WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

- Обмен CD и DVD дисками в Киеве А.П.РОМОДАНОВ, Н.М.МОСИЙЧУК НЕЙРО ХИРУРГИЯ Допущено Главным управлением подготовки и использования медицинских кадров Министерства здравоохранения СССР в качестве

учебного пособия для студентов медицинских институтов КИЕВ “ВЫЩА ШКОЛА” 1990 Введение ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК РАЗВИТИЯ НЕЙРОХИРУРГИИ Нейрохирургия выделилась из хирургии и неврологии и сформировалась как самостоятельная специальность на рубеже XIX и XX вв. С конца XIX в. хирургические вмешательства на нервной системе и, в частности при опухолях головного мозга, стали привлекать все большее внимание видных отечественных хирургов и невропатологов: В. И. Разумовского, С. П. Федорова, В. А.

Оппеля, И. И. Грекова, В. М. Бехтерева, Л. О. Даркшевича и др.

Важной вехой в развитии нейрохирургии явился 1897 г., когда выдающийся русский психоневролог академик В. М. Бехтерев (1857—1927) открыл при клинике нервных и душевных болезней Военно-медицинской академии первую в мире операционную для хирургического лечения больных с заболеваниями нервной системы. На ее открытии В. М. Бехтерев произнес слова, предопределившие путь становления нейрохирургии: “Если нынешние врачи-невропатологи еще обращаются за помощью к хирургам, то будущее поколение уже наверное не будет нуждаться в этом.

Взявшись за нож, оно само будет выполнять то, что принадлежит ему по праву”.

В 1905 г. В. М. Бехтерев организовал первое нейрохирургическое отделение на 20 коек, заведующим которого был назначен его ученик Л. М. Пуссеп. В 1909 г. Л. М. Пуссеп возглавил первую в мире кафедру хирургической невропатологии при Психоневрологическом институте в Петербурге. В 1914 г. при его активном участии на базе этого же института был открыт первый специализированный госпиталь для лечения раненых с поражением нервной системы. Во время первой мировой войны здесь проходили подготовку военные хирурги не только из России, но н из стран — ее союзников.

Развитие нейрохирургии в начале XX в. тесно связано с деятельностью крупного американского ученого X. Кушинга (1869—1939) —одного из основоположников современной нейрохирургии, создателя известной школы нейрохирургов. Большой заслугой его является разработ ка рациональных приемов оперативных вмешательств на головном мозге и особенно методов гемостаза (применение клипсов, электрокоагуляции, постоянного отсасывания из операционной раны), которые значительно расширили возможности хирургического лечения больных соответствующего профиля. Совместно с П. Бейли X. Кушинг разработал научно обоснованную классификацию опухолей нервной системы, которая, несмотря на последующие дополнения, является основой всех современных классификаций. Уже в 20-е годы X. Кушинг с успехом оперировал больных с опухолями гипофиза, невриномой преддверно-улиткового нерва, производил экстирпацию узла при невралгии тройничного нерва, добился положительных результатов при радикальном удалении менингиомы и внутримозговых опухолей. Большой заслугой X. Кушинга является также детальная разработка вопросов физиологии и патологии центральной нервной системы.

В первые послереволюционные годы в нашей стране, несмотря на голод и разруху, начинают создаваться новые нейрохирургические учреждения. В 1921 г. в Петрограде А. Л. Поленов (1871— 1947) организует нейрохирургическое отделение, а в 1924 г. реорганизует его в нейрохирургическую клинику при Государственном травматологическом институте, открытом также во многом благодаря его усилиям. В 1926 г. в Ленинграде создается первый в мире институт нейрохирургии. А. Л.

Поленов сыграл видную роль в развитии нейрохирургии и создании ленинградской нейрохирургической школы. Он впервые в мире произвел операцию на проводящих путях головного мозга при корковой эпилепсии, атетозе, мучительной боли и экстрапирамидных гиперкинезах, первый в нашей стране разработал хирургию проводящих путей спинного мозга — операцию хордотомию в различных ее модификациях. А. Л. Поленов и его ученики внесли большой вклад в разработку хирургии периферических нервов и вегетативной нервной системы, изучение проблемы трофических нарушений, оперативного лечения при спастических параличах. Память А. Л. Полепова увековечена присвоением его имени Ленинградскому научно-исследовательскому институту нейрохирургии.

В 1924 г. в факультетской хирургической клинике 1-го Московского медицинского института начал свою нейрохирургическую деятельность выдающийся ученый, хирург и организатор здравоохранения Н.Н.Бурденко (1876— 1946). В 1929 г. он совместно с невропатологом В. В. Кра мером организовал в Государственном рентгеновском институте нейрохирургическую клинику, которая явилась базой учрежденного в 1934 г. Центрального нейрохирургического института (с г.—Института нейрохирургии Академии медицинских наук СССР, впоследствии имени Н.Н.Бурденко). Этим институтом Н.Н.Бурденко руководил до конца жизни. Со временем институт стал общепризнанным центром советской нейрохирургии и получил широкое международное признание.

Заслугой Н. Н. Бурденко является создание новых организационных основ нейрохирургических учреждений, в которых, кроме нейрохирургов, работали невропатологи, нейрорентгенологи, нейроофтальмологи, отоневрологи, электрофизиологи, морфологи, другие специалисты;

деятельность их координировалась и направлялась на разрешение общих и частных вопросов теоретической и клинической нейрохирургии. При содействии Н. Н. Бурденко в институтах усовершенствования врачей в Москве, Харькове, Ленинграде были открыты кафедры нейрохирургии.

В 1937 г. по инициативе Н.Н.Бурденко начал издаваться первый в мире специальный журнал “Вопросы нейрохирургии”, сыгравший важную роль в пропаганде теории и практики нейрохирургии, в подготовке квалифицированных кадров.

Во время Великой Отечественной войны Н. Н. Бурденко был главным хирургом Советской Армии. Ему принадлежит большая заслуга в разработке рациональных методов первичной обработки ран черепа и мозга, внутрикаротидного введения сульфаниламидных препаратов и пенициллина при инфекционных осложнениях ранений мозга, метода глухого зашивания первично обработанных ран, который впоследствии (с применением антибиотиков) стал основным. Им детально разработаны методы лечения при осложнениях огнестрельных ран мозга. Одновременно Н. Н. Бурденко активно участвовал в создании системи специализированной помощи раненым в голову и позвоночник.

Н. Н. Бурденко внес большой вклад в развитие нейроопкологии (диагностика и хирургия трудно удалимых опухолен, в частности III желудочка и основания мозга). Он заслуженно признан основоположником советской нейрохирургии. Когда в 1944 г. была учреждена Академия медицинских наук СССР, первым президентом ее был избран Н. Н. Бурденко.

Кроме Москвы и Ленинграда, нейрохирургические центры организуются и в других крупных городах страны. Так, в Харькове профессор В. Н. Шамов (1882— 1962) открывает нейрохирургическое отделение на базе руководимой им хирургической клиники медицинского института. Переехав в 1939 г. в Ленинград, он организует при хирургической клинике Военно медицинской академии им. С. М. Кирова нейрохирургическое отделение, которое в дальнейшем становится базой для организации самостоятельной нейрохирургической кафедры. В 1931 г. в Харькове 3. И. Гейманович организует при Украинском психоневрологическом институте клинику нейрохирургии. В Киеве первое нейрохирургическое отделение было открыто в 1937 г., а в 1940 г.

правительством УССР было принято постановление о реорганизации Киевского психоневрологического института в институт нейрохирургии, однако оно тогда не было осуществлено в связи с началом Великой Отечественной войны. В 1925 г. в Ростове-на-Дону П.И.Эмдин выделил в неврологической клинике койки для больных с опухолями мозга, а затем организовал нейрохирургическое отделение, ставшее школой подготовки невропатологов нейрохирургов. В 1937 г. под руководством Д. Г. Шефера открывается нейрохирургическое отделение в Свердловске, переросшее в послевоенные годы в крупный межобластной ней рохирургический центр Урала.

За рубежом в этот период наиболее важными следует считать разработки новых диагностических методов в нейрохирургии. Это, прежде всего, предложенные американским нейрохирургом У. Денди (1886—1946) методики вентрикулографии (1918), а затем— пневмоэнцефалографии (1919). С точки зрения современной нейрохирургии еще более важным явился метод церебральной ангиографии, который разработал и впервые применил на практике португальский невропатолог и нейрохирург Э.Мониц в 1927 г. Диагностическая значимость церебральной, а затем и спинальной ангиографии возрастала, и в настоящее время она является одним из наиболее информативных вспомогательных методов исследования больных нейрохирургического профиля. Вторым важным вкладом Э. Моница в развитие нейрохирургии явилась предложенная им в 1935 г. лоботомия у больных с различными психическими заболеваниями. За разработку этой операции ему в 1949 г.

была присуждена Нобелевская премия. Однако в последующие годы от этой операции в ее первоначальном варианте отказались. На смену ей пришли стереотаксические вмешательства на различных глубинных структурах мозга.

В послевоенный период в нашей стране уделяется большое внимание расширению сети нейрохирургических учреждений и отделений. В Киеве в 1950 г. реализуется правительственное решение 1940 г. о преобразовании психоневрологического института в институт нейрохирургии. Его создание связано с именем А. И. Арутюнова (1904—1975), возглавившего это учреждение и украин скую школу нейрохирургов. С 1964 по 1975 гг. А. И. Арутюнов руководил Институтом нейрохирургии АМН СССР им. Н. Н. Бурденко.

Нейрохирургическая служба постепенно начала развиваться во всех союзных республиках, областных центрах и крупных городах страны. При этом возникла необходимость создания ряда республиканских и межобластных центров, в которых обеспечивалась бы специализированная нейрохирургическая помощь больным с определенными видами опухолей мозга, позвоночно спинномозговой патологией, поражением сосудов головного мозга, тяжелой эпилепсией, гиперкинезами, т. е. с теми видами патологии, при которых помощь не может быть оказана в областном или городском общем нейрохирургическом отделении.

К настоящему времени четко определились формы преподавания нейрохирургии. Курс ее читается на лечебных и педиатрических факультетах во всех медицинских вузах страны, а врачи проходят подготовку в пяти институтах усовершенствования врачей и на нескольких кафедрах нейрохирургии медицинских институтов.

По оснащенности диагностической техникой и лечебно-методическим возможностям нейрохирургия совершенствуется быстрыми темпами. В повседневную жизнь нейрохирургических отделений вошли методы регистрации биоэлектрической активности мозга. Вначале это была только электроэнцефалография, затем кортикография и субкортикография при визуальной, в дальнейшем — машинной обработке. В настоящее время определяются вызванные потенциалы с различных структур центральной нервной системы. Возрастает также роль электро-миографических исследований. Важнейшую диагностическую значимость приобрели методы эхоэнцефалографии, тепловидения. По-новому как в экспериментальной работе, так и в диагностике используются рентгенологические исследования. Церебральная ангиография стала серийной, с ее помощью изучается не только ангиоархитектоника, но и гемодинамика при тех или иных формах мозговой патологии. Благодаря разработке методов катетеризации сосудов мозга появилась возможность вводить рентгеноконтрастное вещество в отдельные магистральные сосуды мозга и даже их ветви, что определило внедрение селективной (избирательной) и суперселективной ангиографии.

Сочетание современной рентгеновской и вычислительной техники обусловило создание принципиально нового метода — компьютерной томографии, с помощью которой можно получать послойное (через каждые 2—10 мм) изображение исследуемого объекта в аксиальной плоскости.

Более сложные конструкции аппаратов для компьютерной томографии, особенно построенные на принципе ядерного магнитного резонанса, позволяют получать изображения срезов и в других плоскостях.

Применение радионуклидов в нейрохирургии открыло новые возможности в диагностике очаговых поражений мозга, в характеристике проходимости подпаутинных пространств и новые пути в изучении структурно-биологических сдвигов в тканях мозга, особенностей церебральной гемодинамики.

Широкое использование тонких электродов с введением их (нередко на достаточно длительное время) в различные отделы центральной нервной системы и в периферические нервные образования позволило регистрировать электрическую активность глубинных структур, изучать местный мозговой кровоток и местную реактивность сосудов мозга, проводить импедансометрию с целью клинической диагностики отека и набухания мозга. Принципиально новые положения вошли также и в лечебную нейрохирургическую практику. Это прежде всего использование микрохнрургнческой техники, проведение стереотаксичсских вмешательств на любых мозговых структурах, эндоваскулярных вмешательств при многих формах первичной и вторичной патологии сосудов головного мозга. Техника современных нейрохирургических операций связана с применением лазера, ультразвука. Заслуживает внимания применение в лечебной практике методов электростимуляции различных структур центральной и периферической нервной системы как через пластинчатые, так и имплантироваиные проволочные электроды. Особое значение этих методов определяется тем, что операция по подведению электродов направлена не на деструкцию тех или иных участков нервной ткани, а на изменение их функциональной активности при практически полной структурной сохранности центральной нервной системы.

Ретроспективный исторический анализ показывает, что внимание нейрохирургов к одним и тем же формам патологии не было постоянным, оно зависело от тех возможностей, с помощью которых предпринимались попытки диагностики и лечения больных. В связи с этим отмечались периоды повышенного интереса к той или иной проблеме нейрохирургии, затем угасания его и вновь, особенно с внедрением новых технических средств, проявление интереса. В наибольшей степени это касалось некоторых разделов функциональной нейрохирургии (лечение при эпилепсии, мучительной боли, органических нарушениях психических функций и др.) и патологии сосудистой системы мозга. При этом существенно изменились не только методы лечения, но и показания к их применению.

В настоящее время внимание нейрохирургов привлекают такие, ранее не лечившиеся ими формы патологии, как насильственные движения, детский церебральный паралич, двигательный церебральный дефект и др. В то же время из нейрохирургической практики уходят заболевания (например, невралгия тройничного нерва), излечение которых стало возможным без хирургического вмешательства. Этот процесс не?1збежен и в будущем. Несомненно, что по мере совершенствования лечебно-диагностических приемов, откроются новые возможности и ранее неизлечимые формы патологии нервной системы станут объектами нейрохирургических вмешательств.

ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЕ МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Диагностика любого заболевания, требующего компетенции нейрохирурга, основывается на клинической картине с обязательным учетом динамики процесса и возраста больного. Клиническая диагностика включает в себя установление нозологического характера патологического процесса, его локализации, фазы развития, других факторов. В решении многих диагностических задач важную роль играют вспомогательные (дополнительные) методы исследования.

К вспомогательным методам исследования относятся поясничная пункция, с помощью которой определяют показатели, касающиеся спинномозговой жидкости и проходимости ликворных путей;

электроэнцефалография, электрокортикография и электросубкортикография — изучение биопотенциалов различных отделов головного мозга: эхоэнцефалография;

рентгенологические исследования, в том числе с применением рентгепоконтрастных веществ;

ангиография сосудов головного и спинного мозга;

методы радионуклидной диагностики. Особое место занимает компьютерная томография. В настоящее время ее проводят с помощью ядерного магнитного резонанса (ЯМР), что позволяет получать изображение объекта в любой плоскости. При поражении периферических нервов операции практически не проводят без исследования электрической проводимости нервов.

