. Д. Поли ванова, А. М. Селищева и др.).

31. Но почему же именно инвективные, непристойные, обсценные выражения стали такими популярными?

Во-первых, потому, что слова и выражения, связанные с привыч ными контекстами, оценками, стилистическими характеристиками, перешли совсем в другие, нетипичные для них условия общения: час то оратор, желающий оживить свою речь, сделать ее менее официаль ной и более разговорной, неформальной, теряет границу допустимого и недопустимого. Стираются (ранее четкие) границы между разными стилистическими пластами. При этом имеет место непрерывная ди намика речевых ситуаций — в отличие от общения в английском пар ламенте характер общения между депутатами Государственной Думы меняется с каждым новым ее составом и с каждым новым спикером.

Все время появляются новые телепередачи, то претендующие на «вы сокую» стилистику, то, напротив, характеризующиеся максимальной стилистической сниженностью. Люди просто запутались.

Во-вторых, потому, что вместе с гласностью пришло снятие за претов на целые пласты публикаций, в частности на издание эроти ческой литературы. А это, естественно, повлекло за собой детабуиза цию (снятие табу) и соответствующей лексики.

В-третьих, потому, что резко обострилась политическая борьба в современной России. Языковое «джентльменство» ушло в прошлое, особенно в газетах левой оппозиции и публичных выступлениях ее лидеров. На страницы оппозиционных газет хлынула прямая брань.

Есть и другие факторы проникновения обсценной лексики и фразеологии в социально-ориентированное общение, в частности в СМИ (см. главу 4, а также ниже о функциях мата).

32. Можно ли дать какую-нибудь классификацию инвективной лек сики и фразеологии первого типа, т.е. относящейся к сфере литератур ного языка?

Можно выделить 8 разрядов такой лексики: 1. Слова и выражения, с самого начала обозначающие антиобщественную, социально осуж даемую деятельность: бандит, жулик, мошенник. 2. Слова с ярко выра женной негативной окраской, составляющей основной смысл их упо требления: двурушник, расист, враг народа. 3. Названия профессий, употребляемые в переносном значении: палач, мясник. 4. Зоосеманти ческие метафоры, отсылающие к названиям животных: кобель, кобы ла, свинья. 5. Глаголы с «осуждающей» семантикой или даже с прямой негативной оценкой: украсть, хапнуть. 6. Слова, содержащие в своем значении негативную, причем весьма экспрессивную оценку чьей-ли бо личности: гадина. 7. Эвфемизмы для слов 1-го разряда, сохраняю Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации щие их оценочный (резко негативный) характер: женщина легкого по ведения, путана, интердевочка. 8. Окказиональные (специально созда ваемые) каламбурные образования, направленные на унижение или оскорбление адресата: коммуняки, дерьмократы, прихватизация.

33. Нормально ли появление в широком коммуникативном употреб лении мата (обсценной лексики и фразеологии)?

Совершенно ненормально и противоречит всему русскому ментали тету. Никто не будет требовать, чтобы мат вообще был запрещен в обще нии — как бы к нему ни относиться, у него есть своя ниша. Точно так же ничего ненормального нет в том, что мат время от времени выступает в художественной литературе как выразительное средство, например для характеризации героя. Но сейчас он вышел из этой своей ниши: с такой «мерзостью», по выражению Виктора Астафьева, «встречаешься уже не только в подворотнях, но порой и на высоких собраниях».

Мат, как и вообще грубая, обсценная лексика и фразеология, несет с собой определенное мироощущение: интеллектуальный и эмоцио нальный примитивизм, недоброжелательность и агрессивность и т.п.

То, что в силу ряда причин (см. главу 4) мат получил сейчас не свойственное ему широкое распространение, не может изменить на шего отношения к этому явлению. Ведь распространение преступ ности не влияет на нашу оценку каждого правонарушения!

34. Значит, правильно было бы осуждать (морально и юридически) все случаи публичного употребления мата?

Морально, вероятно, да. А вот что касается юридической сторо ны, здесь следует основательно разобраться в каждом отдельном слу чае. Так, понятие оскорбления не сводится к употреблению непри личной формы: оно предполагает также направленность на конкрет ное лицо (адресата) и умышленность. Нельзя осудить человека за ос корбление на том только основании, что он публично употребил ма терные слова: необходимо для этого доказать, что они относились к истцу (были адресованы ему) и что это употребление было с умыс лом унизить и оскорбить истца. Точно так же юридически бессмыс ленен приговор по делу газеты «Мать», где фигурирует обвинение в злостном хулиганстве, предполагающее умысел на нарушение обще ственного порядка (кстати, употребление нецензурных слов, равно как приставание к гражданам, квалифицируется законодателем как мелкое хулиганство)1.

35. Так что же такое «инвективная лексика» (фразеология) с юриди ческой точки зрения?

См. ст. 20.1 главы 20 «Административные правонарушения, посягающие на об щественный порядок и общественную безопасность» Кодекса РФ об административ ных правонарушениях, принятого в декабре 2001 г. (отв. ред.).

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации Это слова и выражения, заключающие в своей семантике, экс прессивной окраске и оценочном компоненте содержания интен цию (намерение) говорящего или пишущего унизить, оскорбить, обесчестить, опозорить адресата речи или третье лицо, обычно со провождаемое намерением сделать это в как можно более резкой и циничной форме.

К инвективной лексике относятся, в частности:

• ругательная нелитературная лексика, чаще всего взятая из жар гонов и диалектов, • обсценная лексика (мат), • грубопросторечная (ненормативная) лексика, • литературные слова и выражения 1, 2, 3 и 5 разрядов (см. выше).

36. Каковы функции мата в речевом общении?

Их несколько. Главная: оскорбить, унизить, опорочить адреса та речи. Далее: сигнализировать о принадлежности говорящего к «своим»;

продемонстрировать собеседнику свою реакцию на сис тему тоталитарных запретов;

показать, каким свободным, раско ванным, «крутым» является говорящий;

сделать речь более эмоци ональной;

разрядить свое психологическое напряжение и нек. др.

(см. главу 4).

37. Итак, что нужно знать юристу и журналисту о лингвистическом «статусе» инвективной (ругательной) лексики и фразеологии?

• Следует различать инвективную и неинвективную лексику, т.е.

такую, которая предполагает намерение оскорбить или унизить адресата или третье лицо, и такую, которая является экспрес сивной (содержит в себе негативную оценку и/или эмоцио нально-экспрессивный компонент), но такого намерения не предполагает.

• Внутри инвективной лексики надо различать литературную (относящуюся к русскому литературному языку) и внелитера турную или нелитературную, например жаргонную. Ко второй группе относится и обсценная лексика (мат).

• В рамках «литературной» инвективной лексики тоже есть раз личные группы. Во-первых, это книжная лексика с инвектив ным значением (мошенник, проститутка). Здесь может воз никнуть ситуация клеветы (так как, назвав человека таким сло вом, мы обвиняем его в нарушении законодательства или норм общественной морали;

вполне возможно, что это не соответст вует действительности). Во-вторых, это эвфемизмы для подоб ных слов, казалось бы, «щадящие» адресата, но на самом деле несущие такую же инвективную нагрузку (дама легкого поведе ния). В-третьих, это переносное, метафорическое употребление Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации таких слов (ср. бессмертное выражение «политическая прости тутка»). Оно чаще связано с ситуацией оскорбления. Нако нец, в-четвертых, есть группа вполне литературных слов инвек тивной семантики, однозначно связанных с оскорблением, — вроде стерва, мерзавец, подонок.

