WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 20 |

«П.И. Сидоров А.В. Парняков ВВЕДЕНИЕ В КЛИНИЧЕСКУЮ ПСИХОЛОГИЮ ИЗДАНИЕ ВТОРОЕ (ДОПОЛНЕННОЕ) Рекомендовано Министерством здравоохранения Российской Федерации в качестве учебника для студентов ...»

-- [ Страница 6 ] --

Все эмоции человека можно различать и классифицировать также по модальности, т.е. качеству переживания. Наиболее ярко этот аспект эмоциональной жизни человека представлен в теории дифференциальных эмоций американского психолога К. Изарда. Он выделил десять качественно различных “фундаментальных” эмоций: интерес–возбуждение, радость, удивление, горе– страдание, гнев–ярость, отвращение–омерзение, презрение–пренебрежение, страх– ужас, стыд–застенчивость, вина–раскаяние. Первые три эмоции К. Изард относит к положительным, остальные семь — к отрицательным. Каждая из фундаментальных эмоций лежит в основе целого спектра состояний, различающихся по степени выраженности. Например, в рамках такой одномодальной эмоции как радость можно выделить радость–удовлетворение, радость–восторг, радость–ликование, радость–экстаз и другие. Из соединения фундаментальных эмоций возникают и все другие более сложные, комплексные эмоциональные состояния. Например, тревожность может сочетать в себе страх, гнев, вину и интерес. Каждая эмоция включает в себя три взаимосвязанных компонента:

1) нейронную активность мозга и периферической нервной системы (неврологический компонент);

2) деятельность поперечно–полосатой мускулатуры, обеспечивающей мимическую и пантомимическую выразительность и обратную связь в системе “тело–лицо–мозг” (выразительный компонент);

3) субъективное эмоциональное переживание (субъективный компонент).

Каждый компонент обладает определенной автономностью и может существовать независимо от других. К сожалению, теория дифференциальных эмоций не дает удовлетворительного объяснения тому, как актуализируется та или иная эмоция, каковы внутренние и внешние условия ее пробуждения. Тем не менее, наличие сходных эмоций у человекообразных обезьян и людей, а также у людей, выросших в разных культурах, свидетельствуют в пользу существования ряда базисных эмоций. Эти эмоции наследственно закреплены в организации лимбической системы мозга.

Фундаментальные эмоции (Изард К., 1980) 1. Интерес — положительное эмоциональное состояние, способствующее развитию навыков и умений, приобретению знаний. Интерес-возбуждение — это чувство захваченности, любопытства.

2. Радость — положительная эмоция, связанная с возможностью достаточно полно удовлетворить актуальную потребность, вероятность чего до этого была невелика или неопределенна. Радость сопровождается самоудовлетворенностью и удовлетворенностью окружающими миром. Препятствия к самореализации являются препятствиями и для появления радости.

3. Удивление — не имеющая четко выраженного положительного или отрицательного знака эмоциональная реакция на внезапно возникшие обстоятельства.

Удивление тормозит все предыдущие эмоции, направляя внимание на новый объект и может переходить в интерес.

4. Страдание (горе) — наиболее распространенное отрицательное эмоциональное состояние, связанное с получением достоверной (или кажущейся таковой) информацией о невозможности удовлетворения важнейших потребностей, достижение которых до этого представлялось более или менее вероятным. Страдание имеет характер астенической эмоции и чаще протекает в форме эмоционального стресса. Наиболее тяжелая форма страдания — горе, связанное с безвозвратной утратой.

5. Гнев — сильное отрицательное эмоциональное состояние, протекающее чаще в форме аффекта;

возникает в ответ на препятствие в достижении страстно желаемых целей.

Гнев имеет характер стенической эмоции.

6. Отвращение — отрицательное эмоциональное состояние, вызываемое объектами (предметами, людьми, обстоятельствами), соприкосновение с которыми (физическое или коммуникативное) вступает в резкое противоречие с эстетическими, нравственными или идеологическими принципами и установками субъекта. Отвращение, если оно сочетается с гневом, может в межличностных отношениях мотивировать агрессивное поведение.

Отвращение, как и гнев, может быть направлено на себя, снижая при этом самооценку и вызывая самоосуждение.

7. Презрение — отрицательное эмоциональное состояние, возникающее в межличностных отношениях и порождаемое рассогласованием жизненных позиций, взглядов и поведения субъекта с таковыми объекта чувства. Последние представляется субъекту как низменные, не соответствующие принятым нравственным нормам и этическим критериям. Человек враждебно относится к тому, кого он презирает.

8. Страх — отрицательное эмоциональное состояние, появляющееся при получении субъектом информации о возможном ущербе для его жизненного благополучия, о реальной или воображаемой опасности. В отличие от страдания, вызываемого прямым блокированием важнейших потребностей, человек, переживая эмоцию страха, располагает лишь вероятностным прогнозом возможного неблагополучия и действует на основе этого прогноза (часто недостаточно достоверного или преувеличенного). Эмоция страха может иметь как стенический, так и астенический характер и протекать либо в виде стрессовых состояний, либо в виде устойчивого настроения подавленности и тревожности, либо в виде аффекта (ужас).

9. Стыд — отрицательное эмоциональное состояние, выражающееся в осознании несоответствия собственных помыслов, поступков и внешности не только ожиданиям окружающих, но и собственным представлениям о подобающем поведении и внешнем облике.

10. Вина — отрицательное эмоциональное состояние, выражающееся в осознании неблаговидности собственного поступка, помысла или чувств и выражающееся в сожалении и раскаянии.

Фундаментальные эмоции, которые легко опознаются по выражению лица большинством людей разных культур Радость Удивление Гнев Печаль Отвращение Страх Чувства (высшие эмоции) — особые психические состояния, проявляющиеся социально обусловленными переживаниями, которые выражают длительные и устойчивые эмоциональные отношения человека к реальным или воображаемым объектам. Их часто обозначают как вторичные эмоции, так как они сформировались как своеобразное обобщение соответствующих простых (первичных) эмоций к объекту чувства.

Выражаются чувства также через эмоции, но не постоянно, а временами в соответствии с ситуацией. Причем конкретные эмоции, как формы переживания определенного чувства, могут быть самыми разнообразными. Например, любящая мать может испытывать ситуативную эмоцию гнева, столкнувшись с возмутившим ее поступком сына, однако по истечении времени любовь к сыну возьмет свое и этот поступок забудется. Потребовалось бы множество его проступков, чтобы отрицательные эмоции накопились с перерождением чувства любви к сыну, а тем более переход его в противоположное чувство.

Вторичные эмоции значительно разнообразнее, чем первичные. Поэтому при попытке их классификации у человека, единственного существа, которое осознает большинство своих чувств, создаются почти непреодолимые трудности из-за субъективного разнообразия их трактовок в словесном выражении. Однако чувства человека всегда предметны. Поэтому чаще всего их классифицируют в зависимости от предметной сферы, к которой они относятся. Отсюда можно выделить чувства моральные, интеллектуальные и праксические.

Моральные (нравственно-этические) чувства — это переживания, которые возникают при восприятии и оценке действий, поступков или психических особенностей людей (включая себя) с позиций норм и принципов общественной морали. Близкими к ним являются эстетические чувства — переживания прекрасного или безобразного в окружающем нас мире.

Интеллектуальные чувства — это переживания, сопровождающие умственную деятельность. К неспецифическим интеллектуальным чувствам относятся переживания, которые бывают не только при умственной деятельности:

любопытство, удивление, уверенность, сомнение, чувство нового, чувство иронии и юмора. Специфические интеллектуальные чувства порождаются исключительно процессом интеллектуальной деятельности (чувство первооткрывателя истины — “эврика”, чувство ясности, отчетливости, стройности и логичности формулировок решения).

Праксические чувства — это чувства, сопровождающие все сферы практической деятельности людей: труд, учение, спорт или игры.

Особый вид устойчивых чувств человека образуют страсти и увлечения. Страсть — сильное и стойкое чувство, доминирующее над другими побуждениями человека. Она направляет все мысли и поступки человека на предмет страсти и характеризуется слиянием волевых и эмоциональных моментов. То, что не связано с доминирующей страстью, кажется человеку второстепенным и отодвигается на второй план. Увлечения отличаются от страсти только их меньшей интенсивностью.

Существует множество и других устойчивых чувств, захватывающих все помыслы и стремления личности. Заметное место среди них, особенно в юношеском возрасте, принадлежит чувству любви. Понятие “любовь” употребляется в двух значениях. В широком значении (родовое понятие) любовь — это высокая степень эмоционально положительного отношения к объекту с помещением его в центр устойчивых жизненных потребностей и интересов субъекта. Такова любовь к Родине, любовь к матери, к детям. В более узком понимании (видовое понятие) любовь — это интенсивное и относительно устойчивое чувство субъекта, физиологически обусловленное сексуальными потребностями и выражающееся в стремлении с максимальной полнотой быть представленным своими личностно-значимыми чертами в жизнедеятельности другого человека, чтобы пробуждать у него потребность в ответном чувстве той же интенсивности, напряженности и устойчивости.

Настроения. Настроение представляют собой общее и относительно слабое эмоциональное состояние, но окрашивающее в течение длительного времени все поведение человека. Одно настроение может сохранятся неделями, а иногда и месяцами. Вызываются настроения различными событиями, обстоятельствами, а также физическим самочувствием. Причины, обусловившие настроение, человеком осознаются не всегда.

Выделяют две основные черты, которые характеризуют настроение в отличие от других эмоциональных состояний. Во-первых, настроение не предметно, а личностно, т.е. когда у человека радостное настроение, он не просто рад чему-то, а ему просто радостно. Во-вторых, настроение не специальное переживание, приуроченное к какому-то частному событию, а разлитое общее состояние и основной компонент общего чувственного фона.

Настроения очень разнообразны: радостные или печальные, веселые или угнетенные, бодрые или подавленные, а также скука, ликование, восторг, надежда и так далее.

Стрессовые состояния. Первоначально понятие стресса (от англ. stress — давление, напряжение) возникло в физиологии для обозначения неспецифической биологической реакции организма (“общего адаптационного синдрома”, физиологического стресса) в ответ на любое неблагоприятное воздействие. Позднее оно стало использоваться для описания и типичных эмоционально—психических состояний человека в экстремальных условиях — психологический стресс.

Последний иногда еще подразделяют на стресс эмоциональный (в ситуациях угрозы, обиды, опасности) и информационный (при информационных перегрузках).

Стрессовые состояния — это особые эмоциональные состояния, возникающие в ответ на экстремальные воздействия и требующие от человека мобилизации всех ресурсов организма, в том числе и нервно-психических сил. По выраженности стрессовое состояние занимает промежуточное положение между эмоцией и аффектом, но по длительности протекания оно приближаются к настроениям.

Слабые воздействия не приводят к стрессу, т.к. он возникает только тогда, когда влияние стрессора превосходит приспособительные возможности человека.

Небольшой уровень стресса даже полезен и необходим для любой физической или психической активности.

Стресс не есть просто нервное напряжение, а комплексная приспособительная реакция всего организма. С точки зрения стрессовой реакции не имеет значения приятна или неприятна ситуация, с которой сталкивается человек. Иногда различают понятия стресса и дистресса. Умеренный стресс не является вредным, помогает осуществлять приспособительные реакции. Дистресс — результат чрезмерного стресса, наступает при исчерпании адаптационных резервов, оказывает деструктивное действие на организм.

Типичными тяжелыми стрессорами являются боевые действия, природные и транспортные катастрофы, несчастный случай, присутствие при насильственной смерти других, разбойное нападение, пытки, изнасилование, пожар. В литературе описываются болезненные психические реакции человека, перенесшего эти события. Это так называемые посттравматическое стрессовое расстройство, социально–стрессовое расстройство, транзиторные ситуативные расстройства и нарушения адаптации.

В случаях депрессивного варианта адаптационных и стрессовых расстройств в клинической картине появляются такие аффективные феномены как горе, понижение настроения, склонность к уединению, а также суицидальные мысли и тенденции.

При тревожном варианте доминирующими становятся симптомы беспокойства, неусидчивости, страха и тревоги, спроецированной в будущее, ожидание несчастья.

Одним из своеобразных вариантов адаптационных расстройств считается паническое расстройство, характеризующееся повторяющимися приступами (эпизодами) беспричинной тревоги с двигательным беспокойством, эмоционально–вегетативными кризами (напоминающие вегето–сосудистый или диэнцефальный криз), страхом смерти или страхом сойти с ума. Панические атаки могут возникать непредсказуемо даже для самого человека.

Следует отметить, что стрессогенные раздражители необязательно должны существовать в реальности. Человек реагирует не только на действительную опасность, но и на угрозу или напоминание о ней. Некоторые реальные, но не опасные раздражители могут иметь стрессогенное значение в силу неадекватной когнитивной интерпретации с приписыванием им угрожающих свойств. Отсюда понятно, что большей частью стресс в жизни человека инициируется и продуцируется им самим. Все зависит от того, как он реагирует на свое окружение и социально значимые стимулы.

Внешние признаки стресса проявляются общим возбуждением, а обычный набор эмоций уступает место беспокойству и тревоге. У одних людей реакция на стрессор активная и эффективность их деятельности может даже нарастать до определенного уровня, у других — реакция изначально пассивная и эффективность деятельности сразу падает. В любом случае обычное состояние человека в стрессовой ситуации характеризуется дезорганизацией поведения и речи: или беспорядочная активность, или несвойственная ранее человеку пассивность и бездеятельность. Поведение при стрессе во многом зависит от типа нервной системы, силы или слабости основных нервных процессов.

Фазы стрессовой реакции. Автор теории стресса Г. Селье (1960) определяет его как совокупность стереотипных и филогенетически запрограммированных реакций организма, готовящих его к сопротивлению, борьбе или бегству. В развитии стресса выделяют три фазы: тревоги, стабилизации и истощения.

В первой фазе (тревога) происходит мобилизация защитных сил организма и повышение работоспособности: в кровь выделяются гормоны, усиливающие режим работы всех систем жизнеобеспечения организма. Во второй фазе происходит относительная стабилизация всех параметров, выведенных из равновесия в первой фазе, их закрепление на новом, более высоком уровне. Если стресс длится долго, то неизбежно наступает третья фаза — истощение со сломом регулирующих механизмов с ухудшением самочувствия, вплоть до необратимых изменений в органах.

Близким по своим проявлениям к стрессу является состояние фрустрации (от лат.

“обман”, “расстройство”, “разрушение планов”). Фрустрационное состояние возникает при объективных или субъективных трудностях, возникающих у человека на пути к цели.

Фрустрация сопровождается целой гаммой отрицательных эмоций (озлобленность, подавленность, агрессия), которые в состоянии дезорганизовать поведение и сознание человека.

Уже давно врачи обращали внимание на связь предрасположенности к некоторым заболеваниям с преобладанием у человека определенных переживаний.