На разных этапах лечения больных нейрохирургического профиля возникают различные диагностические задачи, для решения которых необходим свой комплекс вспомогательных исследований, определяемый особенностями клинической картины, возрастом больного и т. д. В возрастном аспекте этот комплекс имеет ряд особенностей. Например, при врожденной или возникшей в раннем детстком возрасте гидроцефалии осуществляют просвечивание головы ребенка ярким источником света, проведение контрастных ликвородинамических проб для определения характера гидроцефалии: ребенку с родовой черепно-мозговой травмой производят субдуральную пункцию.

У больных старшего возраста даже при четко установленных нозологической форме и локализации патологического очага требуется исследование функции эндокринной системы, внутренних органов для определения показаний и противопоказаний к операции.

В комплекс обследования больного нейрохирургического профиля, помимо определения неврологического статуса, входит проведение нейроофтальмологического и отоневрологического исследований.

Ряд вспомогательных исследований осуществляется в холе самого нейрохирургического вмешательства, например для уточнения границ расположения опухоли, эпилептогенного очага, выявления внутримозговой кисты или гематомы (эхолокация, электрокортикография, электросубкортикография).

Поясничная (люмбальная) пункция производится с целью определения состава и давления спинномозговой жидкости, проведения ликвородинамических проб. Эту манипуляцию можно производить в положении больного лежа и сидя.

При пункции в положении лежа больного укладывают на боку на жестком столе. Ноги должны быть согнуты и приведены к животу, спина максимально согнута. Наиболее удобным местом для пункции являются промежутки между III и IV и между II и III поясничными позвонками. Детям во избежание травмирования спинного мозга пункцию следует производить ниже III поясничного позвонка.

Пункцию производят под местным обезболиванием, для чего используют 1—2 % раствор новокаина, который вводят послойно по ходу предполагаемого прокола в количестве 5—10 мл. Иглу с мандреном вводят строго по средней линии между остистыми отростками с небольшим уклоном вверх и продвигают вглубь через связочный аппарат. На глубине 4—7 см у взрослых (около 2 см у детей) возникает ощущение провала, что является признаком проникновения иглы в подпаутинное пространство. Истечение жидкости после извлечения мандрена свидетельствует о правильном выполнении пункции. Если игла упирается в кость, ее надо извлечь, оставив конец в подкожной клетчатке, после чего, несколько изменив направление, повторить введение.

При пункции в положении сидя больной сидит на высоком стуле с опущенными руками, спину следует как можно сильнее согнуть, а голову наклонить к груди. Под ноги для упора подставляют табурет.

Поясничная пункция противопоказана при объемных процессах в области задней черепной ямки (опухоли, абсцессы, гематомы, кисты), так как в результате извлечения жидкости может наступить вклинение миндалин мозжечка в большое (затылочное) отверстие и сдавление продолговатого мозга.

Во время пункции обычно производят измерение давления спинномозговой жидкости. Для этого применяют ртутные, пружинные и электрические манометры или градуированные стеклянные трубки с диаметром просвета 1,5—2 мм, соединенные под прямым углом резиновой трубкой с обычной канюлей. С помощью такой трубки давление измеряется в миллиметрах водяного столба ( мм вод. ст.==9,807 Па). В норме в положении лежа давление равняется 120—180 мм вод. ст. При измерении в положении сидя оно за счет гидростатического давления повышается до 200—250 мм вод. ст.

Для оценки проходимости подпаутинного пространства спинного мозга при диагностике опухолей или других заболеваний, вызывающих его компрессию, проводят ликвородинамические пробы.

Проба Квеккенштедта. После определения начального давления спинномозговой жидкости одной или обеими руками умеренно сдавливают яремные вены в течение 10 с. При этом в норме уровень жидкости к концу пробы повышается в среднем на 1/3 по сравнению с исходным (рис. 1, а, б, в). После прекращения пробы жидкость в трубке устанавливается на прежнем уровне.

Подъем жидкости в манометрической трубке объясняется тем, что перекрытие кровотока в яремных венах вызывает переполнение головного мозга, в результате чего мозг быстро увеличивается в объеме и вытесняет спинномозговую жидкость в подпаутинное пространство спинного мозга, а затем в манометрическую трубку.

При патологических процессах в позвоночном канале, которые сопровождаются компрессией спинного мозга (опухоли, травмы, арахноидит, заболевания позвоночника), на уровне локализации процесса полностью пере крывается подпаутинное пространство и при пробе Квеккештедта жидкость в трубке не поднимается. Этот феномен носит название блокады подпаутинного пространства (рис.

1, г). При неполном перекрытии подпаутинного пространства при пробе Квеккенштедта уровень жидкости в трубке повышается медленнее и в меньшей степени.

Спад жидкости после прекращения сдавления яремных вен также происходит медленнее и нередко не достигает исходного уровня —неполная ликворная блокада. При частичной проходимости подпаутинного пространства повторные сдавления яремных вен приводят к повышению уровня жидкости в трубке, но в промежутках между сдавлениями исходный уровень не восстанавливается — клапанная блокада.

Проба Стукея также производится при поясничной пункции и как бы дополняет пробу Квеккенштедта. Она служит контролем проходимости иглы, просвет которой может прикрываться корешком конского хвоста. При ее выполнении в течение 10 с кулаком надавливают на живот в области пупка (рис. 2), создавая застой в системе нижней полой вены, куда оттекает кровь из грудного и псяснично-крестцового отделов спинного мозга, эпидуральных вен. Застой крови увеличивает объем спинного мозга и эпидуральной клетчатки, в результате сдавливается подпаутинное пространство и повышается давление спинномозговой жидкости. После прекращения давления на живот уровень жидкости возвращается к исходному. В норме при пробе Стукея жидкость в трубке поднимается медленнее и не так высоко, как при пробе Квеккенштедта. На рис. 3 графически представлены ликвородинамические пробы в норме и патологии.

Субокципигальная пункция производится значительно реже.

Применяется с целью контрастного исследования цистерн головного мозга и подпаутинного пространства спинного мозга. Пункцию можно производить в положении больного сидя и лежа, не сгибая спины, но максимально наклоняя голову к груди. Прокол делают строго по средней линии в месте пересечения ее с линией, соединяющей нижние края сосцевидных отростков. После местного обезболивания иглу с мандреном вводят с некоторым уклоном вверх до тех пор, пока она не достигнет заднего края большого (затылочного) отверстия. После этого осторожно, скользя по кости вниз, обойдя нижний край отверстия, иглу медленно продвигают вперед еще на несколько миллиметров и прокалывают заднюю атлантозатылочную мембрану (рис. 4). При этом ощущается повышенное сопротивление, исчезающее с вхождением иглы в мозжечково-мозговую цистерну. В момент прохождения иглы через твердую мозговую оболочку, как правило, отмечается боль. При соблюдении техники выполнения субокципитальная пункция является почти безопасной и не сложной манипуляцией, однако при неправильном проведении ее возможно повреждение продолговатого мозга.

Пункция боковых желудочков — малая хирургическая операция. Обычно ее выполняют под местным обезболиванием. Производится с диагностической целью для контрастирования желудочков, выявления внутренней гидроцефалии и уровня окклюзии ликворных путей, с терапевтической целью для разгрузки желудочков от избытка жидкости (при гипертензионно-гидроцефальных кризах), длительного дренирования желудочков, реже — для введения лекарственных средств непосредственно в желудочки (при вентрикулите). Наиболее часто пунктируют передние и задние рога желудочков (рис. 5), редко — нижние. Пункцию передних рогов обычно производят при подозрении на опухоль, расположенную по средней линии мозга, в задних отделах полушарий большого мозга и задней черепной ямке.

Для пункции переднего рога в точке на 2 см кпереди от венечного шва и на 2—2,5 см кнаружи от сагиттального шва накладывают трепанационное отверстие, вскрывают твердую оболочку.

Канюлей прокалывают мозг и продвигают ее на глубину 5—5,5 см параллельно воображаемой линии, соединяющей наружные слуховые проходы.

Пункцию заднего рога производят в точке на 3 см выше и на 3 см кнаружи от наружного затылочного выступа. Через фрезевое отверстие в черепе канюлей производят прокол в направлении верхненаружного края глазницы на стороне прокола. У взрослого канюля проникает в задний рог на глубину 6—7 см.

У детей до закрытия родничков пункцию желудочков производят в латеральном углу переднего родничка через кожу обычной хирургической иглой, направляя ее вглубь (на расстояние не более 4 см) и несколько кнаружи. При закрытом родничке пункцию бокового желудочка можно производить через разошедшийся венечный шов.

Рентгенография черепа и позвоночного столба. 06зорная рентгенография черепа (краниография) является первым этапом в общем комплексе вспомогательных исследований больных нейрохирургического профиля. С помощью краниографии обнаруживают прямые (первичные) и непрямые (вторичные) признаки ряда заболеваний.

Прямыми рентгенологическими признаками являются обызвествления в полости черепа и инородные тела. Обызвествления делят на физиологические и патологические. К физиологическим относятся обызвествления шишковидного тела, сосудистых сплетений желудочков, серпа большого мозга, намета мозжечка, диафрагмы седла, твердой оболочки. Смещение физиологических обыз вествлений (шишковидного тела и сосудистых сплетений желудочков) помогает в выявлении объемных внутричерепных процессов. К патологическим относятся опухолевые и неопухолевые обызвествления. Из опухолей наиболее часто обызвествляется краниофарингиома. Неопухолевые обызвествления возникают вследствие травмы, воспалительных процессов, паразитарных заболеваний (цистицеркоза, эхинококкоза, токсоплазмоза и др.).

Непрямыми рентгенологическими признаками являются изменения, связанные с влиянием на кости черепа патологических процессов в мозге. Они бывают местными и общими. Местные изменения в костях черепа возникают в результате непосредственного воздействия на них опухолей или других объемных образований. Наиболее демонстративны в этом плане изменения турецкого седла при опухолях гипофиза, краниофарингиоме, увеличение внутреннего слухового прохода, деструкция верхушки пирамиды височной кости при невриноме преддверно-улиткового нерва. При менингиоме в области ее исходного роста может иметь место гиперостоз или остеопороз.

К непрямым общим рентгенологическим признакам относятся изменения, связанные с повышением внутричерепного давления—расхождение швов черепа, углубление пальцевых вдавлений, деструкция спинки турецкого седла.

Изучение статических, функциональных и морфологических изменений на рентгенограммах позвоночного столба способствует выявлению его заболеваний, искривлений, изменений в телах и дугах позвонков, в межпозвоночных дисках (особенно дегенеративно-дистрофического характера), в межпозвоночных суставах. При опухолях спинного мозга наблюдается сужение ножек дуг, углубление задней поверхности тел позвонков, увеличение размеров межпозвоночных отверстий.

Пневмоэнцефалография (ПЭГ) — рентгенография черепа после искусственного введения воздуха в подпаутинное пространство, цистерны и желудочки мозга. Для проведения ПЭГ производят поясничную пункцию в положении больного сидя и после получения спинномозговой жидкости медленно вводят воздух с помощью шприца или специальных аппаратов. Количество вводимого воздуха 40—80 мл и более. Воздух как более легкое вещество в замкнутой системе, заполненной жидкостью, стремится занять верхнее положение и из терминального желудочка по подпаутинному пространству спинного мозга поднимается в полость черепа, вытесняя жидкость, за полняет желудочки, цистерны и подпаутинное пространство головного мозга.

ПЭГ с выпусканием спинномозговой жидкости лучше производить с использованием двух игл. Поясничную пункцию осуществляют между остистыми отростками LII—Liii и Liii—LIV. Через верхнюю иглу в терминальный желудочек медленно вводят воздух, а через нижнюю иглу вытекает спинномозговая жидкость. Объем воздуха обычно равен количеству выведенной жидкости. Вместо воздуха в подпаутинное пространство можно вводить кислород.

ПЭГ с выведением жидкости противопоказана при объемных процессах, локализующихся в задней черепной ямке, окклюзионной гидроцефалии, при наличии симптомов вклинения мозга в тенториальное отверстие (вырезка намета мозжечка) или в большое (затылочное) отверстие.

Выведение спинномозговой жидкости в этих случаях может привести к опущению миндалин мозжечка и быстрому вклинению мозгового ствола в большое (затылочное) отверстие. Во избежание подобных осложнений рекомендуется вводить небольшое количество воздуха (до 15—20 мл) без выведения спинномозговой жидкости. При ПЭГ без выведения жидкости воздух вводят еще медлен нее (1—2 мл в 1 мин).

ПЭГ без выведения жидкости носит название замедленной, направленной. Она переносится больными значительно легче, при ее проведении не наблюдается дислокации мозга.

Метод позволяет выявить состояние подпаутинного пространства, размеры и форму желудочков, наличие или отсутствие их смещения, а также дефекты заполнения отдельных участков желудочковой системы и цистерн мозга соответственно локализации различных объемных процессов (чаще всего опухолей) (рис. 6. 7).

Вентрикулография—рентгенография черепа после искусственного контрастирования желудочков мозга газом или контрастным веществом (конрей, димер-Х, майодил), которые вводят посредством пункции желудочков. Показанием к вентрикулографии является определение причин затруднения оттока жидкости из системы желудочков в случаях окклюзионной гидроцефалии.

Производят ее под местным обезболиванием с потенцированием. Для выполнения вентрикулографии осуществляют пункцию одного или обоих задних или передних рогов боковых желудочков. В один желудочек вводят воздух, а из другого вытекает спинномозговая жидкость. Количество вводимого воздуха зависит от величины желудочков. При супратенториальных процессах, когда желудочки сдавлены, воздуха требуется не более 30—60 мл, а при окклюзии ликворных путей в области задней черепной ямки, когда желудочки за счет гидроцефалии расширены,—100—150 мл. По окончании введения воздуха производят рентгенографию в переднезадней, затылочно-поперечной, заднепередней проекциях и двух боковых — в положении на правом и левом боку при битемпоральном ходе рентгеновского луча. На рентгенограммах определяются контуры всех желудочков, межжелудочковые отверстия (Монро), водопровод среднего мозга (сильвиев).

Вентрикулогр афию можно проводить путем введения в желудочки водорастворимых контрастных веществ (конрея, димер-Х) (пози тивная вентрикулография) без выведения жидкости из желудочков. Исследование с применением этих препаратов легче переносится больными и дает хорошее контрастирование всей желудочковой системы (рис. 8). Для выявления уровня окклюзии в желудочковой системе вводят нерастворимые контрастные вещества, например майодил.

Необходимость в проведении пневмоэнцефалографии и особенно вентрикулографии уменьшается по мере более широкого внедрения компьютерной томографии.

Миелография — рентгенография позвоночного столба после искусственного контрастирования подпаутинного пространства газом (воздух, кислород, гелий) или контрастным веществом (майодил). Применяется главным образом для определения уровня сдавления спинного мозга, причиной которого может быть опухоль, смещение межпозвоночного диска, арахноидит и др.