• Употребление не только литературной, но и нелитературной инвективной лексики и фразеологии далеко не всегда связано с оскорблением, клеветой, вообще унижением чести и досто инства. Это зависит от конкретной функции такой лексики, в особенности от наличия или отсутствия умысла на унижение чести и достоинства;

во всяком случае, если такой умысел не доказан, обвинить говорящего (пишущего) невозможно. Это зависит от конкретной ситуации общения, куда включается и характер отношений между участниками речевого акта. На пример, можно ласково назвать человека сукиным сыном (и даже себя самого — ср. Ай да Пушкин, ай да сукин сын!). Это зависит также от уровня речевой культуры говорящего или пишущего — бывает, что он просто не способен оценить сте пень несоответствия своей речи требованиям общественной морали.

• Особый случай (не рассмотренный ниже, в главе 4) — это ин вективное употребление слов или словосочетаний, которые не содержат в своей семантике инвективного компонента и в луч шем (худшем?) случае имеют экспрессивную окраску (мальчики в розовых штанах), а порой и ее не имеют (завлабы). Как ни уди вительно, в устах определенной социальной группы людей да же слова профессор, академик могут приобретать инвективный характер. Однако доказать такой инвективный характер почти невозможно, хотя интуитивно каждый из нас (в определенном контексте) его ощущает.

38. Вернемся к нашим первым вопросам. В свете всего сказанного как следует трактовать унижение чести и достоинства?

Нам представляется, что вопрос об унижении чести и достоин ства упирается в понятие «нарушение моральных принципов» (по тому что «нарушение действующего законодательства» установить в принципе несложно). Универсальных моральных принципов не существует — речь может идти только о принципах христианской морали (десять заповедей и т.д.) или о неписаном моральном ко дексе данного конкретного общества в данный период его разви тия. Например, адюльтер противоречит и христианской морали («не пожелай жену ближнего своего»), и господствующей морали современного постсоветского общества, как, впрочем, и советско Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 1. Основные выводы и рекомендации го, но отношение к нему в постсоветском обществе более терпи мое, чем в советском. Еще более терпимое отношение к нему бы ло характерно для определенной социальной прослойки во Фран ции XVIII века (перед Великой Французской революцией, в пери од Директории). Иначе говоря, это вопрос исторической этики и социальной психологии. Но оценки существования и характера этих моральных принципов участниками коммуникативного акта и теми, кто этот акт интерпретирует (например, судом), могут рас ходиться.

39. Что можно сказать еще об одном понятии — «принятая в обще стве манера общения», без разъяснения которого «повисает в воздухе» важное понятие неприличной, нецензурной и пр. формы?

В праве продолжает существовать уже давно отвергнутое лингви стикой, в частности теорией культуры речи, и социальной психоло гией представление о том, что в обществе существует только одна об щепринятая норма (поведения, культуры речи и т.д.), которой следу ет придерживаться и которую не рекомендуется нарушать. На самом же деле таких норм много, мы давно уже говорим, например, не о «языковой норме», а о «системе языковых норм», которые варьиру ются в зависимости от характера и конкретных условий общения, системы отношений между участниками общения, их возраста и по ла, цели общения и многих других факторов. В частности, то, что нормативно для межличностного общения, может оказаться нару шением нормы, скажем, в массовой коммуникации. То, что вполне допустимо в компании подростков или молодежи, нередко наруша ет нормы общения людей старшего поколения и т.п. Существенно подчеркнуть, что именно сейчас границы между различными норма ми (как в языке, так и в общении) сдвинуты и отчасти размыты. По этому, говоря в праве о «принятой в обществе манере общения», не обходимо четко определить, о какой манере (норме) идет речь в каж дом отдельном случае. К сожалению, это многообразие социальных (и речевых) норм в сегодняшнем постсоветском обществе исследо вано недостаточно, но юристу необходимо по крайней мере в прин ципе знать о таком многообразии и учитывать его в правоохрани тельной практике.

40. И последний вопрос: каков самый главный вывод из данного ис следования?

Самый главный вывод следующий. При сегодняшнем положении вероятность, что конкретное решение по делу об унижении чести и достоинства, клевете, оскорблении, компенсации морального вреда будет субъективным, спорным, юридически уязвимым, чрезвычайно высока.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Субъективизм этот вызван тем, что все или почти все основные понятия права, связанные с данным кругом дел, не имеют объек тивного и операционального определения и толкования. С одной стороны, не вполне ясно, какое содержание в них вкладывается (должно вкладываться). С другой стороны, они не допускают не посредственного применения на практике (или такое применение оказывается противоречивым). Благодаря этому открываются об ширные возможности для политизации гражданских и уголовных дел, связанных со СМИ, давления на СМИ со стороны власти, ма нипулирования общественным мнением, сознательной дискреди тации «недружественных» органов печати и отдельных журналис тов. В то же время крайне затрудняется рассмотрение случаев, где имеет место действительное унижение чести и достоинства пред ставителей государственной власти, в частности со стороны оппо зиционных органов печати.

Следовательно, необходимо как совершенствование самого зако на, так и регулирование его правоприменения в форме разъяснений Верховного Суда РФ, методических рекомендаций Генеральной Прокуратуры и так далее.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 2. Анализ основных понятий Глава 2.

АНАЛИЗ ОСНОВНЫХ ПОНЯТИЙ Толкование важнейших понятий в общеязыковых словарях, текстах законов и юридической литературе Ниже описывается понимание и толкование важнейших понятий (терминов), связанных с рассматриваемой проблематикой. Излага ются лишь сводные результаты проведенного анализа. Для анализа были выбраны термины, наиболее часто встречающиеся в законода тельстве, подзаконных актах и юридической литературе и получаю щие неясное или различное толкование.

Анализируемые понятия естественно распадаются на три группы:

1. Объект воздействия — честь, достоинство, (моральный) пре стиж, репутация.

2. Характеристика процесса и средств воздействия — сведения, унижение (чести и достоинства), клевета, оскорбление, неприлич ная (форма), циничная (форма), нецензурные (выражения), пороча щие (сведения).

3. Результат воздействия — моральный вред, нравственные стра дания.

Объект воздействия Три понятия — честь, достоинство и репутация — весьма близки друг другу. При этом в текстах права два первых понятия обычно ис пользуются в составе единого словосочетания: защита чести и досто инства, унижение чести и достоинства. В новом законодательстве РФ к этому словосочетанию обычно добавляется деловая репутация, а в ГК РФ — и доброе имя. Все эти понятия рассматриваются как нематериальные права личности, принципиально неотчуждаемые.

Наиболее четким определением чести является определение, данное в книге А.М. Эрделевского «Компенсация морального вреда» (М., 1996, с. 16): «Сопровождающееся положительной оценкой об щества отражение качеств лица в общественном сознании». По мне нию А.Л. Анисимова, понятие чести имеет три стороны, три аспек та. Во-первых, это характеристика самой личности («качества ли ца»). Эта сторона понятия чести наиболее ярко выступает в словар ных определениях, в особенности в «Толковом словаре живого вели корусского языка» В.И. Даля («внутреннее нравственное достоинст во человека, доблесть, честность, благородство души и чистая со весть»). Во-вторых, это общественная оценка личности («отражение качеств лица в общественном сознании»). Понятие чести изначаль но предполагает, что эта оценка положительная. В-третьих, это об Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации щественная оценка, принятая самой личностью, «способность чело века оценивать свои поступки,...действовать в нравственной жизни в соответствии с принятыми в... обществе моральными нормами, правилами и требованиями» (А.Л. Анисимов. Честь, достоинство, деловая репутация: гражданско-правовая защита. М., 1994, с. 8).