Особенно в этом отношении показателен эмоциональный стресс. Он может приводить к нарушениям функций и даже структурным изменениям концевого органа–мишени, т.е. органа, в котором проявляются клинические признаки чрезмерного стресса. Патологические системные нарушения внутренних органов, возникающие вследствие длительного или часто повторяющегося неспецифического стресса, лежат в основе возникновения психосоматических заболеваний — гипертонической болезни и стенокардии, язвенной болезни желудка и 12–перстной кишки, бронхиальной астмы и других.

Известно множество житейских ситуаций, порождающих стресс, — от случаев отделения ребенка от матери в первые годы жизни до серьезных заболеваний и различных жизненных коллизий у людей зрелого опыта. В наше время одно из самых травмирующих событий для взрослого — это потеря работы. Но и сама профессиональная деятельность может порождать неспецифический стресс различной интенсивности. Особенно показательны в этом отношении данные, полученные в свое время английскими исследователями. Они проследили смертность от коронарной болезни у представителей 13 профессиональных групп.

Оказалось, что врачи-хирурги и мелкие собственники почти в 10 раз чаще погибали от инфаркта миокарда, чем сельскохозяйственные рабочие, а судьи и адвокаты — в 5 с лишним раз.

Некоторые раздражители способны сами по себе вызывать стрессовую реакцию без вовлечения в нее высших когнитивно–интерпретационных механизмов мозга. Длительное воздействие жары, холода, вибрации, шума выше 85 децибел и прочих подобных раздражителей приводит к стрессорной реакции через низшие мозговые сенсорные механизмы. Неумеренный прием кофеина (кофе, крепкий чай), табакокурение (никотин), а также злоупотребление некоторыми другими веществами (теофиллин, амфетамины) запускают стрессогенную реакцию через пищеварение. Стрессогенной может оказаться и тяжелая физическая нагрузка.

РАЗВИТИЕ ЭМОЦИЙ В ФИЛОГЕНЕЗЕ И ОНТОГЕНЕЗЕ Некоторые из внешних выражений эмоций у человека очень сходны с таковыми у предков людей — высших обезьян. Ч. Дарвин (1872) рассматривал способы выражения эмоций у человека как сохранившиеся остатки действий, связанных с нападением и защитой у животных. Этолог Н. Тинберген называл их “интенциональными движениями” — фрагментами подготовки животного к действию. По мере развития “социальности”, групповых форм поведения они стали развиваться в средства внутривидового и межвидового общения животных.

Существуют убедительные данные в пользу того, что ряд фундаментальных человеческих эмоций также имеет эволюционную основу. Эти эмоции наследственно закреплены в организации лимбической системы мозга (Мак–Лин, 1952). Не обладают лимбической системой рептилии и амфибии и их эмоциональное поведение наименее выражено по сравнению с млекопитающими, у которых есть развитая лимбическая система. Чем выше животное в эволюционном ряду, тем больше эмоций и заботы о своем потомстве оно может проявить. У человека эмоциональная жизнь так разнообразна потому, что лимбическая система у него связана с корой полушарий и лобные области коры в высшей степени развиты.

Французский психолог Теодюль Рибо (1839-1896) филогенез чувств характеризовал следующими этапами:

1-й этап — протоплазматический (досознательный), где чувства выражаются лишь изменениями раздражимости тканей;

2-ой этап — потребностный с появлений первых признаков переживания удовольствия и неудовольствия;

3-й этап — примитивных эмоций органического характера типа боли, гнева, полового чувства;

4-й этап — абстрактных эмоций человека (моральные, этические, эстетические и интеллектуальные эмоции).

В индивидуальном развитии человека, в онтогенезе эмоций также можно проследить четыре этапа.

1) Новорожденный — преобладают инстинкты, прежде всего самосохранения и пищевой.

2) Младенчество — органические чувствования удовольствия-неудовольствия, приятного—неприятного. Они основаны на переработке экстеро– и интерорецептивной информации. Из этих чувствований постепенно формируется отношение ребенка к близким.

3) С 3-4 до 12-14 лет — постепенное развитие корковых (эпикритических) эмоций. Вначале этого периода преобладает связь эмоций с органическими потребностями и лишь к концу этого периода эмоции приобретают самостоятельное психическое выражение с преобладанием уже корковой коррекции органических потребностей и влечений.

4) Формирование высших эмоций, их полное развитие достигается лишь к 20 22 годам. Чувства становятся подвластными интеллектуальной проработке и разуму. В этот период человек в достаточной степени может подавлять и внешние проявления эмоций.

Новорожденный раньше всего переживает отрицательные эмоции, которые проявляются плачем и криком в ответ на неблагоприятные воздействия внешней и внутренней среды: холод, спазмы пустого желудка, вздутие кишечника. Выражение лица, похожее на улыбку, можно заметить у ребенка с первых дней жизни, но эта улыбка рефлекторная. Лишь через несколько недель улыбка начинает возникать на различные события внешнего мира, но она еще не дифференцирована и возникает на самые различные стимулы. Затем, примерно в 2,5 месяца, появляется социальная улыбка, т.е. — улыбка, обращенная к другому человеческому лицу. С этого времени ребенок уже требует социальных контактов. В возрасте 3-4 месяцев при встрече с взрослыми улыбка сопровождается общей двигательной реакцией — “комплексом оживления”.

Следует отметить, что у маленьких детей любая эмоция очень широко иррадиирует (распространяется), так как центральная нервная система является еще не зрелой. В период от 6 до 15 месяцев происходит активное отложение миелина во всех важнейших нервных трактах. Миелин для нервных волокон часто сравнивают с изоляцией для электропроводов — он облегчает целенаправленную передачу импульсов. Поэтому нарушение режима (например, запоздавшее кормление) или необычно строгий тон голоса вызывает иногда неожиданную для родителей бурную эмоциональную реакцию ребенка. Даже дети среднего дошкольного возраста отвечают общим нарушением обычного поведения на эмоционально значимое для них воздействие. После праздника или в его ожидании они капризничают, отказываются от еды, долго не засыпают. Общая лабильность нервной деятельности ребенка выражается также в том, что переживаемые эмоции обычно кратковременны и быстро затухают: ребенок может легко заплакать, но его легко можно отвлечь и вызвать улыбку.

К концу первого года отношения ребенка с окружающим миром становятся более избирательными. На новое, яркое и необычное явление ребенок начинает показывать эмоциональную реакцию удивления. Он уверенно узнает знакомые лица, появляется страх и неудовольствие при приближении незнакомца или отделении от матери. Последние два типа поведения обычно прекращаются к двухлетнему возрасту.

Возраст около двух лет считается важным переломным этапом интеллектуального развития ребенка. Неудовольствие при отделении от матери кончается именно потому, что наступает новый этап в развитии познания — устанавливается то, что в психологии называется постоянством объекта. Ребенок начинает понимать, что предметы и люди продолжают существовать и тогда, когда он не может их увидеть, услышать или потрогать.

Чувство удивления, которое возникает еще у годовалого ребенка, постепенно сменяется любознательностью. На основе врожденного страха младенца (например, при громких звуках или потере опоры) к 3-5 годам формируется стыд, который “надстраивается” над ним, являясь социальной формой этой эмоции — страхом осуждения. Гнев в младенчестве возникает лишь при ограничении свободы движений, но в 2-3 года у ребенка уже развивается ревность и зависть — социальные формы гнева. Удовольствие вначале пробуждается контактно — убаюкиванием, поглаживанием, а в дальнейшем на его основе развивается радость как ожидание удовольствия в связи с растущей вероятностью удовлетворения какой–либо потребности. Таким образом, эти и все другие сложные эмоции и чувства развиваются всегда на основе простых эмоций под влиянием социального научения.

НЕЙРОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЙ СУБСТРАТ ЭМОЦИЙ В настоящее время мы знаем, что физиологические сдвиги, сопровождающие эмоции, связаны с деятельностью симпатической и парасимпатической нервной системы. Но процессы в вегетативной нервной системе не объясняют всего многообразия эмоций. Реакции вегетативной нервной системы стереотипны и бывают одинаковы при разных эмоциях.

Физиологической основой эмоций является, прежде всего, деятельность подкорковых отделов мозга — таламуса, гипоталамуса и лимбической системы.

Кора головного мозга оказывает сдерживающее, регулирующее влияние на проявления эмоций. Еще экспериментально показано, что у лишенного коры животного возникают парадоксально более сильные “эмоциональные реакции” даже на более слабые импульсы, чем до декортикации. Аналогичное явление в клинике наблюдается всегда там, где интенсивность корковой деятельности ослаблена и где на первое место выходит деятельность подкорковых центров — у больного появляется чрезмерная вспыльчивость, истеричность, гневливость и прочие подобные явления.

Другие важные доказательства роли глубоких структур мозга в формировании эмоций получены экспериментами У. Хесса и Дж. Олдса в начале 50-х годов с вживлением электродов в определенные участки гипоталамуса животных. Они привели к открытию “центров страдания” и “центров удовольствия”. Например, у крысы 35% клеточного гипоталамического пространства мозга связано с положительной эмоциогенной системой, 5% — с отрицательной и 60% — с отсутствием побуждения к повторению или избеганию стимуляции. Много интересных данных принесли результаты изучения ретикулярной формации и роли правого полушария в формирования эмоций.

Однако, несмотря на важность этих открытий, только деятельностью подкорковых центров невозможно объяснить все богатство и сложное многообразие эмоциональной жизни человека. Участие коры головного мозга в сложных эмоциональных проявлениях очевидна. И.П. Павловым было показано, что именно кора регулирует протекание и выражение эмоций. Возникая в коре головного мозга, физиологический процесс, являющийся основой чувств, распространяется на ниже лежащие подкорковые центры.

О том, что кора мозга является субстратом чувств, свидетельствуют и клинические случаи так называемых “насильственных эмоций”, которые возникают при некоторых подкорковых поражениях мозга. У таких больных любой раздражитель часто приводит к неадекватной ситуации реакции — взрывы смеха или потоки слез. Однако, смеясь, эти больные чувствуют себя печальными, а плача — испытывают веселье. Существенную роль в эмоциональных переживаниях человека играет и вторая сигнальная система: переживания могут возникнуть не только при непосредственных воздействиях внешней среды, но могут быть вызваны словами, мыслями.

ТЕОРИИ ЭМОЦИЙ В 18-19 вв. не было единой точки зрения на происхождение эмоций, однако самой распространенной была интеллектуалистическая позиция: “телесные” проявления эмоций являются следствием психических явлений. Наиболее четкую формулировку этой теории дал И.Ф. Гербарт, который полагал, что чувства можно рассматривать как реакцию на конфликт представлений. Например, образ умершего близкого родственника, сравниваемый с образом его живого, порождает печаль. В свою очередь, эта эмоция непроизвольно, почти рефлекторно, вызывает слезы и вообще все телесные изменения, характеризующие печаль.

Другая группа психологов склонна была рассматривать эмоцию не как психическое состояние, а как ответ организма на внешнюю ситуацию. Такой подход можно обнаружить уже Ч. Дарвина, который считал, что большая часть эмоциональных реакций объясняется либо тем, что они полезны (например, выражение гнева и ярости пугает врага), либо просто тем, что они являются рудиментами движений ранее биологически полезных для организма. Например, выражение печали есть ослабленная форма подлинного плача младенца. В году Ч. Дарвиным в работе “Выражение эмоций у человека и животных” этот принцип “полезных ассоциированных привычек” развивается в биологическую теорию эмоций, которая укрепляла положение о телесном выражении эмоций. Роль внешних поведенческих реакций в генезе самих эмоциональных состояний в дальнейшем была развита 1884 году В. Джеймсом и Г.Ланге.

Биологическая теория эмоций П.К. Анохина, как и теория Дарвина, подчеркивает эволюционный, приспособительный характер эмоций, их регулчторную функцию в обеспечении поведения и адаптации организма к окружающей среде. Положительное эмоциональное состояние (например, при удовлетворении потребности) возникает лишь в том случае, если обратная информация от результатов действия совпадает с ожидаемым результатом, т.е. акцептором действия. Эмоция удовлетворения закрепляет правильность любого поведенческого акта лишь в том случае, если результат достигает цели, т.е.

приносит пользу, обеспечивая приспособление.

“Периферическая” теория эмоций Джеймса–Ланге. Американец В. Джеймс (1884) и независимо от него датчанин Г. Ланге (1885) сформулировали теорию, согласно которой возникновение эмоций обусловлено внешними воздействиями, приводящими к физиологическим сдвигам в организме. Ощущение этих собственных изменений в организме и переживается человеком как эмоция. По Джеймсу “мы печалимся потому, что плачем;

боимся потому, что дрожим;

радуемся потому, что смеемся;

сердимся, потому, что наносим удар”. Таким образом, физиолого-телесные периферические изменения, которые обычно рассматривались как следствие эмоций, стали их причиной. Отсюда становится понятной упрощенная трактовка произвольной регуляции эмоций: горе, например, можно подавить, если намеренно совершать те движения, которые соответствуют положительным эмоциям. Ценность теории Джеймса–Ланге заключалась в том, что она открывала широкий простор для внедрения физиологических методов исследования в область психологии эмоций. Приемы, с которыми было связано экспериментальное изучение эмоций по их телесным и органическим проявлениям (сдвиги в дыхании, кровообращении и других системах организма), были названы немецким психологом О. Кюльпе общим именем — “методом выражения”.

Если Джеймс связывал эмоции с широким кругом периферических изменений, то К. Ланге — только с сосудодвигательной системой: состоянием иннервации и просветом сосудов. Он дал очень выразительные описания физиологических и поведенческих реакций при различных эмоциях. Радость, например, сопровождается усилением иннервации в мышцах, мелкие артерии расширяются, кожа краснеет — все физиологические отправления начинают совершаться лучше. Радующийся человек активно жестикулирует, подвижен. Радость молодит, потому что человек довольный, находящийся в хорошем настроении, создает оптимальные условия для питания всех тканей тела. Напротив, признаком печали является ее парализующее действие на мышцы, возникает чувство усталости, движения медленные и слабые. Глаза кажутся большими, так как расслабляются мышцы глазной впадины. Одновременно сосудодвигатели сжимаются и ткани обескровливаются. Человек постоянно ощущает чувство холода и озноба. Легкие тоже опорожняются от крови и человек постоянно ощущает недостаток воздуха, стеснение и тяжесть в груди. Он старается облегчить состояние продолжительными и глубокими вздохами. Огорчения очень старят, поскольку они сопровождаются изменениями кожи, волос, ногтей и зубов.