Миелографию с введением позитивного контрастного вещества — липиодола в подпаутинное пространство спинного мозга впервые предложили Сикар и Форостье в 1921 г. Различают миелографию нисходящую и восходящую.

При нисходящей миелографии производят субокципитальную пункцию в положении больного сидя, вводят 1— 1,5 мл майодила, который ввиду большой относительной плотности свободно опускается по подпаутинному пространству снанного мозга н задерживается при наличии какого-либо препятствия (опухоль, выпавший диск, спаечный процесс) (рис. 9).

Рентгеновские снимки производят через несколько минут в положении больного сидя. При полном блоке подпаутинного пространства контрастное вещество задерживается над ним и четко контурируется.

При восходящей миелографии легкое контрастное вещество вводят в позвоночный канал после поясничной пункции. Наиболее проста по исполнению миелография с воздухом — пневмомиелография. Достоинство ее в том, что введенный в подпаутинное пространство воздух вскоре рассасывается, отрицательной стороной является недостаточная контрастность воздуха, что нередко затрудняет интерпретацию полученных результатов. Кроме газов для восходящей миелографии используют водорастворимые рентгеноконтрастные вещества (конрей,димер-Х, амипак).

Миелография позволяет определить отношение опухоли к спинному мозгу (интра- или экстрамедуллярное), а при экстрамедуллярных опухолях уточняет их расположение по отношению к поперечнику спинного мозга (вентрально, дорсально, латерально).

Миелография может быть выполнена с радиоактивным инертным газом 133Хе, который вводят также после поясничной пункции. Наблюдение за перемещением Хе осуществляется с помощью радиометра, снабженного высокочувствительным сцинтилляционным счетчиком. При блокаде подпаутинного пространства радиоактивный газ останавливается у нижней границы препятствия.

В точке наибольшей радиоактивности к коже фиксируют свинцовую метку, после чего уточняют ее отношение к позвоночному столбу на обзорной рентгенограмме. Распределение радиоактивного газа в подпаутинном пространстве можно регистрировать с помощью радиодиагнос тической аппаратуры (сканеров или гамма-камер), применяемой для исследования головного мозга.

При этом может быть получено изображение подпаутинного пространства спинного мозга в 99m натуральную величину. Радионуклидная миелография с Тс-пертехнетатом, получившая название миелосцинтиграфии, дает возможность определять на сцинтиграммах расширение или сужение подпаутинного пространства, уровень его блокады и выявлять новообразования вследствие избирательного накопления радиоактивных веществ некоторыми опухолями спинного мозга.

Ангиография — рентгенография черепа после контрастирования сосудов мозга рентгеноконтрастным веществом. Впервые в мире прижизненную ангиографию головнго мозга у человека произвел в 1927 г. Э.Мониц. Вскоре она была признана во многих странах мира как один из важных методов диагностики заболеваний головного мозга. В дальнейшем распространению ангиографии способствовали успехи рентгеновской и электронной техннки, создание современных автоматических ангиогра-фических аппаратов и нетоксичных контрастных веществ (трийотраст, триомбраст, верографин, диодон, гайпак, урографин, уротраст).

Применяются преимущественно прямые пункционные методы введения контрастного вещества в общую или внутреннюю сонную либо позвоночную артерию. Широко используются непрямые методы, при которых пунктируются другие сосуды, а контрастное вещество вводится вблизи устья сонных или позвоночных артерий или с помощью катетера на расстоянии.

Ангиографию производят под местным обезболиванием, в случаях неадекватного поведения больного — под общим.

Каротидная ангиография позволяет исследовать сосуды передних двух третей полушарий большого мозга. Сонную артерию пунктируют на шее на уровне щитовидного хряща специальной иглой с наружным диаметром 1,2—1,5 мм. Вторым и третим пальцами левой руки определяют и фиксируют место пульсации артерии. Между пальцами прокалывают кожу и продвигают иглу вглубь к артерии, затем коротким и резким движением пунктируют ее. При этом чаще прокалываются обе стенки сосуда, поэтому иглу следует немного оттянуть на себя. Как только из иглы появляется струя артериальной крови, в ее просвет вводят мандрен так, чтобы он несколько выступал за острие иглы.

Придав игле направление хода общей сонной артерии, ее продвигают (с мандреном) по направлению к черепу на несколько сантиметров. Убедившись в правильном положении иглы в сосуде, к ней присоединяют хлорвиниловую трубку, второй конец которой соединяют со шприцем, заполненным контрастным веществом. Обычно вводят 10—15 мл 50—60 % раствора контрастного вещества со скоростью 5 мл/с. При меньшей скорости введения происходит более быстрое разведение контрастного вещества и снижается качество ангио-граммы.

Ответственным моментом ангиографии является производство рентгеновских снимков, на которых в течение 4—6 с необходимо зафиксировать прохождение контрастного вещества по крупным артериальным сосудам, их ветвям, капиллярам и венам мозга. С помощью автоматических сменников, работающих синхронно с рентгеновскими трубками, получают серию снимков, отражаю щих все фазы мозгового кровообращения и состояние кровотока в сосудах мозга. Современные ангио-графические аппараты позволяют производить 3—6 снимков в 1 с одновременно в двух проекциях. В диагностических целях для получения представления об артериальной, капиллярной и венозной фазах кровообращения достаточно произвести по 6 снимков в прямой и боковой проекциях (рис. 10).

Вертебральная ангиография дает возможность исследовать сосуды задней трети полушарий большого мозга и задней черепной ямки. Из закрытых методов вертебральной ангиографии широкое распространение получила методика чрезкожной пункции позвоночной артерии в промежутке между поперечными отростками IV—V и V—VI шейных позвонков. При этом больной лежит на спине с умеренно запрокинутой головой. Пальцами левой руки определяют пульсацию общей сонной артерии на уровне IV—V шейных позвонков и смещают весь сосудисто-нервный пучок кнаружи. После этого пальцы фиксируют на поперечном отростке одного из указанных шейных позвонков. Иглу вкалывают между пальцами так, чтобы она достигла кости. Концом иглы находят вершину поперечного отростка и, скользя по нему, смещают иглу на 1 см медиальнее от места пункции. Игла попадает в отверстие поперечного отростка. После продвижения иглы вглубь прокалывают позвоночную артерию. Подтверждением нахождения иглы в сосуде служит появление из нее алой крови. Если во время пункции прокалывают обе стенки артерии, необходимо слегка оттянуть иглу на себя. После пункции артерии иглу соединяют с помощью гибкой хлорвиниловой трубки с инъектором, вводят контрастное вещество и производят рентгеновские снимки (рис. 11).

В связи с трудностями и частыми неудачами при проведении вертебральной ангиографии прямым пункционным методом более широкое распространение получили непрямые методы введения контрастного вещества через другие сосуды в устье позвоночных артерий. К ним относится вертебральная ангиография с помощью чрезкожной пункции плечевой, подключичной, подмышечной или общей сонной артерии, а также методом ретроградной катетеризации.

Метод катетеризации может быть использован для проведения не только вертебральной, но и каротидной ангиографии. Признанным методом стала катетеризация через бедренную артерию. Сущность его состоит в том, что под местным обезболиванием пунктируют бедренную артерию ниже паховой связки толстой иглой, через которую в просвет артерии вводят проводник. Место прокола бедренной артерии прижимают пальцами и иглу удаляют. К проводнику присоединяют катетер и продвигают его внутрь сосуда, после чего проводник извлекают, а катетер под контролем электронно-оптического преобра зователя продвигают в дугу аорты. При этом быстрое введение 15—60 мл контрастного вещества дает возможность одновременно контрастировать сосуды систем сонных и позвоночных артерий — тотальная церебральная ангиография.

Методом катетеризации можно получить раздельно вертебральную и каротидную ангиограммы — селективная ангиография. При ее выполнении катетер из аорты поочередно проводят через плечеголовные стволы и подключичные артерии в позвоночные, затем — в сонные с обеих сторон. В каждый из сосудов вводят по 10—15 мл контрастного вещества с интервалами между введениями 10—15 мин.

Ангиография головного мозга — один из наиболее информативных и относительно безопасных методов диагностики опухолей головного мозга и внутричерепных гематом, она незаменима в выявлении сосудистых заболеваний — артериальных и артериовенозных аневризм, за купорок, сужений артерий мозга.

Принципиально новым и перспективным методом является вычислительная (дигитальная) ангиография, при которой контрастное вещество вводят обычным внутривенным способом, после чего больного укладывают на рентгеновский стол и с помощью ЭВМ производят снимки с фиксацией на магнитную пленку для визуального обзора. Программное управление при повторных осмотрах дает возможность избирательно просматривать отдельные сосуды, фазы контрастирования, васкуляризацию определенных участков мозга. Вычислительную ангиографию можно производить и в амбулаторных условиях, так как она не требует предварительной подготовки больного и не дает осложнений.

Компьютерная томография — принципиально новый рентгенологический метод исследования с использованием ЭВМ, позволяющий получать изображение структур мозга с высокой избирательной чувствительностью. Компьютерная томография, предложенная английским физиком Хаунсфилдом, в клинической практике была впервые применена в 1972 г. Компьютерный томограф соединяет в себе точную механику, прецизионную электронику, вычислительную технику, уникальное по сложности математическое обеспечение, сверхстабильную рентгентехнику.

Принцип работы этих томографов заключается в том, что рентгеновская трубка специальной конструкции в режиме облучения перемещается вокруг головы больного по дуге 180—360°, останавливаясь в запрограммированных участках. Рентгеновский луч, проходя через ткани различной плотности, неоднородно поглощается ими, затем попадает на преобразователи ионизирующего излучения, переходит на детекторы и фотоумножители. Информация с детекторов поступает на компьютер ЭВМ, где происходит математическая обработка показателей коэффициента поглощения с последующими реконструкцией послойного сканирования головы на многоклеточной матрице и изображением срезов на телевизионном экране, При этом просматриваются мягкие покровы головы, костные структуры черепа, эпидуральное и подпаутинное пространства, ткань мозга, желудочки (рис. 12), а также многие патологические образования, расположенные в полости черепа. Компьютерная томография дает количественную характеристику степени плотности различных структур мозга, точные размеры патологического очага. При недостаточной четкости изображения на экране проводится регулировка соответственно плотности ткани. Метод обеспечивает аксиальную (горизонтальную) томографию черепа (толщина срезов 3— 13 мм). Если плотность ткани патологического очага мало отличается от плотности ткани мозга, для получения более качественного изображения внутривенно вводят рентгеноконтрастное вещество, используемое при ангиографии, которое в большей степени накапливается в зонах повышенной васкуляризации или нарушенного гематоэнцефалического барьера.

Метод бескровен, удобен, рациональная нагрузка не превышает уровня обычного рентгенографического исследования в двух проекциях, вместе с тем он дает информацию о мозге в 100 раз большую, чем краниография. Компьютерная томография практически безопасна для больного, не имеет противопоказаний и может выполняться в амбулаторных условиях. С появлением ЭВМ-томографии уменьшилась необходимость в таких небезвредных методах, как пневмоэнфалография, вентрикулогра-фия. Компьютерная томография совершенствуется, к настоящему времени созданы аппараты третьего и четвертого поколений, более усовершенствованные модели, позволяющие получать срезы головы и в других плоскостях. В практике внедряется объемная (стереографическая) ЭВМ-томография.

Ядерный магнитный резонанс (ЯМР)—метод, основанный на определении в тканях плотности ядер водорода (протонов), которые при вращательном движении создают магнитные поля.

Оси этих полей, беспорядочно расположенные, под воздействием внешнего магнитного поля выводятся из исходного положения и упорядочиваются. Однако это состояние быстро угасает, магнитные оси возвращаются в первоначальное положение, при этом наблюдается явление ядерного магнитного резонанса. После сложных преобразований магнитного поля с помощью ЭВМ по импульсам ядерного магнитного резонанса послойно изображаются мозговые структуры.

Преимуществом ЯМР-томографии является возможность исследования мозга в нескольких плоскостях (аксиальной, фронтальной и сагиттальной), оценивать не только анатомические структуры, но и уровень энергетических, ферментативных и метаболических процессов в мозге.

Метод высоко информативен.

Эхоэнцефалография — метод, основанный на принципе ультразвуковой локации.

Направленные в сторону мозга ультразвуковые волны частично преломляются и отражаются от границ сред с различным акустическим сопротивлением. Отраженные сигналы обладают доста точной энергией, чтобы быть воспринятыми электронно-акустической аппаратурой.

Перед обследованием обе боковые поверхности головы смачивают вазелиновым маслом, чтобы обеспечить надежный переход ультразвуковой энергии. Специальный датчик, одновременно работающий в режиме излучателя и приемника, посылает в полость черепа импульсы, которые после отражения воспринимает и регистрирует на экране электронно-лучевой трубки в форме вертикаль ных выбросов. Наиболее мощные эхо-сигналы отражаются от желудочков мозга, наиболее слабые — от границ раздела серого и белого вещества. В центре эхоэнцефалограммы в норме находится сигнал — М-эхо, отраженный от срединных структур мозга, расположенных в сагиттальной плоскости: III желудочка, шишковидного тела, серпа большого мозга, ножек мозга, прозрачной перегородки.

М-эхо наиболее четко выражено при установке датчика в височной области в точке на 4—5 см выше наружного слухового отверстия (проекция III желудочка). В норме допускается смещение М-эха от средней линии не более чем на 2 мм. Смещение, превышающее это расстояние, рассматривается как показатель наличия патологического очага, происходит оно в сторону здорового полушария (рис. 13).

Наиболее показательно смещение при объемных процессах в полушариях большого мозга (опухоли, абсцессы, гематомы, кисты, травматические и воспалительные гранулемы), достигающее иногда 8—II мм. Особенно велико оно при локализации объемного очага в височной и теменной долях мозга, меньше — в лобной и затылочной. При процессах в полюсах лобной и затылочной долей смещение М-эха выявляется редко и при этом бывает незначительным. Наличие на эхоэнцефалограм-ме большего количества отраженных сигналов указывает на отек головного мозга.

Сигнал М-эхо, состоящий из двух импульсов или имеющий зазубренные фронты и широкое основание, характерен для расширения III желудочка.

При ультразвуковой артериографии сонных и позвоночных артерий датчик устанавливают на шее в определенных точках. Для сонной артерии это точка у переднего края грудино-ключично сосцевидной мышцы на уровне верхнего края щитовидного хряща, для позвоночной артерии—у заднего края той же мышцы на 2—3 см ниже сосцевидного отростка. После того как в указанных точках с помощью эхо-сигнала находят артерию, датчик смещают и исследуют весь доступный экстракраниальный отрезок сосуда.

Нормальная эхограмма артерии имеет форму М-об-разного комплекса, регистрируемого в ритме сокращений сердца. Форма комплекса меняется в зависимости от диаметра артерии и патологических изменений ее стенок.