В текстах права имеется в виду вторая сторона понятия чести, так как никакого «унижения» или «умаления» чести как свойства самой личности быть не может. Однако унижение чести как основание для вчинения иска предполагает, что истец ощущает изменение (или предполагает возможное изменение) общественного мнения о себе, т.е. его самооценка (честь-3) остается той же и расходится с действи тельной или возможной общественной оценкой (честь-2).

Понятие достоинства близко к чести-3. По А. Эрделевскому (с.

16), это «сопровождающееся положительной оценкой лица отраже ние его качеств в собственном сознании». По А. Анисимову (с. 14), это «самооценка личности, основанная на ее оценке обществом». В отличие от чести достоинство есть не просто оценка соответствия своей личности и своих поступков социальным (моральным) нор мам, но прежде всего ощущение своей ценности как человека вооб ще (человеческое достоинство), как конкретной личности (личное достоинство), как представителя определенной социальной группы или общности (например, профессиональное достоинство), ценнос ти самой этой общности (например, национальное достоинство:

возможность его унижения была предусмотрена старым УК РФ) (см.

там же).

Интересно, что, хотя честь относится в ГК РФ к неотчуждаемым благам или правам личности, причем в текстах права выступает прежде всего честь-2, в юридической литературе «внешняя честь» иногда отождествляется с «гражданской честью», исходящей от госу дарства, «которая исчезает в случае уголовного наказания» (А.Л.

Анисимов, с. 13). В то же время достоинство (но не честь) фигуриру ет в ст. 1 Конституции РФ как абсолютно неотъемлемая и охраняе мая государством ценность. Комментарий к Конституции РФ пони мает достоинство как «признание за человеком этой ценности неза висимо от того, что он о себе думает и как его оценивают другие» (1994, с. 138). Таким образом, может возникнуть казус, когда сам че ловек не обладает чувством собственного достоинства (положитель ной самооценкой), общество оценивает его негативно, но в то же время государство и общество охраняют его достоинство и заботятся о том, чтобы оно не подверглось умалению, унижению (кстати, тер мин «умаление» встречается только в Конституции РФ и только при менительно к достоинству).

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 2. Анализ основных понятий В целом если трактовать честь как честь-2, т.е. как общественное мнение о положительных качествах человека, то достоинство есть положительное мнение человека о самом себе как отражение его со циальной оценки. Дискредитация человека в общественном мнении и есть «унижение чести». Но можно ли дискредитировать человека в собственных глазах? Думается, именно поэтому в Конституции РФ говорится об «умалении»: законодатель, по-видимому, имеет в виду такое воздействие на общественное мнение, которое противоречит достоинству личности как ее неотъемлемому праву. Таким образом, более правильно было бы в правовом контексте говорить об «униже нии чести и умалении достоинства» (см. также ниже о понятии «уни жение»).

Понятие репутации как таковой (без дополнительного разъясне ния) непопулярно в правовых текстах и редко возникает в правоохра нительной практике. По содержанию оно очень близко к чести-2, од нако не содержит апелляции к самой личности и касается лишь ее оценки в общественном сознании или общественном мнении.

(В ГК РФ «репутация представляет собой сложившееся о человеке мнение, основанное на оценке его общественно значимых качеств» — с. 228.) Другой аспект — деловая репутация. Это сочетание воз никло как правовое понятие уже в постсоветское время и отражает новые социальные и социально-психологические реалии. Именно поэтому в юридической литературе деловая репутация связывается прежде всего (хотя и не исключительно) с предпринимательской де ятельностью. Наиболее точно, видимо, определение, даваемое А. Эр делевским (с. 16): «Сопровождающееся положительной оценкой об щества отражение деловых качеств лица в общественном сознании».

Существенно, что это лицо может быть и физическим, и юридичес ким. В принципе у лица может быть и плохая, негативная репутация, но чаще этот термин употребляется с положительным значением.

Унижение или умаление деловой репутации может происходить независимо от истинности или неистинности распространяемых о соответствующем лице сведений (п. 3 ст. 152 ГК РФ).

Понятие престижа вообще и морального престижа в частности законодателем не употребляется и встречается только в юридичес кой литературе. Это оценка данного лица общественным мнением с точки зрения его социальной роли, социального статуса, социально го влияния. В известном смысле это «количественная» характерис тика: не «какой» престиж, а «насколько высокий» престиж. Как и честь, престиж может быть только положительным. Однако у этого понятия в обычном словоупотреблении есть заметный негативный оттенок — ср. «престижная специальность». Сочетание «моральный Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации престиж» внутренне противоречиво: понятие престижа относится не к самой личности человека (на что, казалось бы, указывает опреде ление «моральный»), а исключительно к его оценке в общественном мнении.

Понятие доброго имени, только что появившееся в тексте нового ГК РФ, остается пока скорее метафорой и, по-видимому, в этом кон тексте синонимично репутации (в широком смысле, т.е. не только деловой).

Процесс и средства воздействия Понятие «сведения» в текстах права синонимично понятию «ин формация». Иначе говоря, сюда входят переписка, телефонные пе реговоры, почтовые и телеграфные сообщения, сообщения, пере данные по факсу, телексу, радио, через космическую связь, с исполь зованием других каналов связи. И, естественно, в объем «сведений» («информации») входит также тиражирование текстов в средствах массовой информации, как печатных, так и электронных. Наконец, сюда же относятся расклеивание плакатов и листовок, публичные (например, на митинге) заявления и т.п.

Информация может быть разглашена, т.е. передана не только то му лицу (лицам), которым она предназначена или которые имеют право с ней знакомиться. Так, работники телеграфа несут ответст венность, если они ознакомили посторонних лиц с частной теле граммой. С другой стороны, наказуемо разглашение государствен ной тайны.

Информация может быть произведена (это не требует коммента рия — речь идет о составлении текстов, например газетных статей) и может быть распространена. Наиболее обычным видом распрост ранения сведений (информации) являются СМИ (см. в Федераль ном законе «Об участии в международном информационном обме не» такое определение массовой информации: «Предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудиосообщения, аудио визуальные и иные сообщения и материалы»). Само распростране ние толкуется как опубликование сведений в печати, трансляция по радио- и телевидеопрограммам, демонстрация в хроникальных про граммах и других средствах массовой информации, изложение в слу жебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, ад ресованных юридическим лицам, или сообщениях в иной, в том числе устной форме нескольким или хотя бы одному лицу (кроме то го лица, которого данные сведения касаются, если дело происходи ло без свидетелей) (см. постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 года).

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 2. Анализ основных понятий Сведения нередко противопоставляются оценкам. Но анализ текстов права показывает, что реально этим словом обозначается любая информация, в дальнейшем разглашенная или распростра ненная, независимо от ее правдивости или ложности, фактологич ности или «чистой» оценочности. Так, постановление Пленума ВС РФ от 18.02.1992 включает в определение порочащих сведений «све дения, содержащие утверждения о нарушении гражданином... дей ствующего законодательства или моральных принципов». Но ут верждения «N — вор» или «N — мошенник» как раз и относятся к этой категории, хотя они могут быть чисто оценочными (так чаще всего и бывает).

У термина «сведения» есть еще по крайней мере два синонима — это «утверждения» и «сообщения». Однако они в текстах права не от граничены от других терминов и не определены.

В целом можно определить сведения как любые тексты, содержа щие описание (и, возможно, оценку) тех или иных событий или от дельных компонентов этих событий.