“Таламическая” теория эмоций Кэннона–Барда. В 1929 году физиолог Уолтер Кэннон (Cannon: 1871-1945) пришел к выводу, что в теории Джеймса–Ланге ошибочно само исходное положение, согласно которому каждой эмоции соответствует свой собственный набор физиологических изменений. Его исследования показали, что одни и те же физиологические реакции могут сопровождать разные эмоции. Кроме того, искусственно вызываемые некоторыми препаратами (например, адреналин) у человека физиологические изменения на периферии часто и вовсе не сопровождаются эмоциями. Он заключил, что телесные изменения при эмоциях биологически целесообразны и являются средством для достижения цели — они готовят организм к борьбе или бегству. Как эмоции, так и соответствующие им сигналы активизации вегетативных функций возникают в одном и том же центре мозга — таламусе.

Филиппом Бардом (Bard, 1934) эти положения были модернизированы тем, что ему удалось показать, что при восприятии событий, вызывающих эмоции, нервные импульсы, проходя через таламус, как бы расщепляются: половина идет в кору больших полушарий, где порождает субъективное переживание эмоции, а другая половина идет в гипоталамус и центральную часть лимбической системы, которые управляют физиологическими изменениями в организме. Согласно “таламической” теории эмоций Кэннона–Барда, психологическое переживание и физиологические реакции возникают одновременно.

Круг Папеса и теория активации Линдсли.. Теория Кэннона–Барда, “вернув” процесс возникновения эмоций из периферических органов обратно в мозг, подчеркивала роль таламуса как “центра” эмоций. Однако благодаря работам анатома Дж. Папеса (Papez, 1937) и его продолжателей (Lindsley, 1951 и другие) стало известно, что эмоции — это функция не отдельных центров, а результат активности сложной сети мозга, названой позднее “кругом Папеса”. Структуры, объединенные в круг Папеса, составляют в основном образования лимбической системы: передняя область таламуса, гипоталамус, миндалина, гиппокамп, поясная извилина, свод и перегородка.

Кроме того, было установлено, что важную роль в регуляции эмоций играет также ретикулярная формация (сетчатая структура внутри моста и ствола головного мозга), активность которой определяет многие динамические параметры эмоций — силу, продолжительность, изменчивость. Внешние или внутренние стимулы порождают импульсы, активирующие ствол мозга. Ретикулярная формация ствола, в свою очередь, активирует гипоталамус и кору мозга. В конечном итоге происходит опосредованная всеми эмоциогенными структурами мозга трансформация первичного стимула в поведение, характеризующееся эмоциональным возбуждением.

Некоторые участки ретикулярной формации обладают более определенными функциями. Таково, например, голубое пятно — плотное скопление тел нейронов, использующих в качестве медиатора норадреналин. Известно, что недостаток норадреналина в структурах мозга приводит к депрессии, а при длительном избытке его возникают тяжелые стрессовые состояния. Нейроны другого участка ретикулярной формации (“черная субстанция”) используют медиатор дофамин. Последний способствует возникновению у человека эйфории, ради которой наркоманы употребляют кокаин или амфетамины. Избыток дофамина вызывает симптомы, сходные с шизофренией. Кроме того, оказалось, что “центры” агрессии и удовольствия, найденные в опытах с вживленными электродами, совпадают с путями передачи возбуждения от дофаминэргических нейронов черной субстанции и адренергических нейронов голубого пятна.

Важные данные для понимания природы эмоций были также получены при изучении функциональной асимметрии мозга. Установлено, что левое полушарие в большей степени связано с возникновением и поддержанием положительных эмоций, а правое — с отрицательными эмоциями.

Для локальных височных поражений медиобазальных отделов височной коры головного мозга (лимбическая система) существуют различия в проявлениях эмоциональных нарушений при право— или левостороннем страдании.

При поражении коры правой височной доли возникают два типа нарушений:

1) пароксизмы чрезмерных по силе эмоций типа тоски, страха и ужаса, которые могут сопровождаться галлюцинациями и висцеро—вегетативными изменениями;

2) пароксизмы дереализации и деперсонализации с резким уменьшением эмоциональности или эйфорическим настроением, причем внешне больные достаточно адекватны.

Кроме того, при поражении правой височной доли также обычно выявляются нарушения распознавания эмоциональных характеристик речи (методика опознания эмоций по голосу) и нарушения распознавания эмоций по мимике.

При поражении коры левой височной доли главными проявлениями нарушений эмоциональной сферы является преобладание депрессии и тревоги, сопровождающееся двигательным беспокойством. При этом у больных легко возникает настороженность, подозрительность, раздражительность и конфликтность.

Когнитивные теории эмоций. Отдельно стоит группа теорий, раскрывающих природу эмоций через механизмы мышления. Среди них надо отметить теорию когнитивного диссонанса Л. Фестингера и информационную теорию эмоций П.В. Симонова.

Теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера. У человека в динамике эмоций не меньшую роль, чем физиологическая активация, играют когнитивно– психологические факторы (когнитивное — относящееся к знаниям). По мнению Фестингера положительная эмоция возникает тогда, когда ожидания человека подтверждаются, т.е. когда реальные результаты деятельности согласуются с намеченным им планом (находятся в консонансе). Отрицательные эмоции возникают в противоположной ситуации, когда ожидаемые и действительные результаты расходятся (находятся в диссонансе).

В психологии теория когнитивного диссонанса нередко используется не только для объяснения эмоциональных состояний, но и для объяснения поступков человека в различных социальных ситуациях.

Информационная теория эмоций П.В. Симонова (1970). Концепция эмоций отечественного физиолога Симонова также относится к разряду когнитивистских. В ней в краткой символической форме представлена совокупность факторов, влияющих на возникновение и характер эмоции: Эмоция = П•(Ин–Ис), где П — актуальная потребность, (Ин–Ис) — оценка вероятности ее удовлетворения на основе информации о необходимых (прогнозируемых) средствах для ее достижения (Пн) и информации о средствах, имеющихся в наличии в данный актуальный момент времени (Пс). Таким образом, степень эмоционального напряжения определяется потребностью и дефицитом информации, необходимой для удовлетворения этой потребности.

Отрицательные эмоции порождаются более или менее осознаваемой реальной или воображаемой невозможностью удовлетворения потребности или падением вероятности ее удовлетворения по сравнению с прогнозом, который давался ранее.

Отрицательные эмоции возникают и при дефиците информации, необходимой для организации действий. Если субъективная вероятность удовлетворения потребности велика, появляются положительные чувства.

ИНДИВИДУАЛЬНО–ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЙ ЭМОЦИЙ И ЧУВСТВ Эмоции как сложные системные психологические образования составляющие эмоциональную сферу личности характеризуются многими параметрами: знаком (положительные или отрицательные) и модальностью (качеством эмоции), продолжительностью и интенсивностью (силой), подвижностью (быстрота смены эмоциональных состояний) и реактивностью (скорость возникновения, выраженность и адекватность эмоционального отклика на внешние и внутренние стимулы), а также степенью осознанности эмоций и степенью их произвольного контроля.

При оценке эмоций врачу следует учитывать, что у здоровых людей все эти индивидуальные проявления эмоций чрезвычайно широко варьируют — они зависят от возраста человека, его темперамента и личности в целом. Оценка способности к эмоциональному переживанию (эмоциональности человека) приобретает особо важное практическое значение в случаях граничащих с патологией.

Эмоциональная лабильность (эмоциональная слабость) — обнаруживается чрезмерная подвижность, облегченность смены эмоций, например, перехода от слез к смеху и наоборот. Если в пожилом возрасте эмоциональная лабильность, особенно в случаях ее нарастания, расценивается как признак патологии (слабодушие, эмоциональная слабость), то для маленьких детей это явление естественно и расценивается как возрастная норма. При астении в период выздоровления после тяжелых соматических заболеваний эмоциональная лабильность также часто наблюдается, но она здесь обычно сочетается с обостренной эмоциональной чувствительностью к раздражителям и быстрой истощаемостью аффектов (эмоциональная гиперестезия).

Эмоциональная ригидность (инертность, “тугоподвижность”, “вязкость” эмоций) — противоположное эмоциональной лабильности состояние. У человека длительное время эмоция сохраняется, хотя вызвавшее ее событие давно миновало.

Чаще всего такая длительная задержка (“застреваемость”, персеверация) возникает на неприятных переживаниях — чувстве вины, обиды, злобы, мести. Как личностная особенность эмоциональная инертность отмечается у акцентуированных тревожно-мнительных и параноических личностей. При ряде заболеваний, например при эпилепсии, эмоциональная ригидность постепенно прогрессирует и становится характерным признаком болезни.

Эмоциональная возбудимость — обычно определяется той минимальной силой, интенсивностью внешних или внутренних стимулов, которые способны вызвать отклик, эмоциональную реакцию у человека. Более выраженная реактивность наблюдается в детском и подростковом возрасте, а в старости она снижается. Человек может реагировать эмоционально повышенно, однако все же пропорционально стимулам (синтонно). Эта пропорциональность начинает нарушаться при невротических состояниях, когда повышенные эмоциональные реакции возникают на обычные стимулы. При повышенной чувствительности, проявляющейся легкой ранимостью, говорят об эмотивности. Такая эмоциональная гиперреактивность бывает у больных неврозами и обычно сопровождается быстрой истощаемостью аффекта.

Эксплозивность (взрывчатость) — бурные эпизодические взрывы аффектов, которые не адекватны раздражителям, появляются по каждому ничтожному поводу, иногда даже с проявлениями агрессии по отношению к окружающим или аутоагрессии (самоповреждения). Взрывчатость часто сочетается с инертностью и тугоподвижностью эмоций, а также трудностями их произвольного контроля — больные в силу этого импульсивны. Наблюдается при некоторых видах психопатий, при алкоголизме, при органических заболеваниях мозга.

Эмоциональная монотонность (“холодность”) — в отличие от эксплозивности, отличается неадекватно эмоционально монотонным, ровным, холодным, почти безразличным отношением ко всем событиям независимо от их эмоциональной значимости. Эмоциональная холодность встречается при шизоидной психопатии и некоторых формах шизофрении. При шизофрении эмоциональная холодность и безразличие (эмоциональная “тупость”) по отношению к серьезным проблемам близких родственников часто парадоксально сочетается с эгоистично обостренной чувствительностью (“хрупкостью”) по отношению к предметам своего внутреннего аутизированного мира (эмоциональность по типу “дерево и стекло”).

Эмоциональный “паралич”. В некоторых случаях, в результате действия внезапного, шокового воздействия психической травмы (стихийное бедствие, катастрофа или тяжелое известие) наступает острое кратковременное выключение эмоций (“паралич эмоций”), когда никакие воздействия не находят эмоционального отклика в душе. Иногда этот “паралич эмоций” сопровождается мучительным для больного “чувством потери чувств”. По миновании реактивного состояния эмоциональные реакции больного восстанавливаются Болезненное чувство выпадения эмоционального отклика на различные события может возникать и при других заболеваниях и его часто обозначают как утрату эмоционального резонанса, которая описывается больными как весьма тяжелое ощущение разобщения с внешним миром: «Воспринимаю все глазами и умом, но не сердцем. Внутри все замерло, окаменело, будто души нет. Вижу, как люди волнуются, радуются, плачут, к чему стремятся, я же смотрю на все со стороны, как наблюдатель, не принимаю в жизни участия». Утрата эмоционального резонанса — одно из проявлений болезненной психической анестезии, состояние «мучительного бесчувствия», возникающее вследствие потери способности осознавать различные чувства (радости, печали, страха, любви).

Апатия (анормия) — по клиническому выражению близка к параличу эмоций. Она характеризуется полным безразличием к окружающему, близким родственникам и самому себе, часто сопровождается бездеятельностью (абулией).

Такое полное отсутствие какой–либо эмоциональной реакции и эмоционального движения является болезненным симптомом и встречается при ряде психических заболеваний. Чаще такая апатия развивается постепенно через так называемое эмоциональное огрубление или эмоциональное уплощение. При этом происходит постепенное и стойкое оскудение эмоциональных переживаний, касающееся первоначально высших чувств (нравственных, этических, эстетических), а низшие эмоции (влечения: пищевое, сексуальное) при этом нередко усиливаются.

Подобные изменения в эмоциональной сфере (эмоциональное огрубление) встречаются при алкоголизме и ослабоумливающих органических заболеваниях мозга. Для шизофрении более характерно параллельное оскудение и снижение всех видов чувствований (эмоциональное уплощение) с постепенным развитием полной апатии. Глубокая степень апатии обычно не осознается, не расценивается пациентами в качестве патологического явления, не тяготит их, не отражается в жалобах на самочувствие. Иногда она обозначается как «моральная идиотия», олотимия В относительно неглубоких случаях может быть понимание проис шедших перемен в чувствах.

Эмоциональная неустойчивость. Об эмоциональной устойчивости обычно судят по тем изменениям, которые наступают в текущей деятельности человека под влиянием эмоциогенных факторов. При эмоциональной устойчивости текущая деятельность практически не меняется и внешние проявления эмоционального состояния хорошо контролируются. При эмоциональной неустойчивости происходят различные нарушения течения текущей деятельности, а внешние проявления эмоций слабее поддаются сознательному управлению. У некоторых людей эти особенности эмоциональной сферы могут в одних случаях устойчиво проявляться в нарушениях психомоторики (эмоционально–моторная неустойчивость), а в других — в нарушениях точности восприятия (эмоционально–сенсорная неустойчивость). Причем, они не всегда сопутствуют друг другу и совпадают с повышенной эмоциональной возбудимостью. Есть люди эмоциональные, но эмоционально—моторно устойчивые, а другие являются эмоционально–моторно неустойчивыми, но эмоционально—сенсорно устойчивы, или наоборот.

С эмоциональной моторной и сенсорной неустойчивостью связано другое психоэмоциональное состояние, нарушающее деятельность человека. Это психоэмоциональная напряженность в ответственных ситуациях, чаще при освоении нового дела. Ее очень ярко описал К.С. Станиславский (1948), изучая состояние молодого актера: “Вы не можете себе представить, каким злом для творческого процесса является мышечная судорога и телесные зажимы, когда они создаются в голосовом органе... Когда зажим в руках — руки коченеют, превращаются в палки и поднимаются точно шлагбаумы... Но хуже всего, когда зажим удерживается в лице и искривляет его, парализует или заставляет каменеть мимику...”.

Физиологическим механизмом напряженности является пассивно–оборонительный рефлекс (Павлов И.П.). Напряженность проявляется в нарушении движений, сужении объема внимания и сопровождается вегетативными изменениями (меняется окраска лица, учащается дыхание и сердцебиение, появляется дрожание пальцев рук, потливость, ощущение сухости во рту). Напряженность может быть разной степени выраженности, но в ней сказывается неспособность человека владеть своими эмоциями, отсутствие у него самообладания.

От напряженности следует отличать внешне похожую на нее растерянность.

Однако ее происхождение иное. Если при напряженности нарушения в сфере внимания и мышления производны от эмоционального состояния, то при растерянности они первичны, а эмоции производны.