Эхоэнцефалография не имеет противопоказаний, проста в применении, высокоинформативна.

Радионуклидная энцефалография. Метод основан на преимущественной концентрации радиоактивного препарата в области поражения вследствие местного нарушения проницаемости гематоэнцефалического барьера, особенностей кровоснабжения и структурно-биологических свойств клеток. Зона поражения, таким образом, выявляется в виде участка повышенного накопления препа рата. Радиологическое исследование головного мозга производят с помощью радионуклидов, которые обладают гамма-излучением, коротким периодом полураспада, быстро выводятся из организма.

Исследование начинают с введения (в вену или внутрь) 99mТс-пертехнетата. Современные радиодиагностические устройства с неподвижным детектором—сцинтилляционные гамма-камеры— выполняют ту же задачу, что и сканеры, но лишены ряда их недостатков. В частности, продолжительность исследования с помощью гамма-камеры в несколько раз меньше, чем с помощью сканера, что дает возможность наблюдать за динамикой быстрого накопления радионуклида. Регист рация импульсов осуществляется на экране осциллоскопа, изображение с которого может передаваться на телевизионный экран и обрабатываться входящей в систему электронно вычислительной машиной.

Радионуклидная энцефалография применяется в большинстве случаев для диагностики внутричерепных опухолей и других поражений мозга объемного характера. По интенсивности излучения, гомогенности и четкости изображения можно во многих случаях распознать гис тологическую природу опухоли. Так, при доброкачественных опухолях (например, менингиоме) отмечается интенсивное гомогенное с четкими границами накопление радионуклида, что нехарактерно для злокачественных опухолей. Метод позволяет с достаточно высокой точностью определять характер патологического процесса и его локализацию, безвреден для больного и не дает осложнений.

Электроэнцефалография (ЭЭГ) — регистрация биоэлектрической активности головного мозга с поверхности головы, осуществляемая с помощью многоканального (8—32 канала) электроэнцефалографа (рис. 14). Впервые запись биотоков мозга с поверхности головы осуществил в 1924 г. ученый из Иенского университета Г. Бергер, сконструировавший для этой цели специальный гальванометр. Однако лишь с середины 30-х годов, после того как были изобретены высокочувствительные гальванометры, метод получил широкое распространение.

Основные компоненты ЭЭГ-кривой: альфа ритм — правильные ритмичные колебания, частота 8—13 Гц, амплитуда 30—100 мкВ, регистрируется главным образом в затылочной области;

бета-ритм — частота 14—35 Гц, амплитуда 10—30 мкВ, выражен преимущественно в передних отделах мозга (лобная и височная области);

дельта-ритм—частота 1—3,5 Гц;

тета-ритм—частота 4—7 Гц.

Формирование электроэнцефалограммы у человека происходит постепенно и протекает в направлении от более медленных низкочастотных колебаний у детей к быстрым высокочастотным—у взрослых. Дельта- и тета-ритмы исчезают после завершения формирования альфа-ритма. Появление их у взрослых указывает на наличие патологического процесса. При заболеваниях головного мозга нормальная биоэлектрическая активность нарушается: наблюдается дезорганизация нормальных ритмов, появляются патологи ческие волны. Основные патологические признаки ЭЭГ-кривой: асимметрия, медленные волны, острые волны, пики (быстрые колебания длительностью до 40 мс), комплексы пик—волна;

пароксизмальная активность— разряд потенциалов, резко отличающийся частотой и амплитудой от доминирующих частот и ритмов (острые или медленные волны, комплексы пик—волна);

десин хронизация активности — отсутствие во всех областях мозга регулярного альфа-ритма и преобладание бета-активности низкой амплитуды;

гиперсинхронизация — преобладание регулярного альфа-, бета- или тета-ритма высокой амплитуды.

Данные ЭЭГ наиболее информативны при эпилепсии, опухолях, черепно-мозговой травме, сосудистых поражениях головного мозга и воспалительных заболеваниях. Специфические ЭЭГ изменения, характерные только для определенного патологического процесса, не выявлены. ЭЭГ исследование в динамике в сочетании с клинической картиной и другими методами исследования имеет большое диагностическое значение, кроме того, ЭЭГ практически не имеет противопоказаний.

Введение математических методов анализа биоэлектрической активности мозга позволяет количественно оценить исследуемые процессы, недоступные обычной визуальной оценке.

Электрокортикография (ЭКоГ) — регистрация активности большого мозга с помощью электродов, накладываемых непосредственно на извилины большого мозга во время операции. При хирургическом вмешательстве по поводу эпилепсии ЭКоГ имеет важное значение для установления точной локализации эпилептогенного очага.

Электрофизиологическое исследование при повреждении нервов решает ряд важных диагностических задач. В дооперационном периоде с его помощью устанавливают характер повреждения нерва (полное или частичное), во время операции определяют показания к резекции внутристволовой невромы и наложению эпиневрального шва, в послеоперационном периоде контролируют степень регенерации нерва, на основании чего прогнозируют восстановление его проводимости.

Исследование проводимости нерва производится импульсным током частотой 40—60 Гц в течение 1—4с с перерывами 2—5 с. Электроды накладывают в точках наиболее поверхностного расположения нерва. Силу тока при каждом последующем включении постепенно увеличивают до появления сокращения мышц, иннервируемых ветвями нерва ниже уровня расположения электродов.

Вначале электрод прикладывают выше уровня повреждения, затем (с той же пороговой интенсивно стью) ниже этого уровня. При отсутствии сокращения мышц силу тока медленно увеличивают.

Пределом увеличения служит появление болезненности или сокращение мышц, иннервируемых рядом расположенным неповрежденным нервом.

Степень нарушения проводимости нерва можно оценивать только через 2—3 недели после травмы, когда уже завершается процесс валлеровского перерождения. При полном нарушении проводимости по проекции нерва выше и ниже места повреждения отсутствует сокращение мышц и выявляется полная реакция перерождения. При неполном нарушении проводимости раздражение нерва вызывает ослабленное сокращение мышц.

Исследование импульсной активности нерва проводят с помощью электродов, соединенных через усилитель с осциллографом и динамиком. Активный точечный электрод, имеющий площадь соприкосновения, приблизительно равную площади отверстия потового протока, прикладывают и перемещают в зоне иннервации или по проекции исследуемого нерва до появления импульсной активности, которая в норме имеет амплитуду 0,1— 5 мВ и выше, частоту — до 1000 Гц.

При полном анатомическом перерыве вследствие необратимых изменений импульсная активность аксонов в дистальном отрезке нерва полностью отсутствует. При частичном повреждении нерва в зоне иннервации уменьшается количество точек, с которых регистрируется импульсная активность сниженной амплитуды и частоты.

Кривая “интенсивность — длительность” представляет собой графическое изображение пороговых величин электрического тока, вызывающих сокращение мышцы. По характеру кривой можно судить о состоянии исследуемой мышцы, выявлять соотношение дегенеративных и сохранившихся мышечных волокон. Метод позволяет диагностировать полное или частичное повреждение нерва спустя 2—3 недели после травмы, однако не дает возможности судить о виде повреждения. Определение кривой “интенсивность — длительность” информативно при контроле процессов регенерации. Появление изгиба или выступа на кривой, которая при предыдущих исследованиях была гладкой параболой, является признаком регенерации нерва и реиннервации мышцы. Повторные исследования, выявляющие улучшение сократительной способности мышцы при меньшей длительности воздействия тока, свидетельствуют о нарастании регенеративных процессов. Если в течение 2—3 месяцев характер кривой не изменился, можно думать о том, что реиннер-вация не наступила.

Электромиография — метод регистрации биоэлектрической активности мышц. Для этой цели применяется высокочувствительный электромиограф с малоинерционным катодным или шлейфным осциллографом с диапазоном пропускаемых частот 1—100 Гц.

Электромиография способствует уточнению степени снижения проводимости поврежденного нерва, определяет его регенерацию. Для этих целей наиболее приемлема локальная электромиография. Методика заключается в том, что вводят игольчатый электрод в мышцу перпендикулярно быстрым движением, после чего проводят исследование. Затем электрод подтягивают на себя, не извлекая полностью, и записывают потенциалы действия. Перемещая электроды в разных направлениях и на нескольких уровнях, записывают данные.

При полном перерыве нерва в течение трех недель после травмы электрическая активность отсутствует. Затем в покое выявляются отрицательные одно-двуфазные денервационные фибрилляционные потенциалы. При неполном нарушении проводимости нерва произвольное сокращение вызывает сниженные по амплитуде и частоте потенциалы действия.

Офтальмологическое обследование. При патологических процессах в головном мозге довольно часто наблюдается поражение зрительных путей, что объясняется прежде всего достаточно большой протяженностью этих путей и их непосредственной связью со многими образованиями мозга. Симптомы поражения нервного аппарата органа зрения имеют важное диагностическое значение в клинике нейрохирургических заболеваний.

Застойные диски зрительных нервов в большинстве случаев встречаются при повышенном внутричерепном давлении вследствие заболеваний, ограничивающих внутричерепное пространство (опухоли, гематома, абсцессы, гидроцефалия). При исследовании глазного дна с помощью офтальмоскопа диски гиперемированы, границы их нечеткие, вены расширены, извиты, вокруг дисков имеются кровоизлияния, выраженность которых зависит от степени застоя. Как правило, застойные явления в одинаковой мере выражены с обеих сторон, реже бывает асимметрия. Острота зрения при застойных дисках в течение длительного времени остается нормальной. Если причина развития застоя не устраняется, наступает вторичная атрофия зрительных нервов, при этом про грессивно снижается острота зрения и сужаются границы полей зрения по всем меридианам.

Первичная атрофия зрительных нервов возникает главным образом вследствие непосредственного давления патологического образования на периферический нейрон зрительного пути (зрительный нерв, перекрест, тракт). Чаще всего наблюдается при опухолях в области турецкого седла.

В клинике поражений зрительного пути существенное значение имеют изменения полей зрения, по характеру которых можно судить об уровне поражения (затылочная доля, зрительный тракт, перекрест). Исследование проводят с помощью периметра. Целесообразно проверять границы поля зрения для белого и красного цвета.

Основное значение для топической диагностики имеет гемианопсия— выпадение половины поля зрения в каждом глазу. Гемианопсия бывает гомонимной, или одноименной, и гетеронимной, или разноименной. При гомонимной гемианопсии с обеих сторон выпадают поля зрения правые или левые. Соответственно этому различают право- или левостороннюю гомонимную гемиано-псию. При гетеронимной гемианопсии в одном глазу выпадает правое, в другом глазу — левое поля зрения. При выпадении височных, или наружных, полей зрения говорят о битемпоральной гемианопсии, при выпадении носовых, или внутренних, — о биназальной. В зависимости от размеров выпавших участков полей зрения гемианопсия бывает полной, частичной, квадрантной.

Важное значение в выявлении нейрохирургической патологии головного мозга имеет исследование глазодвигательных функций — паралич и парез наружных и внутренних мышц глаза, горизонтальный и вертикальный паралич и парез взгляда.

Отоневрологическое обследование является неотъемлемой частью комплексного обследования при нейрохирургической патологии. В его задачу входит оценка состояния вестибулярного, слухового, обонятельного и вкусового анализаторов, периферические звенья которых располагаются в области ЛОР-органов, а также функций ряда черепных нервов (V, VI, VII, VIII, IX, X).

Важное значение придается состоянию вестибулярного аппарата, при поражении различных звеньев которого наблюдаются головокружение, спонтанный нистагм, промахивание, нарушение походки, вегетативные реакции. Остро возникающее головокружение вращательного характера, усиливающееся при перемене положения головы, характерно для поражения периферической части вестибулярного анализатора. При патологическом процессе в задней черепной ямке головокружение чаще сопровождается ощущением нарушения равновесия;

чувство проваливания, падения, вращения окружающих предметов отмечается при раздражении центральных звеньев вестибулярной системы.

Головокружение с потерей сознания или являющееся аурой эпилептического припадка указывает на поражение корковой части анализатора.

Спонтанный нистагм, связанный с поражением лабиринта, среднеразмашистый, тогда как нистагм при патологических процессах задней черепной ямки более крупный и более размашистый.

Направление нистагма определяется по быстрому компоненту. Различают нистагм горизонтальный, ротаторный, вертикальный, диагональный, множественный (в нескольких направлениях).

Экспериментальное исследование вестибулярного анализатора проводят с помощью вращающегося кресла Барани, а также калорической пробы. После вращения (10 оборотов за 20 с) фиксируют длительность возникшего нистагма. В норме нистагм после вращения продолжается 20— 30 с, большая или меньшая продолжительность нистагма указывает соответственно на повышенную или пониженную возбудимость анализатора. Калорическая проба заключается во введении в наруж ный слуховой проход холодной или теплой воды. Это приводит в движение эндолимфу, что сопровождается возникновением нистагма. По времени возникновения нистагма и его длительности судят о патологии вестибулярного аппарата от лабиринта до коры мозга.

Специальная часть. ОПУХОЛИ ГОЛОВНОГО МОЗГА Опухоли головного мозга составляют около 2 % всех органических заболеваний центральной нервной системы. Ежегодно регистрируется один случай опухоли мозга на каждые 15—20 тыс.

человек. Заболеваемость мужчин и женщин приблизительно одинакова, детей — несколько меньше, чем взрослых. Наибольшая заболеваемость наблюдается в возрасте 20—50 лет.

Этиология и патогенез. Природа опухолей головного мозга, по-видимому, полиэтиологична.

Важную роль здесь играет гиперплазия, которая возникает под влиянием неблагоприятных экзогенных и эндогенных факторов (воспалительные процессы, травмы, интоксикации, ионизирующее излучение, гормональные нарушения и др.). Имеет значение незавершенность мор фологического развития головного мозга, его оболочек, сосудов и ликворной системы, неравномерность роста отдельных частей мозга, незрелость дифференциации клеток. Нарушение эмбрионального развития в периоде замыкания невральной трубки (дизрафия) и формирования мозговых пузырей, дизонтогенетические гетеротопия и атипия в строении мозга также могут служить причиной бластоматозного роста. В детском возрасте преобладают опухоли дизонтогенетического (дизэмбрионального) характера, у взрослых развитие опухолей чаще всего связано с гиперплазией.

Классификация. По месту возникновения опухоли головного мозга делят на первичные и вторичные — метастатические;

по гистологическому типу — на нейроэктодермальные, мезенхимальные и др.;

по локализации — на супратенториальные и субтенториальные. В клинике различают опухоли внутримозговые и внемозговые.

Внутримозговые (интрацеребральные) опухоли возникают из различных элементов глии мозга (глиомы) или—реже—из соединительной ткани сосудов мозга (ангиоретикулема, саркома). И глиальные, и соедини-тельнотканные опухоли бывают различной степени злокачественности.

Глиомы характеризуются тем, что не только злокачественные, но и доброкачественные их варианты обычно дают новый рост даже после казалось бы радикального удаления. Это самая многочисленная и многообразная группа опухолей, составляющая более половины всех новообразований мозга.