В соответствии с анализом, проделанным в главе 3, сведения можно разделить на следующие классы:

а) сведения о том, что событие произошло/ не произошло;

б) сведения, содержащие истинное суждение/ ложное суждение о событии. Истинное суждение о событии есть факт или фактологиче ское суждение;

в) сведения, содержащие только суждения о событии/ содержа щие оценку этого события (оценочные суждения);

г) оценочные суждения, относящиеся к событию/ относящиеся к суждению о событии.

Любое отдельное высказывание о событии по определению не может быть полным, то есть реальным фактом (см. ниже). Даже ес ли оно в результате проверки (верификации) оказалось истинным (т.

е. вербальным фактом), это высказывание может давать неправиль ное представление о событии именно потому, что оно односторонне, вырвано из общего массива информации. Так, высказывание «N за явил, что его не беспокоит расширение НАТО на восток» может быть абсолютно истинным: N действительно заявил именно это. Но если ограничиться только этим высказыванием, не приводя аргументов, выдвинутых N для обоснования своей позиции, то у адресата (чита теля, зрителя ТВ) почти наверняка создастся неадекватное представ ление о позиции N и, весьма вероятно, возникнет (или укрепится) негативное отношение к нему.

Здесь мы уже совсем близко подошли к тому, в какой форме мо гут выражаться сведения. Эта форма может быть следующей:

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации 1. Открытая вербальная (словесная) форма, когда сведения даны в виде отдельного высказывания или цепочки взаимосвязанных вы сказываний, причем новая информация дана в предикативной части высказывания (является предикатом, логическим сказуемым). На пример: (Вор) у вора дубинку украл.

2. Скрытая вербальная форма, когда сведения выражены словес но, но как бы спрятаны, не бросаются в глаза и даются — как что-то уже известное — в группе подлежащего. Например, только что при веденное высказывание содержит ведь не только информацию о краже дубинки у вора, но и информацию о том, что сделавший это — вор.

3. Пресуппозитивная (затекстовая) форма, когда информация о каких-то аспектах события в тексте непосредственно не выражена и подразумевается, что и говорящий (пишущий), и слушатель (чита тель) ее знают.

4. Подтекстовая форма, когда информация не содержится в са мом тексте, но легко «извлекается» из него читателем или слушате лем. Здесь могут использоваться различные приемы. Например, прямой оценки нет, но факт дается в таком контексте, что оценка ло гично из него выводится. Или читателю задается вопрос (типа Инте ресно, совпадение случайно или нет?, то есть так называемый ритори ческий вопрос), который на самом деле является скрытым утвержде нием (Конечно, это совпадение не случайно!).

Казалось бы, эта последняя форма подачи информации должна широко использоваться в прессе и электронных СМИ, так как она резко сужает «зону риска» для журналиста (см. главу 3). Тем не менее она встречается достаточно редко.

Унижение чести и достоинства (или, как мы предложили выше, унижение чести и умаление достоинства) есть сознательная дискре дитация человека в общественном мнении. Такая дискредитация мо жет быть словесной (в устной или письменной форме) или при по мощи того или иного действия (УК РФ, с. 241, например, плевок, срывание одежды, непристойные телодвижения и т.п.). По существу это понятие субъективное, так как и само наличие унижения, и его глубину оценивает сам потерпевший. Закон, равно как и юридичес кая литература, не дает четкого определения понятию унижения (умаления) чести и достоинства.

Другое дело — оскорбление. Правда, в текстах законодателя оно производно от унижения чести и достоинства;

так, в новом УК РФ оскорбление определено (ст. 130) как «унижение чести и достоинст ва другого лица, выраженное в неприличной форме». Поэтому для оскорбления необходимы два признака: а) факт унижения чести и Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 2. Анализ основных понятий достоинства: б) неприличная форма такого унижения. Строго гово ря, необходим и еще один признак, а именно умышленность оскор бления (что оказывается юридически значимым в ситуации заочно го оскорбления, т.е. не в присутствии потерпевшего). Таким обра зом, даже при наличии определения этого понятия в законодатель стве оно остается субъективным, причем, так сказать, в квадрате:

субъективно понятие унижения чести и достоинства и субъективно, как мы увидим далее, понятие «неприличная форма». Соответствуют ли сведения, распространяемые при оскорблении, действительному положению вещей, при определении оскорбления принципиально безразлично: важен факт и важна форма унижения.

Третье понятие этой группы — клевета. Она получает в новом УК РФ (ст. 129) четкое определение: «распространение заведомо лож ных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию». Таким образом, здесь налицо следу ющие признаки: а) наличие унижения чести и достоинства, б) умы шленность этого деяния, в) ложность распространяемых сведений (заведомая, т.е. известная распространителю клеветы).

Клевета — это, следовательно, такое унижение чести и достоин ства, которое связано с умышленной ложью, но совершенно не обя зательно предполагает неприличную форму. Оскорбление же, на против, предполагает неприличную форму, но совсем не обязатель но связано с ложью (хотя с клеветой у него остается общий признак умышленности). Здесь законодательство РФ совпадает с «принци пом Салливана» в праве США, где признаками, образующими кле вету, считаются ложность и «подлинно злой умысел».

Что такое в определении клеветы «порочащие сведения» и как они соотнесены с понятием «унижения чести и достоинства»? Кро ме того, можно ли отождествить «порочащие» и «позорящие» сведе ния?

По поводу порочащих сведений есть разъяснение, данное в по становлении Пленума Верховного Суда РФ от 18.02.1992: «пороча щими являются... не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридиче ским лицом действующего законодательства или моральных прин ципов.., которые умаляют честь и достоинство гражданина либо де ловую репутацию гражданина или юридического лица». Таким обра зом, в определение порочащих сведений входят три признака: а) на правленность на унижение чести и достоинства либо деловой репу тации, б) характер сведений (нарушение законодательства или нару шение общепринятых в обществе моральных принципов), в) лож ность этих сведений. Очевидно, что это совсем не синоним «позоря Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации щих сведений», как получается в юридической литературе (ср. УК РФ, а также монографию А.Л. Анисимова). Позорящие сведения со вершенно не обязательно являются ложными (в отличие от пороча щих). Однако у них, как и у порочащих сведений, есть признак на правленности на унижение чести и достоинства.

Наиболее запутанно толкование в праве таких понятий, как не приличная форма, нецензурная форма (нецензурные выражения), непристойная форма, циничная форма. Между тем понятие непри личной формы входит, как мы видели, даже в данное законодателем определение оскорбления.

Начнем с неприличной формы. Данные словарей дают двоякое толкование этого понятия: а) вообще нарушение правил поведения (в особенности речевого), принятых обществом в целом или данной социальной группой для данной ситуации, и б) непристойность, т.е.

употребление слов и выражений, связанных с половыми органами, выделениями организма и пр. и оскорбляющих общественную нрав ственность. Совершенно ясно, что и то и другое толкование субъек тивны. В текстах законодателя это понятие не разъясняется. В юри дической литературе указывается, в частности, что при оскорблении «дается отрицательная оценка его [потерпевшего] личности, его че ловеческим качествам, поведению, причем в такой форме, которая резко противоречит принятому общению между людьми...» (Юриди ческий энциклопедический словарь. М., 1987, с. 280).