Эмоциональная невоздержанность. Устойчивая неспособность человека контролировать и владеть своими эмоциями, приобретающая патологический характер, обычно бывает при некоторых органических заболеваниях мозга — после мозгового инсульта, при интоксикациях. В этих случаях ее называют эмоциональной невоздержанностью, так как здесь как бы отпадают естественные тормозы для эмоциональной реакции. Человек обнаруживает вовне себя свою радость или гнев, хотя и знает, что этого делать в данной ситуации не следует. У здоровых людей различного рода изменения аффективной возбудимости и эмоциональной невоздержанности могут быть либо длительными, устойчивыми, составляя сущность той или иной конституции, либо же наблюдаются в качестве эпизодической реакции.

Немаловажным в клинической практике считается симптом алекситимии — затруднения или неспособность точно описать собственные эмоциональные переживания.

При этом пациент пытается объяснить свое состояние на сравнениях и примерах, однако адекватно описать свои переживания все равно не может.

Напротив, под эмпатией понимается способность точно, адекватно распознать эмоциональное состояние других людей, своего собеседника и сопереживать ему.

Эмпатию в быту часто называют эмоциональной отзывчивостью.

В ряде случаев, особенно при депрессивно—деперсонолизационных состояниях, возникает ангедония — утрата человеком чувства радости, удовольствия.

Страх и тревога. В повседневной жизни у психически здорового человека довольно часто встречаются такие эмоциональные состояния как страх и тревога.

Они же широко распространены и при многих психических заболеваниях.

Выраженность тревоги и страхов и их влияние на жизнедеятельность широко варьируют. Например, среди летающих самолетами людей большинство (75%) вовсе не бояться летать, 15% чувствуют тревогу, а 10% испытывают сильный страх, хотя и справляются с ним. С другой стороны, некоторые люди наотрез отказываются от самолетов, демонстрируя выраженную реакцию избегания (они не могут даже войти в стоящий на земле самолет);

пока неясно, чем обусловлены эти различия.

В структуре страха и тревоги выделяют три основных нарушения:

аффективное — чувство опасности;

интеллектуальное — неуверенность и волевое — нерешительность.

Страх (фобия) — эмоция, возникающая на конкретную реальную или воображаемую опасность. Существуют как врожденные (природные, естественные), так и приобретенные (культурные) причины или стимулы для страха. К врожденным пусковым механизмам страха относят такие как одиночество, незнакомость, высота, неожиданное приближение, неожиданное изменение стимула, боль. К социокультуральным факторам страха относят обычно присутствие чего-то угрожающего или отсутствие того, что обеспечивает безопасность, а также контекст события, опыт и возраст индивида и др. Порог возникновения страха находится под влиянием индивидуальных различий биологического порядка, индивидуального опыта и общего социокультурного контекста происходящего. Страх переживается человеком как предчувствие, неуверенность, полная незащищенность. Человек ощущает угрозу своему существованию, своему телу и своему психическому “Я”.

Выделяют несколько сотен разновидностей страха, при этом о патологичности или физиологичности страхов приходится говорить только условно, поскольку страх может являться адекватной, мобилизирующей реакцией на реальную угрозу.

Многие люди даже не подозревают о наличии у них какой–либо разновидности страха до того, пока не столкнутся с соответствующей ситуацией. Имеются данные, что примерно у 40% людей отмечается страх змей, 31% — высоты, 21% — лечения у стоматолога, 15% — смерти.

Тревога, в отличие от страха, определяется как страх без явного объекта, как осознаваемое эмоциональное состояние без конкретного содержания. Стимулы или условия, порождающие тревогу индивиду не известны. В состоянии тревоги интенсивность эмоциональной реакции на стрессовую ситуацию непропорционально выше величины объективной опасности.

Тревогу обычно подразделяют на реактивную (тревога как состояние, ситуационная тревога) и личностную тревожность.

Тревога как состояние — это неприятное эмоциональное состояние, которое характеризуется ощущением напряжения, беспокойства, мрачных предчувствий.

Она обычно возникает в ответ на стрессовые воздействия — например, врачебный осмотр или хирургическую операцию. Такая тревога обычно кратковременна и заканчивается с началом ожидаемого события или при его завершении. Такая ситуационная тревожность обычно отражает страх перед неизвестным.

Тревожность как черта личности — это склонность индивида испытывать состояние тревоги. Эта черта личности непосредственно не проявляется в поведении, ее уровень можно определить по тому, как часто и интенсивно возникает у человека состояние тревоги. Тревожность наиболее облегченно возникает у лиц с заниженной самооценкой и бывает обусловлена необоснованным чувством показаться смешным, получить отказ, потерпеть неудачу.

Классификация страха и тревоги (по Х. Христозову, 1980).

1) По форме и оттенкам проявления: страх астенический (оцепенение, слабость, нецелесообразность поступков) и стенический (паника, бегство, агрессия), соответствующий и несоответствующий степени опасности, адекватный и неадекватный;

2) По степени выраженности: испуг (внезапный и кратковременный страх, возникающий при неожиданном и неприятном), боязнь (постепенно возникающее чувство страха, связанное с осознаванием продолжающейся опасности, которая может быть устранена) и ужас (наивысшая степень страха с характерным угнетением рассудочной деятельности — “безумный страх”);

3) По форме проявления: страх витальный (переживание страха исходит из собственного тела, эмоциогенных систем головного мозга), реальный (опасность исходит из окружающего мира), моральный страх или страх совести (возникает в результате рассогласования первичных психических тенденций и более дифференцированных стремлений);

4) По виду: осознаваемый генерализованный, осознаваемый локализованный, неосознаваемый страх;

5) По этапам развития: нерешительность, неуверенность, смущение, боязливость, тревога, страх и ужас.

Патологический страх имеет три основные разновидности: а) навязчивый страх, или фобия (чаще в связи с определенной ситуацией, с осознанием абсурдности страха);

б) ипохондрический страх (возникает в связи с переживаниями за собственное здоровье, без критического отношения);

в) психотический страх (появляется как составная часть депрессивно-параноидного переживания или как недифференцированный, диффузный страх).

ПАТОЛОГИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ СФЕРЫ Симптомы эмоциональных нарушений разнообразны и многочисленны, но можно выделить пять основных типов патологического эмоционального реагирования:

кататимный тип — обычно возникает в стрессовых ситуациях, патологические эмоциональные реакции относительно кратковременны, изменчивы, психогенно обусловлены (неврозы и реактивные психозы);

голотимный тип — характерна эндогенная обусловленность (первичность), нарушений настроения, которая проявляется полярностью эмоциональных состояний, их устойчивостью и периодичностью появления (маниакально– депрессивный и инволюционный психоз, шизофрения);

паратимный тип — характеризуется диссоциацией, нарушением единства в эмоциональной сфере между эмоциональными проявлениями и другими компонентами психической деятельности (шизофрения);

эксплозивный тип — отличается сочетанием инертности эмоциональных проявлений с их взрывчатостью, импульсивностью (признаки пароксизмальности), доминирует злобно-тоскливое или экстатически–приподнятое настроение (эпилепсия, органические заболевания мозга);

дементный тип — сочетается с нарастающими признаками слабоумия, некритичности, расторможенность низших влечений на фоне благодушия, эйфории или апатии, безразличия, аспонтанности (старческое слабоумие Альцгймеровского типа, атеросклеротическое слабоумие, прогрессивный паралич и др. заболевания).

Колебания фона настроения в нормальном диапазоне, т.е. отсутствие депрессивного или приподнятого настроения, обычно обозначается термином “эутимное настроение”. В патологии важное практическое значение имеют:

гипотимия (патологическое снижение фона настроения), гипертимия (патологическое повышение фона настроения) и паратимия (извращенная эмоциональность).

Гипотимия — сниженное настроение, переживание подавленности, тоски, безысходности. Внимание фиксируется только на отрицательных событиях настоящего, вспоминаемого прошлого и представляемого будущего.

Типичный депрессивный синдром (депрессия) характеризуется депрессивной триадой: гипотимией, замедлением мышления и двигательной заторможенностью.

Настроение у больных меланхолическое, угнетенное с глубокой печалью, унынием и тоской с неопределенным чувством грозящего несчастья и физически тягостными ощущениями стеснения и тяжести в области сердца, груди, во всем теле.

Самочувствие больных особенно ухудшается в ранние утренние часы и тогда возрастает опасность суицида. Депрессиям обычно сопутствуют нарушения сна и аппетита, снижается половое влечение, у женщин прекращаются менструации (витальные, соматические признаки депрессии). При нерезком депрессивном аффекте (субдепрессии) витальные признаки слабо выражены или вовсе отсутствуют.

При типичных депрессиях все компоненты депрессии выражены равномерно, при атипичных депрессиях некоторые компоненты депрессии исчезают, а другие усиливаются.

При преобладании в структуре депрессии тревоги (тревожная депрессия) больные мечутся, “не находят себе места”, просят помощи, убеждены в грозящей им опасности (тоскливое возбуждение — раптус).

При преобладании в структуре депрессии апатии (апатическая депрессия) больные малоподвижны, безучастны к себе и окружению, просят оставить их в покое.

При преобладании в структуре депрессии расстройств вегетативной регуляции внутренних органов и слабой выраженности собственно гипотимического аффекта говорят о маскированной (ларвированной, скрытой) депрессии или ее соматовегетативном эквиваленте. Такие депрессии трудно диагностируются, так как напоминают какое-либо соматическое страдание (“маскируются” под него) и больные длительное время безуспешно лечатся у врачей—соматологов разных специальностей.

Применение современных методов биологической терапии позволяет добиться положительного эффекта в 60–70 % всех случаев острых депрессивных эпизодов. Пациент должен знать, что лечебный эффект антидепрессанта в большинстве случаев обычно отставлен и наступает через 1–3 недели от начала приема. При наличии положительного эффекта прием антидепрессанта часто требуется продолжать много месяцев (6–9), а отмена препарата, как правило, производится постепенно. Для профилактики рецидивов аффективных расстройств (как депрессии, так и мании) обычно используют препараты нормотимики — литий или финлепсин, которые принимаются больным на протяжении ряда лет. Их профилактическое действие во многом зависит от правильного подбора нужной дозировки препарата.

Хотя основой лечения эндогенных аффективных расстройств являются биологические методы, пренебрежение параллельно проводимой психотерапевтической программой недопустимо. Методов психотерапии депрессий много.

При интерперсональной терапии (Klerman G.L., Weissman M.M., 1984) акцент делается не на внутренних конфликтах и переживаниях, а на актуальном приспособлении больного, его неуспешности в общении с окружающими.

Методы когнитивной терапии по A.T. Beck (1976) и A. Ellis (1990) фокусируются на коррекции депрессогенных особенностей мышления у больных. Депрессивные негативные мысли, как правило, бывают автоматическими, т.е. возникают вне разума и логики и основаны на низкой самооценке, а не реальности. Психотерапевт помогает больному распознавать негативные мысли и понимать, почему они ошибочны и нелогичны.

Разного рода поведенческие программы имеют целью активизацию больных, подкрепление социального успеха, обучение расслаблению и навыкам эмоциональной саморегуляции.

Целью многолетней психоаналитической терапии является не смягчение и устранение симптомов, а коррекция самооценки и притязаний, структуры личности в целом. Здесь также исследуется роль неразрешенных конфликтов раннего детства в формировании последующих депрессогенных реакций. Это расширяет возможности больного в общении и проблемно–решающем поведении, помогает осознать заместительную природу депрессивных поведенческих эквивалентов, таких, как, например, злоупотребление психоактивными веществами. Больной приобретает способность испытывать нормально–психологическую грусть, расширяется спектр испытываемых эмоций.

Дисфория (“несу плохое, дурное”) — отличается от депрессии тем, что пониженное настроение здесь приобретает напряженно–злобный оттенок.

Дисфория кратковременна (часы, дни), внезапно начинается и заканчивается, обычно встречается у больных эпилепсией как своеобразный аффективный эквивалент судорожного припадка.

Дистимия — кратковременные, длящиеся несколько часов, иногда дней, расстройства настроения типа унылости и недовольства с гневливостью или тревогой (Fleming K., 1814). Наблюдается при неврозах, эпилепсии, органических заболеваниях мозга.

В современном понимании (МКБ–10) дистимию характеризуют как хроническую непсихотическую депрессию (“дурное настроение”). Длительность расстройства настроения не менее 2-х лет (у детей и подростков — не менее 1 года), а “светлые” промежутки нормального настроения у больных обычно не превышают и двух месяцев.

Полагают, что дистимия является здесь своеобразным вариантом периодической депрессии, так как последняя часто встречается у родственников больного, а иногда и у самого больного на фоне хронического субпсихотического расстройства настроения могут возникать тяжелые депрессивные эпизоды (“двойная депрессия”).

Таким образом, термин “дистимия” в современной трактовке определяет врожденную склонность к плохому настроению, особенно если она проявляется рано — в возрасте до 21 года. Полагают, что аналогичные хронические расстройства настроения могут возникнуть и в результате “недостаточности” психофармакотерапии антидепрессантами (короткие курсы и низкие дозировки лекарств) на начальных этапах “большого” депрессивного эпизода (Petrilowitsch N., 1970). Остаточная субдепрессия, в свою очередь, способствует интолерантности больного к житейским конфликтам и последующим характерологическим сдвигам. Однако, с другой стороны, даже когда заболевание изначально явно спровоцировано психосоциальными стрессовыми факторами (депрессивный невроз, невротическая депрессия), часто также имеет место аналогичная недостаточность эффективности и одной психотерапии. В частности, в лечении невротической депрессии, которая отличается от типичного депрессивного невроза несоответствием клиники критериям реактивной триады К. Ясперса, как правило, также требуется для успешности лечения сочетание психотерапии с психофармакотерапией антидепрессантами.

В любом случае, как при раннем, так и при позднем начале заболевания, а также возникновении болезни аутохонно или в связи со стрессом, эндрореактивные механизмы в патогенезе заболевания всегда присутствуют. Больные дистимией обычно тревожны, склонны к навязчивостям и выраженной “соматизации” состояния с обеспокоенностью состоянием здоровья. Постепенно, а иногда изначально, на первый план начинают выступать характерологические сдвиги — депрессивно–раздражительное настроение становится личностной особенностью больного. При этом заметная раздражительность, сочетающаяся с несоответствием субъективной оценки тяжести состояния объективным данным, часто обозначаются врачами как “истерические дисфории”, хотя патогенетические механизмы этого феномена лишь отдаленно напоминают таковые при истинных истерических.

Гипертимия — повышенно веселое, радостное настроение с приливом бодрости, энергичности и переоценкой собственных возможностей.

Маниакальный синдром (мания) характеризуется маниакальной триадой:

гипертимией, ускорением мышления и двигательным возбуждением со стремлением к деятельности. Настроение у больных приподнятое, радостное (маниакальный аффект). Они много говорят, жестикулируют, переоценивают свои возможности. Охотно берутся за разные дела, но начатое легко бросают. При маниакальном аффекте также наблюдаются витальные его признаки: укорачивается сон, усиливаются влечения (особенно сексуальное), у женщин нарушается менструальный цикл. Если интенсивность маниакального аффекта невелика, то говорят о гипомании.