Внемозговые (экстрацеребральные) опухоли развиваются из оболочек мозга и корешков черепных нервов. Эти опухоли чаще всего доброкачественные по своим структурно-биологическим свойствам и могут быть радикально удалены хирургическим методом. По частоте занимают второе место после внутримозговых опухолей.

Метастатические опухоли составляют 10—12 % всех опухолей мозга. Они всегда злокачественные. На первом месте по метастазированию в мозг стоит рак легкого, на втором — рак молочной железы, реже — опухоли других органов и тканей (меланома, гипернефрома, саркома).

Метастазирование опухолей в головной мозг может быть одиночным и множественным.

НЕЙРОЭКТОДЕРМАЛЬНЫЕ ОПУХОЛИ Нейроэктодермальные опухоли бывают внутримозговыми (астроцитома, олигодендроглиома, глиобластома, эпендимома, медуллобластома, папиллома, пинеалома) и внемозговыми (невринома).

Астроцитома — глиальная опухоль, возникающая из астроцитов. Встречается в любом возрасте. Среди ней-роэктодермальных опухолей является наиболее распространенной (35—40 %).

Макроскопически опухоль серовато-розового или желтоватого цвета, по плотности часто не отличается от вещества мозга, реже бывает плотнее или мягче его. Опухоль четко отграничена от вещества мозга, однако в ряде случаев определить границы астроцитомы не представляется возможным. Внутри опухоли часто образуются кисты, которые растут медленно, годами, и могут достигать больших размеров. Образование кист особенно характерно для астроцитомы у детей. У взрослых астроцитома возникает чаще всего в полушариях большого мозга, у детей — почти исключительно в полушарнях мозжечка в виде ограниченных узлов с кистами. Наиболее характерным для астроцитомы является экспансивно-ин-фильтративный рост (рис. 15).

Олигодендроглиома — опухоль, возникающая из зрелых клеток нейроглии — олигодендроцитов. Составляет 1—3 % всех опухолей головного мозга.

Встречается преимущественно у взрослых.

Растет медленно, ограниченно в белом веществе полушарий большого мозга и достигает больших размеров, имеет тенденцию распространяться вдоль стенок желудочков, нередко проникая в их полость, может прорастать в кору большого мозга и оболочки. Изредка олигодендроглиома встречается в мозжечке, в зрительных нервах, стволе мозга. Характерно частое слизистое перерож дение и обызвествление, обнаруживаемое на обычных рентгенограммах.

Макроскопически представляет собой компактный узел бледно-розового цвета с четкими границами. В ткани опухоли часто видны небольшие кисты, заполненные густым содержимым, очаги некроза и участки обызвествления в виде крупинок или пластов. Рост опухоли экспансивно инфильтративный (рис. 16).

Глиобластома (мультиформная спонгиобластома) — злокачественная опухоль, развивающаяся из клеток ней-роэпителия—спонгиобластов. Составляет 10—16 % всех внутричерепных опухолей. Встречается, как правило, у взрослых. Локализуется чаще в глубине полушарий большого мозга, склонна к образованию кист. В редких случаях у детей опухоль поражает преимущественно структуры, расположенные по средней линии мозга. Макроскопически определяются участки серого, розового и красного цвета, небольшие очаги некроза и размягчения.

Границы опухоли нечеткие, консистенция неоднородная. Рост инфильтративный (рис. 17), быстрый.

Наличие в опухоли патологически измененных сосудов иногда приводит к кровоизлияниям.

Эпендимома—развивается из клеток эпендимы желудочков мозга. Встречается в любом возрасте, чаще у детей. Составляет 1—4 % всех опухолей головного мозга.

Эпендимома достигает больших размеров, основная масса ее заполняет полость желудочка. Опухоль имеет серо-розовый цвет, плотную (по сравнению с веществом мозга) консистенцию, богата кровеносными сосудами. В ткани опухоли видны кисты и участки обызвествления. Рост чаще всего экспансивно-инфильтративный.

Медуллобластома — наиболее злокачественная опухоль, развивающаяся из самых молодых клеток нейроэпителия — медуллобластов. Отмечается приблизительно в 4 % случаев опухолей мозга. Встречается преимущественно в детском возрасте, редко—у взрослых, локализуется главным образом в черве мозжечка. Макроскопически имеет вид узла бледно-коричневого цвета, местами четко отграниченного от ткани мозга: на ощупь мягкая. Рост инфильтративный. После удаления опухоль часто и быстро рецидивирует. Медуллобластома—одна из немногих опухолей нейроэпителия, метастазирующая по ликворным путям.

Папиллома—опухоль, возникающая из нейроэпителия сосудистого сплетения, встречается относительно редко, главным образом у детей. Локализуется в желудочках мозга. Макроскопически представляет собой узел в форме шара, имеющий нежную капсулу, которая отграничивает его от стенок желудочка.

Поверхность опухоли мелкозернистая, серо розового или красноватого цвета, консистенция более плотная, чем вещество мозга. В ткани опухоли иногда видны участки обызвествления.

Рост экспансивный.

Встречается злокачественная разновидность опухоли — анапластическая папиллома (так называемый рак сосудистого сплетения).

Пинеалома — опухоль из клеток шишковидного тела. Встречается чаще в детском возрасте, преимущественно у мальчиков. Макроскопически представляет собой плотный, окруженный капсулой узел серо-красного цвета. Рост опухоли медленный, инфильтративный. Встречается злокачественная форма — пинеобластома.

Невринома (шваннома, неврилеммома)—доброкачественная опухоль, исходящая из зрелых клеток оболочек нерва. Составляет около 8,5 % всех опухолей головного мозга. Встречается у взрослых. Наиболее часто опухоль развивается из оболочек преддверно-улиткового нерва (VIII) с локализацией в мостомозжечковом углу (рис. 18). Макроскопически опухоль серо-желтоватого цвета, имеет хорошо выраженную капсулу, на ощупь плотная. Рост медленный.

ОБОЛОЧЕЧНО-СОСУДИСТЫЕ ОПУХОЛИ Менингиома (арахноидэндотелиома) —доброкачественная экстрацеребральная опухоль, развивающаяся главным образом из клеток паутинной оболочки (рис. 19, 20). Встречается обычно у взрослых и составляет 15— 19 % всех опухолей головного мозга. Менингиома растет медленно, благодаря чему создаются условия для развития компенсаторных механизмов. Этим объясняется то, что симптомы заболевания могут долгое время отсутст вовать и появляются, когда опухоль достигает значительных размеров.

Опухоль плотная, часто с бугристой поверхностью, серовато-красного цвета, имеет капсулу, хорошо отграничена от мозговой ткани, тесно связана с твердой мозговой оболочкой. У детей клеточная структура менингиомы часто атипичная.

Опухоль интенсивно кровоснабжается из гипертрофированных оболочечных артерий, а также из сосудов мозга. Этот фактор является причиной повышенной кровоточивости, наблюдаемой при операции. Твердая оболочка над опухолью утолщена, имеет обильную сосудистую сеть. Нередко в области прилежания менингиомы твердая оболочка инфильтрирована опухолевой тканью. В костях черепа соответственно расположению опухоли часто имеет место гиперостоз, реже—разрушение кости. Мозговое вещество в области расположения опухоли вдавлено.

Локализация опухоли самая разнообразная. Отмечается наклонность к расположению опухоли вдоль синусов, наиболее часто—по ходу верхнего сагиттального синуса (так называемая парасагиттальная менингиома).

Ангиоретикулема — опухоль, состоящая из сосудистых компонентов соединительнотканного генеза. Составляет 5—7 % общего числа опухолей мозга. Наблюдается чаще у взрослых. Доброкачественная, растет медленно, экспансивно, реже—экспансивно-инфильтративно, капсулы не имеет. Часто образует кисту, содержащую жидкость соломенно-желтого или коричневого цвета с большим количеством белка. Кистозная ангиоретикулема представляет собой небольшой узел серо-розового или серо-красного цвета, плотной или мягкой консистенции. Располагается узел непосредственно под корой большого мозга в полости кисты, нередко спаян с мозговыми обо лочками, от окружающей ткани мозга четко отграничен. Наиболее часто локализацией опухоли является мозжечок, реже — полушария большого мозга.

Саркома — возникает из соединительнотканных элементов ткани мозга и его оболочек.

Наблюдается в 0,6— 1,9 % случаев опухолей мозга. Встречается в любом возрасте. Различают несколько вариантов первичной саркомы: менингосаркому, ангиоретикулосаркому, фибросаркому и др. Среди сарком выявляются опухоли внутри-мозговые и внемозговые. По консистенции они могут быть плотными, с очагами обызвествления и рыхлыми, распадающимися. Границы с тканью мозга у внутримозго-вых опухолей нечеткие. Внемозговые опухоли представляют собой более или менее очерченные узлы, внешне напоминающие менингиому, однако нередко можно обнаружить участки врастания опухоли в ткань мозга, иногда—узурирование кости. На разрезе опухоли видны участки серо-красного, бурого или желтого цвета с очагами некроза, кровоизлияний и кист различных разме ров. Рост опухоли инфильтративный.

КЛИНИКА И ТОПИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА ОПУХОЛЕЙ ГОЛОВНОГО МОЗГА В клинической картине опухолей головного мозга выделяют общемозговые и очаговые симптомы. Общемозговые симптомы свидетельствуют лишь о наличии опухоли, но не указывают на ее локализацию, очаговые, напротив, играют важную роль в определении расположения опухоли, т.

е. установлении топического диагноза.

Общемозговые симптомы Возникновение общемозговых симптомов обусловлено прежде всего повышением внутричерепного давления (гипертензия) в результате постепенного увеличения массы опухоли, развитием сопутствующего отека (набухания) мозга, а при некоторых опухолях и нарушением оттока спинномозговой жидкости и венозной крови. Кроме того, играет роль интоксикация организма, связанная как с непосредственным токсическим влиянием опухоли, так и возникающим при росте внутричерепной опухоли нарушением центральной регуляции висцеральных функций.

Общемозговые симптомы и внутричерепное давление не всегда прямо зависят от массы и размеров новообразования. Так, иногда опухоли больших размеров дают скудную общемозговую симптоматику, а малые—сопровождаются яркими симптомами внутричерепной гипертензии.

Гипертензия зависит не только от размеров самой опухоли, ее локализации, биологических свойств, гистогенети-ческой природы, но и от расстройств мозгового кровообращения и циркуляции спинномозговой жидкости. Расстройства гемодинамики в основном выражаются в венозной гиперемии и венозном застое с последующим развитием отека (набухания) мозга. В результате ве нозного застоя происходит транссудация жидкой части крови и усиление продукции спинномозговой жидкости сосудистыми сплетениями желудочков при снижении всасывания ее переполненными венами. Избыток жидкости в желудочках мозга и подпаутинном пространстве усиливает внутричерепную гипертензию.

Наиболее постоянными и типичными общемозговыми симптомами являются головная боль, рвота, головокружение, психические расстройства, судорожные припадки, застойные диски зрительных нервов, оболочечные и корешковые симптомы. Быстрота и интенсивность развития этих симптомов зависят главным образом от локализации опухоли и особенностей ее роста.

Головная боль—частый и ранний симптом опухоли головного мозга. В начале заболевания боль чаще разлитого характера, тупая, непостоянная, распирающая. Особенно характерно появление или усиление ее во второй половине ночи или под утро. По мере повышения внутричерепного давления головная боль нарастает и становится постоянной. Иногда на фоне постоянной головной боли возникает приступообразное усиление ее, сопровождающееся рвотой, головокружением, помрачением сознания. Головная боль может ослабевать в зависимости от положения головы.

Больные обычно замечают эту зависимость и стремятся сохранять наиболее благоприятное положение. Следует отметить, что головная боль обычно ослабевает, если больной лежит на стороне расположения опухоли. Типично при опухоли мозга возникновение или усиление головной боли при волнении и физическом напряжении. Иногда даже при опухоли мозга значительных размеров головная боль может длительное время отсутствовать. Это наблюдается чаще в пожилом возрасте.

При поверхностно расположенных опухолях мозга, имеющих отношение к оболочкам (менингиома), возможна ограниченная перкуторная болезненность, однако этот симптом с большой осторожностью может быть использован в диагностике. Замечено также, что головная боль при опухоли мозга заметно уменьшается или полностью исчезает после наступления слепоты, возникшей в связи с переходом застоя дисков зрительных нервов во вторичную атрофию.

Рвота — частый симптом опухоли головного мозга. Наиболее типично возникновение ее по утрам, натощак и на высоте головной боли. После рвоты больные часто отмечают уменьшение головной боли и с этой целью нередко искусственно вызывают рвоту. Уменьшение головной боли объясняется здесь тем, что с рвотными массами из организма выводится вода, т. е. происходит своего рода дегидратация с уменьшением внутричерепного давления. Рвота не связана с приемом пищи и возникает без предшествующей тошноты. Рвота, не сопровождающаяся головной болью, наблюдается при локализации опухоли в полости IV желудочка или в мозжечке вследствие прямого раздражения рвотного центра, расположенного в продолговатом мозге. В этих случаях одним из условий, способствующих возникновению рвоты, является перемена положения головы. Особенно часто рвота как изолированный симптом отмечается у детей. Частота появления рвоты у разных больных неодинакова: у одних на протяжении всего заболевания она может наблюдаться всего несколько раз, у других—почти ежедневно и даже несколько раз в течение дня.

Головокружение — довольно характерный симптом при опухолях головного мозга. Больные испытывают чувство вращения окружающих предметов или своего тела, иногда им кажется, что почва уходит из-под ног, тело и предметы проваливаются в пропасть. Головокружение, как правило, возникает в форме приступов, иногда при определенном положении головы. Особенно сильным и мучительным бывает головокружение при опухолях IV желудочка, менее интенсивным — при опухолях полушарий большого мозга. Чаще головокружение появляется на более поздних стадиях заболевания, нередко после значительного повышения внутричерепного давления. Головокружение может сопровождаться тошнотой, рвотой, шумом в ушах, вегетативными расстройствами и даже помрачением сознания.

Психические расстройства отмечаются у большинства больных с опухолью мозга. Характер этих расстройств разнообразен. Чаще всего они возникают при локализации опухоли в полушариях большого мозга (особенно в лобных долях) и относительно редко — при локализации в задней черепной ямке. На фоне относительно ясного сознания могут отмечаться нарушения памяти, мышления, восприятия, способности к сосредоточению и т. и. В этих случаях больные с трудом рассказывают о своем заболевании, не могут вспомнить важные события из своей жизни, назвать имена близких, свой адрес, плохо ориентируются в пространстве и времени. Иногда больные становятся раздражительными, легкомысленными, агрессивными, склонными к немотивированным поступкам, проявлению негативизма или, наоборот, апатичными, вялыми, благодушными, причем все это может переходить одно в другое.

При внутричерепной гипертензии психические расстройства проявляются нарушением сознания в виде оглушения, тяжесть которого нарастает по мере увеличения внутричерепного давления. Без своевременного хирургического вмешательства оглушение переходит в сопор, а затем и в кому.