УК РФ вводит еще несколько столь же неопределенных понятий:

«Неприличная форма дискредитации потерпевшего означает, что отрицательная оценка его личности дается в ЯВНО ЦИНИЧНОЙ, а потому резко противоречащей принятой в обществе манере обще ния между людьми. Это прежде всего НЕЦЕНЗУРНЫЕ выражения, сравнение с ОДИОЗНЫМИ историческими и литературными пер сонажами» (с. 241). Здесь что ни слово, то полная туманность. Что такое нецензурный? По данным словарей, это синоним непристой ного, т.е. нецензурные выражения дают отрицательную оценку лич ности потерпевшего через употребление слов и выражений опреде ленной семантической группы, не принятых в обществе, неумест ных в большинстве ситуаций общения. А если эти неуместные, не принятые слова и выражения употреблялись, но при этом не дава лась отрицательная оценка чьей-либо личности? Какие историчес кие и литературные персонажи следует считать одиозными? Напом ним, что словарь Ожегова трактует слово «одиозный» как «вызываю щий крайне отрицательное отношение к себе, крайне неприятный».

Таковым явно является, например, Гитлер — но для определенных политических группировок в России даже эта фигура не может счи Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 2. Анализ основных понятий таться одиозной. Наконец, циничная (а тем более «явно циничная») форма — это просто синоним непристойности, но непристойность не предполагает умышленности, а цинизм предполагает. См. в сло варе Ожегова: «Цинизм — наглое, бесстыдное поведение и отноше ние к чему-нибудь, проникнутое пренебрежением к нормам нравст венности и благопристойности». В сущности, в языке права все эти выражения неуместны, потому что в них можно вложить любое же лаемое содержание, что и происходит время от времени в судебной практике.

Существенно подчеркнуть, что в британском (Закон о непри стойных публикациях от 1959 года) и американском праве понятие непристойности не распространяется на произведения, «написан ные для общественного блага... в интересах науки, искусства, обра зования или других подобных целей» (Великобритания) и имеющие серьезную литературную, художественную, политическую или науч ную ценность (США). Законодатель здесь, по крайней мере, пони мает сложность квалификации того или иного выражения или про изведения как непристойного. Кроме того, в праве США в определе ние непристойности входят «обращенность к сексуальным инстинк там» и описание сексуального поведения «под очевидно оскорби тельным углом».

Результат воздействия Таковым является в понимании российского права моральный вред, представляющий собой согласно ст. 151 ГК РФ «физические или нравственные страдания, которые претерпевает гражданин в ре зультате нарушений или посягательств на его права». Существует по становление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994, где дается развернутое разъяснение этого понятия (см. Приложение). Наибо лее существенна следующая формулировка постановления: «...стра дания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на... нематериальные блага (...достоинство личности, деловая репу тация...)... Моральный вред, в частности, может заключаться в нрав ственных переживаниях в связи с... распространением не соответст вующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина...».

Однако содержание морального вреда остается в праве достаточно неопределенным. Это «нравственные страдания», «нравственные пе реживания», «негативные психические реакции», «нарушение психи ческого благополучия, душевного равновесия личности», потерпев ший «может испытывать унижение, раздражение, гнев, стыд, отчая ние, дискомфортное состояние и т.д.», вообще любое «неблагоприят Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации ное в психологическом аспекте состояние», а в праве США — «эмо циональное беспокойство» (disturbance). Иначе говоря, строго юри дического толкования понятие морального вреда, как и нравствен ных страданий, не имеет и, по-видимому, в принципе иметь не мо жет: доказать следственным или судебным путем возникновение мо рального вреда в большинстве случаев невозможно (кроме наличия заболеваний, связанных с причинением морального вреда, и некото рых других случаев). Поэтому понятие морального вреда субъектив но, может быть определено только внеправовым (психологическим) способом и, на наш взгляд, в праве может выступать только как ВОЗ МОЖНОСТЬ ВОЗНИКНОВЕНИЯ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА в силу тех или иных действий или бездействия. Компенсация морального вреда, следовательно, осуществляется по логике ВОЗМОЖНОГО, а не НАСТУПИВШЕГО вреда. Скажем, невозможно установить, дей ствительно ли потерпевший испытывал унижение, раздражение или отчаяние в результате незаконного увольнения с работы, но сам факт такого незаконного увольнения уже дает основания для поднятия во проса о компенсации морального вреда.

Выводы 1. Понятие «сведения» в правовой литературе, в частности в тек стах законодательства, не определяется и не разъясняется. Обычно этот термин употребляется вперемешку с терминами «информация», «утверждения», «сообщения». (Существует еще слово «измышле ния», в котором содержится сема ложности и сема умысла: измыш ления всегда ложны и всегда сознательно распространяются.) Сведе ния — это любой текст, содержащий описание и оценку событий или их отдельных компонентов. Сведения могут выражаться в от крытой словесной форме (Дэн Сяопин умер), в скрытой вербальной форме (Старейший политический лидер Китая давно отошел от дел), в затекстовой форме (В понедельник состоялись похороны Дэн Сяопи на) — о том, что он умер, читатель (и, естественно, журналист) уже осведомлен;

и, самое главное, в подтекстовой форме (Интересно, случайно ли это совпадает).

2. Наиболее четко в словарной и юридической литературе пони маются и дифференцируются понятия чести, достоинства и (дело вой) репутации. Понятие «честь» включает следующие основные признаки (семы): а) наличие положительных качеств, присущих ли цу;

б) отражение их в общественном сознании;

в) отражение образа, качеств лица в общественном сознании и в самосознании этого ли ца. В текстах права реализуется прежде всего вторая сема. Понятие «достоинство» содержит сему абстрактной ценности данного чело Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 2. Анализ основных понятий века как личности, но не включает утверждение о наличии положи тельных качеств у данного конкретного лица и его оценку в общест венном мнении (сознании). Понятие «репутация» включает сему об щественного мнения о лице, но не предполагает ни утверждения о качествах этого лица, ни отражения общественного мнения в само сознании. Деловая репутация есть частный случай или сторона репу тации. По существу частным случаем или стороной репутации явля ется и моральный престиж, касающийся преимущественно социаль ного статуса лица в общественном сознании (мнении). Понятие «до брого имени» синонимично репутации.

3. Основным понятием рассматриваемой группы является поня тие «унижение чести и достоинства», от которого законодатель от талкивается при определении ряда других понятий. Однако это по нятие в праве точно не определено. В широком смысле это дискре дитация человека в общественном мнении (унижение чести) или та кое воздействие на общественное мнение, которое противоречит до стоинству личности как ее неотъемлемому праву независимо от об щественного мнения о нем и от его самосознания (умаление досто инства). Однако операциональных критериев унижения чести и ума ления достоинства не существует, это субъективные понятия;

нали чие и глубину «унижения чести» оценивает сам потерпевший.

4. Понятие оскорбления включает три семы: а) факт унижения или умаления чести или достоинства, б) неприличная форма такого унижения, в) умышленность. Понятие клеветы также включает три семы: а) факт унижения чести и достоинства, б) ложность распрост раняемых сведений, в) умышленность. При этом вводится понятие «порочащие сведения», синонимичное в данном контексте униже нию чести и достоинства, но предполагающее, кроме такого униже ния, определенное содержание таких сведений (нарушение законо дательства или принятых обществом моральных принципов) и лож ность этих сведений. Позорящие сведения также направлены на унижение чести и достоинства, но не предполагают ложности. Оче видно, что все эти понятия сохраняют неопределенность и субъек тивность, свойственные исходному для них понятию унижения чес ти и достоинства.