Маниакальные состояния, как и депрессии, могут быть атипичными, т.е. с неравномерной выраженностью составляющих их структуру компонентов. В некоторых случаях можно наблюдать у одного и того же больного одновременного присутствия признаков, как депрессии, так и мании (своеобразный “взаимообмен” компонентами).

Такие сложные по структуре состояния принято называть смешанными аффективными состояниями.

Клинические картины, обозначаемые сейчас аффективными расстройствами, известны с глубокой древности. Термины меланхолия и мания употреблялись Гиппократом (450 г. до н.э.). Современные представления об аффективных расстройствах восходят к Крепелину (1896), выдвинувшего концепцию маниакально–депрессивного психоза (МДП). К. Леонгард (1957) предложил различать биполярную МДП, где представлены как маниакальные, так и депрессивные эпизоды. Легкую форму МДП часто обозначают термином циклотимия (Kahlbaum, 1882). Полагают, что заболеваемость циклотимией составляет около 1%, но эти данные скорее всего занижены, так как пациенты не всегда попадают в поле зрения психиатра и часто лечатся у врачей общего профиля. Полагают, что они составляют 3–10% от внебольничного контингента.

Длительность фаз значительно меньше, чем при МДП (2–6 дней), смены состояний нерегулярны, пациенты болезненно воспринимают невозможность контролировать свой эмоциональный статус. В 5–10% случаев развивается наркотическая зависимость, в анамнезе частая смена мест жительства, вовлечение в религиозные и оккультные субкультуры.

Эйфория (“несу хорошее”) — другая форма болезненно–повышенного настроения. Для нее характерно благодушие и беспечность, которые сочетаются с пассивностью (“тихая радость”). Она чаще наблюдается при органических заболеваниях мозга на фоне более или менее выраженного слабоумия.

Мория (“лобная психика”) — эйфория с дурашливым двигательным возбуждением, склонностью к плоским, грубым шуткам. Наблюдается при поражении лобных отделов головного мозга на фоне слабоумия.

Экстаз — переживания восторга и необычайного счастья со своеобразным “погружением” в себя, в свой внутренний мир. При некоторых психических заболеваниях экстаз связан со зрительными галлюцинациями приятного содержания.

Экзальтация — приподнятое настроение, где более заметен не сам аффект, а ощущение прилива энергии, бодрости и повышения активности.

Паратимия — неадекватный аффект, извращение аффективности, когда больные радуются по поводу грустных событий и наоборот. Возможно также сосуществование в одно и то же время противоположных аффектов — амбивалентность. При этом одно и то же представление сопровождается и приятными, и неприятными чувствами, т.е. больной одновременно и огорчается, и радуется. Склонность больного отвечать на внешние раздражители неадекватно или двоякой реакцией характерна для шизофрении.

Элементы амбивалентности бывают и у психически здоровых людей.

Например, страдающие хирургическими заболеваниями в одно и то же время желают и не хотят операции. Амбивалентность прекрасно характеризуется словами Лермонтова: “и как-то весело, и хочется мне плакать”.

Тяжело переживаются больными так называемые насильственные чувства, которые возникают без какого бы то не было внешнего повода. Насильственными могут быть смех, слезы. Вернее, чувств как таковых в подобных случаях нет, а есть лишь их внешнее проявление. Такие состояния возможны при поражении глубоких структур мозга при травмах или нарушениях кровообращения.

ИССЛЕДОВАНИЕ ЭМОЦИЙ И ЧУВСТВ При исследовании эмоциональной сферы в клинической практике главное значение придается беседе и наблюдению за эмоциональными реакциями пациента, а также анализу поведения больного, о котором могут сообщить врачу его родственники или сослуживцы по работе.

Обращают внимание на выражение лица и мимику, позу и пантомимику, особенности речи. К объективным признакам эндогенной депрессии, кроме поведенческих особенностей, можно отнести наличие тахикардии, мидриаза, спастических запоров, нарушений менструаций, сухости во рту и иных вегетативных сдвигов.

Психиатрами описан ряд специфических симптомов — внешних признаков депрессии: “фигура омеги” (складка между бровей, похожая на греческую букву “омега”), признак Верагута (нависание наружных половин верхних век) и другие.

Иногда можно обнаружить на коже рубцы — следы бывших попыток к самоубийству (в области шеи, сердца или локтевых вен).

По поводу основного настроения задают пациенту вопрос, каково оно, хорошее–плохое, нет ли тоски, страха или тревоги. Если ответ неопределенный, то дополнительно спрашивают, не изменилось ли настроение и какое оно было раньше. Обращают внимание на суточные и сезонные колебания основного фона настроения (заметные ухудшения в утренние часы или вечером, в осенне-весенние сезоны года чаще характеризует периодическую эндогенную депрессию). Большое значение имеет выявление отсутствия или слабости эмоциональной реакции на эмоциогенные стимулы (апатия). При исследовании аффективных реакций следует иметь в виду, что они иногда не всегда соответствуют основному фону настроения.

Так, например, на фоне веселого настроения можно наблюдать и реакцию злобности.

В условиях психологической лаборатории для исследования степени эмоциональной возбудимости используются методики регистрации кожно гальванического рефлекса, электроэнцефалограммы (чаще усиление тета–ритма), пульса, артериального давления и других физиологических, а также биохимических параметров при различных эмоциогенных нагрузках. Определенная независимость от воли возникновения вегетативных реакций при эмоциогенных стимулах легла в основу создания “детекторов лжи”, т.е. специальных приборов (полиграф), которые регистрируют различные телесные проявления эмоций. Полиграфические методы исследования приобрели большую распространенность в различных психофизиологических исследованиях.

Изучение эмоций по их телесным проявлениям названо немецким психологом Освальдом Кюльпе (1862–1915) “методом выражения”. Кюльпе, как последователь Вундта, известен также как создатель теории “безобразной мысли” (мысль не должна иметь сенсорного или образного содержания). Он, установив наличие несенсорных форм сознания, нанес серьезный удар по структурной психологии сознания Вундта, где основными составляющими (“атомами”) сознания признавались ощущения и элементарные чувства.

Первые экспериментальные исследования эмоциональных состояний по методу выражения были проведены А. Моссо (1881), который сконструировал плетизмограф, Ш. Фере (1888) и И.Р. Тархановым (1890), которые независимо друг от друга предложили психогальванический метод.

Наряду с методом выражения большую роль в изучении эмоций сыграл и так называемый “метод впечатления”, начало которому положено И. Гете. Он изучал действие цвета на чувства, но полную методическую разработку метода осуществил Г. Фехнер в разделе экспериментальной эстетики. Цель опыта сводилась к определению того, как и в какой степени разные ощущения цвета оказывают на человека эстетическое воздействие. В последующем это использовалось для изучения элементарных чувств и эмоций в области слуха (сочетания звуков) и движений (пространственно—временные отношения слуховых и зрительных восприятий). Существенным для метода впечатления является субъективное сравнение (нравится или нет) двух и более одновременно или последовательно предъявляемых раздражителей. Итогом подобных исследований было построение для каждого из испытуемых аффективных кривых удовольствия и неудовольствия.

В 90-х годах 20 в. наметилась тенденция объединения метода впечатления с методом выражения, что связано со стремлением объективизировать субъективные оценки испытуемого. Кроме этих двух основных экспериментальных методов изучения эмоций, в психологии стали часто использовать различного рода опросники, фото киносъемку для регистрации мимики, позы тела и других выразительных движений, сопровождающих эмоции человека.

Определенные данные об эмоциональной сфере больного дают тесты изучения темперамента и личности, опросники выраженности реактивной и личностной тревоги, наличия депрессии. Могут быть полезными для оценки эмоциональной сферы и ряд других методик экспериментально—психологического исследования:

изучение уровня притязаний, тест фрустрационной толерантности Розенцвейга, метод “чернильных пятен” Роршаха, тест “портретов” Сонди, цветовой тест Люшера, исследование понимания эмоционального подтекста в рассказе, исследование юмора и другие.

Начиная с 50-х годов происходит неуклонное внедрение специальных градуированных шкал во все основные отрасли медицины. Эти шкалы разрабатываются для сравнения разных методов и средств терапии, а также в научных целях. Для объективной оценки депрессии в психиатрии разработано множество шкал, которые могут быть подразделены на две группы: шкалы самооценки (например шкала Цунга, ) и шкалы, где оценку состояния больного проводит врач (например, шкала Гамильтона, шкала Раскина, шкала Мотгометри– Асберга и др.).

Шкала самооценки депрессии Цунга (Zung W.W.K., Durham N.S., 1965) — обеспечивает оценку интенсивности депрессивных симптомов и измеряет депрессию в целом. Используется для предварительной диагностики, катамнестических сравнительных исследований, клинических испытаний лекарственных средств. Шкала состоит из пунктов, каждый из них выражает симптом депрессии в форме утверждения (пункты 5, 6, 11, 12, 16, 17, 18 и 20, обратный подсчет баллов) или отрицания. Нормальный показатель равен 34 или меньше, а депрессивный — 50 или выше.

Большую Вопросы шкалы Цунга Крайне часть для самооценки депрессии редко Редко Часто времени или постоянно (1) (2) (3) (4) 1. Я чувствую угнетенность, подавленность 2. Я лучше всего чувствую себя утром 3. Я много плачу 4. Я плохо сплю ночью 5. Я ем столько же, сколько и раньше 6. Я получаю удовольствие от того, что нахожусь среди привлекательных мужчин/женщин или общаюсь с ними 7. Я заметно теряю в весе 8. Меня беспокоят запоры 9. Мое сердце бьется чаще, чем обычно 10. Я чувствую усталость без видимой причины 11. Я мыслю так же четко, как и раньше 12. Мне легко выполнять привычную работу 13. Я беспокоен и не нахожу себе места 14. Я полон светлых надежд на будущее 15. Я более раздражителен, чем раньше 16. Мне легко принимать решения 17. Я чувствую, что полезен и нужен людям 18. Я живу полной и интересной жизнью 19. Я считаю, что другим было бы лучше, если бы я умер 20. Я по-прежнему получаю удовольствие от того, что мне нравилось и раньше Шкала Гамильтона для оценки депрессии (HDRS) предназначена для измерения тяжести депрессии в клинических и экспериментальных целях (Hamilton M., 1967).

Исследователь должен иметь подготовку в психиатрии, т.к. шкала основывается на клинической беседе с больным. Время оценки определяется как “сейчас” или “в течение последней недели”. Оригинальная версия шкалы содержит 23 пункта, 2 из которых состоят из двух частей. В настоящей версии 21 пункт (последние 4 пункта отражают типы депрессии или редкие синдромы). Сумма баллов лиц без депрессии равна 0, крайняя степень депрессивного (меланхолического) синдрома (максимальная оценка) равна баллам.

1. Депрессивное настроение (подавленность, безнадежность, беспомощность, чувство собственной малой ценности) 0= отсутствие 1= выражение указанного чувства только при прямом вопросе 2= высказывается в жалобах спонтанно 3= определяется не вербальным выражением, а посредством наблюдения: мимика, поза, голос, плаксивость 4= пациент выражает только эти чувства как в спонтанных высказываниях, так и невербально 2. Чувство вины 0= отсутствует 1= самоуничижение;

считает, что подвел других 2= чувство собственной вины или мучительные размышления о прошлых ошибках или грехах 3= настоящее заболевание расценивается как наказание;

бредовые идеи виновности 4= вербальные галлюцинации обвиняющего и осуждающего содержания и/или зрительные галлюцинации угрожающего содержания 3. Суицидальные намерения 0= отсутствует 1= чувство, что жить не стоит 2= желание смерти или какие-либо мысли о возможности собственной смерти 3= суицидальные высказывания или жесты 4= суицидальные попытки (любая серьезная попытка оценивается как "4") 4. Ранняя бессонница 0= отсутствие затруднений при засыпании 1= жалобы на эпизодические затруднения при засыпании (дольше чем 30 мин) 2= жалобы на невозможность заснуть каждую ночь 5. Средняя бессонница 0= отсутствует 1= жалобы на беспокойный сон в течение всей ночи 2= многократные пробуждения в течение всей ночи;

любой подъем с постели оценивается как "2" (исключая физиологические потребности) 6. Поздняя бессонница 0= отсутствует 1= раннее пробуждение утром с последующим засыпанием 2= окончательное раннее утреннее пробуждение 7. Работоспособность и активность 0= отсутствие трудностей 1= мысли и ощущение несостоятельности, чувство усталости и слабости, связанное с деятельностью (работа или хобби) 2= утрата интереса к деятельности (работе или хобби), выраженная непосредственно в жалобах или опосредовано, через апатичность и нерешительность (чувство потребности в дополнительном усилии приступить к работе или проявить активность) 3= уменьшение времени проявления активности или снижение продуктивности;

в условиях стационара оценка “3” выставляется, если активность пациента проявляется в течение не менее 3 ч в день (работа в стационаре или хобби) 4= отказ от работы вследствие настоящего заболевания;

в стационаре оценка “4” выставляется, если пациент вообще не проявляет активности или не справляется даже с рутинной бытовой деятельностью без посторонней помощи 8. Заторможенность (замедленность мышления и речи, нарушение способности концентрировать внимание, снижение моторной активности) 0= нормальная речь и мышление 1= легкая заторможенность в беседе 2= заметная заторможенность в беседе 3= выраженные затруднения при проведении опроса 4= полный ступор (обездвиженность) 9. Ажитация (тревожное возбуждение) 0= отсутствие 1= беспокойство 2= беспокойные движения руками, теребление волос и пр.

3= подвижность, неусидчивость 4= постоянное перебирание руками, обкусывание ногтей, выдергивание волос, покусывание губ 10. Психическая тревога 0= отсутствие 1= субъективное напряжение и раздражительность 2= беспокойство по незначительным поводам 3= тревога, отражающаяся в выражении лица и речи 4= страх, выражаемый и без расспроса 11. Соматическая тревога (физиологические проявления тревоги: гастроинтестинальные — сухость во рту, метеоризм, диспепсия, диарея, спазмы, отрыжка;

сердечно сосудистые — сердцебиение, головные боли;

дыхательные — гипервентиляция, одышка;

учащенное мочеиспускание;

повышенное потоотделение) 0= отсутствие;

1= слабая;

2= средняя;

3= сильная;

4= крайне сильная 12. Желудочно–кишечные соматические симптомы 0= отсутствие 1= утрата аппетита, но с приемом пищи без сильного принуждения;

чувство тяжести в животе 2= прием пищи только с упорным принуждением;

потребность в слабительных средствах или препаратах для купирования гастроинтестинальных симптомов 13. Общие соматические симптомы 0= отсутствие 1= тяжесть в конечностях, спине или голове, мышечные боли;

чувство утраты энергии или упадка сил 2= любые резко выраженные симптомы 14. Генитальные симптомы (утрата либидо, менструальные нарушения) 0=отсутствие симптомов;

1=слабо выраженные;

2=сильно выраженные 15. Ипохондрия 0= отсутствие 1= поглощенность собой (телесно) 2= чрезмерная озабоченность здоровьем 3= частые жалобы, просьбы о помощи и пр.