Характер и степень выраженности психических нарушений зависят также от возраста больного. У людей пожилого и старческого возраста повышение внутричерепного давления неизменно сопровождается нарушениями психики. Более того, нередко в старшем возрасте психи ческие нарушения являются первым клиническим признаком опухолевого роста, особенно если больные страдали гипертонической болезнью или атеросклерозом. Наблюдаются и такие формы нарушения сознания, как сумеречное состояние, бред, галлюцинации. Для опухолей характерны постепенно нарастающие психические расстройства, однако при внутримозговых злокачественных опухолях они более грубые и быстро прогрессирующие.

Эпилептические припадки встречаются нередко, наиболее характерно их появление при локализации опухоли в височной доле. Иногда они являются первым симптомом заболевания и возникновение их без видимой причины впервые в возрасте после 20 лет всегда должно вызывать подозрение на наличие опухоли. При этом припадки нередко имеют тенденцию к учащению.

Характер припадков различный: от малых эпилептических (petit rnal) до генерализованных судорог с потерей сознания. Эпилептические припадки более часты при опухолях полушарий большого мозга и редки при опухолях в задней черепной ямке. По некоторым особенностям припадков можно судить о локализации процесса. Так, припадки, которым предшествуют галлюцинации или ауры двига тельного характера, наблюдаются при опухоли лобной доли, чувствительные галлюцинации — в теменной, обонятельные, слуховые и сложные зрительные — в височной, простые зрительные — в затылочной долях.

Застойные диски зрительных нервов — один из наиболее важных и частых общемозговых симптомов при опухолях головного мозга, наблюдающийся в ранней стадии заболевания, когда субъективные ощущения у многих больных еще не позволяют предполагать наличие застоя. К первым признакам его относятся периодическое чувство тумана перед глазами, мелькание мушек, все это чаще наблюдается по утрам, но может повторяться несколько раз в течение дня.

Застойные диски возникают с обеих сторон почти одновременно и бывают выражены одинаково. Реже застой появляется с одной стороны и спустя несколько недель — с другой.

Предполагают, что быстрота развития застойных дисков зависит от скорости повышения внутричерепного давления: при медленном повышении застой развивается постепенно, на протяжении нескольких недель и даже месяцев;

при быстро нарастающем внутричерепном давлении картина застойных дисков может проявиться в течение нескольких дней. Наиболее часто застойные диски возникают в том периоде заболевания, когда на фоне высокого внутричерепного давления отмечаются головная боль, головокружение и другие общемозговые симптомы. Однако в некоторых случаях, особенно у детей, они могут выступать в качестве первого симптома и представлять собой “находку” при офтальмоскопическом исследовании.

Характерной особенностью застойного диска, отличающей его от неврита зрительного нерва, является длительное отсутствие снижения остроты зрения (при неврите острота зрения снижается рано). Если не устранить своевременно причину, застой приведет к вторичной атрофии зрительного нерва. Оперативное вмешательство, направленное на ликвидацию внутричерепной гипертензии, обычно способствует уменьшению застоя и улучшает зрение, но лишь в тех случаях, когда оно не сильно пострадало и когда в дисках еще не успели развиться стойкие атрофические изменения. При снижении остроты зрения ниже 0,1 даже радикальное удаление опухоли обычно уже не обеспечивает восстановления зрения. В ряде случаев, несмотря на устранение внутричерепной гипертензии, атрофия дисков зрительных нервов продолжается и заканчивается полной слепотой. Следует также иметь в виду, что в пожилом и старческом возрасте даже при опухолях больших размеров застойные диски могут не развиваться, так как подпаутинные резервные пространства значительно больше из-за возрастной физиологической гибели нервных клеток.

Изменение давления и состава спинномозговой жидкости. Давление спинномозговой жидкости при опухолях повышается (при измерении в положении лежа повышенным считается давление более 200 мм вод. ст.). Степень повышения зависит от величины опухоли, сопутствующего отека мозга, возраста больного и других причин. Иногда давление достигает 400—500 мм вод. ст., редко больше.

Характерно увеличение количества белка в спинномозговой жидкости (белково-клеточная диссоциация), главным образом при опухолях, соприкасающихся с ликворными путями и особенно расположенных в желудочках. В этих случаях количество белка иногда увеличивается в десятки раз, что можно предположить сразу по характерному свертыванию жидкости в пробирке. При опухолях мозга, расположенных вдали от ликворных путей, а также доброкачественных медленно растущих опухолях (астроцитома, олигодендроглиома) жидкость может иметь нормальный состав или весьма незначительно повышенное количество белка. Таким образом, нормальное содержание белка в спинномозговой жидкости не исключает наличия новообразования в мозге.

Редко наблюдается увеличение количества клеток, обычно оно бывает незначительным.

Однако при распадающихся злокачественных опухолях (глиобластома, медуллобластома) количество клеток может увеличиватьсяво много раз, ошибочно наводя на мысль о воспалительном процессе. В ряде случаев (кровоизлияние в опухоль, большой распад, внутрижелудочковая опухоль с развитой сосудистой сетью) жидкость может быть ксантохром-ной. При цитологическом исследовании ее после центрифугирования примерно у 25 % больных обнаруживаются опухолевые клетки. Это дает возможность установить гистологическую природу новообразования.

Общие рентгенологические изменения черепа при внутричерепных опухолях являются одним из важных показателей повышения внутричерепного давления. Они зависят прежде всего от давности заболевания и возраста больного. Эти изменения выражаются в деструкции турецкого седла, особенно его спинки, нередко — в деструкции наклоненных отростков;

характерны также пальцевые вдавления, возникающие вследствие нарушения кровоснабжения костей свода черепа.

В результате нарушения кровообращения в костях черепа нередко наблюдаются диффузное расширение ди-плоических каналов, расширение и углубление ямок пахионовых грануляций и венозных борозд.

При наличии обызвествленного шишковидного тела признаком опухоли мозга на краниограмме является смещение его в сторону, противоположную расположению опухоли.

Данные краниограммы нельзя оценивать без учета возраста больного. В раннем детском возрасте внутричерепная гипертензия приводит прежде всего к расхождению швов и истончению костей черепа, а также к общему увеличению его объема. Иногда при этом отмечается локальное выпячивание костей. Чем моложе больной, тем четче краниографические признаки повышения внутричерепного давления. Углубление пальцевых вдавлений в костях свода черепа обнаруживается только у детей и молодых людей. Наиболее стойким в возрастном плане является развитие остеопороза спинки турецкого седла. Однако у пожилых и старых людей это может являться признаком возрастных изменений. В таких случаях диагностика должна быть направлена на выявление других признаков повышения внутричерепного давления.

Очаговые симптомы Очаговые симптомы делят на первично-очаговые, возникающие в результате непосредственного воздействия опухоли на те или иные мозговые структуры либо ишеми-зации сдавливаемого опухолью участка мозга, и вторично-очаговые, которые обусловлены смещением либо ущемлением мозга в тенториальном или большом (затылочном) отверстии, а также ишемизацней участка мозга, не прилегающего к опухоли, но питающегося сосудами, сдавливаемыми по мере роста опухоли.

Опухоли лобной доли. Лобная доля самая большая из всех долей мозга. Расположена кпереди от центральной борозды, книзу достигает латеральной (сильвиевой) борозды. Опухоли лобной доли встречаются довольно часто, основное место занимают опухоли нейроэпителиального происхождения, затем по частоте следует менингиома.

Для опухолей медиального и базального отделов лобной доли наиболее характерны нарушения психики. При этом чем старше больные, тем выраженное психические расстройства. У детей они почти не проявляются. Особенно отчетливо выступают расстройства эмоциональной сферы. У одних больных это проявляется возбуждением, агрессивностью, своеобразными чудачествами, склонно стью к плоским шуткам. В других случаях наблюдается депрессия. Больные обычно инертны, не способны критично относиться к своему заболеванию и поведению. Постепенно снижается интеллект. Больные перестают интересоваться домашними делами, семьей, работой, событиями внешней жизни, безразлично относятся к предстоящей операции, бывают дезориентированы во времени и месте, совершают немотивированные поступки, становятся неопрятными. Иногда инертность периодически сменяется эйфорией или злобностью. Грубо нарушается память.

Нарушения психики, особенно у больных старших возрастных групп, настолько доминируют в клинической картине, что нередко устанавливается диагноз психического заболевания и они госпитализируются в психиатрические стационары.

Важным признаком опухолей лобной доли являются эпилептические припадки. При полюсной локализации опухоли общие судороги возникают внезапно, без ауры, потеря сознания происходит почти мгновенно. При опухолях в премоторной области, особенно в районе переднего адверсивного поля (6 и 8 поля по Бродманну), общему припадку предшествуют тонические судороги в противоположной очагу поражения руке, быстро присоединяются насильственные повороты головы и глаз в сторону, прочивоположную опухоли, после чего вскоре наступают потеря сознания и общие судороги. При неврологическом обследовании — небольшая анизорефлексия (рефлексы выше на противоположной стороне), наличие патологических рефлексов (ладонно-подбородочный), симптомы орального автоматизма. Характерна лобная атаксия. При поражении задних отделов лобной доли могут быть легкие парезы противоположных конечностей, мышц нижней половины лица.

Опухоли в области предцентральной извилины характеризуются ранними двигательными расстройствами. Медленно растущие опухоли (менингиома, астроцитома, ангиоретикулема) вызывают ишемизацию прилегающих отделов мозга с раздражением двигательных клеток коры, что клинически проявляется периодически возникающими приступами (припадками) клонпческих судорог в определенной группе мышц на стороне, противоположной опухоли, обычно без потери сознания. По мере роста опухоли увеличивается зона раздражения коры, в судорожный процесс вовлекаются новые группы мышц. У детей в силу возрастной склонности к генерализации явлений раздражения припадки чаще сразу носят характер общих судорожных разрядов. По мере дальнейшего роста опухоли двигательные клетки разрушаются, судорожные припадки постепенно исчезают, уступая место парезам и параличам. Злокачественные внутримозговые опухоли в области двигательной зоны проявляются прогрессирующим нарастанием моно- или гемипареза при отсутствии судорожных припадков.

Опухоли, располагающиеся в базальных отделах лобной доли, нередко вызывают нарушение обоняния—гнпосмию или аносмию на стороне поражения, иногда — с обеих сторон.

При локализации опухоли в левой лобной доле ближе к заднему отделу (поле 44) наблюдается нарушение моторной речи. Вначале речь замедляется, становится прерывистой, больной как бы спотыкается при произношении слов и фраз, особенно сложных или содержащих разнозвучащие буквы, например “р”. В дальнейшем больные совершенно теряют способность произносить слова (моторная афазия), способность понимать обращенную речь сохраняется.

Клиническая картина при опухолях лобной доли во многом зависит от их структурно биологических свойств.

Астроцитома и олигодендроглиома растут медленно, в среднем 3—4 года. Первыми клини ческими признаками их чаще всего являются фокальные или большие эпилептические припадки, изменения психики. Внутричерепная гипертензия нарастает медленно, диагноз опухоли устанавливается поздно. Глиоблас-тома развивается в течение нескольких месяцев, быстро приводит к грубым психическим нарушениям, повышению внутричерепного давления. Эпилептические при падки наблюдаются реже.

Менингиома— внемозговая опухоль, растет очень медленно, наиболее часто располагается в области серпа большого мозга, в передней черепной ямке, редко на боковой поверхности мозга.

Длительное время протекает бессимптомно и часто достигает больших размеров. Вначале проявляется головной болью, в последующем медленно нарастают изменения психики с понижением критики. Обнаруживаются застойные диски зрительных нервов, иногда уже в стадии вторичной атрофии. При локализации менингиомы в передней черепной ямке первичным симптомом является нарушение обоняния.

Электроэнцефалография при опухолях лобной доли чаще, чем при опухолях какой-либо другой локализации, четко определяет очаг патологической активности. Эхо-энцефалография обнаруживает смещение сигнала М-эхо только при локализации опухоли в задних отделах лобной доли, Пневмоэнцефалография в зависимости от локализации опухоли выявляет изменение конфигурации передних рогов боковых желудочков. При расположении опухоли в лобном полюсе передние отделы передних рогов как бы обрезаны, в базальном отделе — передние рога поджаты кверху, в парасагиттальном — книзу. При медиальном расположении опухоли с вовлечением в про цесс мозолистого тела расстояние между передними рогами боковых желудочков увеличено.

Ангиография при опухоли лобного полюса выявляет значительное дугообразное смещение передней мозговой артерии и ее ветвей в противоположную сторону. При опухолях задних отделов лобной доли передняя мозговая артерия и проксимальный участок переднемедиальной лобной ветви смещаются за среднюю линию, дистальный участок ветви сохраняет свое нормальное положе ние. При базально расположенной опухоли в боковой проекции характерно дугообразное, очерчивающее опухоль сверху и сзади смещение передней мозговой артерии. При менингиоме определяются гипертрофированные ветви передней или средней менингеальной артерии, питающие опухоль, в капиллярной фазе—четкие очертания и тень опухоли (рис. 21). При кистозных опухолях видны очертания бессосудистой зоны.

Компьютерная томография дает четкое представление о локализации опухоли и ее размерах (рис. 22).

Опухоли теменной доли. В теменной доле различают постцентральную извилину, верхнюю и нижнюю теменные дольки. Клиническая картина опухолей теменной доли разнообразна и зависит от их локализации в доле. Для опухолей, поражающих постцентральную извилину, характерно появление приступов парестезий на противоположной стороне тела, частота и длительность которых постепенно нарастают. Затем присоединяются симптомы выпадения чувствительности. Вначале отмечается легкая гипестезия, в дальнейшем—углубляющаяся моно- и гемигипестезия. Близость расположения предцентраль-ной извилины создает условия для раздражения ее двигательных клеток — появляются очаговые судороги, парезы, реже — параличи.

Опухоли верхней теменной дольки. Верхняя теменная долька является единственным местом в коре большого мозга, поражение которой приводит к болевым парестезиям, распространяющимся на половину туловища и конечности противоположной стороны. Характерны расстройства чувствительности, особенно глубокой (мышечно-суставное чувство, чувство локализации, двумерно пространственное). Отмечаются нарушение ощущения положения руки в пространстве, апраксия, атаксия. Развивающийся парез верхней конечности иногда сопровождается мышечной атрофией, носит вялый характер. При данной локализации опухоли возможны эпилептические припадки, которым предшествуют судороги мышц верхней конечности и парестезии.

Опухоли нижней теменной дольки проявляются расстройством поверхностной чувствительности;

при близости расположения опухоли к двигательной зоне наблюдаются судороги, нарушение движений (моно- или гемипарез). Гемипарез носит фациобрахиальный тип, а эпилептические припадки обычно начинаются с судорог мышц лица противоположной стороны, затем распространяются на верхнюю и нижнюю конечности. Парестезии также начинаются с лица и переходят на конечности.