5. Понятие неприличной или непристойной формы дискредита ции личности, входящее в определение оскорбления, также не име ет однозначного правового толкования. В самом общем смысле не приличная форма — обобщающее понятие по отношению к непри стойной форме, последняя же связана с употреблением слов и выра жений определенных семантических групп (половые органы, выде ления и т.п.);

неприличным может быть и сравнение с «одиозными» Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации персонажами. При этом обязательным условием является отрица тельная оценка того или иного лица (а не просто употребление не пристойных выражений) и умышленный характер этой оценки (трудно представить себе — по крайней мере в правовом контексте — неумышленное оскорбление). Умышленная непристойность по нимается в текстах права как цинизм. Таким образом, понятия этой группы субъективны и сами по себе (неясно, например, где начина ется непристойность), и в связи с субъективностью и неопределен ностью исходного понятия унижения чести и достоинства.

6. Понятие морального вреда (и предполагаемых им «нравствен ных страданий») также является в текстах права не до конца ясным, так как эти страдания, во-первых, юридически неопределимы, во вторых, их наступление объективно неустановимо.

7. Таким образом, в чисто правовом поле найти критерии допус тимости или правомерности, равно как недопустимости и неправо мерности, тех или иных способов или форм передачи информации оказывается абсолютно невозможно. Уяснение этого вопроса пред полагает выход за пределы собственно правовой проблематики и об ращение к лингвистическим, психолингвистическим, психологиче ским и другим научным понятиям и критериям, в особенности при решении вопроса о направленности текстов на унижение чести и до стоинства (их инвективном характере) и об их неприличной форме.

8. Анализ показывает, что практически все ключевые понятия, в особенности «унижение чести и достоинства», нуждаются в четком правовом (законодательном) определении. С другой стороны, пра воприменители должны иметь в виду, что любое толкование той или иной конкретной правовой ситуации с опорой на существующие сейчас формулировки закона и их официальные разъяснения вы нужденно является субъективным и будет оставаться таковым, пока законодатель не даст более четкого определения основных понятий.

А это означает, что открывается широкое поле для оспаривания об винительных заключений, приговоров и других судебных решений.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 3. Событие, факт, суждение и их оценка Глава 3.

СОБЫТИЕ, ФАКТ, СУЖДЕНИЕ И ИХ ОЦЕНКА Факт Независимо от каждого отдельного человека существует объек тивная реальность. (Конечно, и сами люди со своими мыслями, чув ствами, отношениями, действиями — это тоже часть мира. Поэтому не следует думать, что мир материален в упрощенном, вульгарном смысле, что он «вещен».) Эта реальность отражается в тех текстах, при помощи которых человек эту реальность описывает.

Текст состоит из отдельных суждений или, что то же, отдельных высказываний. Каждое суждение что-то описывает, отражает;

это «что-то» — фрагмент реальности (действительности): события, си туации, свойства предметов или лиц.

Обычно полагают, что существует некий объективный «факт», который описывается суждением (высказыванием). На самом деле все гораздо сложнее. Человек вычленяет в реальности какой-то фрагмент. Например, политическую ситуацию в Беларуси. Этот фрагмент рассматривается под определенным углом зрения, в оп ределенном аспекте: например — соблюдения прав человека. За тем мы как бы «переводим» наше знание об этом фрагменте на обычный словесный язык, превращая это знание в совокупность словесных (вербальных) суждений или высказываний. Каждое из этих суждений может быть истинным (соответствовать действи тельности) или ложным (не соответствовать действительности).

Но чтобы установить это, мы должны проделать так называемую верификацию: соотнести содержание суждения с действительнос тью и убедиться, что данное суждение истинно (или, наоборот, ложно).

Только после того как мы осуществили верификацию суждения и оказалось, что оно истинно, оно превращается в факт. Значит, факт не существует в самой действительности: это результат нашего ос мысления или переработки информации о действительности. В па радоксальной форме это выразил известный современный логик З. Вендлер: «Если нам дан язык и мир, то нам тем самым даны все факты» (З. Вендлер. Факты в языке// Философия, логика, язык. М., 1987).

Поэтому нельзя разводить «суждение» и «факт» так, как это иногда делается: факт — это истинное событие, а суждение — ве рифицированная истинная оценка (положительная или отрица тельная) этого факта (например, Л. Ганкин. Как развести сужде ния и факты? // «Московские новости». 1995. № 3). Неточно и со Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации держащееся в Гражданском кодексе РСФСР (ст. 7) и РФ (ст. 152) противопоставление «фактических сведений» и «оценочных суж дений».

Факты не описательны. Они устраняют все частные характерис тики события и сохраняют только самую его суть, его сердцевину.

Недаром говорят о «голых» или «неприукрашенных» фактах. У это го свойства факта есть и оборотная сторона: он всегда выделяет в событии какую-то одну его часть, определенные его признаки. Со бытие: освобождение заложников, захваченных в Перу организаци ей «Сендеро луминосо». Факты могут быть представлены по-разно му: Заложники освобождены. При освобождении заложников никто из атаковавших не пострадал. При освобождении заложников была допу щена неоправданная жестокость в отношении рядовых боевиков, го товых сдаться. Получается, что одно и то же событие выступает в форме различных фактов — в зависимости от того, что мы считаем главным, что трактуем как суть события, а что считаем частностью.

Поэтому можно описывать, как развертываются события, но не как происходят факты. Факты вообще не «происходят», происходят со бытия.

Суждение (высказывание) может быть по содержанию различ ным. Например, оно может быть бытийным (экзистенциальным) и утверждать, что нечто существует (или не вообще существует, а где то или у кого-то). Например, суждение: У политика Н. имеется ва лютный счет в Швейцарии есть типичное бытийное высказывание:

мы фиксируем только одно — есть такой счет (и тогда суждение ис тинно) или нет такого счета (и тогда суждение ложно). Или суждение может быть классифицирующим: Дипломат Х. — сотрудник контр разведки. Здесь мы утверждаем принадлежность Х. к определенному классу (множеству). Еще один вид высказываний — признаковые (атрибутивные), когда кому-то или чему-то приписывается некий признак: У А. нет высшего образования. Или, наконец, более сложное пропозициональное (событийное) высказывание, где описывается взаимодействие двух или нескольких «героев» события: Политик Ж.

ударил по лицу журналистку.

Обратите внимание, что одно и то же высказывание в разном контексте может иметь разное содержание. Если мы набираем «компромат» на политика Н., то приведенное высказывание вста нет в ряд признаковых и само станет признаковым: Н. такой-то и такой-то, у него имеется валютный счет, и вообще на нем негде ста вить пробы. Точно так же с политиком Ж.: Ж. призывал к тому-то и тому-то, вел себя там-то нагло и оскорбительно, ударил по лицу журналистку.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 3. Событие, факт, суждение и их оценка Итак, перед нами объективное событие или цепочка взаимосвя занных событий (в современной науке иногда употребляют в качест ве термина метафорическое выражение «сценарий»). И высказыва ние или совокупность (цепочка) высказываний (суждений), описы вающих это событие (события). Где здесь «факт»?

Факт — это содержание высказывания, но только после того, как мы провели его проверку на истинность — верификацию — и полу чили положительный ответ.

Как именно такая проверка осуществляется? Это зависит от мно жества причин. Самый прямой способ верификации — непосредст венно сопоставить высказывание с реальными событиями. Но это ча ще всего невозможно (событие уже состоялось и не зафиксировано).

Особенно часто так происходит в журналистике: только сам автор вы сказывания, журналист, присутствовал при событии или участвовал в нем. Поэтому чаще применяется второй способ — сопоставление вы сказывания с другими высказываниями, принадлежащими другим участникам, наблюдателям или толкователям (интерпретаторам) со бытия, которых мы считаем объективными или компетентными. Есть и третий способ — доказательство, заключающееся в приведении до полнительных данных, свидетельствующих об истинности высказы вания. Скажем, проверка его истинности по архивам. Наконец, чет вертый способ — сопоставление информации из нескольких незави симых и не связанных друг с другом источников (так работает развед ка: сведения считаются фактом, если они идентичны в сообщениях разных источников).