4= ипохондрический бред 16. Потеря в весе {оценивается либо пункт А, либо Б) А. По данным анамнеза:

0= отсутствие потери в весе 1= вероятная потеря в весе в связи с настоящим заболеванием 2= явная (со слов пациента) потеря в весе 3= не поддается оценке Б. Если имеются данные об измерениях веса тела 0= потеря в весе менее 0,5 кг в неделю 1= более 0,5 кг в неделю 2= более 1 кг в неделю 3= не поддается оценке 17. Критичность отношения к болезни 0= осознание, что болен депрессией или каким-либо заболеванием 1= осознание болезненности состояния, но отнесение этого за счет плохой пищи, климата, переутомления на работе, вирусной инфекции, потребности в отдыхе и пр.

2= полное отсутствие осознания болезни 18 суточные колебания А. Уточните, когда симптомы выражены а более тяжелой форме, утром или вечером;

при отсутствии суточных колебаний маркируйте 0 баллов 0= отсутствие колебаний;

1= ухудшение утром;

2= ухудшение вечером Б. Если суточные колебания имеют место, оцените их выраженность;

при отсутствии колебаний маркируйте пункт “отсутствуют” 0= отсутствуют;

1= слабые;

2= сильные 19. Деперсонализация и дереализация (например, ощущение нереальности окружающего) 0= отсутствует;

1= слабая;

2= умеренная;

3= сильная;

4= непереносимая 20. Параноидальные симптомы 0= отсутствуют;

1= подозрительность;

2= идеи отношения;

3-бред отношения и преследования 21 Обсессивные и компульсивные симптомы 0= отсутствуют;

1= легкие;

2= тяжелые Особое место при исследовании эмоций, особенно в клинике неврозов, занимают методики изучения эмоциональных отношений больного. Для изучения эмоциональных отношений могут использоваться различные опросники, методика “незаконченных предложений”, классический ассоциативный эксперимент, цветоассоциативный эксперимент на основе теста Люшера (Эткинд А.М., 1980) и другие. В качестве примера приведем бланковый вариант изучения фундаментальных эмоций по К. Изард.

Дифференциальные шкалы эмоций (По К. Изард, модификация О.П. Елисеев, 1994) Шкалы эмоций в понятиях Сумма Эмоция Внимательный Концентрированный Собранный 1. Интерес Наслаждающийся Счастливый Радостный 2. Радость Удивленный Изумленный Пораженный 3. Удивление Унылый Печальный Сломленный 4. Горе Взбешенный Гневливый Безумный 5. Гнев Чувствующий Чувствующий Чувствующий 6. Отвращение неприязнь отвращение омерзение Презрительный Пренебрегающий Надменный 7. Презрение Пугающий Страшный Сеющий панику 8. Страх Застенчивый Робкий Стыдливый 9. Стыд Сожалеющий Виноватый Раскаивающийся 10. Вина Инструкция: оцените в 4-бальной шкале то, в какой степени каждое понятие описывает Ваше самочувствие в данный момент, проставив подходящую для Вас цифру справа: “1”— совсем не подходит, “2” — пожалуй, верно, “3” — верно, “4” —совершенно верно.

Обработка результатов. Подсчитываются суммы баллов по строкам (качественный анализ — обнаружение доминирующих эмоций). Вычисляется коэффициент самочувствия (К) из отношения результата суммы эмоций 1,2,3,9,10 к эмоциям — 4,5,6,7,8. Если К больше 1,0 самочувствие более отвечает положительному (гипертимному), а при К меньше 1,0 — отрицательному (дистимному, с пониженным настроением) полюсу. При очень низком К возможно заподозрить депрессию КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ И ВЫВОДЫ Эмоции, как и другие психические процессы, являются одной из форм отражения сознанием реального мира. Однако эмоции отражают окружающий мир соотносительно значимости его к субъекту, т.е. удовлетворения или неудовлетворения потребностей, целей и намерений. В этом наглядно проявляется и сугубо субъективный характер этого отражения в виде наиболее общего отношения человека к действительности и самому себе с положительной или отрицательной полярностю эмоционального состояния.

Немецкий ученый В. Вунд описывает и другие свойства эмоций в своей “трехмерной теории чувств”, полагая что все многообразие эмоциональных состояний можно свести к комбинации трех пар более простых эмоций. В теории фундаментальных эмоций К. Изарда уже насчитывается 10 таких качественно различных простых эмоций (три положительных и семь отрицательных), которые и формируют весь спектр эмоциональности человека.

Человеческие эмоции имеют длительный филогенез, ходе которого сформировались их специфические функции: регулятивная (гомеостаз, адаптивные физиологические и поведенческие реакции) и коммуникативная (внешнее выражение эмоций). Сравнительные нейроанатомические исследования указывают на роль развитой лимбической системы и коры мозга в формировании эмоциональных реакций. В онтогенезе более сложные эмоции — чувства, свойственные только человеку, формируются на основе простых эмоций под влиянием социального научения.

Эмоции у человека проявляются в виде трех основных форм — кратковременных эмоциональных реакций, более продолжительных эмоциональных состояний и достаточно устойчивых избирательных эмоциональных отношений. Более дифференцированно эмоциональную сферу описывает классификация, выделяющая пять основных групп эмоциональных переживаний: аффект, собственно эмоция, чувство, настроение и стрессовое состояние.

Особенности протекания эмоциональных процессов у человека лежат в основе индивидуальных различий между людьми. Крайние варианты этих особенностей граничат с эмоциональными нарушениями: эмоциональная лабильность– ригидность, эмоциональная возбудимость, эксплозивность или эмоциональная монотонность, эмоциональный паралич и апатия, эмоциональная неустойчивость и эмоциональная невоздержанность. Особое место в этом списке придается вариациям по выраженности, формам проявления и этапам развития страха и тревоги у человека., которые довольно часто встречаются как в повседневной жизни человека, так и при психических заболеваниях.

В психопатологии обычно выделяют пять основных типов патологического эмоционального реагирования, которые характерны для определенных групп психических заболеваний: психогенных (кататимное реагирование), эндогенных аффективных (голотимное реагирование), шизофрении (паратимное реагирование), эпилепсии и органических поражениях мозга (эксплозивное реагирование) и при ослабоумливающих мозговых процессах (дементное реагирование). В судебной психиатрии самостоятельное значение приобретает дифференциальная диагностика физиологического и патологического аффекта, а в психиатрической клинике — диагностика расстройств настроения (гипотимия, гипертимия и паратимия).

В условиях психологической лаборатории эмоции можно изучать по их телесным, внешним проявлениям (метод “выражения” по Кюльпе) с помощью специальных приборов — “детекторов лжи”, а также предложенный еще Гете метод “впечатления”, основанный на субъективном сравнении (нравиться или нет) двух и более предъявляемых стимулов. Широкое распространение, особенно для сравнения разных методов терапии, получили специальные градуированные шкалы для измерения выраженности расстройств настроения (шкала Гамильтона для оценки депрессии и другие).

Вопросы для самоподготовки 1. Можно ли, наблюдая за поведением человека, точно определить, какие эмоции он испытывает?

2. Является ли знание о физиологических изменениях в организме достаточным для определения эмоционального состояния?

3. В чем состоит регулирующая функция эмоций?

4. По каким критериям эмоциональные явления разделяются на аффекты, собственно эмоции, чувства и настроения?

5. Чем отличается стресс от дистресса?

6. В какой фазе стрессовой реакции возможны структурные изменения в концевом органе–мишени?

7. В чем заключается различие в теориях эмоций Джеймса–Ланге и Кэннона– Барда?

8. Как объясняется возникновение эмоций в когнитивных теориях?

9. Как классифицируются эмоции в теории дифференциальных эмоций К. Изарда?

10. Как классифицируются вторичные эмоции?

11. Каковы главные критерии дифференциации патологического аффекта от физиологического?

12. При поражении каких отделов мозга возникают “насильственные чувства”?

13. Каковы психофизиологические причины общего нарушения обычного поведения ребенка при эмоционально значимых воздействиях?

14. По каким параметрам описываются индивидуальные особенности эмоциональной сферы личности?

15. В чем сходство и каковы различия между эмоциональной возбудимостью и эксплозивностью?

16. Чем отличается тревога от состояний страха?

17. Какими признаками проявляется эмоциональная неустойчивость?

18. Какой тип эмоционального реагирования характерен для биполярных аффективных расстройств?

19. Что относится к соматическим (витальным) признакам депрессивного состояния?

20. Для какого психического заболевания характерны расстройства настроения по типу паратимии?

21. Какие психологические методики используются для объективной оценки тяжести депрессии при клинических испытаниях антидепрессантов?

ГЛАВА ВОЛЯ И ДВИГАТЕЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ ПОНЯТИЕ ВОЛЯ В повседневной жизни мы обычно не затрудняемся в определении явлений, которые относятся к проявлениям воли. К волевым относят все действия и поступки, которые совершаются не по внутреннему желанию, а по необходимости.

К волевым также относятся и те действия, которые связаны с преодолением различных жизненных трудностей и препятствий. Кроме того имеется целый ряд свойств личности, которые традиционно обозначаются как волевые — настойчивость, выдержка, целеустремленность, терпение и другие.

В научной психологии подобной ясности нет. Более того, проблема воли как таковая часто и вовсе отрицается, а вместо нее обсуждают регуляцию поведения в связи с потребностями, мотивами, желаниями и целями человека. Действительно, если у субъекта есть потребность и желание к деятельности с заинтересованностью в ее осуществлении, то такое поведение не нуждается в волевой регуляции и называется произвольным.

Исходный мотив, т.е. побуждение к действию, является важным инициирующим началом конкретного поведения, но осознание необходимости действовать и принятие соответствующего решения вовсе не означает того, что человек приступит к его реализации. Например, разные люди с одинаковыми возможностями при решении одной и той же задачи почему-то действуют с разной степенью решительности и настойчивости, а при столкновении с трудностями одни из них и вовсе перестают действовать, а у других решительность и настойчивость удваивается. Поэтому понятие “воля” необходимо для анализа процессов побуждения к действию в ситуациях, где у человека отсутствует заинтересованность, где он действует по необходимости (“надо”), а не по непосредственному желанию. Воля проявляется тогда, когда человек встречается с трудностями, препятствиями на пути к цели. Внешние препятствия — это время, пространство, противодействия людей или физические свойства вещей. Внутренние препятствия — это собственные отношения и установки человека, болезненное состояние или преодоление просто усталости. Внешние и внутренние препятствия, отражаясь в сознании, вызывают волевое усилие, которое представляет собой особое нервно-психическое состояние, создающее необходимый тонус и мобилизационную готовность физических, интеллектуальных и моральных сил для преодоления трудностей.

Как и все психические явления, воля — одна из форм отражения. Отражаемым объектом в волевом процессе является цель поведения и ее соотношение с выполняемым в каждый данный момент поведенческим этапом на пути к достижению этой цели. Воля — это психический процесс сознательного управления и регулирования своего поведения, обеспечивающий преодоление трудностей и препятствий на пути к поставленной цели.

Воля человека непременно проявляется в его внешних или внутренних (умственных, психических) действиях, т.е. в прилагаемом мускульном и нервном напряжении для достижения цели. Все волевые действия целенаправленны и согласованы между собой. Чем больше препятствий и чем сильнее у человека желание достигнуть цель, тем больше мышечного и нервного напряжения требует волевое действие. Именно это напряжение человек и переживает как волевое усилие.

Низшие уровни воли, такие как произвольное движение или задержка импульсивного действия, выделяются уже у животных, однако развитая воля является специфически человеческой функцией. Она является социальным новообразованием психики, возникла и формируется в процессе трудовой деятельности человека. Подчеркивая ее социальную сущность и исключительное влияние на человеческое поведение, И.М. Сеченов (1947) писал: “Воля не есть какой-то безличный агент, распоряжающийся только движением, это деятельная сторона разума и морального чувства, управляющая движением во имя того или другого и часто наперекор даже чувству самосохранения”.

Понятие воли было введено как понятие объяснительное. В античной философии это понятие и реальность, которую оно было призвано объяснить, наиболее четко представлено в трудах Аристотеля. Он привлекает понятие воли для объяснения порождения действия, основанного не на желаниях человека, а на разумном решении о его осуществлении. Само по себе знание не обладает побудительностью. Только в соединении со стремлением, которое придает решению побудительную силу, обеспечивается выполнение действия не потому, что “так хочется”, а потому, что “так надо”. Таким образом, воля понимается здесь как некая способность человека к определенной активности, причем активности не только в плане побуждения к действию на основе размышления, но и торможения желаемого действия, когда размышление подсказывает избегать его. Подход к рассмотрение проблем воли в контексте побудительной ее функции (порождения действия) в последующем обозначили как мотивационный (от лат. movere — приводить в движение, толкать).

В других случаях проблему воли рассматривают более со стороны необходимости выбора мотивов и целей (подход “свободного выбора”). При этом акцент делается на моменты принятия решения о действии при наличии в сознании одновременно двух или более идей движения (мотивов). Этот подход к исследованию воли также был намечен еще в сочинениях Аристотеля и позже привел к выделению из него и самостоятельной разработке философской проблемы свободы воли. В рамках подхода “свободного выбора” можно выделить два варианта представлений о воле (Иванников В.А., 1991).

В первом варианте воля рассматривается как самостоятельная сила души, обладающая способностью к решению о действии (волюнтаристический тип теории).

Абсолютизация свободы воли привела к возникновению мировоззрения экзистенциализма, “философии существования” (М. Хайдегер, К. Ясперс, Ж.П. Сартр, А. Камю и др.). Свобода здесь рассматривается как абсолютная свобода воли, не обусловленная никакими внешними социальными обстоятельствами. Любые нормы и правила для человека есть его подавление, нивелировка.

Во втором варианте воля сводится к функционированию познавательных процессов (интеллектуалистические теории). Далеко не всякое желание претворятся в жизнь. У человека может возникнуть одновременно несколько противоречивых желаний. Какое из них реализовать первым, какое из них следует затормозить или вовсе от него отказаться?

Внутренняя борьба мотивов включает в себя широкое мысленное обсуждение всех доводов за и против действовать в том или ином направлении. Внутренняя работа сознания, связанная с выбором, обдумыванием и оценкой — суть интеллектуалистических теорий. Подлинно волевое действие является избирательным актом, включающим сознательный выбор и решение.