Характерно расстройство стереогноза — нарушение узнавания на ощупь известных больному предметов без контроля зрения. Данный симптом наблюдается как при право-, так и левосторонней локализации опухоли и сочетается с расстройством мышечно-суставного чувства в пальцах кисти, хотя может развиваться и изолированно. Поражение нижней теменной дольки левого полушария в зоне надкраевой извилины вызывает двустороннюю апраксию—расстройство движений, приобретенных человеком в процессе жизни. При локализации процесса в правом полушарии организация движении в пространстве также нарушена.

При апраксии, несмотря на полную сохранность движений, невозможно целенаправленное действие: больной не может надеть рубашку, завязать узел, застегнуть пуговицу и т. д. Нередко при процессе слева у правшей наблюдаются психосенсорные расстройства, в основе которых лежит нарушение пространственного анализа и синтеза. К этим расстройствам относятся нарушение схемы тела (больному кажется, что у него одна рука исходит из области живота и что она очень большая или, наоборот, маленькая, что у него три ноги, расположенные в необычном месте, туловище его поделено пополам, отсутствуют нос, глаз и т. д.), дезориентировка в пространстве (больной плохо ориентируется в своей квартире, выйдя из квартиры, не знает как в нее войти, не может найти свою кровать). Наблюдается также амнестическая афазия.

При поражении в области угловой извилины доминантного полушария характерны расстройства чтения (алексия), письма (аграфия) и счета (акалькулия), возникающие в результате нарушений зрительно-пространственного анализа и синтеза. Больной недостаточно четко воспринимает буквы, не может объединить их в слог, слово. При письме происходит распад зрительной структуры букв, что выражается в неполном или извращенном написании их. Иногда графически образ буквы сохраняется, но значение ее смешивается с другой. Счетные операции становятся невозможными (больной плохо узнает, смешивает и пропускает цифры), нарушаются простые арифметические действия.

Общемозговые симптомы при поражении теменной доли развиваются позднее и выражены значительно слабее, даже при больших опухолях.

Ангиография при внутримозговых опухолях теменной доли обнаруживает смещение ветвей передней мозговой артерии, наличие патологических изменений сосудов (образование клубочков, извитой ход). При менингиоме контрастное исследование сосудов в большинстве случаев выявляет локализацию, величину опухоли, ее границы и кровоснабжающие сосуды. На пневмоэнцефало грамме наблюдается смещение желудочков в сторону, противоположную опухоли. При парасагиттальном расположении опухоли средняя часть бокового желудочка на стороне опухоли деформирована и смещена книзу. На эхоэнцефалограмме сигнал М-эхо смещен в противоположную сторону. Электроэнцефалографически над опухолью определяется ослабление биоэлектрической активности.

Опухоли височной доли. Височная доля располагается в средней черепной ямке, латеральная борозда отграничивает ее от лобной доли, медиально она соприкасается с III желудочком и со средним мозгом.

Для внутримозговых опухолей характерны общие эпилептические припадки, которым нередко предшествуют висцеральные, слуховые, обонятельные, вкусовые и зрительные галлюцинации. При обонятельных и вкусовых галлюцинациях больные обычно испытывают неприятные ощущения — чувство запаха тухлых яиц, керосина, дыма, гнилых продуктов, металлического привкуса во рту, жжения. Опухоли, раздражающие кору задних отделов верхней височной извилины, вызывают слуховые галлюцинации разнообразного характера—от простого шума приборов, машин, писка мышей, стрекотания кузнечиков до сложных музыкальных мелодий. При раздражении опухолью зрительных путей характерны сложные зрительные галлюцинации — больной видит картины природы, росписи на стенах, животных, людей. Эти галлюцинации могут быть приятными для больного или устрашающими. Опухоли данной локализации иногда проявляются тягостными висцеральными ощущениями, особенно со стороны сердца, напоминая приступы стенокардии, и органов брюшной полости в виде вздутия живота, отрыжки, боли. Все эти неприятные ощущения представляют собой как бы эквиваленты эпилептических припадков, а иногда предшествуют им.

В динамике клинического течения опухолей височной доли нередко отмечается нарастание частоты галлюцинаций и эпилептических припадков, а затем их прекращение, что объясняется наступившим разрушением соответствующих корковых центров. В этих случаях больной полагает, что выздоравливает. Разрушение корковых центров слуха, вкуса, обоняния на одной стороне прак тически не сказывается на функции этих анализаторов, так как существующая двусторонняя связь корковых и первичных подкорковых центров обеспечивает сохранность функции с обеих сторон.

При внутримозговых опухолях, поражающих зрительный тракт, наблюдается гомонимная гемианопсия: полная, частичная, квадрантная, в зависимости от степени повреждения тракта. При повреждении всего тракта отмечается полная гемианопсия, нижней части его—верхняя квадрантная противоположных полей зрения, верхней части — нижняя квадрантная гемианопсия.

При поражении левой височной доли и прилегающих к ней отделов теменной и затылочной долей возникает нарушение слуха — речевого анализа и синтеза, развивается сенсорная афазия.

Вольной не понимает обращенной к нему речи, сам говорит несвязно и неправильно. Опухоль, поражающая область на стыке височной и затылочной долей с левой стороны, вызывает амнестичес кую афазию, при которой больной хорошо знает назначение предметов, что ими делают, но не может вспомнить их название. Например, при показе больному стакана он не может вспомнить его название и пытается объяснить, что это то, из чего пьют. Подсказка первого слога не всегда помогает. Часто после того как больному скажут название предмета, он выражает удивление.

Клиническая картина и течение заболевания во многом зависят от характера опухоли и темпа ее роста. Так, медленно растущая менингиома (особенно справа) может протекать настолько бессимптомно, что, достигая даже больших размеров, проявляется лишь медленно нарастающими общемозговыми симптомами. Доброкачественные опухоли — астроцитома, олигодендроглиома — увеличиваются также медленно, но сопровождаются более выраженной очаговой симптоматикой.

Клинические признаки глиобластомы и других злокачественных опухолей, как местные, так и общемозговые, нарастают быстро. По мере роста опухоли височная доля увеличивается в объеме, при этом извилина гиппокампа проникает в щель, расположенную между стволом мозга и краем вырезки намета мозжечка — тенториального отверстия (щель Биша). В результате сдавления соседних струк тур развиваются глазодвигательные нарушения, нистагм. Сдавление двигательных путей в мозговом стволе вызывает гемипарез, причем иногда не только на противоположной стороне, но и на одноименной. Это происходит тогда, когда двигательные пути противоположной стороны, оказавшиеся прижатыми к костям основания черепа, сдавливаются в большей степени, чем пути одноименной стороны, сдавленные ущемленной извилиной гиппокампа или опухолью. Появление симптомов сдавления мозгового ствола является неблагоприятным признаком.

При менингиоме на рентгенограммах черепа может выявляться деструкция пирамиды височной кости или костей дна средней черепной ямки. Конвекситалыю расположенная менингиома может вызывать истончение или полное разрушение чешуйчатой части височной кости, иногда с выходом опухоли под височную мышцу. На пневмоэнцефалограмме при опухолях височной доли нижний рог бокового желудочка не определяется либо отмечается его сдавление;

характерны смещение желудочков в сторону, противоположную опухоли, прижатие тела бокового желудочка кверху, дугообразный изгиб III желудочка также в противоположную от опухоли сторону.

Эхоэнцефалография обнаруживает смещение сигнала М.-эхо в противоположную сторону. При ангиографии определяется отклонение средней мозговой артерии и ее ветвей кверху, прямоугольное смещение за среднюю линию передней мозговой артерии;

при наличии в опухоли собственной сосудистой сети выявляются новообразованные сосуды, Опухоли затылочной доли. Затылочная доля самая маленькая из всех долей мозга, граничит спереди с теменной и височной долями. Шпорная борозда делит ее на две части: верхнюю — клин (cuneus) и нижнюю — язычную извилину (gyrus lingualis).

Для опухолей затылочной доли в начальном периоде характерны простые зрительные галлюцинации —так называемые фотопсии. Больные видят яркие вспышки света, круги, линии, звездочки, причем появляющиеся в противоположных полях зрения обоих глаз. В дальнейшем по мере разрушения центров зрения явления раздражения сменяются выпадением зрения по типу гомонимной гемианопсии. В зависимости от площади поражения она может быть полной или частичной (квадрантной), с сохранностью или выпадением центрального поля зрения. Наряду с фотопсиями и снижением зрения отмечаются характерные расстройства цветоощущения (дисхроматопсия) также в противоположных полях зрения. Редко при поражении обеих долей нарушаются зрительно-пространственный анализ и синтез, возникает так называемая полная оптическая агнозия.

Опухоли затылочной доли часто оказывают воздействие на соседние отделы мозга, прежде всего на теменную долю, в результате чего появляются соответствующие очаговые симптомы.

Давление опухоли на намет мозжечка может вызвать характерные симптомы мозжечковых расстройств в виде атаксии, шаткости походки, арефлексии, мышечной гипотонии, нередко симулирующие картину опухоли задней черепной ямки. Эпилептические припадки при опухолях затылочной доли обычно начинаются со зрительной ауры в виде фотопсий. Наиболее яркие очаговые симптомы наблюдаются при внутримозговых злокачественных опухолях. Внутримозговые опухоли из более дифференцированных клеток характеризуются наличием явлений раздражения коры в сочетании с симптомами выпадения, но могут, как и менингиома, протекать без каких-либо очаговых симптомов при медленном нарастании внутричерепной гипертензии.

Наиболее информативными вспомогательными диагностическими методами в распознавании опухолей данной локализации являются вертебральная ангиография, пневмоэнцефалография, компьютерная томография.

Опухоли подкорковых образований. К данной группе относятся опухоли, поражающие полосатое тело (хвостатое и чечевицеобразное ядра) и таламус. Обычно поражение не ограничивается перечисленными анатомическими образованиями, в процесс вовлекаются прилежащие структуры мозга, особенно внутренняя капсула, затем пластинка крыши (четверохолмие), ножка мозга, желудочки. Чаще всего из опухолей данной локализации встречается глиобластома.

Заболевание начинается симптомами внутричерепной гипертензии, которые, в зависимости от степени злокачественности опухоли, нарастают либо медленно, либо очень быстро. Рано появляются застойные диски зрительных нервов. В отличие от сосудистых поражений этой области, гиперкинеза почти не бывает или отмечается легкий тремор противоположных конечностей. Наиболее ярким очаговым симптомом является изменение мышечного тонуса, чаще повышение его по экстрапирамидному типу, реже наблюдается дистония. Характерны вегетативные расстройства на противоположной стороне в виде нарушения потоотделения, дермографизма, разницы температуры кожи, сосудистых реакций. При поражении таламуса, который, как известно, является главным коллектором всех видов чувствительности, характерны различные расстройства ее. Иногда наблюдается гемиалгия на противоположной стороне тела;

возникают расстройство мимики (гипомимия, маскообразность лица), насильственный смех или плач.

Опухоли таламуса наиболее часто распространяются на пластинку крыши (четверохолмие) и ножку мозга, в результате чего возникают парез или паралич взора вверх, снижение реакции зрачков на свет, ослабление конвергенции, анизокория, миоз (сужение зрачка), ми-дриаз (расширение зрачка). Поражение внутренней капсулы приводит к гемиплегии, гемианестезии и гемианоп-сии на противоположной стороне.

В диагностике опухолей таламуса важное значение имеют компьютерная томография и контрастные рентгенологические исследования. Компьютерная томография четко определяет локализацию опухоли и ее величину. Ангиография обнаруживает смещение кверху перикал-лозной артерии, выпрямление и смещение книзу прокси-мального отдела средней мозговой артерии, дугообразное смещение кпереди передней мозговой артерии, изредка удается получить контрастирование сосудов опухоли. Электроэнцефалография обнаруживает патологическую активность, исходящую из глубинных структур мозга.

Опухоли бокового желудочка составляют не более 1— 2 °/о всех новообразований мозга, большинство из них ней-роэпителиального происхождения, из клеток сосудистого сплетения, эпендимы желудочков;

реже встречается менингиома. Папиллома и менингиома располагаются в полости желудочка, глиальные опухоли (эпендимома) врастают в полость желудочка с одной из его стенок.

Первым симптомом опухоли бокового желудочка является внутричерепная гипертензия, при этом головная боль достигает большой интенсивности и чаще носит приступообразный характер.

Она особенно интенсивна в тех случаях, когда опухоль прикрывает межжелудочковое отверстие, что приводит к острому расширению бокового желудочка. Нередко приступ головной боли сопровожда ется рвотой, потерей сознания. Характерным признаком опухоли данной локализации является интермиттирующее течение заболевания. Обращает на себя внимание вынужденное положение головы, ярче проявляющееся во время острых окклюзионных нарушений. Более характерно запрокидывание головы или наклон ее в сторону. Быстро развиваются застойные диски зрительных нервов, снижается зрение, наблюдаются эпилептические припадки, которые обычно носят общий характер, без предшествующей ауры, с преобладанием тонических судорог. Возможны изменения психики: вялость, заторможенность, нарушение памяти. По мере увеличения опухоли появляются симптомы воздействия на пластинку крыши, полушария большого мозга, что проявляется парезом взора вверх, диплопней, спастическим гемипарезом, гемигипестезией и др.

Важное значение в диагностике опухолей желудочков имеет исследование спинномозговой жидкости. Характерны большое содержание белка, нередко ксантохромия и умеренный цитоз.

Большую роль играет также вентрикулография, при этом обнаруживаются гидроцефалия без смещения желудочков, расширение одного желудочка. В расширенном желудочке часто определяются дефект наполнения, округлые тени (локализация опухоли). Основное место в диагностике принадлежит компьютерной томографии, с помощью которой устанавливаются не только локализация, величина и характер опухоли, но чаето и место ее исходного роста.

Опухоли III желудочка встречаются редко, развиваются из эпендимы желудочка или клеток сосудистого сплетения — эпендимома, хореоидпапиллома, коллоидные кисты, холестеатома, менингиома. Из клеток дна III желудочка развивается астроцитома.

Клинически заболевание длительное время протекает бессимптомно. По мере нарастания ликвородинамических нарушений и вторичной гидроцефалии появляется головная боль, иногда приступообразного характера с рвотой. Между приступами боли возможны длительные светлые промежутки. Часто отмечается зависимость приступов головной боли от перемены положения головы или туловища. Иногда достаточно изменить это положение, чтобы прекратился приступ боли.

В других случаях с изменением позы (редко — спонтанно) возникают различные пароксизмы, когда на высоте головной боли происходит нарушение сознания, отмечаются обморочные состояния, двигательное беспокойство или развивается приступ общей слабости, во время которого больной может упасть. Возможно также развитие приступа децеребрационной ригидности. Редко наблюдаются эпилептические припадки. Иногда возникает патологическая сонливость. Пароксизмы могут сопровождаться повышением артериального давления, вегетативно-сосудистыми нарушениями (появление на лице и на туловище красных пятен, обильное потоотделение, нарушение ритма сердечной деятельности и дыхания).