Сама верификация суждения (высказывания) не всегда возмож на. Иногда она объективно невозможна. Например, кто-то утверж дает, что Н. был платным осведомителем КГБ. Соотнести это ут верждение с реальными событиями, конечно, невозможно. «Компе тентные свидетели» или «компетентные эксперты» либо отсутству ют, либо по понятным причинам помалкивают. Архивы же продол жают оставаться закрытыми (по крайней мере в этой своей части).

Убедиться, что данное утверждение соответствует истине, так же не возможно, как убедиться в его ложности.

Но иногда оно невозможно субъективно, а не объективно. На пример, в известной книге В.В. Жириновского есть такое утвержде ние: Выход к Индийскому океану — это миротворческая миссия Рос сии. Проверить его нельзя по целому ряду причин. Главная из них — крайний субъективизм буквально каждого слова. «Выход к Индийско му океану» — это на самом деле не церемониальный марш, заверша ющийся мытьем сапог, а вооруженная агрессия, способная спрово цировать мировую войну. Автор же высказывания камуфлирует его Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации содержание абстрактными оценками и метафорами (это окно на юго восток... это даст ток свежего воздуха...). Такие же, по выражению принца Гамлета, «слова, слова, слова...» — «миротворческая миссия России». Что такое миссия? Есть ли она у России? Если есть, то мож но ли говорить о «миротворческой миссии»? Одним словом, практи чески невозможно ни утверждать, что приведенное высказывание ложно, ни утверждать, что оно истинно. Оно просто субъективно на столько, что становится в принципе непроверяемым.

Итак, вернемся к суждениям (высказываниям). Если в результа те верификации оказалось, что содержание высказывания соответ ствует действительности, его, это высказывание, можно считать достоверным фактом. Если оказалось, что оно не соответствует действительности, то это вообще не факт. Если в силу объективных причин верифицировать высказывание оказалось невозможным, то мы имеем дело с недостоверным фактом или непроверенным ут верждением.

А если его нельзя верифицировать в силу субъективных причин — субъективно-оценочного характера, эмоциональности, созна тельной неясности истинного смысла высказывания? Тогда мы стал киваемся с оценочным суждением или оценочным высказыванием.

У события есть только одно свойство или один признак — то, что оно произошло или, напротив, не произошло. Ельцин выиграл президентские выборы 1996 года — это событие (фрагмент дейст вительности). А суждений об этом событии может быть бесконеч ное множество. Например: Ельцин выиграл благодаря поддержке электората А.И. Лебедя. Это утверждение проверяемо и, видимо, является истинным (т.е. достоверным фактом). А вот другое выска зывание: Выигрыш Ельцина — благо для России. Может быть, это и так. Но в условиях реального времени мы, во-первых, не можем это высказывание верифицировать — только будущий историк, может быть, будет располагать средствами для проверки подобного ут верждения. А во-вторых, здесь и нечего верифицировать: это выска зывание не укладывается в схему «произошло — не произошло».

Оно вносит фактор «хорошо — плохо». А следовательно, это типич ное оценочное высказывание.

Итак, перед нами некоторое событие. Оно либо произошло, либо нет. Это обычно требует дополнительного исследования или доказа тельства. Но возможны и исключения, когда сам факт наступления события ставится под сомнение. Так, то, что Л. Тер-Петросян выиграл президентские выборы в Армении, ставится под сомнение оппозици ей, которая утверждает, что это событие не имело места, так как итоги голосования были сфальсифицированы. Но такие случаи редки.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 3. Событие, факт, суждение и их оценка По поводу происшедшего события могут быть высказаны различ ные суждения. Часть из них может быть верифицирована тем или иным способом. Те из них, которые не подтвердились, являются ложными (т.е. не являются фактами). Те, которые подтвердились, являются истинными (т.е. достоверными фактами). Другая часть суждений о событии объективно не может быть верифицирована в данный момент при нынешнем объеме и характере доступной нам информации, но если со временем появятся новые факторы (ранее неизвестный нам свидетель, вновь открывшийся архив и пр.), такая верификация может быть произведена. Эти суждения являются не достоверными фактами. Наконец, третья часть суждений вообще не проверяема по своей природе — это не факты, а оценочные сужде ния (высказывания).

Что же оценивают эти оценочные суждения и какими они бывают?

Оценка Оценочные суждения можно классифицировать по разным осно ваниям.

Во-первых, по характеру оценки. Она может быть «эпистемичес кой», т.е. связанной с оценкой достоверности суждения. Помимо «абсолютной» достоверности или недостоверности, выраженной грамматически — в наклонении и времени предиката (Петр уехал) или лексически — в словесном обосновании (Петр уехал — я его вче ра посадил на поезд;

Никто не знает, Петр уехал или нет), могут быть следующие виды эпистемических оценок:

• относительное утверждение: Петр, по-видимому, уехал;

• относительное отрицание: Петр, по-видимому, не уехал;

• эмфатическое утверждение (подтверждение утверждения):

Петр действительно уехал (хотя существуют противоположные мнения);

• эмфатическое отрицание (подтверждение отрицания): Петр не уехал-таки!

Таким образом, здесь действуют два параметра: утверждение (от рицание) события и степень нашей уверенности (абсолютное — от носительное — эмфатическое).

Но оценка может быть также «аксиологической», ценностной.

Здесь участвуют три фактора — реальность (ирреальность), положи тельность (отрицательность) оценки и важность (неважность) собы тия. Оценка реальности: Петр уехал! (это произошло). Оценка ирре альности: Уехал бы Петр! Или: Пусть Петр уезжает (он не уехал, но было бы хорошо, если бы он это сделал). Аксиологическая оценка (хорошо или плохо, что это произошло): Слава Богу, Петр уехал.

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации К сожалению, Петр уехал. Наконец, может быть высказывание с под черкиванием значимости или важности события: Обратите внима ние, что Петр уехал.

Оценка может быть «субъективной» или «объективной». Петр, по-видимому, уехал. Петр, говорят, уехал. (Иван сказал, что) Петр уе хал — это оценки «объективные», данные кем-то помимо меня.

Петр, по-моему, уехал. Кажется, Петр уехал — это оценки «субъек тивные», мое личное мнение об отъезде Петра, а не изложение чужих мнений по этому вопросу.

Характер оценки может меняться и в зависимости от «качества» эмоции, выраженной в высказывании. Страшно подумать, что...;

Какой стыд, что...;

Какое счастье, что...;

Радостно слышать, что... В то же время эмоция имеет свое «количество», связанное со значимо стью высказывания (чем более глубокое переживание, тем более значимо высказывание): Радостно, что... — Какое счастье, что....

Во-вторых, оценочные суждения различаются в зависимости от того, что именно они оценивают: событие или факт (истинное суж дение о событии).

Пример оценочного суждения первого типа: Иван — дурак. Сле дует заметить, что такие суждения тоже (косвенно. — Прим. ред.) описывают события: ведь то, что Иван — дурак, следует из его по ступков, действий, известных нам. Это эквивалент утверждения, что Иван ведет себя по-дурацки.

Примеры оценочных суждений второго типа см. выше (К сожале нию, Петр уехал и т.д.).

В этих двух случаях оценочные суждения выражаются различны ми языковыми средствами. В первом случае это наречие, предика тив, слово категории состояния, краткое прилагательное. Во втором случае — сложноподчиненное предложение (Жаль, что...) или кон струкция с вводным словом (К сожалению,..).