Воля направлена не только на внешнее действие, но и на внимание и другие психические процессы. Власть личности над своими душевными состояниями невозможна без “некоего регулятивного фактора”. Сторонники регулятивного подхода к проблемам воли полагают, что воля занимает центральное место в ядре личности и через нее “Я” управляет мышлением, воображением, эмоциями и поведением в целом. Сама воля лишена способности порождать действия или мысли, она только регулирует их. В разрешение противоречий в структуре мотивации при ее становлении и функционировании и принимают участие механизмы воли — активное “воление”, волевая регуляция (Басов М.Я., 1922;

Калин В.К., 1989 и др.).

ПОБУДИТЕЛЬНАЯ И ТОРМОЗНАЯ ФУНКЦИИ ВОЛИ Воля обеспечивает выполнение двух взаимосвязанных функций:

побудительной и тормозной. Побудительная функция воли обеспечивает возможности человека для активизации своих действий, чтобы добиться их успешного завершения в условиях преодоления трудностей.

Побудительная функция воли связана с активностью человека, но не с любой активностью. Воля — это особая форма активности человека. В отличии от реактивности (реактивного поведения), когда действие обуславливается предшествующей ситуацией (на оклик человек оборачивается, брошенный мяч отбивает и т.п.), активность здесь порождает действие исходя из специфики внутренних состояний субъекта (нужда в необходимой информации побуждает окликнуть товарища).

Если поведение не ориентировано на цель деятельности и представляет собой совокупность реактивно–импульсивных ответов на стимулы окружающей среды, то такое поведение в психологии часто называют полевым поведением (“поле” в данном случае понимается как совокупность различных переживаемых “здесь и теперь” побудителей активности субъекта). Полевое поведение можно наблюдать у детей раннего возраста, а также при некоторых нарушениях психической деятельности взрослого человека.

В отличии от полевого поведения, характеризующегося непреднамеренностью, активность в волевых процессах характеризуется произвольностью, т.е.

обусловленностью действия сознательно поставленной целью. Активность здесь может и не обуславливаться требованиями сиюминутной ситуации, она характеризуется надситуативностью, т.е. выходом за пределы заданного, постановкой целей избыточных по отношению к исходной задаче (творческий порыв и т.п.).

Тормозная функция воли заключается в возможностях человека удержаться от совершения каких-то действий, а если они начались то замедлить или остановить их, направить по другому руслу. Тормозная функция воли проявляется в сдерживании нежелательных проявлений активности. Человек способен затормозить побуждения и выполнение действий, которые не соответствуют его убеждениям, идеалам, мировоззрению. По мнению И.П. Павлова волевое торможение человеком своей деятельности не менее, а часто более сложное волевое усилие, чем активизация. В своем единстве тормозная и побудительная функции воли обеспечивают преодоление трудностей на пути к достижению цели, т.е.

обеспечивают волевую регуляцию поведения человека.

Волевой акт человек осуществляет как личность, ответственная за все его последствия. Формой проявления активности человека и в особенности его воли выступает деяние — социально значимый результат деятельности, ответственность за который несет сам субъект (даже в том случае, когда произведенный результат выходит за рамки его исходных намерений).

Помогая другому, способствуя решению его проблем, человек совершает благодеяние. При этом он может и не подозревать, какую роль сыграл он в жизни другого человека. Неоправданно блокируя удовлетворение потребностей других людей, субъект совершает злодеяние. Осуществляя деяния человек может выступать носителем добра или злой воли и тем самым характеризоваться как личность с положительной или отрицательной стороны.

Восприятие человеком собственного поведения и его последствий связано с понятием локуса контроля воли. Люди заметно различаются по тому, кому они склонны приписывать ответственность за собственные деяния. Есть люди, которые склонны приписывать причины своего поведения и свои деяния внешним факторам — судьбе, случаю, обстоятельствам (экстернальный локус контроля воли).

Исследования показали, что склонность к экстернальной локализации контроля связана с такими личностными чертами как безответственность, неуверенность в своих способностях и силах, тревожность и т.п. (Петровский А.В.,1986). При внутренней (интернальной) локализации контроля индивид, как правило, принимает на себя ответственность за свои деяния и причину их видит в своих способностях, характере и т.п. Больные, обладающие внутренним локусом контроля, обычно лучше осведомлены о своем заболевании, о больничном режиме, стремятся принимать активное участие в процессе лечения.

Человек, совершивший правонарушение, должен нести за него ответственность потому, что он обязан и способен осознавать общественную опасность совершаемого им деяния и регулировать свое поведение, исходя из требований закона. Понятие невменяемости является негативным по отношению к вменяемости. Судебно– психиатрическая оценка невменяемости строится на основе определенных критериев невменяемости, содержащихся в законодательной формуле невменяемости. Последняя состоит из двух критериев — медицинского и юридического (психологического). Если медицинский критерий охватывает все возможные формы болезненных расстройств психики, то юридический критерий характеризует в психологических понятиях такую степень болезни, которая исключает вменяемость. Психологический критерий обычно подразделяют на два признака: интеллектуальный — невозможность отдавать себе отчет в своих действиях и волевой — невозможность руководить своими действиями.

ВОЛЕВАЯ РЕГУЛЯЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА Поведение традиционно определяют как присущее всем живым существам взаимодействие с окружающей средой, опосредованное их внешней (двигательной) и внутренней (психической) активностью. Только человеку свойственна особая форма активности, называемая деятельностью. Простое поведение не всегда целенаправленно и не предполагает создания определенного продукта, а деятельность — систематична и нацелена на создание определенного продукта. Она является особой формой психической и физической активности человека, регулируемой сознаваемой целью.

Деятельность имеет сложное иерархическое строение и состоит из нескольких “слоев” или “уровней”: 1) уровень особенных деятельностей (или особых видов деятельности);

2) уровень действий;

3) уровень операций;

4) уровень психофизиологических функций.

Действие — основная единица анализа деятельности и понимается в деятельностном подходе в психологии (Выготский Л.С., Рубинштейн С.Л., Леонтьев А.Н., Лурия А.Р., Эльконин Д.Б., Гальперин П.Я.) как процесс, направленный на реализацию цели. Человеческая деятельность проявляется в форме действия или цепи действий.

Например, трудовая деятельность существует в трудовых действиях, учебная деятельность — в учебных действиях и т.д.

“Промежуточный” результат, которому подчиняются трудовые процессы человека, должен выделен для него субъективно — в форме представления. Это процесс осознания цели. Цель — образ желаемого результата, который должен быть достигнут в результате выполнения действия. Имеется в виду сознательный образ результата, он удерживается в сознании все время, пока осуществляется действие. Цель задает действие, действие обеспечивает реализацию цели. Сами цели характеризуются разнообразием, а главное разномасштабностью. Всякое достаточно крупное действие представляет последовательность действий более низкого порядка с переходами на разные “этажи” иерархической системы действий. Деятельность и действие представляют собой не совпадающие между собой реальности. Одно и то же действие может осуществлять разные деятельности. Действие может быть как внешним (движение), так и внутренним (умственные действия), но все они подчинены целям.

Совокупность действий, которая как бы “гнездится” вокруг одного мотива называют особенной деятельностью. К особенным видам деятельности относятся игровая, учебная, трудовая деятельность.

Операции — способы выполнения действия. Совершить действие, т.е. достичь одну и ту же цель можно разными способами. Операции характеризуют техническую сторону выполнения действия. Операция подчинена условиям, в которых совершается действие.

Цель, данная в определенных условиях, называется задачей. Главное свойство операций состоит в том, что они мало или совсем не осознаются. По существу, уровень операций заполнен автоматизированными действиями и навыками.

Под психофизиологическими функциями в теории деятельности понимается физиологическое обеспечение психических процессов. К ним относятся ряд способностей нашего организма — способность к ощущениям, моторные способности, мнемические способности. Психофизиологические функции — это органический, биологический фундамент процессов деятельности.

Макроструктуру деятельности схематично можно представить следующим образом:

потребность—мотив—цель—действие—операция—психофизиологические функции.

Главное, что отличает одну деятельность от другой, состоит в различении их предметов.

Предмет деятельности (мотив) придает ей определенную направленность.

С помощью разума человек определяет когда, где и какое надо приложить усилие, чтобы получить необходимый результат. В большинстве случаев результат деятельности достигается сложным поведением, в ходе которого необходимо преодолевать объективные и субъективные трудности. Создать и удерживать усилие на уровне достаточном для получения нужного результата и призвана воля — действенная, активная и регулирующая сторона сознания. Благодаря воле человек по собственной инициативе, исходя из осознанной необходимости, может выполнять движения, действия в заранее спланированном направлении и с заранее предусмотренной силой.

Кроме двигательной активности, человек может соответствующим образом организовать и свою психическую деятельность, направлять ее: воспринять в нужный момент предмет, явление (произвольное восприятие), запомнить материал (произвольное запоминание), создать образ или идею (произвольное воображение).

Человек может сдерживать свои эмоции, а порой внешне показать даже совершенно противоположное.

Таким образом, воля, с одной стороны, направляет действия человека или сдерживает их, а с другой — организует психическую деятельность, исходя из имеющихся задач и требований, что выражается в преднамеренных видах психических процессов. Как и в случае внимания, при рассмотрении воли целесообразно говорить и волевом компоненте каждого конкретного психического акта.

Все формы и способы организации человеческой деятельности связаны со сложными двигательными умениями и навыками. Любая практическая деятельность человека (игровая, учебная, трудовая) включает разнообразные действия: мысленные, сенсорные, мнемические, моторные (движения). Каждое из них определяется каким-то конкретным побуждением (влечением, желанием, страстью, убеждением, чувством долга) или совокупностью их. Не все эти побуждения отчетливо сознаются человеком, а действия, им соответствующие не одинаково контролируются сознанием.

Непроизвольные действия совершаются в результате возникновения неосознаваемых или недостаточно отчетливо осознаваемых побуждений. Они имеют импульсивный характер, лишены четкого плана. Примером непроизвольных действий могут служить поступки людей в состоянии аффекта (изумления, страха, восторга, гнева). Непроизвольные моторные действия следует отличать от рефлекторных и инстинктивных движений. Рефлекторные и инстинктивные движения свойственны детям раннего возраста (сосательный, оборонительный, хватательный, ориентировочный и другие рефлексы), хотя они присущи и взрослым людям.

Произвольные действия предполагают осознание цели, предварительное представление о тех операциях, которые могут обеспечить ее достижение, их очередность. Все произвольные действия производны от воли человека, но только в тех случаях, когда на пути к достижению цели требуется преодоление трудностей и препятствий, мы говорим о подлинно волевых действиях.

Волевые действия можно подразделять на сложные и простые. Сложное волевое действие — наиболее совершенная форма деятельности человека, требующая очень большого участия в нем мышления и внимания. Простое волевое действие не требует специального осмысления, но требует при его выполнении постоянного активного внимания. Оно образовалось в результате частого повторения сложного, т.е. в свое время достаточно обдуманного волевого акта. По мере дальнейшего повторения простого волевого действия оно становится привычным и для его осуществления уже не требуется даже активного внимания.

Навыки, как ряд частных движений слившихся в единый акт (сложное движение), также относятся к произвольным действиям, которые автоматизировались и протекают без участия сознания (ходьба, письмо, завязывание узлов).

ВОЛЯ И ПОТРЕБНОСТИ Важнейшее значение в формировании волевого акта имеет мотивационная сфера человека. Она представляет совокупность различных побуждений, приобретающих характер мотивов действий, поступков и форм деятельности.

Особенности данной сферы обуславливают направленность личности и именно в них она проявляет свою сущность. В мотивационную сферу включаются как осознаваемые (желания, стремления и др.), так и недостаточно осознаваемые мотивы (влечения, установки и др.).

Мотив поведения формируется на основе потребности, которая в психологии понимается как состояние человека, создаваемое испытываемой им нуждой в объектах, необходимых для существования и развития. Хотя чаще всего речь идет о необходимостях биологического порядка (витальные, органические потребности), этот термин может также означать нужду и в чем-то ином, имеющим лишь отдаленное отношение к выживанию — так называемые вторичные (социальные) потребности.

Всякая потребность имеет свой предмет или объект, который и становится непосредственным побудителем или мотивом поведения (от лат. movere — приводить в движение, толкать). Одновременно заметим, что потребность как состояние нужды в чем-либо, может удовлетворятся различными предметами и способами. Выбор предмета и способа удовлетворения зависит от многих обстоятельств.

В зависимости от степени осознанности мотива различают влечения и желания. Влечение понимается как психологическое состояние, выражающее недостаточно отчетливо осознанную потребность субъекта. Если влечение смутно и неясно, то желание характеризуется достаточно осознанной потребностью. При этом осознаются не только объекты желания, но и пути их достижения. Влечение является чаще преходящим явлением, т.к. представленная в нем потребность либо угасает, либо осознается и превращается в конкретное желание, намерение или мечту.

Непосредственно с потребностями человека связаны и его эмоции. Они отражают степень удовлетворения потребности. Кроме того, сейчас известно, что ответственные за биологические потребности и низшие эмоции нервные структуры расположены в мозге млекопитающих очень близко друг к другу. В частности, такие побуждения как голод и жажда, программируются в ядрах гипоталамуса, а центры эмоций (например, гнева), находятся в определенных участках лимбической системы, тесно связанной с гипоталамусом. Однако, чем выше мы поднимаемся по эволюционной лестнице, тем сложнее становятся мотивы и эмоции, и тем теснее они между собой переплетаются.

Обособление в психологии раздела мотивации связано с тем, что для полного объяснения некоторого поступка у человека явно недостаточно утверждения, что он был совершен из за возникшего влечения или желания. Мотивы волевых действий всегда имеют осознанный характер, а проблема мотивации в широком смысле предполагает выяснение всех факторов и детерминант, побуждающих и направляющих то или иное поведение человека.

Инстинктивные влечения играют существенную роль в жизни человека.

Традиционно основные биологические влечения подразделяют на влечение самосохранения, пищевое и сексуальное. Влечение самосохранения признается не всеми исследователями однозначно. Можно было бы согласиться с тем, что пищевое влечение одновременно является и влечением самосохранения, аналогично тому как и влечения половое и материнское являются производными единой тенденции — самосохранения рода, которая в эволюционном ряду главенствующая. Однако, нарушения инстинкта самосохранения, известные из клиники душевных болезней, убеждают в правомочности его самостоятельности (Конечный Р., Боухал М., 1983).

Все инстинкты (пищевой, половой и самосохранения) являются наиболее древними механизмами обеспечения целостности организма и продолжения рода. В процессе онтогенеза у человека они подвергаются коренному изменению, контролю воли и развитию до их высших, социальных форм проявления и осуществления в виде осознаваемой, целенаправленной деятельности.