Могут наблюдаться психические расстройства: вялость, аспонтанность, спутанность сознания, подавленное настроение, скованность, сонливость или, наоборот, беспокойство, эйфория, дурашливость. В ранней стадии заболевания обнаруживаются застойные диски зрительных нервов.

При опухолях дна желудочка могут отмечаться первичная атрофия зрительных нервов и изменение полей зрения (битемпоральная гемианопсия). Часто имеют место эндокринно-обменные нарушения: гипофункция половых желез, половая слабость, отсутствие полового влечения, аменорея, недоразвитие вторичных половых признаков, ожирение;

редко — преждевременное половое созревание.

При исследовании спинномозговой жидкости обнаруживается повышенное содержание белка (альбуминов), небольшое увеличение количества клеток.

Опухоли шишковидного тела встречаются редко, преимущественно в молодом возрасте, чаще у мальчиков. Наиболее распространенной среди них является пинеалома — доброкачественная опухоль с экспансивным ростом, реже встречается пинеобластома — злокачественная опухоль с инфильтративным ростом, обладающая свойством метастазирования по ликворным путям головного и спинного мозга.

Клиническая картина во многом зависит от направления роста опухоли—субтенториально или супратенториально и влияния ее на соседние образования мозга. Одним из важных симптомов в детском возрасте является преждевременное половое созревание и раннее физическое, иногда и умственное, развитие. Обращают на себя внимание чрезмерное развитие половых органов и вто ричных половых признаков, раннее оволосение в подмышечных ямках, на лице, на лобке. У мальчиков рано наступает мутация голоса, у девочек преждевременно устанавливается менструация, увеличиваются молочные железы, может наблюдаться адипозогенитальная дистрофия.

В ряде случаев развиваются эндокринно-обменные нарушения (полидипсия, полиурия, булимия и др.). Пинеалома в процессе роста оказывает воздействие прежде всего на пластинку крышки (четверохолмие), что проявляется снижением, реже—отсутствием прямой и содру жественной реакции зрачков на свет при сохранении реакции на конвергенцию, парезом взора вверх, наличием конвергирующего нистагма.

Длительность заболевания от нескольких месяцев до 10—20 лет. Характерны ремиссии.

Опухоли шишковидного тела нередко обызвествляются, что обнаруживается на краниограмме. Наиболее информативным методом диагностики опухолей данной локализации является компьютерная томография.

Опухоли области турецкого седла. Данную группу составляют опухоли гипофиза, краниофарингиома и менин-гиома бугорка турецкого седла. Вместе они составляют 8—II % внутричерепных опухолей. Опухоли гипофиза и менингиома наблюдаются чаще у взрослых, краниофарингиома — у детей.

Опухоли, гипофиза исходят обычно из его передней части — аденогипофиза, т. е. относятся к опухолям эндокринных желез — аденомам. Из заднего отдела — нейро-гипофиза опухоли практически не развиваются. Опухоли гипофиза по своей природе неоднородны. Так, выделяют хромофобную аденому (50—60 % всех опухолей гипофиза), ацидофильную (эозинофильную) (30— 35 %) и базо-фильную (4—10%)-Однако в лечебно-практичсском плане целесообразно делить опухоли гипофиза на гормоно-зависимые и гормононезависимые. Этим определяются тактика лечения больных и выбор лечебных мероприятий.

Клиническая картина опухолей гипофиза включает четыре группы признаков: эндокринные нарушения, изменения турецкого седла, офтальмологические и неврологические симптомы.

Эндокринные нарушения бывают самые разнообразные. При ацидофильной аденоме в связи с пролиферацией ацидофильных клеток отмечается повышение функции гипофиза, что приводит в молодом возрасте к гигантизму, а в зрелом — к акромегалии. Внешний вид больного с акромегалией весьма типичный: голова, кисти, стопы и реберные дуги увеличены, кожа на голове утолщена, часто образует мощные складки, черты лица грубые, особенно увеличены надбровные дуги, нос, губы, уши, нижняя челюсть выступает вперед, язык увеличен, нередко не вмещается в полость рта, из-за чего речь становится нечеткой, голос низкий, грубый за счет утолщения голосовых складок. В отдельных случаях может быть локальная акромегалия. Мышцы на вид массивные, однако больные, несмотря на свой могучий вид, физически слабы и быстро устают при нагрузке. Иногда отмечается увеличение внутренних органов, часто имеет место повышенная потливость. У женщин нередко наблюдается усиление роста волос и появление их в необычных местах. Половые нарушения встречаются часто, но они не так ярко выражены, менструальный цикл может не изменяться, женщины сохраняют способность беременеть и рожать.

Хромофобная аденома вызывает снижение функции гипофиза. Недостаточность соматотропина в молодом возрасте приводит к нанизму (карликовому росту). Встречается эта опухоль главным образом в возрасте 30—50 лет. Больные обращают на себя внимание выраженной бледностью кожи, ожирением. У мужчин скудное оволосение лица и туловища, наружные половые органы нередко недоразвиты, внешний облик женоподобный, отмечается снижение половой функции. У женщин слабое оволосение на лобке, в подмышечных ямках, недоразвитие молочных желез. Наиболее ранним и частым симптомом у женщин бывает расстройство менструального цикла—вначале в виде дисменореи, затем — аменореи. Аменорея может наступить сразу, без предварительной дисменореи. Часго снижается основной обмен. Угасает функция щитовидной железы и надпочечников. Уменьшается (иногда прекращается) выделение с мочой 17-кетостероидов, снижается уровень глюкозы в крови. Клинически гипофункция надпочечников выражается в общей слабости, апатии, утомляемости, снижении артериального давления, иногда страдает функция органов пищеварения, нарушается обмен электролитов, содержание ионов натрия в крови снижается, а калия—повышается, нарушается водный обмен.

Базофильная аденома проявляется в основном в форме болезни Иценко—Кушинга, встречается относительно редко. Размеры опухоли небольшие, она никогда не вырастает за пределы турецкого седла. В клинике доминируют эндокринные расстройства, ожирение: полное красное лицо, шея, туловище с отложени ями жира II развитой сетью мелких кожных сосудов, обильное оволосение. Конечности, наоборот, тонкие. На животе и бедрах длинные полосы растяжения.

Характерны повышение артериального давления, адинамия, половая слабость, дис- и аменорея.

Рис. 23. Механизм битемпоральной гемианопсин при опухолях гипофиза.

При краниографии обнаруживаются изменения турецкого седла, характерные только для опухолей данной локализации. Опухоли гипофиза, кроме базофильной аденомы, постепенно увеличиваясь в размерах, оказывают воздействие на костные образования турецкого седла и вызывают в нем деструктивные изменения. Если опухоль не выходит за пределы турецкого седла, изменения выражаются в чашеобразом увеличении его, углублении дна, выпрямлении и деструкции спинки седла, приподнятости и подрытости передних наклоненных отростков.

Хромофобная и ацидофильная аденомы, достигающие больших размеров и вырастающие за пределы турецкого седла, вызывают значительные изменения в костях. Турецкое седло увеличивается, приобретает форму баллона, контуры его нечеткие, спинка истончается и резко выпрямляется, наклоненные отростки заостряются, иногда поднимаются кверху. Дно седла истончается и опускается в клиновидную пазуху, нередко полностью разрушается и таким образом седло сливается с пазухой, приобретая значительные размеры. Обызвествление опухолей гипофиза отмечается редко.

При распространении опухоли за пределы турецкого седла возникает офтальмологическая и неврологическая симптоматика. Распространение опухоли кверху вызывает сдавление центральной части зрительного перекреста с развитием битемпоральной гемианопсии (рис. 23), которая раньше определяется при исследовании с красным цветом и начинается с верхненаружного квадранта.

Позднее обнаруживается первичная атрофия зрительных нервов, происходит прогрессирующее снижение остроты зрения. Значительно реже наблюдаются застойные диски зрительных нервов.

Если своевременно не удалить опухоль, наступает необратимая двусторонняя слепота.

Неврологическая симптоматика зависит от характера, величины и направления роста опухоли.

Одним из ранних II частых симптомов является головная боль, которая носит почти постоянный характер и иногда бывает очень сильной. Возникновение головнои боли объясняется натяжением растущей опухолью диафрагмы седла. Боль напоминает оболочечную, локализуется в передних отделах головы, чаще всего в висках с иррадиацией в глазницу, глазные яблоки, в корень носа, иног да — в зубы и лицо. Часто к головной боли присоединяются светобоязнь и слезотечение. Особенно интенсивной головная боль бывает при акромегалии. Причиной этого является утолщение твердой мозговой оболочки, приводящее к сдавлению нервных окончаний. Поэтому после удаления опухоли головная боль чаще не прекращается. Иногда боль распространяется по ходу ветвей тройничного нерва и усиливается при надавливании на точки выхода этих ветвей. При параселлярном росте опухоли часто происходит ее врастание в полость пещеристых синусов. При этом сдавливаются расположенные в них образования. Сдавление внутренней сонной артерии вызывает раздражение симпатического сплетения с появлением незначительного расширения зрачка, экзофтальма на стороне врастания опухоли. При длительном сдавле-нии может развиться синдром Горнера.

Давление опухоли на глазодвигательные нервы вызывает легкое двоение в глазах, косоглазие;

полное сдавление этих нервов приводит к офтальмоплегии и развитию птоза века па стороне поражения.

При росте опухоли кпереди под основание лобной доли отмечаются нарушение психики, снижение или утрата обоняния. Рост опухоли в сторону височной доли вызывает нарушение идентификации запахов, вкусовые и обонятельные галлюцинации, иногда эпилептические припадки.

Редко при супра-ретроселлярном росте опухоли сдавливается мозговой ствол и в результате прижа тия ножки мозга к краю тенториального отверстия возникают стволовые симптомы: повышение сухожильных рефлексов на противоположной от сдавления стороне, появление патологичесских рефлексов, иногда—гемипареза.

Краниофарингиома встречается в 1/3 случаев опухолей области турецкого седла. Развивается из клеток, оставшихся после обратного развития глоточного (гипофизарного) кармана (кармана Ратке), являющегося клеточной базой передней доли гипофиза. Клетки могут сохраняться на любом участке гипофизарного хода и давать начало росту опухоли, которая может располагаться внутри турецкого седла, над и под ним.

Макроскопически краниофарингиома представляет собой опухоль с неровной поверхностью.

Различают солидную и кистозную разновидности опухоли. Кистозная опухоль достигает больших размеров. Содержимое кист—жидкость желтого цвета различных оттенков (от слегка желтоватого до темно-коричневого) обычно содержит кристаллы холестерина и жирных кислот. Наиболее часто краниофарингиома локализуется над диафрагмой турецкого седла. Чаще она выявляется у детей и юношей и значительно реже у взрослых. В детском возрасте заболевание может проявляться эидокринно-обменными расстройствами и затем в течение многих лет не вызывать никаких дополнительных симптомов. В других случаях заболевание протекает с ремиссиями. Иногда опухоль ничем себя не проявляет всю жизнь и обнаруживается на вскрытии.

При эндоселлярном росте краниофарингиомы происходит сдавленно гипофиза, в результате чего клиника напоминает течение опухоли гипофиза. В этом случае па первый план выступает картина гипофизарного нанизма. Наблюдаются отставание в росте, недоразвитие скелета, инфантилизм, отсутствие вторичных половых признаков. Проявление заболевания в более старшем возрасге характеризуется развитием адипозогенитальной дистрофии.

По мере распространения опухоли за пределы седла и сдавлення зрительного перекреста появляется битемпоральная гемианопсия с элементами первичной атрофии зрительных нервов;

возникают симптомы воздействия на структуры промежуточного мозга. Соответственно изменяется турецкое седло.

При супраселлярном росте кистозной опухоли она может проникать в полость III желудочка, затем—в боковые желудочки, создавая блокаду ликворных путей с развитием гипертензионно гидроцефального синдрома.

На краниограмме, чаще в супраселлярной области, обнаруживаются различной формы обызвествления.

Краниофарингиальные кисты иногда самопроизвольно вскрываются, содержимое их попадает в подпаутин-ное пространство или в желудочки мозга, вызывая острое развитие асептического менингита или мениигоэн-цефалита с сильной головной болью, менингеальными симптомами, высокой температурой тела, иногда двигательным и психическим возбуждением, потерей сознания.

В спинномозговой жидкости отмечается умеренный цитоз, увеличение количества белка, ксаптохромия. Важным диагностическим признаком вскрытия кисты краниофарингиомы является наличие в спинномозговой жидкости кристаллов холестерина и жирных кислот.

Менингиома бугорка турецкого седла встречается редко, в основном у женщин старше 20 лет, у детей почти не наблюдается. Опухоль растет очень медленно и длительное время не дает никакой симптоматики. Первым и обычно единственным симптомом является постепенное снижение зрения, которое больные годами не замечают и обращаются за помощью уже при наличии значительной потери зрения, когда опухоль достигает больших размеров. Зрение обычно снижается в результате первичной атрофии зрительных нервов в связи с непосредственным воздействием опухоли на зрительные нервы (один или оба) или на их перекрест.

Опухоль не всегда растет строго симметрично по центру, а может распространяться в стороны, кпереди или кзади. Поэтому нередко продолжительное время страдает больше один зрительный нерв и зрение снижается с одной стороны. Сдавление опухолью области зрительного перекреста может приводить к тому, что наряду со снижением зрения или даже его исчезновением в одном глазу, в другом суживается наружное поле зрения. При распространении опухоли в одну сторону страдают глазодвигательный и тройничный нервы. Турецкое седло не изменено, изредка могут иметь место гиперостоз в области бугорка седла, истончение передних наклоненных отростков, гиперпневматизация клиновидной пазухи. Головная боль обычно возникает только в далеко зашедшей стадии развития опухоли. Внутричерепная гипертензия обычно отсутствует.

В спинномозговой жидкости может наблюдаться увеличение количества белка, давление ее остается нормальным. Наиболее информативным диагностическим методом является ангиография, которая выявляет характерное смещение начальных отделов обеих мозговых артерий в виде палатки;

иногда в капиллярной фазе определяется тень опухоли. Одним из важных моментов данного исследования является определение проходимости сосудов артериального круга большого мозга для выработки тактики хирургического лечения.

Опухоли в области задней черепной ямки. К опухолям данной локализации относятся опухоли мозжечка, IV желудочка, мостомозжечкового угла, ствола мозга.

Опухоли мозжечка подразделяют на внутримозговые. развивающиеся из клеток мозжечка, и внемозговые — исходящие из мозговых оболочек, корешков черепных нервов и сосудов. У взрослых чаще наблюдаются доброкачественные опухоли (астроцитома, ангиоретикулема), у детей почти одинаково часто встречается как доброкачественные, так и злокачественные опухоли.

Для опухолей мозжечка обычно характерно раннее развитие общемозговых симптомов, очаговые присоединяются позднее. Объясняется эго тем, что нарушение функций мозжечка вначале хорошо компенсируется.

Опухоли червя мозжечка часто длительное время протекают бессимптомно, особенно у детей.

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.