Оценки событий и фактов могут быть независимы друг от друга.

Одинаково возможны и Иван, слава Богу, дурак (а то бы еще и не та кое натворил!), и К сожалению, Иван — дурак.

Обратите внимание: в нашем рассуждении фигурируют те же ос новные признаки (параметры) суждений, что и в текстах права (см.

главу 2). Это, во-первых, истинность — ложность. Это, во-вторых, наличие или отсутствие оценки. Это, в-третьих, событийность: име ло место событие или нет.

Событие Факт, как мы видели, — это истинное суждение о том или ином со бытии. Таких истинных суждений может быть несколько. Они образу Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 3. Событие, факт, суждение и их оценка ют своего рода пучок признаков события. Событие Х одновременно имеет признак А, и признак В, и признак С — каждый из этих призна ков (характеристик события) выражается отдельным суждением.

Но очень существенно для этих суждений, чтобы они в совокуп ности полностью описывали данное событие. Что это значит?

У события есть своя внутренняя структура, свой «сюжет» или «сценарий». Иначе говоря, в нем есть объективные характеристики, без учета которых наше описание этого события будет принципиаль но неполным, а отсюда, может быть, и неверным. По мнению эстон ского ученого И. Сильдмяэ (см. его книгу «Знания (когитология)».

Таллин, 1987, с. 21), в «сценарий» события входят: субъект, средства, объект, время, обстоятельства или условия, причина, цель, результат.

Значит ли это, что, скажем, журналист обязан, сообщая о каждом событии, обязательно «открытым текстом» перечислять все эти ха рактеристики? Конечно, нет. Вспомним, что говорится в главе 2 о форме выражения сведений. Кроме «открытой вербальной формы», когда информация дается в форме отдельного высказывания, воз можна «скрытая вербальная форма», когда эта информация «спрята на» внутрь высказывания, содержится (обычно) в группе подлежа щего. Но возможна и «пресуппозитивная», или «затекстовая» форма, когда те или иные сведения молчаливо считаются известными и пи шущему, и читателю (или говорящему и слушающему). Например, если героем телепередачи является некий Иван Иванович, то необ ходимо сообщить, кто он такой. А если им является А.И. Лебедь или В.В. Жириновский, то о них сообщать ничего не надо: и журналист, и любой потенциальный зритель знает, кто они такие. Наконец, су ществует «подтекстовая» форма, когда информация черпается не из самого текста, а откуда-то из другого места. Скажем, из контекста, который «задает» характеристики события. Поэтому на «затексто вой» и «подтекстовой» информации журналист может «сэконо мить», вводя в текст лишь то, что необходимо, — в особенности то, что ново для читателя или слушателя. Вообще событие как предмет сообщения в газете и на ТВ, как правило, частично, фрагментарно.

Если в последних известиях сообщается, что произошло событие Х, то время события уже задано общей рамкой. Если речь идет об изве стном персонаже, не нужна его биография, достаточно сказать, что нового с ним произошло. И так далее.

Если в характеристике события не хватает чего-то существенно го, то это может иметь и печальные юридические последствия. На пример, вся логика приговора по делу газеты «Мать», и без того шат кая, рушится, если учесть, что инкриминируемый номер газеты яв ляется первоапрельским...

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Понятия чести, достоинства и деловой репутации Совокупность (или, может быть, лучше сказать «система»?) всех истинных суждений о событии, образующих завершенный «сюжет» этого события, может быть названа реальным фактом. А отдельно взятое истинное суждение о данном событии — это вербальный факт. Он неполон уже по определению, если даже и истинен. К нему нельзя «придраться» — он верен, но, взятый в отдельности, дает не правильное (недостаточное, а то и извращенное) представление о событии. То, что А.Б. Чубайс получил деньги в качестве гонорара от некоторой коммерческой организации, не отрицают ни он сам, ни эта организация. Но вся суть в том, что время события — как раз то, когда Чубайс не был на государственной службе и, следовательно, имел право получать любые гонорары.

Образ события в газете и на ТВ В сущности, журналист описывает не событие как таковое или не сценарий как таковой, а их психический образ. Этот образ складывается из указанных выше основных признаков события и — в идеале — дол жен отражать все эти признаки. Однако текст, соответствующий этому образу (описывающий этот образ), может, как мы видели, не включать описание некоторых признаков события (образа события). Журналист сознательно опускает соответствующую информацию, потому что он знает, что читатель или зритель, реконструируя на основе текста образ события, воспользуется своими знаниями и восстановит этот образ пра вильно и достаточно полно без дополнительной «подсказки».

Итак, событие выступает в сознании журналиста в виде образа события. Образ события описывается им при помощи текста, при чем конечная задача этого текста — создать аналогичный образ со бытия у реципиента (читателя или зрителя). Для этого не обязатель но «полным текстом» описывать все признаки события, так как они могут быть восполнены реципиентом за счет фоновых знаний, об щих у автора текста и зрителя или читателя.

В этом процессе могут возникать намеренные и ненамеренные деформации. Так, у журналиста может быть неадекватный (непол ный, например) образ события. Далее, он может быть неадекватно «переведен» в текст. Далее, текст может быть непригодным для пра вильного восстановления реципиентом образа события: например, в нем могут быть опущены сведения, необходимые реципиенту. И, на конец, даже если текст вполне корректен, тот или иной реципиент или группа реципиентов могут оказаться неспособными восстано вить из текста правильный образ события. Журналист обязан пред видеть эту последнюю возможность и «закладывать» в свой текст до полнительный «запас прочности».

Dostoinstvo.qxd 3/9/04 17:35 Page Глава 3. Событие, факт, суждение и их оценка В аналитическом обзоре результатов мониторинга нарушений, касающихся СМИ, изданном Фондом защиты гласности (М., 1996), отмечено, что «...более всего зафиксированных конфликтов прихо дится на печатные средства (из 71 — 49), главным образом с участи ем газет. Электронные средства являлись участниками конфликтов заметно реже» (с. 34). Авторы обзора объясняют это рядом причин.

Например, тем, что в печатных изданиях позиция журналистов или СМИ получает как бы материальную фиксацию, более доступную для оценки и последующего реагирования со стороны заинтересо ванных лиц («что написано пером — не вырубишь топором»;

а с другой стороны, «слово — не воробей, вылетит — не поймаешь»).

Это объяснение вполне убедительно, как и другое — что, по-види мому, материал, идущий в эфир, подвергается более строгому кон тролю. В целом «претензии на ущемление чести, достоинства и дело вой репутации электронным СМИ предъявлены только в двух случа ях, а печатным средствам — в 12» (с. 5).

Но думается, что причины отмеченного расхождения глубже. Они лежат в различии психических образов, описываемых в сообщении.

Договоримся прежде всего, что визуальный (в частности, телеви зионный) сюжет есть такой же текст, как газетное сообщение, толь ко построенный из другого «материала». Если газетное сообщение построено почти исключительно словесными средствами и лишь иногда дополняется визуальными материалами (обычно фотографи ями), то сообщение ТВ базируется на зрительном ряде, комментиру емом словесно. В этом последнем случае содержание сообщения (текста в широком смысле) как бы задано реальным событием, в то время как газетный журналист вынужден строить этот сюжет из от дельных, более или менее фрагментарных суждений.

Но в том-то и дело, что оно «как бы» задано! Визуальный текст об ладает некоторыми свойствами, которые делают его не менее уязви мым, чем газетный и вообще словесный текст. Что это за свойства?

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.