По мнению Гарбузова В.И. (1995) по отношению к человеку можно выделить семь типов инстинктов как природных источников активности человека, определяющих выбор способов поведения: самосохранения (1), продолжения рода (2), альтруизма (3), исследования (4), доминирования (5), свободы (6), сохранения достоинства (7). На основании этого он строит и свою типологию личностей:

1) “эгофильный” тип — человек осторожен, рассудочен, избегает риска, недоверчив и подозрителен;

2) “генофильный” тип — человек охотно замещает “Я” на “Мы” и живет интересами группы, с которой он себя отождествляет;

3) “альтруистический” тип — это добрый, отзывчивый и способный к сопереживанию человек;

4) “исследовательский” тип — человек любознателен и изобретателен, он во всем стремиться дойти до сути;

5) “доминантный” тип — о таком человеке можно сказать, что он прирожденный лидер;

он логичен, самокритичен, способен к прогнозированию, к восприятию нового, умеет отличить главное от случайного;

6) “либертофильный” тип — это свободолюбивый человек, который не терпит ограничений, рутины, обыденности, консерватизма, он невосприимчив к догмам и внушению;

7) “дигнитофильный” тип — человек этого типа гордый, не терпит унижения ни в какой форме, обладает чувством собственного достоинства и чувством чести.

Инстинкт самосохранения проявляется в активно-оборонительной форме — агрессивность и в пассивно-оборонительной форме — реакций страха, паники или “мнимой смерти”.

Маленькие дети очень рано начинают испытывать страх к определенным объектам — страх незнакомца, испуг при внезапной потере опоры или громком звуке. Точно также у них адекватной реакцией на ограничение потребностей является агрессия — крик на тугость пеленок, а позднее соревновательность и наряду с этим драчливость. Еще В. Джеймс (1892) заметил, что страх часто вызывается теми же объектами, которые вызывают у человека гнев и ярость. Он отмечал, что дети чаще пугаются при посредстве слуховых, чем при посредстве зрительных впечатлений. Некоторые пресмыкающиеся и насекомые (в особенности змеи и пауки) особенно часто вызывают у человека страх, преодолеваемый с большим трудом. Страх вызывает темнота, высокие места и открытые пустые пространства. У нас вызывают тревогу странные на вид люди и странные животные, особенно приближающиеся к нам с угрожающим видом. Чувство страха, вызываемое ими, вполне инстинктивно и предшествует всякому опыту.

Исследования последних лет показали роль ствола и лимбической системы мозга, как источников жестко запрограммированных форм поведения, необходимых для выживания. Например, все ящерицы определенного вида поворачиваются боком и демонстрируют свой горловой мешок для того, чтобы напугать противника. Обезьяны демонстрируют "оскал испуга" (напоминает улыбку у человека) как знак подчинения и отсутствия агрессивных намерений — своеобразная защитная реакция. Существуют центры на уровне лимбической системы, раздражение которых у животных автоматически вызывает агрессивную реакцию. У человека при поражении миндалевидных ядер, расположенных в височных долях мозга, развивается чрезмерная вспыльчивость.

В формировании у человека агрессивности и панических реакций нельзя недооценивать и роль социальных влияний. В частности, в этом плане интересны результаты обследования детей в Чикаго (Eron и др., 1982). При исследовании влияния родительской семьи на проявления агрессивности у детей у исследователей возникло впечатление, что чем моложе и малограмотнее отец, тем больше у его сына были шансы стать агрессивным. Что же касается агрессивности девочек, то она более коррелировала с заработком отца: чем меньше отец получает, тем чаще проявлялась агрессивность в характере дочери. Не ослабевает интерес исследователей и к роли телепередач с демонстрацией актов насилия на формирование жестокости детей. Имеется немало данных, показавших большую привлекательность для агрессивных детей таких телепередач. Однако, неясно формируют ли сами телепередачи черты агрессивности у детей или, напротив, более жестокие дети предпочитают смотреть такие программы.

Пищевое влечение субъективно проявляется голодом и жаждой, которые принуждают организм к устранению их. Любое нарушение в балансе сахара, воды, кислорода или какого-то другого нужного организму компонента автоматически приводит к появлению соответствующей потребности и к возникновению биологического импульса к ее удовлетворению. Центры, регулирующие потребление пищи находятся в гипоталамусе: латеральная зона ответственна за чувство голода, а вентромедиальная область — чувство сытости. Эти две области, вероятно, образуют систему, поддерживающую вес тела на том оптимальном уровне, который задан генетически. Аналогично потребление воды регулируется специальными клетками гипоталамуса (осморецепторы), которые при обезвоживании стимулируют выработку антидиуретического гормона, влияющего на усиление обратного всасывания почками воды из первичной мочи. Если экономия воды, достигаемая таким способом, оказывается недостаточной, то возникает чувство жажды.

Половое влечение у низших животных жестко регулируется нервными и гормональными механизмами. У самок они обуславливают эстральный цикл, которым определяется период, когда самка подпускает к себе самца. На половое поведение самцов могут оказывать влияние нервные импульсы исходящие из переполненных семенем семенных пузырьков (Тарханов И.Р., 1885).

Инстинктивные механизмы лежат в основе форм поведения, которые позволяют самцу осуществлять спаривание и он не нуждается для этого в предшествующем опыте.

У высших млекопитающих, особенно у приматов, напротив, опыт все больше берет верх над генетически программируемым поведением. В частности, эксперименты с выращиванием в полной или частичной изоляции от сородичей шимпанзе показали выраженные аномалии полового поведения у них (Harlow, 1966). Развитие навыков сексуального (и материнского) поведения у людей находится в зависимости от жизненного опыта, а также от воспитания как в семье, так и в рамках той или иной культуры.

В половом влечении у человека (либидо) различают нейрогуморальный (энергетический, врожденный) и корковый (условно-рефлекторный, приобретенный) компоненты. Нейрогуморальная компонента связана с деятельностью гонад и подкорковых образований (межуточного мозга). Корковая компонента либидо обеспечивает формирование, т.н.. половой доминанты, которая обуславливает сексуально-эротическую окраску либидо. Двойственная природа либидо, взаимодействие его нейрогуморального и коркового компонентов обуславливают значительные колебания его интенсивности при половом воздержании и под влиянием всякого рода ситуационных моментах (Васильченко Г.С.,1977).

Как показали опросы американского сексолога А. Кинси (Kinsey A.C. и др., 1948) у большинства женатых мужчин в возрасте от 21 до 30 лет потребность в достижении оргазма среднем не превышает трех раз в неделю. У людей старше 30 лет эта цифра уменьшается до двух раз, а старше 45 лет — до одного раза в неделю. Приведенные цифры имеют чисто иллюстративное значение, т.к. частота половых сношений носит сугубо индивидуальный характер и зависит не только от возраста, но и от множества других факторов — силы индивидуально—биологических свойств полового влечения (половой конституции) и от таких факторов как усталость, недостаточность питания, болезнь и т.п. В первые несколько месяцев совместной жизни супруги, будучи достаточно молодыми, могут практиковать по несколько сношений с семяизвержением (эякуляция) в течение суток (сексуальный эксцесс), но со временем ритм половой жизни начинает более определяться оптимальными сроками созревания сперматозоидов и стабилизируется на уровне 2-3 раз в неделю (условно-физиологический ритм — УФР). Крайне редко можно встретить мужчину, который по тем или иным причинам в состоянии примириться с отсутствием в браке половой жизни. Потребность в половой близости связана с большей сексуальной активностью мужского организма. У большинства молодых мужчин при невозможности сексуальной разрядки возникает психический и физический дискомфорт — сексуальная абстиненция (чувство напряжения, раздражительность, застойные явления в органах малого таза).

У женщин несколько иное отношение к половой жизни в браке. Во всяком случае большинство женщин делают особый упор на гармонию характеров, силу чувств и именно от этих факторов ставят в зависимость супружеское счастье. Возможно это связано с тем, что у женщин, по мнению многих сексологов, оргазм представляет собой недавнее эволюционное приобретение. Хорошо известно, что в природе у самок, даже у человекообразных обезьян, нет оргазма. У самок животных сексуальная активность проявляется только в период овуляции (течка, эструс). Если у мужчин каждый половой акт заканчивается оргазмом, то у женщин процент половых актов с оргазмом нарастает по мере накопления сексуального опыта: в первый год супружества 60%, через 5 лет — 70%, через 10 лет — 80% и через 20 лет — 85%. У мужчин после оргазма всегда наступает чувство удовлетворения. Если оргазм у него почему-либо исчезает, то через некоторое время, в силу отсутствия безусловно—рефлекторного подкрепления, обычно распадается вся функциональная система — исчезает половое влечение и эрекция (Васильченко Г.С., 1977). В то время как у женщин удовлетворение без оргазма (satisfactio sine orgasmo) может продолжаться годами, не вызывая дискомфорта. У мужчин физиологическая сторона удовлетворения занимает четко доминирующее положение, является более стабильной и очень тесно спаянной с организмом. В противоположность этому, у большей части женщин психологическая сторона удовлетворения от полового акта превалирует над физиологической, а само удовлетворение как по глубине, так и по тональности широко варьирует даже у одной и той же женщины в зависимости от множества ситуационных факторов и отношения к партнеру.

ЭТАПЫ ВОЛЕВОГО АКТА Волевой акт состоит из этапов, т.е. последовательных и спланированных действий. В любом волевом действии можно обнаружить мотивационный и интеллектуальный компоненты, а также выделить четыре этапа:

1) актуализация побуждения с осознанием цели (возникновение мотивов деятельности);

2) обсуждение и борьба мотивов;

3) решение о действии;

4) исполнение принятого решения.

Нередко 1, 2 и 3-й этапы объединяют, называя эту часть волевого действия подготовительным звеном, а 4-й этап при этом является звеном исполнительным.

КОМПОНЕНТЫ ВОЛЕВОГО АКТА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ МОТИВАЦИОННЫЙ Принятие Принятие окончательного окончательного решения, решения, Борьба мотивов постановка постановка цели, цели, разработка разработка плана плана действия действия Реализация плана действий Удовлетворение — волевое потребности усилие Этапы волевого акта (Бухановский А.О., Кутявин Ю.А., Литвак М.Е., 1998) Первоначальным этапом всякого волевого действия является мотивирование, т.е. актуализация побуждения с осознанием и постановкой цели, на достижение которой направляется данное действие. Целью при этом является желаемый или предполагаемый результат действия, направленного на предмет, при помощи которого человек намерен удовлетворить ту или иную потребность.

На следующем этапе волевого акта возникает борьба мотивов, как конкретных побудителей действия, — одно желание противопоставляется другому, сталкивается с ним. Ситуация может требовать от человека овладения своим поведением, заставляет приложить соответствующие усилия для ее осмысливания.

При этом мотивы более высокие по уровню, например общественные интересы, могут сталкиваться с менее высокими, например, корыстными. Эта борьба мотивов переживается иногда мучительно, иногда проходит спокойно и заключается в подборе разумных доводов “за” и “против”.

Возможные пути и средства достижения цели соотносятся с имеющейся у человека системой ценностей, включающей убеждения, чувства, нормы поведения, ведущие потребности. Здесь каждый из возможных путей проходит обсуждение в аспекте соответствия конкретного пути системе ценностей данного человека. По мнению В.А. Иванникова (1991) основным механизмом волевого поведения является изменение или придание дополнительного смысла действию, когда оно уже выполняется не ради исходного мотива, но и ради личностных ценностей человека. Чем более нравственно воспитан человек, тем легче осуществляется им волевое действие. Этап борьбы мотивов и выбора путей достижения цели является центральным в сложном волевом акте.

Нерешительность, как волевое свойство личности, часто является результатом задержки волевого акта не только на этапе реализации принятого решения, но и на этапе борьбы мотивов.

Взвесив различные мотивы, ситуацию и возможные последствия своих действий человек принимает решение о действии. При этом он ставит перед собой конкретную задачу и составляет план действия. Этот этап характеризуется спадом внутреннего напряжения, которое сопровождало борьбу мотивов. Волевое действие заканчивается исполнением принятого решения.

Этап осуществления принятого решения, однако, не освобождает человека от необходимости прилагать волевые усилия, и порой не менее значительные, чем при выборе цели действия или способов его исполнения, поскольку практическое осуществление намеченной цели опять же сопряжено с преодолением препятствий.

Важно подчеркнуть, что отказ от практической деятельности не всегда является показателем безволия личности. Если человек прекращает стремление к цели из-за нежелания, неспособности справится с возникшим напряжением или приостанавливает практическую деятельность без достаточно веских причин — это показатель слабости воли. Если же у человека имеются серьезные основания к тому, чтобы прекратить стремление к цели, характеризовать его безвольным нельзя.

Волевой человек должен уметь, когда это нужно, отказаться от намеченного действия, принять новое решение, иначе это уже будет не появление воли, а бессмысленное упрямство.

Продолжительность каждого из этапов в разных случаях различна и четких переходов между ними не существует. Результаты любого волевого действия имеют для человека два следствия: первое — это достижение конкретной цели;

второе связано с тем, что человек оценивает свои действия и извлекает соответствующие уроки на будущее относительно способов достижения цели и затраченных усилий.

ВОЗРАСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ВОЛЕВОЙ РЕГУЛЯЦИИ И ФОРМИРОВАНИЕ ВОЛЕВЫХ СВОЙСТВ ЛИЧНОСТИ Произвольные движения начинают формироваться у ребенка на первом году его жизни. Со второго года жизни формируется способность к представлению отсутствующих предметов, благодаря чему поведение ребенка определяется уже не только наличной ситуацией, но и представляемой. Вследствие этого растет и время удержания ребенком заданной взрослыми цели действия, а затем у него появляется возможность и самостоятельной постановки цели.

В период от 2 до 3 лет закладываются основы регулирующей функции речи, хотя побуждение и торможение действия в этом возрасте в основном еще регулируются действием реальных внешних стимулов, а не с помощью слов.

Вследствие развития речи и мышления постепенно у ребенка формируется внутренний интеллектуальный план, благодаря которому ребенок создает замысел и план игровых действий, подчиняется правилам. Развитие внутреннего плана сознания позволяет предвидеть будущее и учитывать его в своих действиях.

В возрасте 3-4 лет у ребенка впервые появляются мотивы долга, развитие которых усиливается в школьном возрасте и продолжается у взрослых людей. На первом месте у дошкольников находятся игровые мотивы, но к старшему дошкольному возрасту начинают формироваться познавательные и общественные мотивы. Мощными мотивами поведения дошкольников остаются выполнение просьб взрослого и получение его одобрения. С 4 лет развивается контроль за своими действиями, а нарушение правил поведения другими замечается уже с 3 лет.

В дошкольном возрасте появляется первая самооценка, роль которой в регуляции поведения постоянно возрастает. Все эти изменения служат предпосылками и создают условия для развития воли и волевых качеств личности.

Одним из важных результатов, полученных в исследованиях онтогенеза волевой регуляции, является выявление связи между развитием воли и развитием мотивационной сферы личности, зависимости эффективности волевой регуляции действия от силы стоящих за ним мотивов. Если в младшем возрасте волевая активность усиливается только через внешнюю стимуляцию, через помощь со стороны взрослых, то с возрастом растет роль внутренней стимуляции (собственной постановки цели, намеренного изменения мотивации).

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.